Решение № 2-403/2020 2-403/2020~М-411/2020 М-411/2020 от 27 октября 2020 г. по делу № 2-403/2020

УИД 39RS0019-01-2020-001026-50

производство №2-403/2020


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

г. Советск 28 октября 2020 года

Советский городской суд Калининградской области в составе председательствующего судьи Понимаш И.В.,

при секретаре Батуринцевой Ю.К.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по уточненному исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о признании недействительными договора дарения и договора купли-продажи долей жилого помещения, о переводе прав и обязанностей покупателя на участника общей долевой собственности при продаже жилого помещения с нарушением преимущественного права покупки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в Советский городской суд Калининградской области с вышеуказанным исковым заявлением, требования по которому уточнила в ходе рассмотрения дела. С учетом уточнений, указала, что она является собственником ? доли жилого помещения – трехкомнатной квартиры, расположенной по адресу: <адрес> (свидетельство о праве собственности от 10.03.2015 выдано на основании договора дарения от 02.12.2014 заключенного с ФИО5). С 2011 года в квартире фактически проживает истец, её дочь ФИО5, и внук ФИО19 Ранее, ? доли в праве собственности на указанную квартиру принадлежали ФИО3, на основании решения Советского городского суда, которым произведен раздел имущества супругов при расторжении брака. При этом, ФИО3 в указанной квартире никогда не проживал, требований об определении порядка пользования квартирой от него никогда не поступало. После расторжения брака между бывшими супругами ФИО5 и ФИО3 сложились неприязненные отношения. В марте 2020 года на работу к ФИО5 пришли двое мужчин, представившихся ФИО2 и ФИО20, сказали, что теперь они являются собственниками ? доли квартиры вместо ФИО3 и предложили ей добровольно выплатить им сумму в размере 1 500 000 руб. Сказали, что если деньги не будут выплачены, они вселятся в квартиру и выселят из неё истца и всех членов её семьи. Документы о праве собственности на квартиру ФИО2 и ФИО21 не представили. Она обратилась в свою управляющую компанию «У Озера», где ей сообщили, что сведений о новых собственниках не поступало. После этого, она истребовала выписку на квартиру и ей стало известно, что 04.06.2019 на ФИО4 зарегистрирована 1/10 доля квартиры, на основании договора дарения от 31.05.2019, а также 4/10 доли квартиры на основании договора купли-продажи от 04.10.2019, согласно которого стоимость доли квартиры составила 450 000 руб. Так как, истцу предложений о покупке доли квартиры за 450 000 руб. от ФИО3 не поступало, полагает, что заключение договора дарения от 04.06.2019 между ФИО3 и ФИО4 имеет цель – исключение соблюдения обязательных положений ст. 250 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) о преимущественном праве истца на покупку доли в праве собственности на квартиру, и порядка извещения другого участника долевой собственности о намерении продать свою долю. Следовательно, договор дарения от 04.06.2019 заключен в качестве средства формального наделения ФИО4 полномочиями долевого собственника, для обеспечения возможности передать ему, а не ФИО1 оставшиеся доли в праве собственности на квартиру без соблюдения порядка, предусмотренного ст. 250 ГК РФ. Следовательно, конечной целью обеих сделок был переход к ФИО4 права собственности на ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Кроме того, дополнительным подтверждением притворности договора дарения от 04.06.2019 является то, что ФИО4 не является родственником и фактически не мог использовать долю квартиры для проживания, он ни разу не связывался с истцом и вселиться в квартиру не пытался, коммунальные платежи не оплачивал. Следовательно, договор дарения 1/10 долей в квартире от 04.06.2019 и договор купли-продажи 4/10 долей в этой квартире от 04.10.2019 заключенные между ФИО3 и ФИО4 фактически являются единым договором купли-продажи ? доли в праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, за 450 000 руб. Ссылаясь на положения ст.ст. 166, 167, 170, 209, 246, 250, 255, 304, 572 ГК РФ просит признать договор дарения от 31.05.2019 1/10 доли и договор купли-продажи от 04.10.2019 4/10 доли в праве собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес> заключенные между ФИО3 и ФИО4, недействительными; применить последствия недействительности сделок – исключить из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области сведения о праве собственности ФИО4 на 1/10 доли и 4/10 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>; перевести на ФИО1 права и обязанности покупателя доли в праве общей долевой собственности на ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, о времени и месте рассмотрения дела, уведомлена надлежащим образом. Направила в дело для участия своего представителя.

