Апелляционное определение № 33-3622/2026 от 6 мая 2026 г.

УИД 59RS0**-67

Судья – Г.

Дело № 33-3622/2026

Мотивированное
апелляционное определение составлено 07.05.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 24 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего судьи Симоновой Т.В.,

судей Лепихиной Н.В., Баранова Г.А.,

при секретаре судебного заседания Нефедьевой А.Ф.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело № 2-307/2026 по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу Банк «ВТБ» о признании кредитного договора недействительным, о признании кредитного договора незаключенным, возложении обязанности удалить сведения об обязательстве из кредитной истории,

по апелляционной жалобе Публичного акционерного общества Банк «ВТБ» на решение Свердловского районного суда г. Перми от 13.01.2026.

Заслушав доклад судьи Лепихиной Н.В., изучив материалы дела, выслушав пояснения представителя истца ФИО1 - ФИО2, представителя ответчика Банка ВТБ (ПАО) - ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО4 обратился с иском к Банку ВТБ (ПАО) (с учетом уточнения т.1 л.д. 189-191) о признании кредитного договора №** от 03.05.2024, заключенного между ФИО1 и Банком ВТВ (ПАО), недействительным, незаключенным, возложении обязанности направить в бюро кредитных историй информацию об аннулировании записей по кредитному договору.

Свои требования истец обосновал тем, что 03.05.2024 неизвестное ему лицо втайне от него произвело от его имени неустановленным способом заключение с ПАО «Банк ВТБ» кредитного договора, о чем ему стало известно только в апреле 2025 года. Банком без поручения истца перечислены денежные средства в общем размере 400000 рублей. Истец не подавал заявление на получение кредита у ответчика. Все действия по оформлению кредита были совершены удаленно Е., завладевшим учетными данными истца и мобильным устройством обманным путем. Логинов, паролей, одноразовых кодов для входа в мобильное приложение банка он никому не передавал. Истец не получал денежные средства по указанному кредиту и не выдавал распоряжений на их перевод. Списание и перевод средств были осуществлены Е. без его прямого и осознанного согласия. Последующие действия однозначно подтверждают отсутствие у истца брать кредит: при установленных обстоятельствах истец незамедлительно обратился в правоохранительные органы. По факту мошеннических действий, в том числе связанных с договором ПАО «Банк ВТБ», 21.04.2025 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 158 УК РФ. Истец признан потерпевшим, следствием установлен причиненный истцу ущерб. Ответчик, являясь профессиональным финансовым участником, не проявил должной осмотрительности и не предпринял всех доступных мер для проверки подлинности операций. Ответчик не уведомил истца о проведении столь значительных и нетипичных операций и не запросил дополнительного подтверждения, хотя имел для этого технические и договорные возможности.

Определением Свердловского районного суда г. Перми от 13.01.2025 принят отказ ФИО4 от исковых требований к Е., производство по делу в отношении Е. прекращено, Е. привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования.

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 13.01.2026 исковые требования удовлетворены, признан кредитный договор №** от 03.05.2024, заключенный с ФИО1, дата года рождения, недействительным, на ПАО Банк «ВТБ» возложена обязанность направить информацию в бюро кредитных историй об исключении сведений в отношении обязательств ФИО1 по кредитному договору №** от 03.05.2024, в остальной части заявленных требований отказано.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ответчик ПАО Банк «ВТБ» просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, судом не принят во внимание тот факт, что проставление электронной подписи в документах Банка, устанавливающих условия кредитования и тарифы, согласно Федеральному закону от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» расценивается как собственноручное подписание договора, электронная подпись, сформированная клиентом для подписания электронного документа в системе ДБО, соответствует признакам и требованиям, предъявляемым к простой электронной подписи, кредитный договор подписан посредством введения кода, направленного банком по СМС на доверенный номер телефона, что подтверждается протоколом подписания кредитного договора, денежные средства 03.05.2025 перечислены на р/сч истца, 06.05.2025 денежные средства переведены на р/счет брата ФИО4, в силу изложенного можно установить об отсутствие признака одномоментности как при оформлении кредитного договора, так и при переводе денежных средств. При разрешении данного дела по существу установлено, что ФИО1 передал свой телефон для входа в ВТБ-онлайн третьему лицу, чем нарушил п. 3.2.4 Правил ДБО (передал третьему лицу, полученные в Банке средства подтверждения, раскрыл третьем лицам информацию о средствах подтверждения, находящихся в его распоряжении), более того, истец на протяжении длительного времени не обращался в банк относительно указания на отсутствие доверенного номера телефона, блокировки платежных систем. Обстоятельства заключения кредитного договора свидетельствуют о том, что истец осознанно передал свой номер телефона третьему лицу. Также ссылаются на то, что истец признан потерпевший по уголовному делу в размере сумм денежных средств по кредитному договору, в силу указанного можно установить, что освобождение истца от обязанности по возмещению банку полученных денежных средств, приведет к неосновательному обогащению заявителя.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ответчика ФИО3 на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил решение суда первой инстанции отменить.

