Решение № 2-211/2018 2-211/2018 ~ М-195/2018 М-195/2018 от 6 июня 2018 г. по делу № 2-211/2018

дело № 2-211/2018 г.


Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

07 июня 2018 года г. Бежецк

Бежецкий городской суд Тверской области в составе:

председательствующего судьи Бойцовой Н.А.

при секретаре судебного заседания Лагусевой С.С.,

с участием истца ФИО13,

представителя истцов ФИО14, ФИО13 – адвоката АК «Закон и право» Шебанина О.С., представившего удостоверение № 757 и ордер № 147 от 18.04.2018,

представителей ответчика ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» ФИО15, адвоката Бежецкого филиала №2 НО «ТОКА» Морозова И.А., представившего удостоверение № 380 и ордер № 36895 от 07.05.2018 г.,

помощника Бежецкого межрайонного прокурора Алексеенко А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО14, ФИО13 к ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» о компенсации морального вреда причиненного смертью в результате несчастного случая на производстве при исполнении трудовых обязанностей,

у с т а н о в и л:

ФИО14, ФИО13 обратились в суд с иском к ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» о компенсации морального вреда причиненного смертью в результате несчастного случая на производстве при исполнении трудовых обязанностей. В обоснование заявленныхтребований указали следующее. Истец ФИО13 является сыном ФИО2, а истец ФИО14 женой (вдовой) ФИО1 В период с 01.12.2016 и до даты смерти ФИО2 состояла в трудовых отношениях с ГБОУ «Бежецкая специальная (коррекционная) школа-интернат для детей с ограниченными возможностями здоровья VПІ вида» (в настоящее время ГКОУ Бежецкая школа-интернат №1) (далее школа-интернат) и согласно приказу о приеме на работу № 82-К от 30.11.2016 работала в должности <данные изъяты> по совместительству. ФИО1 согласно приказу о приеме на работу № 56-К от 22.08.2016 ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» с 23.08.2016 был принят на должность <данные изъяты>. 10.02.2017 директором школы-интерната ФИО15 был издан приказ № 16 о направлении несовершеннолетних воспитанников ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в Тверскую областную больницу для консультации в сопровождении <данные изъяты> ФИО2 Ответственным за доставку несовершеннолетних в г. Тверь и обратно был назначен <данные изъяты> ФИО1 13.02.2017 возвращаясь в г. Бежецк на 57 километре автодороги Тверь-Бежецк-Весьегонск водитель ФИО16, управляя автомобилем HUNDAI Н-12.4МРІ АТ, регистрационный знак №, двигаясь со стороны г. Бежецка в направлении г. Тверь, в зоне действия дорожного знака 1.11.1 «Опасный поворот», в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 года № 1090 «О правилах дорожного движения», не учла дорожные и метеорологические условия, не выбрала безопасную скорость движения, в результате чего не справилась с управлением автомобиля, где совершила столкновение с автомобилем ВАЗ-20163, регистрационный знак №, принадлежащим ГБОУ «Бежецкая специальная (коррекционная) школа-интернат для детей сирот», под управлением водителя ФИО1, двигавшемся во встречном направлении. В результате дорожно-транспортного происшествия находившиеся в автомобиле ВАЗ-20163 <данные изъяты> ФИО1 и пассажир ФИО2 скончались на месте происшествия, пассажиры малолетние ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ г.р., и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., получили телесные повреждения, с которыми были госпитализированы в ГБУЗ «Рамешковская ЦРБ». ФИО5 от полученных травм скончался

