Решение № 2-1237/2018 2-1237/2018~М-599/2018 М-599/2018 от 25 сентября 2018 г. по делу № 2-1237/2018

Отметка об исполнении по делу № 2-1237/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 сентября 2018 года г. Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Савельевой Л.В.

при секретаре судебного заседания Беляевой Д.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП, указав, что ДД.ММ.ГГГГ на 304 км автодороги Темрюк-Кропоткин произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты> № под управлением ФИО2 и автомобиля <данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный номер № принадлежащего истцу, в результате чего автомобиль истца получил механические повреждения.

Виновным в указанном дорожно-транспортном происшествии признан ФИО2, в отношении которого вынесено постановление по делу об административном правонарушении. Автогражданская ответственность ФИО2 не была застрахована по договору ОСАГО.

На основании ст. 1064 ГК РФ, истец просит взыскать с ФИО1 сумму ущерба в размере 137 300 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 20000 рублей, расходы на оценку ущерба в размере 3000 рублей, расходы на юридические услуги в размере 5000 рублей, 3946 рублей- расходы по оплате государственной пошлины.

При подаче иска истец просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель истца ФИО3, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от 07.06.2018 ( л.д. 99-100), исковые требования поддержал в полном объеме.

В судебном заседании 19.06.2018 года представитель ФИО1 пояснил, что истец двигался на принадлежащем ему автомобиле по автодороге Темрюк-Кропоткин. В попутном ему направлении перед его автомобилем двигались автомобиль Камаз, за ним Хендай Акцент. При начале маневра обгона указанных транспортных средств истец включил указатель левого поворота, начал обгонять Хендай. В это время водитель автомобиля Хендай-Акцент- ответчик, не увидев, что автомобиль Ауди уже начал маневр обгона, также выехал на полосу встречного движения для совершения обгона впереди движущегося автомобиля КАМАЗ, чем нарушил ПДД, допустил столкновение с автомобилем истца, двигавшемся в попутном направлении, в результате чего автомобилю были причинены механические повреждения. Автомобили остановились, вызвали сотрудников ГИБДД, сотрудники ГИБДД составили три административных материала в отношении ФИО2 Сам ФИО2 при этом свою вину признал в разговоре с истцом, но для того чтобы урегулировать вопрос там же у него не хватило денежных средств. Автомобиль истца не отремонтирован до настоящего времени. На удовлетворении иска ФИО1 настаивает ( л.д. 108-110).

Ответчик ФИО2, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечил явку в суд своего представителя ФИО4

Представитель ответчика ФИО4, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности от 27.03.2018 года ( л.д.45,) в судебном заседании иск не признал. Указал, что виновным в ДТП считает ФИО1, которым был совершен обгон двух транспортных средств, движущихся в попутном направлении параллельно другу другу-автомобиля КАМАЗ и автомобиля Хендай Акцент под управлением ФИО2, в связи с чем просит отказать истцу в удовлетворении иска.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании 04.07.2018 года пояснил, что он ехал в дневное время суток в г. Краснодар по трассе Темрюк-Кропоткино, дорога была сухая, лишь обочина дороги была сырая, так как стоял ноябрь месяц. Дорога примерно 3 метра шириной и имела по две полосы для движения в каждом направлении. Ответчик двигался за КАМАЗом с прицепом, за ним должен был двигаться ещё один КАМАЗ, так как ответчик ранее его обогнал. Видимость была хорошая около 5 км, поскольку осадков не было, светило солнце. До места ДТП на дороге имелся знак «опасный участок дороги». Как только началась разделительная полоса, ответчик начал совершать обгон, до начала маневра расстояние до КАМАЗа составляло метров 5-10. Перед началом совершения маневра обгона, ФИО2 убедился, что на встречной полосе и сзади автомобиля ответчика других автомобилей не было. Перед началом маневра автомобиль ответчика двигался со скоростью примерно 60-70 км/ч, а при маневре примерно 90 км/ч. В момент, когда ФИО2 почти заканчивал манёвр обгона, доехал до кабины КАМАЗа, оставалось до кабины метра 2, сбоку в его автомобиль въехал, точнее прижал его автомобиль к КАМАЗу автомобиль Ауди, под управлением ФИО1 Столкновение произошло боковыми частями автомобилей: автомобиль Хундай Акцент левой стороной, автомобиль Ауди правой стороной. Автомобиль Ауди перед маневром и в ходе него ответчик не видел. Столкновение произошло левой стороной автомобиля Хендай и правой стороной автомобиля Ауди. Удар пришелся в переднюю боковую часть автомобиля и водитель Ауди прибегнул к торможению. КАМАЗ уехал, автомобиль Ауди после столкновения проехал дальше, прижался к обочине, ответчик также затормозил и выехал на обочину. Его автомобиль располагался за автомобилем Ауди. В момент удара обе машины находились на встречной полосе движения, при этом автомобиль Ауди левее автомобиля Хендай Акцент. ФИО2 не считает себя виновным в ДТП. Отрицает факт составления в отношении протокола об административном правонарушении по ч. 3 ст.12.14 КоАПРФ. Настаивает, что в отношении него было составлено только два административных материала за отсутствие полиса ОСАГО и не выставления аварийного знака после ДТП. В автомобиле вместе с ним в дату ДТП находилась его супруга. Поврежденный в результате ДТП от 25.11.2017 года автомобиль ответчика в настоящее время не отремонтирован ( л.д. 149-154).

