Приговор № 1-494/2018 от 29 октября 2018 г. по делу № 1-494/2018

Дело № 1-494/2018


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Вологда 30 октября 2018 года

Вологодский городской суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Барковской С.В.,

с участием государственного обвинителя старшего помощника прокурора г. Вологды Битарова В.Ю.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Третьякова А.М., представившего удостоверение № 663 и ордер № 36/18,

при секретаре Булатовой К.Н.,

а также потерпевшей П1.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, (данные о личности)

мера пресечения – подписка о невыезде и надлежащем поведении (том 2 л.д. 14),

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного статьей 264 частью 3 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту УК РФ),

УСТАНОВИЛ:

19 марта 2018 года в период времени с 12 часов 55 минут до 13 часов 00 минут водитель ФИО1 управлял личным технически исправным автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, двигался по Окружному шоссе в городе Вологде со стороны Пошехонского шоссе в направлении улицы Ленинградской.

В нарушение требований п.п. 1.3, 10.1 части 1 Правил дорожного движения РФ, Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ, ФИО1 в зоне действия дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч», двигался со скоростью превышающей установленное дорожным знаком ограничение скоростного режима.

В это же время напротив дома № 35 по Окружному шоссе в городе Вологде по регулируемому пешеходному переходу на запрещающий сигнал пешеходного светофора, проезжую часть Окружного шоссе, справа налево по ходу движения автомобиля марки «<данные изъяты>», пересекала пешеход П.

Осуществляя движение с выбранной скоростью, водитель ФИО1, в нарушение требований п. 10.1. ч. 2 Правил дорожного движения РФ, при возникновении опасности для движения пешехода П., своевременно не принял меры к снижению скорости и остановке транспортного средства с момента начала движения пешехода по проезжей части дороги, в связи с чем, 19 марта 2018 года в 13 часов 00 минут напротив дома № 35 по Окружному шоссе города Вологды допустил на нее наезд, располагая технической возможностью предотвратить происшествие путем торможения, как при фактической, так и допустимой на данном участке дороги скорости движения.

В результате дорожно-транспортного происшествия пешеход П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получила телесные повреждения, и скончалась в автомобиле скорой медицинской помощи.

В результате дорожно-транспортного происшествия П. получила следующие телесные повреждения:

сочетанная тупая травма тела: переломы 1-3 ребер по средней подмышечной линии справа, переломы 1-5 ребер слева по передней подмышечной линии, переломы 2-9 ребер, переломы обеих ключиц, разрыв верхней доли левого легкого, двусторонний гемоторакс (1500мл слева, 500мл справа), разрывы левого и правого крестцово-подвздошных сочленений, перелом левой бедренной кости, ушибленно-рваную рану в теменной области, ссадину в лобной области справа, ссадину в правой височной области, ссадину кончика носа, ссадину левой щечной области, ссадину на верхней губе, ссадину в подбородочной области слева, ссадину на тыльной поверхности правой кисти, ссадину правой коленной области, две ссадины на тыльной поверхности левой кисти, кровоподтек левой коленной области, кровоподтек левой глазничной области.

Указанные повреждения являются единой многокомпонентной травмой, не имеют различий в давности образования, в совокупности расцениваются, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в причинной связи со смертью П.

Смерть П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила в результате сочетанной тупой травмы тела с множественными переломами ребер, переломами обеих ключиц, разрывом верхней доли левого легкого, двусторонним гемотораксом (скоплением крови в грудной полости), разрывами обоих крестцово-подвздошных сочленений, переломом левой бедренной кости.

Нарушение водителем ФИО1 требований п. 10.1. ч. 2 Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде смерти П.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч. 3 УК РФ не признал. Пояснил суду, что он имеет водительское удостоверение с 2013 года, управлял различными автомашинами. Автомашину «<данные изъяты>» он приобрел для себя 17 марта 2018 года, машина была в технически исправном состоянии.