Представитель истца ФИО6, действующая на основании доверенности от 29.07.2020, в судебном заседании просила иск своей доверительницы удовлетворить, по основаниям в нем изложенным. Дополнительно пояснила, что ФИО1 о наличии договора дарения от 31.05.2019 и договора купли-продажи от 04.10.2019 заключенных между ФИО3 и ФИО4 узнала в марте 2020 года, после получения выписки на квартиру из Росреестра. ФИО4 никогда в квартиру вселиться не пытался и с ней не связывался. Оплату части коммунальных платежей произвел формально, поле предъявления ФИО1 в суд настоящего иска. Осенью 2018 года ФИО3 через нотариуса направил ФИО1 предложение о покупке у него ? доли квартиры более чем за 1 600 000 руб. Данное предложение ФИО1 принято не было поскольку установленная ФИО3 стоимость доли квартиры являлась завышенной. Как выяснилось позже, в мае 2019 ФИО3 подарил незначительную долю квартиры ФИО4, уже имея намерение продать ему оставшуюся у него долю квартиры, обойдя тем самым, преимущественное право покупки ФИО1 О совершенных сделка ФИО1 стало известно в марте 2020 года, поэтому срок обращения в суд не пропущен. Кроме того, просит учесть, что в 2013 году Ленинградским районным судом удовлетворен иск ФИО7 о признании договора купли-продажи квартиры, приобретенной ею у ФИО22, право которого на квартиру возникло на основании представленного в Росреестр сфальсифицированного решения суда. Согласно публикациям имеющимся в СМИ (газета и сеть Интернет) квартиру, о которой идет речь в судебном решении, показывал ФИО23 человек по имени ФИО2, внешне похожий на священника. По данному факту было возбуждено уголовное дело.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании просил отказать ФИО1 в удовлетворении иска. Пояснил, что у него нет неприязненных отношений с ФИО5, но они не общаются. В мае 2019 года он, из возникшего чувства благодарности, решил подарить часть принадлежащей ему доли в квартире, расположенной по адресу: <адрес><адрес>, сыну своего знакомого ФИО9 - ФИО4 Благодарность заключается в том, что когда-то, когда болела его дочь, ФИО2 дал ему координаты лекарей, которые помогли дочери. Он обратился к нотариусу, который разъяснил, какая доля может быть подарена, что бы она не была совсем маленькой. Позже, он решил продать ФИО4 оставшиеся 4/10 доли. Стоимость 4/10 доли в размере 450 000 руб., была им определена с учетом того, что доля уже уменьшилась и соответственно не стоила 1 600 000 руб.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился о времени и месте рассмотрения дела, уведомлен надлежащим образом. Направил в дело для участия своего представителя.