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив письменные материалы дела, дав им оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Правоотношения сторон по настоящему делу регулируются положениями ст. ст. 15, 1064, 1079 Гражданского Кодекса РФ.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежат возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.

В силу положений абзаца второго пункта 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Судом установлено, что 25.11.2017 года на 304 км автодороги Темрюк-Кропоткин произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, гос.номер <данные изъяты> под управлением ФИО2 и автомобиля <данные изъяты>, 2008 года выпуска, государственный регистрационный номер № принадлежащего ФИО1, в результате чего у автомобиля истца были повреждены: передняя и задняя правые двери, переднее и заднее правые крылья, переднее правое зеркало заднего вида, что подтверждается постановлением по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 № от 25.11.2017 года ( л.д. 65-67), актом осмотра транспортного средства № 3590-17 от 08.12.2017 года ( л.д. 13), катом осмотра транспортного средства №ВРС/2-1237/2018-2 от 21.07.2018 ( л.д. 202).

Указанным постановлением ФИО2 был привлечен к административной ответственности по ч. 3 ст. 12. 14 КоАП РФ за нарушение п. 8. 4 и 11.1 ПДД РФ при следующих обстоятельствах: на а/д Темрюк-Кропоткин 304 км+900 метров водитель ФИО2, управляя т/с <данные изъяты>, г/н №, при перестроении не уступил дорогу т/с движущемуся в попутном направлении без изменения направления движения <данные изъяты>, г/н № под управлением ФИО1, пользующегося преимущественным правом в движении.

Постановление по делу об административном правонарушении от 25.11.2017 года по ч. 3 чт. 12. 14 КоАП РФ подписано ФИО2, ему вручена его копия, что ответчиком не опровергнуто. Данное постановление ФИО2 не обжаловалось и вступило в законную силу.

По ходатайству представителя ответчика по делу была назначена судебная комплексная экспертиза, а также, в связи с неполнотой представленных эксперту изначально материалов была назначена дополнительная экспертиза, производство которых было поручено ООО «Центр Судебных Экспертиз «Ростовский».

При проведении первоначальной судебной экспертизы в распоряжение эксперта были представлены только пояснения представителя ответчика об обстоятельствах ДТП от 25.11.2017 года, данные им в судебном заседании, истец в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, а также материалы дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 по ч. 3 ст. 12.14 КоАП РФ в неполном объеме, что позволило эксперту ФИО5 прийти к выводу о нарушении п.п. 1.2, 10.1, 11.1, 11.2 ПДД РФ водителем ФИО1 и наличии непосредственной причинно-следственной связи между указанными нарушениями и происшедшим ДТП ( л.д. 87). Но при этом эксперт указал, что выводы, содержащие в настоящем заключении, могут расцениваться как достоверные только в контексте того количества информации, на основании которого они были сделаны. При поступлении дополнительной или измененной информации данные выводы могут быть скорректированы ( л.д. 82).

