Решение № 2-3829/2024 2-3829/2024~М-3181/2024 М-3181/2024 от 5 сентября 2024 г. по делу № 2-3829/2024

Дело №2-3829/2024

73RS0001-01-2024-004934-37


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 сентября 2024 года г. Ульяновск

Ленинский районный суд г. Ульяновска в составе:

председательствующего судьи Анциферовой Н.Л.,

при секретаре Бондарь А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Следственному управлению Следственного комитета России по Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В ИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Следственному управлению Следственного комитета России по Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы следующим. Прокурор Заволжского района ФИО21 и зам. и.о. руководителя СУСК Заволжского района г.Ульяновска ФИО22 не могли не знать о смерти в 2012 году ФИО23., которой нотариус ФИО24 и риэлтор ФИО25. предварительно помогли на бесплатной основе расстаться с жильем по <адрес>

Инкрементирую ч. 3 ст. 162 УК РФ в отсутствие события преступления в части фактического завладения имуществом с целью наживы в совокупности с другими значимыми обстоятельствами следователь ФИО26 чтобы иметь успех в пользу обвинения при избрании меры пресечения и одновременно не фиксировать в протоколе допроса подозреваемого от 19.02.2018 показания указанные в заключение эксперта №№ а именно: 08.02.2018 <адрес> произошла драка с неизвестным мужчиной, в какой-то момент решил сфабриковать протокол допроса подозреваемого ФИО1 Таким образом, чтобы уложиться в рамки ст. 294 УК РФ. Для этого ФИО27 на заранее составленном протоколе оторвал правый верхний угол и смял его, после чего составил аналогичный протокол допроса, в котором при помощи технических средств указал про якобы оторванный правый верхний угол и смятие его.

При этом как видно из протокола допроса в статусе свидетеля ФИО28 не сразу осознал, что допустил ошибки анкетных данных в обоих протоколах допроса подозреваемого, осознав при этом и поняв, что смысла в отрывание верхнего правого угла не было, для убедительности в последующем решил еще и сфальсифицировать уже сфабрикованный протокол таким образом, чтобы попасть в рамки ст. 294 УК РФ. Для этого переоформил протокол, а словосочетание оторвал правый верхний угол заменил на надорвал его, смял и добавил, кинул на пол с последующей заменой одного протокола другим с соответствующими в протоколе допроса повреждениями, после чего был вызван специалист для фотофиксации якобы ФИО1 противоправных действий.

После вышеуказанных событий в отношении него было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 294 УК РФ и в свою очередь цель ФИО29 иметь успех при избрание меры пресечения, заключения под стражу и одновременно не фиксировать показания в протоколе допроса подозреваемого от 19.02.2018, указанные в заключение эксперта № №, данные им 19.02.2018, не заинтересованному в исходе уголовного дела и решения вопроса при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу врачу травматологу, а именно: травмы получил 08.02.2018 в результате драки с неизвестным мужчиной по <адрес> В очной ставке 19.02.2018 показал, что данную женщину не знает, что совпадает и согласуется между собой с показаниями врача травматолога по получению травмы 08.02.2018 в результате драки с неизвестным мужчиной по <адрес>

Вышеуказанные события развивались на фоне «визитной карточки УФМС с <адрес> отсутствие события преступления, в частности фактического завладения имуществом с целью наживы, как видно из определения от 05.02.2024, которое обжалуется и подтверждается материалами уголовного дела по ч. 3 ст. 162 УК РФ. При этом постановлением от 10.06.2019 установлено, что фальсификация материалов уголовного дела не была предметом разбирательств в первой и апелляционной инстанции в части противоправных действиях и последующей фальсификации материалов уголовного дела, а из протокола судебного заседания от 14.06.2018 в порядке ст. 217 УПК РФ было отказано постановлением в рассмотрение жалоб на органы предварительного следствия из материалов Ленинского районного суда и последующих обл.суда видно, что факт отсутствия в ОМВД эксперта в области криминологии ФИО34 указанный ФИО33Е. в протоколе ОМП от 19.02.2018 СУСК не оспаривает. При этом из решений от 26.12.2018 президента АПЧО ФИО30. и от 26.03.2024 президента АПЧО ФИО35. адвокатами ФИО31. и ФИО32Н. была нарушена законность прав анна защиту.

