Апелляционное определение № 33-1931/2025 от 8 декабря 2025 г.

УИД 13RS0011-01-2024-002867-30

Судья Заренкова Л.Н. №2-1030/2024

Докладчик Пужаев В.А. Дело №33-1931/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Пужаева В.А.,

судей Куманевой О.А. и Селезневой О.В.,

при секретаре Лебедевой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании 09 декабря 2025 г. в г. Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия о признании незаконным и отмене решения в части отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости по апелляционной жалобе представителя ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия ФИО5 на решение Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 14 ноября 2024 г.

Заслушав доклад председательствующего, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия (далее – ОСФР по Республике Мордовия) о признании незаконным и отмене решения в части отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости.

В обоснование требований указала, что 04 июля 2024 г. обратилась в ОСФР по Республике Мордовия с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением ответчика от 05 июля 2024 г. №108545/24 ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости на том основании, что отсутствует необходимое количество детей, рожденных и воспитанных до 8-летнего возраста, учитываемых при установлении пенсии данного вида. По мнению ответчика при определении права на досрочную страховую пенсию по старости, которая зависит от количества членов семьи, учитываются дети, рожденные и воспитанные на территории Российской Федерации, а также на территории бывшей РСФСР. Поскольку только один ребенок рожден и воспитан до достижения восьми лет на территории Российской Федерации, а двое детей были рождены на территории Украины, ответчиком принято оспариваемое решение.

С данным решением она не согласна, указывает, что до мая 1992 г. она с детьми ФИО2, <дата> года рождения и ФИО3, <дата> года рождения, проживала в Украине, в мае 1992 г. уехала с ними из Украины в Россию и проживает совместно с детьми в Российской Федерации. Дети имеют регистрацию по месту жительства, являются гражданами Российской Федерации.

Просила суд признать незаконным и отменить решение ОСФР по Республике Мордовия от 05 июля 2024 г. №108545/2024 в части отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости;

обязать ответчика включить период ухода за детьми ФИО2, <дата> года рождения и ФИО3, <дата> года рождения, в период, необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях»;

обязать ответчика назначить досрочную страховую пенсию по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 04 июля 2024 г.

Определением Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 14 ноября 2024 г. принят отказ ФИО1 от исковых требований о возложении обязанности на ОСФР по Республике Мордовия включить период ухода за детьми ФИО2, <дата> года рождения, и ФИО3, <дата> года рождения, в период необходимый для назначения досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Решением Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 14 ноября 2024 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ОСФР по Республике Мордовия ФИО5 просила отменить решение суда, отказав в удовлетворении заявленных требований.

Ссылается на то, что в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Украиной отсутствует международный договор, в связи с чем дети, рожденные на территории Украины, не могут учитываться при определении права на пенсию. В настоящее время пенсионное обеспечение граждан, приобретших пенсионные права в указанном государстве, постоянно проживающих на территории Российской Федерации, осуществляется в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации. При этом иные (нестраховые) периоды, предусмотренные статьей 12 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. №400-ФЗ «О страховых пенсиях», в том числе периоды ухода за детьми, имевшие место на территории Украины, не могут быть включены в страховой стаж.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 18 февраля 2025 г. решение Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 14 ноября 2024 г. отменено, принято по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к ОСФР по Республике Мордовия о признании незаконным и отмене решения ОСФР по Республике Мордовия от 05 июля 2024 г. №108545/2024 в части отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости, возложении обязанности учесть наличие детей ФИО2, <дата> года рождения, и ФИО3, <дата> года рождения (включить период ухода за детьми) для назначения досрочной страховой пенсии по старости и назначении досрочной страховой пенсии по старости в соответствии с пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 04 июля 2024 г. оставлены без удовлетворения.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 25 ноября 2025 г. заявление ФИО1 о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 18 февраля 2025 г. удовлетворено, вышеуказанное апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 18 февраля 2025 г. отменено, гражданское дело по иску ФИО1 к ОСФР по Республике Мордовия о признании незаконным и отмене решения в части отказа в назначении досрочной страховой пенсии по старости, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию по старости по апелляционной жалобе представителя ответчика ОСФР по Республике Мордовия ФИО5 на решение Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 14 ноября 2024 г. передано для рассмотрения в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия.

В судебное заседание истец ФИО1 и её представитель ФИО7 представитель ответчика ОСФР по Республике Мордовия не явились, о дне, времени и месте судебного заседания извещены своевременно и надлежащим образом, при этом о причинах неявки суд не известили, доказательств уважительности этих причин не представили и об отложении разбирательства дела ходатайство не заявляли.

