Решение № 2-3412/2024 2-3412/2024~М-1773/2024 М-1773/2024 от 28 октября 2024 г. по делу № 2-3412/2024

Дело № 2-3412\2024

66RS0004-01-2024-003355-37

Мотивированное
решение изготовлено 28 октября 2024 года

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 октября 2024 года Ленинский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Васильковой О.М., при секретаре Гильмановой В.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 об оспаривании завещания,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным завещания, составленного ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершим .

В обоснование заявленного иска указано, что в соответствии с указанным завещанием наследником ФИО3 является ФИО2 Истец является наследником первой очереди. В то же время, ФИО3 на момент составления завещания страдал заболеваниями, в силу которых, с учетом преклонного возраста, он не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Таким образом, завещание оформленное ФИО3 является недействительным по основаниям ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Дополнительно в ходе производства по делу истец уточнила правовые основания иска, дополнив их нормами ст.ст. 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В судебное заседание истец не явилась, уполномочила на участие в деле представителя, которая обратила внимание суда, что на период составления завещания ФИО2 трудоустроена не была, стабильный доход не имела, фактически находилась на полном иждивении у ФИО3, который в силу преклонного возраста и моральной зависимости от ФИО2 не мог сформировать свое мнение. ФИО2 запретила ФИО3 общаться с родственниками, оказывала давление на него, пользуясь беззащитным состоянием отца. Все пояснения ФИО2 являются надуманными и противоречивыми. Так, сама ответчик указывала на то, что завещание было подготовлено заранее, она пользовалась всем имуществом наследодателя. Следует учитывать и то, что ранее ФИО3 распорядился всем своим имуществом. Именно по воле ФИО3, в том числе, в пользу внука ФИО4 перешла принадлежащая ему доля в уставном капитале ООО «Стройвзыскания» в размере 58,25 %. И наследодатель и наследники были согласны с данным распределением имущества, и именно по настоянию ФИО2 договоры дарения были признаны недействительными, однако и после этого решение суда длительное время не исполнялось, соответственно ФИО3 не намеревался исполнять судебный акт, так как он в дальнейшем был направлен именно в интересах ФИО2 Также представитель указала на необходимость признания завещания недействительным в связи с не соблюдением требований об обязательной доле, на которую имеет право истец. Представитель настаивала на необходимости назначения повторной экспертизы, представив в обоснование совей позиции заключение-рецензию специалиста, которое, по мнению представителя, очевидно и объективно свидетельствует о недостоверности полученного заключения как в связи с формальным нарушением при его составлении так и в связи с наличием существенных противоречий, не соответствии выводов обстоятельствам дела и представленной медицинской документации.

В судебном заседании ответчик и ее представитель просили в удовлетворении иска отказать, поскольку составление завещания было осознанным и волевым решением ФИО3 Ответчик постоянно заботилась о наследодателе, который не имел тех заболеваний, которые могли бы повлечь искажение воли. Намерение передать имущество в порядке наследования вызвано было добрым отношением к ответчику со стороны ФИО3, и неприязненным отношением к ответчику, которому он не доверял в силу ранее произошедших событий.

В судебное заседание не явился нотариус ФИО5, о рассмотрении дела извещен. Ранее направил в суд заявление о проведении слушания дела в его отсутствие.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы настоящего дела, и оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии с ч.2 ст.1, ч.1 ст.9, ст.12 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 3,4 Гражданского процессуально кодекса Российской Федерации при обращении в суд за защитой нарушенного или оспариваемого права гражданин самостоятельно определяет предмет и основания своего требования.

В соответствии со ст.196 Гражданского процессуально кодекса Российской Федерации, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. За пределы заявленных требований суд может выйти в случаях, предусмотренных федеральным законом.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуально кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуально кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

ФИО3, года рождения, скончался .

При жизни ФИО3 составил завещание от в пользу ФИО2

После смерти наследодателя данный ответчик обратилась с соответствующим заявлением в адрес нотариуса о получении свидетельств о праве на наследство по завещанию.

ФИО1, наследник первой очереди, оспорила действительность завещания, указав, что в силу престарелого возраста и состояния здоровья ФИО3 не мог в полной мере осознавать существо совершаемых им действий.

В ходе производства по настоящему гражданскому делу судом была назначена посмертная амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая судебная экспертиза, по итогам проведения которой экспертами сделан вывод о том, что в момент составления завещания от у ФИО3 имелось легкое когнитивное расстройство в связи с сосудистым заболеванием головного мозга. Однозначных и убедительных данных о наличии такого сочетания когнитивных и эмоционально-волевых нарушений, которое бы лишало способности понимать значением своих действий и руководить ими по представленным материалам дела и данным медицинской документации у ФИО3 не выявлено. Таким образом, у ФИО3 не выявлено такого состояния, которое бы лишало его возможности понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания от , в том числе в процессе назначенного ему лечения.