Представитель ФИО4, ФИО9, действующий на основании доверенности от 03.12.2019, в судебном заседании просил отказать ФИО1 в удовлетворении иска. Пояснил, что в мае 2019 года, он рассказал своему знакомому ФИО3 о том, что его сын ФИО4 проживающий в <адрес>, имеющий школу английского языка, хочет развивать свой бизнес в г.Советске. Для этого сыну нужно переехать на пару лет в г.Советск, где необходимо иметь жильё, небольшой угол, что бы поставить кровать. Сын человек уживчивый. ФИО3 сказал, что у него после развода есть доля в квартире, и он подарит ему часть этой доли. В мае 2019 ФИО3 подарил его сыну ФИО4 1/10 долю в квартире, расположенной по адресу: <адрес> Осенью 2019 ФИО4 предложил купить у него оставшиеся доли квартиры за 450 000 руб., на что сын согласился, желая улучшить свои жилищные условия. Перед покупкой он квартиру не осматривал, но видел её технический план, ему было этого достаточно. В квартиру, по адресу <адрес>, ФИО3 до настоящего времени не вселялся, поскольку планы по развитию бизнеса в г.Советске, немного сдвинулись. В сентябре 2019 года, после покупки квартиры, он (ФИО9) со своим знакомым по имени ФИО24 приезжали к ФИО5 на работу, познакомиться. ФИО5 пригласила их к себе домой, он купил торт, дома они пили чай, беседовали, осмотрели квартиру. ФИО5 сказала, что в квартиру жить никого не пустит. Таким образом, истец пропустила трехмесячный срок обращения в суд для оспаривания договоров дарения и купли-продажи, который подлежит исчислению с октября 2019 года, а не с марта 2020. Изначально, он сообщил суду, что не выставлял долю квартиры на продажу, поскольку не понял вопроса суда. Потом вспомнил, что они договорились с ФИО5 о том, что он выставит на продажу всю квартиру за 4 500 000 руб. и они поделят вырученные деньги пополам, пропорционально их долям. Фотографии своей квартиры ФИО5 прислала на телефон ФИО25 (другу ФИО9), который переслал эти фотографии ему, после чего он разместил объявление о продаже квартиры на Авито, в октябре 2019 года. Относительно доводов представителя истца о его участие в продаже квартиры, речь о которой идет в публикациях в СМИ поясняет, что показывал квартиру ФИО26 по просьбе своего знакомого ФИО27. Доверенности на продажу этой квартиры он не имел, о чем уже давал пояснения в рамках возбужденного уголовного дела.

Третье лицо, на стороне истца, не заявляющая самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО5 в судебном заседании просила удовлетворить иск ФИО1 Пояснила, что при разводе с ФИО3, квартира, расположенная по адресу: <адрес> судебном порядке разделена между ними по ? доли каждому. ФИО3 в этой квартире никогда не проживал. В 2015 году свою долю квартиры она подарила своей матери ФИО1 В квартире проживает она с сыном и мама. С ФИО3 после расторжения брака сложились неприязненные отношения. В марте 2020 года к ней на работу пришли двое мужчин, одним из которых оказался ФИО9, второй по имени ФИО28. Мужчины сообщили, что теперь они являются собственниками доли квартиры принадлежавшей ФИО3 Они просили дать номер её телефона, на что она ответила отказом, тогда один из мужчин взял свой телефон, набрал номер и у неё зазвонил телефон. Полагает, что её номер телефона дал им ФИО3 После работы мужчины поджидали её у входа, сказали, что ФИО3 должен им деньги за квартиру которую купил своей дочери в <адрес>. Если она отдаст им 1 5000 000 руб., они договорятся и отстанут от неё. Пояснения ФИО9 о том, что эти события происходили в октябре 2019 и она пригласила этих ранее незнакомых мужчин к себе домой, являются ложью. В апреле 2020 года с незнакомого номера, который как она позже выяснила, принадлежит мужчине по имени Руслан, пришло сообщение со ссылкой на объявление на Авито, с предложением обменять её ? долю квартиры, на жилье по объявлению. Квартиру, в которой она проживает с сыном и матерью, продавать никогда не намеревалась. Полагает, что фотографии её квартиры выставленной на продажу ФИО9 на Авито, были получены от ФИО3 Сын давно ей рассказывал, что когда её не было дома, приходил отец и под каким-то предлогом фотографировал квартиру. ФИО3 и раньше выставлял квартиру на продажу, о чем ей становилось известно только от посторонних людей, звонивших по этим объявлениям. Она никогда не имела намерения продавать квартиру.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области в судебное заседание не явился, о времени и месте его проведения уведомлен надлежащим образом.

Выслушав пояснения лиц участвующих в деле, их представителей, исследовав письменные материалы дела в совокупности с представленными доказательствами и дав им оценку по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующим выводам.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пунктам 3 и 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абзацем 1 пункта 1 статьи 10 ГК РФ установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Статья 246 ГК РФ определяет, что участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при ее возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьей 250 этого же кодекса.

Названная статья при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу устанавливает для остальных участников долевой собственности преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продается, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов, а также случаев продажи доли в праве общей собственности на земельный участок собственником части расположенного на таком земельном участке здания или сооружения либо собственником помещения в указанных здании или сооружении (часть 1) и одновременно возлагает на продавца доли обязанность известить в письменной форме остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю постороннему лицу с указанием цены и других условий, на которых продает ее (часть 2).

