Решение № 2-138/2020 2-138/2020(2-8240/2019;)~М-7429/2019 2-8240/2019 М-7429/2019 от 19 января 2020 г. по делу № 2-138/2020

16RS0051-01-2019-009864-44

СОВЕТСКИЙ РАЙОННЫЙ СУД

ГОРОДА КАЗАНИ РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

Попова ул., д. 4а, г. Казань, Республика Татарстан, 420029, тел. (843) 264-98-00, факс 264-98-94

http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Казань

20 января 2020 года Дело 2-138/2020

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи А.Ф. Гильмутдиновой

при секретаре судебного заседания Н.С. Зариповой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к МКУ "Администрация Советского района исполнительного комитета муниципального образования города Казани", Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, ФИО4, в лице законного представителя ФИО1, нотариусу ФИО2 о признании имущества совместно нажитым в браке и признании права собственности на 1/2 долю на жилого дома и земельного участка, и встречному иску ФИО4,, в лице законного представителя ФИО1 к ФИО3 о признании имущества личной собственностью наследодателя и признании права собственности на него,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к МКУ "Администрация Советского района исполнительного комитета муниципального образования города Казани", Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, ФИО4 в лице законного представителя ФИО1, нотариусу ФИО2 о признании имущества совместно нажитым в браке и признании права собственности на 1/2 долю на жилого дома и земельного участка.

В обоснование заявленных требований указано, что 24 марта 1973 года между ФИО3 и ФИО4 заключен брак. В период брака в 1974 году был приобретен насыпной дом на земельном участке по адресу: <адрес изъят>.

В 1985 году брак между ФИО3 и ФИО4 был прекращен. Спора о разделе имущества не было, поскольку продолжали проживать совместно, вели общее хозяйство. В 1989 году ФИО4 попал в ДТП, в результате которого получил травмы ног и нуждался в постоянном уходе.

5 июля 2019 года ФИО4 умер, после его смерти открылось наследство в виде жилого дома общей площадью 46,8 кв.м, в том числе жилая 33,9 кв.м, с кадастровым номером <номер изъят>:55 и земельного участка площадью 775 кв.м с кадастровым номером <номер изъят>:6 по адресу: <адрес изъят>.

27 июня 2019 года умер сын ФИО3 и ФИО4 ФИО5, поле смерти которого к наследству призван его сын ФИО4,.

После смерти сына ФИО5 обратилась к нотариусу за оформлением наследства, однако ей было отказано в принятии заявления.

На основании изложенного истец просит суд признать общим имуществом супругов ФИО3 и ФИО4 жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес изъят>.

Признать за ФИО3 право собственности на ? долю жилого дома и земельного участка по адресу: <адрес изъят>.

Ответчик ФИО4 в лице законного представителя ФИО1 не согласившись с требованиями истца, предъявил встречные исковые требования к ФИО3 о признании земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>:6, расположенного по адресу: <адрес изъят> личной собственностью умершего ФИО4 и признании за ФИО4 право собственности на наследственное имущество в виде земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>:6, расположенного по адресу: <адрес изъят>.

В обоснование встречных исковых требований указано, что спорные объекты недвижимости: жилой дом, общей площадью 46,8 кв.м, с кадастровым номером <номер изъят>:55 и земельный участок площадью 775 кв.м с кадастровым номером <номер изъят>:6 по адресу: <адрес изъят>, которые были зарегистрированы 20 февраля 1985 года, а именно после расторжения брака с ФИО3, являются собственностью умершего 5 июля 2019 года ФИО4.

Умерший 27 июня 2019 года ФИО5 являлся сыном умершего ФИО4. Таким образом, ФИО4 является единственным наследником жилого дома общей площадью 46,8 кв.м, с кадастровым номером <номер изъят>:55 и земельного участка площадью 775 кв.м с кадастровым номером <номер изъят>:6 по адресу: <адрес изъят>, после смерти ФИО4, поскольку брак с ФИО3 на момент смерти ФИО4 был расторгнут.

На момент расторжения брака спорный жилой дом являлся самовольным. В период брака семья из трех человек встала в очередь на улучшение жилищных условий, получила квартиру по адресу: <адрес изъят>.

