Постановление № 44Г-151/2018 4Г-1175/2018 от 25 сентября 2018 г. по делу № 2-3031/17

Суд первой инстанции:

Кировский районный суд г. Махачкалы

судья Гаджимагомедов Г.Р.

Суд апелляционной инстанции:

Верховный Суд Республики Дагестан

ФИО1,

ФИО2 (докл.),

ФИО3


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН

г. Махачкала 26 сентября 2018 года

Президиум Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего Орцханова А.И.,

членов президиума Абдулхалимова М.М., Загирова Н.В., Магомедова М.А., Мустафаевой З.К., Османова Т.С.,

рассмотрел по кассационной жалобе ФИО4 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 14 февраля 2018 года гражданское дело по иску ФИО4 к администрации городского округа с внутригородским делением «город Махачкала» о включении земельного участка в наследственную массу и признании права собственности на земельный участок в порядке наследования.

Заслушав доклад члена президиума Абдулхалимова М.М., президиум

у с т а н о в и л :

ФИО4 и ее представитель ФИО5, уточнив требования, обратились в суд с иском к администрации городского округа с внутригородским делением «город Махачкала» о включении в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО6, умершего 12 апреля 2004 года, земельного участка с кадастровым №, общей площадью 480 кв.м., расположенного по адресу <адрес>, и признании права собственности на указанный земельный участок в порядке наследования.

Иск мотивирован следующим.

Распоряжением администрации г. Махачкалы от 12 мая 1997 года № 415-р мужу истца – ФИО6 – выделен указанный земельный участок под огород. После смерти мужа ФИО4 фактически приняла земельный участок в свое владение, пользуется им. Кроме того, ею получено свидетельство о праве на наследство по закону на денежные вклады мужа, однако нотариус отказала в выдаче свидетельства о праве на наследство на земельный участок, сославшись на отсутствие правоустанавливающих документов. Муж ФИО4 при своей жизни – 25 февраля 2004 года –обращался в администрацию г. Махачкалы с заявлением о предоставлении данного земельного участка в собственность, однако, в результате смерти не успел получить и оформить его в собственность.

Решением Кировского районного суда г. Махачкалы от 31 октября 2017 года постановлено:

«Исковое заявление представителя истца ФИО7 по доверенности ФИО5 к Администрации ГОсВД «город Махачкала», заинтересованному лицу нотариусу г. Махачкалы ФИО8 удовлетворить.

Включить в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО6, умершего 12 апреля 2004 г. земельный участок общей площадью 0,0480 га, расположенный на склоне горы «Анжи-Арка» по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №.

Признать за ФИО7 право собственности на земельный участок общей площадью 0,0480 га, расположенный на склоне горы «Анжи-Арка» по адресу: <адрес>, с кадастровым номером №, в порядке наследования».

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 14 февраля 2018 года постановлено:

«решение Кировского районного суда г. Махачкалы от 31 октября 2017 года отменить. По делу постановить новое решение.

В удовлетворении исковых требований ФИО7 в лице ее представителя по доверенности ФИО5 к Администрации ГОсВД «город Махачкала», заинтересованному лицу нотариусу г. Махачкалы ФИО8 о включении в состав наследственного имущества, открывшегося после смерти ФИО6, умершего 12 апреля 2004 г. земельного участка общей площадью 0,0480 га, расположенного на склоне горы «Анжи-Арка» по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № и о признании за ФИО7 права собственности на земельный участок общей площадью 0,0480 га, расположенного на склоне горы «Анжи-Арка» по адресу: <адрес>, с кадастровым номером № в порядке наследования отказать».

В кассационной жалобе ФИО4 просит апелляционное определение отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование жалобы указывается, что суд апелляционной инстанции неправильно истолковал нормы материального права о возникновении права собственности на земельные участки и порядке наследования таких участков.

Определением судьи Верховного Суда Республики Дагестан Мирзаева Р.М. от 5 сентября 2018 года кассационная жалоба с делом передана на рассмотрение в судебном заседании суда кассационной инстанции – президиума Верховного Суда Республики Дагестан.

