Решение № 2-44/2025 2-44/2025(2-703/2024;)~М-502/2024 2-703/2024 М-502/2024 от 4 февраля 2025 г. по делу № 2-44/2025

Копия

Мотивированное
решение №

изготовлено ДД.ММ.ГГГГ УИД №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Лысковский районный суд Нижегородской области в составе

председательствующего судьи Калининой А.В.,

при секретаре судебного заседания Черезовой Г.Е.,

с участием помощника прокурора Лысковского района Нижегородской области Каминской А.В.,

истца ФИО1,

представителя ответчика – ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по Нижегородской области и представителя третьих лиц ГУФСИН России по Нижегородской области и ФСИН России ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по Нижегородской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по <адрес> о возмещении компенсации морального вреда, указав в обоснование своих требований, что ДД.ММ.ГГГГ он был осужден приговором Лысковского районного суда <адрес> по ст.264.1, ч.4 ст.264 УК РФ к наказанию в виде 3 лет 1 месяца лишении свободы в колонии-поселении с лишением права управления транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

ДД.ММ.ГГГГ постановлением Краснобаковского районного суда <адрес> удовлетворено его ходатайство о зачете в срок отбывания наказания времени содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ, что составляет 3 месяца 2 дня.

На основании постановления Краснобаковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ он был переведен из колонии-поселения в исправительную колонию общего режима.

Указывает, что за период отбывания наказания к нему применялись меры взыскания в виде водворения в штрафной изолятор на общий срок 70 суток из установленных 76 в связи с переводом из колонии-поселения в колонию общего режима.

Ссылаясь на положения п.2 ч.1 ст.29 УПК РФ, ст.ст.308, 397 УПК РФ, а также на положения Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №186-ФЗ «О внесении изменений в статью 72 Уголовного кодекса Российской Федерации», истец полагает, что администрацией ФКУ ИК-№ при исчислении срока отбывания наказания, вопреки требованиям закона, учтено время его нахождения в штрафном изоляторе, что привело к неправильному его исчислению, в связи с чем, был неправомерно увеличен общий срок его содержания в исправительном учреждении на 70 суток.

Также истец отмечает, что нижегородским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждения по данному факту с целью устранения выявленного нарушения закона, причин и условий, ему способствовавших, внесено представление в адрес ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по Нижегородской области.

По мнению истца, вследствие неправомерных действий сотрудников ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по Нижегородской области он находился в исправительной колонии больше положенного срока на 70 суток, не мог трудоустроиться на работу с заработной платой не менее 70000 рублей; кроме того его ждала семья, с которой он не мог увидеться, в связи с чем, испытывал сильнейшие моральные страдания, действиями сотрудников исправительного учреждения ему нанесена непоправимая моральная травма.

Просит взыскать с ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по Нижегородской области моральный вред в размере 2000000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, по основаниям, указанным в иске.

Представитель ответчика – ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по Нижегородской области, представитель третьих лиц – ГУФСИН России по <адрес>, ФСИН России ФИО2 исковые требования не признала, представила отзыв на исковое заявление, в котором приводится принцип расчета даты окончания отбывания наказания осужденным ФИО1 и указывается, что подобная практика определения последнего дня отбывания наказания в исправительных учреждениях ГУФСИН России по Нижегородской области сложилась на протяжении 6 лет и какой-либо критике не подвергалась. По мнению стороны ответчика, факт наступления вреда для истца им не доказан и материалами дела не подтвержден.

Помощник прокурора Лысковского района Нижегородской области Каминская А.В. выступила с заключением, в котором полагала, что исковые требования удовлетворению не подлежат, поскольку факт причинения морального вреда истцу ответчиком не нашел своего подтверждения.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, был привлечен Нижегородский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, который в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом.

Выслушав стороны, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

На основании положений ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Ст. 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В п.37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

Таким образом, компенсация морального вреда является формой гражданско-правовой ответственности, взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий: установления факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающим на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличие вины и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика. Применительно к рассматриваемому случаю необходимым условием удовлетворения исковых требований является наличие установление факта совершения виновных противоправных действий сотрудниками ответчика, факта несения истцом нравственных и физических страданий и наличие между данными фактами причинно-следственной связи.

Как следует из материалов дела и установлено судом, приговором Лукояновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по ст.264.1, ч.4 ст.264 УК РФ, с применением ч.2 ст.69 УК РФ, к окончательному наказанию в виде 3 лет 1 месяца лишения свободы в колонии-поселении с лишением права управления транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев, срок наказания исчислен со дня прибытия в колонию-поселение.

Постановлением Краснобаковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 на основании п. «в» ч 3.1 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №186-ФЗ) зачтено в срок лишения свободы по приговору Лукояновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно, из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ, что составляет 03 месяца 02 дня.

Постановлением Краснобаковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ осужденный ФИО1 переведен для дальнейшего отбывания наказания, назначенного приговором Лукояновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, из колонии-поселения в исправительную колонию общего режима.

Все указанные судебные акты вступили в законную силу.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.29 УПК РФ только суд правомочен признать лицо виновным в совершении преступления и назначить ему наказание.

Согласно ст.7 УИК РФ основаниями исполнения наказаний и применения иных мер уголовно-правового характера являются приговор либо изменяющие его определение или постановление суда, вступившие в законную силу, а также акт помилования или акт об амнистии.

В силу ст.16 УИК РФ наказание в виде лишения свободы исполняется колонией-поселением, воспитательной колонией, лечебным исправительным учреждением, исправительной колонией общего, строгого или особого режима либо тюрьмой.

