Решение № 2-951/2024 2-951/2024~М-3/2024 М-3/2024 от 16 октября 2024 г. по делу № 2-951/2024

Дело № 2-951/2024

11RS0005-01-2024-000039-55


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Изъюрова С.М., при секретаре судебного заседания Писаревой М.А., с участием прокурора Гомоновой А.В., представителя истца ФИО1, представителя ответчика ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая поликлиника» ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ухте Республики Коми 17 октября 2024 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая поликлиника», Министерству здравоохранения Республики Коми и Комитету Республики Коми имущественных и земельных отношений о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением к ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая больница» (далее – ГБУЗ РК «УПБ») взыскании компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. В обоснование исковых требований истец указал, что на основании протокола врачебной комиссии № .... от <...> г. истцу был установлен диагноз: « ». Истец считает, что ответчиком ему оказана медицинская помощь некачественно, диагноз установлен не верно. При установлении данного диагноза <...> г. истец не присутствовал на комиссии, анамнез жизни, психостатус переписаны из психологического заключения от <...> г., проведенного психологом ФИО4 В рамках гражданского дела № 2-147/2023 проведена судебно-психиатрическая » не нашел своего подтверждения. В дальнейшем ответчик, основываясь на результатах вышеприведенной экспертизы изменил истцу диагноз на « ». Истец полагает, что постановке диагноза <...> г. ответчиком нарушен диагностический алгоритм, без стационарного обследования с применением критериев, диагноз документально, клинически и анамнестически не подтвержден. В связи с неверно установленным диагнозом истец претерпевал и претерпевал нравственные и физические страдания – расстройство сна, слабость, депрессия, подавленное настроение, чувство страха, угнетенность и подавленность. Спорный диагноз ограничивает истца в его гражданских правах. Указанное явилось основанием для обращения в суд.

Определениями суда к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство здравоохранения Республики Коми, а также Комитет Республики Коми имущественных и земельных отношений.

Истец в суд не прибыл, извещен надлежаще.

Ранее участвуя в судебных заседаниях, истец пояснял суду, что приходил на прием к врачу-психиатру, она сказала ему, что у него . Он спрашивал про симптомы и на основании чего установлен был такой диагноз, но врач ему ничего не ответила, лечения не назначила. Истец также спросил про последствия, она сказала, что все хорошо, люди с этим живут и работают. Через три месяца встал вопрос о том, может ли он работать. Истец считает, что диагноз выставлен в <...> г. не верно, поскольку у себя симптоматики не наблюдает. В дальнейшем, установка данного диагноза привела к тому, что истца уволили с работы. Негативные последствия установления такого диагноза в <...> г. выразились в том, что у истца обострилась депрессия снова, в настоящее время на диспансеризации у истца обнаружили проблемы с сердцем, которых никогда не было, так же истец набрал лишний вес. Все это со слов доктора связано со стрессом, с увольнением с работы. Стресс начал испытывать в <...> г. на комиссии, когда истцу сказали, что у него параноидальная и его уволили с работы. Истец обращался к независимому психиатру, который сказал, что у него нет. Истец пил антидепресанты, в связи с депрессивным состоянием, был установлен диагноз « », они помогали если не было каких-то сложных стрессовых ситуаций. Свое депрессивное состояние истец связывает с увольнением с работы. Максимальный стресс был из-за самой комиссии и установленного диагноза, что его уволят с работы. У истца был кредит, а его фактически лишили источника работы. О врачебной комиссии, проведенной <...> г. истец узнал только после рассмотрения дела 2-147/2023, а стресс начал испытывать в <...> г. года. <...> г. стресс испытывал, просто на тот момент не придал этому значения.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, исковые требования поддержал. Указал, истцу была оказана некачественная медицинская помощь, врачебной комиссией был установлен неверный диагноз. Иные заключения врачебной комиссии в рамках данного дела мы не оспариваем. Истец на заседании комиссии отсутствовал. Стороной истца в качестве доказательств представлены две экспертизы, одна была проведена в рамках гражданского дела № 2-147/2023, согласно которой у истца отсутствует диагноз « ». Первая экспертиза была назначена амбулаторно, где эксперты пришли к выводу, что без стационарного обследования они не смогут определить имеется ли данный диагноз у истца. В рамках второй экспертизы истец 20 дней находился в стационаре и на момент обследования диагноз не нашел своего подтверждения, а следовательно и ранее данного диагноза у истца не было, так как данное заболевание неизлечимо. У истца установлен диагноз - . Этот диагноз истец не оспаривает. Врачебной комиссией был нарушен алгоритм действий по выявлению диагноза На комиссии истец не был, лечения ему не назначали. Истец состоял на учете у ответчика с диагнозом « ». О том, что была комиссия в <...> г. истец не знал, соответственно и о диагнозе он также не знал. Истец не знает на основании чего ответчик проводил данную комиссию. Истец узнал о данном диагнозе в рамках рассмотрения дела 2-147/2023. В <...> г. году также собиралась врачебная комиссия, согласно которой также был установлен диагноз . В отношении истца врачебная комиссия собиралась два раза. Истца признали больным хроническим заболеванием, он лишен многих прав, был уволен с работы, он не мог водить автотранспорт, покупать оружие. Никто не хочет иметь такой диагноз. Ему приходится доказывать, что он не больной человек.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «УПБ» ФИО2 с исковыми требованиями не согласилась, поддержала доводы изложенные в письменном отзыве и дополнениях к нему. Указала, что материалы гражданского дела не содержат доказательств неправильно установленного диагноза истцу, комиссия Учреждения действовала в соответствии с приказом Минздравсоцразвития России от 05.05.2012 года № 502н, 28.04.2022 года. Обоснованность установления данного диагноза была установлена решением Ухтинского городского суда по делу № 2-147/2023. В рамках вышеназванного дела судом делались дополнительные запросы, давались дополнительные ответы, согласно которым усматривается обоснованность выставленного диагноза.