Одновременно истец по встречному иску заявил ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности, поскольку трехлетний срок на обращение ФИО3 с иском о выделе супружеской доли с момента государственной регистрации права личной собственности на жилой дом и земельный участок истек. Кроме того, решением Советского народного суда г. Казани от 16 апреля 1985 года произведен раздел совместно нажитого имущества между ФИО3 и ФИО4, вопрос о разделе жилого дома не рассматривался.

В судебном заседание истец по первоначальному иску ответчик по встречному иску ФИО3, ее представитель ФИО6 первоначальные требования поддержали, просили удовлетворить. Встречные исковые требования не признали, в удовлетворении просили отказать.

ФИО3 дополнительно суду пояснила, что они с супругом ФИО4 купили спорный дом у ФИО7 по расписке в 1974 году. Сразу начали перестраивать дом, 1975 году строительство завершили. Узаконением самовольной постройки занималась она. Брак с ФИО4 брак был расторгнут, для получения ею квартиры с работы. Фактически брачные отношения между ними не прекращались, вплоть до его смерти они проживали вместе, она осуществляла за ним уход. После предоставлении ей квартиры они всей семьей, в том числе ФИО4 переехали в квартиру, летом проживали в спорном доме.

Ответчик по первоначальному иску, истец по встречному иску ФИО4, его законный представитель ФИО1 и представитель по доверенности ФИО8 в судебном заседание первоначальные требования не признали, просили в их удовлетворении отказать, ходатайствовали о применении к заявленным ФИО3 требованиям срока исковой давности. Встречные исковые требования поддержали, просили удовлетворить.

Представитель ответчика по первоначальному иску МКУ «Администрация Советского района ИКМО г. Казани» ФИО9, представляющая также интересы третьего лица, исполнительного комитета муниципального образования города Казани первоначальные требования не признала, в удовлетворении встречного иска также просила отказать.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены о заседании надлежащим образом, об отложении рассмотрения дела ходатайств в суд не представили, о причинах неявки не сообщили. При указанных обстоятельствах, учитывая положения статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.

Заслушав лиц, участвующих в деле, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

Несмотря на основание наследования (по завещанию или по закону), наследство в силу пункта 1 статьи 1154 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства, которым является день смерти наследодателя (статья 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из положений статьи 1153 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство, а также совершением действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства.

На основании пункта 1 статьи 1146 Гражданского кодекса Российской Федерации доля наследника по закону, умершего до открытия наследства или одновременно с наследодателем (пункт 2 статьи 1114), переходит по праву представления к его соответствующим потомкам в случаях, предусмотренных пунктом 2 статьи 1142, пунктом 2 статьи 1143 и пунктом 2 статьи 1144 настоящего Кодекса, и делится между ними поровну.

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Согласно правовой позиции отраженной в пункте 9 обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 за 2018 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 4 июля 2018 года имущество супругов может входить в наследственную массу после смерти одного из них лишь в случае, если переживший супруг заявил об отсутствии его доли в имуществе, приобретенном во время брака.

В пункте 3 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что в состав наследства, открывшегося со смертью наследодателя, состоявшего в браке, включается его имущество (пункт 2 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 36 Семейного кодекса Российской Федерации), а также его доля в имуществе супругов, нажитом ими во время брака, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства, если брачным договором не установлено иное (пункт 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 33, 34 Семейного кодекса Российской Федерации). При этом переживший супруг вправе подать заявление об отсутствии его доли в имуществе, приобретенном во время брака. В этом случае все это имущество входит в состав наследства.

Из материалов дела следует, что 24 марта 1973 года между ФИО4 и ФИО10 был заключен брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака <номер изъят><номер изъят> от 8 февраля 1980 года, выданным повторно сельсоветом Пестречинского района ТАССР. Жене присвоена фамилия ФИО11.

20 февраля 1985 года брак между ФИО4 и ФИО3 расторгнут, что подтверждается свидетельством о расторжении брака I<номер изъят><номер изъят> от <дата изъята>, выданным Бюро ЗАГС Советского района г. Казани.

ФИО4 умер 5 июля 2019 года, что подтверждается свидетельством о смерти серии <номер изъят>, выданным Управлением ЗАГС исполнительного комитета муниципального образования города Казани.

Из наследственного дела <номер изъят> открытого нотариусом ФИО2 к имуществу ФИО4 следует, что ФИО4, действующий с согласия своей матери ФИО1, обратился к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство, после смерти своего деда как наследник первой очереди по праву представления.

ФИО4 приходится наследодателю внуком, что подтверждается свидетельством о его рождении <номер изъят><номер изъят>, выданным отделом ЗАГС админисрации Советского района г. Казани Республики Татарстан от 14 марта 2002 года, в графе отец указан ФИО5 и свидетельством о рождении ФИО5 <номер изъят><номер изъят>, повторно выданным Управлением ЗАГС исполнительного комитета муниципального образования г. Казани Республики Татарстан от 17 июля 2019 года, в графе отец указано – ФИО4.

С заявлением о принятии наследства также обратились сестры наследодателя ФИО12, ФИО13, ФИО12 которые являются наследниками второй очереди (пункт 1 статьи 1143 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно выписке из ЕГРН об основных характеристиках объекта недвижимости и свидетельства о государственной регистрации права <номер изъят><номер изъят> от 17 марта 2008 года, собственником земельного участка с кадастровым номером 16:50:060627:6 на основании договора купли-продажи земельного участка <номер изъят> от 3 декабря 2007 года является ФИО4, дата регистрации права собственности 11 марта 2008 года.

Согласно выписке из ЕГРН об основных характеристиках объекта недвижимости и свидетельства о государственной регистрации права от 12 апреля 2003 года, собственником жилого дома с кадастровым номером <номер изъят>:55, инвентарный <номер изъят>, общей площадью 46,8 кв.м, год строительства 1982, расположенного по адресу: <адрес изъят> на основании постановления <номер изъят> Главы администрации Советского района г. Казани «Об узаконении самовольно выстроенного дома на участке <номер изъят> по <адрес изъят>» <номер изъят> от 18 ноября 2002 года, является ФИО4, дата и номер государственной регистрации права <номер изъят> от 1 апреля 2003 года.

Согласно выписке из решения исполкома Советского райсовета народных депутатов <номер изъят> от 16 августа 1982 года ФИО3 принята на учет по обеспечению жилплощадью ст. бухгалтера Советского отдела здравоохранения, семья из трех человек, проживающих в частном доме самовольной застройки, без удобств, площадью 25,7 кв.м по <адрес изъят>.

Из технического паспорта на индивидуальный жилой дом по <адрес изъят>, изготовленного по состоянию на 18 октября 1983 года следует, что жилой дом общей площадью 47,1 кв.м по наружному обмеру, был перестроен в 1975 году, 20 мая 1976 года зарегистрирован за ФИО22 как самовольная постройка. В техническом паспорте также имеется отметка о предыдущем владельце спорного строения ФИО14, датированное июлем 1961 года, в которой также стоит отметка о самовольной застройке.

В техническом плане на индивидуальный жилой дом по адресу: <адрес изъят>, изготовленному по состоянию на 21 декабря 2001 года, площадь объекта указана 46,8 кв.м, год постройки 1975- 1982, собственником объекта указан ФИО4.

В инвентарном деле на объект недвижимости в виде жилого дома по адресу: <адрес изъят>, предоставленном АО «ЬТИ Республики Татарстан» имеются письма от работодателей ФИО4 и ФИО3, адресованные председателю Советского исполкома райсовета депутатов трудящихся, в которых содержится просьба дать разрешение на прописку и выдачу технической документации на самовольную постройку в виде жилого дома 1960 года постройки по адресу: <адрес изъят>на имя ФИО15. Указано что ФИО3 купила вышеуказанный дом по домашней сделке в 1974 году. Бывший домовладелец умер и дом был продан матерью и братом домовладельца (т. 1 л.д. 226, 227).