При таких обстоятельствах и на основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Рассмотрев дело в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к нижеследующему.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1, <дата> года рождения, обратилась в ОСФР по Республике Мордовия с заявлением о назначении страховой пенсии по старости, в связи с тем, что достигла возраста 57 лет, является матерью троих детей при наличии страхового стажа более 15 лет в соответствии с нормами пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон «О страховых пенсиях»).

Решением ОСФР по Республике Мордовия от 05 июля 2024 г. № 108545/24 истцу отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по нормам пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях», поскольку дети ФИО1 рождены на территории Украины, международный договор с Республикой Украиной в области пенсионного обеспечения отсутствует.

Пенсионным органом не учтены дети истца – ФИО2 и ФИО3, родившиеся <дата> и <дата> соответственно, на территории Украины, поскольку при определении права на досрочную страховую пенсию по старости (по возрасту), которая зависит от количества членов семьи, по законодательству Российской Федерации учитываются дети, рожденные и воспитанные только на территории Российской Федерации, а также на территории бывшей РСФСР.

Указаны условия назначения пенсии, имеющиеся у заявителя: достижение возраста 57 лет, продолжительность страхового стажа – 24 года 6 месяцев 19 дней, величина индивидуального пенсионного коэффициента – 37, 667.

Также указаны условия назначения пенсии, отсутствующие у заявителя: наличие 3 детей, рожденных на территории Российской Федерации или бывшей РСФСР (л.д.3).

Указанные обстоятельства установлены судом, подтверждаются материалами дела и сомнений в их достоверности не вызывают.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что действующее пенсионное законодательство не содержит норм, предусматривающих обязательное рождение женщиной и воспитание детей до 8 лет именно на территории Российской Федерации, при этом указав, что с момента выезда из Украины (с мая 1992 года) и по настоящее время истец и ее дети ФИО2, ФИО3 проживают в Российской Федерации и являются ее гражданами, в связи с чем воспитание детей, в том числе и по достижению 8-летнего возраста происходило на территории России.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, и подтверждаются имеющимися в деле доказательствами.

Как следует из материалов дела, <дата> истец ФИО1 (в девичестве ФИО9) вступила в зарегистрированный брак с ФИО13, о чем исполнительным комитетом Перковецкого сельского совета Кельменецкого района Черновицкой области составлена актовая запись от <дата><№>. После заключения брака ей присвоена фамилия ФИО10 (л.д. 49, 50, 51).

Согласно свидетельству о рождении ФИО2 <№><№>, выданному <дата>, последняя родилась <дата> в <адрес> Украинской ССР, ее родителями указаны ФИО13 (украинец) и ФИО10 (мордовка) (л.д. 42, 43, 44).

Согласно свидетельству о рождении ФИО3 <№><№>, последняя родилась <дата> в <адрес> Украинской ССР, ее родителями указаны ФИО13 и ФИО10(л.д. 47).

<дата> ФИО13 умер, что подтверждается свидетельством о смерти <№><№>, выданным <дата> (л.д. 23).

Из содержания искового заявления, а также пояснений истца, данных в ходе судебного заседания, следует, что в мае 1992 г. она с детьми ФИО2 и ФИО3 приехала из Украины в Российскую Федерацию, с указанного периода постоянно с детьми проживает в России, воспитание детей проходило на территории <адрес> Республики Мордовия, дети посещали детский сад и обучались в образовательном учреждении названного населенного пункта. В настоящее время дочери состоят в зарегистрированном браке и проживают в <адрес>.

Опрошенные в судебном заседании свидетели Свидетель №1, Свидетель №2 подтвердили факт постоянного проживания истца с детьми ФИО2, ФИО3 на территории Российской Федерации с 1992 г.

В сертификатах о прививках на имя ФИО2, ФИО3 в качестве домашнего адреса указан адрес: <адрес>. Имеются записи о прививках с 1992 г. (л.д. 9, 10, 11, 12).