Свидетель ФИО3, допрошенная в судебном заседании 18.09.2024, суду пояснила, что является матерью истца, истец в <...> г. проживал совместно с ней, у свидетеля с истцом хорошие и доверительные отношения, истец делится своими проблемами. Истец узнал о том, что ему установили диагноз в <...> г. года из материалов гражданского дела о восстановлении истца на работе. Истец позвонил прямо из больницы, он был в шоке. С этого момента он начал переживать. У истца пропала вера в людей и в себя, все болезни обострились, начались проблемы с сердцем, истец стал бояться ходить к врачам. Истец переживал из-за установления ему диагноза и из-за увольнения, свидетелю приходилось водить истца к врачу. О решении врачебной комиссии от <...> г. года истец не знал. Об этом диагнозе истец узнал только в <...> г. году. По мнению свидетеля у истца было , он больше нуждался в помощи психотерапевта. Ходил к психиатру, потому что бесплатно. Считает, что шизофрении у него нет. <...> г. году у сына были проблемы с психическим здоровьем, в связи с чем, он ходил в психиатрическую больницу.

Свидетель ФИО5 в суде 11.10.2024 суду пояснила, что <...> г. принимала участие в врачебной комиссии, но сам процесс врачебной комиссии не помнит. В комиссию входили так же ФИО6 и ФИО7, был поставлен диагноз . Свидетель не может точно сказать, участвовал ли ней истец, но чаще всего пациенты участвуют. Бывает, что пациент осматривается врачом накануне, а затем комиссией выносится решение. О принятом решении пациенты узнают сразу, поскольку присутствуют на комиссии если решается серьезный вопрос. Диагноз истцу был поставлен на основании объективных данных - наблюдения, осмотра клинического психолога, который сообщил об ухудшении его состояния, а также сведений работодателя об ухудшении качества работы Россель. Все это в совокупности привело к постановке такого диагноза на год. Год пациент наблюдается, а затем диагноз подтверждается, указывается синдром или диагноз может быть убран совсем. Истцу было сообщено, что диагноз изменен, истец особо не интересовался этим. Сейчас истцу установлено . Здесь также необходимо наблюдение и ограничения соответствующие, например вождение. На связь с врачами истец не выходит. Точно пояснить свидетель не может, получал ли истец соответствующее лечение. Выздоровления наступить не могло, могло быть улучшение. Комиссия должна была истца раз в месяц на протяжении года наблюдать и возможно диагноз бы изменился. Для улучшения состояния чаще всего препараты необходимы, если не принимать препараты, улучшения скорее всего не будет. Оно само по себе не излечивается, но может быть изменен на другой диагноз, либо убирается совсем после установления факта принятия психотропных веществ. При осмотре истец выглядел неопрятно, запущенно, речь была монотонная. Он выглядел как эндогенный пациент. Под наблюдением истец находился с <...> г.. Сначала у истца было установлено , истец оставался недовольным, иппохондричным. Лечащий доктор уже не знал что делать с истцом, изменений не было после принятия препаратов. Мы подозревали, что у него . По мнению свидетеля <...> г. истцу был выставлен диагноз верно, но возможно доктором неполноценно было описано состояние истца, а записи были скудными на деле. Медицинская документация была не в полном объеме оформлена. В институте Сербского Россель присутствовал и все видели его состояние и эта экспертиза подтвердила верность установленного диагноза.