19 марта 2018 года в час дня он двигался на автомашине «<данные изъяты>» по Окружному шоссе в сторону ул. Ленинградской. На пешеходном переходе в районе ТЦ «Лента» в 5-7 метрах от автомашины он увидел пешехода, применил экстренное торможение, в связи с чем, машину занесло влево на соседнюю полосу, где автомобиль развернуло, и он остановился. Наезд на пешехода был совершен в заносе, сбит пешеход задней правой частью автомобиля.

Пояснил, что асфальт был мокрым, была небольшая наледь.

Пешеход вышел на проезжую часть на запрещающий сигнал светофора. Он не видел пешехода пока женщина не вышла на проезжую часть, т.к. справа был сугроб, который ограничивал видимость. Он двигался в крайней правой полосе и увидел пешехода, когда она вышла на проезжую часть, это было в 7 метрах он машины. Считает, что автомашина двигалась со скоростью 55 км/ч.

После наезда, он вызвал «скорую». На следующий день пытался связаться с потерпевшей, предлагал помощь.

Пояснил, что после ознакомления с материалами уголовного дела замечаний к протоколу осмотра места происшествия у него не было. Следователю говорил, что не видел пешехода, т.к. обзору мешал сугроб, который убрали на следующий день после аварии.

Вина ФИО1 подтверждается исследованными в судебном заседании следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшей П1., суду пояснившей, что погибшая ее мать, с которой они совместно проживали.

19 марта 2018 года мать ушла в магазин и вечером домой не вернулась. Утром ее сестра позвонила в полицию и сообщила о том, что пропала женщина. Затем ей (П1.) позвонили и сообщили, что в морге есть похожая по приметам женщина. Они поехали в морг, где опознали мать.

Пояснила, что матери было 77 лет, но она вела активный образ жизни, ходила в магазин, гуляла. Видела она хорошо, поскольку ранее ей делали операцию по замене хрусталика.

В тот день она на здоровье не жаловалась.

Пояснила, что подсудимый ей звонил, предлагал помощь, от которой она отказалась. Вопрос о наказании оставляет на усмотрение суда, заявила иск о возмещении материального вреда в сумме 130 806 рублей, что составляют расходы, связанные с погребением, а также иск о возмещении морального вреда в сумме 800 000 рублей, т.к. у нее погибла мать, с которой она совместно проживала. Мать осуществляла присмотр за внуком. После случившегося у нее ухудшилось состояние здоровья, обострились заболевания, в связи с чем, она была вынуждена обращаться за медицинской помощью,

- показаниями свидетеля М., оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, данными ею в ходе предварительного расследования, из которых установлено, что 19 марта 2018 года около 13 часов 00 минут она находилась на остановке общественного транспорта по адресу: г. Вологда, Окружное шоссе, напротив дома номер 35, «ТЦ Лента» и стала очевидцем дорожно-транспортного происшествия - наезда на пешехода. В момент происшествия она находилась приблизительно в 10 - 15 метрах от места наезда и смотрела в сторону регулируемого пешеходного перехода.

Пешеход - пожилая женщина, была одета в коричневое пальто, на голове была серая шапка, в руках находился пакет. Женщина собиралась перейти проезжую часть улицы Окружное шоссе со стороны «ТЦ Лента» в направлении остановки общественного транспорта по регулируемому пешеходному переходу. Подойдя к проезжей части, женщина остановилась, так как по дороге двигался сплошной поток машин. Кнопку принудительной смены сигнала светофора женщина не нажимала. Находилась она на расстоянии около 1 метра от стойки светофора у края проезжей части. Дождавшись, когда спадет поток транспорта, женщина быстрым шагом, переходящим на бег, стала пересекать проезжую часть. На светофоре в этот момент горел зеленый сигнал для движения транспортных средств.

Затем она (М.) увидела легковой автомобиль марки «<данные изъяты>», который двигался по Окружному шоссе со стороны Пошехонского шоссе в направлении улицы Ленинградской. Расстояние до данного автомобиля в момент выхода пешехода на проезжую часть, пояснить не может. В момент наезда на пешехода автомобиль находился в заносе и контакт произошел задней правой стороной автомобиля. Наезд на пешехода произошел в левой полосе по ходу движения автомобиля. После наезда на пешехода, автомобиль выехал на полосу встречного движения, где произошел наезд на снежный бруствер и автомобиль развернуло на 180 градусов, а пешехода от удара откинуло вперед на проезжую часть, по ходу движения автомобиля на расстояние не более 10 метров от места наезда.