Таким образом, из смысла закона следует, что контроль за порядком отбывания осужденными наказания, в том числе произведение расчетов отбытого срока, назначенного судом наказания и установление даты окончания отбывания наказания, возложен на администрацию исправительных учреждений.

Следовательно, при исполнении приговора Лукояновского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 администрация исправительного учреждения обязана произвести соответствующие расчеты о сроке отбывания осужденным ФИО1 наказания на основании данного приговора, а также на основании постановления Краснобаковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым произведен льготный зачет срока содержания под стражей в срок отбывания наказания по приговору суда, и постановлением Краснобаковского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым осужденному изменен вид исправительного учреждения на более строгий.

Согласно представленной ответчиком справке расчет окончания отбывания ФИО1 срока наказания произведен следующим образом:

1. Определена дата окончания срока наказания без учета периода зачета – ДД.ММ.ГГГГ, исходя из начала срока отбывания наказания по приговору суда (ДД.ММ.ГГГГ).

2. Определена общая продолжительность времени содержания под стражей, подлежащей зачету в срок наказания – 92 дня (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ). При этом исправительным учреждением принято во внимание постановление Краснобаковского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым зачет указанного выше времени содержания под стражей применяется с учетом положений, предусмотренных ч.3.3 ст.72 УК РФ, согласно которым время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении срока нахождения осужденного, отбывающего наказание в строгих условиях в воспитательной колонии или исправительной колонии общего режима, в штрафном или дисциплинарном изоляторе, помещении камерного типа либо едином помещении камерного типа, в случае применения мер взыскания к осужденному в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. Поскольку ФИО1 70 суток содержался в штрафном изоляторе, кратный зачет применен только к 22 дням из 90, в связи с чем, общее количество дней зачета составило 144 дня (22*2 +70).

3. Определена дата окончания отбывания наказания путем отсчета от даты окончания отбывания наказания, определенной первоначально (ДД.ММ.ГГГГ), общего количества дней зачета (144 дня), и определена дата ДД.ММ.ГГГГ, когда ФИО1 и был освобожден из мест лишения свободы.

Таким образом, судом установлено, что расчет даты окончания срока отбывания наказания истца произведен в строгом соответствии с приговором суда и вынесенными в порядке его исполнения постановлениями суда.

Разрешая спор, суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств причинения вреда действиями (бездействием) сотрудников исправительного учреждения, не установлена их вина в причинении истцу каких-либо страданий, доказательств наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) сотрудников исправительного учреждения и физическими и нравственными страданиями истца в результате указанных незаконных действий (бездействия) сотрудников, как и доказательств признания их действий (бездействия) в установленном порядке незаконными, материалы дела не содержат.

Фактически, истец выражает несогласие с зачетом времени его содержания под стражей в срок отбывания наказания с учетом положений ч.3.3 ст.72 УК РФ, что не может являться предметом рассмотрения суда в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, истец в судебном заседании пояснил, что об окончании срока отбывания наказания именно ДД.ММ.ГГГГ ему стало известно при нахождении его в местах лишения свободы, то есть истец, не был лишен возможности обжаловать незаконные, по его мнению, действия сотрудников исправительного учреждения, в порядке, предусмотренном КАС РФ, либо обратиться в суд в порядке главы 47 УПК РФ с ходатайством о разъяснении сомнений и неясностей, возникших при исполнении приговора сразу после того, как ему стала известна рассчитанная сотрудниками ответчика дата окончания срока отбывания наказания. Истец обращался в Лысковский районный суд <адрес> с ходатайством об исчислении срока отбывания наказания, указывая о несогласии с исчислением срока наказания, произведенного исправительным учреждением, однако в принятии данного ходатайства было отказано ввиду неопределенности его предмета, при этом осужденному было разъяснено, что доводы о несогласии с действиями должностных лиц исправительного учреждения подлежат рассмотрению в ином порядке судопроизводства.

Каких-либо иных действий, направленных на обжалование, незаконных, по мнению истца, действий сотрудников ответчика, предпринято не было, не было предпринято и попыток обратиться в суд с ходатайством о разъяснении сомнений и неясностей, возникших при исполнении приговора с целью установления периода и порядка зачета времени содержания под стражей в срок отбывания наказания в виде лишения свободы.

Лишь после освобождения из мест лишения свободы истцом было подано обращение в Нижегородскую прокуратуру по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях.

Исходя из доводов искового заявления, вывод о нарушении сотрудниками ответчика прав истца сделан на основе данного Нижегородским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях ответа на обращение истца, в котором прокурором указано, что исправительным учреждением произведено неверное исчисление срока наказания.

Однако данный ответ прокурора на обращение истца не является основанием для признания установленным факта совершения сотрудниками ответчика незаконных действий, нанесших вред истцу. Тем более судом достоверно установлено, что расчет даты окончания срока отбывания наказания ФИО1 был произведен на основании вступивших в законную силу судебных актов.

Между тем в силу норм о взыскании вреда и компенсации морального вреда при отсутствии хотя бы одного из перечисленных элементов (наличие вреда, физических или нравственных страданий потерпевшего, противоправность поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда и причинно-следственная связь между неправомерными действиями (бездействием) и наступившими вредными последствиями) применение к правонарушителю мер гражданско-правовой ответственности не допускается.

Доводы истца сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для компенсации морального вреда, поскольку основаны на субъективной оценке действий (бездействия) сотрудников исправительного учреждения.

Таким образом, установив отсутствие совокупности условий для компенсации истцу морального вреда, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований.

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФКУ ИК-№ ГУФСИН России по Нижегородской области о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Лысковский районный суд <адрес>.

Судья (подпись) А.В. Калинина