14.02.2017 года в ДОКБ г. Твери. Приговором Рамешковского районного суда Тверской области от 08.12.2017 года ФИО16 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, и ей назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года с лишением права управлять транспортным средством на срок 2 (два) года. На основании ст. 73 УК РФ наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком в 3 (три) года. Взыскано с ФИО16 в пользу ФИО13 в качестве компенсации морального вреда 1 000000 (один миллион) рублей, в пользу ФИО14 - 500 000 (пятьсот тысяч) рублей. Несмотря на установленную Рамешковским районным судом Тверской области вину ФИО17 истцы считают, что одним из условий, способствовавших произошедшему дорожно-транспортному происшествию, повлекшему смерть <данные изъяты> ФИО1 и пассажира ФИО2 являются виновные действия директора ГКОУ Бежецкая школа-интернат №1 ФИО15, т.к. для обеспечения максимальной степени безопасности при осуществлении организованных перевозок детей в Российской Федерации разработаны и приняты специальные правила. В соответствии с п. 3 постановления Правительства РФ от 17.12.2013 №1177 «Об утверждении Правил организованной перевозки группы детей автобусами» для осуществления организованной перевозки группы детей используется автобус, с года выпуска которого прошло не более 10 лет, который соответствует по назначению и конструкции техническим требованиям к перевозкам пассажиров, допущен в установленном порядке к участию в дорожном движении и оснащен в установленном порядке тахографом, а также аппаратурой спутниковой навигации ГЛОНАСС или ГЛОНАСС/GРS. В нарушение указанной нормы, а также, несмотря на предупреждение, опубликованное на сайте Главного Управления МЧС России по Тверской области о том, что днем 13 февраля на территории Тверской области ожидается усиление западного, юго-западного ветра, и требуется ограничить выход из зданий, находится в помещениях, взять под особый контроль детей и не оставлять их без присмотра, не прятаться от сильного ветра около стен домов, стоять под линией электропередач и подходить к оборвавшимся электропроводам, при метели гражданам рекомендовать быть особенно осторожными при управлении личным автотранспортом – соблюдать дистанцию и скоростной режим, 13 февраля 2017 года двое несовершеннолетних воспитанников школы-интернат были направлены директором ФИО15 из г. Бежецка в г. Тверь в сопровождении <данные изъяты> ФИО2 на легковой автомашине ВАЗ-20163, 1991 года выпуска, государственный регистрационный знак №, под управлением <данные изъяты> школы-интерната ФИО1, не оборудованной для перевозки несовершеннолетних пассажиров удерживающими детскими креслами и пр., при наличии в школе-интернате специализированного транспортного средства «Форд-Транзит». Согласно показаниям, изложенным в приговоре Рамешковского районного суда Тверской области от 08.12.2017 года свидетель ФИО15, как директор школы-интернат, пояснила, что на момент ДТП в школе было четыре машины: ВА3-21063, автомобиль «Форд Фокус», микроавтобус «Форд Транзит» и автобус «ПАЗ». <данные изъяты> ФИО10 был закреплен за ВАЗ-21063 и микроавтобусом «Форд Транзит». При постоянных разъездах им приходилось экономить. Когда едут пять детей, то их отправляли на большой машине, когда один человек – использовали легковой автомобиль. Сейчас даже если отправляют и одного ребенка, то везут на большой машине, на автобусе. 20.02.2017 Бежецким межрайонным прокурором по результатам проведенной проверки в адрес директора ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» было внесено представление об устранении нарушений законодательства об образовании и законодательства в сфере обеспечения безопасности при осуществлении организованных перевозок детей автомобильным транспортом, по результатам рассмотрения которого приказом директора школы-интернат от 27.02.2017 № 30 заместителю директора по безопасности ФИО6 предписано следить за ежедневными прогнозами погоды и взять под особый контроль мероприятия по предупреждению аварийности на автотранспорте. Кроме того, как прямо указано в акте прокурорского реагирования, в ходе прокурорской проверки были выявлены существенные грубые нарушения, связанные с тем, что в ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» не обеспечен надлежащий систематический контроль за соблюдением законодательства об образовании и законодательства в сфере обеспечения безопасности при осуществлении организованных перевозок детей, что может привести к созданию угрозы для жизни и здоровья детей и является недопустимым. Из ответа Правительства Тверской области от 30.05.2017 на обращение истца ФИО13 следует, что в связи с трагедией, произошедшей в результате дорожно-транспортного происшествия проведены проверки, по результатам которых к должностному лицу Министерства образования Тверской области, допустившему ненадлежащий контроль за деятельностью учреждения, применена мера дисциплинарной ответственности в виде замечания, а к директору ГКОУ «Бежецкая школа- интернат №1» ФИО15 за несоблюдение требований установленных нормативными правовыми актами, регламентирующими правила организованной перевозки детей, применена мера дисциплинарной ответственности в виде выговора. Таким образом, нарушив действующее законодательство в сфере обеспечения безопасности при осуществлении организованных перевозок детей автомобильным транспортом и в целях экономии ФИО15, как директор ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1», приняла незаконное решение о направлении в поездку несовершеннолетних воспитанников и работников школы-интерната на автомашине ВАЗ-21063, тем самым не обеспечила безопасность жизни и здоровья участников дорожно-транспортного происшествия, которая выразилась бы в предотвращении числа погибших жертв. В соответствии с актами № 1 и № 2 о несчастном случае на производстве, утвержденными 24.03.2017 председателем комиссии по расследованию несчастного случая - директором ГКОУ «Бежецкая школа- интернат №1» ФИО15, дорожно-транспортное происшествие, в результате которого погибли работники школы-интерната ФИО2 и ФИО1, квалифицировано как несчастный случай на производстве и комиссией выработаны мероприятия по устранению причин несчастного случая, выраженные в проведении внеплановых инструктажей с изложением обстоятельств несчастного случая. Вина самих пострадавших (погибших) в результате несчастного случая не установлена. Таким образом, смерть ФИО2 и ФИО1 наступила непосредственно при исполнении ими трудовых обязанностей по трудовым договорам, заключенным с ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1», при этом их смерть наступила в течение рабочего времени, случай признан работодателем несчастным случаем на производстве, о чем составлены соответствующие акты, в действиях самих умерших вины не установлено. Трагической смертью ФИО2 и ФИО1 истцам ФИО13 и ФИО14 причинены глубокие нравственные и физические страдания, т.к. они потеряли родных людей. Так, ФИО14 причинены страдания, выразившиеся в том, что она понесла большую утрату, связанную с гибелью родного для нее человека - мужа ФИО18 Она до сих пор, с февраля 2017 года, находится в постоянных переживаниях, чувствах тревоги, глубокой грусти и скорби, ее не покидает ощущение потерянности. Она потеряла родного человека, на помощь которого она и их совместный малолетний ребенок ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, очень рассчитывали. С мужем у нее были очень близкие отношения, муж помогал во всем по хозяйству, в т.ч. материально, очень заботился о ней и ребенке, и являлся для них с ребенком единственным кормильцем. Истцу ФИО13 также причинены нравственные страдания, которые выражаются в том, что он понес большую утрату, связанную с гибелью родной матери и до настоящего времени переживает и находится в чувствах тревоги, глубокой грусти и скорби. Смерть матери для него является невосполнимой утратой. Глубокие и нравственные страдания истца ФИО13 обусловлены и в претерпевании ФИО2 боли от полученных в результате дорожно-транспортного происшествия тяжких телесных повреждений, поскольку, как было установлено в ходе судебного заседания при рассмотрении уголовного дела, она до приезда сотрудников ДПС и скорой медицинской помощи еще жила, испытывая муки. У него с матерью были очень близкие отношения, мать регулярно помогала ему и его родной сестре ФИО8, являющейся <данные изъяты>, в том числе помогала материально. Ссылаясь на положения ст. 38 Конституции РФ, ст. 150, ст. 151, ст. 1064, ст. 1068, ст. 1079, ст. 1100, ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, ст. 21, 237 Трудового кодекса РФ, ст. 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», истцы отмечают следующее. Принимая во внимание, положения действующего законодательства об ответственности без вины владельца источника повышенной опасности за вред причинный, в том числе при использовании автомобиля, учитывая положения трудового законодательства в части ответственности работодателя за нарушения условий обеспечения безопасных условий и охраны труда и учитывая, что причиной смерти ФИО2 и <данные изъяты> ФИО1 стала травма, полученная при дорожно-транспортном происшествии автомобиля, принадлежащего ГКОУ «Бежецкая школа- интернат №1», при этом, нарушения допущенные работодателем погибших в части ненадлежащего обеспечения безопасных условий труда способствовали получению смертельной травмы как ФИО2, так и ФИО1, и, учитывая при этом глубину нравственных страданий истцов в связи со смертью близких родных людей, боль утраты которых для них является невосполнимой в силу близости отношений и является психологическим потрясением, нарушение целостности их семей в связи с гибелью родственников, истцы считают, что с ответчика подлежит взысканию сумма морального вреда в размере 1 000 ООО (один миллион рублей) каждой семье. На основании изложенного, ФИО14 и ФИО13 просили взыскать с ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №» в лице директора ФИО15 компенсацию морального вреда в пользу ФИО13 в размере 1 000 000 (один миллион) рублей, в пользу ФИО14 в размере 1 000 000 (один миллион) рублей.

