Апелляционное определение № 33-650/2026 от 7 апреля 2026 г.

УИД 13RS0015-02-2025-000201-22

Судья Седова Е.В. №2-2-6/2026

Докладчик Аитова Ю.Р. Дело № 33-650/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в составе:

председательствующего Ганченковой В.А.,

судей Аитовой Ю.Р., Урявина Д.А.,

при секретаре Корецкой Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 08 апреля 2026 г. в г. Саранске гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о расторжении договора об оказании юридических услуг, взыскании уплаченных по договору денежных средств, неустойки, убытков, компенсации морального вреда и штрафа по апелляционным жалобам истца ФИО1 и представителя ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 на решение Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 27 января 2026 г.

Заслушав доклад судьи Аитовой Ю.Р., судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2), указав в обоснование заявленных требований, что 29 мая 2023 г. между ней и ответчиком был заключен договор <№> об оказании юридических услуг (в наименовании указан как абонентский договор оказания юридических услуг) на предмет абонентского обслуживания физического лица, общей стоимостью услуг по договору с учетом скидки 126900 руб.

Истцом в качестве аванса на расчетный счет ответчика внесена сумма в размере 126900 руб. Вместе с тем, ответчик никаких принятых на себя обязательств по вышеуказанному договору не выполнил, работу не провел.

Ссылаясь на ненадлежащее исполнение ответчиком условий договора, истец просила суд признать договор <№> об оказании юридических услуг (в наименовании указан как абонентский договор оказания юридических услуг) от 29 мая 2023 г., заключенный между ФИО1 и ИП ФИО2, расторгнутым; взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 уплаченную авансом по договору сумму денежных средств в размере 126900 руб. за не оказанные услуги; неустойку в размере 193600 руб. за нарушение сроков оказания услуг; денежные средства, выступающие гарантией оказания услуг по договору в размере 253800 руб.; компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.; штраф в размере 289650 руб. (50% от присужденной суммы) (л.д. 1-5).

Решением Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 27 января 2026 г. исковые требования ФИО1 к ИП ФИО2 о расторжении договора об оказании юридических услуг, взыскании уплаченных по договору денежных средств, неустоек, компенсации морального вреда и штрафа удовлетворены частично.

Абонентский договор оказания юридических услуг <№> от 29 мая 2023 г., заключенный между ФИО1 и ИП ФИО2 расторгнут.

С ИП ФИО2 в пользу ФИО1 взыскана уплаченная по договору сумма в размере 126900 руб., неустойка за нарушение сроков оказания услуг в размере 60 000 руб., договорная неустойка в размере 253800 руб., компенсация морального вреда в размере 5000 руб., штраф в размере 50 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 неустойки и штрафа отказано.

С ИП ФИО2 в бюджет Ельниковского муниципального района Республики Мордовия взыскана государственная пошлина в размере 16 518 руб.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просила решение суда изменить в части порядка (периода) начисления и размера неустойки, а также размера штрафа, взыскав в пользу истца неустойку за нарушение сроков начала оказания услуг в размере 193600 руб. и штраф в размере 289650 руб.

Указала, на неверное определение судом периода и основания взыскания неустойки. При этом ссылалась на то, что суд необоснованно ограничил период начисления неустойки временным отрезком с 09 декабря 2025 г. по 27 января 2026 г., мотивируя это тем, что срок исчислен по истечении 10 дней со дня вручения копии искового заявления ответчику. Такой подход противоречит положениям пункта 5 статьи 28 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закона о защите прав потребителей), поскольку истцом заявлено требование о взыскании неустойки именно за нарушение сроков начала оказания услуг, предусмотренных договором от 29 мая 2023 г., в связи с чем период просрочки должен исчисляться с момента, когда услуга должна была быть начата по договору, до даты фактического обращения в суд (25 ноября 2025 г.), а не с момента процессуального извещения ответчика о поданном исковом заявлении в суд, с учетом предельного ограничения начисления до общей цены – 193600 руб.

Ссылается на необоснованное снижение судом первой инстанции в отсутствие соответствующих доказательств, подтверждающих явную несоразмерность штрафных санкций, размера неустойки и штрафа.

Указывает, что суд первой инстанции, снижая размер подлежащих взысканию неустойки и штрафа, не принял во внимание недобросовестность ответчика и его процессуальное поведение.

Отметила, что в связи с изменением размера взыскиваемой неустойки подлежит перерасчету и штраф, предусмотренный пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, который составляет 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя и будет равен сумме 289 650 руб.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ИП ФИО2 – ФИО3 считает вышеуказанное решение суда незаконным и необоснованным, поскольку выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм материального права, а также ссылается на то, что судом не в полной мере выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела.

Ссылается на то, что суд первой инстанции ошибочно не признал заключенный между сторонами договор абонентским, несмотря на его прямое наименование и содержание. Указывает, что пункт 1.1 договора предусматривает оказание комплекса юридических услуг в рамках абонентского обслуживания, а не разовой услуги с конкретным овеществленным результатом.

