Постановление № 1-11/2023 1-134/2022 от 12 мая 2023 г. по делу № 1-11/2023

УИД 10RS0001-01-2022-000671-13

Дело № 1-11/2023 (1-134/2022)


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Беломорск 12 мая 2023 года

Беломорский районный суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Бурой В.Р.,

при секретаре Некрасовой А.Н.,

с участием государственных обвинителей Бобро В.А., Галанина П.П., Чучулаевой А.А.,

подсудимой М.,

защитника–адвоката Фоменко О.П.,

представителя потерпевшего М1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

М., хх.хх.хх. года рождения, уроженки <адрес>, гражданки РФ, зарегистрированной и проживающей по адресу: <адрес>, <данные изъяты> инвалидности и государственных наград не имеющей, не судимой,

в порядке ст. 91, 92 УПК РФ не задерживавшейся, под стражей не содержавшейся,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ,

у с т а н о в и л:

Органами предварительного расследования М. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, – мошенничества, совершенного с использованием служебного положения.

Согласно предъявленному обвинению и обвинительному заключению М. на основании приказа №-л от хх.хх.хх. и трудового договора № от хх.хх.хх., заключенного между акционерным обществом «<данные изъяты>» (далее по тексту АО «<данные изъяты>», Общество) и М., была принята на работу на должность продавца в подразделение магазина «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>. В дальнейшем на основании приказа № от хх.хх.хх. и соглашения от хх.хх.хх. об изменении определенных сторонами условий трудового договора № от хх.хх.хх., заключенного между АО «<данные изъяты>» и М., была переведена на должность директора магазина «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>.

М., являясь директором магазина «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, достоверно зная порядок организации привлечения к дополнительным сменам действующих продавцов магазина «<данные изъяты>», необходимость внесения в рабочую программу «<данные изъяты>» сведений о фактически отработанном работниками организации времени, содержащихся в первичных документах (графиках, табелях и других документах), с целью сокрытия фактов хищения, имея единый преступный умысел на хищение денежных средств путем обмана, принадлежащих АО «<данные изъяты>», находясь на своем рабочем месте в магазине «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, располагая данными о трудоустроенных в магазине «<данные изъяты>» работниках, исходя из фактически отработанного ими времени, имея достоверные сведения о количестве допустимых часов, оставшихся для работы продавцов магазина, используя в своей деятельности установленную на рабочем компьютере программу «<данные изъяты>», в период с хх.хх.хх. по хх.хх.хх. вносила в рабочую программу «<данные изъяты>» заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения о привлечении к дополнительным работам действующих продавцов магазина «<данные изъяты>» ММ «<данные изъяты>» АО «<данные изъяты>», количестве отработанного ими времени. Вводимые М. в установленную на рабочем компьютере программу «<данные изъяты>» данные являлись документальным подтверждением фактически отработанного сотрудниками магазина «<данные изъяты>» времени и основанием для начисления оплаты труда пропорционально отработанному времени.

Перед внесением в рабочую программу «<данные изъяты>» данных о сотрудниках, М., реализуя свои преступные намерения, направленные на обеспечение возможности незаконного завладения денежными средствами, принадлежащими АО «<данные изъяты>», умышленно, путем обмана руководства Общества, действуя с личной корыстной целью, выразившейся в стремлении изъять и обратить чужое имущество в свою пользу, действуя вопреки установленному порядку, находясь в магазине «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, в период с хх.хх.хх. до хх.хх.хх. достигла устной договоренности с продавцами магазина «<данные изъяты>» М. и В., не осведомленных о ее преступных намерениях об использовании их персональных данных в графиках учета рабочего времени (смен), получении ими в дальнейшем денежных средств, принадлежащих АО «<данные изъяты>» в качестве оплаты их труда, который фактически ими не выполнялся.

В период с хх.хх.хх. по хх.хх.хх. М., являясь директором магазина «<данные изъяты>», расположенного по адресу: <адрес>, находясь на своем рабочем месте в помещении указанного магазина, для реализации своих корыстных преступных намерений, направленных на обеспечение возможности незаконного завладения денежными средствами, принадлежащими АО «<данные изъяты>», действуя в корыстных целях, путем обмана руководителей АО «<данные изъяты>», вводя в заблуждение относительно предоставляемых сведений, на основании которых производится начисление и выплата заработной платы работникам АО «<данные изъяты>» за осуществляемую ими подработку, имея единый преступный умысел, направленный на хищение путем обмана денежных средств, принадлежащих Обществу, внесла в табели рабочего времени (смен), используя установленную на рабочем компьютере программу «<данные изъяты>», недостоверные сведения о дополнительных рабочих часах продавца магазина «<данные изъяты>» В. за работу в вышеуказанном магазине «<данные изъяты>» хх.хх.хх. - 12 часов рабочего времени стоимостью <данные изъяты> рубля; недостоверные сведения о дополнительных рабочих часах продавца магазина «Магнит» М. за работу в магазине «<данные изъяты>», расположенном по адресу: <адрес>, в следующие дни: хх.хх.хх. 12 часов рабочего времени стоимостью <данные изъяты> рубля, хх.хх.хх. 12 часов рабочего времени стоимостью <данные изъяты> рубля, хх.хх.хх. 12 часов рабочего времени стоимостью <данные изъяты> рубля, хх.хх.хх. 12 часов рабочего времени стоимостью <данные изъяты> рубля, а всего 48 часов рабочего времени стоимостью <данные изъяты> рублей. При этом В., М., согласно ранее достигнутой договоренности, будучи неосведомленными о преступных намерениях М., не намеревались осуществлять подработку, фактически к работам в дополнительные смены в магазине «<данные изъяты>» привлечены не были, тем самым М. единолично внесла в указанную рабочую программу недостоверные сведения об отработанном В., М. времени, на основании которых АО «<данные изъяты>» начислило В. заработную плату за фактически не отработанную ею смену в сумме <данные изъяты> рубля, М. заработную плату за фактически не отработанные ею смены в сумме <данные изъяты> рублей