Впоследствии, в ходе рассмотрения дела, судом дополнительно были получены пояснения стороны истца об обстоятельствах ДТП от 25.11.2017 года, а также представлены в полном объеме материалы административного производства в отношении ФИО2, составленные в связи с происшедшим 25.11.2017 года ДТП, что явилось основанием для назначении по делу дополнительной судебной комплексной экспертизы ( л.д. 156-160).

В соответствии с п. 1-3 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В силу п. 3 ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Судом отклоняются доводы представителя истца о подложности дополнительной судебной экспертизы от 03.08.2018 года № ВРС/2-1237-2/2018 со ссылкой на то, что акт осмотра транспортного средства Hyundai Accent, государственный номер <***> подписан экспертом ФИО5, тогда как фактически осмотр транспортного средства был произведен иным лицом, а также на несоответствие подписей эксперта ФИО5 в заключении комплексной экспертизы от 30.05.2018 № ВРС/2-1237/2018 и в дополнительной судебной экспертизе от 03.08.2018 № ВРС/2-1237-2/2018, поскольку в судебном заседании было установлено, что фактически осмотр указанного транспортного средства был осуществлён экспертом ООО «Центр судебной экспертизы «Ростовский» ФИО6, а акт осмотра ошибочно подписан экспертом-техником ФИО5, которым проводилось исследование представленных материалов и дано экспертное заключение по поставленным судом вопросам, что подтверждается сообщением об описке ( л.д. 218), уточнением относительного судебного осмотра директора ООО «ЦСЭ «Ростовский» ( л.д. 235), показаниями в судебном заседании 26.09.2018 года ФИО6, который был допрошен в качестве свидетеля и пояснил суду, что по устному поручению руководителя ООО «ЦСЭ «Ростовский» он проводил осмотр автомобиля Хендай Акцент на СТО «Покрышкино» в присутствии владельца ФИО2 и представителя ФИО1- ФИО3 При осмотре производилось фотографирование поврежденного автомобиля с использованием фотоаппарата и линейки. Фотоматериалы на электронном носителе были переданы директору, также были даны устные пояснения о повреждениях автомобиля. Акт осмотра автомобиля на месте не составлялся. Повреждения указанного автомобиля имелись в левой его части.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО6 был предупреждён судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, его заинтересованность в исходе дела представителем истца не подтверждена и судом не установлена, вследствие чего у суда отсутствуют основания не доверять показаниям данного свидетеля.

Заявляя о подложности экспертного заключения, представителем истца не представлено доказательств того, что акт осмотра транспортного средства № ВРС/2-1237/2018-1 от 18.07.2018 ( л.д. 198) содержит недостоверные сведения, относящиеся к выявленным в ходе его проведения повреждениям автомобиля <данные изъяты>, государственный номер № которые использовались экспертом–трассологом при проведении экспертного исследования и дачи заключения по вопросам № 1-3.

Сомнения представителя истца, не являющегося специалистом или экспертом в области установления идентичности подписи, о несоответствии подписи эксперта ФИО5 в заключении дополнительной судебной экспертизы, являются субъективными, не подтверждены надлежавшими доказательствами, поэтому отклоняются судом в качестве основания для признания экспертного заключения подложным доказательством.

Дополнительная комплексная судебная экспертиза, проведенная экспертами ООО «Центр судебной экспертизы «Ростовский» № ВРС/2-1237-2/2018, выполнена в соответствии с требованиями ст. ст. 82-86 ГПК РФ. Оснований сомневаться в достоверности указанного заключения у суда не имеется, поскольку оно содержит развернутые, логичные, исключающие двоякое толкование ответы на поставленные судом вопросы, исследования произведены экспертами в соответствии с нормативными и методическими документами, указанными в заключении. Заключение экспертизы содержит подробное описание проведенного исследования, приведены выводы, и на основании этого исследования даны ответы на поставленные вопросы.

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Заинтересованности экспертов в исходе дела судом не установлено.

Эксперт ФИО7 в судебном заседании 26.09.2018 года подтвердила данное ею экспертное заключение по вопросам № 1-3.

Неявка эксперта ФИО5 в судебное заседание вызвана объективными причинами и не препятствует даче судом оценки экспертному заключению в части выводов указанного эксперта.

