Апелляционное постановление № 10-4/2017 от 29 августа 2017 г. по делу № 10-4/2017

Мировой судья Фомина Д.С.

Дело № 10-4/2017


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Томская область, ЗАТО Северск

г. Северск 30 августа 2017 года

Судья Северского городского суда Томской области Юрастова Е.В.,

при секретаре Корнюшка Е.В.,

с участием прокурора –

помощников прокурора ЗАТО г. Северск ФИО1,

Высоцкой Е.И.,

осужденного ФИО2,

его защитника - адвоката Заплавнова Д.Г.,

а также потерпевшего К.,

представителя потерпевшего - адвоката Сурда Е.А.,

рассмотрел в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Заплавнова Д.Г. в защиту интересов осужденного ФИО2 на приговор мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области от 31 мая 2017 года, которым

ФИО2 К.,

осужден мировым судьей судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области по ч. 1 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) с назначением наказания в виде штрафа в размере 25000 рублей.

Заслушав выступление осужденного ФИО2, его защитника-адвоката Заплавнова Д.Г., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Высоцкой Е.И.., потерпевшего К. и его представителя – адвоката Сурда Е.А., полагавших необходимым приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

У С Т А Н О В И Л :

Приговором мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области от 31 мая 2017 года ФИО2 признан виновным в совершении умышленного причинения легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 25000 рублей.

Преступление совершено 23 июля 2015 года в г. Северске Томской области при обстоятельствах, подробно изложенных в указанном приговоре.

В судебном заседании ФИО2 вину в совершении преступления не признал.

В апелляционной жалобе защитник осужденного - адвокат Заплавнов Д.Г. считает приговор мирового судьи необоснованным, указывает на неправильное применение уголовного закона и несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Полагает, что мировым судьей незаконно положены в основу приговора доказательства, а именно: показания потерпевшего К., свидетеля Н., являющегося родным братом потерпевшего, при этом расценив показания подсудимого ФИО2 и многочисленных свидетелей, указывающих на то, что ФИО2 23 июля 2015 года никаких ударов К. не наносил, физическую силу не применял, имел место лишь словесный конфликт, как способ защиты подсудимого, и отверг их со ссылкой на отсутствие оснований не доверять показаниям потерпевшего К., свидетелей Н. и А.

Указывает, что при этом стороной защиты было заявлено ходатайство об оглашении показаний потерпевшего К. и свидетеля Н. ввиду наличия между ними существенных противоречий, как в ходе судебного следствия, так и на стадии предварительного расследования, для устранения этих противоречий, однако судом в удовлетворении ходатайства было отказано, и такое ограничение стороны защиты в представлении своих доводов о противоречивости показаний К-вых привело к вынесению в отношении ФИО2 незаконного и необоснованного приговора, лишило сторону защиты возможности обосновать свою позицию о противоречивости и недостоверности данных показаний. Такое нарушение права подсудимого на защиту позволило суду утверждать о правдивости показаний К-вых, а также показаний представленного стороной обвинения на предварительном следствии, спустя значительное время после подачи потерпевшим заявления, свидетеля А.

Выражает несогласие с выводами суда об установлении мотива совершенного якобы ФИО2 преступления, а именно вследствие конфликта, имевшего место 22 июля 2015 года между потерпевшим К. и Ш., тогда как сторона защиты утверждала, что 23 июля 2015 года в дневное время данный конфликт уже был разрешен, и причиной встречи ФИО2 и потерпевшего К. в вечернее время 23 июля 2015 года (которая произошла по инициативе последнего, о чем показал в судебном заседании сотрудник ГИБДД - свидетель С.), являлось поведение потерпевшего К. у здания ГИБДД 23 июля 2015 года в дневное время, где потерпевший назначил место и время встречи для выяснения отношений с ФИО2 Однако суд указанные доводы стороны защиты отверг, указав в приговоре, что свидетель С. был очевидцем событий 22 июля 2015 года, что противоречит содержанию показаний данного свидетеля в судебном заседании, как и показаниям участников событий – потерпевшего К. и свидетеля Ш.

Считает, что суд необоснованно не доверяет показаниям свидетелей С. и Д., что основано только на том выводе суда, что поскольку показания данных свидетелей противоречат показаниям потерпевшего К. и свидетеля Н., их приятеля А., все доказательства, опровергающие их показания, являются недостоверными и подлежат критической оценке. Кроме того, суд критически отнесся к показаниям свидетеля Д., поскольку тот не был допрошен на предварительном следствии, однако, по мнению стороны защиты, такое основание нормами УПК РФ не предусмотрено.

Указал, что сторона защиты представила объективные доказательства невиновности ФИО2, доказав его непричастность к совершению преступления и необходимость его оправдания, что судом было необоснованно отвергнуто, в основу приговора были положены недостоверные доказательства, вывод суда о доказанности вины ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ, основан на предположениях, а не на исследованных судом доказательствах, имеют место неустранимые сомнения в виновности ФИО2, а потому приговор не может являться законным и обоснованным, подлежит отмене, ФИО2 должен быть оправдан, поскольку его причастность к совершению преступления не установлена.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Трусова А.С. опровергает доводы жалобы, считает необходимым приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции защитник-адвокат Заплавнов Д.Г. со ссылкой на постановление о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела (т. 1 л.д. 48-49) дополнил, что изложенные в постановлении обстоятельства о причинении потерпевшему К. 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут на ул. Ленина, 37 «б» в г. Северске Томской области неустановленным лицом из хулиганских побуждений физической боли и телесных повреждений в виде ушибов мягких тканей головы, что могло быть совершено группой лиц, должны были быть установлены судом первой инстанции.