При указанных обстоятельствах, у суда отсутствуют доказательства того, что ФИО3 в момент составления завещания при котором не мог понимать значение своих действий и руководить ими, в том числе, осознанно принимать решения и понимать существо и последствия совершаемого им действия по составлению завещания.

Также экспертом указано, что при госпитализации ФИО3 в стационар от диагноз деменции ему не устанавливался. Диагноз деменции устанавливается при наличии стойких и выраженных когнитивных нарушений. Во время экспериментально-психологического исследования выявлялись признаки деменции тяжелой степени выраженности, то есть его когнитивные функции в тот момент были снижены до степени деменции, что было вызвано ухудшением его физического состояния, при поступлении он не мог предъявить жалоб из-за тяжести состояния, у него имелся отек головного мозга, вскоре после госпитализации ФИО3 умер. К тому же в материалах дела имеется видеозапись, на которой у ФИО3 не выявляется описанных при последней госпитализации нарушений. Таким признаки поражения головного мозга. Как кортикальная церебральная атрофия, глиозные очаги, не обязательно проявляются тяжелой симптоматикой в виде значимого когнитивного снижения.

В акте отражено наличие почерковедческого исследования, оценка заключения почерковедческой экспертизы не входит в компетенцию судебно-психиатрических экспертиз. Наличие «сбивающих факторов» не является основанием для диагностики тяжелого психического расстройства.

Пояснение дается по уже составленному заключению, при формулировке вопросов судом не было предложено исключить какие-то показания свидетелей. При вынесении решения анализируются данные медицинской документации, материалы гражданского дела, пояснения свидетелей в совокупности.

Вопрос «могли ли поменяться выводы» является гипотетическим, выяснить, поменяются ли выводы, возможно только в рамках отдельного исследования. Как правило, врачами общей практики редко оценивается влияние препарата на психоэмоциональную сферу человека. Теоретические знания об этом возможном влиянии, ничем не подкрепленные, не дают основания полагать изменения в психическом состоянии подэкспертного.

Динамика принятия решения ФИО3 относительно сделки дарения ФИО1 дома в 2019 году в предоставленных материалах дела не описана и при настоящей экспертизе ее анализ не проводился. Решение ФИО3 оспорить данную сделку дарения позже, не может однозначно указывать на его непоследовательное поведение, данное утверждение носит гипотетический характер, может быть определено динамикой межличностных отношений с близкими, а также рядом других внешних и внутренних факторов, сведениями о которых эксперты не располагали.

Данных о наличии когнитивных и эмоционально-личностных нарушениях у ФИО3 в предоставленных медицинских документах от 2022 года не имеется. Описываемые ФИО2 «признаки забывчивости и трудности в понимании с отцом при обращении» в 2022 году могут указывать на отдельные нарушения в когнитивной и эмоциональной сфере, но не отражают признаков выраженного интеллектуально-мнестического снижения.

Вопрос о том, могло ли после перенесенных заболеваний в 2022 году и после смерти супруги состояние ФИО3 существенно ухудшиться как в волевой сфере, так и в психоэмоциональном состоянии, носит гипотетический характер и не находит подтверждения в медицинской документации юридически значимого периода. По предоставленным медицинским документам и материалам дела, однозначных и убедительных данных о наличии такого сочетания когнитивных и эмоционально-волевых нарушений, которое бы лишало способность ФИО3 понимать значение своих действий м руководить ими в юридически значимый период, не выявлено.

В силу пункта 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

В силу ст. 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.

Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя.

Согласно п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от N 9 (ред. от ) "О судебной практике по делам о наследовании" недействительным может быть как завещание в целом, так и отдельные содержащиеся в нем завещательные распоряжения. Недействительность отдельных распоряжений, содержащихся в завещании, не затрагивает остальной части завещания, если можно предположить, что она была бы включена в завещание и при отсутствии распоряжений, являю27. Завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

Поскольку завещание является сделкой, к нему применимы общие нормы права о действительности либо недействительности сделок.

В соответствии с ч. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Таким образом, истец обладает правом на оспаривание завещания в силу наличия правовой заинтересованности по вышеуказанному правовому основанию. При этом суду следовало представить доказательства наличия порока воли наследодателя при составлении завещания.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда не обязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 названного Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенных норм права заключение экспертизы не обязательно, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами. ??????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????j??????????????J?J??????????J?J?J???j??????J?J??????????J?J?J??????J?J?J??????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????????™???????