Апелляционное определение № 33-1020/2026 от 25 марта 2026 г.

Дело № 2-1732/2025 Председательствующий – Батырова Ф.М.


Апелляционное определение

№ 33-1020/2026
26 марта 2026 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.М.,

судей Арчакова А.М. и Оздоева А.И.,

при секретаре судебного заседания Дзаитова Н.Х.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании незаконным решения о снижении страховой пенсии, о возобновлении выплаты со дня снижения пенсии, включении периодов работы и зачете справки о заработной платы

по апелляционной жалобе представителя ОСФР по Волгоградской области на решение Малгобекского городского суда от 25 июня 2025 г.

Заслушав доклад судьи Коригова М.М., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 обратилась в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в котором просит суд признать незаконным решения Отделения Фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделения Фонда Пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о снижении страховой пенсии по старости; обязать ответчиков возобновить в прежнем размере со дня снижения, а именно с 01сентября 2024 г. выплату страховой пенсии по старости, включить в страховой стаж периоды работы с 03 мая 1990 г. по 24 января 2002 г. в Государственном унитарном предприятии «СЕГЕН» в качестве штукатура-маляра и зачесть справку о заработной платы за период с 01 января 1994 г. по 31 декабря 1998 г.

В обоснование искового заявления указано, что с 2008 года является получателем страховой пенсии по старости, назначенной в соответствии с Федеральным законом № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» от 17 декабря 2001 г. Решением об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) пенсии № 352421 от 24 июля 2024 г. Отделения Фонда Пенсионного и социального страхования РФ по Волгоградской области с 01 сентября 2024 г. размер её страховой пенсии скорректирован (пересчитан) в сторону уменьшения. Основанием для снижения послужило то, что не зачтены периоды работы с 03 мая 1990 г. по 24 января 2002 г. и справка о заработной плате за период с 01 января 1994 г. по 31 декабря 1998 г. в Государственном унитарном предприятии «СЕГЕН» в качестве штукатура-маляра.

Решением Малгобекского городского суда от 25 июня 2025 г. исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с решением суда, представитель ОСФР по Республике Ингушетия в апелляционной жалобе ставит вопрос об отмене решения суда в связи с его незаконностью и необоснованностью.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

В п. 5 ст. 3 указанного Федерального закона для целей этого федерального закона дано понятие установления страховой пенсии, как назначения страховой пенсии, перерасчета и корректировки ее размера, перевода с одного вида пенсии на другой.

Статьей 6 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что в соответствии с этим федеральным законом устанавливаются следующие виды страховых пенсий: страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности и страховая пенсия по случаю потери кормильца.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 является получателем досрочной пенсии по старости в соответствии с Федеральным законом № 173-ФЗ от 17 декабря 2001 г. «О трудовых пенсиях».

С 1 декабря 2022 г. в соответствии с распоряжением Правления Пенсионного Фонда России от 8 ноября 2022 г. полномочия по осуществлению функций назначения, перерасчета, выплаты и прекращения пенсий переданы Экспертному центру, созданному при ОПФР по Волгоградской области.

Решением об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) пенсии, от 24 июля 2024 г. № 352421 в электронном выплатном деле справка о заработной плате отсутствует. Расчет пенсии произведен без учета заработной платы.

Суд первой инстанции, разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 29 января 2004 г. №2-П, от 14 января 2016 г. №1-П, позицией Верховного Суда РФ, отраженной в п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. №30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», исходил из возраста истца, длительного периода получения пенсии, права на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, а также не представления ответчиками доказательств правомерности осуществленных ими действий по снижению размера пенсии.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

В соответствии с ч. 4 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 5 постановления от 14 января 2016 г. N 1-П указал, что совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства.

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П).

Из приведённых норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Согласно п. 13 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19 июля 2023 г.) выявление пенсионным органом допущенной ошибки в расчете выслуги лет (стажа службы) при назначении гражданину пенсионного обеспечения - в отсутствие с его стороны каких-либо виновных действий - не может являться самостоятельным основанием для перерасчета пенсионным органом гражданину размера пенсии в сторону уменьшения без учета иных значимых обстоятельств (срок, прошедший с момента признания со стороны пенсионного органа права на пенсию в соответствующем размере, возможность возвращения гражданина на службу для приобретения права на пенсионное обеспечение в установленном до выявления ошибки размере и другие).

Как обоснованно отмечено судом первой инстанции, факт осуществления истцом трудовой деятельности в вышеуказанный период подтверждается сведениями из ее трудовой книжки, являющейся согласно Правилам подсчета и подтверждения страхового стажа для установления трудовых пенсий основным документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору.

При обращении в пенсионный орган ФИО1 представлена трудовая книжка серии АТ-I № 5533808 от 13 сентября 1977 г., согласно которой она в период с 29 июля 1982 г. принята в ЦСХ № 2 портной по пошиву женского легкого платья, 17 ноября 1982 г. переведена в ЦСХ № 4 на ту же должность, 05 декабря 1983 г. уволена по собственному желанию, с 28 августа 1984 г. по 20 сентября 1988 г. работала портнихой в Солигаличский участок, а также указан период работы с 01 февраля 1989 г. по 24 апреля 1990 г.

В пенсионном деле также содержится справка № 78 от 26 февраля 1990 г., из которой следует, что истец работала штукатуром-маляром по 3-му разряду в Специализированном строительно-монтажном управлении отделочных работ № 1 г. Грозного с 27 января 1975 г. по 31 августа 1977 г. и со 2 июня 1980 г. по 030 июня 1982 г.

В материалах дела имеется справка № 51 от 29 января 2002 г. о том, что истец работала штукатуром-маляром по 3-му разряду в ГУП «СЕГЕН» с 03 мая 1990 г. по 24 января 2002 г., а также справка заработной плате от той же даты, выданная указанным предприятием, за период 1994 года по 1997 год.

Между тем добросовестность действий истца презюмируется в силу закона, следовательно, на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие предоставление истцом недостоверных сведений при назначении пенсии.

При таких обстоятельствах, учитывая, что при уменьшении размера пенсии ответчиками не были учтены продолжительность получения истцом ФИО1 пенсии, ее возраст, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения исковых требований.

Довод апелляционной жалобы о том, что снижение размера страховой пенсии по старости произведено в связи с обнаружением обстоятельств, свидетельствующих в пользу того, что документы, содержащиеся в выплатном деле, не могут приниматься в качестве правоустанавливающих, поскольку содержат множество юридических ошибок и замечаний, судебная коллегия отклоняет как несостоятельные, поскольку при назначении пенсии и определении ее размера пенсионный орган проверял представленные пенсионером сведения о заработной плате и исходил из их достоверности.

В связи с изложенным судебная коллегия находит решение суда законным и обоснованным и не усматривает оснований для его отмены или изменения в апелляционном порядке.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Малгобекского городского суда от 25 июня 2025 г. по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании незаконным решения о снижении страховой пенсии, о возобновлении выплаты со дня снижения пенсии, включении периодов работы и зачете справки о заработной платы оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ОСФР по Волгоградской области – без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 09 апреля 2026 г.

Председательствующий

Судьи

С подлинного за надлежащими подписями

Копия верна

Судья М.М. Коригова