Решение № 2А-706/2017 2А-706/2017~М-732/2017 М-732/2017 от 7 ноября 2017 г. по делу № 2А-706/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

8 ноября 2017 г. г. Грозный

Грозненский гарнизонный военный суд в составе:

председательствующего Яроша С.Ф., при секретаре судебного заседания Гухаеве М.А., с участием административного истца ФИО1 и его представителя ФИО2, представителя командира и аттестационной комиссии войсковой части № <данные изъяты> ФИО3, заместителя командира войсковой части № по вооружению – начальника технической части <данные изъяты> ФИО4, а также прокурора – помощника военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона, войсковая часть №, <данные изъяты> ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда административное дело №а-706/2017 по административному исковому заявлению бывшего военнослужащего войсковой части № <данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий командира войсковой части №, заместителя командира воинской части по вооружению – начальника технической части и аттестационной комиссии войсковой части №, связанных с привлечением к дисциплинарной ответственности и досрочным увольнением с военной службы,

установил:

ФИО1 обратился в военный суд с административным исковым заявлением, в котором с учетом последующих уточнений просил:

- признать незаконными протокол о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г. и приказы командира войсковой части № от 17 июля 2017 г. № 711, от 23 августа 2017 г. № 807 и от 5 сентября 2017 г. № 841 в части привлечения его к дисциплинарной ответственности, а также обязать командира войсковой части № отменить протокол о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г. и указанные приказы в части привлечения его к дисциплинарной ответственности;

- признать незаконными заключение аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 г. (протокол № 19) в части, касающейся ходатайства об увольнении его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, и приказ командира этой же воинской части от 14 сентября 2017 г. № 21 в части досрочного увольнения его с военной службы, а также обязать командира войсковой части № отменить указанное заключение аттестационной комиссии в части, касающейся ходатайства об увольнении его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, и названный приказ командира воинской части в части увольнения его с военной службы, восстановить его на военной службе в прежней воинской должности и в списках личного состава воинской части, обеспечив положенными видами довольствия за период необоснованного увольнения с военной службы.

В судебном заседании ФИО1 вышеизложенные требования поддержал и просил их удовлетворить, пояснив при этом, что ранее он проходил военную службу по контракту в войсковой части № и приказом командира указанной воинской части, изданным на основании заключения аттестационной комиссии от 12 сентября 2017 г., был досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением условий контракта. Однако, по мнению административного истца, названное заключение аттестационной комиссии воинской части является необъективным, а оспариваемый им приказ командира войсковой № о его досрочном увольнении с военной службы подлежит отмене как незаконный, поскольку в период прохождения военной службы он добросовестно исполнял все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащего и воинскую дисциплину не нарушал.

Представитель административного истца ФИО2 также просил суд удовлетворить заявленный иск и в обоснование позиции своего доверителя пояснил, что 17 июля, 23 августа и 5 сентября 2017 г. ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности вследствие предвзятого отношения к нему со стороны командования воинской части, необоснованно и незаконно, поскольку каких-либо дисциплинарных проступков он не совершал, а кроме того с материалами служебных разбирательств, с протоколом о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г. и оспариваемыми приказами командира воинской части установленным порядком его никто не знакомил.

Наряду с этим ФИО2 в судебном заседании утверждал, что командованием воинской части был нарушен порядок аттестации и последующего увольнения ФИО1 с военной службы, поскольку его доверитель за две недели до проведения заседания аттестационной комиссии воинской части не был ознакомлен с отзывом, содержащимся в аттестационном листе, а само заседание аттестационной комиссии воинской части проводилось формально, без исследования всех существенных обстоятельств служебной деятельности административного истца и состояния его здоровья.

Представитель командира и аттестационной комиссии войсковой части № ФИО3 и административный ответчик ФИО4, каждый в отдельности, административный иск не признали и просили суд отказать в его удовлетворении в полном объеме. При этом ФИО3 в судебном заседании пояснил, что в период с июля по сентябрь 2017 г. административный истец совершил три дисциплинарных проступка, один из которых является грубым, в связи с чем аттестационная комиссия воинской части приняла обоснованное решение ходатайствовать перед командиром воинской части о досрочном увольнении его с военной службы. На основании оценки исполнения ФИО1 условий контракта и ходатайства аттестационной комиссии командиром воинской части было принято решение о досрочном увольнении административного истца с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта. По мнению ФИО3, каких-либо нарушений прав ФИО1, порядка привлечения его к дисциплинарной ответственности, а также его аттестации и последующего досрочного увольнения с военной службы командованием воинской части не допущено.

