Решение № 2-8598/2025 2-937/2026 2-937/2026(2-8598/2025;)~М-7020/2025 М-7020/2025 от 18 марта 2026 г. по делу № 2-8598/2025

Дело № 2-937/2026

УИД: 17RS0017-01-2025-012750-49


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

4 марта 2026 года г. Кызыл

Кызылский городской суд Республики Тыва в составе председательствующего Сватиковой Л.Т., при секретаре Монделе С.К., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО9 к ФИО20 о компенсации морального вреда,

с участием представителей истцов ФИО11, ФИО17, ответчика ФИО21 его представителя ФИО18, помощника прокурора <адрес> ФИО15,

у с т а н о в и л :

истец, действуя в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО9, обратилась в суд с вышеуказанным иском к ответчику, ссылаясь в обоснование на то, что приговором Кызылского городского суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ ФИО22 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст.264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года лет с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 2 года.

В рамках уголовного дела были частично удовлетворены иски истца и ее мужа, взыскано с ответчика по 1 500 000 руб. каждому, всего 3 000 000 руб.

Гражданские иски ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ г.р., которые являются родными сестрой и братом погибшего, оставлены без рассмотрения, с разъяснением права обращения в порядке гражданского судопроизводства.

Умерший сын истца ФИО4 вырос вместе с ФИО9 и ФИО3. На момент его смерти ФИО9 было 7 лет, ФИО3 – 16 лет. ФИО12 как старший брат помогал родителям в их воспитании, играл с ними, делал уроки, гулял, был добр к ним, сильно любил, чувствовал за них свою ответственность, помогал укладывать спать младшего брата. Для ФИО9 старший брат был примером. ФИО9 не хотел верить, что брата больше нет, все время спрашивает, что с ним случилось. ФИО3 испытывает потрясение по сей день.

Просит взыскать с ответчика в пользу ФИО3, ФИО9 в счет компенсации морального вреда по 3000 000 руб. каждому, а также в пользу ФИО2 25000 руб. в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя.

В судебном заседании представители истцов ФИО11, ФИО17 исковые требования полностью подержали по изложенным основаниям.

Истцы ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о месте и времени извещены.

Ответчик ФИО23 принимающий участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, и его представитель ФИО18 с иском не согласились.

Ответчик пояснил, что у него нет материальной возможности заплатить такую большую сумму, так как сам имеет на иждивении троих несовершеннолетних детей, супруга не работает. Кроме того, по первоначальному иску с него уже удерживаются денежные суммы из заработной платы.

Представитель ответчика доводы ответчика поддержала, дополнив, что кроме автомобиля, на который наложен арест, у ответчика не имеется другого имущества, и в пользу родителей истцов уже были взысканы большие денежные суммы.

Изучив материалы дела, выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, с учетом разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п.1); Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п.14); причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15).

Согласно разъяснениям п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В силу ч.4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Из материалов дела установлено, что приговором Кызылского городского суда Республики Тыва от ДД.ММ.ГГГГ ФИО24 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Гражданские иски ФИО2 и ФИО5 к ФИО25. удовлетворены частично: взыскана с ФИО26 в пользу ФИО2 и ФИО5 компенсация морального вреда в размере 1500 000 (одного миллиона пятисот тысяч) рублей каждому, всего 3000 000 рублей.

Гражданские иски ФИО2 в интересах несовершеннолетних ФИО9 и ФИО3 ФИО13 оставлены без рассмотрения, разъяснено право обращения в порядке гражданского судопроизводства.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Тыва от 27 июня 2025 года приговор Кызылского городского суда Республики Тыва от 12 февраля 2025 года изменен: исключено из описания преступного деяния, признанного доказанным, указание об управлении автомобилем со скоростью 65-70 км/ч, превышающей установленные ограничения при движении в населенных пунктах, и о нарушении ФИО27 требований п.10.2 ПДД РФ, повлекшее дорожно-транспортное происшествие. В остальной части приговор оставлен без изменения.

Из данного приговора следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО28, управляя автомобилем марки «Toyota Camry», с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, нарушил Правила дорожного движения Российской Федерации, утвержденные Советом Министров - Правительства Российской Федерации в постановлении от 23.10.1993 № 1090, что повлекло по неосторожности смерть человека, а именно: совершил наезд на пешехода ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., на полосе проезжей части западного направления <адрес><адрес>, в пределах нерегулируемого пешеходного перехода, причинив ФИО7 согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ тупую сочетанную травму головы и нижней конечности, о чем свидетельствуют: ушибленная рана головы, перелом костей свода черепа с переходом на основание, эпидуральное кровоизлияние в левой черепной ямке с переходом в левую теменную область, субарахноидальное кровоизлияние, ушиб головного мозга, диффузное аксональное повреждение; перелом обеих костей левой голени со смещением отломков; которые расцениваются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и в данном случае осложнившись отеком и набуханием вещества головного мозга, отеком легких, сердечно-сосудистой и дыхательной недостаточностью, травматическим шоком и привели к наступлению его смерти.

Согласно свидетельствам о рождении: ФИО8 родилась ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>-<адрес>; ФИО9 родился ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Республики Тыва, их родителями являются: отцом - ФИО10, матерью – ФИО2.