В соответствии со ст. 3899 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Заслушав выступления сторон, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции считает, что вывод мирового судьи о виновности ФИО2 в преступлении, за которое он осужден, основан на доказательствах, всесторонне исследованных, получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и полно отраженных в приговоре.

При рассмотрении уголовного дела мировым судьей осужденный ФИО2 в судебном заседании показал, что 22 июля 2015 года его брат Ш. ехал на автомобиле по г. Северску, в это время водитель автомобиля марки «Лада **» синего цвета с номером ** (потерпевший К.) допустил нарушение на дороге, после чего Ш. по телефону сообщил, что К. и пассажир после возникшей ситуации в грубой форме вынуждали его остановиться. 23 июля 2015 года он и Ш. приехали к зданию ГИБДД для постановки автомобиля на учет. Там он увидел К., напомнил о вчерашнем инциденте, сказав, что тот, обучая людей вождению, сам безответственно ведет себя на дороге, на что К. ответил грубо и эмоционально, после чего он, во избежание конфликта, зашел в здание ГИБДД. Затем, когда он вернулся в свой автомобиль, к нему на учебном автомобиле подъехал К. и грубо, в присутствии производившего сверку автомобилей сотрудника ГИБДД (свидетеля С.), сказал ему выйти из автомобиля, чтобы разобраться, но он предложил К. решить вопрос при помощи спортивных состязаний, на что К. назначил ему встречу в 19 часов того же дня возле павильона «**», куда, как пояснил К., приедут и другие люди.

Для того чтобы впоследствии со стороны К. из-за ситуации на дороге не было каких-либо действий в отношении его брата Ш., он один пришел к указанному времени на тротуар между павильонами «**» и «**». Через некоторое время на автомобиле марки «Лада **» приехал К., припарковавшись через дорогу, напротив магазина «**», в его автомобиле также находился пассажир с видеокамерой. К. подошел к нему, в грубой форме спросил, где его младший брат, с которым он хочет поговорить, затем бросил в его сторону сигарету и побежал от него через проезжую часть. Затем К. начал выкрикивать нецензурную брань в адрес его родителей, родственников. Он направился в сторону К., а тот побежал от него по дороге с односторонним движением в сторону Сбербанка. Тогда он стал возвращаться обратно и увидел, как на автомобиле отечественного производства приехал мужчина плотного телосложения, как впоследствии ему стало известно - брат потерпевшего (Н.), у которого в руках был предмет, похожий на пистолет, затем услышал крики прохожих о том, что у того пистолет, после чего Н. убрал его в свой автомобиль. Когда он почти поравнялся с автомобилем последнего, то между ним, подошедшим сзади К. и Н. произошел словесный конфликт по поводу произошедшей на дороге 22 июля 2015 года ситуации. Он предложил разобраться на боксерском ринге, на что ему ответили, что трогать его не будут, а разберутся по-другому, что у него будут проблемы. В это время потерпевший К. уже находился в автомобиле, в котором также сидел мужчина с видеокамерой. После этого он ушел. В марте или апреле 2016 года его вызвали в полицию по поводу избиения в составе группы лиц. Он написал в сети Интернет объявление, где указал дату события, автомобили, номер своего телефона, с просьбой откликнуться очевидцев произошедшего. На месте происшествия было много людей, наблюдавших за происходящим. Ему позвонили около 10-15 человек, оставили номера своих телефонов, о чем он сообщил дознавателю. Потерпевшему никаких ударов он не наносил и телесных повреждений у того при встрече не видел. Сам он до 2006 года профессионально занимался смешанными единоборствами, в настоящее время это его хобби, в связи с чем считает, что в случае нанесения им удара в лицо потерпевшего, у последнего образовались бы более значительные травмы, и на улице удары он не наносит, так как считает, что это чревато более серьезными последствиями для соперника. Считает, что со стороны потерпевшего была провокация конфликта с целью наживы, так как он является материально обеспеченным лицом (т. 3 л. д. 168-174). Место произошедшего конфликта ФИО2 отобразил на схеме (т. 3 л. д. 56).

Из показаний потерпевшего К. в судебном заседании суда первой инстанции следует, что 22 июля 2015 года он обучал ученика управлению на своем автомобиле марки «Лада **» с государственным регистрационным знаком**. В это время водитель автомобиля иностранного производства (Ш.) допустил нарушение, в связи с чем он через открытое окно автомобиля сделал водителю замечание за такие действия на дороге, указав, что автомобиль у него учебный. Ш. ответил дерзко, они поговорили на повышенных тонах и разъехались. 23 июля 2015 года около 12 часов он находился около здания ГИБДД, где увидел тот самый автомобиль, за рулем которого находился другой человек, как ему впоследствии стало известно - ФИО2 Он слышал, как последний спросил у сидящего в его автомобиле ученика Е., кто владелец автомобиля. Он подошел к ФИО2, и тот сказал, что вчера он не «поделил» дорогу с его братом (Ш.), что надо поговорить. Ш. в это время находился на заднем сидении. Он отказался, после чего ФИО2 начал разговаривать с ним на повышенных тонах и сказал: «До встречи вечером».

