Апелляционное определение № 33-636/2026 от 5 апреля 2026 г.

Судья Драничникова И.Н.

дело № 33-636/2026 44RS0026-01-2025-000988-39


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«06» апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Костромского областного суда в составе: председательствующего Демьяновой Н.Н.

судей Жукова И.П., Ивковой А.В.,

при секретаре Балдиной Н.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя ответчика ФИО3 по доверенности ФИО4 на решение Димитровского районного суда <адрес> от 09 декабря 2025 года, которым частично удовлетворены уточненные исковые требования ФИО1 к ФИО3 о защите чести, достоинства и деловой репутации, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворены частично.

Заслушав доклад судьи ФИО15, выслушав объяснения представителя ответчика ФИО3 по доверенности ФИО2 А.С., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, истца ФИО1, возражавшего против удовлеторения апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

Нотариус Поназыревского нотариального округа <адрес> ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3

Требования мотивированы тем, что ответчик является нотариусом <адрес> нотариальной платы (далее-КОНП), по октябрь 2024 года занимал должность президента ФИО5 создана комиссия по выборам, истец является членом и председателем данной комиссии. На состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ заседании правления КОНП полномочия членов комиссии по выборам были приостановлены до проведения общего собрания членов КОНП. Данное решение истец обжаловал в суд. Решением Свердловского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ решение правления КОНП о приостановлении полномочий членов комиссии КОНП по выборам признано недействительным. ДД.ММ.ГГГГ истец подал уведомление о самовыдвижении своей кандидатуры для участия в выборах президента КОНП. С июля по сентябрь 2024 года ответчиком на адреса электронной почты нотариусов <адрес> направлен ряд писем, в которых распространены не соответствующие действительности, порочащие истца сведения.

ДД.ММ.ГГГГ истец вынужден был обратиться с жалобой в комиссию КОНП по этике, в связи с систематическим нарушением ФИО3 норм Кодекса профессиональной этики нотариусов. Сведения, которые распространял ответчик, не соответствуют действительности, порочат истца. Рассылку, которая поступает с электронного адреса КОНП, читают нотариусы, их помощники и сотрудники нотариальной конторы. В практике принято доверять информации, поступающей с адреса КОНП, однако в данном случае ответчик использовал ее как инструмент пропаганды и сформировал заведомо ложными обвинениями негативный образ истца. Истец был подвергнут со стороны ответчика травле, результатом перенесенных в связи с этим переживаний стало состояние депрессии, расстройство сна, скачки давления, необходимость обращения в медицинские учреждения.

Со ссылками на ст. 151, 152, 1100 ГК РФ, с учетом уточнения исковых требований, истец просил суд взыскать ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 3 000 руб., признать не соответствующими действительности сведения, распространенные ФИО3, изложенные в письмах, поступивших на адреса электронной почты нотариусов <адрес>, а именно:

- «В настоящее время стало известно, что нотариус Поназыревского нотариального округа ФИО1, который на годовом собрании нотариусов 22.03.2024г. был избран в состав Комиссии по выборам, делал это исключительно с целью создания для себя максимально благоприятных условий для участия в выборах Президента КОНП в качестве кандидата»

- «Решение ФИО1 об участии в выборах Президента КОНП обусловлено желанием сохранить должность нотариуса и лицензию на право осуществления нотариальной деятельности, поскольку на сегодняшний день указанным нотариусом неоднократно нарушались нормы действующего законодательства и этические положения Кодекса профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации»

- «Так в результате проведения плановой проверки профессиональной деятельности нотариуса, которая состоялась в ноябре 2023г., были выявлены грубые нарушения действующего законодательства»

- «Действия нотариуса ФИО1 по сокрытию архива и срыва плановой проверки могут свидетельствовать лишь о желании прикрыть еще более серьезные нарушения в работе нотариуса»