Согласно архивным справкам Отдела муниципального архива администрации Зубово-Полянского муниципального района Республики Мордовия от 29 августа 2024 г. № № 1169 и 1170, в документах архивного Объединенного фонда ликвидированных школ в книге учета и записи выданных аттестатов об окончании основного общего образования, золотых и серебряных медалей и переводных свидетельств в Новобадиковской основной общеобразовательной школе Зубово-Полянского района Республики Мордовия за 2001 – 2018 г.г. имеется запись о том, что ФИО2 <дата> года рождения (1997 – 2005 г.г. время учебы) окончила в 2005 г. 9 классов и получила аттестат об основном общем образовании; за 2006 – 2007 г.г. имеется запись о том, что ФИО3 <дата> рождения (1999 – 2007 г.г. время учебы) окончила в 2007 г. 9 классов и получила аттестат об основном общем образовании (л.д. 13, 14).

<дата> истец вступила в зарегистрированный брак с ФИО4, о чем Новобадиковским сельским Советом Зубово-Полянского района Республики Мордовия произведена запись от <дата><№>. После заключения брака истцу присвоена фамилия ФИО1 (л.д. 22).

Согласно свидетельству о рождении ФИО8 <№><№>, выданному Новобадиковским сельским Советом Зубово-Полянского района Республики Мордовия <дата>, последний родился <дата><адрес><адрес>, его родителями указаны ФИО4 и ФИО1 (л.д. 21).

В соответствии с трудовой книжкой АТ-III <№>, ФИО11 25 января 1989 г. принята поваром IV р. Кельменецкого общепита. 12 июня 1989 г. уволена с работы по собственному желанию (приказ от 12 июня 1989 г. № 54). На основании приказа от 3 ноября 2001 г. № 7 по СПК «Маяк» ФИО1 была принята на работу в качестве телятницы, 22 июня 2004 г. уволена с работы по собственному желанию (л.д. 53, 55).

Как следует из архивной справки Отдела муниципального архива администрации Зубово-Полянского муниципального района Республики Мордовия от 5 апреля 2024 г. № 565, в документах архивного фонда СХПК «Маяк» Ново-бадиковского сельского Совета Зубово-Полянского района Республики Мордовия в книгах учета расчетов по оплате труда за 2001 – 2004 г.г. имеются сведения о том, что ФИО22 (ФИО23, ФИО21) Г.Б. значится работающей май 2001 г., с января 2002 г. по сентябрь, с декабря 2002 г. по март 2004 г. (л.д. 58).

В период с 09 марта 2007 г. по 15 августа 2007 г., с 07 сентября 2007 г. по 06 июня 2008 г., с 01 июля 2008 г. по 18 марта 2009 г., с 01 апреля 2009 г. по 21 октября 2009 г. ФИО1, проживающая по адресу: <адрес>, состояла на регистрационном учете в качестве безработной, что подтверждается сведениями Территориального отдела содействия занятости населения по Зубово-Полянскому району Республики Мордовия (л.д. 59).

В похозяйственной книге № 3 с Новое Бадиково за 1991 – 1996 г., лицевой счет № <***>, значится хозяйство ФИО6, в списке членов хозяйства указаны, в том числе, дочь ФИО10, внучки ФИО2, ФИО3, зять ФИО4, внук ФИО8, что подтверждается архивной выпиской Отдела муниципального архива администрации Зубово-Полянского муниципального района Республики Мордовия от 27 сентября 2024 г. № 1276 (л.д. 25).

Из сведений, содержащихся в паспорте истца ФИО1, следует, что последняя с <дата> зарегистрирована по адресу: <адрес> (л.д. 24).

Дочь истца ФИО1 ФИО2 (в настоящее время ФИО15) документирована паспортом гражданина Российской Федерации <№>, выданным <данные изъяты><дата>, код подразделения <№> (л.д 15, 16). Дочь истца ФИО3 (в настоящее время ФИО16) документирована паспортом гражданина Российской Федерации <№>, выданным <данные изъяты><дата>, код подразделения <№> (л.д. 18, 19).

04 июля 2024 г. ФИО1 обратилась в ОСФР по Республике Мордовия с заявлением о назначении страховой пенсии по старости по нормам пункта 1.2 части 1 статьи 32 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Законом о страховых пенсиях, вступившим в силу с 01 января 2015 г.

В силу положений части 1 статьи 2 Закона о страховых пенсиях законодательство Российской Федерации о страховых пенсиях состоит из этого Федерального закона, Федерального закона от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федерального закона от 01 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования», других федеральных законов.

Страховые пенсии устанавливаются и выплачиваются в соответствии с Законом о страховых пенсиях. Изменение условий назначения страховых пенсий, норм установления страховых пенсий и порядка выплаты страховых пенсий осуществляется не иначе как путем внесения изменений в данный Федеральный закон (часть 2 статьи 2 Закона о страховых пенсиях).

