Решение № 2-10614/2016 2-90/2017 2-90/2017(2-10614/2016;)~М-10034/2016 М-10034/2016 от 21 мая 2017 г. по делу № 2-10614/2016

Дело № 2-90/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Сыктывкарский городской суд Республики Коми

в составе председательствующего судьи Батовой Л.А.

при секретаре Габовой Т.Н.

с участием прокурора Даниловой А.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Сыктывкаре 22 мая 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ РК «Коми республиканская больница» о возмещении морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ РК «Коми республиканская больница» о взыскании компенсации морального вреда в сумме ...

В обоснование иска указал, что в ** ** ** он проходил лечение в ... отделении ГБУЗ РК «КРЮ», где ему были проведены ... операции врачом ФИО2 .... Считает, что ответчиком ему была оказана некачественная медицинская помощь, вследствие которой у него возник ряд неприятных последствий. По его обращению АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» была проведена врачом-экспертом экспертиза качества медицинской помощи. По заключению врача-эксперта обращение было признано обоснованным. ГУ РК «ТФОМС РК» была проведена повторная экспертиза качества медицинской помощи, заключение которой совпало с результатами экспертизы АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед». В результате оказания некачественной медицинской помощи он испытывал и продолжает испытывать ежедневно физические страдания. .... Полагает, что положительных результатов от оперативных вмешательств нет.

В качестве третьих лиц определением суда были привлечены врачи ФИО2 и ФИО3

В судебном заседании ФИО1 поддержал заявленные требования, указав дополнительно, что по данным ..., проведенной ему в ** ** **. в КРБ «... Считает, что адекватная диагностика не проводилась, положительных результатов лечения нет, ни одна проблема не была решена. ...

Представитель ответчика в судебном заседании возражал против удовлетворения требований истцов, указав, что судебно-медицинской экспертизой установлено, что прямой причинно-следственной связи между выявленными недостатками оказания медицинской помощи ФИО1 и его ощущения после операции не имеется. Вследствие чего, оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Представитель Сыктывкарского филиала АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в судебном заседании поддержала исковые требования, указав, что несмотря на то, что эксперты не установили причинно-следственную связь между насупившим неблагоприятным исходом и допущенными дефектами медицинской помощи, полагают, что со стороны ответчика имело место допущение дефектов медицинской помощи.

ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения иска, указав, что никаких действий с их стороны в отношении истца, которые бы причинили ему вред здоровью, они не совершали, что подтверждено заключением экспертизы.

Заслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего удовлетворить требования истцов с учетом разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

В ч. 1 ст. 41 Конституции РФ признается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь в соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека и ст. 12 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах, а также ст. 2 Протокола N 1 от 20 марта 1952 г. к Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная... и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Основания компенсации морального вреда предусмотрены ст. ст. 1099, 1100 ГК РФ.

В соответствии с пп. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона РФ от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ст. 98 указанного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Исходя из смысла приведенных норм закона, ответственность за вред (ущерб) наступает в случае лишь наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, или частнопрактикующих врачей (специалистов, работников) и наступившими последствиями у пациента. Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в ст. 19 Конституции Российской Федерации и ст. 6 ГПК РФ.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО1 проходил стационарное лечение в ... отделении ГБУЗ РК «КРБ» с ** ** **. При поступлении в лечебное учреждение пациент жаловался на ....

В ходе лечения ФИО1 проведены ... операции: ...

ФИО1 был выписан ** ** **. с диагнозом: ...

Страховой организацией АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» по обращению ФИО1 была проведена экспертиза качества медицинской помощи.

В ходе экспертизы качества выявлены дефекты оказания медицинской помощи, а именно: ... Отсутствует лечение с ** ** **., не обоснованное проведение оперативного лечения ...; нерационально проводилась антибиотикотерапия, отсутствует медикаментозное лечение сопутствующей патологии (не установлены диагнозы в виду некачественно проведенного сбора информации). Длительность лечения превышена вследствие не обоснованно проведенного оперативного лечения и не своевременно начатой консервативной терапии, рекомендации скудные.

Истец, полагая, что в результате некачественного лечения у него появились болезненные ощущения ... обратился в суд с настоящим иском.

Для проверки доводов сторон судом по ходатайству ответчика была назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза, которая была поручена БУЗ ВО «...».

Согласно заключению комплексной судебно-медицинской экспертизы № ..., ФИО1 ** ** **. поступил в ГБУЗ РК «Коми республиканская больница» с диагнозом «...