В тот же день около 19 часов на своем автомобиле, на котором какие-либо опознавательные для учебного автомобиля знаки отсутствуют, а знака с буквой «У» в тот момент не было, он приехал к павильону «**», так как на 19 часов 30 минут у него было назначено занятие по управлению автомобилем. Предварительно он договорился со своим братом Н. встретиться в этом месте, чтобы поговорить. Поскольку с данном месте было припарковано много автомобилей, он оставил свой автомобиль на другой стороне дороги. Перейдя проезжую часть в сторону кафе «**», он увидел на своем пути молодого человека, стоящего между павильоном «**» и кафе «**», который быстро нанес ему удар кулаком в область носа, отчего он, испытав физическую боль, упал на левое колено. В результате у него закружилась голова, на колене образовались ссадины. На его вопрос молодой человек, в котором он узнал ФИО2, сказал: «Это тебе за брата», затем пытался нанести второй удар, но тут подбежали находившиеся возле павильона «**» не менее 3-4 человек, которые нанесли ему удары по голове, а также по рукам, которыми он закрывал свою голову. В это время он услышал, как его брат Н. кричит, чтобы он бежал к нему. Он перебежал на другую сторону дороги, Н. заслонил его спиной. Вслед за ним прибежали ФИО2 и другие молодые люди, они пытались конфликтовать с Н. Затем ФИО2 предложил ему (К.) выяснить отношения на ринге, но он отказался, после чего ФИО2 позвали молодые люди, и все они уехали в автомобилях. На месте происшествия он увидел своего знакомого инструктора по вождению автомобиля А., который пояснил, что все видел, в связи с чем он попросил у того номер телефона. После этого он обратился с заявлением в полицию, а затем в больницу, так как почувствовал себя плохо. В результате нанесенного именно ФИО2 первого удара, который был гораздо сильнее последующих, у него образовались телесные повреждения в виде сотрясения головного мозга, закрытого перелома носа, в связи с чем он проходил лечение. Другие удары в область носа ему не наносили, так как он закрывался руками. Он ФИО2 встречу не назначал, и поскольку многим известно, что инструкторы по вождению забирают своих учеников около павильона «**», он считает, что ФИО2 знал, что в данное время он будет в этом месте, где и ожидал его. Впоследствии друг ФИО2 угрожал ему, что если он не заберет свое заявление в отношении ФИО2, то ему будет только хуже.

Судом обоснованно положены в основу приговора в том числе показания потерпевшего К. об умышленном причинении ФИО2 легкого вреда здоровью, поскольку они подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Противоречия между оглашенными в судебном заседании показаниями, данными потерпевшим К. в ходе предварительного расследования, а именно в ходе допроса 23 октября 2015 года и в ходе дополнительного допроса 21 сентября 2016 года (т. 1 л. <...>) и показаниями в судебном заседании относительно попытки ФИО2 нанести ему второй удар, количества подбежавших к нему после ФИО2 человек, а также относительно того, когда именно в район павильона «**» приехал его брат Н. и нахождения на месте происшествия свидетеля конфликта - А., потерпевший К. объяснил тем, что на каждом допросе давал показания в соответствии с заданными дознавателем, а затем следователем вопросами, поддержав показания, данные в судебном заседании, как более подробные.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции были допрошены свидетели Н., Е., Ш., А., В., Л., Т., Б., У., З.

Так, из показаний свидетеля Н. следует, что 23 июля 2015 года в 19 часов он договорился со своим братом – потерпевшим К., о встрече около магазина «**», чтобы сходить в кафе «**», затем К. должен был заниматься с учеником по управлению автомобилем. Приехав на место в автомобиле, он увидел, как ранее незнакомый ему ФИО2 нанес удар К. в область носа слева, отчего К. упал на колено. Затем подбежали еще 3 человека, которые также наносили тому удары. Он посигналил и крикнул К., после чего тот вырвался и побежал к нему, за К. побежали ФИО2 и 3 человека. Он заслонил собой К., к нему подошел ФИО2 с друзьями, они начали разговаривать на повышенных тонах, угрожали в дальнейшем с ним разобраться, на его вопросы по поводу причины конфликта ФИО2 не отвечал. Когда ФИО2 и его друзья ушли, он увидел, что у К. смещен нос, при этом крови не было, и настоял на том, чтобы обратиться в полицию. Около указанных магазинов были припаркованы легковые автомобили такси и учебные, грузовых автомобилей там не было. К. начал искать свидетелей произошедшего среди находившихся в том месте водителей такси, и какой-то парень дал ему свой номер телефона. В больнице выяснилось, что у К. также имеется сотрясение головного мозга; ранее никаких травм у потерпевшего не было. Впоследствии К. рассказал, что ранее между последним и братом ФИО2 из-за сложившейся дорожной ситуации произошла словесная перепалка (т. 3 л.д. 106-112).