Свидетель ФИО6 суду 11.10.2024 суду показала, что <...> г. участвовала в составе врачебной комиссии, истца помнит и знает. Диагноз истцу был выставлен на основании результатов наблюдения. истец был осмотрен ни один раз. Свидетель помнит, что истец был на врачебной комиссии на которой решался его допуск к работе. Ему был тогда еще раз установлен данный диагноз, ему было выдано заключение и что ему противопоказано работать в данной должности в данном учреждении. Это был <...> г. год. На глазах у всех он разорвал это заключение, выбросил и ушел. Все значимые решения принимаются в присутствии пациента. Комиссии проходят раз в неделю, ведется журнал, где ведутся записи о пациентах и все, кто вписан на него, получают талон, то есть приглашение на врачебную комиссию. Свидетель полагает, что скорее всего истец участвовал на комиссии <...> г.. У истца было тяжелое хроническое заболевание. На фоне лечения возможно выйти в ремиссию, это практически полноценная здоровая жизнь, бывали случаи когда с таким диагнозом пациент был снят с учета. Истец наблюдался несколько лет, наблюдали разные врачи и все сошлись во мнении. Свидетель считает, что истцу в <...> г. года диагноз был выставлен правильно, поскольку истец не здоров. Шизофрения остается, то есть смены диагноза не будет, просто будет установлен новый диагноз.

Представители ответчиков Министерства здравоохранения Республики Коми, а также Комитета Республики Коми имущественных и земельных отношений в суд не прибыли, извещались судом надлежащим образом.

Комитетом Республики Коми имущественных и земельных отношений представлен письменный отзыв, в котором ответчик просит рассмотреть иск в отсутствие своего представителя, а так же отказать в удовлетворении исковых требований.

Выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, в том числе материалы гражданского дела № 2-147/2023 в необходимом объеме, суд приходит к следующему.

Статья 41 Конституции Российской Федерации гарантирует, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

В соответствии с положениями ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п.1).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения (п.2).

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу указанной нормы, для возложения ответственности за причиненный вред необходимо наличие таких обстоятельств, как наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда и его вина, а также причинно-следственная связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Вина причинителя вреда является общим условием ответственности за причинение вреда. При этом вина причинителя презюмируется, поскольку он освобождается от возмещения вреда только тогда, когда докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

Статьей 1068 ГК РФ установлена ответственность юридического лица за вред, причиненный его работником при исполнении трудовых обязанностей.

Согласно пункту 1 статьи 1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулируются Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (ст. 1), который определяет, в том числе, права и обязанности человека и гражданина, отдельных групп населения в сфере охраны здоровья, гарантии реализации этих прав (п. 2), а также права и обязанности медицинских организаций, иных организаций, индивидуальных предпринимателей при осуществлении деятельности в сфере охраны здоровья (п. 4), права и обязанности медицинских и фармацевтических работников (п. 5).

Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу пунктов 1, 4 и 5 статьи 22 Федерального закона от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Согласно ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Сторонами не оспаривается тот факт, что ГБУЗ РК «УПБ» является медицинской организацией и в своей деятельности обязано руководствоваться нормами и правилами, регулирующими отношения в сфере здравоохранения (ст. 37 Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Из протокола врачебной комиссии № 226 от 28.10.2021 в составе ФИО5, ФИО6, ФИО7, следует, что истцу установлен диагноз «

Так же из указанного протокола следует, что на комиссии рассматривался вопрос о смене диагноза и установлении КЛП.