Иных обязанностей Гражданский кодекс на участников долевой собственности при продаже одним из них своей доли не возлагает, предусмотрев в абзаце втором части 2 статьи 250 упомянутого кодекса право продавца, если остальные участники долевой собственности не приобретут продаваемую долю в праве собственности на недвижимое имущество в течение месяца со дня извещения, продать свою долю любому лицу, а в случае, если все остальные участники долевой собственности в письменной форме откажутся от реализации преимущественного права покупки продаваемой доли, такая доля может быть продана постороннему лицу ранее указанного срока.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка)

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (ст. 167 ГК РФ).

В соответствии со ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Судом установлено, что истцу ФИО1 принадлежит на праве общей долевой собственности ? доли жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 102,1 кв.м. Право собственности возникло на основании договора дарения доли квартиры заключенного между ФИО1 (одаряемый) и ФИО5 (даритель) 02.12.2014. Право собственности ФИО1 зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области 10.03.2015, о чем выдано свидетельство о государственной регистрации права №

Ранее, вторым долевым собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, являлся ФИО3, которому принадлежали ? доли данного жилого помещения, на основании решения Советского городского суда от 22.04.2011, которым произведен раздел имущества между бывшими супругами ФИО3 и ФИО5

В квартире, расположенной по адресу: <адрес> зарегистрированы и проживают ФИО5 и ФИО30 ДД.ММ.ГГГГ года рождения (сын ФИО5 и ФИО3).

05.10.2018 ФИО3, через нотариуса Советского нотариального округа Калининградской области, направил ФИО1 заявление о продаже принадлежащей ему ? доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес> за 1 630 044 рублей 37 копеек. В заявлении разъяснено, что в случае, если ФИО1 не осуществит преимущественное право покупки в течение месяца, доля квартиры будет продана другому лицу.

Согласно пояснениям представителя истца, ФИО1 данным предложением не воспользовалась, посчитав предложенную цену за долю квартиры, чрезмерно завышенной.

01.05.2019 ФИО3 подарил 1/10 долю из принадлежащих ему на праве общей долевой собственности ? долей квартиры, расположенной по адресу: <адрес> ФИО4, что подтверждается договором дарения доли квартиры №, удостоверенным нотариусом Калининградского нотариального округа.

04.06.2019 вышеуказанный договор дарения зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области.

Одаряемый ФИО4, родственником дарителю ФИО3 не приходится, а является сыном его знакомого ФИО13

04.10.2019 ФИО3 продал оставшиеся у него в собственности 4/10 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> ФИО4 за 450 000 рублей, что подтверждается договором купли-продажи доли в праве собственности на квартиру № удостоверенным нотариусом Калининградского нотариального округа.

09.10.2019 вышеуказанный договор зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области.

Перед покупкой доли квартиры, покупатель ФИО4 квартиру не осматривал и попасть в неё не пытался.

27.10.2019 представитель ФИО4, ФИО9 разместил на интернет–сервисе Авито объявление о продаже квартиры, расположенной по адресу: <адрес> за 4 500 00 руб.

После заключения договора дарения и до настоящего времени ФИО4 в квартиру расположенную по адресу: <адрес>, не вселялся и в ней не проживал.

Оплату коммунальных услуг по вышеуказанной квартире ответчик ФИО4 начал производить лишь 12.10.2020, после обращения ФИО1 в суд с настоящим иском.

Свидетель стороны ответчика ФИО4, ФИО10 в судебном заседании пояснил, что в октябре-ноябре 2019 он и отец ФИО14 (ФИО9) приехали из Калининграда в г.Советск на работу к ФИО5 Она сказала, что ей неудобно разговаривать и предложила встретиться вечером и пойти к ней домой. Дома они пили чай и беседовали, осмотрели квартиру, увидели перепланировку, пробыли около двух часов. О чем говорила ФИО5 и ФИО9 он не слышал. Он флиртовал с ФИО5 ФИО5 сообщила, что никого в квартиру жить не пустит. Потом ФИО5 приезжала со своим сожителем в г.Калининград к Валерию, угрожала ему. Тогда он, на своем родном чеченском языке, заткнул рот сожителю ФИО5 и отправил его обратно. Его номер мобильного телефона №. В октябре 2019 на этот номер ФИО5 прислала ему фотографии своей квартиры для размещения объявления о продаже. Фотографии он переслал на электронную почту ФИО9 Почему ФИО5 сама не разместила объявление о продаже квартиры, он не знает, видимо так договорились с ФИО9

