Решение № 2-2782/2017 2-2782/2017~М-1741/2017 М-1741/2017 от 16 июля 2017 г. по делу № 2-2782/2017

дело № 2-2782/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

17 июля 2017 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе:

председательствующего судьи Р.Г. Габдуллина

при секретаре Р.Г. Лутфуллиной

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ф.М.В., Б.С.В. к С.А.А. о признании завещания недействительным,

У С Т А Н О В И Л:

Ф.М.В. и Б.С.В. обратились в суд с иском о признании завещания недействительным. В обоснование иска указано, что <дата изъята> умерла их тетя – Л.Е.И., после смерти которой открылось наследство, в том числе в виде квартиры, земельного участка и жилого дома. После обращения к нотариусу с заявлением стало известно о том, что <дата изъята> Л.Е.И. было составлено завещание, согласно которому квартира расположенная по адресу: <адрес изъят>, была завещана ответчице; ? доля в праве общей долевой собственности на земельный участок и ? доля в праве общей долевой собственности на жилой дом, находящиеся по адресу: <адрес изъят>, <адрес изъят>, завещаны племянникам Л.Ю.Н., Л.В.Н. в равных долях по ? доле в имуществе каждому. Указанное завещание было составлено и удостоверено нотариусом нотариального округа города Казани Республики Татарстан Х.М.С.

По мнению истцов, на момент составления завещания Л.Е.И. не могла понимать значение своих действий и руководить ими. Л.Е.И. на протяжении длительного времени проживала одна и по состоянию здоровья не имела возможности самостоятельно и в полной мере себя обслуживать, ей необходим был постоянный уход. С умершей Л.Е.И. истцы поддерживали хорошие отношения, заботились о ее здоровье, приобретали продукты питания, убирались в квартире.

С.А.А. являлась соседкой Л.Е.И., никакой заботы о ней не проявляла. Истцы считают, что Л.Е.И. по просьбе С.А.А. и в ее сопровождении, не отдавая отчета в своих действиях, не имея возможности руководить своими действиями, завещала квартиру на имя последней.

Исходя из этого, истцы просят суд признать недействительным завещание Л.Е.И. в части завещания квартиры С.А.А..

Определением суда от <дата изъята> к участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены Л.В.Н., Л.Ю.Н..

Истец Ф.М.В., будучи надлежаще извещенной в судебное заседание не явилась, в предыдущем судебном заседании поясняла, что Л.Е.И. являлась ее родной тетей со стороны отца Б.В.А. Л.Е.И. при жизни злоупотребляла алкоголем, была зависима, предполагает, что ответчица С.А.А., приобретала и передавала ей алкогольные напитки, входила к ней в доверие, в связи с тем ей и была завещана квартира.

Истец Б.С.В., будучи надлежаще извещенным в судебное заседание не явился, в предыдущем судебном заседании пояснял, что считает завещание недействительным, так как при жизни Л.Е.И. не говорила, что собирается завещать квартиру С.А.А.

Представитель истцов Ф.М.В. и Б.С.В. в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснила, что Л.Е.И. при жизни ввиду большого веса, тяжело передвигалась, истцы ухаживали за ней. Отношения у истцов с Л.Е.И. были натянутыми из-за того, что они отказывались покупать ей алкогольные напитки (у нее была зависимость). Ответчик всячески потакала Л.Е.И., приобретала для нее алкоголь, именно ответчик отвезла ее к нотариусу для оформления завещания. По мнению истцов, ответчик воспользовалась беспомощным состоянием Л.Е.И., попросила составить на нее завещание, при этом при составлении завещания Л. не могла понимать значение своих действий.

Ответчик С.А.А. в судебном заседании с иском не согласилась, пояснила, что она являлась соседкой с Л.Е.И. около 19 лет. Ответчик постоянно навещала Л.Е.И., возила к родственникам в Волжск. Л.Е.И. была полной женщиной, тяжело передвигалась, зимой на улицу не выходила; С.А.А. за ней ухаживала, помогала, алкоголь Л.Е.И. не употребляла. Истцы с ней не общались, не ухаживали. Л.Е.И. была в здравом уме, понимала значение своих действий.

Третьи лица Л.Ю.Н. и Л.В.Н. в судебном заседании с иском не согласились, пояснили, что являются племянниками бывшего мужа Л.Е.И., на протяжении всего времени постоянно созванивались с тетей, она находилась в здравом уме. Л.Е.И. часто приезжала к ним в гости в Волжск. У Л.Е.И. с ответчиком С.А.А., были хорошие отношения. Л.Е.И. советовалась с их матерью по поводу составления завещания, она все понимала.

Нотариус Х.М.С. в судебное заседание не явилась, в материалах дела имеется заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие. Из представленного письменного отзыва нотариуса следует, что <дата изъята> нотариусом было удостоверено завещание от имени Л.Е.И. Заявлений от Л.Е.И. о необходимости присутствия свидетеля при составлении завещания не поступало. Кроме того, заявлений о том, что завещание оформляется под принуждением, под давлением, либо завещатель находится под влиянием алкогольных, токсических или наркотических средств, лекарственных препаратов, Л.Е.И. заявлено не было. Завещание до подписания было прочитано лично Л.Е.И. в присутствии нотариуса, а также было зачитано нотариусом вслух, после чего оно было подписано собственноручно Л.Е.И., кроме того она расписалась в реестре для совершения нотариальных действий. Требования истцов нотариус посчитала необоснованными.