Заслушав объяснения участвующих в судебном заседании лиц и заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении административного иска, а также исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как усматривается из послужного списка, а также выписок из приказов командира войсковой части № от 27 декабря 2008 г. № 317 и от 31 марта 2012 г. № 80, ФИО1 с 27 декабря 2008 г. был зачислен в списки личного состава названной воинской части и с 31 марта 2012 г. проходил военную службу на воинской должности <данные изъяты>

При этом из копии контракта и выписки из приказа командира войсковой части № от 30 октября 2015 г. № 20 видно, что ФИО1 с Министерством внутренних дел Российской Федерации в лице командира указанной воинской части добровольно заключил новый контракт о прохождении военной службы с 18 октября 2015 г. сроком на пять лет.

Согласно копии служебной карточки ФИО1 последний имеет три неснятых дисциплинарных взыскания, которые применены к нему приказами командира войсковой части № от 17 июля 2017 г. № 711, от 23 августа 2017 г. № 807 и от 5 сентября 2017 г. № 841.

В связи с систематическим нарушением административным истцом воинской дисциплины командир автомобильной роты обратился к командиру войсковой части № с рапортом, в котором просил рассмотреть вопрос о досрочном увольнении ФИО1 с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта, что подтверждается исследованной в судебном заседании копией рапорта от 5 сентября 2017 г.

В соответствии с аттестационным листом от 5 сентября 2017 г., содержащим отзыв в отношении административного истца, последний по службе характеризуется отрицательно и имеет ряд неснятых дисциплинарных взысканий, в том числе за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии без уважительных причин в воинской части более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени.

Из протокола заседания аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 г. № 19 видно, что названным коллегиальным органом принято решение ходатайствовать перед командиром воинской части о досрочном увольнении ФИО1 с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

Приказом командира войсковой части № от 14 сентября 2017 г. № 21 административный истец уволен с военной службы в запас в связи с невыполнением условий контракта (подп. «в» п. 2. ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»), что подтверждается исследованной в судебном заседании выпиской из названного приказа.

Согласно выписке из приказа командира войсковой части № от 25 октября 2017 г. № 284 ФИО1 с указанной даты исключен из списков личного состава воинской части в связи с увольнением с военной службы и направлен для постановки на воинский учет в отдел военного комиссариата <адрес>.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что ФИО1, ранее проходивший военную службу по контракту в войсковой части №, досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта по заключению аттестационной комиссии, вынесенному по результатам аттестации военнослужащего, и с 25 октября 2017 г. исключен из списков личного состава воинской части.

Рассматривая административный иск в части требований ФИО1 о признании незаконным приказа командира войсковой части № от 17 июля 2017 г. № 711 о привлечении его к дисциплинарной ответственности, суд исходит из следующего.

В соответствии с ч. 1 и 8 ст. 219 КАС РФ административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов. Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении административного иска.

В судебном заседании ФИО1 утверждал, что о нарушении его прав оспариваемым приказом командира войсковой части № от 17 июля 2017 г. № 711 ему стало известно лишь 19 июля 2017 г. при самостоятельном ознакомлении с указанным приказом в секретной части штаба воинской части.

Между тем, данное утверждение административного истца опровергается совокупностью следующих исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 1 , временно исполнявший в июле 2017 г. обязанности командира автомобильной роты войсковой части №, показал, что 17 июля 2017 г. лично довел ФИО1 о применении к нему дисциплинарного взыскания в виде выговора, а также дважды предлагал последнему ознакомиться как с материалами служебного разбирательства, так и с оспариваемым приказом командира войсковой части, однако последний знакомиться и проставить свою подпись об ознакомлении с указанными материалами служебного разбирательства и приказом командира войсковой части № от 17 июля 2017 г. № 711 отказался.

Данные обстоятельства также подтвердил и допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 2, согласно показаниям которого вечером 17 июля 2017 г. в канцелярии командира автомобильной роты войсковой части № административному истцу было предложено ознакомиться с материалами служебного разбирательства и соответствующим приказом командира войсковой части № о применении к нему дисциплинарного взыскания в виде выговора, но тот от ознакомления с названными документами отказался, что также подтверждается исследованным в судебном заседании соответствующим актом от указанной даты.

При таких обстоятельствах суд приходит к убеждению о том, что административному истцу о предполагаемом нарушении его прав оспариваемым приказом командира войсковой части № от 17 июля 2017 г. № 711 стало известно, во всяком случае, не позднее 17 июля 2017 г.

Между тем, исследованием штампа, проставленного на административном исковом заявлении, установлено, что данное заявление сдано в приемную суда 19 октября 2017 г., то есть с пропуском установленного ст. 219 КАС РФ срока обращения в суд.