Водитель автомобиля сразу после происшествия вызвал экстренные службы. После происшествия она и девушка, которая стояла вместе с ней на остановке, подошли к женщине, которая лежала на проезжей части. Прибывшая бригада скорой медицинской помощи забрала пострадавшую в медицинское учреждение (т. 1 л.д. 130-132),

- показаниями свидетеля С., суду пояснившей, что она в дневное время возвращалась с работы из ТЦ «Лента», перешла дорогу и к ней обратилась женщина, с которой они остановились около остановки автобуса на Окружном шоссе и стали очевидцами аварии.

На светофоре был зеленый сигнал для автомашин, пожилая женщина дождалась когда освободится трасса и стала переходить дорогу быстрым шагом по пешеходному переходу. На дороге женщину сбила автомашина <данные изъяты> черного цвета. Водитель пытался затормозить и объехать женщину, но задней правой частью машины все-равно ее сбил.

После аварии водитель остался на месте, вызывал «скорую». Она побежала на место аварии, где у потерпевшей потрогала пульс, местоположение потерпевшей не меняла. Пульс у нее был. Когда приехала «скорая», потерпевшую положили на кушетку и увезли в больницу.

Она (С.) оставалась на месте аварии, дождалась сотрудников полиции.

Считает, что был нарушен алгоритм работы светофора, т.к. после того, как потерпевшая нажала на кнопку светофора, зеленый загорелся через какое-то время, а она пошла на запрещающий сигнал светофора.

Пояснила, что авария произошла в дневное время, дорога была сухая. Снега, сугробов на дороге не было. С какой скоростью ехала машина сказать не может, но полоса для движения автомобиля была пустая. Водитель пытался объехать потерпевшую, поэтому столкновение произошло на встречной полосе. Потерпевшая прошла значительное расстояние по проезжей части, но до середины дороги не дошла, когда ее сбила машина. Потерпевшая перелетела машину и упала на полосе, по которой двигалась.

Также пояснила, что она на месте происшествия делала фотографии на свой мобильный телефон, которые затем передала следователю,

- показаниями свидетеля З., суду пояснившего, что он управлял автомашиной и двигался от ТЦ «Лента» в сторону ул. Ленинградской. Увидел аварию в боковое зеркало. Увидел, что автомашину заносит влево, ближе к середине полосы, увидел, что пакеты полетели в сторону, женщину в светлой одежде. Он не остановился, продолжил движение.

Считает, что скорость у водителя была небольшой, около 50-60 км/ч. Дорожное покрытие было влажным.

Пояснил, что для автомашин горел зеленый сигнал светофора в момент столкновения. Машин в попутном направлении с водителем, который допустил столкновение, не было, препятствий для обзора водителю не было. Пешеход также был один. Столкновение было на пешеходном переходе, где есть ограничение скорости – 40 км/ч,

- показаниями свидетеля М1., суду пояснившего, что в марте 2018 года он работал инструктором в автошколе. 19 марта 2018 года он ехал с учеником, находился за рулем. Двигался по Окружному шоссе и когда проезжал мимо пешеходного перехода видел бабушку, которая хотела перейти дорогу. Затем он увидел, что в его сторону «летит» автомашина, а затем в зеркало заднего вида увидел, что бабушку сбили.

Пешеход двигался со стороны ТЦ «Лента», он (М1.) увидел бабушку за 150 м. Ограничений в видимости, в месте, где находился пешеход, для водителей не было. Пешеход находился у края проезжей части, она все ходила туда-сюда.

Пояснил, что двигался он со скоростью 40 км\ч, движение не было интенсивным, встречная полоса, где случилось ДТП, была свободной.