Представитель истца ФИО2 пояснил, что с доводами апелляционной жалобы не согласен, никаких денежных средств по кредитному договору его доверитель не получил от Е.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Пермского краевого суда www.oblsud.perm.sudrf.ru, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительности причин неявки не представили.

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1 является клиентом Банка ВТБ (ПАО), 25.04.2018 им подписано заявление клиента на предоставление комплексного банковского обслуживания в Банке ВТБ (ПАО) (т.1 л.д.61-62).

Подписанием указанного заявления ФИО1 выразил желание на предоставление комплексного обслуживания в Банке ВТБ (ПАО) в порядке и на условиях, изложенных в Правилах комплексного обслуживания физических лиц в банк ВТБ (ПАО) и подключить Базовый пакет услуг: открыть мастер счет, выдать к мастер-счету расчётную карту, предоставить доступ к ВТБ-Онлайн, предоставить доступ к дополнительным информационным услугам, направлять пароль для доступа в ВТБ-онлайн, СМС-сообщения в рамках СМС-пакета на мобильный телефон клиента, указанный в разделе контактная информация, выдать УНК и пароль в соответствии с Правилами комплексного обслуживания физических лиц в банк ВТБ (ПАО).

Доверенным номером ФИО1 был указан номер **.

03.05.2024 между Банком ВТБ (ПАО)» и ФИО1 заключен кредитный договор №** на сумму 400000 рублей на срок 60 месяцев по ставке 32,90% годовых (т.1 л.д.64-66).

Указанный договор был заключен на основании анкеты-заявления клиента ФИО1 посредством подписания электронным аналогом собственноручной подписи ФИО4, что подтверждается протоколом операции цифрового подписания (т.1 л.д.63, 70-73).

ВТБ Банк (ПАО) представлены логи сессий клиента Телебанка (т.1 л.д.47,51)

Денежные средства по кредитному договору были переведены на счет № ** в Банке ВТБ (ПАО), принадлежащий ФИО1, что подтверждается выпиской по счету (т.1 л.д.47,51).

Истец указал, что он кредитный договор не заключал, о заключении от его имени кредитного договора узнал в феврале 2025 года, в связи с чем он обратился в правоохранительные органы.

Постановлением следователя следственного отдела УФСБ России по Пермскому краю от 21.04.2025 возбуждено уголовное дело №** по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 158 УК РФ. Согласно указанному постановлению 03.05.2024 ФИО5, находясь в неустановленном месте на территории г. Перми Пермского края, реализуя возникший у него преступный умысел на тайное хищение денежных средств в сумме 400000 рублей с банковского счета ФИО1, из корыстной заинтересованности, под предлогом необходимости предотвращения мошеннических действий в отношении ФИО1, завладев принадлежащим последнему мобильным телефоном и доступом к установленному на нем мобильному приложению Банка ВТБ (ПАО), и убедившись, что за его действиями никто не наблюдает, оформил на имя ФИО1 кредит в Банке ВТБ (ПАО) на сумму 400000 рублей. 03.05.2024 денежные средства в сумме 400000 рублей поступили на банковский счет Банка ВТБ (ПАО) № **, принадлежащий ФИО1 В период с 06.05.2024 по 07.05.2024 Е., находясь в неустановленном месте на территории г. Перми Пермского края, продолжая реализовывать возникший у него преступный умысел на тайное хищение денежных средств с банковского счета ФИО1, совершил многочисленные переводы денежных средств в сумме 400000 рублей с банковского счета Банка ВТБ (ПАО) № **, принадлежащего ФИО1, на банковские счета неустановленных лиц, распорядившись денежными средствами по своему усмотрению. Умышленными преступными действиями Е. ФИО1 причинен материальный ущерб в сумме 400000 рублей (т.1 л.д. 26-27).

Постановлением следователя следственного отдела УФСБ России по Пермскому краю от 21.04.2025 ФИО4 признан потерпевшим по указанному делу (т.1 л.д.28).

В последующем уголовное дело №** соединено в одно производство с уголовным делом №№**. Предварительное следствие в настоящее время проводится (т.1 л.д.49).

Как следует из представленной выписки по счету № **, открытому на имя ФИО1, на который были зачислены кредитные средства в сумме 400000 рублей, с указанного счета произведены операции по перечислению денежных средств на счет №** в АО «ТБанк», принадлежащий ФИО4: 06.05.2024 на сумму 150000 рублей, 06.05.025 на сумму 150000 рублей, 07.05.2024 на сумму 98000 рублей.