16 декабря 2002 года между ФИО4 и органом коммунального хозяйства Главы администрации Советского района в лице начальника отдела коммунального хозяйства ФИО16 заключен типовой договор о возведении индивидуального жилого дома на праве личной собственности на отведенном на основании постановления Главы администрации Советского района от 18 декабря 2002 года и предоставленном на основании договора аренды <номер изъят> от 2 сентября 2002 года земельном участке. По условиям данного договора на ФИО4 возложена обязанность построить из доброкачественного материала жилой, одноэтажный бревенчатый дом на земельном участке в <адрес изъят>, <номер изъят>, площадью 775 кв.м, по фасаду 17,6 м, по задней меже 18,44 м, по правой меже 39,13 м, по левой меже 48,53 м, в соответствии с проектом, утвержденным Главным архитектором г. Казани 15 августа 2002 года.

Согласно утвержденному постановлением Главы администрации Советского района за <номер изъят> от <дата изъята> акту приемки в эксплуатацию индивидуального жилого <адрес изъят> от 20 ноября 2002 года комиссия произвела обследование завершенного строительством индивидуального жилого <адрес изъят> и постановила представленный к сдаче жилой дом принять в эксплуатацию.

Для узаконения и регистрации права собственности жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес изъят> ФИО4 22 марта 2003 года уполномочил нотариально удостоверенной доверенностью ФИО3 (л.д. 45 т.1).

Из постановления «Об узаконении самовольно выстроенного дома на участке <номер изъят> по <адрес изъят>» Главы Администрации Советского района г. Казани от 18 ноября 2002 года следует, что самовольно выстроенный индивидуальный жилой дом на участке <номер изъят> по <адрес изъят>, общей полезной площадью по домовладению составляет 46,8 кв.м, в том числе жилой 33,9 кв.м узаконен за гражданином ФИО4. Земельный участок площадью 775,0 отведен в аренду сроком на 5 лет.

В ходе рассмотрения дела был допрошен свидетель ФИО17, которая суду пояснила, что приходиться ФИО3 соседкой, ей принадлежит <адрес изъят>, ФИО3 <адрес изъят>. Она дом купила в 1986 году, с этого момента и до настоящего времени дом М-вых не видоизменился, он не перестраивался, был осуществлен только ремонт крыши. Она совместно с ФИО3 занималась оформлением дома. ФИО4 злоупотреблял спиртными напитками, ФИО3 осуществляла за ним уход, покупала продукты, кормила его. Эдик, их сын также приходил к отцу. О том, что брак между ФИО3 и ФИО4 расторгнут ей известно не было.

Свидетель ФИО18 суду пояснила, что ФИО3 ее родная сестра, она находясь в браке с ФИО4 приобрела дом по <адрес изъят>, который в последующем снесли и в 1974-1975 годах построили новый дом, в котором ФИО3 и ФИО4 совместно проживали. После возведения дома в 1974-1975 годах, он больше не перестраивался. Поскольку ФИО4 был инвалидом, не ходил ФИО3 за ним ухаживала. О разводе и разделе совместно нажитого имущества ей не известно.

Свидетель ФИО19 суду пояснила, что ФИО3 ее родная сестра, спорный дом был приобретен в период брака ФИО3 и ФИО4, до настоящего времени истица проживает в нем. О том, что ФИО3 и ФИО4 находились в разводе ей известно не было. Дом с момента его возведения, не перестраивался и не подвергался реконструкции.

Свидетель ФИО20 суду пояснила, что с ФИО1 и ФИО5 ездили к ФИО4 до 2002 года, привозили продукты, готовили шашлыки. С 2001 года ФИО3 там не видели, она не проживала в этом доме.

Решением Советского районного суда г. Казани от 16 апреля 1985 года по гражданскому делу <номер изъят> иск ФИО3 к ФИО4 о разделе имущества удовлетворен. Судом постановлено: произведен раздел имущества: выделить ФИО3 софу, стоимостью 150 рублей, стол – 35 рублей, шифоньер – 130 рублей, радиоприемник – 110 рублей, будильник – 250 рублей, швейную машинку – 50 рублей, матрац (2 шт.) – 40 рублей, одеяла – 30 рублей. Подушки – 30 рублей. Палас красного цвета и и ковер -275 рублей, на сумму 1280 рублей. Выделить ФИО4: диван-кровать – 145 рублей,, стол кухонный – 35 рублей, телевизор – 350 рублей, шкаф кухонный – 50 рублей, табуретки – 30 рублей, трельяж – 100 рублей, стулья – 40 рублей, матрац – 20 рублей, одеяло 15 рублей, подушки – 30 рублей, палас голубого цвета, плита газовая – 110 рублей, занавески, часы – 12 рублей, всего на сумму 1157 рублей.

