Решение № 2-739/2024 2-739/2024(2-8574/2023;)~М-8405/2023 2-8574/2023 М-8405/2023 от 23 мая 2024 г. по делу № 2-739/2024

Производство № 2-739/2024 (2-8574/2023;)

УИД 28RS0004-01-2023-011846-39


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 мая 2024 года город Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области в составе председательствующего судьи Касымовой А.А., при секретаре Миловановой А.В.. с участием представителя истца ФИО1 ФИО2, ответчика ФИО3, его представителя ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском, в обоснование указав, что 24 сентября 2024 года в г. Благовещенске в районе ул. Конная, д. 71, произошло дорожно-транспортное происшествие, в котором водитель ФИО3, управляя автомобилем ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, принадлежащим ФИО5 на праве собственности, при повороте налево по зеленому сигналу светофора не уступил дорогу автомобилю TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, принадлежащему ФИО1, двигающемуся прямо во встречном направлении, под управлением ФИО6 В результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия автомобилю ФИО1 TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, причинены механические повреждения.

Воспользовавшись своим правом на получение страховой выплаты, ФИО1 обратилась в страховую компанию; страховщиком произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 рублей.

Согласно экспертному заключению №45/10/2023 об определении размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, размер причиненного ущерба на дату ДТП составляет 807 294 рубля 10 копеек.

Истец, уточнив исковые требования, просит суд взыскать в солидарном порядке с ФИО3, ФИО5 сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 642 307 рублей 50 копеек, расходы на проведение независимой технической экспертизы в размере 13 000 рублей, расходы на оплату услуг юриста в размере 12 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 272 рубля 94 копейки, почтовые расходы в размере 376 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, обеспечила явку в суд своего представителя, который настаивал на удовлетворении уточненных заявленных требований в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно указал, что вина ответчика ФИО3 установлена при рассмотрении административного материала и подтверждается исследованной в судебном заседании видеозаписью. Постановление о привлечении ФИО3 к административной ответственности им не оспорено, вступило в законную силу. Согласно требованиям Правил дорожного движения водитель осуществляющий маневр поворота налево, обязан пропустить автомобили, двигающиеся в прямом направлении ему навстречу, что в данном случае им не сделано в связи с чем произошло столкновение. У водителя, двигающегося через перекресток в прямом направлении, отсутствует обязанность остановиться и пропустить те автомобили, которые поворачивают налево. Полагает, что вина ФИО3 в рассматриваемом дорожно-транспортном происшествии доказана, виновные действия у водителя, который управлял автомобилем истца, отсутствуют.

Ответчик ФИО7, извещенная о дате, времени и месте рассмотрения дела не явилась, обеспечила явку своего представителя ФИО4

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО4 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, указав, что в указанной ситуации усматривается вина второго участника дорожно-транспортного происшествия ФИО6, который не предпринял попытки для предотвращения ДТП, не принял мер к экстренному торможению, повернул руль в сторону автомобиля, под управлением ответчика.

Руководствуясь положениями ст.154 ГПК РФ, обязывающей суд рассмотреть спор в разумный срок, учитывая также длительность рассмотрения данного дела, а также в соответствии с положениями статьи 165.1, 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании представителем ФИО3 ФИО4 заявлено ходатайство о назначении автотехнической (транспортно-трасологической) судебной экспертизы, в удовлетворении которого судом отказано, так как оснований для проведения судебной автотехнической (транспортно-трасологической) экспертизы по настоящему гражданскому делу не установлено, ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы не содержит мотивированные и обоснованные доводы для ее проведения, само по себе несогласие стороны ответчика с обстоятельствами, установленными в ходе составления уполномоченными сотрудниками ГИБДД административного материала, по результатам рассмотрения которого ФИО3 был привлечен к административной ответственности, постановление не обжаловано, не является основанием для проведения дополнительной судебной экспертизы. Новых материалов или данных не известных эксперту, проводившему судебную экспертизу по ходатайству стороны ответчика, на момент исследований, не представлено.

Заслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают в том числе, вследствие причинения вреда другому лицу.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.

Пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 28.05.2009 № 581 - О-О, правило п. 2 ст. 1064 ГК РФ, устанавливающее в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагающее на последнего бремя доказывания своей невиновности, направлено на обеспечение возмещения вреда и тем самым - на реализацию интересов потерпевшего.

Следовательно, в случае неисполнения причинителем вреда лежащей на нем обязанности по представлению доказательств, подтверждающих отсутствие его вины, для него наступают соответствующие правовые последствия в виде обязанности по возмещению причиненного вреда, что согласуется с нормами статей 35, 56 ГПК РФ, предусматривающими процессуальную ответственность за отказ стороны от представления доказательств.

ФИО1 является собственником автомобиля марки TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак *** (свидетельство о регистрации ТС 9956 №234001).

Из материалов дела следует, что 24 сентября 2023 года в г. Благовещенске в районе ул. Конная, д. 71, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, принадлежащего ФИО5, находившегося под управлением ФИО3, и автомобиля марки TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, принадлежащего ФИО1, под управлением ФИО6

В результате указанного происшествия принадлежащему истцу автомобилю причинены механические повреждения.

Факт ДТП подтверждается материалами административного производства и не оспаривается участниками процесса.

Обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия подтверждаются постановлением №18810028230000315457 по делу об административном правонарушении от 24 сентября 2023 года, которым ФИО3 привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ за то, что, управляя транспортным средством ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, при повороте налево на зеленый сигнал светофора не уступил дорогу транспортному средству TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, движущемуся прямо во встречном направлении, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестка.

Указанное постановление не обжаловано участниками, вступило в законную силу 05 октября 2023 года.

В силу положений п. 1.3 Правил дорожного движения РФ, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 "О правилах дорожного движения", участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исследовав представленные доказательства по делу, пояснения сторон и материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

24 сентября 2023 года в г. Благовещенске в районе регулируемого перекрестка ул. Театральная – ул. Конная, автомобиль марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, под управлением ФИО3, двигавшийся по ул. Театральная на перекрестке с ул. Конная стал совершать поворот налево. При этом перед началом маневра ФИО3 остановился, впоследствии продолжил движение с небольшой скоростью. В процессе поворота данного транспортного средства с ним совершил столкновение автомобиль марки TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, находившийся под управлением ФИО6, двигавшийся во встречном направлении прямо.

Из объяснений водителя ФИО6 от 24 сентября 2023 года, данных им инспектору ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России при составлении административного материала, следует, что он, двигаясь на автомобиле TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак *** по ул. Театральной от ул. Северной в сторону ул. Заводской при пересечении перекрестка с ул. Конной на разрешающий сигнал светофора с допустимой скоростью движения допустил столкновение с автомобилем ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, который при повороте налево с ул. Театральной на ул. Конная не пропустил автомобиль TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***.

Из объяснения водителя ФИО3, данных им при составлении административного материала, следует, что он, управляя автомобилем марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, двигался по ул. Театральной, совершая поворот налево, в сторону ул. Политехническая на разрешающий сигнал светофора, не заметил автомобиль TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, движущийся во встречном направлении, в результате чего произошло столкновение.

В схеме места совершения административного правонарушения, составленной сотрудником ГИБДД, отражены направления движения транспортных средств, участвующих в ДТП, место удара, дорожные разметки, а также иные сведения. Водители, участвующие в рассматриваемом происшествии, со схемой согласились, о чем свидетельствуют их подписи в схеме.

При исследовании видеозаписи, представленной в материалы дела в составе административного материала, судом установлено, что транспортные средства двигались по улице Театральная во встречных направлениях в районе пересечения с улицей Конная. На регулируемом перекрестке указанных улиц автомобиль TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, продолжил движение в прямом направлении, а автомобиль ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, начал осуществлять поворот в левую сторону на улицу Конная. В процессе выполнения маневра произошло столкновение транспортных средств. При этом, автомобиль TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, двигавшийся по улице Театральная в прямом направлении, выехал на перекресток на разрешающий зеленый сигнал светофора. На видеозаписи видно, что непосредственно столкновение автомобилей на перекрестке произошло, когда горел зеленый сигнал светофора.