Свидетель ФИО15, на предложение суда, отказался представить на обозрение переписку с ФИО5 содержащуюся на его мобильном телефоне, о которой он сообщил суду в своих пояснениях, в том числе в подтверждение факта пересылки ему ФИО5 фотографий своей квартиры, сославшись на то, что он почистил телефон и удалил всю переписку.

В свою очередь, ФИО5, на предложение суда, представлен на обозрение свой мобильный телефон с содержащейся в нем перепиской с абонентом с номером № (номер в телефонной книге не поименован) в мессенджере Вайбер, из которой следует, что 18.04.2020 с данного номера ФИО5 поступило сообщение с предложением обмена её ? доли квартиры, на жилой объект по ссылке на объявление Авито. Данное сообщение оставлено ФИО5 без ответа.

Сведений о направлении ФИО5 абоненту с номером № фотографий, переписка не содержит.

С учетом изложенного, суд критически относится к пояснениям ФИО9 о том, что 27.10.2019 объявление о продаже квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, размещено по договоренности с ФИО5, поскольку объективных доказательств подтверждающих наличие такой договоренности и передачу фотографий квартиры от ФИО5 ФИО9, стороной ответчика не представлено.

Из распечатки объявления с интернет–сервиса Авито следует, что данное объявление о продаже спорной квартиры размещено именно ФИО9

Пояснения ФИО5 о том, что фотографии квартиры, фигурирующие в объявлении о продаже жилого помещения были выполнены ранее ФИО3, как вторым сособственником квартиры, убедительны, логичны и не опровергнуты стороной ответчика.

Свидетель ФИО29 в судебном заседании пояснил, что является сыном ФИО5 и ФИО3 Примерно в марте 2020 года мать ему сообщила, что отец какому-то неизвестному человеку, по фамилии ФИО7, одну часть квартиры сначала подарил, потом остальную за небольшую сумму продал. Года два-три назад, когда мама увидела на Авито объявление о продаже их квартиры, он сам обратился к отцу, и тот пояснил, что рано или поздно квартира будет продана. О том, что отец дарит долю квартиры чужому человеку, он ему не сообщал. Летом этого года, мама рассказывала, что к ней приходили на работу двое мужчин, которые не собираются жить в квартире, а хотят ей продать долю в квартире. В квартире, расположенной на <адрес>, проживает он, мама и бабашка.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснила, что является тетей ФИО5, они вместе работают в одном магазине. В марте 2020 года в этот магазин пришли двое мужчин и сказали ФИО5, что они новые хозяева её квартиры. Один из них представился как ФИО31. Сказали, что бы ФИО5 заплатила им 1 500 000 руб., или они сейчас придут с сотрудником полиции, вскроют дверь и будут там жить. ФИО3 покупает дочери квартиру и он должен им деньги. Они ушли, постояли на улице, ждали, когда закроется магазин. Когда они стали закрывать магазин, мужчины вошли во внутрь и подошли к Татьяне. Она услышала, как ФИО9 говорит: «Или ты нам отдаешь 1 500 000 рублей или давай квартиру продадим и деньги поделим пополам». Таня не согласилась, начала плакать, доказывать им, что эту квартиру она заработала сама, что бывший муж ни копейки не вносил.

Свидетель ФИО12 пояснила, что ФИО5 приходится двоюродной сестрой её мужа, она с А-выми знакома около 30 лет. В начале марта 2020 ФИО5 в телефонном разговоре сообщила, что ФИО3 подарил микродолю и таким-то путем продал половину квартиры. Потом от своей свекрови ФИО11 она слышала, о том, что в магазин к ФИО5 приходили двое мужчин и предлагали Татьяне выкупить у них долю за 1 500 000 руб., чтобы не вселяться в эту квартиру.