Срок оказания услуг определен как «исполнение условий пункта 1.1», что указывает на длящийся характер обязательств.

Указывает, что оплата истцом по спорному договору производилась за сам факт наличия у заказчика права требовать услуги в течение 11 месяцев, что подтверждается внесением платежей и отсутствием претензий до момента расторжения договора. Следовательно, отношения сторон должны регулироваться положениями статьи 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и пунктом 5.3 договора, предусматривающим перерасчет стоимости при одностороннем отказе заказчика от договора, а не положениями статьи 32 Закона о защите прав потребителей в трактовке суда первой инстанции.

Ссылается на то, что фактическое оказание услуг ответчиком подтверждено. В период действия договора (с мая по ноябрь 2023 г.) осуществлялось консультационное сопровождение, подбор нормативно-правовой базы, составление перечня документов и направление отзывов в кредитные организации, что подтверждается детализацией звонков и перепиской с истцом в мессенджере WhatsApp. Учитывая, что истец производила оплаты без претензий вплоть до заявления о расторжении договора от 21 ноября 2023 г., услуги оказывались, расходы ответчиком были понесены, и требование истца о полном возврате суммы является неосновательным обогащением. Полагает, что расчет ответчика, произведенный согласно пункту 5.3 договора (вычет стоимости фактически оказанных услуг из уплаченной суммы), является корректным. Стоимость услуг за период их оказания составила 101 900 руб., что при уплаченных 126 900 руб. оставляло к возврату 25 000 руб.

Ссылается на то, что ответчиком добровольно до момента обращения в суд с названным иском, были произведены возвраты денежных средств на общую сумму 57 681 руб. (25 000 руб. и 32 681 руб.), что превышает расчетную сумму возврата. Следовательно, на момент рассмотрения дела задолженность ответчика отсутствовала, имела место переплата. Полагает, что суд проигнорировал условия договора и факт частичного возврата денежных средств.

Кроме того, взыскание неустойки по пункту 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей за нарушение сроков возврата денег при расторжении договора по инициативе потребителя неправомерно, так как данная норма применяется за нарушение сроков выполнения работы, а не за сроки удовлетворения требований о возврате денежных средств. Учитывая, что услуга не была признана некачественной, договор расторгнут по воле истца, оснований для взыскания неустойки не имелось.

Взыскание договорной неустойки (гарантийной суммы) в двукратном размере на основании пункта 6.1 договора также необоснованно. Данная санкция применяется за неисполнение условий договора исполнителем, однако прекращение обязательств произошло по инициативе заказчика. Кроме того, отмечает, что гарантия не действует в случае нарушения условий договора заказчиком, в частности непредставления доверенности (пункт 2.3.1 договора), что лишило исполнителя возможности полноценного исполнения. Взыскание этой суммы является двойной мерой ответственности и противоречит компенсационному характеру гражданско-правовой ответственности. Требования о компенсации морального вреда и штрафа также не подлежат удовлетворению, поскольку вина ответчика в нарушении прав потребителя не установлена, услуги оказывались надлежащим образом, а производные требования (штраф, моральный вред) зависят от обоснованности основных требований.

В возражениях на апелляционную жалобу и дополнительных пояснениях истец ФИО1 просила апелляционную жалобу представителя ответчика оставить без удовлетворения, отказать в принятии новых доказательств, представленных ответчиком.

В судебное заседание истец ФИО1, ответчик ИП ФИО2 и его представитель ФИО3 не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, сведений о причинах неявки не представили, отложить разбирательство дела не просили.

На основании части третьей статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) судебная коллегия пришла к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие указанных лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, рассмотрев дело в порядке статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобах и возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и из материалов дела следует, что ФИО2 является индивидуальным предпринимателем, о чем 30 июля 2018 г. внесена соответствующая запись. Сведения об основном виде деятельности – деятельность в области права (л.д.22-25).

29 мая 2023 г. между ФИО1 (заказчик) и ИП ФИО2 (исполнитель) был заключен абонентский договор оказания юридических услуг <№> (л.д.8-9).

