Решение № 2-1320/2021 2-1320/2021~М-812/2021 М-812/2021 от 21 июня 2021 г. по делу № 2-1320/2021

Дело № 2-1320-2021

УИД 42RS0005-01-2021-001954-83


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Кемерово 22 июня 2021 года

Заводский районный суд города Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего Жигалиной Е.А.,

при секретаре Евсеевой А.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Кемеровской области о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице УФК по Кемеровской области о взыскании компенсации морального вреда за незаконное уголовное преследование. Требования мотивирует тем, что он обвинялся в том, что совершил пособничество в умышленном убийстве при отягчающих обстоятельствах, то есть преступления предусмотренного ч.5 ст.33 и п.«з» ч.2 ст.105 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ приговором Кемеровского областного суда он был оправдан. ДД.ММ.ГГГГ указанный приговор оставлен без изменения и вступил в силу. В соответствии с ч.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, возмещается за счет казны РФ. Согласно данным требованиям законодательства, факт незаконного привлечения к уголовной ответственности, является основанием для возмещения компенсации морального вреда независимо от вины причинителя. В соответствии с правовым смыслом положений ст.151 ГК РФ моральный вред заключается в нравственных страданиях, которые лицо испытало в результате нарушения его личных неимущественных прав. Моральный вред был причинен ему в результате: - подозрения и обвинения в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного ч.5 ст.33, п. «3» ч.2 ст.105 УК РФ, наказание за которое составляет от восьми до двадцати лет лишения свободы; - нахождения длительного времени в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, с момента задержания ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, т.е. пять лет девять месяцев; - в отношении него по уголовному делу № в течение длительного времени - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была избрана мера пресечения - подписка о невыезде и надлежащем поведении, в результате чего, он был существенно ограничен в свободе передвижения по региону РФ и тем более вне пределов РФ; - информация о якобы совершенном им преступлении была размещена в средствах массовой информации, что в свою очередь нанесло непоправимый урон его чести, достоинству и репутации законопослушного гражданина; - обязанность являться по вызову следователя и в суд на протяжениидлительного времени оказывала сильное психологическое давление на него. Поскольку являться по вызовам следователя приходилось неоднократно, а судебных заседаний было около ста, это доставляло значительные неудобства в его повседневной жизни, существенно ограничивало его право на труд и на отдых, а также па свободу передвижения, выбора места проживания и занятия любыми другими делами; - полученная моральная травма сказалась на его психическом и физическом здоровье, а волнения перед заседаниями, в статусе подсудимого периодически вызывали бессонницу и депрессии. В настоящее время он проходит лечение в связи с обострением хронических заболеваний;- незаконное и необоснованное обвинение привело к тому, что люди общаются с ним настороженно, полагая, что он совершил указанные деяния и заслуживает наказания; - он переживал не только за себя, но и за свою семью, т.к. обычные граждане считают, что если человека обвинили в преступлении и передали дело на рассмотрение в суд, то этот человек преступник и его место за решеткой. В результате незаконного привлечения к уголовной ответственности ему были причинены нравственные страдания, выразившееся в постоянном переживании душевного напряжения от необоснованного обвинения и длительном чувстве страха перед возможным наказанием за совершение особо тяжкого преступления. Минимальное наказание за данное преступление - восемь лет лишения свободы. Сам факт незаконного привлечения к уголовной ответственности нарушил его личные неимущественные права принадлежащие ему от рождения: достоинство личности, личную неприкосновенность, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступление, которое не совершал, честное и доброе имя, репутацию, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, гарантированные ему ст. 21, 22, 23, 27 Конституции РФ. Он был вправе рассчитывать на ничем не опороченное имя и репутацию, однако в результате незаконного уголовного преследования на протяжении 2 095 дней, то есть почти шести лет, был вынужден претерпевать нравственные страдания, стыд, унижение, связанные с незаконным уголовным преследованием, находиться в состоянии постоянного беспокойства и нервного стресса. Таким образом, причиненный ему моральный вред за каждый день уголовного преследования оценивает 2 000 рублей. Всего размер компенсации морального вреда оценивает в 4 190 000 рублей.