Свидетель Е. показал, что в конце июля 2015 года в дневное время он проходил обучение по вождению автомобиля, вместе со своим инструктором К. приехал в автомобиле к зданию ГИБДД. Там к нему обратился водитель автомобиля марки «Тойота **» красного цвета, в котором находилось не менее двух человек, и он указал на К. как на владельца автомобиля. После этого водитель и К. начали разговаривать на повышенных тонах, что продолжалось около 5 минут, затем услышал, как водитель произнес «До встречи» или «До свидания», и уехал. На следующий день К. отменил занятия, пояснив по телефону, что у него сломан нос (т. 3 л.д. 117-119).

Свидетель Ш. показал, что 22 июля 2015 года во время движения в автомобиле марки «Тойота **» красного цвета он во избежание ДТП был вынужден совершить маневр на дороге, из-за чего водитель автомобиля марки «Лада **» со знаком «У» - К., которого он ранее видел в качестве инструктора по вождению автомобиля, начал кричать, чтобы он остановился, высказывая угрозы, с заднего сиденья также кричал парень. О случившемся он рассказал своему брату ФИО2 На следующий день он и ФИО2 находились возле здания ГИБДД в автомобиле, там он увидел автомобиль К. под управлением ученика последнего. К. подошел к их автомобилю, начал разговаривать на повышенных тонах, оскорблял ФИО2, нецензурно выражался. Считает, что он перепутал его с ФИО2, так как на этот раз за рулем автомобиля сидел ФИО2 После этого К. сказал: «Встречаемся в 19 вечера на «**», там тебе все объяснят». Впоследствии ФИО2 рассказал ему, что они встретились, поговорили и разошлись. Сам он с К. не конфликтовал, видел того на следующий день после встречи с ФИО2 в районе магазина «**», телесных повреждений не заметил (т. 3 л.д. 129-134).

Свидетель А. показал, что в конце июля 2015 год в конце рабочего дня он находился между магазинами «**» и «**» в своем учебном автомобиле, в это время он увидел своего знакомого К., который переходил дорогу с противоположной стороны в его сторону. Затем к К. подошел незнакомый ему ФИО2 и нанес тому удар кулаком в лицо, от чего К. упал на колено и, защищаясь, закрывал лицо руками. К ним подбежали несколько человек, окружили К., начали ругаться, кричать. Спустя несколько секунд К. вырвался и побежал на другую сторону дороги, где стоял и кричал брат потерпевшего – Н., и спрятался за спиной последнего. Нападавшие тоже перебежали дорогу, и словесная перепалка продолжилась. Через минуту-полторы парни вернулись и уехали на автомобилях. К. перебежал дорогу, спросил у него, видел ли он происходящее (т. 3 л.д. 112-116).

Свидетель В. показал, что 23 июля 2015 года в период с 19 часов до 19 часов 30 минут он находился около магазина «**» и кафе «**», где увидел, как двое молодых людей, одним из которых был К., бегут по дороге к магазину «**», за ним бежал второй молодой человек; было видно, что происходит конфликт, затем они остановились и продолжили выяснять отношения. Автомобиль К. стоял на противоположной от кафе «**» стороне дороги. Со стороны ул. Парковой, на противоположную от него сторону дороги подъехал и остановился поперек дороги автомобиль марки «Лада **», из которого вышел мужчина (Н.) и присоединился к К. и молодому человеку, участвовал в их разговоре. Каких-либо других лиц, которые бы бежали или находились рядом с К. и молодым человеком, он не видел, больше никого не было. Конфликт продолжался около 5-10 минут. С К. он лично не знаком, но знает его (т. 3 л.д. 119-123).

Свидетель Л. показал, что 23 июля 2015 года в вечернее время он находился в данном месте в своем автомобиле, который был припаркован с торца магазина, где услышал топот; вышел из автомобиля и увидел, как ранее незнакомый ему ФИО2 побежал за К. в сторону площади им. Ленина. Там они поговорили на повышенных тонах, при этом рядом с ними больше никого не было, затем вернулись к магазину «**», поговорили и разошлись. Все происходило около 10 минут. После этого один из молодых людей, автомобиль которого был припаркован через дорогу, уехал, а второй ушел пешком. Событий, которые происходили до того как молодые люди побежали, он не видел (т. 3 л.д. 124-129).

Свидетель Т. показал, что 23 июля 2015 года он находился около своего автомобиля с торца магазина «**», услышал громкие голоса и увидел, как на противоположной стороне дороги ФИО2 разговаривает с К., который стоял немного дальше. Затем на автомобиле приехал, как ему впоследствии стало известно, брат последнего – Н., и начал разговаривать с ФИО2, прикрывая собой К. Других людей рядом не было, разговор происходил на повышенных тонах, длился около 3-4 минут, после чего К. и Н. уехали в своих автомобилях, а ФИО2 пошел пешком. Момента встречи ФИО2 и К. он не видел (т. 3 л.д. 137-140).

Свидетель Б., поддержав оглашенные показания, данные на предварительном следствии (т. 1 л.д. 101-103), в судебном заседании показал, что 09 июля 2016 года он принимал участие в качестве понятого в следственном эксперименте, в ходе которого свидетель Н., находясь на участке местности, расположенном между кафе «**» и магазином «**» на ул. Ленина, 37 «б» в г. Северске пояснил, что 23 июля 2017 года около 19 часов 15 минут его брат К. и подозреваемый ФИО2 находились в данном месте (т. 3 л.д. 141-142).