- «Данный факт, а также обращение, поступившее в КОНП о систематическом нарушении нотариусом, занимающимся частной практикой, Поназыревского нотариального округа <адрес> ФИО10 требований Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, Кодекса профессиональной этики нотариусов в Российской Федерации, которое выразилось в том, что нотариус ФИО1 в нарушение ст. 13 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате (далее Основы) осуществляет прием граждан в Шарьинском нотариальном округе, в котором три действующих нотариуса, в период отсутствия там одного из нотариусов без соблюдения процедуры предусмотренной ст. 20 Основ, стало основанием для назначения ДД.ММ.ГГГГ внеплановой проверки профессиональной деятельности нотариуса, занимающегося частной практикой ФИО1 Информация о нарушении нотариусом ФИО10 ст.ст. 13 и 20 Основ также подтверждается заявлением нотариуса llIарьинского нотариального округа <адрес> ФИО16, которая указывает на то, что вопрос по приему граждан согласован с нотариусом Поназыревского нотариального округа ФИО10, а так же размещенными в помещении нотариальной конторы нотариуса Шарьинского нотариального округа <адрес> ФИО16»

- «Комиссия по проверке не выполнила мероприятия по проверке в связи с отказом нотариуса Поназыревского нотариального округа <адрес> ФИО1 допустить членов комиссии до проверки, а так же представить документы и сведения необходимые для проведения проверки»

- «В ходе внеплановой проверки нотариус Поназыревского нотариального округа <адрес> ФИО1, препятствуя проведению проверки, оказывал давление на членов комиссии по проверке угрозами обратиться в прокуратуру. Содержание указанного заявления свидетельствует о намерении ФИО1 использовать органы Прокуратуры РФ в решении собственных корыстных целей и уйти от ответственности за нарушения действующего законодательства, допущенные в деятельности нотариуса»

- «Нотариусом ФИО10 не соблюдены требования, предъявляемые к помещению нотариальной конторы, в частности, отсутствует помещение для ожидания приема, отсутствует информация, подлежащая размещению в таком помещении. Нотариусом не предпринимаются меры по исключению возможности несанкционированного доступа в помещение нотариальной конторы, меры по обеспечению сохранности нотариальных документов, в том числе переданных нотариусу на временное хранение, личной печати нотариуса и т.д.»

- «Все эти факты свидетельствуют о том, что ФИО1, осознавая тяжесть и количество совершенных им нарушений, не видит другого способа сохранить свою лицензию кроме как попытаться стать Президентом КОНП и таким образом уйти от ответственности. При этом он забывает об одном из важнейших принципов реализации юридической ответственности неотвратимости наказания»

- «Свои исковые требования ФИО1 основывает на нарушении его права на выборы в органы управления <адрес> нотариальной палаты. Данные требования основаны на неправильной оценке обстоятельств и непонимании сути и содержания решения Правления КОНП от ДД.ММ.ГГГГ, которое не связано с ограничением права ФИО1 быть выбранным в органы управления КОНП, а направлено на устранение нарушений в деятельности членов Комиссии по выборам»

- «Хотелось бы в очередной раз обратить внимание на поведение нотариуса ФИО1, который в настоящее время противопоставил собственные интересы интересам членов <адрес> нотариальной палаты, что выразилось не только в срыве Собрания, … а также в том, что ФИО1 демонстрирует всем нам, что наше мнение как членов палаты его не интересует. Ему кажется, что гораздо проще решать корпоративные вопросы не через процедуры, установленные уставом и локальными актами, за утверждение которых он так же голосовал, а через судебные акты или решения иных правоохранительных органов»

- «Все действия, совершаемые в последнее время нотариусом ФИО10, демонстрируют нотариальному сообществу его истинную позицию в качестве потенциального кандидата в Президенты КОНП, которая явно оппозиционна по отношению ко всем нотариусам в целях собственного спасения и освобождения его от ответственности, а решение любых управленческих вопросов, по его мнению, проще осуществлять руками третьих лиц»

- «Кроме того, полагаем, что ФИО1 действовал не только в целях достижения собственных интересов, связанных с уходом от ответственности и сохранением права на осуществление нотариальной деятельности, но и выполнял задачи своего наставника, направленные на дестабилизацию работы <адрес> нотариальной палаты в преддверии отчетно-выборного собрания, посредствам попыток подрыва авторитета органов управления КОНП, как внутри нотариального сообщества, так и среди органов государственной власти и оказания давления на ее членов КОНП»

