Решение № 2-2342/2018 2-2342/2018~М-1870/2018 М-1870/2018 от 20 ноября 2018 г. по делу № 2-2342/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября 2018 года город Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Широковой М. В.,

при секретаре Рыбниковой Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2342/2018 по иску ФИО1 к акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» о признании договора недействительным, возложении обязанности по переводу средств пенсионных накоплений, признании действий незаконными, возложении обязанности по уничтожению персональных данных, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд к ответчику акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» (АО НПФ «Будущее») с иском о признании договора недействительным, возложении обязанности по переводу средств пенсионных накоплений, признании действий незаконными, возложении обязанности по уничтожению персональных данных, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов.

В обоснование заявленных требований, истец указала на то, что при получении выписки о состоянии пенсионного счета накопительной части застрахованного лица ей стало известно о том, что ее пенсионные накопления в размере 60 775,76 руб., размещенные на счете Пенсионного фонда РФ, переведены на счет АО «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее». При этом с заявлением о переходе с Управления пенсионного фонда Российской Федерации (ГУ) в г. Братске и Братском районе по месту своего жительства она не обращалась, договор с АО НПФ «Будущее» не заключала и не подписывала, в связи с чем, договор является недействительным.

Просит суд признать договор об обязательном пенсионном страховании *** от 29.12.2017, заключенный между ней и АО НПФ «Будущее», недействительным, обязать АО НПФ «Будущее» произвести перевод денежных средств (сумм пенсионных накоплений) в размере 60 775,76 руб. в Управление пенсионного фонда Российской Федерации (ГУ) в г. Братске и Братском районе, признать незаконными действия ответчика по обработке персональных данных ФИО1, возложить на ответчика обязанность по уничтожению персональных данных истца, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей, государственную пошлину – 300 рублей, судебные издержки в размере 3 000 рублей.

В судебное заседание истец ФИО1 не явилась, извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в её отсутствие.

В судебное заседание представитель ответчика АО НПФ «Будущее» не явился, извещен, ранее представил возражение, в котором указал, что ответчиком не представлено доказательств в обоснование своих доводов, просил в удовлетворении иска отказать.

Представитель третьего лица государственного учреждения - управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Братске и Братском районе Иркутской области (ГУ - УПФР в г. Братске) ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании представила отзыв на исковое заявление, в котором указала, что Пенсионный фонд РФ не наделен полномочиями проверять подлинность договоров об обязательном пенсионном страховании, заключенных между негосударственным пенсионным фондом и застрахованным лицом. При поступлении заявления истца о переходе в АО НПФ «Будущее», у Пенсионного фонда отсутствовали основания для отказа в удовлетворении заявления истца о переходе в негосударственный пенсионный фонд.

Выслушав доводы представителя третьего лица, изучив письменные материалы дела, предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Согласно ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу подп. 1 ч. 1 ст. 161 ГК РФ сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме.

В соответствии со ст. 36.11 Федерального закона от 07.05.1998 года № 75-ФЗ «О негосударственных пенсионных фондах» (далее - ФЗ о НПФ) застрахованное лицо не чаще одного раза в год, до обращения за установлением накопительной части трудовой пенсии, может воспользоваться правом перехода из фонда в фонд путем заключения договора об обязательном пенсионном страховании с новым фондом и направлением в Пенсионный фонд РФ заявления о переходе из фонда в фонд.

Согласно ст. 3 ФЗ о НПФ под договором об обязательном пенсионном страховании понимается соглашение между фондом и застрахованным лицом в пользу застрахованного лица или его правопреемников, в соответствии с которым фонд обязан при наступлении пенсионных оснований осуществлять назначение и выплату застрахованному лицу накопительной части трудовой пенсии или выплаты его правопреемникам.

На основании ст. 36.7 и п. 3 ст. 36.11 ФЗ о НПФ заявление застрахованного лица о переходе из фонда в фонд направляется им в Пенсионный фонд РФ не позднее 31 декабря текущего года. Такое заявление застрахованное лицо вправе подать в территориальный орган Пенсионного фонда РФ лично или направить иным способом.

Договор об обязательном пенсионном страховании должен быть заключен надлежащими сторонами и соответствовать законодательству Российской Федерации (п. 3 ст. 36.4 ФЗ о НПФ).

Пунктом 6.1 ст. 36.4 ФЗ о НПФ предусмотрено, что в случае, если после внесения изменений в единый реестр застрахованных лиц будет установлено, что договор об обязательном пенсионном страховании заключен ненадлежащими сторонами, такой договор подлежит прекращению в соответствии с абз. 7 п. 2 ст. 36.5 ФЗ о НПФ.

Судом установлено, что согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета ФИО1 по состоянию на 01.10.2017 её страховщиком с 01.07.2005 является Пенсионный фонд Российской Федерации. Сумма средств пенсионных накоплений с учетом результата их инвестирования составляет 60 775,76 руб.