Диагностические мероприятия для установления и подтверждения клинического диагноза проведены своевременно, то есть в сроки, разумно достаточные для оценки ситуации и подготовки к действию, однако объем их был принципиально недостаточным, как с точки зрения общепринятого подхода, так и с точки зрения возможности назначения правильного лечения.

Диагноз «... не соответствует клинической картине.

Заболеваний или состояний, которые могли бы явиться противопоказаниями к проведению оперативного вмешательства в виде цистостомии, в представленной медицинской документации не описано.

Формально, данная операция позволяет достичь адекватной ..., хирургически доступ был выбран правильно, однако в рассматривае6мом случае показаний к ее проведению (как и к двухэтапному виду лечения) не было, ... мог быть обеспечен и при обычной ..., иными словами, проводимое лечение не соответствовало потребностям состояния здоровья ФИО1

В представленной медицинской документации отсутствуют сведения о том, что ФИО1 в ходе оказания медицинской помощи проводилась .... Необходимо отменить, что в рассматриваемом случае проведение данного исследования было показано в связи с тем, что оно позволяет получить наибольший объем информации о наличии стриктуры ... канала, ее локализации, степени сужения просвета канала, а также выявить осложнения при их наличии.

Для правильной диагностики расстройства ..., учитывая, что одной из возможных причин является синдром ..., консультация невролога является необходимой, поскольку данный синдром нередко связан с неврологическими расстройствам. Специальных познаний в области нейрохирургии для диагностики и, тем более, лечения подобной патологии не требуется.

Выбранный вид анестезиологического пособия (...) адекватен характеру оперативного вмешательства и его объему, то есть позволяет обеспечить достаточную по глубине и продолжительности анестезию. Имеющееся в медицинской карте описание техники его проведения (введение иглы на уровне 2-3 поясничных позвонков, выбранный размер иглы, выбор препарата и его дозировка) позволяют считать, что оно было осуществлено правильно.

Любая хирургическая операция (...) в своей сущности сопряжена с рассечением тканей. В связи с этим проведение операций без оказания анестезиологического пособия не только недопустимо, но и представляет опасность для пациента.

В представленных медицинских документах не имеется сведений, которые бы указывали на то, что проводившиеся мероприятия негативно влияли на имевшиеся патологические процессы (то есть усугубляли тяжесть их течения) и что именно они являются причиной предъявляемых пациентом жалоб.

Болезненные ощущения при ... не могли быть вызваны проведенными оперативным вмешательством и анестезиологическим пособием, в связи с чем в причинно-следственной связи с оказанной ФИО1 медицинской помощью не находятся.

При производстве экспертизы не было выявлено фактов, указывающих на то, что причиной болезненных ощущений при ... могут быть связаны с проведенным ему лечением, в связи с чем, оценка данных расстройств с точки зрения вреда причиненного здоровью не осуществлялась.

Возникшие после оказания медицинской помощи жалобы на неприятные ощущения в области ... также не могут рассматриваться как причинение вреда здоровью, так как природа их возникновения остается не ясной, что не позволяет установить их причинно-следственную связь с каким-либо медицинским мероприятием.

Оснований не доверять заключению экспертизы у суда не имеется, экспертное исследование проводилось экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующее образование и высшую квалификационную категорию. В качестве эксперта был привлечен врач-уролог высшей категории, кандидат медицинских наук ... О.В. и врач анестезиолог-реаниматолог, имеющий высшую квалификационную категорию ... С.В. Выводы экспертов по существу заданных судом вопросов соответствуют содержанию исследовательской части заключения, сделаны на основании анализа материалов дела и медицинских документов ФИО1 Кроме того, выводы экспертов согласуются с материалами дела и не опровергнуты сторонами какими либо объективными доказательствами.

Оценивая собранные по делу доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истца, поскольку допущенные недостатки ведения пациента в ГБУЗ РК «КРБ», как диагностики, так и лечения, являлись факторами, не форсирующими процесс излечения истца. Так, экспертами указано, что лечебно-диагностический процесс не соответствовал потребностям состояния здоровья пациента, необходимо было проведение ... (...) и ... (... Объем проведенных мероприятий (...) принципиально недостаточен. Диагноз «... будучи выставленным лишь на основании указанных данных и неподтвержденный необходимыми рентгенологическими и инструментальными исследованиями, не может считаться обоснованным. Кроме того, экспертами указано, что объективных показаний к проведению операции цистостомии у пациента не имелось. Степень выраженности клинической картины имевшегося у ФИО4 расстройства ... позволяла обеспечить ...