В судебном заседании административный истец и его представитель каких-либо причин пропуска установленного законом трехмесячного срока, которые судом могли быть признаны уважительными, не привели, а судом таковых не установлено.

Принимая во внимание данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении административного иска в части оспаривания приказа командира войсковой части № от 17 июля 2017 г. № 711 надлежит отказать в связи с пропуском ФИО1 срока обращения в суд без исследования иных фактических обстоятельств.

Рассматривая административный иск в части требований ФИО1 о признании незаконными приказов командира войсковой части № от 23 августа 2017 г. № 807 и от 5 сентября 2017 г. № 841 в части, касающейся привлечения его к дисциплинарной ответственности, а также протокола о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г., суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 28 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (далее – Закон) военнослужащий, в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается к дисциплинарной, административной, материальной, гражданско-правовой и уголовной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами.

Статьей 28.2 этого же Закона и ст. 47 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Дисциплинарный устав) определено, что военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.

При этом военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина. Виновным в совершении дисциплинарного проступка признается военнослужащий, совершивший противоправное действие (бездействие) умышленно или по неосторожности.

Как следует из ст. 28.8 Закона, по каждому факту совершения военнослужащим дисциплинарного проступка проводится разбирательство, которое согласно ст. 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Дисциплинарный устав) проводится в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка. Материалы разбирательства о грубом дисциплинарном проступке оформляются только в письменном виде.

В ходе разбирательства должны быть собраны доказательства, на основании которых могут быть установлены обстоятельства, подлежащие выяснению при привлечении военнослужащего к дисциплинарной ответственности.

Разбирательство по факту совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка заканчивается составлением протокола о грубом дисциплинарном проступке, который по форме и содержанию должен соответствовать приложению № 8 к Дисциплинарному уставу и п. 8 ст. 28.8 Закона.

При этом военнослужащему, в отношении которого составлен протокол о грубом дисциплинарном проступке, должна быть предоставлена возможность ознакомления с протоколом. Протокол о грубом дисциплинарном проступке подписывается составившим его лицом и военнослужащим или гражданином, призванным на военные сборы, в отношении которого он составлен, а в случае, если военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, отказывается подписать протокол, в нем делается соответствующая запись лицом, составившим протокол.

В соответствии со ст. 28.4 Закона дисциплинарное взыскание является установленной государством мерой ответственности за дисциплинарный проступок, совершенный военнослужащим и применяется в целях предупреждения совершения дисциплинарных проступков. За дисциплинарный проступок к военнослужащему могут применяться, в том числе, и такой вид дисциплинарного взыскания, как «строгий выговор».

Как следует из приказа командира войсковой части № от 23 августа 2017 г. № 807, ФИО1 за нарушение требований ст. 16 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации (далее – Устав внутренней службы), выразившееся в причинении ущерба государству, привлечен к дисциплинарной ответственности в виде строго выговора.

При этом вопреки доводам административного истца и его представителя, законность и обоснованность привлечения ФИО1 вышеназванным приказом командира воинской части к дисциплинарной ответственности за нарушение воинской дисциплины подтверждается совокупностью следующих исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 3 – начальник службы горючего и смазочных материалов войсковой части №, показал, что им по указанию командира воинской части проводилось административное расследование по факту причинения ФИО1 материального ущерба, в ходе которого было установлено, что утром 2 августа 2017 г. административный истец на автомобиле марки УАЗ-315195, государственный регистрационный знак №, убыл из расположения войсковой части №, дислоцированной в <адрес>, для сопровождения воинской колоны. При этом по возвращении в пункт постоянной дислокации воинской части согласно показаниям спидометра реальный пробег транспортного средства составил 36 км, что соответствовало расстоянию по маршруту «<адрес> – н.<адрес>». Однако ФИО1, закрывая путевой лист, внес в него недостоверные сведения, указав, что проехал 174 км., тем самым необоснованно списал 22 литра бензина марки АИ-92. При комиссионном снятии остатков горючего в баках автомобиля марки УАЗ-315195, государственный регистрационный знак №, была установлена недостача около 26 литров бензина марки АИ-92, в связи с чем государству в лице войсковой части № был причинен материальный ущерб на общую сумму 694 руб. 45 коп.

Согласно показаниям допрошенного в судебном заседании свидетеля Свидетель № 4 – техника по безопасности – начальника контрольно-технического пункта воинской части, закрепленное за ФИО1 транспортное средство УАЗ-315195, государственный регистрационный знак №, 2 августа 2017 г. перед убытием в рейс проверялось лично им и было полностью технически исправным. Вместе с тем при постановке в парк данного транспортного средства после рейса им было обнаружено, что сведения о пробеге, указанные ФИО1 в путевом листе, превышают показания спидометра на 138 км., о чем он незамедлительно доложил заместителю командира воинской части по вооружению – начальнику технической части <данные изъяты> Свидетель № 5.