Из пункта 1.1 договора следует, что исполнитель обязуется оказывать комплекс юридических услуг в рамках абонентского обслуживания физического лица в объеме и на условиях, определенных сторонами в перечне юридических услуг, который является его неотъемлемой частью, а заказчик обязуется принимать и оплачивать эти услуги. В перечень юридических услуг, изложенный в договоре, входят: проведение правовой консультации и предоставление юридически значимой информации по процедуре выкупа задолженности у кредитного учреждения («Дефолт»), ее этапы, сроки, возможные правовые последствия. Устное консультационное сопровождение заказчика в рамках предмета настоящего договора на всем этапе работы. Подбор нормативно-правовой базы. Выбор правовой позиции. Составление индивидуального перечня документов, необходимого для осуществления процедуры выкупа задолженности у кредитного учреждения («Дефолт»), в соответствии с актуальными нормами права. Индивидуальный перечень разрабатывается на основании проанализированной и предоставленной заказчиком информации (анкета клиента). Содействие в получении документов заказчиком. Отзыв персональный данных заказчика из кредитных организаций. Содействие в установке необходимых приложений на мобильный телефон заказчика («Антиколлектор»). Проведение полного юридического анализа на основании всех собранных документов. Составление заявления и всех приложений к нему и обращение с ними в суд первой инстанции, с целью взыскания с кредитного учреждения морального вреда, нанесенного заказчику, фиксации на минимальном уровне задолженности, процентов по кредитному договору, неустойки, штрафов. Получение решения суда первой инстанции, обжалование решения суда. Ожидание предъявление требований кредитором в ФССП. Взаимодействие с ФССП с целью завершения исполнительного производства. Направление заявлений, жалоб, предъявление исковых требований в ФССП в случае необходимости. Направление необходимых заявлений кредитору с целью выкупа задолженности третьим лицом. Содействие по выкупу задолженности у кредитных учреждений по минимальной стоимости по договору цессии, стоимость выкупа не может превышать 20% от первоначального размера задолженности, стоимость выкупа оплачивается заказчиком отдельно и не входит в стоимость настоящего договора.

Началом оказания услуг является 29 мая 2023 г., окончание оказания услуг, исполнение условий пункта 1.1. договора (пункт 1.2 договора).

Согласно пункту 3.1. договора, общая сумма абонентской оплаты по договору, с учетом скидки в соответствии с пунктом 1.1. составляет 126900 руб. за 11 месяцев абонентского обслуживания.

Порядок внесения абонентской оплаты услуг исполнителя определен в пункте 3.2. договора, и производится в следующем порядке: 29 мая 2023 г. сумма платежа составляет 10000 руб.; 25 июня 2023 г. сумма платежа – 116900 руб.

В случае досрочного расторжения договора по инициативе одной из сторон, осуществляется перерасчет стоимости оказанных услуг, исходя из Прайс-листа абонентского обслуживания без учета скидок. Прайс-лист абонентского обслуживания является неотъемлемой частью договора (пункт 3.3. договора).

Согласно Прайс-листу абонентского обслуживания, стоимость услуг без учета скидок за 11 месяцев обслуживания по абонентскому договору от 29 мая 2023 г. составляет 193600 руб. (л.д.10).

Как следует из пункта 4.1. договора исполнитель предоставляет заказчику акт приема-передачи оказанных услуг, который считается предоставленным, если он был направлен по электронной почте, заказным письмом, курьерской службой, по средствам СМС сообщения по номеру мобильного телефона, посредством сообщения в мессенджерах Телеграмм, WhatsApp, привязанных к мобильному телефону абонента при заключении настоящего договора.

Из пункта 4.4. договора следует, что в случае если заказчиком вносятся ежемесячные оплаты по настоящему договору, то предоставление исполнителем акта приема-передачи оказанных услуг не требуется, поскольку стороны договорились, что факт внесения нового платежа за абонентское обслуживание, подтверждает надлежащее оказание услуг исполнителем за предыдущий месяц работы.

Судом установлено, что стоимость указанных услуг оплачена заказчиком в соответствии с графиком платежей, указанным в пункте 3.2. договора в общем размере 126900 руб., что подтверждается платежными документами от 29 мая 2023 г. на сумму 10000 руб. и от 26 июня 2023 г. на сумму 116900 руб. (л.д.12, 13).

Обращаясь в суд с заявленными исковыми требованиями, истец указала, что услуги по договору ей не оказаны, а ответчиком нарушены ее права и законные интересы как потребителя услуги.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 309, 310, 429.4, 779, 782 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьями 13, 15, 28, 32 Закона о защите прав потребителей, разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», установил, что заключенный между сторонами договор, несмотря на наименование, не является абонентским в смысле статьи 429.4 ГК РФ, поскольку в нем отсутствует существенное условие об обязанности заказчика вносить платежи независимо от затребования исполнения, в связи с чем к правоотношениям сторон применимы нормы о договоре возмездного оказания услуг. Судом установлено, что ответчиком не представлено доказательств фактического оказания услуг и понесенных расходов, акты приема-передачи не оформлены, поэтому суд пришел к выводу о расторжении договора и взыскании уплаченной суммы в размере 126 900 руб. в полном объеме.

В части взыскания неустойки за нарушение сроков оказания услуг суд определил период начисления с 09 декабря 2025 г. по 27 января 2026 г., мотивируя это истечением 10 дней со дня вручения копии искового заявления, и, применив статью 333 ГК РФ, снизил размер неустойки с 193 600 руб. до 60 000 руб. ввиду явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Договорная неустойка в размере 253 800 руб. взыскана на основании пункта 6.1 договора, поскольку ответчиком не доказано наличие вины заказчика в неисполнении договора.

Компенсация морального вреда определена в размере 5000 руб., а штраф по пункту 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, первоначально рассчитанный в размере 222 800 руб., также снижен судом до 50 000 руб. на основании статьи 333 ГК РФ.