Считает, что скорость автомобиля, который двигался во встречном направлении и допустил наезд на пешехода, была больше 60 км/ч, водитель двигался один в полосе, поэтому у него была возможность разогнаться.

Пострадавшая пыталась выйти на дорогу, ее было видно. ФИО2, которая сбила пешехода, двигалась в середине своей полосы и на встречную полосу машина выехала в момент торможения. Считает, что у машины могли быть неисправны тормоза, либо водитель дернул руль, выполняя маневр, либо повлияло дорожное покрытие.

Не может сказать была ли наледь на дорожном покрытии, но его автомашину в период движения не заносило,

- показаниями свидетеля Н., суду пояснившего, что он работает инспектором ДПС ОБ ГИБДД УМВД России по г. Вологде.

Акт выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги составлял он. На дороге был мокрый асфальт, снежные наслоения были по бокам проезжей части.

Считает, что водителю ничего не препятствовало увидеть пешехода, снежные валы на обочинах не препятствовали обзору и не превышали полуметра,

- показаниями свидетеля Ш., суду пояснившего, что он принимал участие при составлении акта о недостатках дорожного покрытия. На самом асфальте дороги ничего не было, снежные, ледяные отложения были на обочине.

Пояснил, что асфальт дороги был мокрым, температура воздуха 0 градусов.

Эксперт К. в судебном заседании показала, что она проводила автотехническую экспертизу по постановлению следователя, где были указаны исходные данные. Считает, что водитель имел возможность предотвратить ДТП, применяя торможение как при допустимой на данном участке скорости, так и при фактической скорости движения ФИО1

Также считает, что водитель несвоевременно применил торможение, неправильно отреагировал на дорожную ситуацию, поскольку наезд на пешехода произошел на левой стороне, нарушил требования п. 10.1 ПДД. Водитель при скорости движения 58 км/ч имел возможность полностью остановиться на своей полосе и не допустить наезда на пешехода, который прошел по проезжей части 5,6 м.

Помимо показаний потерпевшей и свидетелей, вина ФИО1 подтверждается письменными материалами дела, исследованными в ходе судебного заседания, а именно:

- рапортом об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ от 19 марта 2018 года, о том, что 19 марта 2018 года около 13 часов 00 минут водитель ФИО1, управлял технически исправным автомобилем марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № двигался по Окружному шоссе со стороны Пошехонского шоссе в направлении улицы Ленинградской в городе Вологде. Напротив дома № 35 по Окружному шоссе, водитель ФИО1 допустил наезд на пешехода П., пересекавшую проезжую часть Окружного шоссе по регулируемому пешеходному переходу на запрещающий сигнал светофора справа налево по ходу движения автомобиля. При происшествии пешеход П. получила травмы и позднее скончалась в автомобиле скорой медицинской помощи (т. 1 л.д. 5);

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 19 марта 2018 года о том, что дорожно-транспортное происшествие произошло напротив дома № 35 по улице Окружное шоссе в городе Вологде (т. 1 л.д. 6-16);

- копией водительского удостоверения ФИО1 (т. 1 л.д. 88);

- договором купли-продажи транспортного средства <данные изъяты> государственный регистрационный знак № № от 16 марта 2018 года (т. 1 л.д. 89-91);

- копией свидетельства о регистрации ТС автомобиля марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № (т. 1 л.д. 92);

- копией страхового полиса обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств ОАО «ВСК» на автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак № серии <данные изъяты> № (т. 1 л.д. 94);

- заключением эксперта БУЗ Вологодской области «Бюро СМЭ» № 11-м от 20 апреля 2018 года согласно которого: смерть П. наступила в результате сочетанной тупой травмы тела с множественными переломами ребер, переломами обеих ключиц, разрывом верхней доли левого легкого, двусторонним гемотораксом (скоплением крови в грудной полости), разрывами обоих крестцово-подвздошных сочленений, переломом левой бедренной кости.