Выслушав пояснения сторон, а также показания свидетелей Б.Л.А., ФИО1, Б.Э.Н., Х.Т.Р., исследовав письменные материалы дела, оценив совокупность представленных по делу доказательств, суд приходит к следующему.

В силу абзаца 2 части 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае смерти гражданина права собственности на принадлежащее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Кодекса распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.

Согласно статье 1119 Кодекса завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 1131 Кодекса при нарушении положений данного кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание). Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 ГК РФ) и специальными правилами раздела V ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу вышеуказанных норм и разъяснений Пленума неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению по данному делу, является наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Судом по данному делу было установлено следующее.

Согласно свидетельству о смерти от <дата изъята><номер изъят><номер изъят>, выданному Управлением ЗАГС Исполнительного комитета муниципального образования <адрес изъят>, <дата изъята> умерла Л.Е.И., <дата изъята> года рождения.

Истцы Ф.М.В., Б.С.В., являются племянниками Л.Е.И. Отец истцов являлся неполнородным братом Л.Е.И. по матери.

Наследников первой очереди у Л.Е.И. на момент смерти не имелось, что следует из письменных материалов дела и пояснений всех лиц, участвующих в деле.

Л.Е.И. на момент смерти принадлежало имущество: ? доля в праве собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес изъят>, <адрес изъят>, ? доля в праве собственности на земельный участок площадью 960 кв.м. с кадастровым номером <номер изъят>, находящийся по адресу: <адрес изъят> Эл, <адрес изъят>, что подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону от <дата изъята>. Кроме того, Л.Е.И. принадлежала квартира, находящаяся по адресу: <адрес изъят>, что также подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону.

В соответствии со статьей 1143 Гражданского кодекса Российской Федерации если нет наследников первой очереди, наследниками второй очереди по закону являются полнородные и неполнородные братья и сестры наследодателя, его дедушка и бабушка как со стороны отца, так и со стороны матери. Дети полнородных и неполнородных братьев и сестер наследодателя (племянники и племянницы наследодателя) наследуют по праву представления.

Поэтому к наследованию после смерти Л.Е.И. могли быть призваны в порядке представления ее племянники - Б.С.В., Ф.М.В.

Однако при обращении к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти Л.Е.И. истцам стало известно о том, что она все свое имущество завещала ответчице С.А.А. (которая являлась соседкой умершей) и третьим лицам Л.Ю.Н., Л.В.Н. (племянникам умершей). Завещание было удостоверенно нотариусом нотариального округа <адрес изъят> Республики Татарстан Х.М.С. <дата изъята>.

Согласно данному завещанию, квартира, находящаяся по адресу: <адрес изъят>, завещана С.А.А.; ? доля в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым (или условным) номером <номер изъят> и ? доля в праве общей долевой собственности на жилой дом, находящийся по адресу: <адрес изъят> Эл, <адрес изъят>, завещаны племянникам бывшего мужа Л.Е.И. – Л.Ю.Н., Л.В.Н. в равных долях по ? доле каждому.

<дата изъята> и <дата изъята> нотариусом нотариального округа город Казань Республики Татарстан Х.М.С. были выданы свидетельства о праве на наследство по завещанию С.А.А., Л.Ю.Н., Л.В.Н.

По мнению истцов, на момент составления завещания Л.Е.И. не могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Исходя из существа рассматриваемого спора, необходимости установления юридически значимых обстоятельств по делу, к которым относится установление у Л.Е.И. на дату составления завещания наличия либо отсутствия психического, неврологического или иного расстройства и определение ее способности понимать значение своих действий и руководить ими, принимая во внимание, что разрешение данных вопросов требует специальных познаний, которыми суд не обладает, определением Советского районного суда <адрес изъят> от <дата изъята> по ходатайству истцов по делу назначена судебная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, производство которой было поручено экспертам государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. академика ФИО12 Министерства здравоохранения Республики Татарстан».

Из заключения судебно-психиатрической экспертизы от <дата изъята><номер изъят> следует, что при жизни Л.Е.И., на момент составления завещания <дата изъята> каким-либо психическим расстройством не страдала. В момент составления завещания <дата изъята> Л.Е.И. могла понимать значение своих действий и руководить ими. Данный вывод экспертами сделан исходя из представленных материалов дела, медицинской документации, указывающих на то, что Л.Е.И. на учете у психиатра и нарколога не состояла. Из медицинской карты амбулаторного больного <номер изъят> усматривается, что <дата изъята> в 12 часов на дом к Л.Е.И. был вызван врач общей практики, из записи: «Жалобы на слабость, головокружения, отеки нижних конечностей до колен. Со слов ухаживающих, упала <дата изъята> дома, когда их не было дома, с тех пор перестала вставать. Объективно: состояние тяжелое. Пациентка лежит на полу, сидеть не может из-за слабости. Был выставлен диагноз: застойная пневмония? Перелом шейки бедра?» Как следует из амбулаторной карты от госпитализации Л.Е.И. категорически отказалась.