Оснований не доверять показаниям свидетелей ФИО8, ФИО11, ФИО12 у суда не имеется и стороной ответчика таких доводов не представлено. Данные показания являются последовательными и согласуются с иными обстоятельствами дела, установленными судом.

ФИО9, не согласившимся с пояснениями свидетеля ФИО11 в части указания даты произошедшей в магазине встрече в марте 2020 и настаивавшем, что данная встреча состоялась осенью 2019, каких-либо доказательств обосновывающих заявленные возражения, суду не представлено.

Разрешая заявление ответчиков о пропуске истцом трехмесячного срока обращения в суд с исковым заявлением о переводе прав и обязанностей покупателя доли квартиры, при нарушении преимущественного права покупки, суд учитывает следующее.

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" по смыслу пункта 3 статьи 250 ГК РФ при продаже доли в праве общей собственности с нарушением преимущественного права покупки других участников долевой собственности любой участник долевой собственности имеет право в течение трех месяцев со дня, когда ему стало известно или должно было стать известно о совершении сделки, требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Представители ответчика ФИО4 настаивали на том, что об обстоятельствах дарения и продажи доли квартиры от ФИО3 ФИО4, ФИО5 стало известно в октябре 2019 года.

Между тем, истцом и сособственником спорной квартиры, является ФИО1 заявившая о том, что об оспариваемых сделках с квартирой, нарушивших её право преимущественной покупки, ей стало известно в марте 2020 года.

Ответчиками и их представителями, каких-либо доводов относительного того, что ФИО1 о дарении и продаже долей квартиры ФИО3 стало известно осенью 2019 года, не заявлялось и соответствующих доказательств не предъявлялось.

Кроме того, объективных доказательств того, что и ФИО5 о совершенных между ФИО3 и ФИО4 сделках стало известно осенью 2019 года, в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ суду не представлено.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом ФИО1 трехмесячный срок обращения в суд с требованием перевода на неё прав и обязанностей покупателя по оспариваемой сделке, не пропущен.

Оценивая установленные по делу обстоятельства, суд учитывает, что ФИО3 имел цель продать принадлежащие ему ? доли в праве общей долевой собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес>, что подтверждается направлением 05.10.2018 ФИО1 соответствующего письменного предложения о продаже доли квартиры за 1 630 044,37 руб.

Спустя шесть месяцев, после направления указанного предложения, ФИО3 дарит 1/10 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ФИО4, сыну своего знакомого ФИО9, обосновывая мотивы совершенной сделки, испытываемым чувством благодарности к последнему.

При этом, из пояснений ФИО3 следует, что при заключении договора дарения, он поинтересовался у нотариуса, какую именно минимальную долю возможно подарить, что бы эта доля не была ничтожно малой, что также ставит под сомнение приведенные ФИО3 мотивы совершения сделки дарения.

Спустя непродолжительное время, 04.10.2019 ФИО3 продает оставшиеся 4/10 доли в праве общей долевой собственности на квартиру ФИО4, за 450 000 руб.

27.10.2019 ФИО9 размещает объявление о продаже спорной квартиры за 4 500 000 руб., а в последующем, в марте 2020 предлагает ФИО5 выкупить у ФИО4 долю квартиры за 1 500 000 руб. или совершить обмен доли на другое жилое помещение.

Последовательность совершаемых ответчиками ФИО3 и ФИО4 действий свидетельствуют о том, что окончательной целью совершения договора дарения 1/10 доли квартиры (составляющей в натуре 5,1 кв.м.) являлась именно продажа принадлежащей ФИО16 ? доли в квартире, в обход имеющегося у ФИО1 преимущественного права покупки данной доли (ч. 2 ст. 250 ГК РФ).

То есть, дарение доли квартиры ФИО4, совершено с целью дальнейшей продажи оставшейся части доли ему же, в обход правил о преимущественном праве покупки другого сособственника.