Согласно сведениям о состоянии индивидуального лицевого счета ФИО1 по состоянию на 01.01.2018 её страховщиком с 04.03.2018 является НПФ «Будущее». Сведения о сумме средств пенсионных накоплений с учетом результата их инвестирования отсутствуют.

Как следует из копии договора *** от 29.12.2017, он заключен между АО НПФ «Будущее» и ФИО1

В соответствии с условиями назавнного договора АО НПФ «Будущее» обязуется осуществлять деятельность страховщика по обязательному пенсионному страхованию, включающую аккумулирование и учет средств пенсионных накоплений, организацию их инвестирования, назначение и выплату накопительной части трудовой пенсии, срочной пенсионной выплаты, единовременной выплаты, а также выплаты правопреемникам застрахованного лица.

В договоре указано, что он заключен в Иркутской области, в реквизитах сторон местом нахождения АО НПФ «Будущее» указано: <...>.

Из выписки из ЕГРЮЛ от 22.05.2018 следует, что юридический адрес АО НПФ «Будущее»: г. Москва Бульвар Цветной,2.

По запросу УПФ в г. Братске и Братском районе Иркутской области из ГУ – Отделения ПФР по г. Москве и Московской области получена копия заявления застрахованного лица о досрочном переходе из ПФ РФ в НПФ, осуществляющий деятельность по обязательному пенсионному страхованию, содержащего подпись истца и отметку нотариуса г. Москвы О., свидетельствующую подлинность подписи ФИО1 от 28.09.2017.

Истец оспаривает факт написания заявления о передаче денежных средств и заключение с АО НПФ «Будущее» договора об обязательном пенсионном страховании.

ФИО1 зарегистрирована и проживает в <...>.

Согласно копии табеля учета рабочего времени и справки ООО «Фаворит-Х», находящегося в г. Братске Иркутской области, ФИО1 работала в должности бухгалтера в ООО «Фаворит-Х» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В период с 01.09.2017 по 30.09.2017 находилась на рабочем месте, в отпуске не находилась, в командировку не направлялась. Данные обстоятельства, по мнению суда свидетельствует о невозможности заключения ею оспариваемого договора в данный период времени в другом регионе.

Согласно выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица (форма СЗИ-6) ФИО1 до перехода из ПФР в негосударственный пенсионный фонд - АО НПФ «Будущее», ее средства пенсионных накоплений в соответствии с абз.3 п.1 ст.34 ФЗ от 24 июля 2002 года №111-ФЗ «Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации» находились в доверительном управлении УПФ РФ.

Средства пенсионных накоплений в сумме 60 775,76 рублей, учтенных в специальной части индивидуального лицевого счета переданы из ПФР в АО НПФ «Будущее».

В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Вместе с тем, ответчиком, в обоснование своих возражений, суду не представлен оригинал оспариваемого договора.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

При оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств.

Суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Анализируя представленные суду доказательства., суд приходит к выводу о том, что доказательств выражения истцом воли на заключение договора об обязательном пенсионном страховании между АО НПФ «Будущее» и ФИО1 от 29.12.2017 ответчиком не представлено, в связи с чем, данный договор подлежит признанию недействительным, а также подлежат применению последствия признания договора недействительным – возврат сторон в первоначальное положение (ч.2 ст.167 ГК РФ).

При установленных по делу обстоятельствах и вышеназванных правовых норм, суд находит требования истца о возложении обязанности на ответчика передать средства пенсионных накоплений истца в Пенсионный фонд РФ подлежащими удовлетворению.

Разрешая требования истца о признании незаконными действия АО НПФ «Будущее» по обработке персональных данных, возложение обязанности на ответчика об уничтожении персональных данных истца, взыскании с АО НПФ «Будущее» в ее пользу компенсацию морального вреда в размере за незаконную обработку персональных данных, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.15 ФЗ о НПФ фонд в установленных законодательством Российской Федерации случаях и порядке вправе получать, обрабатывать и хранить информацию, доступ к которой ограничен в соответствии с федеральными законами, в том числе осуществлять обработку персональных данных вкладчиков - физических лиц, страхователей - физических лиц, участников, застрахованных лиц, выгодоприобретателей и правопреемников участников и застрахованных лиц.

К информации, указанной в части первой настоящей статьи, относится также информация, полученная в том числе при: обработке сведений, содержащихся в пенсионных счетах негосударственного пенсионного обеспечения, пенсионных счетах накопительной пенсии.

В соответствии со ст.7 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» операторы и иные лица, получившие доступ к персональным данным, обязаны не раскрывать третьим лицам и не распространять персональные данные без согласия субъекта персональных данных, если иное не предусмотрено федеральным законом. В соответствии с п.1 ст.3 Федерального закона от 27 июля 2006 года № 152-ФЗ «О персональных данных», персональные данные - любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных).

В соответствии с п.5 ч.1 ст.6 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться с соблюдением принципов и правил, предусмотренных настоящим Федеральным законом. Обработка персональных данных допускается в следующих случаях: обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем. В соответствии со ст.18 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» если персональные данные получены не от субъекта персональных данных, оператор, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 настоящей статьи, до начала обработки таких персональных данных обязан предоставить субъекту персональных данных следующую информацию: 1) наименование либо фамилия, имя, отчество и адрес оператора или его представителя; 2) цель обработки персональных данных и ее правовое основание; 3) предполагаемые пользователи персональных данных; 4) установленные настоящим Федеральным законом права субъекта персональных данных; 5) источник получения персональных данных. (ч.3). Оператор освобождается от обязанности предоставить субъекту персональных данных сведения, предусмотренные ч.3 настоящей статьи, в случаях, если: 1) субъект персональных данных уведомлен об осуществлении обработки его персональных данных соответствующим оператором; 2) персональные данные получены оператором на основании федерального закона или в связи с исполнением договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных; 3) персональные данные сделаны общедоступными субъектом персональных данных или получены из общедоступного источника; 4) оператор осуществляет обработку персональных данных для статистических или иных исследовательских целей, для осуществления профессиональной деятельности журналиста либо научной, литературной или иной творческой деятельности, если при этом не нарушаются права и законные интересы субъекта персональных данных; 5) предоставление субъекту персональных данных сведений, предусмотренных частью 3 настоящей статьи, нарушает права и законные интересы третьих лиц.

В соответствии со ст.17 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», если субъект персональных данных считает, что оператор осуществляет обработку его персональных данных с нарушением требований настоящего Федерального закона или иным образом нарушает его права и свободы, субъект персональных данных вправе обжаловать действия или бездействие оператора в уполномоченный орган по защите прав субъектов персональных данных или в судебном порядке.(ч.1). Субъект персональных данных имеет право на защиту своих прав и законных интересов, в том числе на возмещение убытков и (или) компенсацию морального вреда в судебном порядке.(ч.2).

Принимая во внимание, что договор об обязательном пенсионном страховании между АО НПФ «Будущее» и ФИО1 судом признан недействительным, персональные данные получены АО НПФ «Будущее» не от субъекта персональных данных – ФИО1, до начала обработки таких персональных данных АО НПФ «Будущее» не предоставил субъекту персональных данных ФИО1 информацию, указанную в ч.3 ст.18 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных», суд приходит к выводу, что обработка персональных данных ФИО1 осуществлена ответчиком АО НПФ «Будущее» с нарушением, поэтому требования истца о признании незаконными действий ответчика АО НПФ «Будущее» по обработке его персональных данных являются обоснованными.

В соответствии со ст.24 Федерального закона от 27.07.2006 № 152-ФЗ «О персональных данных» лица, виновные в нарушении требований настоящего Федерального закона, несут предусмотренную законодательством Российской Федерации ответственность.(ч.1).

Моральный вред, причиненный субъекту персональных данных вследствие нарушения его прав, нарушения правил обработки персональных данных, установленных настоящим Федеральным законом, а также требований к защите персональных данных, установленных в соответствии с настоящим Федеральным законом, подлежит возмещению в соответствии с законодательством Российской Федерации. Возмещение морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных субъектом персональных данных убытков.(ч.2).

Статья 151 ГК РФ предусматривает, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. К личным неимущественным и нематериальным благам относятся, в силу требований ч.1 ст.150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем, право авторства), либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Доказательств наличия согласия истца на обработку его персональных данных в материалы дела не представлено, как и не представлено доказательства наличия иных условий законности их обработки. Поскольку материалами дела установлено и ответчиком не опровергнуто, что АО НПФ «Будущее» совершил действия, направленные на сбор, обработку, распространение данных истца, не имея согласия последнего на это, то действиями ответчика нарушены права истца на защиту его персональных данных, данное обстоятельство является основанием для взыскания с ответчика компенсации морального вреда. Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию, суд учитывает конкретные обстоятельства дела, объем и характер причиненных истцу страданий, степень вины ответчика, объем нарушений со стороны АО НПФ «Будущее» и приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 3 000 рублей.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Как определено ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

На основании ст.100 ГПК РФ суд находит требования истца о взыскании с ответчика судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 3 000 рублей подлежащими удовлетворению, данные расходы понесены истцов в связи с подготовкой искового заявления, подтверждаются квитанцией к приходному кассовому ордеру *** от 22.05.2018.

Поскольку суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1, то расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, соответствующей цене иска и подтвержденные чеком-ордером от 22.05.2018, подлежат возмещению ответчиком.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор об обязательном пенсионном страховании *** от 29.12.2017, заключенный между ФИО1 и акционерному обществу «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее»,

Возложить обязанность на акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» произвести перевод денежных средств (сумм пенсионных накоплений ФИО1) в размере 60 775,76 руб. в Управление пенсионного фонда Российской Федерации (ГУ) в г. Братске и Братском районе;

признать незаконными действия акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» по обработке персональных данных ФИО1,

возложить на акционерное общество «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» обязанность по уничтожению персональных данных ФИО1;

взыскать с акционерного общества «Негосударственный пенсионный фонд «Будущее» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 3 000 рублей, государственную пошлину – 300 рублей, судебные издержки в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья М. В. Широкова