При судебно-медицинском исследовании трупа установлены следующие повреждения: сочетанная тупая травма тела: переломы 1-3 ребер по средней подмышечной линии справа, переломы 1-5 ребер слева по передней подмышечной линии, переломы 2-9 ребер, переломы обеих ключиц, разрыв верхней доли левого легкого, двусторонний гемоторакс (1500 мл слева, 500 мл справа), разрывы левого и правого крестцово-подвздошных сочленений, перелом левой бедренной кости, ушибленно-рваная рана в теменной области, ссадина в лобной области справа, ссадина в правой височной области, ссадина кончика носа, ссадина левой щечной области, ссадина на верхней губе, ссадина в подбородочной области слева, ссадина на тыльной поверхности правой кисти, ссадина правой коленной области, две ссадины на тыльной поверхности левой кисти, кровоподтек левой коленной области, кровоподтек левой глазничной области.

Указанные повреждения образовались в результате воздействия (воздействий) твердого тупого предмета (предметов), с точками приложения травмирующих сил в местах их анатомической локализации, за что свидетельствуют их вид и морфологические признаки.

Указанные повреждения образовались прижизненно, в момент близкий к наступлению смерти П., за что свидетельствуют их морфологические признаки, анатомическая локализация, результат судебно-гистологического исследования, являются единой многокомпонентной травмой, не имеют различий в давности образования, взаимно отягощают друг друга, согласно пункту 13 приказа Минздравсоцразвития России «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» от 24.04.2008 г. № 194н оцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в причинной связи со смертью П.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа П. этиловый спирт не обнаружен (т. 1 л.д. 193-197);

- заключением эксперта - автотехника ФБУ Вологодской лаборатории судебной экспертизы Минюста России (г. Вологда) № 1027/2-1/13.1 от 19 апреля 2018 года согласно которого: водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО1 в зоне действия дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» 40 км/ч, должен был вести автомобиль со скоростью, не превышающей установленного дорожным знаком ограничения - 40 км/ч, руководствуясь при этом требованиями п.п. 1.3., 10.1. ч. 1. Правил дорожного движения РФ, Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ - дорожный знак 3.24.

Водитель ФИО1 при возникновении опасности для движения - с технической точки зрения, начало движения пешехода П. по регулируемому пешеходному переходу при запрещающем сигнале светофора для пешеходов - должен был принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, руководствуясь требованиями п. 10.1. ч. 2. Правил дорожного движения РФ.

Остановочный путь автомобиля <данные изъяты> в данных дорожных условиях при скорости движения, допустимой на данном участке дороги 40 км/ч и при фактической скорости движения 55?58 км/ч составит 28,4?45,5?49,4 м.

Расстояние удаления автомобиля <данные изъяты> от места наезда на пешехода П. в момент начала движения пешехода в опасной обстановке от края проезжей части дороги составит 64,2?67,7 м.

Сравнивая остановочный путь автомобиля <данные изъяты> в данных дорожных условиях при скорости движения, допустимой на данном участке дороги 40 км/ч и при фактической скорости движения 55?58 км/ч соответственно 28,4?45,5?49,4 м с расстоянием удаления автомобиля <данные изъяты> от места наезда на пешехода П. в момент начала движения пешехода в опасной обстановке от края проезжей части дороги 64,2?67,7 м, можно сделать вывод, что водитель ФИО1 и при допустимой, и при фактической скорости движения автомобиля располагал технической возможностью остановить транспортное средство до линии движения пешехода П. и предотвратить данное происшествие путем торможения на правой полосе проезжей части без изменения направления движения, так как остановочный путь автомобиля меньше расстояния удаления. Следовательно, превышение им скорости движения автомобиля, допустимой на данном участке дороги, не состоит в причинной связи с фактом происшествия. (т. 1 л.д. 225-229),

- заключением экспертизы № 2387/2-1/13.1 от 28 сентября 2018 года, согласно выводам которой:

В случае, если колеса правой стороны автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, двигались по асфальту со снежно-ледяными отложениями, а колеса левой стороны – по мокрому асфальту, то остановочный путь автомобиля «<данные изъяты>» в данных дорожных условиях при скорости движения 40?55?58?60?80 км/ч составит соответственно 31,3?51,2?55,7?58,8?94,2 м.