В последующем с указанного счета в период мая – июня 2024 года производились операции по безналичному переводу денежных средств на счета иным лицам, оплата интернет-покупок, оплата в розничных магазинах (т.1 л.д.193-221).

Из пояснений Е. следует, что денежные средства, полученные по кредиту, оформленному на имя ФИО1, были перечислены на карту ФИО4, распоряжение которыми фактически осуществлял Е. Факт пользования в результате незаконного завладения Е. телефоном ФИО4 и принадлежащей ему картой в судебном заседании сообщил ФИО4

Разрешая спор, дав оценку собранным по делу доказательствам в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции установил, что истец лично не совершал действий, направленных на заключение кредитного договора, действия по заключению кредитного договора посредством использования мобильного приложения ПАО «ВТБ» были совершены от имени ФИО1 – Е., который под предлогом оказания помощи в проверке телефона ФИО1 на наличие в нем хакерского программного обеспечения, вредоносных программ, завладел телефоном, от имени ФИО1 направил заявку на заключение договора, осуществил распоряжение зачисленными на счет ФИО1 кредитными средствами, Е., получившим обманным путем неправомерный доступ к телефонам ФИО1 и ФИО4, с установленными на них банковскими онлайн-приложениями, были получены кредитные средства Банка ВТБ (ПАО), которые вначале были зачислены на счет ФИО1, с которого переведены на счет ФИО4, распоряжение которым осуществлял Е., суд пришел к выводу, что воля истца не была направлена на заключение кредитного договора, что свидетельствует о пороке воли и недействительности сделки на основании статей 166, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец также вправе требовать исключения сведений о наличии обязательства из бюро кредитных историй, в связи с чем удовлетворил исковые требования, признал кредитный договор №** от 03.05.2024, заключенный с ФИО1 недействительным, возложил обязанность на ПАО Банк «ВТБ» направить информацию в бюро кредитных историй об исключении сведений в отношении обязательств ФИО1 по кредитному договору №** от 03.05.2024. Также суд первой инстанции, принимая во внимание, что фактически ФИО1 не имел возможности распорядиться кредитными денежными средствами, оснований для взыскания суммы кредита с ФИО1 в пользу банка в порядке реституции не усмотрел.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с указанными выводами суда, поскольку они полностью соответствуют обстоятельствам данного дела, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы жалобы заявителя о необоснованном удовлетворении требований ФИО1, судебной коллегией отклоняются по следующим основаниям.

В силу статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно пункту 2 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации к договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В силу пункта 2 названной нормы, использование при совершении сделок иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1).

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной (пункт 2).

В силу пункта 1 статьи 435 этого же кодекса офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

Статьей 5 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите» подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, включая не только общие, но и индивидуальные условия договора потребительского кредита, при этом последние в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

В соответствии с частью 1 статьи 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Согласно части 6 статьи 7 выше названного закона договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 14 статьи 7 названного закона документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом.

На основании пункта 1 статьи 433 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Пунктами 1, 2, 3 статьи 434 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса.

Федеральный закон от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», обеспечивающий использование электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок, оказании государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, при совершении иных юридически значимых действий (статья 1), предусматривает, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом (часть 2 статьи 5).

Во взаимосвязи с приведенным регулированием действует часть 2 статьи 6 названного Федерального закона, согласно которой информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем.

Из приведенных норм права следует, что законодательство Российской Федерации допускает заключение кредитного договора путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи при условии соглашения сторон о специальном способе достоверного определения лица, выразившего волю на заключение договора.

Таким образом, оформление кредитного договора посредством электронного документооборота через информационные интернет-системы банка возможно между сторонами только при наличии действующего между ними соглашения о дистанционном банковском обслуживании.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица к достижению определенных правовых последствий.

Заключение договора вследствие мошенничества, при котором потерпевшее лицо не осознает правовые последствия своих действий, считается неправомерным актом, противоречащим существу законодательного регулирования понятия сделки. В отличие от заключения сделки под влиянием обмана, где у лица есть воля на вступление в договорные отношения, которая сформирована несвободно в силу наличия заблуждения или обмана относительно каких-либо обстоятельств, в данном случае у потерпевшего отсутствует всякое намерение установить гражданские права и обязанности. В связи с изложенным такая сделка является ничтожной по п. 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (п. 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25).