Определением Бежецкого городского суда Тверской области от 23.04.2018 г. к участию в деле привлечен Бежецкий межрайонный прокурор, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Фонд социального страхования РФ, ГУ – Тверское региональное отделение Фонда социального страхования РФ, ФИО16; ФИО19, Правительство Тверской области РФ, Министерство образования Тверской области.

Определением Бежецкого городского суда Тверской области от 25.05.2018 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: Министерство имущественных и земельных отношений, а также исключенные из числа третьих лиц Правительство Тверской области и Министерство образования Тверской области.

Истец ФИО13 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить.

Истец ФИО14 в судебное заседание не явилась о времени и месте рассмотрения дела уведомлена заранее и надлежащим образом, об отложении дела не ходатайствовала, направила в суд своего представителя – адвоката Шебанина О.С., который пояснил в подготовительной части процесса, что его доверитель ФИО14 осведомлена о рассмотрении дела в суде, не может явиться в судебное заседание, т.к. находится с ребенком, которого не с кем оставить. Согласно представленному заявлению ФИО14 просила рассмотреть дело в ее отсутствие.

Представитель истцов ФИО13 и ФИО14 – адвокат Шебанин О.С. в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил удовлетворить, полагая, что в наступивших последствиях в виде смерти родственников истцов имеется причинно-следственная связь с неправомерными действиями ответчика, а именно: направление в г. Тверь без учета погодных условий на транспорте, не подлежащем эксплуатации для перевозки детей.