Показания свидетелей Свидетель № 3 и Свидетель № 4, каждого в отдельности, согласуются как между собой, так и с показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей Свидетель № 6 и Свидетель № 7, а кроме того подтверждаются исследованными в судебном заседании письменными доказательствами, а именно: заключением по материалам административного расследования и приложенными к нему рапортом заместителя командира полка по вооружению – начальника технической части <данные изъяты> Свидетель № 5, письменными объяснениями военнослужащих Свидетель № 6, Свидетель № 8, Свидетель № 7 и Свидетель № 9, копиями путевого листа от 1 августа 2017 г. № 4208 и ведомости замера горючего № 38, справкой-расчетом от 9 августа 2017 г. № 17 и данными в ходе служебного разбирательства письменными объяснениями самого ФИО1, согласно которым 2 августа 2017 г. он осуществил поездку по маршруту <адрес> – <адрес>» протяженностью 174 км., но пояснить расхождения между показаниями спидометра и данными, указанными им в путевом листе, не смог.

В судебном заседании административный истец также утверждал, что 2 августа 2017 г. он сопровождал воинскую колонну от места дислокации воинской части до <адрес>, после чего, уведомив старшего колонны <данные изъяты> Свидетель № 8, развернулся и убыл обратно в воинскую часть. По прибытии в воинскую часть он отразил в путевом листе сведения о поездке по маршруту «<адрес> – <адрес>» протяженностью 174 км, что соответствовало показаниям спидометра, а именно 69 205 км., которые были проверены и внесены в путевой лист дежурным по парку <данные изъяты> Свидетель № 9.

Однако допрошенные в судебном заседании, каждый в отдельности, свидетели Свидетель № 8 и Свидетель № 10 показали, что 2 августа 2017 г. ФИО1 на автомобиле ВАИ сопровождал воинскую колонну только по маршруту «<адрес> – <адрес>», после чего на повороте на <адрес> развернулся и убыл в обратном направлении, в связи с чем воинская колона в дальнейшем следовала самостоятельно без сопровождения машины ВАИ. При этом из показаний указанных свидетелей также следует, что административный истец в <адрес> не прибывал и не уведомлял Свидетель № 8 об окончании сопровождения воинской колонны.

Кроме того, как показал допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 9, исполнявший 2 августа 2017 г. обязанности дежурного по парку воинской части, в указанный день после возращения ФИО1 из рейса он показания спидометра транспортного средства УАЗ-315195, государственный регистрационный знак №, с данными о пробеге, внесенными административным истцом в путевой лист от 1 августа 2017 г. № 4208, не сверял и, доверившись ФИО1, как своему товарищу по службе, проставил свою подпись в указанном путевом листе, что согласуется с исследованной в судебном заседании выпиской из приказа командира войсковой части № от 7 ноября 2017 г. № 1057, согласно которому ФИО6 за ненадлежащее исполнение специальных обязанностей привлечен к дисциплинарной ответственности.

Более того, согласно пояснениям ФИО1, данным в судебном заседании, для сопровождения воинской колонны по маршруту «<адрес> – <адрес>» он выехал из воинской части в 6 час. 2 августа 2017 г., а возвратился обратно в 8 час. того же дня, проехав при этом 174 км. (87 км. – до пункта назначения и 87 км. – обратно), что и указал в путевом листе по возвращении в воинскую часть. При этом административный истец также пояснил, что возвращаясь обратно в пункт постоянной дислокации, он останавливался и около 20-30 мин. потратил на замену колеса.

Однако допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 8, являвшийся 2 августа 2017 г. старшим воинской колонны, показал, что указанная колонна двигалась по маршруту «<адрес> – <адрес>» со скоростью 40-45 км./час., что не оспаривал в суде и сам административный истец.

При таких обстоятельствах, утверждение ФИО1 о том, что в 8 час. 2 августа 2017 г. показания спидометра закрепленного за ним транспортного средства составляли 69 205 км., а фактический пробег транспортного средства составлял 174 км., суд находит надуманным и в связи с этим относится критически к представленной представителем административного истца светокопии фотографии спидометра УАЗ-315195, государственный регистрационный знак №.

В соответствии со ст. 1 Дисциплинарного устава воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами Вооруженных Сил Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и приказами (приказаниями) командиров (начальников).

Согласно ст. 16 Устава внутренней службы военнослужащий обязан совершенствовать воинское мастерство, содержать в постоянной готовности к применению вооружение и военную технику, а также беречь военное имущество.