В соответствии с частью 3 статьи 2 Закона о страховых пенсиях в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные названным Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

Право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных данным Федеральным законом (часть 1 статьи 4 Закона о страховых пенсиях).

Согласно положениям статьи 8 Закона о страховых пенсиях по общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 65 лет, и женщины, достигшие возраста 60 лет (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к данному Закону), при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

Порядок и условия сохранения права на досрочное назначение страховой пенсии отдельным категориям граждан определены статьей 32 Закона о страховых пенсиях.

Пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Закона о страховых пенсиях предусмотрено, что страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 женщинам, родившим трех детей и воспитавшим их до достижения ими возраста 8 лет, достигшим возраста 57 лет, если они имеют страховой стаж не менее 15 лет.

Таким образом, в силу приведенных положений пункта 1.2 части 1 статьи 32 Закона о страховых пенсиях, условиями назначения страховой пенсии по старости ранее достижения возраста, установленного статьей 8 данного Федерального закона, является факт рождения у женщины трех детей и воспитания их до достижения ими возраста 8 лет в совокупности с достижением возраста 57 лет, наличием страхового стажа 15 лет и необходимой величины индивидуального пенсионного коэффициента.

Каких-либо дополнительных условий для назначения пенсии по указанному основанию, в том числе относительно рождения детей на территории бывшей РСФСР или Российской Федерации, указанная норма права не содержит.

Ссылка в апелляционной жалобе на факт денонсации Российской Федерацией Соглашения о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от 13 марта 1992 г., которое не содержало каких-либо правил определения права на досрочную страховую пенсию по старости, зависящую от количества членов семьи, и указание в апелляционной жалобе на то, что для определения права на пенсию по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Закона о страховых пенсиях правовое значение имеет место рождения детей, приведены без учета положений части 3 статьи 2 Закона о страховых пенсиях и факта отсутствия на момент обращения ФИО1 с заявлением о назначении пенсии международного соглашения с Украиной в области пенсионного обеспечения, устанавливающего иные правила, чем предусмотренные пунктом 1.2 части 1 статьи 32 Закона о страховых пенсиях.

В связи с изложенным вывод суда первой инстанции о том, что дети, рожденные на территории Украины, должны учитываться при определении права на пенсию по пункту 1.2 части 1 статьи 32 Закона о страховых пенсиях, соответствует закону.

Доводы стороны ответчика об отсутствии оснований для пересмотра ранее вынесенного судебного постановления суда апелляционной инстанции не влекут отмену правильного по существу решения суда первой инстанции, тем более, что как указывалось выше апелляционным определением от 25 ноября 2025 г. заявление ФИО1 о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 18 февраля 2025 г. удовлетворено, вышеуказанное апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 18 февраля 2025 г. отменено, возможность обжалования данного судебного акт стороной ответчика не исчерпана.

Факт осведомленности с октября 2025 года инициатора судебного разбирательства об имевших место судебных актах, в том числе вынесенных судом кассационной инстанции, в которых высказаны правовые позиции отличные тех, которыми руководствовался суд апелляционной инстанции при вынесении нового судебного решения 18 февраля 2025 г., образовывали право истца обратиться за пересмотром такого судебного постановления в настоящее время, поскольку, наряду с изложенными мотивами, ставило ФИО1 в неравное положение с другими лицами, претендующими на досрочное назначение пенсии по указанному основанию, что существенно ущемляло конституционные права последней на соотствующее пенсионное обеспечение, что недопустимо и, соответственно, позволяло компетентному суду скорректировать ранее принятое решение в пределах предоставленных ему законом полномочий. При этом безусловных оснований для приостановления производства по делу, ввиду намерений противоположной стороной судебного спора осуществить процедуры кассационного обжалования, судебная коллегия не находит.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции при разрешении спора правильно определил обстоятельства, имеющие значение для дела, дал им надлежащую правовую оценку и постановил законное и обоснованное решение.

Правовых доводов, которые бы в силу закона могли повлечь отмену решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели к неправильному разрешению дела, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

решение Зубово-Полянского районного суда Республики Мордовия от 14 ноября 2024 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия ФИО5 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) через суд первой инстанции по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в течение трех месяцев.

Председательствующий

В.А. Пужаев

Судьи

О.А. Куманева

О.В. Селезнева

Мотивированное апелляционное определение составлено 11 декабря 2025 г.

Судья Верховного Суда Республики Мордовия В.А. Пужаев