Представитель ответчика - ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» директор ФИО15 с заявленными исковыми требованиями не согласилась, указав, что вина школы-интернат в случившемся происшествии отсутствует. Ими всегда при выезде детей учитываются погодные условия, принимается во внимание информация, поступающая от МЧС. 13 февраля 2017 погода была хорошая, светило солнце. Водитель ФИО11 прошел медицинский осмотр перед выездом. ФИО20 находилась в исправном состоянии, перед выпуском на линию осмотрена механиком. Диспетчер школы-интернат на протяжении всего пути был на связи с <данные изъяты> ФИО11 и <данные изъяты> ФИО10. До г. Твери они доехали благополучно. Там, выполнив все задания, они связались с диспетчером, сообщили, что выезжают в г. Бежецк. Погода по-прежнему была хорошая. Метель началась позднее, когда машина была уже в пути по дороге в г. Бежецк. В случае, если бы погодные условия при выезде из г. Тверь не позволяли бы продолжить путь, то детей оставили бы ночевать в школе-интернат № 1 г. Твери. У них с ними имеется об этом соответствующая договоренность, и не раз уже дети оставались там ночевать. Постановление Правительства от 17.12.2013 г. № 1177, на которое ссылаются истцы, к данному случаю не применимо, поскольку устанавливает правила перевозки детей в количестве от 8 и более человек. В штате школы-интернат имеется 2 водителя, за каждым из которых закреплено по два транспортных средства. За ФИО10 числилась легковая автомашина ВАЗ и автобус Форд Транзит. Водитель, в зависимости от количества перевозимых детей, по согласованию с руководителем школы-интернат, сам выбирает транспортное средство, на котором он повезет детей. Нормами действующего законодательства не запрещается перевозить детей в количестве двух человек на легковом автомобиле.

Представитель ответчика ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» – адвокат Морозов И.А. с исковыми требованиями ФИО13 и ФИО14 не согласился, просил в их удовлетворении отказать.

Представитель ответчика – Правительства Тверской области, в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела уведомлен заранее и надлежащим образом, об отложении дела не ходатайствовал, представил отзыв на заявленные требования, где указал, что ни Правительство Тверской области, ни Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области не являются надлежащими ответчиками по делу. Дополнительно отметил, что в рамках рассматриваемого дела отсутствует причинно-следственная связь между действиями работодателя- ответчика, и произошедшим ДТП, в результате которого истцам причинен моральный вред. Гибель ФИО2 и ФИО1 причинена при исполнении ими трудовых обязанностей. Между тем, из представленных по делу доказательств нельзя установить вины работодателя в причинении гибели работникам. Учитывая, что виновной в совершении дорожно-транспортного происшествия, в результате которого причинен моральный вред истцам, признана ФИО16, а не работодатель (приговор суда от 08.12.2017), а также учитывая, что доказательств наличия вины работодателя в причинении гибели ФИО2 и ФИО1 не предоставлено, у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований истцов. Кроме того, отметил, что на основании распоряжений Правительства Тверской области от 01.03.2017 №№ 73-рп, 74-рп ФИО21, ФИО14 была произведена единовременная выплата в связи с гибелью 13.02.2017 в результате дорожно-транспортного происшествия при исполнении служебных обязанностей ФИО2, ФИО1 в сумме по 100 000,00 рублей. Данная выплата по своему содержанию носит компенсационный характер. Истцами размер компенсации сверх суммы, выплаченной со стороны Тверской области, не обосновывается.

Представитель ответчика – Министерства образования Тверской области, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, представил письменный отзыв, где указал, что требования истцов уже были удовлетворены в полном объеме в ходе рассмотрения уголовного дела. Кроме того, семьям погибших в связи с произошедшим несчастным случаем на основании распоряжений Правительства Тверской области от 01.03.2017 рп и 74-рп была произведена компенсация в размере по 100 000 рублей семье. На основании изложенного, представитель Министерства образования Тверской области просил исковые требования ФИО14 и ФИО22 оставить без удовлетворения.

Представитель ответчика – Министерства имущественных и земельных отношений Тверской области, в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрении дела уведомлен заранее и надлежащим образом, в отзыве на иск просил разрешить заявленные требования в его отсутствие. В качестве обоснования своей позиции об отказе в удовлетворении иска указал следующее. Считает, что прав и законных интересов истцов Министерство имущественных и земельных отношений Тверской области не нарушало, и в силу норм гражданского законодательства к субсидиарной ответственности не может быть привлечено. Кроме того, представитель ответчика отметил, что как следует из ксерокопии приговора от 08 декабря 2017, истцами было реализовано право на возмещении компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни их родственникам источником повышенной опасности, способом гражданского искового заявления, рассмотренного в рамках уголовного дела, в отношении ФИО16 Исходя из толкования норм материального права, закрепляющих общие положения, условия и порядок компенсации морального вреда, Министерство полагает, что под моральным вредом понимается способ защиты нарушенных неимущественных прав. Указанным приговором установлено лицо, в действиях которого были выявлены признаки состава преступления и гражданско-правового правонарушения неимущественных прав истов, в связи с чем последнее понесло уголовную и гражданско-правовую ответственность. Министерство считает, ГКОУ ТО «Бежецкая школа-интернат № 1» не нарушало неимущественных прав истцов. В виду того, что право истцов на возмещение им морального вреда в связи с причинением вреда жизни их родственникам источником повышенной опасности было реализовано, что подтверждается наличием в материалах гражданского дела копией приговора от 08 декабря 2017, Министерство полагает, что повторное взыскание компенсации морального вреда не возможно.