Из анамнеза заболевания следовало, что истец в поле зрения психиатров находится с 2018 года, когда впервые обратился к психиатру ДПНО по направлению врача психиатра медицинской санитарной части Газпрома с жалобами на отсутствие мотивации к работе, конфликтная ситуация в коллективе, подавленность настроения. После проведенной беседы и осмотра, выставлен диагноз Назначено лечение: параксетин, пирлиндол. Клинический психолог <...> г.: без признаков псих. расстройства? Установочное поведение? <...> г. находился на листе нетрудоспособности, был выписан в удовлетворительном состоянии с допуском к труду. Далее ДПНО посещал не регулярно, лечение принимал избирательно. Очередное обращение в <...> г. года в связи со снижением настроения, сложная ситуация в коллективе – на работе «травят» коллеги (женщины). Клинический психолог от <...> г.: нечеткость мышления, неравномерность обобщения, с трудностями дифференцирования существенного и несущественного, резонерство, лабильность. Нарушения эмоционально-волевой сферы. Дезадаптация. На основании жалоб, наблюдения, обследования выставлен диагноз Представлен на ВК, диагноз обоснован.

В качестве доказательств незаконности диагноза , выставленного врачебной комиссией <...> г. сторона истца ссылается на заключение специалистов психиатра и психолога ООО «Медицинская компания «Поколение» от <...> г., из которого следует, что установленный ФИО3 заключением врачебной комиссией № .... <...> г. диагноз , не находит подтверждения при настоящем клиническом психолого-психиатрическом обследовании, как и не обнаруживался ранее, а именно, на момент обращения истца в ГБУЗ РК «УПТ» за медицинской помощью, начиная с <...> г., в том числе и в <...> г. (л.д. 34).

Так же специалисты в указанном заключении пришли к выводу о том, что если бы у истца диагноз « » был выставлен верно, начиная с <...> г., то решение ВК от <...> г. № .... тоже было бы верным. А так как указанный диагноз ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» был опровергнут в период проведения стационарной экспертизы, проведенной в рамках дела № 2-147/2023, то и решение ВК № .... от <...> г., заключение психолога от <...> г. не действительным.

Суд так же отмечает, что в рамках гражданского дела № 2-147/2023 была назначена и проведена стационарная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского».

Согласно указанному определению перед экспертами судом были поставлены, в том числе вопросы: имеется ли в действительности у истца диагноз ? Имеется ли у истца какое-либо психическое заболевание или расстройство? Является ли обоснованным заключение Врачебной психиатрической комиссии ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая больница» от <...> г. № .... и протокол Врачебной комиссии ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая больница» от <...> г. № .... с учетом установленных или не установленных в ходе судебно-психиатрической экспертизы у истца психических заболеваний или расстройств?

Из заключения судебной комплексной психолого-психиатрической комиссии экспертов от <...> г. года № .... следовало, что у истца в ходе указанной экспертизы обнаружено Установленный заключением врачебной комиссии ГБУЗ РК «УПБ» от <...> г. № .... диагноз « не нашел своего подтверждения при настоящем клиническом психолого-психиатрическом обследовании.

В связи с отсутствием ответов на вопросы суда № 2 и № 5, судом в адрес ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» были направлены дополнительные запросы в рамках проведенной стационарной судебно-психиатрической экспертизы.

Из содержания ответов ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского» от <...> г. года № ...._1 и .... следует, что диагноз установлен истцу врачебной психиатрической комиссией ГБУЗ РК «УПБ» от <...> г. года № .... обоснованно, однако последующие катамнестические данные, результаты проведенного исследования в ходе стационарной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертизы не нашли своего подтверждения.

Установленный врачебной психиатрической комиссией ГБУЗ РК «УПБ» от <...> г. № .... истцу диагноз относился к хроническому затяжному расстройству с тяжелыми стойкими и обостряющимися болезненными проявлениями.

Решением Ухтинского городского суда от 18.10.2023 по делу № 2-147/2023 в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая больница» об отмене и признании незаконным заключения врачебной психиатрической комиссии от <...> г. № .... и взыскании компенсации морального вреда отказано.