Президиум находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению.

В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения судом апелляционной инстанций допущены.

Как следует из материалов дела, распоряжением администрации г. Махачкалы от 12 мая 1997 года № 415-р на основании ст. 28 Закона Республики Дагестан «О земле» и решения межведомственной комиссии г. Махачкалы от 28 марта 1997 года № 100 за ФИО6, проживающим по <адрес>, закреплен длительное время обрабатываемый им террасный земельный участок площадью 480 кв.м. на склоне горы Анжи-Арка под огород по <адрес>, без права капитального строительства (л.д. 17).

25 февраля 2004 года ФИО6 обратился в администрацию Кировского района г. Махачкалы с заявлением о предоставлении указанного земельного участка в собственность под индивидуальное жилищное строительство (л.д. 37).

12 апреля 2004 года ФИО6 умер (л.д. 15).

2 марта 2005 года истцом ФИО4 получено свидетельство о праве на наследство по закону – денежный вклад, оставшийся после смерти ФИО6 (л.д. 18).

20 апреля 2016 года по спорному земельному участку проведено межевание, согласованы границы с соседними правообладателями, составлено межевое дело (л.д. 21-34).

25 апреля 2016 года нотариусом ФИО8 отказано ФИО4 в выдаче свидетельства о праве на наследство по закону на земельный участок по указанному адресу. ФИО4 рекомендовано обратиться в суд для включения указанного земельного участка в наследственную массу, либо о признании ее собственником в порядке наследования (л.д. 16).

23 августа 2016 года указанный земельный участок поставлен на кадастровый учет и участку присвоен кадастровый № (л.д. 20).

Удовлетворяя иск, суд первой инстанции сослался на следующее.

В соответствии с ч. 1 ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 1181 ГК РФ принадлежавшие наследодателю на праве собственности земельный участок или право пожизненного наследуемого владения земельным участком входит в состав наследства и наследуется на общих основаниях, установленных Кодексом. На принятие наследства, в состав которого входит указанное имущество, специальное разрешение не требуется.

В соответствии с п. 9.1 ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

В случае, если в акте, свидетельстве или другом документе, устанавливающих или удостоверяющих право гражданина на земельный участок, предоставленный ему до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства, не указано право, на котором предоставлен такой земельный участок, или невозможно определить вид этого права, такой земельный участок считается предоставленным указанному гражданину на праве собственности, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Кроме того, как разъяснено в п. 82 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» суд вправе признать за наследниками право собственности в порядке наследования на земельный участок, предоставленный до введения в действие Земельного кодекса РФ для ведения личного подсобного, дачного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального гаражного или индивидуального жилищного строительства на праве постоянного (бессрочного) пользования, при условии, что наследодатель обратился в установленном порядке в целях реализации предусмотренного п. 9.1 (абз.абз.1 и 3) ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» права зарегистрировать право собственности на такой земельный участок (за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность).

Суд первой инстанции, правильно руководствуясь приведенными нормами земельного и наследственного законодательства, разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, правомерно удовлетворил иск ФИО4, включив спорный земельный участок в наследственную массу умершего ФИО6 и признав на этот участок право собственности истца ФИО4 в порядке наследования.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда и отказывая в иске ФИО4, посчитал, что спорный земельный участок в категорию участков, на которую распространяется действие п. 9.1 ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации», не входит, поскольку указанный земельный участок согласно распоряжению администрации г. Махачкалы от 12 мая 1997 года № 415-р, по мнению суда апелляционной инстанции, предоставлен ФИО6 не в постоянное (бессрочное) пользование, а во временное пользование.

При этом, суд апелляционной инстанции, ссылаясь на ст.ст. 27 и 28 Закона ДССР «О земле» и ст. 68 Земельного кодекса РСФСР, действовавших в указанный период, посчитал, что в тот период не было предусмотрено предоставление земельных участков под огородничество в постоянное пользование, а только – во временное.