Проанализировав и оценив исследованные в ходе судебного заседания доказательства в их совокупности, суд считает установленным факт совершения ФИО1 2 августа 2017 г. дисциплинарного проступка, выразившегося в нарушении последним требований ст. 1 Дисциплинарного устава и ст. 16 Устава внутренней службы, что повлекло причинение материального ущерба государству в лице войсковой части №. При этом привлечение административного истца за совершение данного проступка к дисциплинарной ответственности в виде строго выговора суд полагает законным и обоснованным, поскольку принятию данного решения предшествовало разбирательство, проведенное в соответствии с требованиями действующего законодательства, в ходе которого было бесспорно установлено, как событие дисциплинарного проступка, так и вина в таковом административного истца.

Что же касается доводов административного истца и его представителя о том, что ФИО1 не знакомили с материалами служебного разбирательства и оспариваемым приказом командира воинской части, то суд находит их несостоятельными, поскольку они опровергаются как показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей Свидетель № 10 и Свидетель № 3, так и соответствующим актом от 23 августа 2017 г.

В силу вышеизложенного оснований для признания незаконным приказа командира войсковой части № от 23 августа 2017 г. № 807 о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде строгого выговора суд не усматривает.

Что же касается оспариваемых административным истцом протокола о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г. и приказа командира войсковой части № от 5 сентября 2017 г. № 841 о привлечении его к дисциплинарной ответственности, то суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 28.5 Закона и приложением № 7 к Дисциплинарному уставу отсутствие военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в воинской части или установленном за пределами воинской части месте военной службы без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени является грубым дисциплинарным проступком.

Как следует из приказа командира войсковой части № от 5 сентября 2017 г. № 841, к ФИО1 за совершение грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии 23 августа 2017 г. в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, применено дисциплинарное взыскание в виде строго выговора.

В судебном заседании административный истец, оспаривая законность вышеназванного приказа командира воинской части, отрицал факт своего отсутствия 23 августа 2017 г. в воинской части более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, утверждая при этом, что в указанный день он выезжал из расположения воинской части с разрешения заместителя командира полка по вооружению – начальника технической части ФИО4 с целю сопроводить направленное на диагностику транспортное средство марки УАЗ, закрепленное за минометным дивизионом полка, после чего в 12 час. того же дня вернулся обратно в воинскую часть.

Между тем, согласно пояснениям административного ответчика ФИО4, данным в судебном заседании, утром 23 августа 2017 г. он какого-либо разрешения убывать за пределы воинской части ФИО1 не давал, поскольку ранее старшим машины уже был назначен <данные изъяты> Свидетель № 11 и необходимости в назначении административного истца сопровождать вышеуказанное транспортное средство не имелось.

В судебном заседании административный истец пояснил, что о разрешении заместителя командира войсковой части № – начальника технической части ФИО4 выехать 23 августа 2017 г. из воинской части ему стало известно со слов водителя <данные изъяты> Свидетель № 12.

Однако, согласно показаниям допрошенного в судебном заседании свидетеля Свидетель № 12 – водителя транспортного средства марки УАЗ, закрепленного за минометным дивизионом полка, 23 августа 2017 г. именно ФИО1 сообщил ему о том, что ФИО4 разрешил административному истцу убыть из расположения воинской части в целях сопровождения на диагностику закрепленного за минометным дивизионом полка транспортного средства. При этом свидетель Свидетель № 12 также показал, что ФИО1 около 9 час. 30 мин. убыл из расположения воинской части и находился вместе с ним и старшим машины Свидетель № 11 за пределами воинской части, около 2 час. 30 мин., а впоследствии убыл на такси в неизвестном направлении.

Данные обстоятельства подтвердил и допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 11, из показаний которого следует, что ФИО1 23 августа 2017 г. в период с 9 час. 30 мин. до 12 час. находился вне расположения воинской части, а впоследствии убыл в неизвестном направлении.

Кроме того, как показал допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 1 – <данные изъяты>, 23 августа 2017 г. им на утреннем построении личного состава воинской части было обнаружено отсутствие ФИО1 в строю подразделения, в связи с чем в дальнейшем были предприняты мероприятия по его поиску в расположении войсковой части №, в том числе, и в автомобильном парке воинской части, которые положительных результатов не принесли. В 16 час. того же дня на контрольном построении подразделения ФИО1 также отсутствовал в строю, после чего из телефонного разговора с последним ему (Свидетель № 1 ) стало известно, что тот находится вне расположения воинской части с разрешения заместителя командира полка по вооружению <данные изъяты> ФИО4. Однако после обращения к ФИО4 ему стало известно, что административному истцу никто не разрешал в указанный день убывать из воинской части и отсутствовать на службе. ФИО1 прибыл в подразделение только в 16 час. 30 мин. 23 августа 2017 г.