- «Для выполнения указанных задач ФИО1, а так же иные лица осуществляют противодействие работе комиссии по проверкам как в части отказа предоставить документы для проведения проверки, так и путем обращения в прокуратуру <адрес>, обращение в Свердловский районный суд <адрес> с заявлением об отмене решения Правления КОНП о приостановлении полномочий членов комиссии по выборам, неоднократные обращения в правоохранительные органы и Управление юстиции Российской Федерации по <адрес> с жалобами на действия КОНП, а так же распространяли недостоверную информацию о членах КОНПв социальных сетях и сети Интернет. Действия ФИО1 и его наставника противоречат Основам законодательства о нотариате, Кодексу профессиональной этики нотариуса, <адрес> нотариальной палаты и интересам нашего нотариального сообщества»

- «Учитывая агрессивно-активную позицию, которую Комиссия по выборам занимала в мае 2024г., когда в нарушение Устава КОНП было принято решение о принятии документов от кандидатов до объявления даты проведения собрания, а также позицию ее членов, которые используя судебную систему, сначала ограничили право членов КОНПна принятие решений, путем запрета на проведение собрания, а потом оспаривали решение Правления КОНП…»

- «Целью принятия данного решения может быть намерение ФИО11 и ФИО1 создать возможность для оказания давления на органы КОНП в части контроля над процессом подачи документов от кандидатов»

- «При этом необходимо отметить тот факт, что присутствовавшие на заседании члены Комиссии ФИО12 и ФИО1 не в состоянии разграничить понятие очередных и досрочных выборов»

- «Содержание решения Комиссии по третьему вопросу, принятое ФИО11 и ФИО10, лишний раз демонстрирует то, что указанные члены комиссии не имеют представления об организации деятельности <адрес> нотариальной палаты, имеют своей целью дестабилизацию работы КОНП и заняты решением собственных целей нарушение задач, стоящих перед членами Комиссии по выборам»

- «С учетом вышеизложенной позиции действия членов Комиссии КОНП по выборам ФИО11 и ФИО1 как в части от 09.09.2024г. и обращения с запросом к Правлению КОНП, принятия решения так и в части обращения в Свердловский районный суд <адрес> с заявлением об оспаривании решения Правления КОНП выходят за пределы их полномочий и нацелены на затруднение работы и надлежащее исполнение полномочий органов Палаты. Необоснованные препятствия в виде запросов к органам Палаты и обращения в суд имеют своей целью ввести в заблуждение членов Палаты и оказать на них давление»

- «С момента избрания Комиссии КОНП по выборам ее членами ФИО11 и ФИО10 неоднократно совершались действия, направленные на злоупотребление предоставленными им правами в качестве членов Комиссии КОНП по выборам. Желание получить доступ к управлению Палатой у указанных лиц, зачастую преобладает над здравым смыслом и соблюдением норм действующего законодательства и находится в прямом противоречии с интересами членов КОНП»

- «Каждое их действие, будь то размещение недостоверной информации в Соцсетях, обращение в Прокуратуру, суд или иные правоохранительные органы дискредитирует наше сообщество и заставляет судить о нотариате по действиям и поведению этих людей, которые полностью игнорируют закон, нормы этики и морали»

- «ФИО1 не только не выполняет законные требования органов Палаты, не допуская членов Комиссии по проверке до нотариального архива, но и демонстрирует незнание элементарных начал деловой этики и делопроизводства, в переписке с Палатой, которой он последнее время активно занимается, он даже не указывает, кому адресовано данное обращение».

К участию в деле в качестве третьего лица привлечена Костромская областная нотариальная палата, ФИО16

Решением Димитровского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО1 к ФИО3 удовлетворены частично.