Представители третьих лиц – Фонда социального страхования Российской Федерации, ГУ-Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены заранее и надлежащим образом, об отложении дела не ходатайствовали.

В отзыве на исковое заявление представитель Фонда социального страхования Российской Федерации (л.д.181-185) указал следующее. Пунктом 13 Административного регламента предоставления Фондом социального страхования Российской Федерации услуги по назначению обеспечения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в виде единовременной и (или) ежемесячной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение страховых выплат в случае его смерти, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 25.10.2013 № 577н (далее - Административный регламент) установлено, что предоставление государственной услуги (назначение обеспечения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в виде единовременной и (или) ежемесячной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение страховых выплат в случае его смерти) осуществляется Фондом через его территориальные органы. Пунктом 20 Административного регламента установлено, что для получения государственной услуги заявитель представляет именно в территориальный орган Фонда заявление о предоставлении государственной к услуги. В соответствии с пунктами 72 и 73 Административного регламента должностное лицо территориального органа Фонда, ответственное за предоставление государственной услуги, рассматривает заявление и документы, необходимые для предоставления государственной услуги, в том числе осуществляет проверку представленных заявителем (его представителем, страхователем) документов на предмет их соответствия действующему законодательству Российской Федерации, а также определяет наличие оснований, по которым государственная услуга не может быть предоставлена, в соответствии с пунктом 28 Административного регламента. Пунктом 80 Административного регламента установлено, что основанием для начала административной процедуры является подписание руководителем территориального органа Фонда приказа о назначении единовременной страховой выплаты и (или) ежемесячной страховой выплаты либо письменного уведомления об отказе в назначении единовременной и (или) ежемесячной страховых выплат. Согласно пункту 85 Административного регламента, результатом административной процедуры по уведомлению заявителя о назначении единовременной и (или) ежемесячной страховых выплат либо об отказе в назначении единовременной и (или) ежемесячной страховых выплат является направление заявителю приказа территориального органа Фонда о назначении единовременной страховой выплаты и (или) ежемесячной страховой выплаты либо уведомление об отказе в назначении единовременной и (или) ежемесячной страховых выплат. Кроме того, в соответствии с Положением о Фонде социального страхования РФ, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 12.02.1994 № 101, Фонд и его региональные отделения являются самостоятельными юридическими лицами, имеют гербовую печать со своим наименованием, имеют расчетные и иные счета в банках. Несчастный случай, произошедший с ФИО1 и ФИО2, признан страховым случаем на производстве. Работодатель потерпевших - ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1», зарегистрировано по адресу: 171988, Тверская область, г. Бежецк, Тверская область, площадь имени Константина Чернышева, д. 27, и состоит на учете в качестве страхователя в Государственном учреждении - Тверском региональном отделении Фонда. Тверское региональное отделение осуществляет свою деятельность на основании положения о Государственном учреждении Тверском социального страхования Российской Федерации, утвержденного приказом Фонда от 05.05.2003 1721 17, на территории Тверской области. Таким образом, организацией, обладающей полномочиями по назначению и выплате обеспечения по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний является Тверское региональное отделение. В Фонд истцы или их представители с заявлениями о назначении страхового обеспечения не обращались, документов не предоставляли, Фонд никаких решений, приказов о назначении ежемесячной страховой выплаты или отказа в назначении страховых выплат не принимал, соответственно Фонд права и законные интересы истца не нарушал. На сегодняшний день, в Фонде, какие-либо документы, касаемые произошедшего с ФИО1 и ФИО2 несчастного случая, отсутствуют, истцы в Фонд с заявлениями о назначении страхового обеспечения не обращались, документов не предоставляли, Фонд никаких решений, приказов о назначении страховой выплаты или отказа в назначении страховых выплат не принимал, соответственно Фонд права и законные интересы истцов не нарушал. По информации, полученной из Тверского регионального отделения, супруге и сыну пострадавшего ФИО1 были назначены и выплачены единовременная страховая выплата (приказы от 13.04.2017 №1347-В и №1350-В) и ежемесячные страховые выплаты (приказы от 13.04.2017 № 1352-В и №1356-В). ФИО13, согласно статьи 7 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ, не относится к числу лиц, которым могут быть назначены страховые выплаты с случае смерти его матери ФИО2 Таким образом, Тверским региональным отделением обязанность по выплате предусмотренных нормами Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ страховых выплат лицами, имеющими право на получение страховых выплат, исполнена. Относительно заявленных ФИО14 и ФИО13 требований Фонд, ссылаясь на положения ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ, п. 3 ст. 8 ФЗ от 24.07.1998 № 125-ФЗ, поясняет следующее. Как следует из искового заявления 13.02.2017 с ФИО1 и ФИО2 при исполнении ими своих трудовых обязанностей по трудовым договорам, заключенным с ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1» произошел несчастный случай на производстве (дорожно-транспортное происшествие), повлекший смерть обоих потерпевших, о чем составлены акты № 1 и №2 от 24.03.2017. Приговором Рамешковского районного суда Тверской области от 08.12.2017