В части оригинала рапорта от 19.02.2018, находящегося якобы в материалах дела по версии ФИО36 01.03.2024, в противовес из разъяснений судьи Ленинского районного суда от 17.04.2023 видно, что порядок выдачи судебных дел и документов регламентирован главой 14 Инструкции по делопроизводству в районном суде, что выдачи подлежат лишь подлинные документы из судебных дел и их надлежащим образом заверенные копии, а свидетельства о регистрации права, фототаблицы к протоколу (изготавливал ФИО37 не является подлинниками, в связи с чем не могут быть выданных ввиду заверенных копий.

Рапорт от 20.02.2018 по ч. 2 ст. 294 УК РФ дважды заверен гербовой печатью Ленинского суда и пояснительными записями судьи, следовательно, как на момент представления в суд материала, избрание меры пресечения и момент выдачи именно рапорта от 20.02.2018 по ч. 2 ст. 294 УК РФ является оригиналом пока не был сфальсифицирован.

Данное исковое заявление напрямую наносит ущерб конституционным правам и свободам, в том время как он отбывает наказания, связанное с лишением свободы.

Скудное, необъективное проведение проверок с 28.09.2018 по 01.03.2024 с попытками переложить ответственность, мотивируя ранее не указанными обстоятельствами, не снимает ответственность с лиц, проводивших проверки по не отражению как в рапорте от 20.02.2018, так и в протоколе допроса подозреваемого.

Считает, что СУСК по Ульяновской области с самого начала 28.09.2018 по настоящее время 01.03.2024 проводит скудные проверки, направленные на то чтобы помочь своим коллегам избежать ответственности за содеянное, предлагая все новые и новые варианты отказа в возбуждении уголовного дела с попытками переложить ответственность, в то время как он продолжает отбывать наказание, связанное с лишением свободы, что побуждает моральные, нравственные и физически страдания.

Просит взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, участие которого обеспечено посредством видеоконференцсвязи, исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснил, что все проверки проводились после вступления приговора суда в законную силу. Считает, что проверки были проведены с нарушениями.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что насколько можно понять из содержания искового заявления, истец не согласен с действиями должностных лиц следственного управления при расследовании в отношении ФИО1 уголовного дела №№ и проведении проверки в порядке ст. 144 УПК по заявлению ФИО1 (материал №№ с чем и связывает причинение ему морального вреда. Порядок расследования уголовных дел и проведения доследственных проверок регулируется нормами уголовно-процессуального законодательства. Согласно ч.1 ст. 123 УПК РФ, действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном настоящим Кодексом порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы. Таким образом, действия (бездействие) следователя при расследовании уголовного дела и проведении доследственной проверки могут быть признаны незаконными и необоснованными только в уголовно-процессуальном порядке, а не в рамках гражданского процесса. Между тем, в уголовно-процессуальном порядке действия (бездействия) следователя (следователей) и иных должностных лиц в отношении ФИО1 незаконными не признавались. Оснований для компенсации ФИО1 морального вреда не имеется, поскольку истцом не доказан факт нарушения его личных неимущественных прав, не установлен в соответствующем порядке факт неправомерных действий (бездействий) причинителя вреда, а также причинная связь между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом, вина причинителя вреда.

Выслушав истца, представителя ответчика, материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Сторонам была разъяснена ст.56 ГПК РФ, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, судом были определены юридически значимые обстоятельства, подлежащие доказыванию сторонами.

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещёнными законом способами.

Гражданским законодательством, в частности ст.12 ГК РФ предусмотрены способы защиты гражданских прав, однако данный перечень не является исчерпывающим.

Согласно ст.3 ГПК РФ лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод и законных интересов.

Возможность судебной защиты гражданских прав служит одной из гарантий их осуществления. Право на судебную защиту является правом, гарантированным ст.46 Конституции Российской Федерации.

Суд принимает решение, в силу ст.196 ГПК РФ, в пределах заявленных истцом требований.