Факт отсутствия административного истца 23 августа 2017 г. без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени подтвердил и допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель № 13, согласно показаниям которого 23 августа 2017 г. ФИО1 незаконно отсутствовал более четырех часов подряд в расположении воинской части и обязанностей военной службы не исполнял.

Пояснения административного ответчика ФИО4, а также показания свидетелей Свидетель № 1 , Свидетель № 12 и Свидетель № 13 согласуются с исследованными в судебном заседании протоколом о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г., рапортом заместителя командира полка по вооружению – начальника технической части от 23 августа 2017 г. и письменными объяснениями военнослужащих Свидетель № 1 и Свидетель № 13.

Что же касается показаний допрошенных в судебном заседании, каждого в отдельности, свидетелей Свидетель № 14 и Свидетель № 15, согласно которым, ФИО1 в 8 час. 45 мин. 23 августа 2017 г. присутствовал на утреннем построении личного состава полка на плацу воинской части, то они, по мнению суда, не опровергают факт отсутствия административного истца в указанный день в расположении воинской части более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени.

При этом к показаниям свидетеля Свидетель № 15 – бывшего военнослужащего по контракту войсковой части №, пояснившего в суде, что ФИО1 не мог совершить вмененный ему командованием воинской части грубый дисциплинарный проступок в связи с тем, что в 15 час. 23 августа 2017 г. присутствовал на построении личного состава подразделения, суд относится критически и отвергает, расценивая их, как стремление помочь товарищу восстановиться на военной службе, поскольку они в указанной части противоречат показаниям свидетелей Свидетель № 1 и Свидетель № 13, а также исследованным в судебном заседании письменным доказательствам.

Таким образом, факт совершения ФИО1 грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии 23 августа 2017 г. в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, суд считает установленным.

Что же касается утверждения ФИО1 о том, что он прибыл в расположение воинской части в 12 час. 23 августа 2017 г., то суд находит данное утверждение надуманным и отвергает, поскольку оно опровергается как показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей Свидетель № 1 и Свидетель № 13, так и письменными доказательствами, а каких-либо данных, свидетельствующих об обратном, административным истцом и его представителем в судебное заседание не представлено и материалы дела таковых не содержат.

При этом оценивая составленный по результатам служебного разбирательства протокол о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г., суд приходит к убеждению о том, что оснований для признания его незаконным, вопреки доводам административного истца и его представителя, не имеется, поскольку данный протокол составлен уполномоченным на то должностным лицом, по форме и содержанию соответствует приложению № 8 к Дисциплинарному уставу и требованиям ч. 8 ст. 28.8 Закона, а также содержит все необходимые реквизиты и существенные обстоятельства совершения ФИО1 грубого дисциплинарного проступка.

Таким образом, поскольку в судебном заседании не установлено нарушения прав ФИО1 со стороны командования воинской части, в том числе, и заместителя командира войсковой части № по вооружению – начальника технической части подполковника ФИО4 при проведении служебного разбирательства по факту совершения административным истцом 23 августа 2017 г. грубого дисциплинарного проступка и привлечения его за указанный проступок к дисциплинарной ответственности, то оснований для признания незаконными протокола о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г. и приказа командира войсковой части № от 5 сентября 2017 г. № 841 в части привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности у суда также не имеется.

В силу указанных обстоятельств суд считает, что в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 в части оспаривания приказов командира войсковой части № от 23 августа 2017 г. № 807 и от 5 сентября 2017 г. № 841, а также протокола о грубом дисциплинарном проступке от 5 сентября 2017 г. надлежит отказать.

При этом указание в оспариваемых приказах и протоколе о грубом дисциплинарном проступке неполного имени ФИО1, а также наличие иных неточностей, на что в судебном заседании обратил внимание представитель административного истца, само по себе не может являться основанием для признания их незаконными, поскольку данные обстоятельства не могут служить основанием для освобождения административного истца от дисциплинарной ответственности за допущенные им нарушения воинской дисциплины.

Рассматривая административный иск в части требований ФИО1 о признании незаконными заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 г. (протокол № 19) в части, касающейся ходатайства об увольнении его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта, и приказа командира войсковой части № от 14 сентября 2017 г. № 21 в части досрочного увольнения его с военной службы, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 3 ст. 32 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» в качестве условий контракта о прохождении военной службы предусмотрена обязанность гражданина добросовестно исполнять все общие, должностные и специальные обязанности военнослужащих, установленные законодательными и иными нормативными правовыми актами.