Проверяя судебное решение по доводам апелляционных жалоб истца и ответчика, судебная коллегия указывает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 429.4 ГК РФ договором с исполнением по требованию (абонентским договором) признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

В силу пункта 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» согласно пункту 1 статьи 429.4 Гражданского кодекса Российской Федерации абонентским договором признается договор, предусматривающий внесение одной из сторон (абонентом) определенных, в том числе периодических, платежей или иного предоставления за право требовать от другой стороны (исполнителя) предоставления предусмотренного договором исполнения в затребованных количестве или объеме либо на иных условиях, определяемых абонентом (например, абонентские договоры оказания услуг связи, юридических услуг, оздоровительных услуг, технического обслуживания оборудования).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 429.4 ГК РФ плата по абонентскому договору может как устанавливаться в виде фиксированного платежа, в том числе периодического, так и заключаться в ином предоставлении (например, отгрузка товара), которое не зависит от объема запрошенного от другой стороны (исполнителя) исполнения.

Не совершение абонентом действий по получению исполнения (не направление требования исполнителю, неиспользование предоставленной возможности непосредственного получения исполнения и т.д.) или направление требования исполнения в объеме меньшем, чем это предусмотрено абонентским договором, по общему правилу, не освобождает абонента от обязанности осуществлять платежи по абонентскому договору. Иное может быть предусмотрено законом или договором, а также следовать из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (пункт 2 статьи 429.4 ГК РФ).

Таким образом, отличительной особенностью абонентского договора является то, что плата заказчиком осуществляется не за фактическое оказание услуг или выполнение работ, а за предоставление ему возможности в любой момент в течение определенного периода воспользоваться согласованными услугами (работами). Подобная плата является фиксированной и может осуществляться как единовременно, так и периодическими платежами. Поэтому условие об обязанности абонента вносить платежи или предоставлять иное исполнение по такому договору независимо от того, было ли затребовано им соответствующее исполнение от исполнителя, является существенным условием абонентского договора.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», по смыслу статьи 431 ГК РФ в случае неясности того, является ли договор абонентским, положения статьи 429.4 ГК РФ не подлежат применению.

В соответствии с абзацем 1 статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Согласно пункту 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» при толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Как следует из предмета договора от 29 мая 2023 г. <№>, изложенного в пункте 1.1, исполнитель обязуется оказывать комплекс юридических услуг, а заказчик обязуется принимать и оплачивать эти услуги, то есть без направления соответствующего требования заказчиком, что не характерно для абонентского договора.

Разделом 2 договора предусмотрены права и обязанности исполнителя и заказчика при оказании услуги, а не предоставление заказчику права в любой момент в течение определенного периода воспользоваться согласованными услугами.

Таким образом, обязанность ответчика оказать услуги по договору связана с самим фактом заключения такого договора, а не с последующим возможным требованием заказчика получить соответствующую услугу.

Кроме того, в пункте 1.2 договора содержатся формулировки «начало оказания услуг» и «окончание оказания услуг». При этом окончанием оказания услуг является фактическое выполнение всех принятых ответчиком в пункте 1.1 на себя обязательств в полном объеме.

Согласно пункту 2.1.4 договора исполнитель обязуется по результату оказания услуг по договору либо в случае досрочного расторжения договора предоставить акт приема-передачи оказанных услуг. Указанное обстоятельство также подтверждает, что окончанием оказания услуг будет являться получение конкретного результата, завершающего исполнение.

Из пункта 2.2.3 договора следует, что исполнитель имеет право получать оплату фактически оказанных им услуг. При этом в силу пункта 2.3.4 договора заказчик обязуется оплачивать услуги исполнителя в соответствии с условиями настоящего договора. Указанное также не согласуется с конструкцией абонентского договора, поскольку его отличительной особенностью, как указывалось выше, является не плата за фактическое оказание услуг или выполнение работ, а за предоставление возможности в любой момент в течение определенного периода воспользоваться согласованными услугами (работами).

В пункте 3.1, 3.2 договора указана общая сумма абонентской оплаты, которая подлежит оплате ежемесячными платежами в течение 11 месяцев.

Указанное свидетельствует о том, что стоимость услуг по договору, предусмотренная оплате в рассрочку, не является ежемесячной абонентской платой, которая подлежит внесению независимо от того, была ли затребована и оказана услуга.

При таких обстоятельствах, с учетом положений статьи 431 ГК РФ, договор поименованный абонентским таковым фактически не является, поскольку не содержит условия, из которого было бы очевидно, что указанные в перечне услуги оплачиваются и в том случае, если заказчик ими не пользуется.

Оценив условия заключенного договора, суд первой инстанции, пришел к верному выводу о том, что оплата по договору не являлась абонентской платой, а между сторонами на основании договора возникли правоотношения, вытекающие из договора возмездного оказания услуг.

В связи с чем, доводы апелляционной жалобы ответчика в соответствующей части подлежат отклонению.

Судебная коллегия отмечает, что по делу не представлено доказательств того, что истец воспользовалась своим правом требования услуги, и она ей была оказана.

Также суд пришел к верному выводу о применении к спорным отношениям положений Закона о защите прав потребителей.

Поскольку договор заключен сторонами на условиях возмездности, следовательно, оплате подлежат только те услуги, которые фактически были оказаны.

Между тем, вопреки доводам апеллянта (ответчика) в материалах дела не имеется и в ходе рассмотрения дела в суд первой инстанции ответчиком не представлено доказательств надлежащего исполнения им договора в установленный срок и фактического оказания истцу юридических услуг в период действия договора, создающих для последнего полезный эффект, принимая во внимание, что эквивалентность гражданских правоотношений выражается во взаимном равноценном встречном предоставлении субъектами правоотношений при реализации ими субъективных гражданских прав и исполнении соответствующих обязанностей.

Как следует из искового заявления, истец обратилась к ответчику в целях оказания юридической услуги по разрешению вопросов с задолженностью перед кредитными учреждениями.

В апелляционную инстанцию ответчиком представлены новые доказательства, которые не были предметом рассмотрения суда первой инстанции, а именно: акт об оказании услуг на сумму 101 900 руб., в котором указано, что осуществлялись устные консультации заказчика по телефону и WhatsApp, подготовка и направление отзыва персональных данных заказчика из кредитных организаций, запрос документов и кредитного досье, подготовка предложений по выкупу задолженности и взаимодействию с кредиторами, направление предложений о выкупе долга, взаимодействие и переговоры с кредиторами, консультационное сопровождение, подбор нормативно-правовой базы, составление перечня документов и направление отзывов в кредитные организации, что подтверждается детализацией звонков и перепиской с истцом в мессенджере WhatsApp.

Однако, по мнению судебной коллегии, данные доказательства не подтверждают факта надлежащего оказания услуг по договору.

Доказательства того, что ответчик по требованию истца оказал последнему в рамках заключенного договора на возмездной основе услуги, которые привели к реальному восстановлению нарушенных прав истца, не имеется.

Так, согласно подпункту 2.7 пункта 2, абзаца 5 пункта 4 ГОСТ Р 56877-2016 «Национальный стандарт Российской Федерации. Руководство по оказанию правовой помощи потребителям. Общие требования» диагностика ситуации, заявленной потребителем, представляет собой выявление в этой ситуации признаков нарушений его прав или воспрепятствования реализации им своих законных интересов, их описание, включающее характеристику соответствующего права или законного интереса, оценку экономических и иных возможных последствий для потребителя, а также перспектив восстановления нарушенного права или устранения препятствия для реализации потребителем своих законных интересов.

По обращению потребителя защитник должен, прежде всего, провести диагностику ситуации, заявленной потребителем, оценить правомерность требований потребителя и наметить оптимальные способы восстановления его нарушенных прав. Если его требования, по мнению защитника, являются неправомерными, это должно быть разъяснено заявителю.

В пункте 11 ГОСТ Р 56877-2016 указано, что защитник должен ознакомить потребителя со своей оценкой судебной перспективы дела, чтобы потребитель представлял наиболее вероятный результат судебного разбирательства по его делу, правильно оценивал связанные с этим делом риски и затраты и мог принять осознанное решение о целесообразности обращения в суд.

При отрицательной оценке защитником судебной перспективы дела ему не следует давать согласие на ведение этого дела, если он не уверен, что потребитель знает о бесперспективности для себя судебного разбирательства.

Из приведенных норм в их совокупности и взаимосвязи очевидно, что исполнитель отвечает перед заказчиком за полезность своих действий или деятельности как таковых, и в этом состоит предпринимательский риск консультанта.

В этой связи доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что предметом договора было совершение определенных действий, а не достижение определенного результата, судебная коллегия отклоняет.

Предложенные исполнителем услуг формулировки договора, его предмета не позволяют получить потребителю необходимую и достоверную информацию об этих услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, выяснить пригодны ли они для целей, для которых потребитель заключил договор, имел ли для заказчика заключенный им договор какую-либо потребительскую ценность.

При том, что истец как потребитель, является юридически слабой и уязвимой стороной договора, а значит наименее защищенной стороной в сфере возникших правоотношений с профессиональным участником рынка, и не мог повлиять на его содержание и изменить условия, в связи с чем не может определить совокупность последовательных действий, приводящих к желаемому результату, а также нужность и необходимость составления каких-либо документов.

Исполнитель, напротив, являясь более сильной стороной потребительских отношений, имеющий в своем штате квалифицированных специалистов, обладающих специальными познаниями в указанной сфере деятельности, имеет возможность оценить совокупность последовательных действий, приводящих к желаемому результату, а также необходимость составления каких-либо документов.

Таким образом, ответчиком не была оказана запрошенная потребителем услуга, а результаты оказанной услуги, представленные исполнителем в виде акта выполненных работ, не обладали для последнего потребительской ценностью, не отвечали его запросам, не являлись необходимыми и оправданными действиями для реализации целей потребителя, связанных с реструктуризацией или ликвидацией кредиторской задолженности.