Представленные суду доказательства свидетельствуют о приобретении и строительстве жилого дома с кадастровым номером <номер изъят>:55 расположенного по адресу: <адрес изъят>, общей площадью 46,8 кв.м, в период брака ФИО3 и ФИО4, в этой связи указанный объект подлежит включению в состав совместно нажитого ими в браке имущества и в силу положений статей 34, 39 Семейного кодекса Российской Федерации независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено, принадлежит им в равных долях.

Исходя из равенства долей супругов в совместно нажитом в браке имуществе, с учетом изложенных выше норм права и правовых позиций, ? доля жилого дома с кадастровым номером <номер изъят>:55, расположенного по адресу: <адрес изъят>, общей площадью 46,8 кв.м, подлежит исключению из наследственной массы открывшейся после смерти ФИО4, умершего 5 июля 2019 года.

При принятии решения в данной части суд учитывает, что сам по себе факт регистрации права собственности на данное имущество за наследодателем после расторжения брака с ФИО3 не является основанием для исключения данного имущества из состава совместно нажитого в браке. Представленные суду доказательства свидетельствуют о приобретении спорного жилого дома супругами ФИО11 в 1974 году, в 1975 году указанный жилой дом был перестроен. Выдача технической документации на самовольную постройку и регистрация в указанном жилом доме семьи М-вых, уполномоченными государственными органами осуществлена в 1975 году.

Правовых оснований для применения к заявленным ФИО3 требованиям срока исковой давности суд не усматривает, по следующим основаниям.

Раздел общего имущества супругов согласно пункту 1 статье 38 Семейного кодекса Российской Федерации может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.

Пунктом 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» разъяснено, что течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (пункт 7 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

ФИО3 от своих прав на спорные объекты недвижимости никогда не отказывалась, до настоящего времени у нее имеются ключи от спорного жилого дома, она пользуется им, несет бремя по его содержанию, регулярно ходит кормить собаку. Свидетель ФИО17, собственник соседнего дома, пояснила, что каждый год ФИО3 работала в огороде, в 2019 году видела ее реже. Более того истцом заявлены требования, об исключении имущества из состава наследства, наследственные же правоотношения не могут возникнуть раньше смерти наследодателя. С иском в суд ФИО3 обратилась 17 сентября 2019 года. С вопросом о разделе совместно нажитого имущества и выделе доли в праве собственности на спорное имущество истец в суд ранее не обращался в связи с отсутствием такой необходимости, поскольку она беспрепятственно пользовался заявленным к разделу имуществом.

При исчислении срока исковой давности с 5 июля 2019 года (дата смерти наследодателя), с даты когда возникли правопритязания на спорное имущество, срок для обращения в суд истцом не пропущен, следовательно, оснований для применения к заявленным ею требованиям срока исковой давности, не имеется.

Иск, заявленный ФИО3 к МКУ "Администрация Советского района исполнительного комитета муниципального образования города Казани", Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Татарстан, нотариусу ФИО2 о признании имущества совместно нажитым в браке и признании права собственности на 1/2 долю на жилого дома и земельного участка, удовлетворению не подлежит, как предъявленный к ненадлежащим ответчикам.

Оснований для включения земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>:6, расположенного по адресу: <адрес изъят> состав совместно нажитого в браке имущества супругов М-вых суд не усматривает.

Так, 2 сентября 2002 года между службой земельного кадастра по г. Казани в лице руководителя, действующего имени Главы администрации Советского района г. Казани ФИО21 и ФИО4 на основании постановления Главы администрации Советского района <номер изъят> от 14 мая 2002 года, заключен договор аренды земельного участка <номер изъят> площадью 0,0775 га, расположенного по адресу: <адрес изъят>, сроком на 5 лет до 14 мая 2007 года.