Признаны не соответствующими действительности сведения, распространенные ФИО3, в открытом письме от ДД.ММ.ГГГГ, направленном на адреса электронной почты нотариусов <адрес> о том, что «В настоящее время стало известно, что нотариус Поназыревского нотариального округа ФИО1, который на годовом собрании нотариусов ДД.ММ.ГГГГ был избран в состав Комиссии по выборам, делал это исключительно с целью создания для себя максимально благоприятных условий для участия в выборах Президента КОНП в качестве кандидата»; в открытом письме от ДД.ММ.ГГГГ, направленном на адреса электронной почты нотариусов <адрес> о том, что «ФИО1, а так же другие лица…. распространяли недостоверную информацию о членах КОНП в социальных сетях и сети Интернет»; в открытом письме от ДД.ММ.ГГГГ, направленном на адреса электронной почты нотариусов <адрес> о том, что «ФИО10 совершалось….размещение недостоверной информации в Соцсетях».

На ФИО3 возложена обязанность в течение десяти дней со дня вступления решения суда в законную силу опровергнуть распространенные им сведения в отношении ФИО1 путем направления на адреса электронной почты нотариусов <адрес> сообщения о принятом решении в данной части.

С ФИО3 в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 80 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, а всего 83 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе представитель ФИО3 по доверенности ФИО2 А.С. просит отменить решение суда, принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

Приводит довод о том, что суд первой инстанции необоснованно не признал надлежащим ответчиком Костромскую областную нотариальную палату как юридическое лицо, несмотря на то, что оспариваемые сведения распространены от имени организации в рамках полномочий её президента. Отмечает, что письма составлены и распространены ФИО3 в официальном статусе <адрес> нотариальной палаты, а не как частным лицом, что прямо указывает на ответственность юридического лица. Суд не учел, что письма отправлены с официального адреса электронной почты <адрес> нотариальной палаты, указанного на официальном сайте палаты и используемого для корпоративной коммуникации как до, так и после октября 2024 года; письма оформлены на официальном бланке <адрес> нотариальной палаты с реквизитами организации, что делает их служебными документами палаты, а не личными сообщениями; письма подписаны ФИО3 как президентом <адрес> нотариальной палаты, с указанием служебного статуса, а не как частным лицом; письма адресованы исключительно членам <адрес> нотариальной палаты (нотариусам <адрес>) для информирования о деятельности органов палаты (Правление, Комиссия по выборам, Комиссия по проверкам), что соответствует уставным задачам <адрес> нотариальной палаты по контролю за профессиональной деятельностью нотариусов и обеспечению прозрачности выборов, решение суда первой инстанции подтверждает адресатов, но не учитывает, что это внутренняя корпоративная коммуникация; письма касаются исключительно корпоративных вопросов, фрагменты, признанные судом первой инстанции порочащими выражены в оценочной форме («полагаем», «могут свидетельствовать»), но в контексте служебных документов представляют официальную позицию <адрес> нотариальной палаты, а не индивида; язык писем – официально-деловой стиль с маркерами корпоративной коммуникации, что исключает их трактовку как личных мнений. Отмечает, что экспертиза ФИО13 подтверждает авторство писем как президента <адрес> нотариальной палаты, рецензия ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ дополнительно подчеркивает ошибки экспертизы в квалификации фрагментов. Вместе с тем, суд первой инстанции не назначил повторную экспертизу, что, по мнению апеллянта, является нарушением; рассылка писем осуществлялась в период исполнения ФИО3 полномочий президента <адрес> нотариальной палаты и в связи с уставными функциями.

Полагает, что выбор истцом ответчика ФИО3 как физического лица – злоупотребление правом, направленное на персональное давление. Истец, как нотариус, осведомлен о корпоративном статусе <адрес> нотариальной палаты и полномочиях президента, но игнорировал данный факт. В совокупности данный факт подтверждает довод ФИО3 о сутяжничестве истца, включая задержку иска (9-10 месяцев), совпадение с исковым заявлением ФИО11 и отсутствие доказательств страданий, что, считает, указывает на скоординированную работу против ответчика.

Считает, что суд первой инстанции необоснованно признал три фрагмента порочащими, поскольку они являются оценочными суждениями, не подлежащими опровержению. Так, фрагмент из письма от ДД.ММ.ГГГГ «делал это исключительного с целью создания…» - оценочное суждение о мотивах, не проверяемое на истинность; фрагменты о социальных сетях из писем ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ не доказаны: истец не предоставил скриншоты, ссылки или свидетелей распространения информации в социальных сетях.