Согласно пункту 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (пункт 8.1 ПДД РФ).

Пунктом 8.2 ПДД РФ определено, что подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Согласно пункту 13.4 ПДД РФ при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.

В соответствии с пунктом 13.7 ПДД РФ водитель, въехавший на перекресток при разрешающем сигнале светофора, должен выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка. Однако, если на перекрестке перед светофорами, расположенными на пути следования водителя, имеются стоп-линии (знаки 6.16), водитель обязан руководствоваться сигналами каждого светофора.

Согласно пункту 13.8 ПДД РФ при включении разрешающего сигнала светофора водитель обязан уступить дорогу транспортным средствам, завершающим движение через перекресток, и пешеходам, не закончившим переход проезжей части данного направления.

Как следует из дела, 24 сентября 2023 года ФИО3, управляя автомобилем марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, на перекрестке улиц Театральная – Конная г. Благовещенска в нарушение пункта 13.4 Правил дорожного движения, при повороте налево на регулируемом перекрестке не уступил дорогу автомобилю марки TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, находившемуся под управлением ФИО6, движущемуся со встречного направления прямо, в результате чего произошло столкновение транспортных средств.

Согласно пункту 10.1 ПДД РФ водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

При исследовании видеозаписи, судом установлено, что водитель автомобиля TOYOTA ESQUIRE HYBRID ФИО6 применил торможение перед столкновением, однако указанные меры не привели к результату – остановке транспортного средства.

Принимая во внимание обстоятельства по делу, суд считает, что водитель автомобиля TOYOTA ESQUIRE HYBRID ФИО6, выехал на перекресток на разрешающий – зеленый сигнал светофора. При этом ФИО3 совершал поворот налево, а ФИО6 двигался во встречном направлении прямо.

Таким образом, ФИО3, прежде чем продолжить движение налево, был обязан в соответствии с пунктом 13.4 ПДД РФ, пропустить автомобиль, находившийся под управлением ФИО6, который двигался во встречном направлении прямо, а также учесть то обстоятельство, что подача сигнала не давала ему преимущества. Изложенное позволяет прийти к выводу о нарушении ФИО3 пунктов 1.5, 8.1 и 13.4 ПДД РФ.

При этом водители, двигающиеся в перпендикулярном направлении, в соответствии с пунктом 13.8 ПДД РФ обязаны были уступить дорогу транспортному средству, находившемуся под управлением ФИО3, завершающему движение через перекресток, поскольку он въехал на перекресток при разрешающем сигнале светофора и мог выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка.

Суд не усматривает в действиях водителя ФИО6 вины в произошедшем ДТП (в том числе обоюдной). Доводы ответчика о том, что ФИО6 отвлекся при движении, не предпринял мер к экстренному торможению, суд находит несостоятельными, не подтвержденными допустимыми доказательствами.

В связи с вышеизложенным, суд приходит к выводу, что именно действия водителя ФИО3, управлявшего автомобилем марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, находятся в причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, имевшем место 24 сентября 2023 года на пересечении улиц Театральная – Конная.

В том случае, если бы водитель автомобиля ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, предварительно убедившись в безопасности своего маневра, пропустил автомобиль под управлением ФИО6, движущийся во встречном направлении прямо, возникшей дорожной ситуации, повлекшей причинение ущерба, не произошло.

На основании изложенного суд приходит к выводу о доказанности наличия нарушений Правил дорожного движения в действиях ФИО3, которые привели к столкновению транспортных средств и находятся в причинной связи с событием ДТП от 24 сентября 2023 года.

Автогражданская ответственность владельца транспортного средства TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, на момент ДТП была застрахована в АО «СК «Астро-Волга» (полис страхования ХХХ №0319704871), владельца автомобиля марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, - в АО «СОГАЗ» (полис ХХХ 0325124000).

04 октября 2023 года ФИО1 обратилась с заявлением о страховом возмещении в АО «СК «Астро-Волга», которое, признав произошедшее страховым случаем, выплатило потерпевшему страховое возмещение в размере 400 000 рублей, что соответствует лимиту ответственности страховщика, установленному Законом Об ОСАГО (платежное поручение №114969 от 11 октября 2023 года).

Таким образом, истец воспользовалась своим правом на получение страхового возмещения в денежной форме, рассчитанной страховщиком в размере 400 000 рублей, в пределах лимита ответственности страховщика, установленного статьей 7 Закона «Об ОСАГО».

Согласно преамбуле Закона об ОСАГО данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 ГК РФ) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО).

При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным статьей 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным пунктом 19 статьи 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме – с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального банка Российской Федерации от 4 марта 2021 года № 755-П, действовавшей на момент наступления страхового случая (пункт 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств").

Согласно пункту 15 статьи 12 Закона об ОСАГО по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

При этом пункт 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме.

Также подпунктом «ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, в силу подпункта «Ж» пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.

Согласно статье 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

В пункте 64 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 г.№ 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", при реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе в случаях, предусмотренных пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, с причинителя вреда в пользу потерпевшего подлежит взысканию разница между фактическим размером ущерба и надлежащим размером страховой выплаты. Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подпунктом "ж" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 г. № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл. 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. № 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

В приложении к административному материалу по дорожно-транспортному происшествию зафиксированы повреждения, в том числе автомобиля истца.

В целях установления размера ущерба истцом организовано проведение осмотра поврежденного в результате ДТП автомобиля для определения причиненного истцу ущерба.

Согласно экспертному заключению №45/10/2023 от 30 октября 2023 года, выполненному ООО «Ваше право», размер расходов на восстановительный ремонт поврежденного транспортного средства TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, без учета износа составляет 807 294 рубля 10 копеек, с учетом износа – 546 346 рублей 42 копейки.

Ответчик, полагая, что заявленный истцом размер причиненного ущерба завышен, заявил ходатайство о назначении судебной автотехнической экспертизы.

При возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу (ч.1 ст.79 ГПК РФ).

Определением Благовещенского городского суда от 06 февраля 2024 года по ходатайству ответчика назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено ООО «Амурский экспертный центр».

В силу положений пунктов 1 и 2 статьи 86 ГПК РФ эксперт дает заключение в письменной форме. Заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Согласно заключению эксперта №90/03, выполненному экспертом-техником ООО «Амурский экспертный центр» ФИО8 27 марта 2024 года, стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, поврежденного в дорожно-транспортном происшествии от 24 сентября 2023 года без учета износа составляет 1 042 307 рублей 50 копеек, с учетом износа – 702 402 рубля 95 копеек.

Среднерыночная стоимость автомобиля марки TOYOTA ESQUIRE HYBRID, государственный регистрационный знак ***, на дату ДТП – 24 сентября 2023 года определена экспертом в размере 1 469 334 рубля.

Суд полагает, что судебная экспертиза выполнена в соответствии с положениями статьи 67 ГПК РФ, проведена в порядке, установленном статьей 84 ГПК РФ, заключение эксперта выполнено в соответствии с требованиями статьи 86 ГПК РФ, в связи с чем, оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы не имеется; экспертиза проведена компетентным экспертом и в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Выводы эксперта как о механизме причиненных повреждений автомобилю истца, так и о размере ущерба у суда сомнений в своей объективности не вызывают, заключение содержит описание предмета и объекта исследования, раскрывает характер, последовательность и полноту проведенных исследований, использованных методик и анализ полученных результатов, при этом установленные экспертом механические повреждения транспортного средства истца согласуются с обстоятельствами ДТП.

У суда отсутствуют сомнения в правильности или обоснованности данного заключения эксперта, а также не установлено наличие в данном заключении противоречий.

Доказательств обратного суду не представлено, и судом не добыто, поэтому суд доверяет заключению судебной экспертизы, выполненной экспертом ООО «Амурский экспертный центр» ФИО8

Суд, оценивая заключение судебной экспертизы, анализируя соблюдение процессуального порядка ее проведения, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, приходит к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, основания сомневаться в ее правильности отсутствуют.

Таким образом, экспертное заключение № 90/03 от 27 марта 2023 года, выполненное экспертом ООО «Амурский экспертный центр» ФИО9, принимается судом в качестве допустимого доказательства по делу и кладется судом в основу принимаемого решения.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что требование ФИО1 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, подлежит удовлетворению в размере 642 307 рублей 50 копеек (1 042 307 рублей 50 копеек – 400 000 рублей (выплаченное страховое возмещение).

Обсуждая вопрос о лице, ответственном за причинение истцу ущерба, суд приходит к следующему.

Из карточки учета транспортного средства, представленной по запросу суда, следует, что автомобиль марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, с 06.08.2011 года и на момент ДТП зарегистрирован на имя ФИО5

В соответствии со статей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Исходя из положений пункта 1 статьи 322, абзаца 2 пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, приведенных в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», владельцем автомобиля признается лицо, которое осуществляет пользование автомобилем на законном основании.

Для наступления ответственности фактического пользователя (владельца) транспортным средством необходимо, чтобы транспортное средство было передано лицу во временное владение и его использование осуществлялось по усмотрению лица.

Таким образом, применительно к настоящему спору ответственность за причиненный истцу в результате ДТП вред должен нести тот ответчик, который на момент ДТП являлся законным владельцем автомобиля марки «ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Пунктом 2 статьи 34 названного Кодекса Российской Федерации регламентировано, что к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие).

Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Анализ приведенных выше норм права позволяет сделать вывод о том, что общая совместная собственность представляет собой отношения по принадлежности одновременно нескольким лицам имущества, составляющего единое целое, в праве на которое их доли заранее не определены, однако правомочия по осуществлению права собственности в равной мере принадлежат всем участникам совместной собственности.

В силу пункта 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов.

Аналогичные положения содержаться в пункте 1 статьи 253 ГК РФ, согласно которых участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

При этом аналогичная норма закреплена в пункте 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации, согласно которой законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

Принимая во внимание приведенные выше нормы права, режим имущества супругов характеризуется как режим ограниченной общности или общности приобретений, поскольку общим (за отдельными изъятиями) становится только имущество, приобретенное супругами в период брака на общие средства.

Из презумпции общности супружеского имущества исходит и Верховный Суд Российской Федерации.

Так, в соответствии с пунктом 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 года №15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статями 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьей 254 Гражданского кодекса Российской Федерации. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела. Если брачным договором изменен установленный законом режим совместной собственности, то суду при разрешении спора о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться условиями такого договора.

Таким образом, общей собственностью супругов является любое имущество, которое нажито ими во время брака, если в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации оно может быть объектом права собственности граждан.

Из материалов дела следует и не оспаривается участниками процесса, что ФИО5 и ФИО3 являются супругами (брак зарегистрирован 10 сентября 2008 года), в связи с чем, у супругов ФИО10 возникла совместная собственность в отношении автомобиля марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***.

Таким образом, поскольку на момент ДТП – 24 сентября 2023 года ответчик ФИО3 управлял автомобилем марки ISUZU BIGHORN, государственный регистрационный знак ***, на законных основаниях и был признан виновным лицом в совершении указанного ДТП, учитывая, что материалы дела сведений о совместном причинении вреда истцу со стороны ответчиков не содержат, напротив, причиненный истцу ущерб находится в прямой причинно-следственной связи с действиями ответчика ФИО3, суд полагает, что надлежащим ответчиком по настоящему спору является ФИО3

В этой связи, с учетом приведенных выше норм права и изложенных обстоятельств, исходя из представленных допустимых доказательств по делу, принимая во внимание тот факт, что на момент ДТП ФИО3 являлся законным владельцем транспортного средства, его виновные действия состоят в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, тогда как нормы семейного законодательства не предусматривают возможность солидарной ответственности супругов за вред, причиненный при использовании одним из супругов источника повышенной опасности, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 материального ущерба, определенного экспертным заключением ООО «Амурский экспертный центр» в размере 642 307 рублей 50 копеек. В удовлетворении требований, предъявленных к ФИО5, отказать.

Кроме того, согласно статье 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить причиненные убытки.

В силу части 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (ч. 2).

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 98 ГПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Материалами дела подтверждается, что ФИО1 понесены расходы по оплате услуг эксперта, необходимые для определения цены иска и предъявления требований в суд (абз.5 ст.132 ГПК РФ), в размере 13 000 рублей (договор № 19/10/2023 от 19 октября 2023 года, квитанция к ПКО №060 от 31 октября 2023 года), расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 272 рубля 94 копейки (чек по операции от 07 ноября 2023 года), а также почтовые расходы в размере 376 рублей (кассовый чек АО Почта России).

Указанные расходы признаются судом необходимыми и подлежат возмещению ответчиком ФИО3 в указанном размере.

Кроме того, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе, относятся расходы на оплату услуг представителей (абзац 5 статьи 94 ГПК РФ).

В силу пункта 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумность предела судебных издержек на возмещение расходов по оплате услуг представителя, требование о которой прямо закреплено в статье 100 ГПК РФ, является оценочной категорией, поэтому в каждом конкретном случае суд должен исследовать обстоятельства, связанные с участием представителя в споре.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, из содержания указанных норм следует, что возмещение судебных издержек (в том числе расходов на оплату услуг представителя) осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда.

Интересы истца ФИО1 по настоящему делу в судебных заседаниях суда первой инстанции представлял ФИО2

Оказание юридических услуг истцу подтверждается материалами дела; доказательств обратного материалы дела не содержат.

Согласно материалам дела, в подтверждение несения судебных расходов на оплату юридических услуг представлено соглашение об оказании юридических услуг, заключенное 31 октября 2023 года между ФИО1 и ФИО2 согласно которому сторонами определена стоимость услуг в размере 12 000 рублей; на момент подписания договора расчет произведен в полном объеме.

В соответствии с положениями действующего законодательства обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Разумность размеров как категория оценочная определяется индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела. Следовательно, при оценке разумности размера заявленных расходов необходимо обратить внимание на сложность, характер рассматриваемого спора и категорию дела, на объем доказательной базы по данному делу, количество судебных заседаний, продолжительность подготовки к рассмотрению дела. При этом суд не вправе произвольно изменять сумму судебных расходов, размер которых одна из сторон считает несправедливым.

Из материалов дела следует, что представителем истца проведены консультации, подготовлено в письменном виде и направлено в суд исковое заявление с приложением обосновывающих доводы иска документов, а также уточнение исковых требований, представитель истца ФИО2 участвовал в судебных заседаниях, в ходе которых давал устные пояснения, возражал относительно доводов стороны ответчика, неоднократно знакомился с материалами дела.

Учитывая объем заявленных требований, результат рассмотрения данного дела, его правовую сложность, объем оказанных представителем правовых услуг, время, необходимое на подготовку процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, количество судебных заседаний, состоявшихся по делу с участием представителя истца, а также с учетом отсутствия возражений со стороны ответчика, принципа разумности и справедливости, сохранения баланса прав и интересов сторон, суд приходит к выводу, что сумма понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя в размере 12 000 рублей является разумной и соразмерной в рамках конкретного дела, не превышает стоимость обычных услуг по данной категории дел. В связи с чем, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ФИО3 судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 12 000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к ФИО3, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 642 307 (шестьсот сорок две тысячи триста семь) рублей 50 копеек, расходы на оплату услуг эксперта в размере 13 000 (тринадцать тысяч) рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 12 000 (двенадцать тысяч) рублей, почтовые расходы в размере 376 (триста семьдесят шесть) рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 272 (семь тысяч двести семьдесят два) рубля 94 копейки.

В удовлетворении требований, предъявленных к ФИО5, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд в течение одного месяца с момента принятия решения в окончательной форме через Благовещенский городской суд Амурской области.

Председательствующий А.А. Касымова

Решение суда в окончательной форме изготовлено 07 июня 2024 года.