В случае, если все колеса автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, двигались по мокрому асфальту, то остановочный путь автомобиля «<данные изъяты>» в данных дорожных условиях при скорости движения 40?55?58?60?80 км/ч составит соответственно 28,4?45,5?49,4?52,0?81,9 м.

Водитель автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1, выполняя требования п.п. 1.3., 10.1. ч. 1. Правил дорожного движения РФ, Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ (дорожный знак 3.24), имел возможность предотвратить занос транспортного средства.

Водитель автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1, выполняя требования п.п. 1.3., 10.1. Правил дорожного движения РФ, Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ (дорожный знак 3.24), то есть, двигаясь со скоростью не более 40 км/ч и приняв меры к торможению с момента возникновения опасности для движения, не допуская заноса транспортного средства, располагал технической возможностью предотвратить данное происшествие.

Предельная скорость движения автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, на прямом участке дороги, при которой может наступить занос в результате резкого поворота рулевого колеса (рывком) при движении колес правой стороны автомобиля «<данные изъяты>» по асфальту со снежно-ледяными отложениями, а колес левой стороны - по мокрому асфальту, составит 25 км/ч. Предельная скорость движения автомобиля «<данные изъяты>» на прямом участке дороги, при которой может наступить занос в результате резкого поворота рулевого колеса (рывком) при движении всех колеса автомобиля «<данные изъяты>» по мокрому асфальту составит 31 км/ч.

Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1 не соответствовали требованиям п.п. 1.3., 10.1. Правил дорожного движения РФ, Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ (дорожный знак 3.24).

Водитель автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак №, ФИО1 в данной ситуации должен был действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3., 10.1. Правил дорожного движения РФ, Приложения 1 к Правилам дорожного движения РФ (дорожный знак 3.24) (т. 2 л.д. 108-118), а также всеми материалами уголовного дела в их совокупности.

Оценив добытые в ходе предварительного расследования и исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает, что вина подсудимого ФИО1 установлена.

Органами предварительного расследования действия подсудимого квалифицированы по ст. 264 ч. 3 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

В судебном заседании подсудимый показал, что погибшая создала опасную обстановку на дороге, т.к. вышла на проезжую часть на запрещающий сигнал светофора. Пешехода он увидел в 5-7 метрах, поскольку обзор ему закрывал сугроб. Он действовал по правилам дорожного движения, применил экстренное торможение и допустил наезд в ходе заноса автомобиля.

Доводы подсудимого о том, что его обзору мешали сугробы на обочинах, в связи с чем, он не мог увидеть пешехода раньше, опровергаются протоколом осмотра места происшествия, а также показаниями свидетелей.

Так, согласно протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия (т. 1 л.д. 16) к проезжей части примыкают с правой и левой сторон снежные брустверы, асфальтовое покрытие мокрое, что подтверждается и фототаблицей к протоколу осмотра. Видимость с рабочего места водителя более 300 метров. Из показаний свидетеля Н., сотрудника ГИБДД установлено, что асфальтовое покрытие дороги было мокрым, снежные брустверы были по обочинам дороги и не мешали обзору водителя. Свидетель Ш. также показал, что на дорожном покрытии не было снега, только на обочине.

Свидетель М1. показал, что он пешехода увидел за 150 м и в ходе движения видел, как женщина пыталась переходить дорогу. Он также обратил внимание, что скорость водителя автомашины «<данные изъяты>» была высокой, свыше 60 км/ч.

Свидетель З., показал, что машин в попутном направлении не было, свидетель М. в ходе следствия показала, что пешеход начала движение дождавшись, когда спадет поток машин.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что препятствий, которые мешали бы обзору водителя, не было.