Просит взыскать с Министерства финансов РФ за счет средств Казны РФ 4190000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования и доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержал, настаивал на их удовлетворении в полном объеме. Суду пояснил, что в результате того, что ему было предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления, он испытывал моральные переживания. В связи с тем, что он находился под подпиской о невыезде, не мог выезжать за пределы <адрес>, работал он не официально таксистом, т.к. неоднократно пытался устроиться на работу официально, но работодатели отказывали ему, в связи с уголовным преследованием в отношении него. Кроме того, полагает, что в связи с моральными переживаниями, у него обострились хронические заболевания, к врачу не обращался. Кроме того, информация об уголовном преследовании была опубликована в средствах массовой информации, что также причиняло ему моральные и нравственные страдания. Заявленная им сумма компенсации морального вреда в размере 4 190 000 рублей является разумной и соответствует тем страданиям, которые он пережил в результате незаконного привлечения его к уголовной ответственности.

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Суду пояснил, что документальных доказательств о размещении в средствах массовой информации сведений и публикаций о преступлении не имеется, однако информация была размещена.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Кемеровской области ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования ФИО1 не признал в полном объеме, представил письменные возражения, из которых следует, что истцом не доказан факт причинения ему морального вреда. Важным условием ответственности за причинение морального вреда является противоправность действий (бездействия) причинителя вреда, т.е. противоречие их нормам объективного права. Наличие причинной связи между противоправным действием и моральным вредом предполагает, что противоправное действие должно быть необходимым условием наступления негативных последствий в виде физических или нравственных страданий. Неправомерное деяние должно быть главной причиной, с неизбежностью влекущей причинение морального вреда. Истец должен доказать свои нравственные и (или) физические страдания. В исковом заявлении истец указывает, что был существенно ограничен в свободе передвижения по региону, РФ и тем более вне пределов РФ. В отношении избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде считает необходимым отметить следующее. Указанная мера пресечения состоит в письменном обязательстве подозреваемого, обвиняемого не покидать постоянное место жительства без разрешения дознавателя, следователя, прокурора или суда. Из содержания ст. 102 УПК РФ следует, что лицо, в отношении которого избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, может обратиться за разрешением на выезд к дознавателю, следователю или суду. Т.е. указанная мера пресечения в минимальной степени ограничивает права гражданина, в отношении которого ведется производство по уголовному делу. Истцом не представлены доказательства того, что применением указанной меры пресечения реально было нарушено его право на свободу передвижения, например, что он обращался за разрешением на выезд и получил отказ. Соответственно, не имеется оснований считать, что применение в качестве меры пресечения подписки о невыезде и надлежащем поведении привело к реальному ограничению в свободе к передвижениям ФИО1 Истец указывает, что информация о совершенном им преступлении была размещена в СМИ, что в свою очередь нанесло непоправимый урон его чести, достоинству и репутации законопослушного гражданина. Истцом не представлено доказательств распространения какой - либо порочащей или не соответствующей действительности информации в отношении него сотрудниками государственных органов, производившими дознание и судебное следствие. В связи с чем, довод истца о распространении сведений в СМИ не может быть положен в обоснование компенсации морального вреда, предъявленного к Минфину России. Истец указывает, что обязанность являться к следователю, в суд напротяжении длительного времени оказывала на него психологическоедавление. Поскольку судебных заседаний было около ста, это доставлялозначительные неудобства в его повседневной жизни, существовало многоограничений его права на труд и на отдых, также свободу передвижений изанятия любыми другими делами. Указанным доводам истец не приводит доказательств, это лишь субъективные суждения, содержащие эмоциональную оценку происходящего самого истца. Однако, истец не уточняет в чем конкретно выразились существенные неудобства и чем конкретно они были вызваны в его повседневной жизни, в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела. В чем выразились ограничения на труд и отдых, а также свободу передвижения, истец не поясняет, равно, как и не представляет соответствующих доказательств. Истцом не представлено даже доказательств его трудоустройства, а также доказательств ограничения его права на труд. Истец, указывает, что получил моральную травму, которая сказалась на его психическом и физическом здоровье, также волнения перед заседаниями в статусе подсудимого периодически вызывали бессонницу и депрессии. В настоящее время он проходит лечение в связи с обострением хронических заболеваний. Истцом не представлено доказательств того, что осуществление в отношении него уголовного преследования и судебного разбирательства, повлекло ухудшение его состояния здоровья. Истец не подтверждает факт ухудшения здоровья доказательствами и, более того, не приводит доказательства того, что ухудшение состояния имело место в связи с расследованием уголовного дела. Кроме того, доказательством, обосновывающим причинно-следственную связь между морально-нравственными страданиями и уголовным преследованием, является заключение специалиста (эксперта) - врача, поскольку именно врач способен сделать квалифицированный вывод (заключение) о наличии морально-психической травмы, её глубине, о степени нравственных страданий с учетом индивидуальных особенностей потерпевшего. Достоверным доказательством наличия морального вреда может являться нарушение нормального ритма жизни человека, угнетение его общего морального состояния, подтвержденное медицинскими документами. Истец утверждает, что незаконное и необоснованное обвинение привелок тому, что люди общаются с ним настороженно, что он заслуживаетнаказания. В обоснование указанного довода, истец не приводит обоснованных доводов, наличия какого - либо порицания со стороны общества и т.д. Также истец, переживал за свою семью, так как обычные гражданесчитают, что если человека обвинили в преступлении и передали дело нарассмотрение в суд, то этот человек преступник. Истцом не представлено доказательств того, что возбуждение в отношении него уголовного дела, каким - либо образом коснулось его семьи. Не представил доказательств нарушения в связи с этим каких - либо прав и свобод членов его семьи, либо осуществления препятствий к осуществлению ими своих прав, наличия каких - либо ограничении или запретов в отношении членов его семьи. В чем заключались его личные переживания, также не приводит им доказательств. Такой способ защиты права как денежная компенсация морального вреда предусмотрен законом не для всех случаев причинения вреда гражданину физических или нравственных страданий, а только для защиты от действий, которые нарушают личные неимущественные права гражданина либо посягают на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Считает, что наличие постановления о прекращении уголовного дела или оправдательного приговора само по себе, не может послужить основанием для взыскания компенсации морального вреда. Таким образом, доводы, изложенные в исковом заявлении являются голословными, не подтвержденными никакими доказательствами. Также, истцом не представлено доказательств наличия у него каких-либо индивидуальных особенностей, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий. Кроме того, истцом не только не представлено ни одного доказательства в подтверждение моральных страданий, которые он оценивает в 4 190 000 рублей, а также они необоснованно заявлены и не подлежат удовлетворению. Полагает, что размер компенсации морального вреда истцом не только не обоснован, но и чрезмерно завышен. Просил в удовлетворении исковых требований к Министерству финансов Российской Федерации отказать в полном объеме.