Отвечая на поставленные в определении суда вопросы, экспертом-трассологом ФИО7 были сделаны следующие выводы:

Принимая во внимание п.п. 8.1, 8.4,, 10.1, 11.1 водитель ТС <данные изъяты> ФИО2 должен был убедиться в безопасности маневра, уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, включить сигнал левого поворота и начать перестроение на левую полосу для обгона впереди движущегося ТС КАМАЗ.

Водитель ТС <данные изъяты> ФИО1 должен был убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, включить сигнал левого поворота и совершить обгон впереди идущего ТС. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

При ответе на вопрос суда о наличии у участников ДТП от 25.11.2017 года технической возможности избежать столкновения, эксперт-трассолог ФИО7 пришла к выводу о том, что у водителя ФИО1 была техническая возможность избежать столкновения только при отказе от обгона сразу двух транспортных средств и осуществления настоящего маневра после того, как впереди идущее ТС под управлением ФИО2 произвело бы обгон указанного ТС КАМАЗ. Водитель ФИО2, допустивший столкновение в данном конкретном случае не мог предотвратить столкновение ТС ввиду расположения движущегося а/м <данные изъяты> в «слепой зоне».

При ответе на вопрос суда о том, имеются ли в действиях водителей ФИО2 и ФИО1 несоответствия с ПДД РФ и, если да, то находятся ли они в причинно-следственной связи с фактом ДТП, эксперт-трассолог ФИО7 пришла к выводу о том, что водитель ТС <данные изъяты> ФИО2 нарушил пункты ПДД РФ 1.5, 8.4, 11.3, действия водителя находятся в причинно-следственной связи с происшедшим столкновением.

Водитель ТС <данные изъяты> ФИО1 допустил в рассматриваемом происшествии нарушение пунктов 10.1.11.1 ПДД РФ, действия водителя находятся в причинно-следственной связи с происшедшим событием ( л.д. л.д. 184).

Оценивая выводы эксперта-трассолога в совокупности пояснениями истцовой стороны, материалами дела об административном правонарушении в отношении ФИО2 по ч. 3 ст. 12. 14 КоАП РФ, повреждениями обоих автомобилей- участников ДТП, указанными в актах осмотра с фотоматериалами ( л.д. 198-206), принимая во внимание исследовательскую часть экспертного заключения, согласно которого первичным местом контактирования автомобилей явилась область начала задней С-стойки (левая нижняя часть задней правой двери автомобиля <данные изъяты> контактной парой первичных повреждений автомобиля Хундай Акцент стала средняя левая часть кузова… водитель автомобиля Хундай Акцент применил прием экстренного торможения ( л.д. 188), суд приходит к выводу, что допущенные ФИО2 нарушения п.п. 1.5, 8.4, 11. 3 ПДД РФ, который перед совершением маневра перестроения не уступил дорогу автомобилю <данные изъяты> под управлением ФИО1, движущегося попутно без изменения направления движения, перед началом обгона впереди движущегося автомобиля КАМАЗ не убедился в том, что полоса, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения, находятся в прямой причинной связи с происшедшим ДТП.

Оценивая выводы эксперта-трассолога о том, что у водителя ФИО1 была техническая возможность избежать столкновения с автомобилем под управлением ФИО2 только при отказе от обгона сразу двух транспортных средств и осуществления маневра после того, как впереди идущее ТС произвело бы обгон указанного ТС КАМАЗ, суд исходит из того, что ПДД РФ не вменяют в обязанности водителей транспортных средств предполагать возможные действия иных участников дорожного движения, поскольку презюмируется, что их действия должны соответствовать указанным Правилам, в связи с чем вывод эксперта о наличии у ФИО1 объективной возможности избежать столкновения суд находит необоснованным. Вывод эксперта о том, что нахождение автомобиля Ауди 6 в «слепой зоне» лишало ФИО2 возможности избежать столкновения, носит вероятностный характер ( л.д. 190), поэтому отклоняется судом.

При оценке вывода эксперта-трассолога о том, что водителем <данные изъяты> ФИО1 допущено нарушение п.п. 10.1, 11.1 ПДД РФ, суд исходит из отсутствия в материалах дела сведений о нарушении истцом скоростного режима перед ДТП, совершении им маневра обгона на полосу, не свободную на достаточном для обгона расстоянии или наличии на указанной полосе препятствий для завершения обгона в виде иных транспортных средств, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что выводы эксперта в указанной части носят предположительный характер и при отсутствии иных достоверных доказательств не могут бесспорно свидетельствовать о нарушении истцом указанных пунктов ПДД РФ, повлекших ДТП.