виновником дорожно-транспортного происшествия признана водитель автомобиля Hundai Н-12.4МРІ ФИО16. Более того, указанным приговором Рамешковского районного суда Тверской области от 08.12.2017 с ФИО16 взыскана компенсация морального вреда в пользу ФИО14 (жены потерпевшего) - 500 000,0 рублей, в пользу ФИО7 (матери потерпевшего) - 500 000,0 рублей, в пользу ФИО13 (сына потерпевшей) - 1 000 000,0 рублей. На основании изложенного, Фонд социального страхования Российской Федерации просит учесть позицию Фонда социального страхования Российской Федерации при вынесении судебного акта по гражданскому делу № 2-211/2018.

Представитель ГУ-Тверское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации в своем отзыве (л.д.146-147) указал на то, что супруге и сыну погибшего ФИО1 были назначены и выплачены единовременная страховая выплата и ежемесячные страховые выплаты. ФИО13 в силу Закона № 125-ФЗ не является лицом, имеющим право на получение страхового обеспечения в связи с гибелью его матери ФИО2

Третьи лица ФИО16 и ФИО19 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела уведомлялись судом заранее и надлежащим образом, однако неоднократно направляемую им судом корреспонденцию не получают, она возвращается с отметкой почтового отделения «истек срок хранения». Будучи извещенными посредством электронной почты третьи лица ФИО16 и ФИО19 представили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие, просили исключить их из числа третьих лиц, указав, что с ФИО16 по приговору суда в счет возмещения морального вреда в пользу истцов взысканы денежные средства (л.д.200-205).

Выслушав участников процесса, заключение помощника Бежецкого межрайонного прокурора Алексеенко А.В., полагавшей необходимым в удовлетворении заявленных требований отказать, исследовав письменные материалы дела, материалы проверки по несчастному случаю, суд приходит к следующим выводам.

Трудовыми книжками (л.д.32-34, 37-43) подтверждается факт нахождения ФИО18 и ФИО23 в трудовых отношениях с ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1».

По приказу от 22.02.2016 № 56-к ФИО1 принят в школу-интернат водителем (л.д.48), а ФИО2 по приказу от 30.11.2016 № 82-к принята в школу –интернат на 0,3 ставки <данные изъяты> по совместительству (л.д.49).

Согласно приказу директора школы-интернат ФИО15 от 10.02.2017 № 16 (л.д.50) 13 февраля 2017 в связи с необходимостью медицинского переосвидетельствования по поводу инвалидности ФИО24, а также с целью получения консультации у ортопеда ФИО5, направлены ФИО4 и ФИО5 для получения медицинской и социальной помощи в г. Тверь. <данные изъяты> ФИО2 назначена сопровождающей, не нее была возложена ответственность за жизнь и здоровье детей. Ответственным за доставку в г. Тверь и обратно был назначен <данные изъяты> ФИО1

ПТС и свидетельством о регистрации транспортного средства подтверждается, что собственником автомашины ВАЗ 21063, г.н. №, является ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1», что представителями ответчика не оспаривалось.

Согласно путевому листу от 13.02.2017 автомобиль школы-интернат ВАЗ 21063, г.н. № с разрешения механика ФИО12, с указанием его (автомобиля) технической исправности, под управлением ФИО1 выехал в г. Тверь (л.д.231).

Перед выездом водитель ФИО1 прошел предрейсовый медицинский осмотр, жалобы на состояние здоровья отсутствовали, все показатели (пульс, давление, температура тела) были в норме, проба на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе – отрицательная, допуск к работе разрешен (л.д.226-228).

Выпиской из журнала учета предрейсовых инструктажей с водительским составом в ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1» подтверждается прохождение 13.02.2017 ФИО18 соответствующего инструктажа (л.д. 229-230).

Транспортное средство – ВАЗ 21063, г.н. №, закрепленное за ФИО1, на момент выезда 13.02.2017 в 08 час. находилось в исправном состоянии, обслуживалось в сервисном центре, резина менялась соответственно сезону (л.д.239-246). Гражданская ответственность собственника транспортного средства была застрахована (л.д.236), техосмотр пройден.

По сведениям ГИБДД (л.д.247), а также согласно журналу учета нарушений правил дорожного движения в ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1» (л.д.248-249) <данные изъяты> ФИО1 водительского удостоверения не лишался, нарушений ПДД РФ не имел.

Согласно свидетельству о смерти ФИО1 умер 13 февраля 2017 г., место смерти – <адрес> (л.д.36), ФИО2 умерла 13 февраля 2017 г., место смерти <адрес>.

Из справок о смерти ФИО1 и ФИО2 следует, что они скончались от повреждений, образовавшихся в результате столкновения с легковым автомобилем.