В связи с этим вывод суда о наличии со стороны ответчика нарушений условий договора и прав истца, как потребителя является верным.

Судебной коллегией в связи с неполным определением юридически значимых обстоятельств по делу судом первой инстанции, определены дополнительные юридически значимые обстоятельства по делу, в связи с чем сторонам предложено представитель дополнительные доказательства по факта частичного возмещения ответчиком истцу расходов, понесенных в связи с заключением договора, наличия оснований полагать спорный договор об оказании юридических услуг расторгнутым по инициативе истца. Обязанность по доказыванию юридически значимых обстоятельств по делу возложена на стороны, о чем сторонам направлено извещение.

Представитель ответчика ссылается на факт частичного возврата денежных средств истцу, подтвержденный платежными документами <№> от 01 декабря 2023 г. в сумме 25000 руб. и <№> от 02 июня 2025 г. на сумму 32 681 руб., также выписками по счетам, подтверждающими факт зачисления поименованных сумм на счет истца. При этом, судебная коллегия учитывает, что в назначении платежа прямо указано: возврат денежных средств по договору оказания юридических услуг <№>, а также возврат платежа по операции с указанием номера телефона истца.

Данные документы, подтверждают целевой характер произведенных переводов и их связь со спорными правоотношениями.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь принципом установления объективной истины и недопустимости неосновательного обогащения, принимает данные доказательства во внимание. Игнорирование бесспорного факта произведенного возврата, подтвержденного надлежащим образом заверенными банковскими документами, могло бы привести к вынесению решения, противоречащего фактическим обстоятельствам дела, и повлечь неосновательное обогащение истца в нарушение статьи 1102 ГК РФ.

При этом, судебная коллегия учитывает, что в дополнительных пояснениях истец не ссылалась на то, что денежные средства в заявленном ответчиком размере ей возвращены не были, указывая лишь на недопустимость принятия судом апелляционной инстанции дополнительных доказательств по делу.

Учитывая, что судебной коллегией были установлены дополнительные юридически значимые обстоятельства по делу и обязанность по их доказыванию возложена на стороны, в этой связи, судебная коллегия на основании части 1 статьи 327.1 ГПК РФ полагает возможным принять представленные стороной ответчика документы в качестве новых доказательств, поскольку они связаны с установлением юридически значимых обстоятельств по делу.

Таким образом, довод истца о недопустимости данных доказательств подлежит отклонению.

Судебная коллегия, проверяя законность и обоснованность решения суда первой инстанции в части размера присужденных денежных сумм по доводам апелляционных жалоб, производит следующий расчет с учетом фактических обстоятельств дела и произведенных ответчиком платежей.

Исходя из условий договора <№> от 29 мая 2023 г., общая сумма оплаты по договору с учетом скидки составила 126 900 руб., что подтверждается платежными документами от 29 мая 2023 г. на сумму 10 000 рублей и от 26 июня 2023 года на сумму 116 900 руб.

В связи с этим, сумма основного долга, подлежащая взысканию в пользу истца, подлежит уменьшению на размер произведенного ответчиком возврата. Уплаченная по договору сумма составляет 126 900 руб., из которых ответчиком возвращено 57 681 руб. Таким образом, остаток задолженности по основному требованию составляет 69 219 руб., что и подлежит взысканию с ответчика.

В силу абзаца 5 пункта 1 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, если исполнитель нарушил сроки выполнения работы (оказания услуги) – сроки начала и (или) окончания выполнения работы (оказания услуги) и (или) промежуточные сроки выполнения работы (оказания услуги) или во время выполнения работы (оказания услуги) стало очевидным, что она не будет выполнена в срок, потребитель по своему выбору вправе, в том числе, отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги).

Согласно абзацу 10 пункта 33 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 г. № 18 «О некоторых вопросах досудебного урегулирования споров, рассматриваемых в порядке гражданского и арбитражного судопроизводства» отказ от исполнения договора, предусмотренный абзацами шестым и восьмым пункта 1 статьи 18, абзацем первым пункта 2 статьи 25, абзацем пятым пункта 1 статьи 28, абзацем седьмым пункта 1 и абзацем четвертым пункта 6 статьи 29 и статьей 32 Закона о защите прав потребителей, является односторонним отказом от исполнения договора, а потому по смыслу статьи 450, пункта 1 статьи 450.1 и пункта 2 статьи 452 ГК РФ при обращении в суд с иском о признании договора расторгнутым соблюдение досудебного порядка урегулирования спора не требуется.

Согласно пункту 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена – общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Установив, что ответчиком нарушен срок выполнения работ, суд первой инстанции пришел к верному выводу о взыскании с ответчика в пользу истца неустойки. При этом, ограничил период начисления неустойки временным отрезком с 09 декабря 2025 г. по 27 января 2026 г., мотивируя это тем, что срок исчислен по истечении 10 дней со дня вручения копии искового заявления ответчику.

