Решение № 2-3860/2016 2-79/2017 2-79/2017(2-3860/2016;)~М-3823/2016 М-3823/2016 от 1 мая 2017 г. по делу № 2-3860/2016

Дело №2-79/2017

Мотивированное
решение изготовлено 2 мая 2017 года.

Решение

именем Российской Федерации

г.Саранск 27 апреля 2017 года

Октябрьский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе:

председательствующего-судьи Бондаренко Н.П.,

с участием секретаря судебного заседания Сарайкиной А.М.,

с участием в деле:

истца – ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании доверенности от 4 июля 2016 года, сроком на три года,

ответчицы – ФИО3, ее представителя ФИО4, адвоката Мордовской Республиканской коллегии адвокатов, действующего на основании ордера <...> от 20 декабря 2016 года,

ответчицы – ФИО5,

ответчика – администрации городского округа Саранск,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Федерального государственного бюджетного учреждения «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия»,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца – общества с ограниченной ответственностью «Аргус», ответчика, его представителя ФИО6, действующего на основании доверенности от 27 апреля 2017 года, сроком на один день,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора - ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5 и администрации городского округа Саранск о признании недействительными сведений о характерных точках границы земельного участка и об установлении границ земельного участка и по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Аргус» о возложении обязанности безвозмездно устранить недостатки выполненной работы, признании недействительным межевого плана земельного участка, исправлении границ земельного участка, взыскании компенсации морального вреда, штрафа, возмещении судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО3, ФИО5 и администрации городского округа Саранск.

В обоснование своих требований истец указал, что он является собственником земельного участка, площадью 1 305 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>. В апреле 2015 года при проведении кадастровых работ по установлению поворотных точек своего земельного участка обнаружена кадастровая ошибка. Границы земельного участка с кадастровым номером <...>, принадлежащего ФИО3 по сведениям ГКН находятся в границах его земельного участка. 29 июня 2016 года кадастровый инженер Т. выявил несоответствие сведений ГКН фактическому местоположению углов поворота границ земельного участка, которые отражены в его заключении.

Просил признать недействительными сведения о характерных точках границы земельного участка, общей площадью 1 305 кв.м. с кадастровым номером <...>, расположенного по адресу: <адрес>.

Установить границы земельного участка, общей площадью 1 305 кв.м. с кадастровым номером <...>, расположенного по адресу: <адрес>, в соответствии с заключением кадастрового инженера Т. по следующим координатам:

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>

<...>) (л.д.1-3 том 1).

24 августа 2016 года ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Аргус» о возложении обязанности безвозмездно устранить недостатки выполненной работы, признании недействительным межевого плана земельного участка, исправлении границ земельного участка, взыскании компенсации морального вреда, штрафа и возмещении судебных расходов.

В обосновании иска указал, что 22 мая 2014 года он с ООО «Аргус» заключил договор на выполнение землеустроительных работ. По условиям договора ответчик должен был подготовить схему расположения его земельного участка, организовать выезд на место проведения межевания земельного участка, подготовить межевой план на земельный участок для ФГУ «Земельная кадастровая палат», юридическое сопровождение землеустроительной документации. После проведенных работ был подписан акт приема работ и уплачена сумма в размере 22 950 рублей. В апреле 2016 года соседкой ФИО3 при проведении кадастровых работ по установлению поворотных точек своего земельного участка была обнаружена кадастровая ошибка. В результате было выявлено несоответствие границ его земельного участка по сведениям ГКН их фактическому местонахождению. Он обратился с требованием к ответчику безвозмездно устранить выявленные ошибки. Ответчик после получения претензии провел полевые работы, и ошибки не установил. 29 июня 2016 года он заключил договор с кадастровым инженером ООО «КИТ-Кадастр» Т., который осуществил исследование в натуре земельного участка с целью определения фактических координат характерных точек углов поворота границ земельного участка. По результатам было выявлено несоответствие сведений ГКН фактическому местоположению углов поворота границ земельного участка

С учетом увеличения исковых требований просил на основании статьи 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» обязать ООО «Аргус» безвозмездно устранить недостатки выполненной работы, взыскать компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей, взыскать стоимость изготовленного Т. заключения кадастрового инженера в сумме 7 000 рублей, признать недействительным межевой план, составленный ООО «Аргус» на земельный участок, с кадастровым номером <...>, взыскать штраф, расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей и исправить границы земельного участка, в соответствии с заключением кадастрового инженера Т. (л.д.1-2, 123, 144-146 том 4).