С учетом совокупности исследованных доказательств, суд приходит к выводу о том. что лицом, виновным в совершении ДТП от 25.11.2017 года, в результате которого истцу был причинен материальный ущерб в виде повреждения принадлежащего ему автомобиля, является ФИО2, в связи с чем требования истца о взыскании с ответчика расходов на восстановительный ремонт автомобиля суд признает обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При определении суммы ущерба, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца, суд принимает во внимание выводы дополнительной судебной комплексной согласно которой стоимость восстановительного ремонта ТС <данные изъяты> 2008 года выпуска, государственный регистрационный знак № без учета износа округленно составляет 99100 рублей. Выводы эксперта техника являются мотивированными, обоснованными, подтвержденными источниками информации о стоимости запчастей и работ, соотносятся с повреждениями автомобиля истца, полученными в результате ДТП от 25.11.2017 года, не опровергнуты сторонами, вследствие чего принимаются судом в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства размера ущерба.

Экспертное заключение о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства № 3590-17, эксперта-техника ФИО8 представленное истцом, не содержит сведений об определении стоимости запчастей и работ, выполнено по заказу истца и за его счет, что не исключает заинтересованности указанного эксперта-техника в исходе дела в пользу истца, поскольку, в данном случае эксперт не несет ответственности за дачу ложного заключения, в связи с чем не принимается судом в качестве достоверного доказательства.

Поскольку автогражданская ответственность виновника ДТП ФИО2, управлявшего транспортным средством, не была застрахована, то суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика как с лица, признанного виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия от 25.11.2017 года, материального ущерба в пользу истца в размере 99100 рублей.

Требования истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме 20000 рублей не подлежат удовлетворению, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ.

Как следует из положений ст. 151 ГК РФ, в случае причинения гражданину морального вреда (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Вместе с тем, истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих нарушение его личных неимущественных прав, вследствие чего отсутствуют правовые основания для удовлетворения требований в части компенсации морального вреда при нарушении имущественных интересов истца.

Принимая во внимание, что требования истца имущественного характера удовлетворены судом частично, в размере 73 % ( 99100/137300), понесенные им по делу судебные расходы в виде расходов на оценку ущерба в сумме 3000 рублей, на оплату юридических услуг в сумме 5000 рублей, оплату государственной пошлины в сумме 3946 рублей, на основании ст. 88, 94, ч. 1 ст. 98 ГПК РФ подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в следующих размерах: на оценку ущерба в сумме 2190 рублей (3000* 73%), на оплату юридических услуг в сумме 3650 рублей (5000*73%), оплату государственной пошлины в сумме 3173 рублей.

На основании ст. 96, ч. 1 ст. 98 ГПК РФ распределению между сторонами пропорционально удовлетворенным исковым требованиям подлежат расходы на производство судебной экспертизы, стоимость которой составляет 30000 рублей ( л.д. 182), в связи с чем взысканию с истца ФИО1 в пользу ООО «Центр судебной экспертизы «Ростовский»» подлежит 8100 рублей ( 30000*27%), взысканию с ответчика ФИО2 в пользу ООО «Центр судебной экспертизы «Ростовский»» подлежит 21900 рублей ( 30000*73%).

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> в пользу ФИО1 в возмещение ущерба, причиненного в результате ДТП от 25.11.2017 года, 99100 рублей, расходы на оценку ущерба в сумме 2190 рублей, расходы на оплату юридических услуг по составлению искового заявления в сумме 3650 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в сумме 3173 рубля, всего 108113 рублей.

В остальной части ФИО1 в иске отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО « «Центр судебной экспертизы «Ростовский» расходы на производство судебной экспертизы в сумме 21900 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Центр судебной экспертизы «Ростовский» расходы на производство судебной экспертизы в сумме 8100 рублей.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Волгодонской районный суд в течении месяца с даты его изготовления в окончательной форме.

Судья Л.В. Савельева

В окончательной форме решение изготовлено 02 октября 2018 года.