Вместе с тем, период взыскания неустойки, судом определен неправильно. При этом, судебная коллегия не соглашается с расчетом размера неустойки, представленным истцом, производя свой расчет.

Из пункта 1.2 договора следует, что срок окончания услуг – исполнение условий пункта 1.1 договора.

При этом крайний предусмотренный срок обслуживания составляет 11 месяцев.

Указанный срок исполнения договора истек 29 апреля 2024 г. (договор заключен 29 мая 2023 г.), следовательно, неустойка подлежала исчислению со дня, следующего за днем истечения срока исполнения договора, то есть с 30 апреля 2024 г. и до даты составления иска в суд – 25 ноября 2025 г. Расчет неустойки следующий: 193 600 руб. х 3% х 574 дней = 3333 792 руб.

С учетом положений части 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей сумма взысканной потребителем неустойки не может превышать цену отдельного вида выполнения работы или общую цену заказа, в связи с чем подлежит взысканию неустойка в размере 193 600 руб.

Однако, принимая во внимание внесенные ответчиком суммы в счет исполнения договора, о которых пишет ответчик, а именно частичный возврат денежных средств в общей сложности 57 681 руб., а также ходатайство ответчика о снижении размера неустойки в связи с ее чрезмерностью, судебная коллегия приходит к выводу, что решение суда первой инстанции в части снижения неустойки до 60 000 руб. является правильным, поскольку частичное исполнение обязательств ответчиком до вынесения решения суда свидетельствует о стремлении загладить вину и снижает степень негативных последствий для потребителя, что позволяет применить статью 333 ГК РФ.

При этом судебная коллегия отмечает, что сниженный размер неустойки (60 000 руб.) не ниже предела, установленного пунктом 6 статьи 395 ГК РФ, согласно которому при определении убытков, подлежащих возмещению за пользование чужими денежными средствами, за неуплату денежных средств по договору, за просрочку исполнения денежного обязательства, во внимание принимаются проценты, начисленные в порядке, предусмотренном пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Расчет процентов по статье 395 ГК РФ за аналогичный период с применением действовавших ключевых ставок Банка России дает сумму, не превышающую установленный судом размер сниженной неустойки, что подтверждает соразмерность примененной меры.

Таким образом, решение суда первой инстанции подлежит изменению в части исчисления периода для взыскания неустойки, но размер неустойки остается сниженным с учетом произведенных выплат.

В связи с чем доводы апелляционной жалобы истца в соответствующей части подлежат отклонению.

Ответчик оспаривает взыскание штрафной санкции в двукратном размере 253 800 руб. на основании пункта 6.1 договора, ссылаясь на расторжение договора по инициативе истца и непредоставление доверенности.

Суд апелляционной инстанции указывает, что пункт 6.1 договора является согласованным сторонами условием об ответственности. Исключения из ответственности, такие как вина заказчика, должны быть доказаны ответчиком. Ссылки на непредоставление доверенности не подтверждены доказательствами направления письменных запросов истцу с разъяснением необходимости данного документа и установлением разумных сроков.

Бремя доказывания того, что неисполнение произошло по вине заказчика, лежит на исполнителе. Взыскание данной суммы не является двойной ответственностью, так как основано на отдельном договорном условии о гарантии результата. Оснований для отмены взыскания договорной неустойки не имеется, сумма в размере 253 800 руб. судом первой инстанции взыскана правомерно.

Судебная коллегия также обращает внимание на обстоятельства, связанные с расторжением договора на основании заявления истца от 23 ноября 2023 г., на что ссылается ответчик в апелляционной жалобе, и поведение сторон в период действия спорных правоотношений.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что договор <№> от 29 мая 2023 г. не был расторгнут сторонами в установленном законом порядке до момента обращения истца в суд.

Заявление истца о расторжении договора, на которое ссылается ответчик, не повлекло автоматического прекращения обязательств, поскольку ответчиком не было представлено доказательств надлежащего уведомления истца о принятии такого заявления и согласии с расторжением, а также не был произведен окончательный расчет между сторонами.

При этом судебная коллегия учитывает, что в июне 2025 г. ответчик вернул истцу сумму в размере 32 681 руб., что подтверждается платежным поручением <№> от 02 июня 2025 г. Данное обстоятельство свидетельствует о частичном признании ответчиком обязательств по возврату денежных средств, однако не освобождает его от ответственности за неисполнение основных обязательств по договору, а именно – за неоказание юридических услуг, ради достижения цели которых истец заключила договор.

Поведение сторон в период действия договора также подлежит оценке.

Истец, внося платежи по договору в соответствии с графиком (10 000 руб. – 29 мая 2023 г. и 116 900 руб. – 26 июня 2023 г.), действовала добросовестно, исполняя свои обязательства по оплате.

Отсутствие претензий со стороны истца в период с июня по ноябрь 2023 г. не может свидетельствовать о надлежащем оказании услуг ответчиком, поскольку потребитель вправе обратиться за защитой своих прав в любой момент в пределах срока исковой давности, а молчание потребителя не равнозначно принятию неоказанных услуг.

