Апелляционное постановление № 10-10/2018 от 24 июня 2018 г. по делу № 10-10/2018

Мировой судья Хурина Е.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Самара 25 июня 2018 года

Кировский районный суд г.Самары в составе председательствующего судьи Жуковой Е.А., при секретаре судебного заседания Терентьевой М.Д., с участием ст. помощника прокурора Файзулловой Р.М., осужденной ФИО1, защитника - адвоката Рассказова С.В., представившего удостоверение № 1009, выданное ГУ Министерства юстиции РФ по Самарской области и ордер № 18/02 902 от 27.03.2018, потерпевшей И.Н.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу защитника – адвоката Рассказова С.В. на приговор мирового суда судебного участка № 12 Кировского судебного района г. Самары Самарской области от 12.02.2018 года, которым

ФИО1, <данные изъяты>

осуждена по ст. 119 ч.1 УК РФ к 160 часам обязательных работ, заключающихся в выполнении осужденной в свободное от основной работы время бесплатных общественно полезных работ, вид обязательных работ и объекты, на которых они отбываются, определяются органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями.

Заслушав потерпевшую И.Н.В., просившую суд прекратить производство по делу в связи с примирением сторон, осужденную ФИО1 и его адвоката Рассказова С.В., также просивших суд прекратить уголовное дело в связи с примирением сторон, государственного обвинителя Файзуллову Р.М., не возражавшую против прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон,

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового суда судебного участка № 12 Кировского судебного района г. Самары Самарской области от 12.02.2018 года ФИО1 осуждена по ст. 119 ч.1 УК РФ к 160 часам обязательных работ, заключающихся в выполнении осужденной в свободное от основной работы время бесплатных общественно полезных работ, вид обязательных работ и объекты, на которых они отбываются, определяются органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями. В апелляционной жалобе адвокат Рассказов С.В. считает приговор суда незаконным, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, просит приговор суда отменить, и в отношении ФИО1 вынести оправдательный приговор. Полагает, что вина ФИО1 не подтверждается протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого изъят кухонный нож с черной рукояткой, поскольку изъятие ножа было проведено с нарушением норм УПК РФ. Допрошенная в ходе дознания свидетель М.С.П. показала, что сотрудники полиции изъяли из их квартиры кухонный нож с черной рукояткой, которым А.О.В. угрожала ее дочери И.Н.В. При этом в протоколе допроса М.С.П. не говорила, что она лично присутствовала при изъятии ножа. ФИО2 не говорила, что она была приглашена в качестве понятой. Давая показания в суде, М.С.П. показала, что при изъятии ножа она не присутствовала. После оглашения показаний М.С.П., данных ею в ходе дознания, она показала, что об изъятии ножа ей стало известно от дочери и ФИО3, она при этом не присутствовала, однако подпись в протоколе осмотра места происшествия принадлежит ей. Допрошенный в суде участковый инспектор Уваров не смог пояснить, почему М.С.П. отрицает, что она была понятой.

Несмотря на вышеизложенное, суд в приговоре указывал, что оценивая показания ФИО2 в ходе дознания и в судебном заседании, считает недостоверными показания в судебном заседании в части того, что ножа она не видела, о том, что нож их ей стало известно от дочери, об изъятии ножа ей также стало известно от дочери и ФИО3, она при этом не присутствовала, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО4, протоколом осмотра места происшествия, где имеется подпись свидетеля, и кладет в основу приговора показания свидетеля, данные ею в ходе дознания, поскольку ФИО2 была допрошена гораздо ранее, чем состоялось судебное заседание, при этом суд учел пожилой возраст свидетеля, ее состояние здоровья. Указал, что с такими доводами суда согласиться невозможно, поскольку в основу приговора положены показания ФИО2, в которых она не говорит о том, что была понятой при изъятии ножа, и не говорит о том, что нож был изъят в ее присутствии. Также неубедителен довод о том, что показания ФИО2, данные ранее, достовернее, чем данные в суде, и ссылка на возраст и состояние здоровья свидетеля. Участковый инспектор Уваров в суде говорит, что не знает, почему ФИО2 отрицает факт участия в качестве понятой. Наличие подписи ФИО2 ни о чем не свидетельствует, поскольку подпись она могла поставить в протоколе гораздо позже изъятия ножа. В статье 60 УПК РФ четко указано, что понятой - это не заинтересованное в исходе уголовного дела лицо, родственники не могут понятыми.

Свидетель ФИО3 на дознании показала, что сотрудниками полиции был проведен осмотр места происшествия, в ходе которого изъят кухонный нож. При этом ФИО3 не указала, что она лично присутствовала при осмотре и изъятии ножа. В суде ФИО3 показала, что при изъятии ножа она не присутствовала, поскольку ее не было дома. Именно это отражено в протоколе судебного заседания.

Далее в приговоре указано, что после оглашения указанных показаний свидетель ФИО3 подтвердила показания, данные ею в ходе дознания, указала, что действительно приезжала полиция, составлялся протокол осмотра с изъятием кухонного ножа, она упустила этот момент, поскольку это было давно. На самом деле ФИО3 никогда такого не говорила. После слов, что ФИО3 подтверждает данные показания, последовал вопрос прокурора. И опять ФИО3 показала, что при изъятии ножа она не присутствовала. Но суд в приговоре и в протоколе судебного заседания указывает иное.