Определением Октябрьского районного суда г.Саранска от 7 февраля 2017 года гражданское дело <...> по иску ФИО1 к ООО «Аргус» о возложении обязанности безвозмездно устранить недостатки выполненной работы, признании недействительным межевого плана земельного участка, исправлении границ земельного участка, взыскании компенсации морального вреда, штрафа и возмещении судебных расходов объединено с гражданским делом №2-79/2017 по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5 и администрации городского округа Саранск о признании недействительными сведений о характерных точках границы земельного участка и об установлении границ земельного участка (л.д.174-175 том 4)

В судебное заседание истец ФИО1 и его представитель ФИО2, ответчица ФИО5, представитель ответчика – администрации городского округа Саранск, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия», третье лицо, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО7 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом (л.д.110,117,119,120,121 том 5), о причинах неявки суд не известили. В материалах дела имеется заявление директора филиала ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» ФИО8 о рассмотрении дела в отсутствие представителя филиала (л.д.218-219 том 4).

В судебном заседание ответчица ФИО3 и ее представитель ФИО4 исковые требования не признали, в их удовлетворении просили суд отказать.

Представитель ответчика, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца – общества с ограниченной ответственностью «Аргус» ФИО6 исковые требования не признал, в их удовлетворении просил суд отказать, суду пояснил, что при межевании земельных участков ФИО1 и ФИО3 для измерений использовались приборы с большой погрешностью.

В соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

При таких обстоятельствах, в соответствии со статьей 167 ГПК РФ, а также с учетом принципа диспозитивности и недопущения злоупотребления процессуальными правами, суд находит возможным рассмотреть данное дело в отсутствие истца ФИО1 и его представителя ФИО2, соответчика ФИО5, представителя ответчика – администрации городского округа Саранск, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Мордовия», третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО7, поскольку о времени и месте судебного заседания указанные лица извещены надлежащим образом, об уважительности причины неявки суду не сообщили, об отложении или рассмотрении дела в их отсутствие не ходатайствовали.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, допросив эксперта, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО1 является собственником жилого дома и земельного участка, площадью 1 305 кв.м., расположенных по адресу: <адрес> (л.д.4,13 том 1).

ФИО3 является собственником жилого дома и земельного участка, площадью 1 305 кв.м., расположенных по адресу: <адрес> (л.д.50,157 том 1).

ФИО5 является собственником земельного участка, по адресу: <адрес>.

30 мая 2014 года ООО «Аргус» по заказу ФИО1, ФИО3 и ФИО7 изготовило межевой план земельных участков с кадастровыми номерами <...>, <...>, <...>, в результате выполнения кадастровых работ в связи с исправлением ошибок в местоположении границ указанных земельных участков (л.д.36-51 том 1).

Истец в обоснование требования о признании недействительными сведений о характерных точках границы земельного участка, ссылаясь на заключение кадастрового инженера Т., указал, что координаты границ земельного участка, указанные в межевом плане от 30 мая 2014 года, не совпадают с фактическим землепользованием, то есть имеется кадастровая ошибка.

Статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено право собственника требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно статье 70 Земельного кодекса Российской Федерации (в редакции действующий на момент проведения кадастровых работ), государственный кадастровый учет земельных участков осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом "О государственном кадастре недвижимости", с 1 января 2017 года в порядке, установленном Федеральным законом "О государственной регистрации недвижимости".