Вместе с тем, согласно подп. «в» п. 2 ст. 51 указанного Федерального закона и подпункта «в» п. 4 ст. 34 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 г. № 1237 (далее – Положение), военнослужащий, проходящий военную службу по контракту, может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта.

По смыслу указанной нормы закона и в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 21 марта 2013 г. № 6-П, невыполнение условий контракта о прохождении военной службы может выражаться, в том числе в совершении военнослужащим одного или нескольких дисциплинарных проступков.

При этом п. 2.2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» определено, что военнослужащий может быть досрочно уволен с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта только по заключению аттестационной комиссии, вынесенному по результатам аттестации военнослужащего.

Исходя из п. 1 и подп. «е» п. 2 ст. 26 Положения, аттестация проводится в целях всесторонней и объективной оценки военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, определения их соответствия занимаемой воинской должности и перспектив дальнейшего служебного использования. Одной из основных задач аттестации военнослужащих является, в частности, оценка причин, которые могут служить основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. № 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», невыполнением условий контракта, как основанием для досрочного увольнения военнослужащего с военной службы следует считать лишь значительные (существенные) отступления от требований законодательства о воинской обязанности и военной службе, которые могут выражаться, в частности, в совершении виновных действий (бездействия), свидетельствующих об отсутствии у военнослужащего необходимых качеств для надлежащего выполнения обязанностей военной службы, а также совершении одного из грубых дисциплинарных проступков, составы которых перечислены в п. 2 ст. 28.5 Федерального закона «О статусе военнослужащих», либо совершении дисциплинарного проступка при наличии у него неснятых дисциплинарных взысканий.

Таким образом, увольнение военнослужащего с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта возможно после его всесторонней и объективной оценки аттестационной комиссией воинской части и при наличии с его стороны нарушений, свидетельствующих о том, что он перестал соответствовать требованиям, установленным для граждан, находящихся на военной службе.

Требования к порядку проведения аттестации регламентированы ст. 26 Положения и Инструкцией о порядке организации и проведения аттестации военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в войсках национальной гвардии Российской Федерации, утвержденной приказом Росгвардии от 4 мая 2017 г. № 130 (далее – Инструкция), в соответствии с п. 3 которой для проведения аттестации в аттестационную комиссию представляется аттестационный лист. При этом в случае, если аттестационный лист содержит отзыв, составленный непосредственным (прямым) командиром (начальником), о несоответствии аттестуемого военнослужащего занимаемой воинской должности, увольнении военнослужащего с военной службы в запас в связи с невыполнением им условий контракта, аттестационный лист представляется в аттестационную комиссию не позднее чем за 2 дня до дня проведения аттестации.

Аттестуемый военнослужащий имеет право ознакомиться с аттестационным листом, содержащим отзыв, до представления его прямому начальнику или в аттестационную комиссию и представить в аттестационную комиссию дополнительные сведения о своей служебной деятельности за предшествующий период, а также заявление о своем несогласии с представленным отзывом.

Заседание аттестационной комиссии воинской части проводится с участием аттестуемого военнослужащего, его непосредственного или прямого командира (начальника) при рассмотрении аттестационного листа, содержащего отзыв о несоответствии аттестуемого военнослужащего занимаемой воинской должности, увольнении военнослужащего с военной службы в запас в связи с невыполнением им условий контракта или отзыв, в котором отмечается наличие у аттестуемого военнослужащего существенных недостатков при исполнении общих, должностных или специальных обязанностей, при наличии заявления аттестуемого военнослужащего о несогласии с представленным аттестационным листом и изложенным в нем отзывом.

По результатам рассмотрения аттестационного листа, содержащего отзыв, других характеризующих документов на аттестуемого военнослужащего аттестационная комиссия выносит заключение, в котором, в том числе, может быть дана рекомендация об увольнении военнослужащего с военной службы в связи с невыполнением им условий контракта как не соответствующего требованиям, предъявляемым к военнослужащим законодательством Российской Федерации.

Как установлено в судебном заседании, основанием для проведения в отношении ФИО1 аттестации послужило совершение последним в период с июля по август 2017 г. трех дисциплинарных проступков, в том числе одного грубого дисциплинарного проступка, выразившегося в отсутствии 23 августа 2017 г. в воинской части без уважительных причин более четырех часов подряд в течение установленного ежедневного служебного времени, что нашло свое отражение в составленном командиром автомобильной роты аттестационном листе от 5 сентября 2017 г.