Судом установлено, что приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от 22.06.2018 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ульяновского областного суда от 29.08.2018 приговор Ленинского районного суда г.Ульяновска от 22.06.2018 в отношении ФИО1 оставлен без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

По заявлению ФИО1 о неправомерных действиях в отношении него сотрудником следственного отдела по Ленинскому району г.Ульяновска, была проведена проверка в порядке ст. 144, 145 УПК РФ.

Постановлением следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области от 28.09.2018 отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО39 и ФИО38 по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в их деянии состава преступлений, предусмотренных ст. 285, 286 и 127 УК РФ.

Не согласившись с данным постановлением, ФИО1 были поданы жалобы в порядке ст. 124 УПК РФ.

Постановлением заместителя руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области от 25.02.2019 в удовлетворении жалоб ФИО1 по материалу проверки № № отказано полностью.

Постановлением первого заместителя руководителя следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области от 29.02.2024 постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное 28.09.2018 следователя по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области отменено. Направлены материалы для организации проведения дополнительной проверки и установления ее срока руководителю первого отдела (о преступлениях против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области.

Постановлением первого заместителя руководителя следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области от 29.01.2024 удовлетворена жалоба ФИО1 на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное 28.09.2018 следователем по особо важным делам отдела по расследованию особо важных дел Следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области, а также в части соответствующих доводов на постановление руководителя первого от по расследованию дела особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) об отказе в удовлетворении жалобы.

Постановлением следователя первого отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области от 01.03.2024 отказано в возбуждении уголовного дела по ст. ст. 292, 303, 285, 286, 127 УК РФ в отношении ФИО40 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, т.е. в связи с отсутствием в их деянии состава указанного преступления.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нар> тающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям, и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, по своей юридической природе обязательства, возникающие в силу применения норм гражданско-правового института возмещения вреда, причиненного действиями органов власти или их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается в соответствии с предписанием закона причинитель вреда (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). В частности, статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит специальную норму об ответственности за вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц. Применение данной нормы предполагает наличие как общих условий деликтной (внедоговорной) ответственности (наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя), так и специальных условий такой ответственности, связанных с особенностями причинителя вреда и характера его действий (Постановление от 3 июля 2019 г. N 26-П, Определение от 17 января 2012 г. N 149-0-0 и др.).

Таким образом, ответственность за незаконные действия государственных органов и их должностных лиц по статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, не указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации наступает на общих условиях ответственности за причинение вреда.

Истец обжаловал действия (бездействия) должностных лиц следственного управления по Ульяновской области в порядке ст. 144-145 УПК РФ.

Таким образом, истец воспользовался своим конституционным правом на обжалование действий (бездействий) должностных лиц.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указал, что должностными лицами следственного управления Следственного комитета России по Ульяновской области и постановлением от 10.06.2019 установлено фальсификация материалов уголовного дела.

Как следует из вышеперечисленных норм права, а также статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда является формой гражданско-правовой ответственности, взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе: установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

Таким образом, из положений вышеприведенных норм закона следует, что истец, полагающий, что незаконными действиями (бездействием) государственного органа ему причинен моральный вред обязан доказать обстоятельства причинения вреда, неправомерность (незаконность) действий (бездействия) причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между незаконными действиями (бездействием) и наступившим вредом ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Отсутствие одного из названных элементов является основанием для отказа в иске.

ФИО1 не представлено доказательств, свидетельствующих о причинении ему морального вреда по вине должностных лиц следственного управления Следственного комитета РФ по Ульяновской области.

Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, оценив все собранные по делу доказательства в их совокупности, поскольку истцом не были представлены доказательства нарушений личных неимущественных прав, виновных действий должностных лиц, состоящих в причинной связи с таким нарушением, оснований для взыскания морального вреда не имеется.

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ст. 123 Конституции РФ) суд по данному делу обеспечил равенство прав участников процесса представлению, исследованию и заявлению ходатайств.

При рассмотрении дела суд исходил из представленных сторонами доказательств, иных доказательств сторонами не представлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Следственному управлению Следственного комитета России по Ульяновской области о взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Ленинский районный суд г.Ульяновска в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.Л.Анциферова

Мотивированное решение изготовлено 19.09.2024.