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 28 Федерального закона "О государственном кадастре недвижимости" (в редакции, действующий до 1 января 2017 года) ошибкой в государственном кадастре недвижимости является воспроизведенная в государственном кадастре недвижимости ошибка в документе, на основании которого вносились сведения в государственный кадастр недвижимости.

Согласно пункту 4 статьи 28 Закона ошибка в сведениях подлежит исправлению в порядке, установленном для учета изменений соответствующего объекта недвижимости (если документами, которые содержат такую ошибку и на основании которых внесены сведения в государственный кадастр недвижимости, являются документы, представленные в соответствии со статьей 22 указанного Федерального закона), или в порядке информационного взаимодействия (если документами, которые содержат такую ошибку и на основании которых внесены сведения в государственный кадастр недвижимости, являются документы, поступившие в орган кадастрового учета в порядке информационного взаимодействия) либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении такой ошибки.

Орган кадастрового учета при обнаружении кадастровой ошибки в сведениях принимает решение о необходимости устранения такой ошибки, которое должно содержать дату выявления такой ошибки, ее описание с обоснованием квалификации соответствующих сведений как ошибочных, а также указание, в чем состоит необходимость исправления такой ошибки. Орган кадастрового учета не позднее рабочего дня, следующего за днем принятия данного решения, направляет его заинтересованным лицам или в соответствующие органы для исправления такой ошибки в предусмотренном пунктом 4 настоящей статьи порядке. Суд по требованию любого лица или любого органа, в том числе органа кадастрового учета, вправе принять решение об исправлении кадастровой ошибки в сведениях (пункт 5 статьи 28 Федерального закона "О государственном кадастре недвижимости").

В соответствии со статьей 61 Федерального закона от 13 июля 2015 года №218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом (далее - реестровая ошибка), подлежит исправлению по решению государственного регистратора прав в течение пяти рабочих дней со дня получения документов, в том числе в порядке информационного взаимодействия, свидетельствующих о наличии реестровых ошибок и содержащих необходимые для их исправления сведения, либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки. Исправление реестровой ошибки осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимости.

По заключению судебной землеустроительной экспертизы, выполненной экспертами АНО «НИИ судебной экспертизы» Е. и М., фактическое местоположение границ земельных участков и их площадей с кадастровым номером <...>, расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего ФИО1 и с кадастровым номером <...> расположенного по адресу: <адрес>, принадлежащего ФИО3 частично не соответствует данным правоустанавливающих, правоподтверждающих документов и данным государственного кадастра недвижимости.

Несоответствие фактических границ земельных участков с кадастровым номером <...> и с кадастровым номером <...>, сведениям государственного кадастра недвижимости выражается в том, что при исправлении кадастровой ошибки в местоположении данных земельных участков, согласно межевого плана от 30 мая 2014 года: не учитывалось фактическое местоположение границ исследуемых земельных участков, по имеющимся ограждениям на момент проведения кадастровых работ; при определении левой межевой границы (от точки 1 до точки 3) участка по <адрес>, кадастровый инженер «привязался» к границе земельного участка по <адрес> (КН <...>), который состоит на кадастровом учете с 21 сентября 2004 год; увеличение фактических площадей земельных участков произошло за счет прихвата земель общего пользования и за счет несоответствия фактических границ участков, межевым.

Имеется наложение границ земельных участков с кадастровым номером <...>, принадлежащего ФИО1 и с кадастровым номером <...>, принадлежащего ФИО3, согласно сопоставления фактических границ землепользований со сведениями государственного кадастра недвижимости (от точки 8 до точки 10). Площадь наложения составляет 16,8 кв.м.