17 февраля 2017 г. директором школы-интернат ФИО15 издан приказ о создании комиссии по служебному расследованию ДТП от 13.02.2017 (л.д.52).

В соответствии с актами № 1 и № 2 о несчастном случае на производстве от 24.03.2017 (л.д.61-69) смерть ФИО1 и ФИО2 наступила от повреждений, образовавшихся в результате ДТП. Причинами несчастного случая на производстве явились допущенные водителем другого транспортного средства ФИО16 нарушения ПДД РФ. Вины работодателя – ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1», <данные изъяты> ФИО1 в произошедшем не установлено. <данные изъяты> ФИО1 находился в трезвом состоянии, как и пассажиры автомашины, был пристегнут ремнем безопасности.

Приговором Рамешковского районного суда Тверской области от 08.12.2017 г., вступившим в законную силу 19.12.2017, ФИО16 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, и ей назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы с лишением права управлять транспортными средствами на срок 2 года. На основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО16 наказание постановлено считать условным с испытательным сроком в 3 года. С ФИО16 взыскано в качестве компенсации морального вреда в пользу потерпевших: ФИО13 – истца по настоящему делу – 1000000 руб., ФИО14 – истца по настоящему делу – 500000 руб. При этом суд отмечает, что заявленные потерпевшими по уголовному делу ФИО13 и ФИО14 требования в части компенсации морального вреда были удовлетворены Рамешковским судом в полном объеме, а именно в том размере, в котором были заявлены указанными лицами.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии со ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» установлено, что несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть (ст. 3).

По правилам п. 2 ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» обеспечение по страхованию осуществляется, в том числе и в виде страховых выплат: единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти; ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти.

Вместе с этим, исходя из положений ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена. Поэтому, если наряду с требованиями о взыскании страхового возмещения заявлены требования о возмещении морального вреда, причиненного застрахованному в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, суд с согласия истца вправе привлечь к участию в деле в качестве соответчика причинителя вреда (работодателя (страхователя) или лица, ответственного за причинение вреда), поскольку согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ такой вред подлежит компенсации причинителем вреда.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Установлено, что 13 февраля 2017 г. ФИО23 и ФИО18, состоящие в трудовых отношениях с ответчиком – ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1», и находившиеся при исполнении своих должностных обязанностей во время поездки в г. Тверь по заданию работодателя, погибли в результате дорожно-транспортного происшествия.

По указанному факту ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1» были составлены акты формы Н-1 от 24 марта 2017 г. о несчастном случае на производстве, которыми смерть ФИО2 и ФИО1 была расценена как несчастный случай на производстве. Причиной несчастного случая, согласно указанным актам, стало дорожно-транспортное происшествие, виновником которого явилась водитель автомашины Хендай Н-1 ФИО16 Каких-либо нарушений требований охраны труда, как со стороны ГКОУ «Бежецкая школа-интернат», так и со стороны <данные изъяты> ФИО9, указанными актами установлено не было.

Как уже отмечалось ранее, виновным в дорожно-транспортном происшествии был признан водитель другого автомобиля – HYUNDAI Н-12.4, ФИО16, нарушившая подп. 1, подп. 2 п. 10.1, п. 10.3 ПДД РФ, которая выехала на полосу встреченного движения, где совершила столкновение с находившимся на своей полосе движения автомобилем марки ВАЗ 21063, г.р.з. №, под управлением <данные изъяты> ФИО1 с пассажирами ФИО2, малолетними ФИО5, ФИО4

Данные обстоятельства подтверждаются вступившим в законную силу приговором Рамешковского районного суда Тверской области от 08 декабря 2017 г., которым ФИО16 была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, и с нее в пользу потерпевших, в том числе истцов по настоящему делу ФИО22 и ФИО14 было взыскано в качестве компенсации морального вреда по 1000000 руб. и 500000 руб. соответственно.

Установлено, что ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1» 13.02.2017 каких-либо нарушений требований по охране труда при выполнении ФИО1 и ФИО2 своих должностных обязанностей допущено не было. Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что перед выездом транспортное средство было осмотрено, находилось в исправном состоянии, водитель прошел медицинский осмотр, нарушений ПДД РФ в момент ДТП не допускал. В рассматриваемой ситуации работодателем погибших ФИО1 и ФИО2 полностью были обеспечены предусмотренные Трудовым кодексом РФ права на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, а также на гарантированное социальное страхование от несчастных случаев на производстве в соответствии с ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Таким образом, исходя из изложенного, установленных по делу обстоятельств, наличие причинно-следственной связи между наступившими 13.02.2017 последствиями в виде смерти родственников истцов и какими-либо виновными неправомерными действиями ответчика ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1», не усматривается.

Доводы истцов о том, что директор школы-интернат не вправе была направлять детей на легковом автомобиле, поскольку это противоречит требованиям, установленным Правилами, утв. постановлением Правительства РФ от 17.12.2013 № 1177, суд находит основанными на неверном толковании норм материального права.