Доводы адвоката о том, что согласно акта выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги от 19.03.18 года сотрудником ГИБДД Н. было выявлено наличие снежно-лёдных отложений на проезжей части (т. 1 л.д. 21) не опровергают предъявленное подсудимому обвинение, поскольку в соответствии с п. 10.1. ПДД водитель должен учитывать дорожные и метеорологические условия, следовательно ФИО1, двигаясь в данных дорожных условиях, должен был выбрать такую скорость движения транспортного средства, в соответствии с применяемыми приемами управления, которая обеспечивала бы ему возможность постоянного контроля за траекторией движения автомобиля в любом режиме движения (при торможении, разгоне или маневрировании) по соответствующей полосе проезжей части дороги, не допуская заноса транспортного средства.

Доводы адвоката о том, что в заключении автотехнической экспертизы нет данных о том, что занос возник от действий водителя, а значит занос возник ввиду дефектов на дороге, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Так, согласно дополнительной автотехнической экспертизе, занос может наступить и при движении автомобиля по закруглению дороги и когда автомобиль движется прямолинейно, но при этом водитель резко, рывком, с большой угловой скоростью поворачивает рулевое колесо. Водитель ФИО1 выполняя требования п.п. 1.3 и 10.1 ч. 1 ПДД имел возможность предотвратить занос транспортного средства.

Действия водителя, который в зоне действия дорожного знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости» двигался со скоростью превышающей данное ограничение, при возникновении опасности, вместо принятия мер к снижению скорости и остановке транспортного средства в пределах правой полосы проезжей части дороги, применил маневр влево с последующим заносом транспортного средства, не соответствовали требованиями п.п. 1.3, 10.1 ПДД.

Доводы адвоката о том, что действия ФИО1 не состоят в прямой причинной связи с наступившими последствиями опровергаются заключением автотехнической экспертизы, согласно которой ФИО1, при допустимой скорости (40 км/ч) и при фактической скорости движения автомобиля (около 60 км/ч), располагал технической возможностью предотвратить данное происшествие путем торможения на правой полосе проезжей части без изменения направления движения.

Доводы адвоката о том, что пешеход П. двигалась на запрещающий сигнал светофора и тем самым создала аварийную ситуацию на дороге, также не опровергают предъявленное подсудимому обвинение, поскольку в соответствии с заключением эксперта, водитель при возникновении опасности для движения – с технической точки зрения, начало движения пешехода по регулируемому пешеходному переходу при запрещающем сигнале светофора для пешеходов – должен был принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, руководствуясь требованиями п. 10.1 ч. 2 ПДД, что подсудимым сделано не было.

Согласно заключения судебно-медицинского эксперта, при судебно-медицинском исследовании трупа установлены телесные повреждения, которое образовались прижизненно, в момент близкий к наступлению смерти П., являются единой многокомпонентной травмой, не имеют различий в давности образования, взаимно отягощают друг друга и оцениваются в совокупности как причинившие тяжкий вред здоровью, состоят в причинной связи со смертью П. (т. 1 л.д. 193-197).

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что нарушение водителем ФИО1 требований п.п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения, согласно которой при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями – смертью П., в связи с чем, действия подсудимого суд квалифицирует по ст. 264 ч. 3 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, считая данную квалификацию верной.

При определении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления.

В качестве данных, характеризующих личность подсудимого ФИО1 суд учитывает, что он ранее не судим, нарушений общественного порядка не допускал, неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения, на учете в БУЗ ВО «Вологодский областной наркологический диспансер № 1» не состоит, за специализированной медицинской помощью в БУЗ ВО «Вологодская областная психиатрическая больница» не обращался, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1, суд учитывает его действия непосредственно после совершения преступления: вызов бригады скорой помощи, сотрудников ГИБДД, состояние здоровья подсудимого, а также наличие у него матери, являющейся инвалидом 3 группы.

Отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств судом не установлено.

Учитывая обстоятельства дела, тяжесть совершенного преступления, которое относится к категории средней тяжести, смягчающие и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, личность подсудимого, впервые привлекаемого к уголовной ответственности, поведение погибшей, которая переходила проезжую часть на запрещающий сигнал светофора, суд считает правильным назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, принимая во внимание трудоспособный возраст подсудимого, его трудовую занятость в качестве автомеханика. При этом суд не находит оснований для применения ст. 73 УК РФ, поскольку ранее ФИО1 многократно привлекался к административной ответственности за нарушения по линии ГИБДД, что свидетельствует о его устойчивой склонности к совершению противоправных действий, в связи с чем, наказание в виде лишения свободы будет способствовать его исправлению и предупреждению совершения им новых преступлений.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии со ст. 15 ч. 6 УК РФ, суд не находит.