Свидетель Х. показала, что летом 2015 года она работала продавцом в кафе «**» на [адрес], 23 июля 2015 года из окна кафе она увидела, что напротив, через дорогу, происходит потасовка между К., которого знает как инструктора, и ФИО2, с которым она лично не знакома, но знает его. К. и ФИО2 кричали друг на друга, К. убегал от ФИО2 в сторону пр. Коммунистического, затем они прибежали обратно и находились через дорогу от кафе, после этого приехал брат К., который, оставив свой автомобиль на дороге, пошел в их сторону и начал кричать, после чего все разошлись. Других лиц на месте конфликта не было. Начала конфликта она не видела, как и не видела у потерпевшего К. каких-либо телесных повреждений примерно через несколько дней после конфликта.

Свидетель З., являющаяся сотрудником отделения лицензионно-разрешительной работы, показала, что К. и Н. как владельцы оружия на учете не состоят, в базе данных сведения о них отсутствуют, о чем ею была составлена справка на запрос следствия, проверка ею проводилась 17 сентября 2016 года (т. 3 л.д. 135-136).

По ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ были оглашены показания свидетеля М., согласно которым 16 июля 2015 года он продал ранее незнакомому Ш. автомобиль марки «Тойота **» красного цвета с государственным регистрационным знаком ** (т. 1 л.д. 121-123).

Кроме того, мировым судьей были исследованы и другие доказательства:

- протокол принятия устного заявления К. от 23 июля 2015 года, в котором он сообщил, что 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут в районе магазина «**» на ул. Ленина в г. Северске ему были причинены телесные повреждения, от которых он испытал физическую боль и страдания (т. 1 л.д. 58),

- протокол предъявления лица для опознания от 31 марта 2016 года, согласно которому потерпевший К. среди представленных ему для опознания лиц опознал ФИО2 как молодого человека, который 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут возле кафе «**» на [адрес] нанес ему один удар кулаком в область носа, от чего он испытал физическую боль и упал на левое колено, на асфальт (т. 1 л.д. 194-196),

- протокол предъявления лица для опознания от 01 апреля 2016 года, согласно которому свидетель А. опознал ФИО2 как молодого человека, который 23 июля 2015 года около 19 часов возле кафе «**» на [адрес] нанес потерпевшему К. удар кулаком в нос, и от этого удара К. упал на колено, на асфальт (т. 1 л.д. 197-199),

- протокол предъявления лица для опознания от 01 апреля 2016 года, согласно которому свидетель Н. опознал ФИО2 как молодого человека, который 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут возле кафе «**» на [адрес] нанес его брату К. удар кулаком, от чего тот упал на колено, на асфальт (т. 1 л.д. 200-202),

- протокол предъявления лица для опознания от 10 августа 2016 года, согласно которому свидетель Т. опознал свидетеля Н. как мужчину, который 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут подъехал на автомобиле к краю дороги напротив магазина «**» на [адрес], подошел к мужчине по имени К. (ФИО2), около 5 минут разговаривал на повышенных тонах, затем к ним приблизился К., ударов никто не наносил. Свидетель Н. в ходе опознания пояснил, что потерпевшему К. удар был нанесен до этого случая, между кафе «**» и магазином «**», то есть на противоположной стороне дороги от места, где он находился (т. 2 л.д. 19-22),

- протокол предъявления лица для опознания от 10 августа 2010 года, из которого следует, что свидетель Т. опознал подозреваемого ФИО2 как мужчину по имени К., который 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут находился напротив магазина «**» на ул. Ленина в г. Северске, быстрым шагом шел за К., которому крикнул, чтобы тот подошел к нему поговорить, после чего приехал автомобиль с опознанным им ранее Н., ФИО2 начал разговаривать с последним на повышенных тонах, в это время удары никто не наносил (т. 2 л.д. 23-26),

- заключение эксперта № ** от 27 июля 2015 года, согласно которому на 10 часов 10 минут 27 июля 2015 года у потерпевшего К. были установлены телесные повреждения в виде **, давность образования не противоречит материалам дела, то есть 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут (т. 1 л.д. 149-151),

- заключение эксперта № ** от 16 мая 2016 года (дополнительная судебная медицинская экспертиза, по медицинской документации), из которого следует, что у потерпевшего К. имелись телесные повреждения - **, что не противоречит обстоятельствам дела, а именно в результате скользящего удара в область лица потерпевшего и последующего падения К. на колено. Кровоподтек со ссадиной в области передней поверхности левого коленного сустава являются поверхностными телесными повреждениями, не вызвали расстройства здоровья и по данному признаку в соответствии с п. 9 Приказа от 24 апреля 2008 года № 194н Министерства здравоохранения и социального развития «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируются как не причинившие вред здоровью. ** по своей совокупности вызвали кратковременное расстройство здоровья и по данному признаку в соответствии с п. 8.1 названного Приказа квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью (т. 1 л.д. 161-166),

- заключение эксперта № ** от 11 августа 2016 года (дополнительная судебная медицинская экспертиза, по медицинской документации), согласно которому образование имевшихся у потерпевшего К. телесных повреждений, образующих **, с учетом их характера и локализации поверхностного повреждения (кровоподтека) при одном ударе кулаком не исключается (т. 1 л.д. 174-180).

Стороной защиты в качестве доказательств были представлены:

- показания в судебном заседании свидетеля С., являющегося инспектором ГИБДД УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, из которых следует, что 23 июля 2015 года он проводил сверку автомобилей около здания РЭУ ГИБДД в г. Северске, в ходе чего на расстоянии 1-2 метров от себя наблюдал конфликт между водителем учебного автомобиля отечественного производства со знаком «У» на крыше - К., и водителем другого автомобиля – ФИО2 Инициатором конфликта был К., который вел себя агрессивно. Как он понял, конфликт произошел из-за имевшей место ранее ситуации на дороге с участием автомобилей, и продолжался около 2-3 минут. В ходе этого К. предложил ФИО2 встретиться вечером на ул. Ленина в районе магазина «**», как он понял, чтобы разобраться. После этого К. сел за руль учебного автомобиля и уехал (т. 3 л.д.150-155);

- показания свидетеля Д. в судебном заседании, согласно которым в конце июля 2015 года около 19 часов он приехал к магазину «**», где ему нужно было выждать время до 20 часов. Он припарковал свой автомобиль между указанным магазином и кафе «**», рядом стояло около 5 автомобилей такси. Перед его автомобилем стоял незнакомый ему ФИО2, который, как ему кажется, пришел пешком, и около 10 минут кого-то ждал. Затем подъехал учебный автомобиль темного цвета, предположительно марки «**» со знаком «У» на крыше, обклеенный соответствующими обозначениями, остановился напротив, со стороны магазина «**». К ФИО2 подошел молодой человек из данного автомобиля – ранее незнакомый ему К. Около 2 минут они покричали друг на друга, после чего К. побежал в сторону пр. Коммунистического, ФИО2 побежал следом, потеряв по дороге сланцы. Около 5 минут К. убегал от ФИО2, затем они вернулись обратно. После этого в автомобиле иностранного производства светлого цвета приехал еще один молодой человек (Н.), как он понял - брат К., остановил свой автомобиль посреди проезжей части от пр. Коммунистического в сторону ул. Ленина и магазина «**». К-вы начали бегать за ФИО2 вокруг автомобиля, словесная перепалка продолжалась, после чего все разошлись. Весь конфликт продолжался около 10-15 минут, участники конфликта только лишь кричали, жестикулировали рукми, никто из них не падал, ударов не наносил; другие лица в конфликте не участвовали, на улице находились водители такси, работники магазинов. Весной 2016 года он, прочитав в Интернете объявление о том, что просят откликнуться свидетелей данного конфликта, имевшего место 23 числа в половине пятого, и позвонил по указанному номеру телефона ФИО2 (т. 3 л.д. 156-164).

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании суда первой инстанции был допрошен эксперт П.- государственный врач, судебно-медицинский эксперт, начальник Бюро судебно-медицинской экспертизы ФГБУ СибФНКЦ, из показаний которого следует, что в заключении эксперта № ** от 27 июля 2015 года им отражены имеющиеся у потерпевшего К. телесные повреждения, заключение № ** от 16 мая 2016 года составлено им с учетом медицинской документации, на основании данных которой у потерпевшего установлена закрытая черепно-мозговая травма: сотрясение головного мозга.

Вывод в заключении эксперта № ** от 16 мая 2016 года о том, что телесные повреждения у потерпевшего могли быть образованы от одного скользящего удара в лицо, обусловлен тем, что мог быть нанесен удар сбоку в лицо, либо во время удара лицо было повернуто в сторону. Считает, что удар был нанесен под острым углом, исходя из локализации **. Факт травмирующего воздействия тупым твердым предметом для эксперта имел место, причиненный здоровью вред очевиден, независимо от того, каким был удар, скользящим или прямым, но нанесен был в лицо сбоку и при обстоятельствах, указанных дознавателем в постановлении. В данном случае тупым твердым предметом с ограниченной поверхностью по отношению к поверхности лица является кулак, поскольку площадь его воздействия значительно меньше площади лица.

Согласно заключению эксперта № ** от 11 августа 2016 года потерпевшему был нанесен один удар в область лица, что соответствует действительности. После данного удара потерпевший упал на колено, а затем, как следует из постановления следователя, потерпевшему были нанесены удары в область волосистой части головы, однако от этих ударов телесных повреждений не образовалось. Телесные повреждения были образованы от одного удара кулаком. Любой удар в голову, даже не сопровождающийся образованием поверхностных повреждений, может повлечь за собой развитие **. При отсутствии повреждений на волосистой части головы и иных частях тела, с учетом клинической симптоматики всех телесных повреждений в виде кровоподтека, перелома носовых костей, он пришел к выводу о том, что весь комплекс повреждений мог образоваться при одном ударе. При переломе костей носа не обязательно наличие каких-либо сопутствующих телесных повреждений ввиду индивидуальных особенностей организма потерпевшего, такое телесное повреждение как кровоподтек на спинке носа может иметь место при переломе костей носа (т. 3 л.д. 176-179).

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании суда первой инстанции были оглашены также схемы места происшествия к протоколам допроса потерпевшего К., свидетелей А., Л., Т. и к протоколу проверки показаний на месте свидетеля Т. (т. 1 л.д. 89, 118, т. 2 л.д. 11, 15).

Доводы стороны защиты о том, что мировым судьей в основу приговора положены противоречивые и недостоверные показания потерпевшего К., свидетелей Н. (являющегося братом потерпевшего), А., суд апелляционной инстанции счел несостоятельными и отверг, поскольку у суда не имеется оснований сомневаться в правдивости приведенных показаний потерпевшего, а также указанных свидетелей, лично наблюдавших момент нанесения ФИО2 удара потерпевшему в голову, в область носа, от которого потерпевший упал на колено. Показания данных свидетелей, в том числе и об умышленном характере действий ФИО2, учтены мировым судьей при постановлении приговора, и они обоснованно не признаны заинтересованными в исходе дела в пользу потерпевшего К. лицами, их показания согласуются между собой и с показаниями потерпевшего, оснований не доверять которым у суда апелляционной инстанции не имеется.

Оснований для оговора ФИО2 данными свидетелями, а также потерпевшим, в том числе по мотиву материальной заинтересованности последнего, о чем указал ФИО2 в своих показаниях, судом апелляционной инстанции не установлено, в том числе и при наличии инцидента, произошедшего за день до преступления между свидетелем Ш. и потерпевшим, что само по себе не может свидетельствовать об оговоре ФИО2, как и об отсутствии в его действиях состава преступления, совершенного в отношении потерпевшего.

Данные показания взаимосвязаны и последовательны, подтверждают и дополняют друг друга, отвечают требованиям допустимости, подтверждаются другими объективными доказательствами по уголовному делу, в частности приведенными выше заключением эксперта № **, заключениями дополнительной судебной медицинской экспертизы № ** и № **, в связи с чем они обоснованно положены мировым судьей в основу обвинительного приговора, как достаточные в своей совокупности для разрешения уголовного дела.

Так, согласно заключению эксперта № ** от 16 мая 2016 года (дополнительная судебная медицинская экспертиза), у потерпевшего установлены телесные повреждения в виде **.

При этом данное заключение эксперта не противоречит выводам первоначального заключения эксперта № ** от 27 июля 2015 года о количестве телесных повреждений, характере и степени вреда, причиненного здоровью, а дополняет их с учетом исследованных медицинских документов, подтверждающих наличие указанных телесных повреждений.

Из заключения дополнительной судебной медицинской экспертизы № ** от 11 августа 2016 года следует, что телесные повреждения, образующие **, с учетом их характера и локализации кровоподтека как поверхностного повреждения могли быть образованы при одном ударе кулаком.

Выводы эксперта сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывают, поскольку они объективны, мотивированы и научно обоснованны, являются достаточными для квалификации действий осужденного.

Эксперт П., что также следует из его показаний в судебном заседании, приведенных выше, с учетом исследованной в ходе производства дополнительных судебных медицинских экспертиз медицинской документации, пришел к выводу о том, что установленное у потерпевшего телесное повреждение могло быть образовано именно при обстоятельствах, указанных потерпевшим К., и независимо от действий иных лиц, которые, согласно показаниям потерпевшего К. и свидетеля Н., впоследствии также нанесли потерпевшему несколько ударов в область головы.

Отсутствие же у потерпевшего К. на месте происшествия крови в области носа разъяснено экспертом П. в судебном заседании. Показания свидетелей Ш. и Х. о том, что телесных повреждений у потерпевшего они после происшествия не видели, не может свидетельствовать об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, с учетом установленных судом обстоятельств.

Перечисленные доводы стороны защиты в полной мере опровергаются показаниями потерпевшего К., свидетелей Н. и А., являющихся очевидцами нанесения ФИО2 удара кулаком в область носа потерпевшего и последующего падения потерпевшего на колено, на асфальт, свидетелей А., В., Л., Х., наблюдавших, как потерпевший К. на месте происшествия убегал от ФИО2, показаниями свидетелей А., Т. о том, что они видели, как Н. прикрывал собой потерпевшего от ФИО2, что полностью согласуется с показаниями потерпевшего К. и свидетеля Н. Как следует из показаний ФИО2 в судебном заседании, он имеет профессиональный опыт в смешанных единоборствах.

При этом объективных доказательств о возможном посягательстве потерпевшего К. и свидетеля Н. на месте происшествия в отношении ФИО2 стороной защиты не представлено. Согласно показаниям допрошенной в судебном заседании свидетеля З., потерпевший К. и свидетель Н. как владельцы оружия на учете в отделении лицензионно-разрешительной работы не состоят.

Мировой судья обоснованно критически отнесся к показаниям свидетеля стороны защиты С. о том, что конфликт около здания ГИБДД был спровоцирован К., назначившим ФИО2 встречу, чтобы разобраться, а также свидетеля Д., утверждавшего, что на месте происшествия ФИО2 никаких ударов потерпевшему не наносил, поскольку показания свидетеля С., как и показания свидетеля Ш., в полной мере опровергаются показаниями потерпевшего К. с учетом показаний свидетеля Е., присутствовавшего около здания ГИБДД в дневное время 23 июля 2015 года, свидетель же Д., указывая в своих показаниях на отсутствие какого-либо физического насилия со стороны ФИО2 на месте происшествия в конце июля 2015 года около 19 часов, пояснил, что потерпевший и свидетель Н. приехали на автомобилях иностранного производства, автомобиль потерпевшего, как учебный, был обклеен соответствующими обозначениями, впоследствии он связался с ФИО2 по объявлению о конфликте, имевшем место 23 числа в половине пятого, что не соответствует действительности, исходя из приведенных выше доказательств, в частности показаний потерпевшего К., а также показаний самого ФИО2

Об умысле ФИО2 на причинение потерпевшему легкого вреда здоровью свидетельствуют показания потерпевшего К., свидетелей Н., А., а также о том, как именно ФИО2 совершил действия по отношению к потерпевшему, нанеся не менее одного удара кулаком в жизненно важный орган – голову, при этом противоречий между показаниями указанных лиц суд апелляционной инстанции также не усматривает.

Проверив все доказательства, представленные сторонами, дав им оценку, разрешив в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства ходатайства, в том числе и те, на которые ссылалась сторона защиты в судебном заседании суда апелляционной инстанции, мировой судья правильно отверг показания ФИО2 о том, что последний ударов потерпевшему не наносил, физическое насилие не применял, поскольку действия осужденного 23 июля 2015 года, вызванные конфликтной ситуацией, произошедшей 22 июля 2015 года на проезжей части г. Северска между его братом Ш. и потерпевшим К., носили именно умышленный, направленный на причинение физической боли и телесных повреждений характер, и телесные повреждения были причинены при установленных судом первой инстанции обстоятельствах.

Выводы мирового судьи подробно мотивированы и не вызывают у суда апелляционной инстанции сомнений в их правильности.

Таким образом, доводы стороны защиты о том, что мировым судьей незаконно в основу приговора положены недопустимые доказательства, и об отсутствии объективных, достоверных и неопровержимых доказательств виновности ФИО2, суд апелляционной инстанции также счел несостоятельными и отверг, поскольку они основаны на оценке доказательств без учета их совокупности, как того требует ст. 88 УПК РФ.

Действия ФИО2 правильно квалифицированы с по ч. 1 ст. 115 УК РФ - умышленное причинение легкого вреда здоровью, вызвавшего кратковременное расстройство здоровья. Факт причинения ФИО2 вреда здоровью из хулиганских побуждений, как это предусмотрено п. «а» ч. 2 ст. 115 УК РФ, не нашел подтверждения в ходе судебного следствия.

Доводы стороны защиты относительно того, что мировым судьей должны были быть установлены обстоятельства причинения потерпевшему 23 июля 2015 года около 19 часов 15 минут неустановленным лицом из хулиганских побуждений физической боли и телесных повреждений в виде ушибов мягких тканей головы, что могло быть совершено группой лиц, суд апелляционной инстанции счел несостоятельными, не основанными на законе, поскольку по указанному стороной защиты факту материалы уголовного дела выделены в отдельное производство на основании постановления следователя от 28 сентября 2016 года (т. 1 л.д.48-49), а на основании требований ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Назначенное ФИО2 наказание отвечает требованиям закона о его справедливости, соразмерности тяжести содеянного и всем обстоятельствам дела, то есть с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности виновного, его возраста и состояния здоровья, имущественного и семейного положения, трудоспособного возраста и возможности получения дохода от трудовой деятельности, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельством, смягчающим наказание, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ мировым судом признано наличие у осужденного малолетнего ребенка.

Отягчающих наказание обстоятельств в соответствии со ст. 63 УК РФ мировым судьей обоснованно не установлено.

Неверное указание в обжалуемом приговоре фамилии свидетеля стороны защиты Д. – Д., суд апелляционной инстанции счел технической ошибкой, что на существо дела не влияет.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на законность, обоснованность и справедливость приговора, влекущих его отмену, мировым судьей не допущено.

Между тем, ФИО2 осужден по ч. 1 ст. 115 УК РФ. Данное преступление в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ является преступлением небольшой тяжести. Срок давности привлечения к уголовной ответственности за указанное преступление согласно п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ истекает через два года после его совершения, то есть 23 июля 2017 года. Таким образом, после вынесения приговора на момент рассмотрения дела судом апелляционной инстанции указанный срок давности истек, что является основанием для освобождения ФИО2 от наказания, назначенного за совершение этого преступления.

Оснований для приостановления в соответствии с ч. 3 ст. 78 УК РФ течения срока давности и, соответственно, для отказа в применении в отношении С.К.ББ. правовых последствий истечения срока давности уголовного преследования в данном случае не усматривается, поскольку каких-либо сведений об уклонении в данный период времени ФИО2 от следствия и суда в материалах уголовного дела не содержится.

Руководствуясь ст. ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор мирового судьи судебного участка № 5 Северского судебного района Томской области от 31 мая 2017 года в отношении ФИО2 изменить, освободить его от назначенного наказания по ч. 1 статьи 115 УК РФ в виде штрафа в размере 25.000 рублей в связи с истечением срока давности уголовного преследования в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

В остальной части приговор оставить без изменения, а жалобу адвоката Заплавнова Д.Г. в защиту осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Томский областной суд.

Судья Е.В. Юрастова