Ответчик, являясь профессиональным участником рынка юридических услуг, обязан был надлежащим образом исполнять принятые на себя обязательства либо своевременно уведомлять истца о невозможности их исполнения с предложением о расторжении договора и возврате денежных средств.

Частичный возврат денежных средств, произведенный ответчиком лишь после предъявления претензии и обращения истца в суд, не может рассматриваться как добровольное исполнение обязательств в смысле пункта 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, поскольку был осуществлен с существенной просрочкой и под давлением судебного разбирательства.

Компенсация морального вреда определена судом первой инстанции в размере 5000 рублей с учетом принципов разумности и справедливости, оснований для изменения данной суммы не имеется.

Разрешая доводы апелляционных жалоб о взыскании штрафа, предусмотренного Законом о защите прав потребителей, судебная коллегия производит расчет данной суммы.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей, при удовлетворении судом требований потребителя суд взыскивает с изготовителя (исполнителя) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Исходя из данного положения и сумм, подлежащих взысканию по настоящему делу, расчет штрафа производится следующим образом: 69 219 руб. (основной долг с учетом частичного возврата) + 60 000 руб. (неустойка за нарушение сроков оказания услуг) + 253 800 руб. (договорная неустойка) + 5000 руб. (компенсация морального вреда) = 388 019 руб. Пятьдесят процентов от указанной суммы составляют 194 009 руб. 50 коп.

Однако судебная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о возможности снижения размера штрафа на основании статьи 333 ГК РФ. Учитывая, что штраф является мерой гражданско-правовой ответственности, а не способом обогащения потребителя, его размер должен быть соразмерен последствиям нарушения обязательства и не приводить к явно несоразмерным расходам должника.

В данном случае ответчиком до вынесения решения суда были произведены частичные возвраты денежных средств на общую сумму 57 681 руб., что свидетельствует о его стремлении урегулировать спор и снизить негативные последствия для потребителя.

Снижение штрафа до 50 000 руб., произведенное судом первой инстанции, сохраняет его компенсационную функцию, одновременно обеспечивая баланс интересов сторон и не допуская необоснованного обогащения.

При этом судебная коллегия отмечает, что даже сниженный размер штрафа многократно превышает возможные убытки, которые могли возникнуть у потребителя вследствие нарушения его прав, что подтверждает достаточность данной меры ответственности для достижения целей защиты прав потребителей. Кроме того, при определении соразмерности штрафа следует учитывать, что ответчиком частично исполнены обязательства по возврату денежных средств, что снижает степень общественной опасности допущенного нарушения и негативные последствия для потребителя.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для изменения размера штрафа, установленного судом первой инстанции, и соглашается с его снижением до 50 000 руб. на основании статьи 333 ГК РФ.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что общая сумма, подлежащая взысканию с ИП ФИО2 в пользу ФИО1, составляет: 69 219 руб. (основной долг) + 60 000 руб. (неустойка) + 253 800 руб. (договорная неустойка) + 5000 руб. (моральный вред) + 50 000 руб. (штраф) = 438 019 руб.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

В силу статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 2 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы по искам, связанным с нарушением прав потребителей, освобождаются от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции.

Согласно части 1 статьи 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, государственная пошлина взимается в доход бюджета муниципального образования (местный бюджет) по месту нахождения суда, принявшего решение, т.е. в бюджет Ельниковского муниципального района Республики Мордовия.

С учетом требований подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, с ответчика в бюджет Ельниковского муниципального района Республики Мордовия подлежит взысканию государственная пошлина, рассчитанная исходя из общей суммы удовлетворенных имущественных требований в размере 438 019 рублей и требования неимущественного характера о расторжении договора в сумме 15075 (10 000 + (83 019 х 2,5%) + 3000) руб.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия

определила:

Решение Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 27 января 2026 г. изменить в части размера взысканной суммы основного долга и размера государственной пошлины, изложив абзац третий резолютивной части решения суда в следующей редакции:

«Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <...>, выданный МВД по Республике Мордовия 25 января 2018 г. код подразделения 130-006) уплаченную по договору сумму в размере 69 219 (шестьдесят девять тысяч двести девятнадцать) рублей, неустойку за нарушение сроков оказания услуг в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей, договорную неустойку в размере 253 800 (двести пятьдесят три тысячи восемьсот) рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей, штраф в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>) в бюджет Ельниковского муниципального района Республики Мордовия государственную пошлину в размере 15 075 (пятнадцать тысяч семьдесят пять) рублей.

В остальной части решение Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 27 января 2026 года оставить без изменения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции (г. Саратов) через суд первой инстанции по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в течение трех месяцев.

Председательствующий В.А. Ганченкова

Судьи Ю.Р. Аитова

Д.А. Урявин

Мотивированное апелляционное определение составлено 14 апреля 2025 г.

Судья Ю.Р. Аитова