На момент осмотра граница между исследуемыми земельными участками с кадастровым номером <...> и с кадастровым номером <...> проходит по суходолу – от точки н4, обозначенной металлическим столбом, возводимого забора при д/в <...> до точки н5, обозначенной металлическим столбом деревянного забора при д/3 <...> – 5,0 от точки н5 до точки н6, обозначенной правым углом полуразрушенного сарая (лит.Г4) при д/в <...> – 1,8 м., по суходолу – от точки н6 до точки н7, обозначенной сопряжением шиферного и деревянного заборов – 17,0 м., по шиферному забору – 36,53 м. Вдоль спорной границы истцом ФИО1 возведены хозяйственные строения, которые не обозначены в техническом паспорте от 30 октября 2008 года.

Достоверных данных о том, как проходила исследуемая граница между земельными участками по <адрес> на момент проведения межевания в 2014 году у эксперта не имеется.

Местоположение границ земельного участка с кадастровым номером <...>, принадлежащего ФИО1 не соответствует данным государственного кадастра недвижимости по материалам межевого дела от 22 октября 2009 года, от 12 августа 2010 года и от 30 мая 2014 года.Местоположение границ земельного участка с кадастровым номером <...> согласно актуальных сведений единого государственного реестра недвижимости полностью совпадает с границами данного земельного участка по материалам межевого плана от 30 мая 2014 года.

В сведениях государственного кадастра недвижимости о местоположении границы земельного участка с кадастровым номером <...>, принадлежащего ФИО1 имеется кадастровая ошибка. Правая межевая граница (от точки 6 до точки 5) не соответствует по местоположению фактической, обозначенной на местности каменным забором из металлической сетки, имеющимся на момент проведения кадастровых работ. Местоположение точки 8 межевой границы на местности ничем не обозначено (столб забора, строение или др. отсутствуют), местоположение точки 9 межевой границы на местности ничем не обозначено. Местоположение точки 10 (в пределах допустимой погрешности) на местности обозначено металлическим столбом сопряжения металлических заборов (из профнастила), причем шиферный забор, имеющийся между земельными участками по <адрес> и по <адрес>, расположен на расстоянии 0,31 м. от данного сопряжения заборов. По окончанию забора из шиферных листов на одной линии с ним, расположен металлический столб (с металлическими уголками). Следовательно, ранее шиферный забор был установлен до задней границы. При установлении металлического забора из профнастила, часть шиферного забора, проходящая параллельно на расстоянии 0,35 м от данного металлического забора демонтирована. Таким образом, эксперт предполагает, что шиферный забор, находящийся на момент осмотра от 21 марта 2017 года между исследуемыми земельными участками, установлен ранее металлического забора из профнастила. Следовательно, межевая граница от точки 9 до точки 10 между исследуемыми участками, проходит на расстоянии от 0,31 м. до 0,60 м. от шиферного забора (вглубь участка <...>) и не соответствует фактическому местоположению границы на момент проведения кадастровых работ по исправлению кадастровой ошибки (межевой план от 30 мая 2014 года и от 24 сентября 2014 года). Местоположение точек 7 и 8 левой межевой границы земельного участка с кадастровым номером <...> на местности на момент осмотра не обозначено (отсутствуют опознавательные элементы ограждений или строений). Графическим способом экспертом установлено, что линии 7-8 межевой границы, не являющейся общей для земельных участков с кадастровым номером <...> и с кадастровым номером <...>, находится на территории земельного участка, находящегося в фактическом пользовании ФИО1 расстояние от точки н4, обозначенной на местности металлическим столбом, возводимого забора палисада д/в <...> до проекции линии 7-8 составляет 1,30 м. Точка 8 (4), являющейся общей поворотной точкой земельных участков с кадастровым номером <...> и с кадастровым номером <...>, находится на земельном участке с кадастровым номером <...>, согласно правоустанавливающих документов и сложившегося порядка пользования. Расстояние от точки 8 до створа (одной линии) точки н5, обозначенной на местности металлическим столбом деревянного забора д/в 313 составляет 0,34 м.

Кадастровая ошибка может быть устранена путем проведения кадастровых работ по уточнению местоположения границ и площади земельного участка с кадастровым номером <...>.

Границы земельного участка с кадастровым номером <...> по результатам экспертного осмотра от 21 марта 2017 года не соответствуют координатам, указанным в заключение кадастрового инженера Т.