Представитель третьего лица Прокуратуры Кемеровской области-Кузбасса помощник прокурора Заводского района г. Кемерово Нуртдинова Д.Д., действующая на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании полагала требования истца обоснованными, но подлежащими удовлетворению частично, указала на наличие предусмотренных законом оснований для взыскания в пользу истца за счет средств казны РФ денежной компенсации морального вреда, вместе с тем полагала предъявленную к взысканию сумму завышенной и не соответствующей характеру и степени причиненных истцу нравственных страданий. С учетом конкретных обстоятельств дела, принципа разумности и справедливости считает необходимым взыскать в пользу истца денежную компенсацию в разумных пределах.

Выслушав истца, представителя истца, представителя ответчика, представителя третьего лица прокуратуры Кемеровской области, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Конституция РФ в статье 2 указывает на то, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Согласно ст.52 Конституции РФ права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Статьей 53 Конституции РФ каждому гарантируется право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или должностных лиц. Кроме того, право на компенсацию вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, провозглашено также в ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждый, кто стал жертвой ареста или содержания под стражей, имеет право на компенсацию.

В соответствии с ч.1 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно п.3 ч.2 ст.133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой ст.24 и п.п.1 и 4 - 6 части первой ст.27 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.2 ст.136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст.151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 150 Гражданского кодекса РФ к нематериальным благам относятся, в том числе, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно абз.3 ст.1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Исходя из положений п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (ч. 1 ст. 56 ГПК РФ), и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст.1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы.

Указанные правовые нормы свидетельствуют о том, что вред возмещается за счет той казны, которая является основным источником финансирования должностного лица, совершившего незаконные действия.

В судебном заседании установлено, что 10.12.2014 г. следователем по особо важным делам следственного отдела по Заводскому району города Кемерово следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области ФИО6 было возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ по сообщению о преступлении ФИО7 по факту безвестного исчезновения ФИО8 (л.д. 72).

ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ в отношении ФИО1, по эпизоду заранее не обещанного укрывательства убийства ФИО9 (л.д.77).

ДД.ММ.ГГГГ уголовные дела соединены в одном производстве с присвоением соединенному делу № (л.д.77).

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д.77).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст. 33, п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ, по факту убийства ФИО8, группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений (л.д.79 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (л.д.79 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, п.п. «ж», «з» ч.2 ст. 105 (по факту убийства ФИО8, группой лиц по предварительному сговору, из корыстных побуждений) и ст.316 УК РФ (по факту заранее не обещанного укрывательства убийства ФИО9 (л.д.79 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, п. «з» ч.2 ст. 105 (по факту убийства ФИО8, из корыстных побуждений) и ст. 316 УК РФ (по факту заранее не обещанного укрывательства убийства ФИО9 (л.д.79 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, ч.1 ст. 105 (по факту убийства ФИО8) и ст.316 УК РФ (по факту заранее не обещанного укрывательства убийства ФИО9 (л.д.79 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч.5 ст. 33, п. «з» ч.2 ст. 105 (по факту убийства ФИО8, по найму) и ст. 316 УК РФ (по факту заранее не обещанного укрывательства убийства ФИО9 (л.д.79 оборот).

Приговором Кемеровского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 был оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.ст. 33 ч.5 и 105 ч.2 п. «з» УК РФ, на основании п.п. 3 и 4 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления, вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта, признав за ним право на реабилитацию (л.д. 9-20).

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, приговор Кемеровского областного суда с участием присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО10, ФИО11, оставлен без изменения, апелляционные жалобы ФИО10, ФИО11 и их защитников – адвокатов ФИО12, ФИО13, ФИО14 – без удовлетворения (л.д.21-29).

В материалы дела по запросу суда представлена выписка из амбулаторной карты, из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ истцу поставлен диагноз: <данные изъяты> (л.д.59).

Согласно выписки из амбулаторной карты от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истец посещал ГАУЗ «Кузбасский клинический центр охраны здоровья шахтеров» с 2014 года, а <данные изъяты> (л.д.54)

Из справки ГАУЗ «Кузбасский клинический центр охраны здоровья шахтеров» от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: <данные изъяты> (л.д.55).

Свидетель ФИО15, допрошенная в судебном заседании суду пояснила, что истец ФИО1 является супругом свидетеля. На протяжении всего времени, что длилось следствие по уголовному делу, муж её очень переживал, не спал ночами, пил успокоительные таблетки, был морально подавлен. Не мог трудоустроиться официально на работу в связи с уголовным преследованием. У него обострились заболевания из-за переживания, <данные изъяты>. Осуждение знакомых было, хотя прямо им никто ничего не говорил, и так видно было. Статья в газете об убийстве была, но фамилия мужа в статье не упоминалась.

Из показаний свидетеля ФИО16 следует, что истец является тестем свидетеля. Суду пояснил, что ФИО1 сильно переживал из-за уголовного преследования, свидетель тесно с ним общался и общается, т.к. живут рядом. У истца сильно болела спина, свидетелю приходилось возить его на своей машине в больницу. Истец не мог трудоустроиться официально на работу, т.к. судебные заседания по уголовному делу проходили по 2-3 раза в неделю. Близкие знакомые истца перестали с ним общаться. Статью в газете свидетель не видел, видел в интернете заметку про возбуждение данного уголовного дела.

Согласно п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.11 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующего реабилитацию в уголовном судопроизводстве", с учетом положений части 2 статьи 133 и части 2 статьи 135 УПК РФ право на реабилитацию имеют как лица, уголовное преследование которых признано незаконным или необоснованным судом первой инстанции по основаниям, предусмотренным в части 2 статьи 133 УПК РФ, так и лица, в отношении которых уголовное преследование прекращено по указанным основаниям на досудебных стадиях уголовного судопроизводства либо уголовное дело прекращено и (или) приговор отменен по таким основаниям в апелляционном, кассационном, надзорном порядке, по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Применительно к судебным стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, соответственно относятся: подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения и (или) по иным реабилитирующим основаниям; осужденный - в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ.