Следовательно, кредитный договор, заключенный от имени должника в результате мошеннических действий третьих лиц в отсутствие его воли на вступление в сделку, является ничтожным.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.04.2019, указано, что согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора. При указанных обстоятельствах, договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

В соответствии с пунктом 3 стать 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Пунктом 1 статьи 10 данного кодекса установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пунктам 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1, 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.10.2022 № 2669-0 обращено внимание на то, что к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В ходе судебного разбирательства судом первой инстанции было достоверно установлено, что кредитный договор были заключен посредством использования мобильного приложения Банка ВТБ (ПАО) от имени ФИО1 – Е., который под предлогом оказания помощи в проверке телефона ФИО1 на наличие в нем хакерского программного обеспечения, вредоносных программ, завладел телефоном, от имени ФИО1 направил заявку на заключение договора, осуществил распоряжение зачисленными на счет ФИО1 кредитными средствами.

Указанные обстоятельства стороной ответчика Банка ВТБ (ПАО) опровергнуты не были, доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Исходя из установленных обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что истец не совершал действий, направленных на заключение оспариваемого кредитного договора, которые от имени истца были заключены Е., при этом волеизъявление ФИО1 на заключение спорного кредитного договора отсутствовало. Кредитные средства были предоставлены не ФИО1, а Е., действовавшему от имени ФИО1 без его поручения и согласия. Действия по дальнейшему распоряжению денежными средствами также не были совершены ФИО1 или в его интересах. Так, денежные средства по кредитному договору сначала были переведены на карту брата истца ФИО4, которой фактически владел Е., что не оспаривается последним, затем с указанной карты брата производились Е. операции по безналичному переводу денежных средств на счета иным лицам, оплата интернет-покупок, оплата в розничных магазинах

Вопреки доводам жалобы добросовестность действий ФИО1 подтверждается его обращением в правоохранительные органы, в банк, после того как истец узнал о заключении кредитного договора не от его имени в 2025 году.

Также доводы истца о выбытии из его владения мобильного устройства, с которого произошло оформление кредитных договоров и дальнейшее распоряжение кредитными денежными средствами, в совокупности с последующими действиями истца по обращению в правоохранительные органы с заявлением по факту совершения мошеннических действий, а также тот факт, что заемные денежные средства, не поступали в распоряжение истца, указывают в совокупности на то, что истец не выражал волеизъявления на заключение спорного кредитного договора, данные договоры заключены не истцом, вопреки его воле и интересам, и не повлекли для него положительного правового эффекта.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что суд первой инстанции, исходя из установленных обстоятельств, обоснованно пришел к выводу об удовлетворении требований о признании кредитного договора недействительным.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда, оснований для переоценки исследованных доказательств не усматривает.

Доводы жалобы о том, что истец нарушил правила безопасности, передав мобильный телефон третьим лицам, являются несостоятельными, доказательств того, что истец осознанно передал третьему лицу телефон для заключения кредитного договора не представлено.

Так в соответствии с пунктом 4 статьи 12 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги).

Статьей 8 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

Таким образом, при должной степени внимательности и осмотрительности сотрудники Банка могли отследить операцию по счету истца, вызывающую сомнение в получении кредита именно истцом, в связи с чем, должны нести ответственность за убытки, причиненные клиенту вследствие исполнения поручения, выданного неуполномоченными лицами.

Исходя из того, что в ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что оспариваемый кредитный договор был оформлен в результате мошеннических действий Е., который воспользовался денежными средствами, полученными по кредитному договору, что противоречит порядку заключения договора потребительского кредита, урегулированному статьей 7 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)», то суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что кредитный договор, подписанный простой электронной подписью, заключен от имени истца третьим лицом без участия истца, без его волеизъявления, денежные средства фактически истцом не получены, следовательно, договор является недействительным.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда, оснований для переоценки исследованных доказательств не усматривает.

Вопреки доводам жалобы, оснований полагать, что в связи с признанием сделки недействительной и освобождением истца от исполнения кредитных обязательств на стороне истца образовалось неосновательное обогащение, не имеется, поскольку в ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что истец ФИО1 денежные средства по оспариваемому кредитному договору не получал, также ФИО1 не получал какого-либо возмещения денежных средств от Е. в рамках уголовного дела. При этом освобождение от обязательств по недействительной сделке не может являться неосновательным обогащением.

Судебная коллегия считает, что судом первой инстанции были исследованы все имеющие значение по данному делу обстоятельства, им была дана надлежащая правовая оценка, несогласие заявителя с данной судом оценкой обстоятельств дела не дает оснований считать решение суда неправильным.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают установленные по делу обстоятельства и не ставят под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а в целом направлены на переоценку доказательств, при отсутствии к тому правовых оснований. Не содержат доводы и обстоятельств, которые не были бы проверены, не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения по существу иного судебного акта, а также влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

Решением Свердловского районного суда г. Перми от 13.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу Банка ВТБ (публичное акционерное общество) – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи: