Апелляционное постановление № 22-3815/2017 от 26 июня 2017 г. по делу № 22-3815/2017

Судья Курбатов А.Б.

Дело № 22-3815/2017


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 27 июня 2017 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Кетовой Л.Я.,

с участием прокурора Денисова М.О.,

адвокатов Задворных С.В., Тиньгаевой Е.В.,

при секретаре Уваровской И.М.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Градовой И.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 17 мая 2017 года, которым

ФИО1, дата рождения, уроженец ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 307 УК РФ к штрафу в размере 60000 рублей.

Изложив содержание обжалуемого решения, существо апелляционной жалобы, заслушав пояснения адвокатов Задворных С.В. и Тиньгаевой Е.В., поддержавших доводы жалобы, мнение прокурора Денисова М.О. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным за дачу заведомо ложных показаний в качестве свидетеля по уголовному делу по обвинению Б1. и Б2. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 159 УК РФ, а именно: 9 октября 2015 года при допросе в период предварительного следствия, 10 июня 2016 года в судебном заседании в Кунгурском городском суде Пермского края при рассмотрении уголовному дела по существу. Преступление совершено в г.Кунгуре Пермского края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Градова И.В. в защиту осужденного ФИО1 считает приговор незаконным и необоснованным вследствие того, что выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, неправильного применения уголовного закона, существенного нарушения уголовно-процессуального закона. В обоснование жалобы указано, что приговор от 14 июля 2016 года в отношении Б1. и Б2. в соответствии со ст. 90 УПК РФ не может предрешать виновность ФИО1, поскольку он не являлся лицом, участвующим в рассмотрении уголовного дела, по которому он привлекался к уголовной ответственности, а вывод суда о даче им ложных показаний вследствие их недостоверности является ошибочным и не основанным на доказательствах. Не согласен с показаниями свидетелей Ч. и С. Утверждает, что ФИО1 являлся лишь посредником в заключении договора, при этом ему не было известно о фиктивном характере заключенной сделки, о деятельности ООО «Название 1.»; в электронной переписке шла речь о сумме 4 % от цены сделки, которую ФИО1 должен был заплатить Г. после реальной поставки леса. Свидетель Б1. подтвердил показания ФИО1 Полагает, что электронные письма не являются доказательствами осведомленности ФИО1 о фиктивности сделки. По мнению автора жалобы, поскольку следствие, несмотря на статус свидетеля, пыталось изобличить ФИО1 в мошенничестве, то он в соответствие со ст. 51 Конституции РФ был вправе избрать соответствующий способ защиты. Просит приговор отменить, а ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 307 УК РФ оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката государственный обвинитель Чесноков А.Л. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Рассмотрев материалы уголовного дела, изучив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, возражения государственного обвинителя, суд апелляционной инстанции считает приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 в даче заведомо ложных показаний при производстве предварительного следствия и в суде основан на имеющихся в деле и проверенных в судебном заседании доказательствах, содержание которых подробно приведено в приговоре. Всем доказательствам суд дал надлежащую оценку с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения дела.

Как следует из показаний свидетелей Ч., протокола допроса в качестве свидетеля ФИО1 от 9 октября 2015 года, на предварительном следствии по уголовному делу по обвинению Б1. и Б2. при допросе в качестве свидетеля ФИО1 следователю по данному уголовному делу Ч. показал, что в 2012 году по его инициативе был заключен договор поставки фанкряжа берёзового между ООО «Название 2.» в лице директора Г. и ООО «Название 3.» в лице директора Б1., при этом об ООО «Название 1.» ему ничего не было известно. После ознакомления с текстом электронного письма от 4 октября 2012 года, поступившего от него на электронную почту Г., о необходимости перечисления денежных средств за фанкряж в ООО «Название 1.», работающего с НДС, за 4 % от суммы сделки, ФИО1 показал, что 4 % от суммы сделки является его вознаграждением за содействие в заключении договора. Вместе с тем, ФИО1 было известно, что сделка является фиктивной, а 4 % от суммы обналиченных денежных средств является оплатой Б1. и Б2. за данную операцию.

Показания ФИО1 давал добровольно, давление на него не было оказано, по окончанию допроса ФИО1 лично прочитал текст своих показаний, дополнения и замечаний к правильности изложения своих пояснений он не имел, о чем поставил свою подпись. Перед допросом в качестве свидетеля ФИО1 были разъяснены его процессуальные права, он был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ.

Как следует из показаний свидетелей С., государственного обвинителя по уголовному делу по обвинению Б1. и Б2., и Б3., секретаря судебного заседания по этому же делу, а также из протокола судебного заседания за 16 июня 2016 года, в ходе рассмотрения уголовного дела в отношении Б1. и Б2. при допросе в качестве свидетеля ФИО1, после разъяснения ему прав и предупреждения его об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, дал такие же показания, что и на предварительном следствии, содержание которых приведено выше.

В соответствии со ст.90 УПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки, если эти обстоятельства не вызывают сомнений у суда.

Приговором Кунгурского городского суда Пермского края от 14 июля 2016 года, вступившим в законную силу, установлена виновность Б1. и Б2. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч.3 ст.159 УК РФ. Согласно данного приговора, показания свидетеля ФИО1 о том, что 4 % по договоренности с директором ООО «Название 2.» Г. предназначались ФИО1 в качестве оплаты от сделки, заключенной по инициативе последнего между ООО «Название 2.» и ООО «Название 3.», об его незнании про ООО «Название 1.» суд признал недостоверными, так как из содержания письма и вложения, сделанного осужденным к этому письму с реквизитами ООО «Название 1.», следовало, что ФИО1 лишь поставил в известность Г. о наличии договоренности по 4 %, с указанием полных реквизитов, расчетного счета и видом деятельности ООО «Название 1.», что не относилось к сделке между ООО «Название 2.» и ООО «Название 3.»; с электронного адреса ФИО1 12 февраля 2014 года на личную электронную почту Г. была направлена выполненная Б1. схема «кругового движения денежных средств», с перечислением их через ООО «Название 3.», ООО «Название 2.», ООО «Название 4.», ООО «Название 1.» и других обществ, обнаруженная в тот же день в ходе обыска в офисе ООО «Название 3.».

Кроме того, судом были исследованы иные доказательства, в том числе копия электронного письма ФИО1 от 4 октября 2012 года, отправленного Г. с присоединением файла с «информ карточка фрегат», совокупность которых дала основание суду сделать вывод о том, что ФИО1 в ходе предварительного следствия и при судебном разбирательстве уголовного дела дал недостоверные показания.

Таким образом, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы апелляционной жалобы защитника об иной оценке содержания судебного приговора от 14 июля 2016 года, поскольку в данном приговоре напротив содержаться обстоятельства, свидетельствующие, что ФИО1 умышленно дал суду заведомо ложные показания, которые не соответствовали действительности.

Оценивая действия осужденного, суд правильно пришел к выводу, что последний, желая ввести суд в заблуждение относительно действительных обстоятельств дела, дал заведомо ложные показания свидетеля, исказив действительные факты, имеющие значение для уголовного дела в отношении Б1. и Б2.

Переоценка указанных доказательств со стороны защитника, выявление несущественных и незначительных противоречий, не отражающихся на полноте восстановленной картины произошедшего, по мнению суда апелляционной инстанции, являются способом защиты ФИО1, обусловлены необходимостью опорочить эти доказательства, а потому не могут быть приняты во внимание.

По смыслу закона ответственность по ст.307 УК РФ наступает, в том числе, за дачу свидетелем заведомо ложных показаний в суде либо на предварительном следствии. Ложность данных показаний может заключаться в сообщении органам правосудия неверных сведений о фактах и обстоятельствах, относящихся к преступлению и личности преступника по уголовному делу, либо в отрицании таких обстоятельств и фактов.

Довод жалобы о том, что ФИО1 в соответствие со ст. 51 Конституции РФ в целях избежать уголовной ответственности мог не давать показания против себя и дача показаний является способом его защиты, суд расценивает как несостоятельный, поскольку у ФИО1 был правовой статус свидетеля, ему разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, однако, он указанными правами не воспользовался, дал ложные показания.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 307 УК РФ, как заведомо ложные показания свидетеля в суде и при производстве предварительного расследования.

С учетом всех обстоятельств по делу, требований ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ, характера и степени тяжести совершенного преступления, личности виновного, который характеризуется положительно, принимая во внимание отсутствие отягчающих и смягчающих наказание обстоятельств, суд обоснованно пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде штрафа, при определении размера которого учел материальное и семейное положение осужденного. Решение суда в этой части надлежаще мотивировано. Назначенное наказание соответствует тяжести преступления, личности осужденного и является справедливым.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного решения, суд апелляционной инстанции не находит, оснований для отмены либо изменения приговора по доводам апелляционной жалобы адвоката не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кунгурского городского суда Пермского края от 17 мая 2017 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Градовой И.В. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 4012 УПК РФ.

Судья подпись