В соответствии с п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующего реабилитацию в уголовном судопроизводстве", основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Суд признает требования истца о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению, поскольку судебными органами установлено незаконное уголовное преследование истца, при котором сам факт причинения морального вреда признается законом и не требует доказывания. Более того, признание за истцом права на реабилитацию является основанием для возмещения государством причиненного ему вреда, который возмещается за счет казны Российской Федерации независимо от вины.

Согласно правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 16 февраля 2006 года N 19-О, от 20 июня 2006 года N270-О, от 18 июля 2006 года N 279-О и от 19 февраля 2009 года N 109-О-О, ни в статье 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ни в других статьях Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не содержится положений, исключающих возможность возмещения вреда лицу, которое было оправдано по приговору суда или в отношении которого было вынесено постановление (определение) о прекращении уголовного преследования, на том лишь основании, что одновременно это лицо было признано виновным в совершении другого преступления. По смыслу закона, в таких ситуациях суд, исходя из обстоятельств конкретного уголовного дела и руководствуясь принципами справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина, может принять решение о возмещении вреда, причиненного в результате уголовного преследования по обвинению, не нашедшему подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Возражения представителя ответчика Министерства Финансов РФ со ссылкой на нормы ст.151, 1101 ГК РФ о том, что истцом не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для применения ответственности в виде возмещения вреда, не доказано причинение ему морального вреда, суд считает необоснованными, поскольку в силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда в данном случае осуществляется независимо от вины причинителя вреда, данное обстоятельство не подлежит доказыванию. Сам факт необоснованного возбуждения уголовного дела, незаконного привлечения к уголовной ответственности, преследование лица по обвинению в совершении преступлений, избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде, предполагает нравственные страдания лица и является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Учитывая изложенное, суд считает требование истца о взыскании с ответчика Министерства Финансов РФ компенсации морального вреда обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с п. 8 Пленума Верховного Суда Российской Федерации Постановления «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20 декабря 1994 г. N 10 размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии с п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующего реабилитацию в уголовном судопроизводстве", при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

При определении подлежащей возмещению истцу суммы компенсации морального вреда суд исходит из того, что в рамках возбужденного уголовного дела в отношении ФИО1 осуществлялось уголовное преследование по обвинению в совершении особо тяжкого преступления. В ходе предварительного расследования истец находился под подпиской о невыезде, чем были созданы препятствия для свободного передвижения и реализации жизненных планов. Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, характер нравственных и физических страданий истца, личность ФИО1 и его индивидуальные особенности, иные обстоятельства, установленные вышеуказанным приговором суда, длительность уголовного преследования, вынужденный и оправданный характер меры пресечения, исходя не только из обязанности максимально возместить причиненный моральный вред реабилитированному лицу, но и не допуская неосновательного обогащения потерпевшего, суд считает возможным компенсировать ему моральный вред в размере 200 000 рублей.

При этом суд учитывает, что компенсация морального вреда, является лишь частью возмещения вреда, предусмотренного законодательством для реабилитированных лиц.

Суд полагает, что заявленный размер истцом является чрезмерно завышенным, явно не соизмеримым с нравственными и физическими страданиями, перенесенными истцом, и не отвечает принципам разумности и справедливости.

Оснований для взыскания денежной компенсации в большем размере суд не усматривает.

Доводы истца об ухудшении здоровья в связи с уголовным преследованием, объективно медицинскими документами не подтверждены. Причинно-следственная связь между ухудшением состояния здоровья истца и проведенными мероприятиями по уголовному делу судом не установлена и объективно никакими доказательствами не подтверждена.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из смысла указанного законодательства, истец, заявивший требования о возмещении морального вреда, должен представить суду не только доказательства причинения ему морального вреда, но и доказательства того, какие конкретно физические и (или) нравственные страдания перенесены им.

Указывая на конкретные нравственные и физические страдания, истец ни в исковом заявлении, ни в судебном заседании не ссылается на доказательства, подтверждающие данные обстоятельства.

Оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь всех представленных сторонами и исследованных в судебном заседании доказательств в их совокупности, учитывая, что допустимых и достаточных доказательств, с достоверностью подтверждающих указанные истцом обстоятельства, в соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ суду не представлено, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 200000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы, представления через Заводский районный суд г. Кемерово в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий: Е.А. Жигалина

Мотивированное решение суда составлено 24.06.2021 года.

Копия верна. Судья:

Подлинный документ подшит в гражданском деле №2-1320-2021 Заводского районного суда г. Кемерово.