Решение № 2-142/2019 2-142/2019(2-4544/2018;)~М-2334/2018 2-4544/2018 М-2334/2018 от 30 мая 2019 г. по делу № 2-142/2019

УИД: 78RS0014-01-2018-003671-06

Дело №2-142/2019 30 мая 2019 года


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лемеховой Т.Л.

при секретаре Копейкине В.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным завещания П. от 23.08.2016г. в пользу ФИО2, указывая, что является наследником П., умершей 10.08.2017г., при этом полагает, что на момент подписания названного завещания П. не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу имеющихся у нее заболеваний.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО3 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат Гафаров М.В. в судебное заседание явился, против удовлетворения исковых требований возражал.

Третье лицо нотариус Санкт-Петербурга ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причине неявки суду не сообщила, доказательств уважительности причины неявки не представила, об отложении разбирательства по делу не просила.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, обозрев медицинскую карту № из СПб ГБУЗ «Городская Мариинская больница», медицинскую карту № из СПб ГБУЗ «Городская Мариинская больница», медицинскую карту №а8401 из СПб ГБУЗ «Городская Покровская больница», медицинскую карту из СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница №» (психоневрологический диспансер Центрального района), медицинскую карту амбулаторного больного № из СПб ГУЗ Поликлиника №, суд приходит к следующему.

Согласно ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из материалов дела следует, что 06.07.1996г. П., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, составила завещание, которым все свое имущество завещала ФИО1 Данное завещание удостоверено нотариусом Санкт-Петербурга ФИО5 и зарегистрировано в реестре за №3035-О том 4 (л.д.6).

23.08.2016г. П. составила новое завещание, которым все свое имущество она завещала ФИО2 Данное завещание удостоверено ФИО6, вр.и.о. нотариуса Санкт-Петербурга ФИО7 и зарегистрировано в реестре за №01-1965 (л.д.25).

10.08.2017г. П. умерла, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.22).

После смерти П. в установленном порядке с заявлениями о принятии наследства к нотариусу обратилпсь ФИО1 и ФИО2 (л.д.23, 24).

Согласно п.1 ст.1130 ГК РФ завещатель вправе отменить или изменить составленное им завещание в любое время после его совершения, не указывая при этом причины его отмены или изменения. Для отмены или изменения завещания не требуется чье-либо согласие, в том числе лиц, назначенных наследниками в отменяемом или изменяемом завещании.

В соответствии с п.2 ст.1130 ГК РФ завещатель вправе посредством нового завещания отменить прежнее завещание в целом либо изменить его посредством отмены или изменения отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений.

Последующее завещание, не содержащее прямых указаний об отмене прежнего завещания или отдельных содержащихся в нем завещательных распоряжений, отменяет это прежнее завещание полностью или в части, в которой оно противоречит последующему завещанию.

При этом, в силу п.4 ст.1130 ГК РФ завещание может быть отменено также посредством распоряжения о его отмене. Распоряжение об отмене завещания должно быть совершено в форме, установленной настоящим Кодексом для совершения завещания.

Как следует из ответа нотариуса Санкт-Петербурга ФИО5 на запрос суда, П. в соответствии с п.4 ст.1130 ГК РФ 22.10.2007г., то есть задолго до составления оспариваемого истцом завещания, сделала распоряжение об отмене завещания, составленного ею и удостоверенного нотариусом Санкт-Петербурга ФИО5 16.07.1996г. за реестровым №30035-О том 4 (л.д.50).

Указанное распоряжение об отмене завещания П. в пользу истца ФИО1 истцом не оспорено и недействительным не признано.

Как усматривается из показаний допрошенных судом свидетелей Б. (л.д.73-74), Т. (л.д.75-76), В. (л.д.76), П. отменила завещание на ФИО1 в связи с тем, что ФИО1 не помогал ей, когда она нуждалась в помощи родственников.

Оснований сомневаться в достоверности показаний свидетелей у суда не имеется, поскольку они последовательны, непротиворечивы, свидетели не заинтересованы в исходе дела, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Из изложенного следует, что ФИО1 не является наследником П. по завещанию.

Верховный Суд Российской Федерации в п.35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012г. № «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснил, что принятие наследства, причитающегося наследнику только по одному из оснований, исключает возможность принятия наследства, причитающегося ему по другим основаниям, по истечении срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ), если наследник до истечения этого срока знал или должен был знать о наличии таких оснований.

Истец ФИО1 в исковом заявлении указывает, что умершая П. являлась его двоюродной сестрой, при этом в течение жизни П. они тесно общались, поддерживали друг друга, истец являлся для умершей самым близким родственником (л.д.1).

При этом, как следует из представленного суду наследственного дела, открытого после смерти П., ФИО1 заявление о принятии наследства было подано только по основанию наследования по завещанию (л.д.24), заявлений о принятии наследства по закону ФИО1 нотариусу в установленный срок не подавалось.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что ФИО1, не принявший в установленный шестимесячный срок наследство после смерти П. как наследник по закону, наследником по закону также не является.

В связи с изложенным ФИО1 по требованиям об оспаривании завещания П. на имя ФИО2 является ненадлежащим истцом, поскольку признание данного завещания недействительным не повлечет для него возникновение, изменение или прекращение каких-либо прав и обязанностей, следовательно, его исковые требования о признании недействительным оспариваемого им завещания удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, с учетом позиции истца, настаивавшего на том, что П. не могла понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления завещания на ФИО2, судом по его ходатайству была назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению судебной экспертизы от 28.03.2019г. №1681.619.2, составленному ГПБ №6, в связи с отсутствием объективного описания психического состояния в юридически значимую дату, дифференцированно оценить степень имевшихся у П. изменений психики в интересующий суд период и решить вопрос о ее способности понимать значение своих действий и руководить ими на момент подписания завещания от 23.08.2016г. не представляется возможным (л.д.113-117).

Указанное заключение экспертизы является четким, ясным, полным, мотивированным, внутренних противоречий не содержит и иным собранным по делу доказательствам не противоречит.

Экспертиза проведена комиссией высококвалифицированных экспертов, имеющих высшее образование, специальность – судебно-психиатрическая экспертиза, стаж работы не менее 19 лет, высшую категорию, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересованных в исходе дела.

Оснований сомневаться в выводах указанной судебной экспертизы, по мнению суда, не имеется.

Содержащиеся в заключении судебной экспертизы выводы согласуются с представленными по запросу суда сведениями, содержащимися в собранной судом медицинской документации в отношении П.

Иных объективных доказательств, подтверждающих доводы истца о том, что П. при составлении оспариваемого истцовой стороной завещания не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу своего психического состояния здоровья, истцом в нарушение чю1 ст.56 ГПК РФ суду не представлено.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что доводы ФИО1 о том, что П. в момент составления 23.08.2016г. завещания на имя ФИО2 не могла понимать значение своих действий и руководить ими в силу имеющихся у нее заболеваний, в ходе судебного разбирательства доказаны не были, что является самостоятельным основанием для отказа истцу в иске.

На основании изложенного, руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Л. Лемехова