Решение № 2-1786/2018 2-1786/2018~М-1538/2018 М-1538/2018 от 24 октября 2018 г. по делу № 2-1786/2018

Дело № 2-1786/2018


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Кумертау 24 октября 2018 года

Кумертауский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Куприяновой Е.Л.,

с участием прокурора Ильясова Т.Х.,

представителей истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности от <...>, его представителя – ФИО3, действующей на основании доверенности от <...>,

представителей ответчика ООО «Свердловская энергоремонтная компания» ФИО4, действующей на основании доверенности <...> от <...>, ФИО5, действующего на основании доверенности <...> от <...>,

представителя ответчика Администрации городского округа <...> РБ ФИО6, действующей на основании доверенности <...> от <...>,

представителя ответчика Министерства семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан ФИО7, действующей на основании доверенности <...> от <...>,

представителя ответчика Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан ФИО8, действующей на основании доверенности от <...> (по системе видеоконференц-связи),

при секретаре Султановой Э.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Свердловская энергоремонтная компания», Министерству семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан, Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан, Республиканскому союзу «Федерация профсоюзов Республики Башкортостан», Государственному учреждению – Региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, Администрации городского округа город Кумертау Республики Башкортостан о признании недействительным акта о расследовании тяжелого несчастного случая от <...>, признании несчастным случаем, связанным с производством, происшествие, произошедшее <...>, взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение и приобретение лекарственных средств, транспортных расходов, расходов на санаторно-курортное лечение и судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском с указанными выше исковыми требованиями, мотивируя их тем, что с <...> он работает в ООО «Свердловская энергоремонтная компания» в качестве электросварщика. <...> около 11 часов с ним произошел несчастный случай. Находясь на предприятии ООО «Свердловская энергоремонтная компания» возле 3-й турбины, он получил травму головы о металлический уголок. Согласно протоколу исследования <...> от 04.01.2018г. ГБУЗ РБ ГБ <...>, по данным РКТ у него установлен <...>. Постановлением УУП и ПДН ОМВД России по <...> от 12.01.2018г. была назначена судебно-медицинская экспертиза. Согласно заключению эксперта <...> от 31.01.2018г., у него имелись телесные повреждения в виде <...>. Данные повреждения могли быть получены от воздействия тупого, твердого предмета или удары о таковые, не исключается в срок <...>, по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни и квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека. Кроме того, заключением эксперта <...>/М-К от <...> установлено следующее: заключительный клинический диагноз: Основной: Закрытая черепно-мозговая травма. Сдавление головного мозга подострой субдуральной гематомой в левой лобно-теменно-височно-затылочной области. Линейный перелом височной кости слева, с переходом на основание черепа. Закрытая черепно-мозговая травма ФИО1 могла быть получена <...> около 11 часов при ремонте турбины и ударе головой с надетой на голову зимней вязанной шапкой. Сроки получения травмы подтверждается подострой стадией гематомы, цветом (темно-коричневая), объемом, консистенцией-структурой, отсутствием капсулы и спаянности гематомы с твердой мозговой оболочкой. Характер субдуральной гематомы, установленный у ФИО1 на операции - 04.01.2018г., по времени совпадает с описанием характера субдуральных гематом в судебно-медицинской литературе - около 7 суток, подтверждается время получения ЧМТ – <...>. Отсутствие ушибленной раны, при наличии поперечного линейного перелома левой височной кости, с переходом на основание черепа (чешуя височной кости является одной из тонких от 2-3 мм, плоских костей черепа), у ФИО1 (рану), которую он мог получить при сварке трубы на высоте 1,3 м от пола, стоял на коленях, стал разгибаться и вставать, то головой ударился о выступающую часть металлической опоры, которая была установлена в виде уголка, на ней и держалась труба, т.е. головой он ударился о выступающий металлический предмет, прочностными характеристиками кожных покровов, недостаточной первоначальной энергией удара, амортизацией - 39% энергии головным убором, а также металлическая часть в месте однократного контакта с головой не имела такую острую кромку и конец, а являлась, возможно, линейным плохо выраженным (закругленным) ребром. Согласно акту от <...> о расследовании тяжелого несчастного случая, произошедшего 29.12.2017г., комиссия по расследованию несчастного случая пришла к выводу, что в ходе расследования не представлено достаточно доказательств, подтверждающих, что травма была получена при исполнении трудовых обязанностей при производстве работ <...> на Нугушской ГЭС. Данный несчастный случай, не связанный с производством, не подлежит оформлению актом Н-1, учету и регистрации в ООО «СЭРК». Данный акт полностью противоречит вышеописанным заключениям экспертов и особым мнениям членов комиссии ведущего специалиста - эксперта ТО Министерства семьи, труда и социальной защиты населения РБ по <...> и <...> ФИО7, главного государственного инспектора труда (по охране) труда в РБ ФИО8, технического инспектора труда Федерации профсоюзов РБ Ф. Таким образом, при наличии особого мнения узких специалистов и фактическом установлении вины в происшедшем несчастном случае ответчика ООО «СЭРК», которое не обеспечило безопасные условия труда, выразившиеся в не ненадлежащем проведении мероприятий по безопасному производству работ в труднодоступных пространствах, в не проведении обучения по охране труда с последующей проверкой знаний требований охраны труда, акт о расследовании тяжелого несчастного случая является незаконным. Им после выписки из лечебного учреждения были понесены расходы на приобретение лекарств и медицинское обследование на сумму 49 362,28 руб., транспортные расходы на общую сумму 16 000 руб., всего на сумму 65 362,28 руб. Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», установивший правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определивший порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, был принят в целях реализации названных конституционных положений, обязывающих государство разработать эффективный организационно-правовой механизм восполнения гражданам, здоровью которых был причинен вред в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, имущественных потерь, связанных с утратой трудоспособности. Абзац 2 п.3 ст.8 ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусматривает право застрахованного требовать от причинителя компенсации морального вреда, то есть нравственных или физических страданий, перенесенных в результате травмы, увечья, профессионального заболевания, иного повреждения здоровья, направлен на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. Гражданское законодательство, предусматривая в качестве способа защиты гражданских прав компенсацию морального вреда, устанавливает общие принципы для определения размера такой компенсации (ст. 151 и ст. 1101 ГК РФ). В соответствии с п. 1 ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Ему необходимо санаторно-курортное лечение не менее 21 дня. Самостоятельно оплатить расходы на санаторно-курортное лечение у него не имеется возможности. Стоимость путевки, согласно прайс-листу «цены путевок Санатория Янган-Тау Башкортостан» на 1 местный номер составляет 3 400 руб. в день. Соответственно, с ответчика в его пользу подлежат взысканию расходы на санаторно-курортное лечение в сумме: 3 400 руб. х 21 день (количество дней лечения) = 71 400 руб. В соответствии с ч.1,2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. В силу п.п. 1, 3 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Кроме того, в результате несчастного случая на производстве ему был причинен моральный вред, выразившийся в постоянных физических и моральных страданиях, на протяжении длительного времени и на сегодняшний день он не может осуществлять свою трудовую деятельность, вынужден постоянно обращаться в лечебные учреждения, проходить обследования, с момента происшествия несчастного случая ответчик не оказал ему никакой материальной помощи, не принес никаких извинений в его адрес. Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Моральный вред, причиненный ему ответчиком, оценивает в 2 000 000 руб. В соответствии с требованиями ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя. За составление искового заявления, участие в суде первой инстанции представителя им было оплачено 50 000 руб., также оплачена государственная пошлина в размере 800 руб. Просит признать недействительным акт № б/н от <...> о расследовании тяжелого несчастного случая, признать несчастным случаем на производстве происшествие, произошедшее с ним <...> в 11.00 часов в ООО «Свердловская энергоремонтная компания», взыскать с ООО «Свердловская энергоремонтная компания»» в свою пользу расходы на лечение и приобретение лекарственных средств в размере 49 362 рубля 28 копеек, транспортные расходы в размере 16 000 рублей, расходы на санаторно-курортное лечение в размере 71 400 рублей, взыскать с ООО «Свердловская энергоремонтная компания», Территориального отдела по Мелеузовскому району и городу Мелеуз Министерства семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан, Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан, Республиканского союза «Федерация профсоюзов Республики Башкортостан», Государственного учреждения – Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, Администрации городского округа город Кумертау Республики Башкортостан в свою пользу пропорционально удовлетворенным требованиям компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 50 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1, будучи извещенным, не явился.