При этом ФИО1 5 сентября 2017 г. командованием воинской части предоставлялась возможность ознакомиться с указанным аттестационным листом, но последний проставить свою подпись в ознакомлении с содержащимся в нем отзывом отказался, что подтверждается соответствующими актами от 5 сентября 2017 г., а также показаниями допрошенных в судебном заседании, каждого в отдельности, свидетелей Свидетель № 16 и Свидетель № 1 .

Как показали допрошенные в судебном заседании, каждый в отдельности, свидетели Свидетель № 17, Свидетель № 16 и Свидетель № 18 – члены аттестационной комиссии войсковой части №, они лично присутствовали на заседании аттестационной комиссии воинской части по рассмотрению вопроса об увольнении ФИО1 с военной службы, которое проводилось с участием последнего. В ходе заседания аттестационной комиссией исследовались аттестационный лист от 5 сентября 2017 г., материалы служебных разбирательств по фактам совершения административным истцом дисциплинарных проступков, служебная и медицинская характеристики, а также служебная карточка административного истца. При этом ФИО1 опрашивался членами комиссии по существу исследованных документов и по вопросам его служебной деятельности, однако отвечать на вопросы членов комиссии он отказался и каких-либо дополнительных документов не представил, выразив лишь свое несогласие с действиями командования воинской части. По результатам заседания аттестационной комиссии воинской части в связи с систематическим нарушением ФИО1 воинской дисциплины данным коллегиальным органом единогласно было принято решение ходатайствовать перед командиром воинской части об увольнении его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта.

Проанализировав установленные в судебном заседании обстоятельства и оценив их в совокупности в соответствии с вышеприведенными нормоположениями, суд приходит к выводу о том, что у аттестационной комиссии и командования войсковой части № имелись все основания для принятия решения об увольнении административного истца с военной службы по подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе», поскольку ненадлежащее исполнение ФИО1 обязанностей военнослужащего вследствие совершения им дисциплинарных проступков, один из которых является грубым, свидетельствует о явном несоответствии его требованиям законодательства о воинской обязанности и военной службе, предъявляемым к военнослужащим, проходящим военную службу по контракту.

При этом, оценивая оспариваемое заключение аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 г. (протокол № 19), суд, вопреки мнению административного истца и его представителя, находит его по вышеизложенным основаниям законным и обоснованным, а также принятым в соответствии с установленным приказом Росгвардии от 4 мая 2017 г. № 130 порядком, поскольку ФИО1 участвовал в заседании аттестационной комиссии, имел возможность изложить свою позицию по обсуждаемым вопросам и после ознакомления с результатами аттестации реализовал право на обжалование решения аттестационной комиссии в судебном порядке, а оспариваемое решение аттестационной комиссии воинской части принято в правомочном составе, определенном приказом командира войсковой части № от 12 сентября 2017 г. № 891, и при наличии необходимого кворума.

Что же касается довода представителя административного истца о том, что его доверитель в нарушение требований действующего законодательства не был ознакомлен с аттестационным листом за две недели до проведения заседания аттестационной комиссии воинской части, то суд находит его несостоятельным, поскольку он не основан на законе, а кроме того ФИО1, как это установлено в судебном заседании, командованием воинской части заблаговременно предоставлялась возможность ознакомиться с отзывом, содержащимся в аттестационном листе, и подать на него свои возражения, чего ФИО1 сделано не было.

Не являются состоятельными и доводы представителя административного истца о том, что заседание аттестационной комиссии воинской части проводилось формально, без исследования всех существенных обстоятельств служебной деятельности административного истца и состояния его здоровья, поскольку они опровергаются показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей Свидетель № 17, Свидетель № 16 и Свидетель № 18, а наличие у ФИО1 заболевания не свидетельствует о формальном подходе аттестационной комиссии воинской части к оценке служебной деятельности административного истца.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым в удовлетворении административного искового заявления в части требований о признании незаконным заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 г. (протокол № 19) в отношении ФИО1 отказать.

Поскольку суд пришел выводу об отсутствии нарушений порядка привлечения административного истца к дисциплинарной ответственности и процедуры проведенной в отношении ФИО1 аттестации, а также о законности и обоснованности заключения аттестационной комиссии войсковой части № от 12 сентября 2017 г. (протокол № 19), то оснований для признания незаконным изданного на основании указанного решения коллегиального органа командиром войсковой части № в пределах предоставленных ему Приказом МВД России от 27 февраля 2003 г. № 120 полномочий приказа от 14 сентября 2017 г. № 21 в части досрочного увольнения административного истца с военной службы, у суда также не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 175-180, 227 КАС РФ,

решил:

в удовлетворении административного искового заявления ФИО1 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Северо-Кавказского окружного военного суда через Грозненский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Председательствующий С.Ф. Ярош