6 декабря 2007 года между МКУ «Комитет земельных и имущественных отношений ИКМО г. Казани» и ФИО4 заключено соглашение о расторжении договора аренды земельного участка от 2 сентября 2002 года <номер изъят> согласно которому, ФИО4 передает, а Муниципальное казенное учреждение «Комитет земельных и имущественных отношений ИКМО г. Казани» принимает земельный участок по адресу: <адрес изъят>, предоставленный постановлением Главы администрации Советского района от 14 мая 2002 года <номер изъят>, в состоянии не хуже первоначального.

3 декабря 2007 года, на основании постановления руководителя исполнительного комитета муниципального образования г. Казани от 9 октября 2007 года <номер изъят>, между МКУ «Комитет земельных и имущественных отношений исполнительного комитета муниципального образования города Казани» и ФИО4 заключен договор купли-продажи земельного участка <номер изъят> с кадастровым номером <номер изъят>:0006, общей площадью 775,0 кв.м, расположенного по адресу: <адрес изъят>.

Указанные доказательства свидетельствуют о том, что право собственности ФИО4 на данный земельный участок возникло после расторжения брака с ФИО3, следовательно отсутствуют и основания для включения его в состав совместно нажитого в браке имущества супругов М-вых.

С учетом изложенного встречный иск ФИО4,, в лице законного представителя ФИО1 о признании земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>:6, расположенного по адресу: <адрес изъят> личной собственностью наследодателя ФИО4 подлежит удовлетворению.

При этом доводы ФИО3 о том, что до смети ФИО4 они находились в фактических брачных отношениях не могут служить основанием для включения данного имущества в состав совместно нажитого в браке, поскольку режим общей совместной собственности возникает лишь у лиц, находящихся в зарегистрированном браке.

Не может служить основанием для включения спорного земельного участка в состав совместно нажитого в браке супругами М-выми, и тот факт, что оформлением его в собственность занималась непосредственно ФИО3. Так, представленные суду доказательства свидетельствую о том, что действительно вопросом узаконения спорного жилого дома и оформлением земельного участка в собственность занималась ФИО3, однако она действовала от имени ФИО4, на основании выданных им доверенностей (Т. 1 л.д. 45, 46, 47, 48).

Из наследственного дела, открытого после смерти ФИО4 следует, что ФИО4,, является единственным его наследником первой очереди по праву представления (пункт 2 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации), который в установленный законом срок обратился с заявлением о принятии наследства. С учетом изложенного, рассматривая встречные исковые требования в пределах заявленных, суд приходит к выводу о признании за ФИО4 в порядке наследования после смерти ФИО4 право собственности на земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>:6, расположенный по адресу: <адрес изъят>.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО4,, в лице законного представителя ФИО1, о признании имущества совместно нажитым в браке и признании права собственности на 1/2 долю жилого дома и земельного участка, удовлетворить частично.

Признать жилой дом с кадастровым номером <номер изъят>:55 расположенный по адресу: <адрес изъят>, общей площадью 46,8 кв.м, совместно нажитым в браке имуществом ФИО3 и ФИО4.

Исключить ? долю жилого дома с кадастровым номером <номер изъят>:55, расположенного по адресу: <адрес изъят>, общей площадью 46,8 кв.м, из наследственной массы открывшейся после смерти ФИО4, умершего 5 июля 2019 года.

Признать за ФИО3 право собственности на ? долю жилого дома с кадастровым номером <номер изъят>:55 расположенного по адресу: <адрес изъят>, общей площадью 46,8 кв.м.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3, отказать.

Встречный иск ФИО4,, в лице законного представителя ФИО1 к ФИО3 о признании имущества личной собственностью наследодателя и признании права собственности на него, удовлетворить.

Признать земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>:6, расположенный по адресу: <адрес изъят> личной собственностью наследодателя ФИО4.

Признать за ФИО4, в порядке наследования после смерти ФИО4 право собственности на земельный участок с кадастровым номером <номер изъят>:6, расположенный по адресу: <адрес изъят>.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его составления в окончательной форме в Верховный Суд Республики Татарстан через Советский районный суд г. Казани.

Судья Советского

районного суда города Казани /подпись/ А.Ф. Гильмутдинова

Копия верна.

Судья А.Ф. Гильмутдинова

Мотивированное решение изготовлено 27 января 2020 года.

Судья А.Ф. Гильмутдинова