Полагает, что истец не предоставил ни одного доказательства того, что пережил нравственные страдания (депрессию, расстройство сна, скачки давления, обращался в медицинские учреждения): медицинские справки, выписки из амбулаторных карт, заключения врачей, свидетельские показания или иные документы, подтверждающие ухудшение здоровья или эмоционального состояния. Уверждений Истца о причинении ему морального вреда носят декларативный характер.

Также считает, что нет причинно-следственной связи между поражением истца на выборах ДД.ММ.ГГГГ и действиями ответчика, поскольку поражение истца могло быть вызвано его нарушениями, а не письмами ответчика.

Суд первой инстанции, принимая решение, не учел индивидуальные особенности истца, как нотариуса, осведомленного о праве, который должен был фиксировать страдания оперативно, а также степень вины ответчика, которая отсутствует, так как действия ответчика – уставные обязанности.

Апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, в том числе заключение судебной лингвистической экспертизы, выполненной экспертом ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы ФИО13, рецензию доцента ФГБОУ ВО «Костромской государственный университет» ФИО14, посчитал установленным факт распространения ответчиком информации об истце, не соответствующей действительности, носящей порочащий характер. Суд пришел к выводу о том, что указание на совершение недостойных, неэтичных поступков нанесло вред чести, доброму имени и деловой репутации истца, осуществляющего публичную деятельность нотариуса, являющегося членом профессионального сообщества нотариусов <адрес>.

Поскольку доказательств соответствия действительности сведений, содержащихся в части заявленных в исковых требованиях, высказываний стороной ответчика не представлено, суд счел такие высказывания порочащим честь, достоинство и деловую репутацию истца.

Определяя размер компенсации, суд учитывал обстоятельства причинения вреда, степень вины ответчика, личность истца, требования разумности и справедливости. С учетом всех обстоятельств дела, суд посчитал, что исковые требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению частично, в качестве компенсации подлежит взысканию денежная сумма в размере 80 000 руб.

В целом выводы суда основаны на материалах дела, достаточно мотивированы с приведением положений действующего законодательства, регулирующего спорные правоотношения, оснований для признания их неправильными не имеется.

Конституция Российской Федерации закрепляет, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2).

Статьей 29 Конституции Российской Федерации гарантируется право каждого на свободу мнения либо убеждения, мысли и слова, а также на свободу массовой информации. Вместе с тем, эта свобода не дает прав на распространение порочащих и не соответствующих действительности сведений.

Осуществление указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и с положениями ч. 1 ст. 21 Конституции Российской Федерации, согласно которой достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления.

Положениями ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод (часть 1). Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд (часть 2). Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты (часть 3).

Согласно положений Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1 ст. 150).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (п. 2 ст. 150).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151).

Гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (п. 1 ст. 152).

Если сведения, порочащие честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, содержатся в документе, исходящем от организации, такой документ подлежит замене или отзыву (п. 3 ст. 152).

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (п. 9 ст. 152).

Правила пунктов 1 - 9 настоящей статьи, за исключением положений о компенсации морального вреда, могут быть применены судом также к случаям распространения любых не соответствующих действительности сведений о гражданине, если такой гражданин докажет несоответствие указанных сведений действительности (п. 10 ст. 152).

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом (абз. первый п. 7).

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам (абз. второй).

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации) (абз. четвертый).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица (абз. пятый).

В силу п. 1 ст. 152 ГК РФ обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 является нотариусом Поназыревского нотариального округа <адрес>, ответчик ФИО3 на период описанных истцом событий, являлся президентом <адрес> нотариальной палаты. Материалами дела подтверждается утверждение истца о том, что ФИО3 посредством электронной почты направил нотариусам <адрес> письма от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, которые содержали высказывания, приведенные ФИО10 в исковом заявлении. Несмотря на возражения ответчика, суд верно посчитал убедительными доводы истца о том, что данная информация была известна нотариусам <адрес>, их помощникам, работникам нотариальных контор, в связи с чем, вывод суда о доказанности факта распространения данной информации является верным.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции, учитывая позицию истца, содержание направленных писем, верно определил надлежащего ответчика по делу.