Отбывать наказание ФИО1 следует в колонии-поселении в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Потерпевшей П1. заявлен гражданский иск о возмещении морального вреда, в размере 800 000 рублей, о возмещении материального ущерба, связанного с возмещением расходов на погребение в размере 130 806 рублей.

В силу п. 1 ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Статьёй 1072 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего, в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ (ред. от 29.12.2017 года) «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

В соответствии с частью 6 статьи 4 указанного Федерального закона владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством. При этом вред, причиненный жизни или здоровью потерпевших, подлежит возмещению в размерах не менее чем размеры, определяемые в соответствии со статьей 12 настоящего Федерального закона, и по правилам указанной статьи.

Как следует из материалов уголовного дела, на момент совершения преступления автогражданская ответственность ФИО1 застрахована не была, в материалах дела имеется полис ОСАГО (т. 1 л.д. 94), согласно которого в Страховом акционерном обществе «ВСК» застрахована автогражданская ответственность предыдущего владельца транспортного средства – ООО «Авто-Стандарт», таким образом, исковые требования потерпевшей П1. о возмещении затрат на погребение подлежат удовлетворению, путем взыскания денежных средств с подсудимого ФИО1

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле". Возмещению подлежат расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения; расходы по изготовлению и доставке гроба, приобретении одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для погребения; расходы по подготовке и обустройству захоронения (могилы, места в колумбарии); расходы по перевозке тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); расходы непосредственно по погребению либо кремации с последующей выдачи урны с прахом.

Таким образом, подлежат взысканию лишь те расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела. Возмещение затрат на проведение поминальных обедов на 9 и 40 день, а также затраты по установление памятника и ограды, которые являются распространенным обрядом, но не являются абсолютно необходимыми, поэтому не относятся к затратам, подлежащим возмещению за счет виновных в смерти пострадавшего лиц.

Учитывая изложенное, суд считает правильным удовлетворить исковые требования П1. о возмещении материального ущерба частично в размере 65 255 рублей, взыскав их с ФИО1, в остальной части иска отказать.

Рассматривая исковые требования о возмещении морального вреда, заявленные потерпевшей П1., суд учитывает, что в результате совершенных подсудимым действий потерпевшей П1. причинены нравственные страдания, связанные со смертью близкого родственника – матери, которая проживала совместно с ней, и принимает во внимание конкретные обстоятельства дела, характер и степень причиненных потерпевшей страданий, требования разумности и справедливости, материальное положение подсудимого, и, руководствуясь ст. 151, ст.ст. 1099-1101 ГК РФ, суд считает необходимым удовлетворить исковые требования о компенсации морального вреда потерпевшей частично, взыскав в пользу потерпевшей П1. с подсудимого 400 000 рублей, в остальной части иска следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 307, 308, 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного статьей 264 частью 3 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести) месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 (два) года.

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО1 на апелляционный период оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, затем отменить.

Исполнение приговора в части вручения предписания и обеспечения направления осужденного ФИО1 в колонию-поселение возложить на УФСИН России по Вологодской области.

Срок отбывания наказания ФИО1 исчислять со дня прибытия последнего в колонию-поселение, с зачётом в срок отбытия наказания времени следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей П1. - 65 255 (шестьдесят пять тысяч двести пятьдесят пять) рублей в счет возмещения материального ущерба.

Взыскать с осужденного ФИО1 в пользу потерпевшей П1. - 400 000 (четыреста тысяч) рублей в счет возмещения морального вреда.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его провозглашения в судебную коллегию по уголовным делам Вологодского областного суда через Вологодский городской суд.

В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе:

- ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции;

- пригласить защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника в апелляционной инстанции.

Судья С.В. Барковская