Из вышеуказанного приговора суда следует, что истец ФИО2 является матерью ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ г.р., погибшего в результате указанного дорожно-транспортного происшествия.

Тем самым установлено, что ФИО8 и ФИО9 являются соответственно сестрой и братом погибшего ФИО6.

Семейная жизнь в понимании положений Семейного кодекса Российской Федерации охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Так, согласно ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.

Учитывая степень родства несовершеннолетних истцов ФИО9 и ФИО3 с погибшим ФИО4 (родные братья и брат и сестра соответственно), факт их совместного проживания в одной семье, привязанность младших детей к старшему брату, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, несовершеннолетние истцы, безусловно, имеют право на компенсацию морального вреда в связи с гибелью их родного брата.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Как указывает истец, ее дети вместе росли, ФИО4 был старшим братом ФИО3 и ФИО9. На момент его смерти ФИО9 было 7 лет, ФИО3 – 16 лет. ФИО12 помогал родителям в воспитании младших сестры и брата, играл с ними, делал уроки, гулял, сильно любил, чувствовал за них свою ответственность, помогал укладывать спать младшего брата. Для ФИО9 старший брат был примером.

В подтверждение своих доводов истцы представили характеристики на детей <данные изъяты>, в которых отмечено, что после гибели старшего брата дети ФИО9 и ФИО3 тяжело переживали потерю брата, так как сельское поселение маленькое, то все знали о трагедии в их семье.

Суд учитывает установленные обстоятельства: молодой возраст погибшего, внезапность и преждевременность его ухода из жизни, а также то обстоятельство, что утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного стресса и эмоционального расстройства, поскольку является тяжелейшим событием в жизни, причинившим нравственные страдания, которые вся семья, бесспорно, продолжает претерпевать и на сегодняшний день.

Следует счесть обоснованными доводы представителей истца о том, что на момент смерти ФИО4 его сестра ФИО3, находившаяся в подростковом возрасте, и брат ФИО9, которому было 7 дет, осознавали невосполнимость утраты близкого и родного человека, что доказывает причинение им нравственных страданий. При этом психика детей является наиболее хрупкой и легкоранимой, а испытание стресса в связи с утратой брата может влечь переживания, подавленность состояния, что подтверждается вышеуказанными характеристиками из школы на детей.

Вместе с тем, в силу п.3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

В настоящем случае следует принять во внимание, что вред ответчиком причинен по неосторожности, и на его иждивении находится трое несовершеннолетних детей, при этом родителям несовершеннолетних истцов, то есть семье, уже судом взыскано в общей сумме с ответчика 3000 000 руб., а истцами не представлено доказательств индивидуальных нравственных страданий, учитывая требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав, разумного баланса характера нарушенных прав истца с размером компенсации морального вреда, имеющего целью возмещение причиненного вреда, суд определяет размер компенсации морального вреда в размере по 100 000 руб. каждому из истцов. В связи с этим требования о взыскании с ответчика по 3000 000 руб. в пользу каждого из несовершеннолетних истцов не подлежат удовлетворению.

Требование о взыскании судебных расходов на представителя также подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Статьей 100 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч.1).

Как разъяснено в п.12 и п.13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ)… Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Поскольку судебное решение состоялось в основной части в пользу истцов, то в силу приведенных норм имеются основания для взыскания в их пользу судебных расходов на оплату услуг представителя.

Истцом представлено в материалы дела соглашение об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ заключенное между ФИО2 (заказчиком) и ФИО11 (исполнителем), стоимость юридических услуг которой 25000 руб. выплачена заказчиком посредством перечисления на банковский счет.

Вместе с тем, учитывая характер спора, небольшой объем оказанных юридических услуг и представленных доказательств, несложность дела, частичное удовлетворение иска, суд определяет сумму, подлежащую взысканию с ответчика в пользу истца ФИО2 в счет возмещения судебных расходов, в размере 10000 рублей, полагая данную сумму соответствующей требованиям разумных пределов.

Поскольку истцы в силу закона освобождены от уплаты государственной пошлины, то на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3000 рублей (по требованиям неимущественного характера) в бюджет муниципального образования городского округа «<адрес><адрес>

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

иск ФИО2 в интересах несовершеннолетних ФИО3, ФИО9 к ФИО29 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО30 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ <адрес><адрес>, код подразделения № в пользу:

ФИО3 (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты><адрес>, код подразделения №) 100 000 рублей в счет компенсации морального вреда;

ФИО9 (свидетельство о рождении I-ЛЖ №, выдано <данные изъяты>) в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ) 100 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Взыскать с ФИО31 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ МВД по <адрес>, код подразделения №) в пользу ФИО2 (паспорт <данные изъяты>, выдан ДД.ММ.ГГГГ ОВД <адрес><адрес>, код подразделения №) 10 000 рублей в счет возмещения расходов по оплате услуг представителя.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО32 государственную пошлину в размере 3000 рублей в бюджет муниципального образования городского округа «<адрес><адрес>

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Тыва через Кызылский городской суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Л.Т. Сватикова

Мотивированное решение

изготовлено ДД.ММ.ГГГГ