Судебная коллегия соглашается и с выводом суда о соответствии заключения судебной лингвистической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной экспертом ФБУ Воронежский региональный центр судебной экспертизы ФИО13, требованиям закона, полагая, что судом она обосновано положена в основу принятого по делу решения.

Основания считать, что сведения, признанные судом не соответствующими действительности, распространенные ответчиком, в открытом письме от ДД.ММ.ГГГГ, направленном на адреса электронной почты нотариусов <адрес> о том, что «В настоящее время стало известно, что нотариус Поназыревского нотариального округа ФИО1, который на годовом собрании нотариусов ДД.ММ.ГГГГ был избран в состав Комиссии по выборам, делал это исключительно с целью создания для себя максимально благоприятных условий для участия в выборах Президента КОНП в качестве кандидата»; в открытом письме от ДД.ММ.ГГГГ, направленном на адреса электронной почты нотариусов <адрес> о том, что «ФИО1, а так же другие лица…. распространяли недостоверную информацию о членах КОНП в социальных сетях и сети Интернет»; в открытом письме от ДД.ММ.ГГГГ, направленном на адреса электронной почты нотариусов <адрес> о том, что «ФИО10 совершалось….размещение недостоверной информации в Соцсетях» является лишь личным мнением ФИО3 и не носят порочащего характера, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

При этом ссылка в апелляционной жалобе на рецензию доцента ФГБОУ ВО «Костромской государственный университет» ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ как на основание для назначения повторной экспертизы судебной коллегией отклоняется, поскольку экспертное заключение не может быть признано недопустимым доказательством лишь на основании представленного на него отрицательного заключения. Заключение специалиста дано по инициативе одной из сторон, заинтересованной в исходе дела. Специалист, дающий рецензию, не предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного экспертного заключения по ст.307 УК РФ. Представленная рецензия не может являться доказательством, опровергающим выводы судебного эксперта, так как процессуальное законодательство и законодательство об экспертной деятельности не предусматривает рецензирование экспертных заключений. Рецензия является субъективным мнением специалиста, а составление специалистом критической рецензии на заключение эксперта без наличия на то каких-либо процессуальных оснований не может расцениваться как доказательство, опровергающее выводы судебного эксперта. При этом судебная коллегия учитывает, что о назначении повторной судебной экспертизы по делу сторона ответчика не ходатайствовала.

Ссылка в жалобе на недоказанность причинения морального вреда судебной коллегией отклоняется, поскольку право на компенсацию морального вреда у гражданина, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, возникает в силу закона (п. 5 ст. 152 ГК РФ).

На это же указывается в п. 50 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которому право на компенсацию морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, на основании статьи 152 ГК РФ возникает в случае распространения о гражданине любых таких сведений, в том числе сведений о его частной жизни. Истец по делу о компенсации морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, а ответчик - соответствие действительности распространенных сведений (пункт 1 статьи 152 ГК РФ).

При причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается. В указанных случаях компенсация морального вреда взыскивается судом независимо от вины причинителя вреда (абзац четвертый статьи 1100 ГК РФ).

Несогласие стороны ответчика с размером компенсации морального вреда само по себе не является основанием для отмены либо изменения обжалуемого решения, поскольку оценка характера и степени причиненного истице морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом анализа установленных по делу обстоятельств.

При этом понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

При определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья) (п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №).

Представляется, что установленный судом первой инстанции размер компенсации определен с учетом приведенных разъяснений,в связи с чем оснований для уменьшения взысканного размера не имеется.

В целом доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда об оценке доказательств и выражают субъективное мнение апеллянта о том, как должны быть оценены представленные доказательства, каким должен быть результат по делу. При этом, иная точка зрения на то, как должно быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены состоявшегося по настоящему делу решения.

Обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, которые не были предметом исследования и оценки суда первой инстанции, но имели бы существенное значение для разрешения дела, а также объективных данных, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба не содержит.

Руководствуясь ст. 328 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

Решение Димитровского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО3 ФИО2 ФИО4 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления в окончательной форме во Второй кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий:

Судьи:

Апелляционное определение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.