Суд также учитывает выводы экспертов, которые указали, что при этом повреждения, причиняемые в зоне оперативного вмешательства, и изменения, формирующиеся в процессе их заживления, а также сущность самого проведенного оперативного вмешательства в виде ... не подразумевают возможности возникновения в послеоперационном периоде подобных расстройств мочеиспускания. Возникновение неприятных для пациента ощущений в области ... может быть связано с проведенной ему операцией, за счет того, что на ... после проведения ... имеется рубец, а при напряжении .... Однако это не свидетельствует о нарушении техники операции. Также эксперты не установили причинно-следственную связь между оказанным ФИО1 медицинским пособием (и его качеством) и ухудшением его здоровья.

Указанные выше обстоятельства подтверждаются заключением экспертизы, выводы которой сторонами какими-либо объективными доказательствами не опровергнуты. Несмотря на то, что выявленные недостатки ведения тактики лечения истца не были прямой причиной ухудшения его здоровья, однако суд исходит из того, что достаточным условием для удовлетворения требований ФИО1 согласно разъяснениям, содержащимся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" является установленный факт некачественного оказания медицинской помощи.

Доводы истца и третьего лица ФИО2 в ходе рассмотрения дела сводились к несогласию с некоторыми выводами экспертов.

Вместе с тем, заключение комиссионной экспертизы соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, в нем содержатся аргументированные ответы на вопросы, поставленные судом, заключение не содержит противоречивых или неясных суждений.

Само по себе несогласие с заключением эксперта не может быть положено в основу вывода о неполноте и необъективности заключения экспертизы.

Кроме того, ссылка истца на то, что когда ему делали анестезию и вводили иглу, он почувствовал кратковременную резкую боль начал терять сознание, судом не может быть принята во внимание, поскольку на указанные обстоятельства он не ссылался ни в обращении в АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» ** ** **. ...), ни в исковом заявлении, ни в ходе рассмотрения дела до получения заключения экспертизы, которая указала на отсутствие жалоб со стороны истца на резкий болевой синдром непосредственно во время введения иглы.

Как указали эксперты, предъявляемые ФИО1 жалобы на «...» наиболее вероятно обусловлено наличием у него хронического патологического дегенеративного процесса, происходящего в межпозвонковых дисках, позвонках и связках позвоночника (...), локализация которых топографически соответствует спинномозговым нервам, осуществляющим иннервацию нижней конечности.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Суд считает установленным и доказанным, что в связи выявленными недостатками ведения тактики лечения, а именно, не соответствие лечебно-диагностического процесса потребностям состоянии здоровья ФИО1, истцу был причинен моральный вред, который выразился в перенесенных нравственных страданиях, чем нарушены его нематериальные блага.

При определении размера компенсации, причиненного истцу морального вреда, суд учитывает характер причиненных страданий, фактические обстоятельства причинения вреда, в том числе и то, что истцу не был проведен полный объем диагностики для получения полной клинической картины и то, что объективных показаний к проведению операции ... у него не имелось, при этом выявленные отклонения от общепринятых принципов лечебного процесса не причинили ФИО1 вреда здоровью. Также суд учитывает финансовое положение ответчика, который финансируется из бюджета Республики Коми, и степень вины ответчика.

При этом суд полагает необходимым отметить, что оказание медицинской помощи является специфическим видом деятельности, проведение медицинских мероприятий, даже при условии их точного соответствия установленным нормам и правилам, медицинским показаниям, не может гарантировать полного выздоровления или иного ожидаемого пациентом результата, поскольку действенность оказанной медицинской помощи зависит не только от выбранной тактики лечения и действий медицинского персонала, но и от индивидуальных особенностей организма, условий жизнедеятельности, иных, не поддающихся точному прогнозированию и учету, обстоятельств.

Как указали эксперты, лечение имеющейся у истца патологии на современном этапе является проблематичным и редко приводит к результатам, удовлетворяющим пациентов в полной мере, сопряжено с частыми рецидивами. В силу этого, сам по себе факт сохранения прежних и появление новых жалоб у пациента не может рассматриваться с позиции недостаточности медицинской помощи и причинения вреда здоровью.

Суд, учитывая индивидуальные особенности истца, а также принцип разумности и справедливости, определяет к взысканию с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме ... и полагает ее разумной.

На основании ст. 101 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета МО ГО «Сыктывкар» госпошлина в сумме ...

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ГБУЗ РК «Коми республиканская больница» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда ....

Взыскать с ГБУЗ РК «Коми республиканская больница» в доход бюджета МО ГО «Сыктывкар» госпошлину в сумме ...

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми путём подачи апелляционной жалобы через Сыктывкарский городской суд Республики Коми в течение месяца с момента принятия.

Председательствующий Л.А.Батова