В судебном заседании представители истца ФИО2, ФИО3 исковые требования ФИО1 поддержали, просили их удовлетворить, привели доводы, изложенные в исковом заявлении.

Представители ответчика ООО «Свердловская энергоремонтная компания» ФИО4 и ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признали, просили в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление (л.д.131-136 т.1).

Представитель ответчика Администрации городского округа город Кумертау РБ ФИО6 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление (л.д.223-224 т.1).

Представитель ответчика Министерства семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан ФИО7 в судебном заседании исковые требования, заявленные к Министерству семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан, не признала, просила в их удовлетворении отказать по доводам, изложенным в возражении на исковое заявление, разрешение остальных исковых требований оставила на усмотрение суда (л.д.113-118 т.1).

Представитель ответчика Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан ФИО8 в судебном заседании исковые требования, заявленные к Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан, не признала, просила в их удовлетворении отказать, разрешение остальных исковых требований оставила на усмотрение суда.

Представитель ответчика Республиканского союза «Федерация профсоюзов Республики Башкортостан», извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в представленном ходатайстве просил рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика. В ранее представленном возражении на исковое заявление представитель ответчика просил исключить Республиканский союз «Федерация профсоюзов Республики Башкортостан» из числа ответчиков по тем основаниям, что согласно акту о расследовании тяжелого несчастного случая, произошедшего <...> с ФИО1, комиссия по расследованию несчастного случая не связала данный несчастный случай с производством в связи с тем, что в ходе расследования не предоставлено достаточно доказательств, подтверждающих, что травма была получена при исполнении трудовых обязанностей. В состав комиссии входил технический инспектор труда Федерации профсоюзов Республики Башкортостан Ф., который при расследовании тяжелого несчастного случая, произошедшего с ФИО1, представил особое мнение, выразив несогласие с мнением большинства членов комиссии в части квалификации несчастного случая как не связанного с производством и исключения из акта о расследовании причин несчастного случая виновных ответственных лиц. В соответствии со ст.ст. 22, 212 ТК РФ на работодателя возлагается обеспечение сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающее в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия. Однако, в нарушение данных норм ТК РФ, а также в нарушение требований ст. 225 ТК РФ, Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, утв. Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 г. № 1/29, работодателем ООО «Свердловская энергоремонтная компания» не проведены вводный инструктаж при устройстве на работу, обучение по охране труда и проверка знаний требований охраны труда работника (согласно акту расследования несчастного случая вводный инструктаж ФИО1 при устройстве на работу <...> не проведен, работник допущен к работам, не пройдя обучение по охране труда и проверку знаний требований охраны труда), в нарушение требований ст. 221 ТК РФ работодатель не обеспечил его необходимыми средствами индивидуальной защиты (согласно акту расследования ФИО1 работал без защитной каски и спецодежды). В ООО «Свердловская энергоремонтная компания» отсутствует первичная профсоюзная организация, ФИО1 не является членом профсоюза, представитель Федерации профсоюзов Республики Башкортостан был включен в состав комиссии, расследовавшей несчастный случай, произошедший с ФИО1, в соответствии с ч. 2 ст. 229 ТК РФ (л.д.96-98 т.1).

Представитель ответчика Государственного учреждения – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по <...>, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, в представленном заявлении просил рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика. В ранее представленном возражении на исковое заявление представитель ответчика просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 по тем основаниям, что ФИО1 о полученной травме не сообщил ни работодателю, ни иным работникам ООО «СЭРК», как в день получения травмы <...>, так и в течение всего времени до <...> Согласно акту о расследовании тяжелого несчастного случая от <...>, комиссия квалифицировала несчастный случай с ФИО1 как несчастный случай, не связанный с производством. Таким образом, отсутствуют основания для квалификации данного несчастного случая, произошедшего <...> с ФИО1, как несчастного случая, связанного с производством. Наличие трудовых отношений между работником и работодателем само по себе не может иметь определяющее значение при квалификации несчастного случая и определять его связь с производством. В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда (л.д.230 т.1).

С учетом требований ст.167 ГПК РФ, суд полагает о рассмотрении указанного дела в отсутствие не явившихся лиц.

Прокурор Ильясов Т.Х. в данном заключении полагал, что исковые требования ФИО1 необоснованные и удовлетворению не подлежат.

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, материалы проверки <...> по факту получения ФИО1 телесных повреждений и оценив доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

В силу абзаца 4 части 2 статьи 22 и статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, обеспечивать работников средствами индивидуальной защиты, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей, а также возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей.

В соответствии с абзацем 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Согласно ст. 225 Трудового кодекса Российской Федерации, все работники, в том числе руководители организаций, а также работодатели – индивидуальные предприниматели, обязаны проходить обучение по охране труда и проверку знания требований охраны труда в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Для всех поступающих на работу лиц, а также для работников, переводимых на другую работу, работодатель или уполномоченное им лицо обязаны проводить инструктаж по охране труда, организовывать обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказания первой помощи пострадавшим.

Согласно ч. 1 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации расследованию и учету в соответствии с настоящей главой (глава 36 «Обеспечение прав работников на охрану труда») подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с положениями ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации и п. 3 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития РФ от 24 октября 2002 года N 73, расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), если указанные события произошли на территории организации, других объектах и площадях, закрепленных за организацией на правах владения либо аренды, либо в ином месте работы в течение рабочего времени (включая установленные перерывы), в том числе во время следования на рабочее место (с рабочего места), а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства, одежды и т.п. перед началом и после окончания работы, либо при выполнении работ за пределами нормальной продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

В целях обеспечения гарантий конституционных прав граждан и реализации основных принципов правового регулирования труда принят Федеральный закон от 24.07.1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», который предусматривает возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным Законом случаях, путем предоставления застрахованному в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию, в том числе оплаты расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию.

Понятие несчастного случая на производстве содержится в ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», согласно которому под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации на основании собранных материалов расследования комиссия устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

Перечень обстоятельств, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, также содержится в ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации (смерть вследствие общего заболевания или самоубийства; смерть или повреждение здоровья, единственной причиной которых явилось по заключению медицинской организации алкогольное, наркотическое или иное токсическое опьянение (отравление) пострадавшего, не связанное с нарушениями технологического процесса, в котором используются технические спирты, ароматические, наркотические и иные токсические вещества; несчастный случай, происшедший при совершении пострадавшим действий (бездействия), квалифицированных правоохранительными органами как уголовно наказуемое деяние).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в силу положений ст. 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ и ст. 227 Трудового кодекса РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации), и иные обстоятельства (абзац третий пункта 9).

Судом установлено, что в соответствии с приказом директора ООО «Свердловская энергоремонтная компания» <...> от <...> ФИО1 был принят в ООО «Свердловская энергоремонтная компания» на должность электросварщика ручной сварки (с выполнением работ газосварщика) 6 разряда на участок по ремонту парогазотурбинного оборудования (л.д. 137 т. 1).

<...> в 11 часов при производстве работ по заданию работодателя ООО «Свердловская энергоремонтная компания» на Нугушской ГЭС, расположенной по адресу: <...>, с ФИО1 на производстве произошел несчастный случай при ударе им головой о край уголка опоры трубы водоснабжения, что повлекло за собой причинение вреда здоровью.

В связи с полученной травмой <...> ФИО1 обратился в ГБУЗ РБ Городская больница <...>, где находился на стационарном лечении по <...>. Выставлен основной диагноз: закрытая черепно-мозговая травма. Сдавление головного мозга подострой субдуральной гематомой в левой лобно-теменно-височно-затылочной области. Линейный перелом височной кости слева с переходом на основание черепа.

<...> ФИО1 проведена операция: <...>.

Указанные обстоятельства подтверждаются выписным эпикризом <...> (л.д. 27 т. 1), медицинской картой стационарного больного <...>, наря<...> от <...> (л.190-192 т.2 материала проверки <...>ПР-18), договором субподряда № <...> от <...>, заключенным между ООО «КамЭнергоРемонт» и ООО «Свердловская энергоремонтная компания» (л.д. 218-239 т. 2 материала проверки <...>ПР-18).

<...> в дежурную часть Отдела МВД России по городу Кумертау поступило сообщение от медсестры ФИО9 о том, что <...> к ним обратился ФИО1 о том, что у него производственная травма (л. 16 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

В данном <...> УУП и ПДН ОМВД России по <...> объяснении ФИО1 показал, что <...> около 11 часов он находился в командировке в <...> от организации, осуществлял ремонт турбины. Обварив трубу, он с головы снял щиток и, когда привстал, посмотреть, хорошо ли заварил, ударился головой об уголок, было несильно больно. Он продолжил работу. Вечером <...> он приехал домой, была небольшая слабость. <...> у него сильно стала болеть голова и <...> он обратился в скорую помощь. Сделав снимок, ему сказали, что у него подкожная гематома и перелом черепа (л. 17 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

Аналогичные объяснения ФИО1 дал при опросе его <...> старшим УУП ОУУП и ПДН Отдела МВД России по <...> (л. 21 т. 1 материала проверки <...>ПР-18), <...> государственным инспектором труда (по охране труда) в РБ ФИО8 (л. 126-131 т. 2 материала проверки <...>ПР-18), <...> заместителем руководителя Мелеузовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...> (л. 86-88 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

<...> истец ФИО1 обратился к ответчику ООО «Свердловская энергоремонтная компания» с заявлением о произошедшем с ним несчастным случаем на производстве (л. 37 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

Приказом ООО «Свердловская энергоремонтная компания» <...> от <...> создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве, происшедшего с ФИО1 (л. 90 т. 2 материала проверки <...>).

<...> ГБУЗ РБ Городская больница <...> по форме <...>/у выдано медицинское заключение <...> о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, согласно которому ФИО1 определена тяжелая степень тяжести полученной травмы (л. 38 т. 1 материала проверки <...>

Распоряжением заместителя руководителя Государственной инспекции труда в <...><...> от <...> поручено государственному инспектору труда (по охране труда) в РБ ФИО8 провести расследование тяжелого несчастного случая с ФИО1 (л. 88 т. 2 материала проверки <...>

Приказом ООО «Свердловская энергоремонтная компания» <...> от <...> изменен состав комиссия по расследованию несчастного случая, происшедшего с ФИО1 (л. 92 т. 2 материала проверки <...>ПР-18).

Постановлением УУП и ПДН Отдела МВД России по <...> от <...> в отношении ФИО1 назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено эксперту Бюро СМЭ <...> (л. 12 т. 2 материала проверки <...>).

Согласно заключению эксперта <...> от <...>, у ФИО1 имеются: закрытая черепно-мозговая травма; ушиб головного мозга; сдавливание головного мозга подострой субдуральной гематомы в левой лобно-теменновисочной областях; линейный перелом височной кости слева с переходом на основание. Данные повреждения могли быть получены от воздействия тупого, твердого предмета или удары о таковые, не исключается в срок <...>, по своему характеру непосредственно создают угрозу для жизни и квалифицируются как повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью человека (л. 32-33 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

<...> председателем комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, образованной приказом «Свердловская энергоремонтная компания» <...> от <...>, государственным инспектором труда (по охране труда) в РБ ФИО8 проведен осмотр места несчастного случая – <...> ООО «НГУ» турбинное отделение ГА <...>. В ходе осмотра со слов пострадавшего ФИО1 установлено, что уголок опоры закреплен к стене на высоте 1100 мм (верхняя часть уголка), 1050 мм (нижняя часть уголка). Труба водопровода диаметром 133 мм ГА <...>, уложена на опоре на высоте 1100 мм. Ширина прохода от стены до стены составляет 2420 мм. Ширина прохода от стены до установленной водопроводной трубы составляет 2080 мм. Расстояние от стены до края опоры, к которой прикреплена опора, составляет 390 мм. Расстояние по горизонтали от опоры до шва по внутренней части трубы составляет 250 мм. Расстояние по горизонтали от опоры до шва по наружной части трубы составляет 510 мм. Пострадавший пользовался костюмом для защиты от искр и брызг расплавленного металла на утепляющей прокладке, ботинки кожаные с защитным подноском для защиты от повышенных температур, искр и брызг расплавленного металла, перчатки для защиты от искр и брызг расплавленного металла, щиток защитный термостойкий (л. 123-125 материала проверки <...>

По результатам заседания <...> комиссией по расследованию несчастного случая принято решение по состоянию на <...> не связывать несчастный случай, произошедший с ФИО1, с производством, направить в следственный комитет запрос на установление причинно-следственной связи данного несчастного случая (л. 201-202 т. 2 материала проверки <...>ПР-18).

Из протокола осмотра места происшествия от <...> и фотоиллюстраций к нему следует, что осмотрено турбинное отделение генератора <...> здания Нугушской электростанции, расположенной в <...> Республики Башкортостан. В отделении горизонтально расположена труба на расстоянии 110 см. от пола. Под трубой расположена металлическая опора из металлического уголка, длиной (от стены) 39,6 см. Данная опора имеет скос выступающей части 141 градус. Ширина коридора в отделении (в месте осмотра трубы) 240 см (л. 67-78 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

Постановлением старшего следователя Мелеузовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...> от <...> отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 143 УК РФ по факту получения производственной травмы ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления (л. 80-83 т. 1 материала проверки <...>

Постановлением руководителя Мелеузовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...> от <...> постановление от <...> об отказе в возбуждении уголовного дела отменено с направлением материала проверки для проведения дополнительной проверки (л. 85 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

Постановлением заместителя руководителя Мелеузовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...> от <...> назначена медицинская судебная экспертиза в отношении ФИО1, производство которой поручено ГБУЗ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения Республики Башкортостан (л. 108-111 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

Постановлением заместителя руководителя Мелеузовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...> от <...> отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 143 УК РФ по факту получения производственной травмы ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления (л. 113-115 т. 1 материала проверки <...>ПР-18).

Постановлением руководителя Мелеузовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...> от <...> постановление от <...> об отказе в возбуждении уголовного дела отменено с направлением материала проверки для проведения дополнительной проверки (л. 1-2 т. 2 материала проверки <...>ПР-18).

Согласно заключению экспертов <...> от <...>, согласно медицинской карты стационарного больного <...> ГБУЗ РБ <...>, у ФИО1 при поступлении в стационар <...> (13.34 час) имелись повреждения: закрытая черепно-мозговая травма, линейный перелом височной кости слева с переходом на основание черепа (пирамида височной кости), со сдавлением головного мозга подострой субдуральной гематомой в левой лобно-теменно-височно-затылочной области. Каких-либо данных, подтверждающих факт повреждения кожных покровов головы (наличие ран, ссадин) при поступлении в стационар <...> у ФИО1, в представленной медицинской документации не отмечено.

Указанные повреждения образовались в результате контакта с тупым твердым предметом, повреждения могли образоваться от одного травматического воздействия. Особенности тупого предмета (форма, абсолютные размеры, конструкционные особенности, рельеф, загрязнения и др.) в морфологических свойствах повреждений не отобразились, конкретизировать свойственные характеристики травмирующего предмета - не представляется возможным. Для подострых субдуральных гематом характерно появление симптомов через 4-14 дней после травмы. Учитывая данные медицинской документации (КТ-исследование головного мозга от 04.01.2018г: «...Срединные структуры: смещены вправо на 5мм... Патологические очаги в участках мозга: в левой лобной, височной, теменной областях субдуральная гематома, гиперденсная кровь прилежит к внутренней поверхности свода черепа, имеет лунообразный вид вогнутости в направлении гемисферы, шириной 10мм...»; протокол операции: «...Визуализируется линия перелома височной кости с переходом на основание... Обнаружена подострая субдуральная гематома темно-коричневого цвета. Произведено отмывание гематомы теплым физиологическим раствором до «чистой воды». Подлежащее мозговое вещество желтоватого цвета, пульсирует. С помощью мозгового шпателя осуществлена ревизия субдурального пространства, при ревизии сгустков крови не выявлено...»), а также данные специальной медицинской литературы («...К концу 2-3-х суток гематома полностью сформирована и представлена сплошным рыхлым темно-красным свертком. К концу первой недели цвет свертка приобретает коричневатый оттенок, он становится непрочно спаянным с внутренней поверхностью ТМО. В течение второй недели эта связь становится более прочной, при попытках выделить гематому на ТМО сохраняется тонкий крошащийся коричневатый пласт сухих свертков крови...» - Черепно-мозговая травма, ФИО10 / «...Начиная с 4- го дня в участках ТМО, к которым прилегают сгустки крови, появляются первые признаки резорбции. Сращение сгустка с внутренней ТМО становится видимым лишь со 2-й недели. В это время сгусток крови приобретает коричнево-красный цвет...»- Руководство по патологической анатомии, ФИО11), не исключается возможность образования повреждений в сроки около 5-8 суток до госпитализации <...> (13.34 час). Конкретизировать давность образования повреждений с точностью до часов, суток - не представляется возможным.

Повреждения, установленные у ФИО1, квалифицируются как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности вреда здоровью для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни (Основание: п.6.1.2 Приложения к Приказу Минздравсоцразвития России от 24.04.2008г. N 194н "Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека").

Учитывая данные медицинской документации, сведения об обстоятельствах дела (в том числе указанные в объяснении ФИО1 от <...>), возможность образования указанных повреждений «при однократном ударе верхней областью головы об опору металлической трубы в виде металлического уголка, расположенного на высоте 110 см от пола», «при ударе об опорный уголок (50x50) с расстояния 10-15 см снизу вверх через головной убор (шапку) при вставании» - исключить оснований не имеется.

Для подострой субдуральной гематомы более характерна трёхфазность в изменении сознания. Подострая субдуральная гематома, в отличие от острой, характеризуется сравнительно медленным развёртыванием компрессионного синдрома и значительно большей продолжительностью «светлого» промежутка. Длительность первичной потери сознания у большинства пострадавших колеблется от нескольких минут до часа. Наступающий затем «светлый» промежуток может длиться до 2 недель, до вторичного выключения сознания. Во время «светлого» промежутка пострадавшие находятся в ясном сознании, либо присутствуют лишь элементы оглушения. Жизненно важные функции не страдают. Учитывая вышеизложенное, следует заключить, что после получения телесных повреждений (в «светлый» промежуток) ФИО1 мог совершать целенаправленные активные действия (в т.ч. передвигаться, переносить тяжести и т.п.), в течение промежутка времени, исчисляемого сутками.

Локализация повреждений на голове находится в пределах досягаемости собственной руки, высказаться о возможности причинения повреждений собственной рукой - не представляется возможным.

Каких-либо судебно-медицинских данных, позволяющих высказаться о возможности образования повреждений при падении с высоты собственного роста, не имеется (л. 46-67 т. 2 материала проверки <...>).

По результатам заседания <...> комиссией по расследованию несчастного случая принято решение о переносе заседания комиссии на <...> в связи с неполным составом комиссии (л. 203-204 т. 2 материала проверки <...>). По результатам заседания <...> комиссией по расследованию несчастного случая большинством голосов принято решение не связывать данный несчастный случай с производством и исключить пункты 5, 6 из проекта акта о расследовании несчастного случая (тяжелого) (л. 205-206 т. 2 материала проверки <...>

Согласно акту о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от <...>, комиссией по расследованию несчастного случая большинством голосов принято решение, что в ходе расследования не предоставлено достаточно доказательств, подтверждающих, что травма была получена ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей при производстве работ <...> на Нугушской ГЭС. Данный несчастный случай с ФИО1 квалифицирован комиссией как несчастный случай, не связанный с производством, не подлежащий оформлению актом Н-1, учету и регистрации в ООО «СЭРК» (л. 73-81 материала проверки <...>

В ходе расследования было установлено, в том числе, что вводный инструктаж ФИО1 при устройстве на работу <...> не проведен. Также не проведено обучение по охране труда и проверка знаний требований охраны труда, и работник допущен до производства работ. Нарушены требования ст. 225 Трудового кодекса РФ, п. 2.2.2 Постановления Минтруда РФ и Минобразования РФ от <...><...> Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций. ФИО1 при производстве работ находился в СИЗ, которые были получены в 2015 году ООО «КВАРЦ-Групп». Защитная каска в ООО «СЭРК» ФИО1 не была выдана. Согласно типовых норм выдачи СИЗ, ФИО1 специальная одежда в 2017 году не выдавалась. Нарушены требования ст. 221 Трудового кодекса РФ, приказа от <...><...>н «Об утверждении межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты». В свою очередь, ФИО1 не известил немедленно своего непосредственного или вышестоящего руководителя о несчастном случае, происшедшем на производстве, что является нарушением требования ст. 214 Трудового кодекса РФ.

К акту о расследовании группового несчастного случая (тяжелого несчастного случая, несчастного случая со смертельным исходом) от <...> приложены особые мнения, высказанные главным государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан ФИО8, техническим инспектором труда Федерации профсоюзов Республики Башкортостан Ф., ведущего специалиста эксперта ТО Министерства семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан по Мелеузовскому району и г. Мелеуз ФИО7, в которых указанные выше лица, входящие в состав комиссии по расследованию несчастного случая, не согласились с квалификацией и учетом несчастного случая, произошедшего с ФИО1, и посчитали, что несчастный случай с ФИО1 произошел <...> по адресу: <...>, Нугушская ГЭС на отметке 192.10 м вследствие удара головой о край уголка опоры трубы водоснабжения; также не согласились, что большинством членов комиссии было принято решение исключить из акта расследования причины несчастного случая и лиц, ответственных за допущенные нарушения, т.к. причинами несчастного случая явились: неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест (код 09), выразившаяся в ненадлежащем проведении мероприятий по безопасному производству работ в труднодоступных пространствах, что является нарушением абз. 2 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ; не проведение обучения и проверки знаний требований охраны труда (код 10.2), выразившееся в не проведении обучения по охране труда с последующей проверкой знаний требований охраны труда в 2017 году, что является нарушением ст. 225 Трудового кодекса РФ, п. 2.2.2 Постановления Минтруда РФ и Минобразования РФ от <...><...> Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, п. 8 Правил по охране труда при выполнении электрогазосварочных и газосварочных работ <...>н от <...>. Лицом, ответственным за допущенные нарушения, явившихся причинами несчастного случая, является ООО «Свердловская энергоремонтная компания» (л. 76-81 материала проверки <...>ПР-18).

Постановлением старшего следователя Мелеузовского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...> от <...> отказано в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 143 УК РФ по факту получения производственной травмы ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления (л. 263-271 т. 2 материала проверки <...>).

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель Ж. суду показал, что с сентября <...> года он работал слесарем парогазотурбин в ООО «Свердловская энергоремонтная компания». Они работали в <...> бригадой – Ц., И., Ю., С. и Щ.. Они выезжали на объект на неделю, выходили на объект, где осуществляли монтаж, демонтаж и сварочные работы в помещении, которое состоит из 3 уровней. Он (свидетель) с ФИО12 работали в одном помещении, но ФИО12 работал уровнем ниже, он (свидетель) постоянно спускался на этаж к ФИО12. Они устанавливали защиту на трубах, выполняли разные виды работ, закончили работу в 11.20 часов. Он (свидетель) не видел, чтобы ФИО12 ударился головой, мог этого и не видеть. ФИО12 был в сварочной робе, имелся сварочный защитный щиток. Домой они уехали в разных машинах. ФИО12 не жаловался на плохое самочувствие и настроение. Более ФИО12 он не видел.

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель И. суду показал, что с сентября <...> года он работает слесарем в ООО «Свердловская энергоремонтная компания». Он, ФИО12, Ю. и С. находились в помещении станции ГЭС, он и Афонин выполняли сварочные работы – сваривали трубы небольшого диаметра, Ю. и С. занимались уборкой. В 11 часов отключили свет. Он и ФИО12 постоянно были рядом на площадке (размер площадки 1м на 1м), ФИО12 никак не мог удариться головой. Он (свидетель) постоянно находился рядом с ФИО12, но на сварку не смотрел, отворачивался. Сварка происходила на уровне груди, на высоте 1 м, Афонин варил сидя, наклонялся, вставал. ФИО12 при уходе с работы ни на что не жаловался. ФИО12 был одет в спецовку, перчатки, на лице был сварочный щиток, на голове была вязанная шапочка.

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель С. суду показал, что работает слесарем в ООО «Свердловская энергоремонтная компания». Они бригадой ремонтировали гидростанцию, выполняли сварочные работы, уборку территории. В состав бригады входили ФИО12, И., С., Ю., Ж.. ФИО12 производил сварочные работы, а остальные выполняли уборку двухъярусного помещения. ФИО12 оставалось заварить 2 стыка, он сидел на коленях под трубой. Наблюдать за работой сварщика нельзя, но ФИО12 был в его поле зрения. Он (свидетель) не видел, чтобы ФИО12 ударялся головой. Настроение у ФИО12 было обычное, жалоб от него не было. Уехали все на одной машине. После <...> он ФИО12 больше не видел. Во время сварки ФИО12 был одет в защитную сварочную одежду – куртку и брюки, которые пошиты из плотной ткани, защищают от искр, а также имелся защитный щиток от сварки, который закрывал лиц, и защищал от искр и ожогов, на голове была вязанная шапочка.

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель Ю. суду показал, что с октября <...> года работает слесарем в ООО «Свердловская энергоремонтная компания». Работали они с ФИО12 в бригаде в <...>. <...> он (свидетель) в основном занимался уборкой территории, ФИО12 и И. заваривали стыки на трубах. Работали в помещении, оно состоит из нескольких ярусов с перекрытиями. Помещение между этажами не просматривается. Он (свидетель) переходил с 1 на 2 этаж, а ФИО12 и И. работали на 1 этаже. Он не видел, чтобы ФИО12 ударился головой, жалоб от ФИО12 не было, настроение у всех было хорошее. Спиртные напитки в тот день они не употребляли, они потом заходили на работу, проходили через проходную.

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель Щ. суду показал, что с <...> года работает слесарем в ООО «Свердловская энергоремонтная компания». <...> они работали на станции ГЭС, ФИО12 занимался сваркой, а он (свидетель) уборкой территории. Он не всегда находился рядом с ФИО12, занимался своим делом, за всеми не смотрел. Он не видел, чтобы ФИО12 ударялся головой. Рядом с ФИО12 находился ФИО14, но он (свидетель) не может сказать, что ФИО14 никуда от ФИО12 не отходил, т.к. рядом со сварщиком нельзя находиться и смотреть на сварку тоже нельзя. В течение дня у ФИО12 было хорошее настроение, он не жаловался на травмы.

Допрошенный ранее в судебном заседании свидетель Ц. суду показал, что с сентября <...> года работает инженером по ремонту ООО «Свердловская энергоремонтная компания». <...> он находился на станции, производили капитальный ремонт турбин. Он (свидетель) находился в мастерской, периодически заходил в турбинный цех, видел, что ФИО12 занимался сваркой технического трубопровода, а остальные работники убирали территорию. Он видел, как ФИО15 и ФИО14 выполняли подготовку работы, саму сварку он не видел. С объекта он ушел позже, остальные переоделись и тоже ушли. ФИО12 лично ему ничего не рассказывал.

В соответствии с требованиями ст.ст.56,67 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требования и возражений. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Разрешая спор в части признания травмы, полученной истцом ФИО1 <...>, производственной, суд исходит из того, что доводы истца в данной части подтверждаются совокупностью представленных в материалы дела доказательств, исследованных и оцененных судом в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, из которых следует, что <...> в 11 часов истцом ФИО1 была получена травма на производстве, на рабочем месте, в рабочее время и при исполнении им своих трудовых обязанностей (осуществлении работ по заданию работодателя), при этом работодателем ООО «Свердловская энергоремонтная компания» были допущены нарушения требований абз. 2 ч. 2 ст. 212, ст. 225 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 2.2.2 Постановления Минтруда РФ и Минобразования РФ от <...><...> Порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, п. 8 Правил по охране труда при выполнении электрогазосварочных и газосварочных работ <...>н от <...>.

Проанализировав содержание экспертного заключения ГБУЗ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения Республики Башкортостан <...> от <...>, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы. Заключение экспертов согласуется с материалами дела, эксперты не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, ввиду чего основания не доверять выводам экспертизы у суда отсутствуют. Наличие противоречий в заключении экспертизы не имеет места.

При таких обстоятельствах, суд считает, что заключение экспертов отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств. Выводы экспертов суд находит объективными, так как они не противоречат другим собранным по делу доказательствам и не были опровергнуты в ходе судебного разбирательства ответчиками. Ходатайств о проведении повторной, дополнительной экспертизы, как это предусмотрено ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не заявлялось.

Указанным экспертным заключением в совокупности с иными исследованными судом доказательствами подтверждается факт получения ФИО1 <...> травмы на производстве.

Факт проведения экспертизы в рамках доследственной проверки, проведенной Мелеузовским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <...>, не свидетельствует о том, что заключение экспертов является недопустимым доказательством, поскольку, исходя из содержания ст. 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд при рассмотрении гражданского дела вправе принять во внимание указанное заключение экспертизы, которое ответчиками и другими лицами не было оспорено, и дать ему оценку без назначения повторной экспертизы.

Показания допрошенных судом свидетелей не свидетельствуют о получении истцом ФИО1 вреда здоровью не в связи с исполнением им трудовых обязанностей и не на производстве, поскольку как пояснили свидетели в судебном заседании они постоянно не находились рядом с ФИО1, либо отворачивались во время сварки, следовательно, могли и не видеть удар ФИО1 головой о край уголка опоры трубы водоснабжения.

При этом из экспертного заключения ГБУЗ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения Республики Башкортостан <...> от <...> следует, что внешние повреждения головы (повреждения кожных покровов, наличие ран, ссадин) у ФИО1 не имелись, после получения телесных повреждений (в «светлый» промежуток) ФИО1 мог совершать целенаправленные активные действия (в т.ч. передвигаться, переносить тяжести и т.п.), в течение промежутка времени, исчисляемого сутками, что согласуется с показаниями свидетелей о том, что <...> ФИО1 не жаловался на состояние здоровья.

Из того же экспертного заключения ГБУЗ Бюро СМЭ Министерства здравоохранения Республики Башкортостан <...> от <...> следует, что имеющиеся у ФИО1 повреждения образовались в результате контакта с тупым твердым предметом, повреждения могли образоваться от одного травматического воздействия, не исключается возможность образования повреждений в сроки около 5-8 суток до госпитализации <...> (13.34 час), не исключается возможность образования указанных повреждений «при однократном ударе верхней областью головы об опору металлической трубы в виде металлического уголка, расположенного на высоте 110 см от пола», «при ударе об опорный уголок (50x50) с расстояния 10-15 см снизу вверх через головной убор (шапку) при вставании».

Как видно из фотоиллюстраций, приложенных к протоколам осмотра места происшествия (места несчастного случая), труба водопровода имеет выступающую металлическую опору из металлического уголка (уголок опоры).

Факт первоначального указания ФИО1 при поступлении в больницу о получении травмы в быту, нарушении истцом требований ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации и не уведомлении работодателя о несчастном случае на производстве, не могут служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1, поскольку судом достоверно установлено получение истцом травмы на производстве.

Кроме того, из пояснений сторон в суде, представленных письменных доказательств следует, что вводный инструктаж на производстве, инструктаж на рабочем месте, в рамках которого разъясняются, в том числе, действия работника при несчастном случае на производстве, в отношении ФИО1 не проводился.

Доказательств злоупотребления со стороны истца ФИО1 правом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ стороной ответчиков суду не представлено.

При указанных обстоятельствах, суд полагает необходимым признать недействительным акт № б/н от <...> о расследовании тяжелого несчастного случая и признать несчастным случаем на производстве происшествие, произошедшее с ФИО1 <...> в 11 часов.

Согласно п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу абз. 2 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 года N 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», следует иметь в виду, что компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ такой вред подлежит компенсации причинителем вреда.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. В случае, если все же работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, федеральными законами и иными правовыми актами (ст.ст. 22, 212 Трудового кодекса российской Федерации).

Судом установлено, что в результате несчастного случая, произошедшего с истцом ФИО1 на производстве, ФИО1 был причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности вреда здоровью для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни

Учитывая наличие вины ответчика ООО «Свердловская энергоремонтная компания» в причинении вреда здоровью истца ФИО1, суд на основании ст.ст. 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» приходит к выводу о привлечении ответчика ООО «Свердловская энергоремонтная компания» к ответственности по возмещению причиненного истцу ФИО1 морального вреда.

При определении размера денежной компенсации морального вреда, суд основывается на требованиях разумности и справедливости, учитывая характер физических и нравственных страданий, длительность лечения истца, характер и степень тяжести причиненных ему телесных повреждений, квалифицированных медицинским заключением как тяжкий вред здоровью, что безусловно причинило ФИО1 физические и нравственные страдания, в том числе, связанные с оперативным вмешательством, в связи с чем, приходит к выводу о взыскании с ответчика ООО «Свердловская энергоремонтная компания» в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда в размере 70 000 рублей.

При этом противоправность действий ООО «Свердловская энергоремонтная компания», как работодателя, выразилась в необеспечении безопасных условий труда, нарушении норм Трудового кодекса Российской Федерации и Порядка обучения по охране труда и проверке знаний требований охраны труда работников организации.

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании расходов на лечение и приобретение лекарственных средств, транспортных расходов и расходов на санаторно-курортное лечение, суд исходит из следующего.

В силу п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Согласно ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (его доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника. Виды, объем и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Порядок возмещения пострадавшему на производстве расходов на приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода, медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию предусмотрен ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», а также Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.05.2006 года N 286 «Об утверждении Положения об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованных лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее по тексту - Положение об оплате).

Согласно указанным нормативным актам дополнительные расходы, включают в себя расходы, связанные с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая, на:

- лечение застрахованного, осуществляемое на территории Российской Федерации непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве до восстановления трудоспособности или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности;

- приобретение лекарственных препаратов для медицинского применения и медицинских изделий;

- проезд застрахованного, а в необходимых случаях и на проезд сопровождающего его лица для получения отдельных видов медицинской и социальной реабилитации.

Оплата дополнительных расходов, предусмотренных подпунктом 3 пункта 1 настоящей статьи, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве, производится страховщиком, если учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждается в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания в указанных видах помощи, обеспечения или ухода. Условия, размеры и порядок оплаты таких расходов определяются Правительством Российской Федерации (ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 года N 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Согласно п. 5 Положения об оплате, решение об оплате дополнительных расходов на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию застрахованного лица, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного лица, принимается страховщиком на основании заявления застрахованного лица (его доверенного лица) и в соответствии с программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, составленной застрахованному лицу бюро (главным бюро, Федеральным бюро) медико-социальной экспертизы с участием страховщика по установленной форме.

Пунктом 22, п.п. «а» пункта 33 названного Положения об оплате предусмотрено, что оплата расходов на приобретение лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода осуществляется страховщиком в соответствии с программой реабилитации пострадавшего путем выплаты соответствующих денежных сумм застрахованному лицу по мере приобретения им лекарств, изделий медицинского назначения и индивидуального ухода на основании рецептов или копий рецептов.

Таким образом, в силу действующего правового регулирования страховщик (в данном случае Государственное учреждение – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по <...>) имеет право возмещать расходы застрахованных лиц при приобретении этими лицами изделий медицинского назначения, оплаты лечения и проезда к месту лечения только на основании представленной программы реабилитации пострадавшего путем выплаты соответствующих денежных сумм после предоставления документов, указанных в п. 22 Положения об оплате.

Согласно п.п. «б» п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.) включаются в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью. Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Судом установлено, что истец ФИО1 не направлялся в учреждение МСЭ для определения нуждаемости в отдельных видах реабилитации до установления ему степени утраты профессиональной трудоспособности, соответствующая программа реабилитации в отношении него не составлялась, в связи с чем, понесенные истцом ФИО1 дополнительные расходы на лечение и приобретение лекарственных средств, транспортные расходы на проезд подлежат взысканию с ответчика ООО «Свердловская энергоремонтная компания».

Судом также установлено, что с целью лечения полученной на производстве травмы и ее последствий, лечащими врачами (невролог, нейрохирург) истцу ФИО1 было назначено медикаментозное лечение препаратами: комплект операция, чулки операционные, doban пленка операционная, степлер для кожи (товарный чек от <...> на сумму 11150 рублей) (л.д. 37 т. 1), анальгин (товарный чек от <...>, кассовый чек на сумму 20 рублей) (л.д.27, 38 т.1), диакарб, шприц, вода для инъекций, кортексин лиофилизат (товарный чек от <...> на сумму 1527,24 рублей, кассовый чек) (л.д.27, 39 т.1), вода для инъекций (товарный чек от <...> на сумму 21,50 рубль, кассовый чек) (л.д. 40 т. 1), глиатилин, актовегин, элькар, шприц (товарный чек от <...> на сумму 4140,60 рублей, кассовый чек) (л.д.30, 41 т.1), пирацетам, салфетка спиртовая, винпоцетин, мексидол, шприц (товарный чек от <...> на сумму 730,60 рублей, кассовый чек) (л.д.29, 43 т.1), глиатилин (товарный чек от <...> на сумму 1594,20 рубля, кассовый чек) (л.д.31, 44 т. 1), глиатилин (товарный чек от <...> на сумму 1480,88 рублей, кассовый чек) (л.д. 45 т. 1), ксефокам, комбилипен, вода, шприц (товарный чек от на сумму 878,09 руб., кассовый чек) (л.д.70), ксефокам, комбилипен, вода, шприц, винпоцетин (товарный чек от на сумму 898,02 руб., кассовый чек) (л.д.71), кортексин, новокаин, шприц (товарный чек от <...> на сумму 1238 рублей, кассовый чек) (л.д. 48 т. 1), верошпирон, нейробион, шприц (товарный чек от <...> на сумму 407,40 рублей, кассовый чек) (л.д.31, 49 т.1), салфетка спиртовая (товарный чек от <...> на сумму 44,50 рубля, кассовый чек) (л.д.50 т.1), глиатилин (товарный чек от <...> на сумму 1494,41 рубля, кассовый чек) (л.д. 53 т. 1), глиатилин (товарный чек от <...> на сумму 1498,55 рублей, кассовый чек) (л.д. 54 т. 1), глиатилин (товарный чек от <...> на сумму 1509,08 рублей, кассовый чек) (л.д. 58 т. 1), глиатилин (товарный чек от <...> на сумму 1535,96 рубля, кассовый чек) (л.д. 59 т. 1), атаракс, пантогам, танакан (товарный чек от <...> на сумму 1848,95 рублей, кассовый чек) (л.д. 61 т. 1, л.д..104 т.2), индометацин (товарный чек от <...> на сумму 51,70 рубль, кассовый чек) (л.д. 63 т. 1), панангин, карбамазепин (товарный чек от <...> на сумму 382,90 рубля, кассовый чек) (л.д.35, 68 т.1), милдронат, натрия хлорид, шприц, мексидол (товарный чек от <...> на сумму 980,90 рублей, кассовый чек) (л.д. 72 т.1), что также подтверждается выписным эпикризом <...> (л.д. 27 т.1), выпиской из истории болезни <...> (л.д.28 т.1), рецептами (л.д.29-31, 35-36 т.1), медицинской картой (л.д.32 т.1). Всего ФИО1 приобретено лекарственных средств на сумму 33433,48 руб.

Кроме того, истцом ФИО1 с целью лечения полученной на производстве травмы и ее последствий, произведена оплата платных медицинских услуг: магнитно-резонансное исследование (акт от <...>, кассовый чек на сумму 4400 рублей) (л.д. 42 т. 1), магнитно-резонансное исследование (акт от <...>, кассовый чек на сумму 2600 рублей) (л.д. 64 т. 1), также понесены транспортные расходы в общем размере 1900 рублей на проезд <...> для производства магнитно-резонансного исследования (л.д. 64, 74, 76 т. 1).

Представленными в материалы дела доказательствами, а также дополнительно исследованной судом медицинской документацией подтверждена нуждаемость и назначение истцу ФИО1 перечисленных выше медицинских услуг и лекарственных препаратов в связи с производственной травмой на общую сумму 40433 рублей 48 копеек (33433,48 руб. + 4400 руб.+2600 руб.), а также несение транспортных расходов в связи с назначением медицинских услуг 1900 руб.

Иные понесенные истцом ФИО1 дополнительные расходы на лечение, приобретение лекарственных средств (п.п.3-в части мин.воды, 11,15,16,17,21,22,27,31,34,38 – по списку, представленному истцом л.д.5-8), а также транспортные расходы не подлежат возмещению, поскольку истцом в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств нуждаемости в приобретенных препаратах и видах медицинской помощи (лечения) и связь их с полученной производственной травмой.

Так, согласно медицинской документации, вышеуказанные препараты были назначены врачами урологом, кардиологом, терапевтом для лечения иных заболеваний ФИО1, эхокартография по договору <...> от <...> и УЗДС МАГ по договору <...> также проведены по назначению кардиолога, доказательств назначения медицинских препаратов и лечения именно в связи с причиненной травмой истцом не представлено. В связи с указанным суд не находит оснований для взыскании с ответчика денежных средств на оплату вышеуказанных лекарств.

Оснований для взыскания расходов по договорам об оказании платных медицинских услуг врача-невролога У. <...> от <...>, <...> от <...>, <...> от <...> суд не находит.

Так, согласно пп. "б" п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Так, в представленной медицинской документации отсутствует направление истца для обследования именно у врача невролога У., оказывающего платные услуги, кроме того, в амбулаторной карте истца имеются записи о проведении осмотра врача – невролога Н. по месту жительства, что свидетельствует о недоказанности необходимости несения дополнительных расходов в данной части.

По аналогичным причинам (отсутствие доказательств прохождения лечения именно в связи с причиненной травмой истцом) суд не находит оснований для взыскания с ответчика в пользу истца расходов по оплате поездок в <...> и в <...> им и его женой К. <...>, <...> ( К.), <...>, <...> ода, <...>, <...>, <...>8 года, <...>, <...> (л.д.75, 77,78,79-82).

В связи с изложенным, с ответчика ООО «Свердловская энергоремонтная компания» в пользу истца ФИО1 подлежат расходы на лечение и приобретение лекарственных средств в размере 40433 рублей 48 копеек, транспортные расходы в размере 1 900 рублей.

Также суд не находит правовых оснований для взыскания расходов на санаторно-курортное лечение в размере 71 400 рублей, поскольку заключением судебно-медицинской экспертизы <...> от <...>, проведенной по факту несчастного случая, у ФИО1, нуждаемость ФИО1 в санаторно-курортном лечении не установлена. В настоящее время указанные расходы ФИО1 фактически не понесены.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В ч. 1 ст. 100 ГПК РФ закреплено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17 июля 2007 года N 382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Истцом ФИО1 были понесены судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000 рублей, что подтверждается квитанцией <...> от <...>, также понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 800 рублей (л.д. 85 т. 1).

При определении размера подлежащих взысканию денежных средств в счет возмещения понесенных ФИО1 расходов на оплату услуг представителя в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела, суд учитывает характер и объем оказанных представителем услуг, количество проведенных судом по делу судебных заседаний, характер и сложность спора, принцип соразмерности и разумности, и определяет размер судебных расходов на оплату услуг представителя в сумме 30 000 рублей.

Возмещение истцу ФИО1 судебных расходов по оплате услуг представителя подлежит ответчиками ООО «Свердловская энергоремонтная компания» в размере 20 000 рублей, Администрацией городского округа <...> Республики Башкортостан и Государственным учреждением – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по <...>, каждым, в размере 5 000 рублей, поскольку большинством голосов представителей указанных ответчиков принят акт № б/н от <...> о расследовании тяжелого несчастного случая, который признается судом недействительным, т.е. со стороны указанных ответчиков имело место нарушение прав истца ФИО1

По тому же основанию и в связи с наличием по результатам расследования несчастного случая особого мнения у представителей ответчиков Министерства семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан, Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан, Республиканского союза «Федерация профсоюзов Республики Башкортостан», судебные расходы взысканию с них не подлежат.

Также с ответчиков ООО «Свердловская энергоремонтная компания», Администрации городского округа город Кумертау Республики Башкортостан и Государственного учреждения – Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, с каждого, в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию возмещение судебных расходов на оплату государственной пошлины в размере 266 рублей 66 копеек. (800 рубю/3).

Кроме того, с ответчиков ООО «Свердловская энергоремонтная компания», Администрации городского округа <...> Республики Башкортостан и Государственного учреждения – Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по <...>, с каждого, в доход бюджета городского округа <...> Республики Башкортостан подлежит взысканию государственная пошлина в размере 323,33 рублей, согласно следующему расчету: 1470 руб. (госпошлина от удовлетворенных имущественных требований на сумму 42333,48 руб. (40433,48 руб. + 1 900 руб.)) + 300 руб. ( госпошлина по требованию о взыскании компенсации морального вреда)- 800 руб. (госпошлина, уплаченная при подаче иска) /3 = 323,33 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Свердловская энергоремонтная компания», Министерству семьи, труда и социальной защиты населения Республики Башкортостан, Государственной инспекции труда в Республике Башкортостан, Республиканскому союзу «Федерация профсоюзов Республики Башкортостан», Государственному учреждению – Региональному отделению Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, Администрации городского округа <...> Республики Башкортостан о признании недействительным акта о расследовании тяжелого несчастного случая от <...>, признании несчастным случаем, связанным с производством, происшествие, произошедшее <...>, взыскании компенсации морального вреда, расходов на лечение и приобретение лекарственных средств, транспортных расходов, расходов на санаторно-курортное лечение и судебных расходов – удовлетворить частично.

Признать недействительным акт № б/н от <...> о расследовании тяжелого несчастного случая.

Признать несчастным случаем на производстве происшествие, произошедшее <...> в 11.00 часов с ФИО1.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Свердловская энергоремонтная компания» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 70 000 рублей, транспортные расходы в размере 1 900 рублей, расходы на лечение и приобретение лекарственных средств в размере 34 723 рубля 17 копеек, судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, на оплату государственной пошлины в размере 266 рублей 66 копеек - на общую сумму 126 889 (сто двадцать шесть тысяч восемьсот восемьдесят девять) рублей 83 копейки.

Взыскать с Администрации городского округа город Кумертау Республики Башкортостан и Государственного учреждения – Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, с каждого, в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 5 000 рублей, на оплату государственной пошлины в размере 266 рублей 66 копеек, - на общую сумму 5 266 (пять тысяч двести шестьдесят шесть) рублей 66 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, транспортных расходов в большем размере, расходов на лечение и приобретение лекарственных средств в большем размере, судебных расходов на оплату услуг представителя в большем размере, расходов на санаторно-курортное лечение – отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Свердловская энергоремонтная компания», Администрации городского округа город Кумертау Республики Башкортостан и Государственного учреждения – Регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по Республике Башкортостан, с каждого, в доход бюджета городского округа город Кумертау Республики Башкортостан государственную пошлину в размере 323 (триста двадцать три) рубля 33 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Кумертауский межрайонный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий подпись

Верно. Судья Е.Л. Куприянова

<...>

<...>

<...>