После получения заработной платы по указанию М. В. на следующий день передала ей денежные средства в сумме <данные изъяты> рубля, М. в день получения заработной платы осуществила перевод денежных средств в размере, озвученном М., посредством платежной системы «<данные изъяты>» с банковского счета №, открытого в подразделении <данные изъяты> на имя М., на банковскую карту Visa Classic № к расчетному счету №, открытому хх.хх.хх. в подразделении <данные изъяты> на имя М., а именно хх.хх.хх. в сумме <данные изъяты>

Таким образом, по версии следствия, М. в период с хх.хх.хх. по хх.хх.хх. незаконно получила денежные средства, начисленные и выплаченные в качестве заработной платы работникам АО «<данные изъяты>» В. и М., не осведомленным о ее преступных намерениях, на общую сумму <данные изъяты>, остальные денежные средства в сумме <данные изъяты> М. оставила М. Впоследствии денежными средствами, принадлежащими АО «<данные изъяты>» в общей сумме <данные изъяты>, М. распорядилась по своему усмотрению, обратив их в свою пользу.

В судебном заседании государственный обвинитель Чучулаева А.А. заявила ходатайство о возвращении данного уголовного дела прокурору на основании п. 6 ч.1 ст. 237 УПК РФ, поскольку по итогам рассмотрения уголовного дела имеются основания для квалификации действий М. по более тяжкому составу преступления.

Подсудимая М., защитник-адвокат Фоменко О.П. не возражали против возвращения уголовного дела прокурору.

Представитель потерпевшего извещен о рассмотрении дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении рассмотрения дела не заявил.

Согласно ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

В силу п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанных лиц как более тяжкого преступления.

В соответствии с разъяснениям, указанными в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2017 N 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в пунктах 1 - 6 части 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

По смыслу Постановления Конституционного Суда РФ от 02.07.2013 N 16-П, допускается возвращение дела прокурору, если из содержания обвинительного заключения, обвинительного акта или обвинительного постановления с очевидностью следуют неправильность квалификации описанного в них деяния и необходимость предъявления более тяжкого обвинения, что не может быть осуществлено в судебном разбирательстве.

Как следует из текста предъявленного обвинения М. достигла устной договоренности с продавцами магазина «<данные изъяты>» В. и М. об использовании их персональных данных в графиках учетах рабочего времени (смен), получении ими в дальнейшем денежных средств, принадлежащих АО «<данные изъяты>» в качестве оплаты их труда, который фактически ими не выполнялся. Кроме того, М. в мае хх.хх.хх. года за фактически неотработанные смены хх.хх.хх.) была начислена заработная плата в размере <данные изъяты> рублей. После получения заработной платы за май хх.хх.хх. года М. передала М. денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей, а остальные денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей оставила себе.

В ходе судебного следствия по обстоятельствам рассматриваемого дела допрашивались свидетели В. и М.

Свидетель В. в судебном заседании пояснила, что работает продавцом в магазине «<данные изъяты>» АО «<данные изъяты>» в <адрес>. По устной договоренности, достигнутой с М., последняя проставила в табель учета рабочего времени смены, в течение которых В. фактически на рабочем месте отсутствовала, к исполнению трудовых обязанностей не приступала. После получения заработной платы, часть денежных средств В. передала М. в счет покрытия недостачи табачной продукции, которая образовалась в магазине.

Свидетель М. в судебном заседании пояснила, что работает продавцом в магазине «<данные изъяты>» АО «<данные изъяты>» в <адрес>. В мае хх.хх.хх. года в течение месяца она не выходила на работу. Ей известно, что в табель учета рабочего времени ей были проставлены смены, когда она фактически на рабочем месте отсутствовала. При получении заработной платы за май хх.хх.хх. года денежные средства в размере <данные изъяты> рублей она передала М., остальные деньги она оставила себе, распорядившись ими в дальнейшем по своему усмотрению.

Согласно исследованным в ходе судебного заседания документам хх.хх.хх. М. был осуществлен перевод на сумму <данные изъяты> рублей на банковскую карту М.

Таким образом, из материалов уголовного дела, пояснений свидетелей следует, что правовая оценка в части квалификации действий М. по факту мошенничества следственным органом дана без учета всех обстоятельств дела.

Несоответствие квалификации действий подсудимой обстоятельствам, изложенным в обвинительном заключении, является существенным нарушением уголовного закона, и лишает суд возможности постановить законный и обоснованный приговор.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении и установленные в ходе судебного разбирательства, указывают на наличие оснований для квалификации действий подсудимой М. как более тяжкого преступления.

Допущенные следствием при расследовании уголовного дела нарушения уголовно-процессуального закона, приводящие к нарушению права обвиняемой на защиту, являются существенными, и не могут быть устранены в ходе судебного разбирательства по делу, что исключает возможность постановления судом приговора или иного решения на основе предъявленного М. в настоящее время обвинения.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что ходатайство государственного обвинителя о возвращении уголовного дела прокурору в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ в связи с наличием оснований для квалификации действий подсудимой как более тяжкого преступления подлежит удовлетворению.

Оснований для избрания М. меры пресечения суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 237, 256 Уголовно-процессуального кодекса РФ, суд,

постановил:

Уголовное дело по обвинению М. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 159 УК РФ, на основании п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ возвратить прокурору Беломорского района Республики Карелия, для устранения препятствий рассмотрения уголовного дела судом.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда Республики Карелия через Беломорский районный суд Республики Карелия в течение 15 суток со дня его вынесения.

Судья В.Р. Бурая