Указанные выводы суда апелляционной инстанции являются необоснованными.

Согласно ст. 28 Закона ДССР от 16 мая 1991 года «О земле», действовавшего в указанный период, гражданам ДССР земельные участки предоставлялись в пользование для огородничества, сенокошения и выпаса скота из земель, находящихся в ведении соответствующего местного Совета народных депутатов.

Указанная норма не содержала ограничения в сроках предоставления в пользование земельных участков под огородничество.

В распоряжении администрации г. Махачкалы от 12 мая 1997 года № 415-р также не указан срок, на который ФИО6 предоставлен спорный земельный участок под огород. Как следует из содержания текста распоряжения, в нем словосочетание «длительное время» употребляется в целях констатации факта, что данным участком ФИО6 пользуется уже длительное время, что и послужило основанием к выделению ему этого участка в его пользование (л.д. 17).

Согласно ст. 8 того же Закона ДССР от 16 мая 1991 года «О земле», земля предоставлялась в бессрочное или временное пользование; бессрочным (постоянным) признавалось землепользование без заранее установленного срока; временное пользование землей могло быть краткосрочным - до 5 лет и долгосрочным от 5 до 25 лет.

Данная норма материального права судом апелляционной инстанции не применена и, соответственно, не учтено, что, поскольку в распоряжении администрации г. Махачкалы от 12 мая 1997 года № 415-р не был заранее установлен срок пользования спорным земельным участком ФИО6 под огород, то данное землепользование являлось бессрочным (постоянным).

Необоснованной является ссылка суда апелляционной инстанции на ст. 27 Закона ДССР от 16 мая 1991 года «О земле», поскольку указанная норма относится к перечислению видов предоставления земельных участков в пожизненное наследуемое владение, тогда как ФИО6 земельный участок предоставлен в пользование.

Правовые понятия «владение» и «пользование» различаются законодателем, в частности, статьями 5 и 6 того же Закона ДССР от 16 мая 1991 года «О земле».

Также неправомерна ссылка суда апелляционной инстанции и на ст. 68 Земельного кодекса РСФСР, действовавшего в период предоставления ФИО6, земельного участка.

Согласно данной норме, действительно, предусматривалось, что земельные участки для коллективного и индивидуального огородничества, сенокошения и выпаса скота предоставляются местными Советами народных депутатов из земель запаса в аренду, а предприятиями, учреждениями и организациями - во временное пользование; в отдельных случаях допускается продление срока пользования в установленном порядке.

Однако, судом апелляционной инстанции не учтено, что данная норма относится к разделу III Земельного кодекса РСФСР, определяющего правовой режим земель сельскохозяйственного назначения.

Спорный земельный участок расположен на территории г. Махачкалы и в соответствии с кадастровой выпиской о земельном участке от 23 августа 2016 года № 05/2016/02-270665 относится к категории «земли населенных пунктов» (л.д. 20).

В соответствии с п. 3 ст. 71 Земельного кодекса РСФСР в состав земель городов, рабочих, курортных, дачных поселков и сельских населенных пунктов входили, в том числе, земли сельскохозяйственного использования и другие угодья.

Абзацем 4 ст. 73 Земельного кодекса РСФСР было установлено, что порядок использования земель, указанных в п. 3 ст. 71 Земельного кодекса РСФСР, определялся законодательством РСФСР, а в республиках, входящих в состав РСФСР, - законодательством этих республик.

Тем самым, в Земельном кодексе РСФСР шла отсылка на законодательство республик, входящих в состав РСФСР.

Соответственно, каких-либо противоречий между Земельным кодексом РСФСР и Законом ДАССР от 16 мая 1991 года «О земле» не имелось.

При данных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствовали правовые основания для отмены правильного по существу решения суда первой инстанции и вынесения нового решения об отказе в удовлетворении иска.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

п о с т а н о в и л :

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан от 14 февраля 2018 года отменить, решение Кировского районного суда г. Махачкалы от 31 октября 2017 года оставить в силе.

Председательствующий А.И. Орцханов