В приговоре указывается, что вина ФИО1 подтверждается протоколом опознания предметов от 19.09.2017, в ходе которого потерпевшая ФИО5 опознала кухонный нож с черной рукояткой. Однако, суд не учитывает, что на опознание были предоставлены ножи с разной шириной лезвия. На рукоятке двух ножей имелись две заклепки, на третьем ноже заклепок не было. Перед опознанием ФИО5 была допрошена о ноже поверхностно. Какая была надпись на ноже не выяснялось. В результате этого нельзя достоверно утверждать, опознала ли она тот нож, которым якобы Снеговская ей угрожала.

В суде ФИО5 начала утверждать, что на опознание ей были предоставлены 4 ножа, а понятых было трое, что у ножа рукоятка была 4 (четыре) сантиметра. И все это подтверждается протоколом судебного заседания. Однако суд в приговоре умалчивает о длине рукоятки ножа и указывает только длину лезвия.

Изъятый нож в ходе судебного заседания не осматривался, что ставит под сомнение факт наличия этого ножа.

В приговоре приведены показания ФИО3 в суде. При этом суд не указывает, что в суде ФИО3 утверждала, что на очной ставке она давала правдивые показания, перед тем как подписать протокол она его прочитала, и все было записано правильно. То есть ФИО3 в суде показала, что сотрудников полиции при угрозе ножом не было, и одновременно подтверждает, что сотрудники полиции при угрозе ножом присутствовали. Вся противоречивость показаний ФИО3 зафиксирована протоколом судебного заседания. ФИО5 так же в суде указывала, что на очной ставке она давала правдивые показания и утверждала, что сотрудники ОДН были очевидцами угрозы ножом и что один из сотрудников полиции отобрал из рук Снеговской нож. И одновременно в суде утверждала, что сотрудники полиции очевидцами угрозы ножом не были.

Далее суд, оценивая показания ФИО5 и ФИО3, данные в ходе дознания и в судебном заседании об обстоятельствах совершенного преступления, признает их достоверными и кладет в основу приговора. При этом суд указывает, что критически относится к показаниям указанных лиц в той части, что сотрудники ОДН были очевидцами.

В суде были оглашены показания несовершеннолетнего ФИО6, оценивая которые суд принимает их в части имевшего место конфликта до совершения преступления, при этом расценивает как недостоверные показания о том, что после ухода сотрудников ОДН никакого конфликта не было. Перед оглашением показаний ФИО6, суд со ссылкой на ст. 281 УПК РФ, отказал защитнику в допросе несовершеннолетнего, хотя в дознании был проведен на низком профессиональном уровне.

Суд говорит, что Снеговской хочет помочь своей матери, при этом суд не учитывает, что ФИО2 хочет помочь своей дочери, а ФИО3 хочет помочь своей соседке ФИО5.

На листе 13 приговора суд указывает, что отсутствие или наличие фразы потерпевшей после совершения преступления: « что ты делаешь, сотрудники полиции только что ушли?» не имеет правового значения для разрешения дела. Однако это свидетельствует о непорядочности ФИО5.

На дознании и в суде ФИО5, ФИО3, ФИО2 по различным эпизодам конфликта 9 раз меняли свои показания. В суде в ходе допроса давали явно противоречивые показания. Однако, суд признал все показания, данные в сторону защиты, не достоверными.

В судебном заседании от потерпевшей И.Н.В. поступило письменное ходатайство о прекращении уголовного дела в связи примирением сторон, так как претензий к осужденной она не имеет.

Осужденная ФИО1 и ее защитник не возражали против прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон. Последствия прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям осужденной разъяснены и понятны.

Государственный обвинитель не возражал против прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон.

В соответствии со ст.25 УПК РФ, суд, а также следователь с согласия руководителя следственного органа или дознаватель с согласия прокурора вправе на основании заявления потерпевшего или его законного представителя прекратить уголовное дело в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных статьей 76 Уголовного кодекса Российской Федерации, если это лицо примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

Согласно ст.76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Из материалов дела следует, что ФИО1 не судима, то есть преступление совершила впервые, совершенное ей преступление относится к категории небольшой тяжести, она примирилась с потерпевшей, что подтверждается письменным заявлением потерпевшей.

Согласно ст.389.20 УПК РФ в результате рассмотрения уголовного дела в апелляционном порядке суд вправе принять, в том числе, решение об отмене приговора, определения, постановления и о прекращении уголовного дела.

Оснований для отказа в удовлетворении ходатайства потерпевшей о прекращении уголовного дела в связи с примирением суд не усматривает, в связи с чем приговор мирового суда судебного участка № 12 Кировского судебного района г. Самары Самарской области от 12.02.2018 года подлежит отмене, а уголовное дело в отношении ФИО1 – прекращению по основаниям, предусмотренным ст.25 УПК РФ, в связи с примирением сторон.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13-389.20 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового суда судебного участка № 12 Кировского судебного района г. Самары Самарской области от 12.02.2018 в отношении ФИО1 по ст.119 ч.1 УК РФ - отменить.

Освободить от уголовной ответственности ФИО1, совершившую преступление, предусмотренное ст.119 ч.1 УК РФ, прекратив уголовное дело производством на основании ст.25 УПК РФ, в связи с примирением сторон.

Постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Самарского областного суда в порядке главы 47-1,48-1 УПК РФ.

Судья Е.А. Жукова