Судебной коллегией по гражданским делам Верховного суда Республики Коми при пересмотре дела № 2-147/2023 по апелляционной жалобе истца была назначена дополнительная судебная психиатрическая экспертиза.

Из выводов дополнительной экспертизы следует, что установленный врачебной комиссией № .... от <...> г. диагноз « ) не нашел своего подтверждения при обследовании.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного суда Республики Коми от 08.07.2024 вышеназванное решение суда отменено. Принято новое решение, согласно которому: признано незаконным заключение врачебной психиатрической комиссии ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая больница» от <...> г. года № ....; взыскано с ГБУЗ РК «Ухтинская психиатрическая больница» в пользу истца компенсация морального вреда в размере 50 000 руб.

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к выводу, что установленный ответчиком <...> г. истцу диагноз не соответствует его реальному состоянию здоровья, поскольку выставленное ответчиком истцу заболевание не нашло своего подтверждения в ходе проведения экспертиз в рамках дела 2-147/2023, и в связи с тем, что указанное заболевание является хроническим, суд приходит к выводу, что оно отсутствовало при проведении врачебной комиссии в <...> г..

Судом на обсуждение выносился вопрос о назначении судебно-психиатрической экспертизы с целью выяснения обоснованности выставленного диагноза <...> г.. Стороны возражали против назначения указанной экспертизы в связи с отсутствием необходимости ее проведения.

Кроме того, судом у ответчика запрашивались медицинские документы на имя ФИО3, послужившие основанием для установления истцу в <...> г. года диагноза однако суду указанные медицинские документы представлены не были.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом из ст. 57 ГПК РФ следует, что доказательства предоставляются сторонами.

В соответствии с ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу разъяснений абзаца 3 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 48 постановлении постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 предусмотрено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Ответчиком ГБУЗ РК «УПБ» не представлено доказательств, бесспорно свидетельствующих о правильности выставленного истцу диагноза на врачебной комиссии <...> г..

Напротив, из заключения ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии имени В.П. Сербского», а так же заключения ООО «Медицинская компания «Поколение» следует что, вышеназванный диагноз у истца не нашел своего подтверждения.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что действиями должностных лиц ГБУЗ РК «УПБ» были нарушены права истца на оказание медицинской помощи надлежащего качества, выразившиеся в неправильном установлении диагноза его состояния здоровья, в связи с чем, истец на протяжении длительного периода вынужден был испытывать переживания, находясь в уверенности о наличии у нее тяжелого психического заболевания, которое впоследствии не нашло своего подтверждения.

В силу ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Постановлением Пленума ВС РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» определено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При этом, принимая во внимание, что ответчик не доказал обоснованность выставленого истцу <...> г. диагноза « а истцом в материалы дела представлены доказательства необоснованности выставления указанного диагноза, а так же доказательства нравственных страданий, так же принимая во внимание степень и характер нравственных страданий в связи с нарушением личным неимущественных прав, длительность периода осведомленности истца о наличии диагноза, отсутствие тяжких последствий, а также принципы разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика ГБУЗ РК «УПБ» пользу истца компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей.

Присуждение компенсации морального вреда в пользу истца в указанном размере, по мнению суда, в большей степени отвечает критериям разумности и справедливости, а также обстоятельствам причинения морального вреда.

В удовлетворении исковых требований истца к Министерству здравоохранения Республики Коми и Комитету Республики Коми имущественных и земельных отношений о взыскании компенсации морального вреда належит отказать, поскольку судом установлено, что ошибочный диагноз выставлен должностными лицами ГБУЗ РК «УПБ».

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, с ответчика ГБУЗ РК «УПБ» в пользу истца подлежит взысканию госпошлина в размере 300 руб., которая уплачена истцом при подаче иска.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Ухтинская психиатрическая поликлиника» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., всего 30 300 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований к Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Коми «Ухтинская психиатрическая поликлиника», Министерству здравоохранения Республики Коми и Комитету Республики Коми имущественных и земельных отношений о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Верховный Суд Республики Коми через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня составления в окончательной форме.

Судья С.М. Изъюров

Решение в окончательной форме составлено 31 октября 2024 года.