Координаты по заключению кадастрового инженера Т. противоречат данным правоустанавливающих документов и сведениям государственного кадастра недвижимости земельного участка с кадастровым номером <...>.

Экспертами разработаны варианты установления границ земельных участков, с учетом сложившегося порядка землепользования, закрепленного с использованием природных объектов или объектов искусственного и строительного происхождения и по сложившемуся порядку пользования с учетом правоустанавливающих документов.

В соответствии с частью 7 статьи 38 и частью 1 статьи 39 Федерального закона "О государственном кадастре недвижимости", действовавшей на момент проведения кадастровых работ по установлению границ земельных участков с кадастровыми номерами <...>, <...>, <...>, частями 3 и 8 статьи 22 Федерального закона "О государственной регистрации недвижимости", местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части. Местоположение границ земельных участков подлежит обязательному согласованию.

На основании пункта 1 части 3 статьи 39 Федерального закона "О кадастровой деятельности", согласование местоположения границ проводится с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве собственности.

Согласно части 2 статьи 39 Федерального закона "О кадастровой деятельности", предметом указанного в части 1 настоящей статьи согласования с заинтересованным лицом при выполнении кадастровых работ является определение местоположения границы такого земельного участка, одновременно являющейся границей другого принадлежащего этому заинтересованному лицу земельного участка.

Приведенные нормы права предписывают, что земельный участок должен быть индивидуализирован на местности, при этом границы участка должны быть описаны и удостоверены, в том числе посредством проведения в отношении каждого конкретного земельного участка землеустроительных работ. Установление границ земельного участка является одним из средств его индивидуализации как объекта прав землепользования.

По смыслу указанных норм границы земельного участка могут быть уточнены и установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства только один раз. Изменение указанных границ путем установления новых без оспаривания прежних и признания их недействительными не допускается.

Поскольку сведения о границе земельного участка, принадлежащего ФИО3 с кадастровым номером <...>, имеющей общую границу с участком ФИО1, содержатся в Едином государственном реестре недвижимости, границы являются установленными и никем не оспорены, установление границ участка истца, по предложенному им варианту по заключению кадастрового инженера Т. приведет к наложению границ на участок смежного землепользователя и возникновению в Едином государственном реестре недвижимости сведений об одной границе, имеющей разные координаты, что в силу закона недопустимо.

Учитывая, что истцом исковые требования не уточнялись, суд, руководствуясь положениями части 3 статьи 196 ГПК РФ, не выходя за пределы исковых требований, не усматривает основания для удовлетворения требований истца о признании недействительными сведений о характерных точках границы земельного участка и об установлении границ его земельного участка по заключению кадастрового инженера Т.

Следовательно, не подлежат удовлетворению требования истца о возложении на ООО «Аргус» безвозмездно устранить недостатки выполненной работы, исправив границы земельного участка, в соответствии с заключением кадастрового инженера Т.

Также не подлежат удовлетворению требования ФИО1 о признании межевого плана недействительным, поскольку действующее законодательство не предусматривает возможности признания межевого плана недействительным по требованию заинтересованного лица.

Из материалов дела следует, что 22 мая 2014 года между ФИО1 и ООО «Аргус» заключен договор землеустроительных работ. По условиям которого ООО «Аргус» принял на себя обязательство по выполнению следующих видов работ: подготовка схемы расположения земельных участков по адресу: <адрес>, выезд на место проведения межевания земельного участка, подготовка межевого плана на земельный участок для ФГУ «Земельная кадастровая палат», юридическое сопровождение землеустроительной документации. Стоимость работ составила 22 950 рублей (л.д.5 том 4).

Поскольку факт ненадлежащего исполнения подрядчиком своих обязательств по договору подтвержден заключением землеустроительной экспертизы АНО «НИИ судебной экспертизы», требования ФИО1 о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению.