Заключение экспертов соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведённого исследования, анализ имеющихся данных, ответы на поставленные судом вопросы являются ясными, полными, последовательными, не допускают неоднозначного толкования и не вводят в заблуждение.

Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, специальности, стаж работы.

Также суд учитывает, что при проведении экспертного исследования эксперты проанализировали и сопоставили все имеющиеся исходные данные, исследовали все материалы дела, а также показания свидетелей. В ходе рассмотрения дела, для проведения судебной психиатрической экспертизы созданы условия для установления фактических обстоятельств – направлены запросы для получения документов, имеющих значение для проведения экспертизы, допрошены свидетели.

В материалах дела не имеется доказательств, указывающих на недостоверность судебной экспертизы, проведенной врачами-экспертами государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. академика В.М. Бехтерева Министерства здравоохранения Республики Татарстан». Кроме того, сторонами судебная экспертиза оспорена не была, о назначении повторной судебной посмертной судебно-психиатрической экспертизы ходатайства от сторон не поступало.

Оценив заключение экспертов по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает его в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства и считает необходимым положить в основу своих выводов при вынесении решения по делу.

Из показаний свидетелей, о допросе которых ходатайствовали истцы, мать истцов - Б.Э.Н., жена истца Б.С.В. - Б.Л.А., друг семьи Б.Л.А. – ФИО1, следует, что у Л.Е.И. были проблемы с сердцем, весила она примерно около 200 килограмм, на улицу одна не могла выходить, ей нужна была помощь. После смерти сына Л.Е.И. начала выпивать, истцы отказывались покупать алкогольные напитки, из-за чего у них были натянутые отношения с Л.Е.И. По словам умершей Л.Е.И. ответчик С.А.А. приходили с мамой и приносили ей продукты, отношения у них были ровные.

При этом показания свидетелей, суд считает необходимым оценить критически, поскольку они являются членами семьи и близкими друзьями истцов, могут быть заинтересованы в исходе данного дела.

В то же время из пояснений свидетеля Х.Т.Р., являющейся знакомой умершей, не состоящая в родстве ни с истцами, ни с ответчиком, следует, что Л.Е.И. была способна ухаживать за собой, ориентировалась в окружающем, алкогольной зависимостью не страдала.

Исходя из изложенного, доводы истцов о неспособности Л.Е.И. понимать значение своих действий при составлении спорного завещания, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, опровергнуты заключением судебной экспертизы.

При таких обстоятельствах суд, оценив в порядке статьи 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к выводу, что Л.Е.И. при составлении и подписании <дата изъята> завещания понимала значение совершаемых действий и могла ими руководить.

Доводы представителя истцов о том, что ответчик воспользовалась беспомощным состоянием Л.Е.И., не повезла ее в больницу в тяжелом состоянии, преследуя корыстный умысел и в связи с этим она является недостойным наследником не имеют правового значения по делу, не подтверждаются какими-либо доказательствами и не могут являться основанием для отказа в иске.

Более того, из медицинской карты Л.Е.И. следует, что <дата изъята> в 12 часов на дом к Л.Е.И. был вызван врач общей практики, из записи медицинской карты усматривается, что у Л.Е.И. были жалобы на слабость, головокружения, отеки нижних конечностей до колен. Врачом был выставлен диагноз: «застойная пневмония? перелом шейки бедра?» Как следует из амбулаторной карты от госпитализации Л.Е.И. категорически отказалась.

В силу п. 1 ст. 1117 ГК РФ не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке. Однако граждане, которым наследодатель после утраты ими права наследования завещал имущество, вправе наследовать это имущество.

В пункте п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" разъяснено, что при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду, что указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 ГК РФ противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 ГК РФ при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы).

По данному делу вступившего в законную силу приговора суда в отношении ответчика, которым она была бы признана виновной в совершении противоправных действий в отношении наследодателя, а также в отношении наследников, не имеется. В ходе рассмотрения дела также не представлено со стороны истцов доказательств, подтверждающие эти обстоятельства.

Кроме того, истцы фактически не оспаривали завещание в части передачи земельного участка и жилого дома Л.Ю.Н. и Л.В.Н., а оспаривали только в части завещания квартиры, что говорит не о наличии у истцов оснований для признания завещания недействительным, а о несогласии истцов с волеизъявлением Л.Е.И.

С учетом указанного следует отказать в удовлетворении иска о признании недействительными завещания, составленного <дата изъята> Л.Е.И., в части завещания квартиры С.А.А..

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска Ф.М.В., Б.С.В. к С.А.А. о признании завещания недействительным отказать.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение одного месяца со дня составления в окончательной форме через Советский районный суд города Казани.

Судья Р.Г. Габдуллин