Учитывая небольшой временной промежуток времени между заключением договора дарения и договора купли-продажи оставшейся доли, незначительное количество подаренных долей (1/10 доли или 5,1 кв.м.) по сравнению с количеством проданных долей (4/10 или 45,9 кв.м.), отсутствие между ответчиками родственных или иных отношений, которыми мог быть обусловлен безвозмездный характер первого договора, суд приходит к выводу о том, что договор дарения 1/10 долей в праве общей долевой собственности на спорную квартиру заключенный 01.05.2019 между ФИО3 и ФИО4, является единой сделкой купли-продажи ? долей в праве общей долевой собственности на данную квартиру, принадлежащих ФИО3, в связи с чем вышеназванный договор дарения является недействительной сделкой по мотиву притворности, как прикрывающей действительные намерения сторон, направленные на заключение договора купли-продажи данного имущества и создание соответствующих последствий, в соответствии с п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ.

Таким образом, заключенный 01.05.2019 между ФИО3 и ФИО4 договор дарения 1/10 долей в праве общей долевой собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес> заключенный 04.10.2019 между ФИО3 и ФИО4 договор купли-продажи 4/10 долей в праве общей долевой собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес>, являются единой сделкой купли-продажи ? долей недвижимого имущества принадлежащих ФИО3, произведенной с нарушением имеющегося у ФИО1 права преимущественной покупки данной доли, установленной ч.2 ст. 250 ГК РФ, поскольку ей данная доля жилого помещения за установленную договором купли-продажи цену в размере 450 000 руб., к покупке не предлагалась.

На основании абз. 3 п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в случае нарушения права преимущественной покупки сособственника недвижимого имущества судебный акт, которым был удовлетворен иск о переводе прав и обязанностей покупателя является основанием для внесения соответствующей записи в ЕГРП. Следует иметь в виду, что истец в этом случае не имеет права на удовлетворение иска о признании сделки недействительной, поскольку гражданским законодательством предусмотрены иные последствия нарушения требований пункта 3 статьи 250 ГК РФ.

Таким образом, ФИО1 исковые требования о признании недействительным договора купли-продажи 4/10 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 04.10.2019 между ФИО3 и ФИО4, заявлены излишне, поскольку одновременно истец просит перевести на неё права и обязанности покупателя по данному договору купли-продажи долей спорного жилого помещения.

В соответствии со ст. 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила. В рассматриваемом случае, такие правила установлены п. 3 ст. 250 ГК РФ.

На основании установленных по делу обстоятельств, с учетом вышеприведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, на ФИО1 подлежат переводу права и обязанности покупателя по договору купли-продажи от 04.10.2019 заключенному между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель), который является единым договором купли-продажи 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес>, за цену 450 000 рублей.

При этом, ФИО4 подлежат выплате 450 000 рублей, за счет средств внесенных истцом ФИО1 на залоговый счет Управления Судебного департамента Калининградской области при подаче настоящего искового заявления.

На основании ст. 98 ГПК РФ с ФИО3 и ФИО4 в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлине, по 3 850 руб. с каждого.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Уточненные исковые требования удовлетворить.

Признать договор дарения № 1/10 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 31.05.2019 между ФИО3 и ФИО4, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки, исключив из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество сведения о праве собственности ФИО4 на 1/10 доли квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

Перевести на ФИО1 права и обязанности покупателя ФИО4 по договору купли-продажи № заключенному 04.10.2019 между ФИО3 (продавец) и ФИО4 (покупатель), являющемуся договором купли-продажи 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру расположенную по адресу: <адрес>, за цену 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) рублей.

Вступившее в законную силу решение суда по данному делу является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о праве собственности ФИО1 на ? доли квартиры расположенной по адресу: <адрес>, возникшего на основании вышеуказанного договора купли-продажи.

Выплатить ФИО4 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) рублей, за счет средств внесенных истцом ФИО1 на залоговый счет Управления Судебного департамента Калининградской области.

Исполнение решения в части выплаты ФИО4 450 000 рублей возложить на Управление Судебного департамента Калининградской области.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 850 (три тысячи восемьсот пятьдесят) рублей.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 850 (три тысячи восемьсот пятьдесят) рублей

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Калининградского областного суда через Советский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Резолютивная часть решения принята в совещательной комнате.

Мотивированное решение составлено 05.11.2020.

Судья И.В. Понимаш