В силу статьи 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом) или организацией, выполняющей функции изготовителя (продавца) на основании договора с ним, прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Исходя из указанной нормы права, с учетом моральных страданий истца, вины ответчика, требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ООО «Аргус» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №17 от 28 июня 2012 года "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

Таким образом, с ООО «Аргус» в пользу ФИО1 подлежит взысканию штраф в размере 500 рублей.

В соответствии со статьей 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного кодекса.

Согласно статье 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Статьей 94 ГПК РФ предусмотрено, что к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В силу положений статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 17 июля 2007 года №382-О-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Таким образом, судебные расходы присуждаются судом, если они понесены фактически, подтверждены документально, являлись необходимыми и разумными в количественном отношении.

1 июня 2016 года между ИП Л. (исполнителем) и ФИО1 (клиент) заключен договор на оказание юридических услуг по досудебному, а в случае необходимости, судебному сопровождению спора с ООО «Аргус». Стоимость услуг составила 15 000 рублей. Согласно квитанции к приходному кассовому ордеру от 1 июня 2016 года ФИО1 оплатил ИП Л. 15 000 рублей (л.д.31,32 том 4)

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года №1).

Так, из материалов дела следует, что по делу (с учетом его объединения) проведено одно собеседование и семь судебных заседаний: 29 сентября 2016 года, 20 октября 2016 года, 24 октября 2016 года, 10 ноября 2016 года, 20 декабря 2016 года, 29 декабря 2012 года, 7 февраля 2017 года (л.д.32, 52 том 3, л.д.87-88, 116-117, 124, 138-139, 176-178 том 4), с участием представителей сторон.

Принимая во внимание сложность и характер спора, и учитывая объем оказанных представителем юридических услуг, отсутствие возражений со стороны ответчика, суд находит необходимым взыскать с ответчика ООО «Аргус» в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя в заявленном размере 15 000 рублей.

С учетом требований статьи 103 ГПК РФ, подпункта 3 пункта 1 статьи 333.36, подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации с ООО «Аргус» в доход бюджета городского округа Саранск подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

Определением Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 7 февраля 2017 года по данному гражданскому делу по ходатайству истца назначена судебная землеустроительная экспертиза, оплата экспертизы возложена на истца ФИО1 Проведение экспертизы поручено экспертам АНО «НИИ судебной экспертизы».

11 апреля 2017 года в адрес суда возвращено гражданское дело с заключением экспертов и ходатайство зам.директора АНО «НИИ судебной экспертизы» А. о взыскании расходов за производство экспертизы в размере 18 150 рублей к которому приложена калькуляция затрат на производство экспертизы (л.д.30 том 5).

За проведение экспертизы ФИО1 произведена частичная оплата в размере 18 150 рублей.

Поскольку в удовлетворении требования ФИО1 к ФИО3, администрации городского округа Саранск и ФИО9 отказано, то расходы на оплату экспертизы в размере 18 150 рублей подлежат взысканию с ФИО1

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требованиям и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО5 и администрации городского округа Саранск о признании недействительными сведений о характерных точках границы земельного участка и об установлении границ земельного участка в соответствии с заключением кадастрового инженера Т. оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Аргус» о возложении обязанности безвозмездно устранить недостатки выполненной работы, признании недействительным межевого плана земельного участка, исправлении границ земельного участка, взыскании компенсации морального вреда, штрафа, возмещении судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Аргус» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 1 000 (одна тысяча) рублей, штраф в размере 500 (пятьсот) рублей и расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу автономной некоммерческой организации научно-исследовательский институт судебной экспертизы 18 150 (восемнадцать тысяч сто пятьдесят) рублей в счет оплаты за производство судебной землеустроительной экспертизы, назначенной определением Октябрьского районного суда г.Саранска Республики Мордовия от 7 февраля 2017 года по данному делу.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Аргус» в доход бюджета городского округа Саранск расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия.

Председательствующий

Судья Октябрьского районного суда

г.Саранска Республики Мордовия Н.П. Бондаренко