Согласно п. 1 указанных Правил они определяют требования, предъявляемые при организации и осуществлении организованной перевозки группы детей, в том числе детей-инвалидов (далее - группа детей), автобусами в городском, пригородном или междугородном сообщении.

В силу абз. 5 п. 2 Правил, утв. постановлением Правительства РФ от 17.12.2013 № 1177, понятие "организованная перевозка группы детей" используется в значении, предусмотренном Правилами дорожного движения Российской Федерации, утвержденными постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. N 1090 "О правилах дорожного движения».

В соответствии с п. 1.2 ПДД РФ «организованная перевозка группы детей" - перевозка в автобусе, не относящемся к маршрутному транспортному средству, группы детей численностью 8 и более человек, осуществляемая без их родителей или иных законных представителей.

Таким образом, при переводке двоих детей, требования, установленные Правилами, утв. постановлением Правительства РФ от 17.12.2013 № 1177, не применяются.

Ссылку представителя истца о том, что в ходе прокурорской проверки в школе-интернат были выявлены нарушения, которые послужили причиной ДТП, произошедшего 13.02.2017, суд находит несостоятельной, поскольку она опровергается представленными в материалы дела доказательствами.

Установлено и следует из представления прокурора (л.д.53-56), что нарушения, которые имели место в ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1» связаны с организованными перевозками детей, и отношения к несчастному случаю не имеют.

Утверждения истцов о наличии вины работодателя погибших в связи с не перенесением поездки по причине неблагоприятных погодных условий, о чем имелась соответствующая информация на сайте МЧС, суд отклоняет как несостоятельные.

Согласно информации МЧС России (л.д.51) днем 13.02.2017 на территории Тверской области ожидается усиление западного, юго-западного ветра, отдельные порывы 12-14 м/с, метель.

В судебном заседании установлено, что автомашина ВАЗ 21063, г.н. №, под управлением ФИО10 выехала в г. Тверь в 08 час. утра, т.е. еще до возникновения неблагоприятных погодных условий. При этом, каких-либо ограничений в передвижении по области на транспортных средствах установлено не было. Кроме того, причиной ДТП послужило нарушение ФИО16 ПДД РФ, а не плохие погодные условия.

Кроме того, разрешая заявленные исковые требования, суд принимает во внимание следующее.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», в соответствии с пунктом 2 статьи 1 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ права застрахованных лиц на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию, производимое на основании данного Федерального закона, не ограничиваются: работодатель (страхователь) несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

По правилам п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

При этом п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации оговорено, что законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации определены правила, применяемые в случае причинения вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности третьим лицам.

Абзацем первым пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам, по основаниям, предусмотренным пунктом 1 этой статьи.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что при причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

Из системного толкования приведенных нормативных положений и разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 25 постановления от 26 января 2010 года N 1, следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по осуществлению компенсации вреда, в том числе морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно.

В соответствии со статьей 323 Гражданского кодекса Российской Федерации при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью.

Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 и подпункту 1 пункта 2 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение солидарной обязанности полностью одним из должников освобождает остальных должников от исполнения кредитору. Если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

По смыслу положений статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 1 статьи 325 Гражданского кодекса Российской Федерации, солидарный должник, исполнивший обязательство не в полном объеме, не выбывает из правоотношения до полного погашения требований кредитора. Вместе с тем обязательство солидарных должников перед кредитором прекращается исполнением солидарной обязанности полностью одним из должников.

Установлено, что приговором Рамешковского районного суда Тверской области от 08.12.2017 г., вступившим в законную силу 19.12.2017, с лица, виновного в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, - ФИО16 взыскано в качестве компенсации морального вреда в пользу потерпевших: ФИО13 – истца по настоящему делу – 1000000 руб., ФИО14 – истца по настоящему делу – 500000 руб. При этом суд отмечает, что заявленные потерпевшими по уголовному делу ФИО13 и ФИО14 требования в части компенсации морального вреда были удовлетворены Рамешковским судом в полном объеме, а именно в том размере, в котором были заявлены указанными лицами. При этом суд отмечает, что физические и нравственные страдания, которые истцы испытывали в связи с утратой близких им людей, они при рассмотрении уголовного дела оценили: ФИО22 в 1000000 руб., ФИО14 - в 500000 руб. Указанные суммы суд, исходя из положений ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, считает разумными и справедливыми, определенными в зависимости от характера причиненных потерпевшим физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Кроме того, как следует из пояснений истца ФИО13 в судебном заседании, ФИО16 выплатила ему уже 1/3 взысканной с нее суммы в счет возмещения морального вреда. Соответствующие выплаты производятся ФИО16 и потерпевшей (истцу по делу) ФИО14, что не оспаривалось представителем истца Шебаниным О.С.

Таким образом, исполнение одним из солидарных должников – ФИО16 солидарной обязанности по возмещению морального вреда ФИО13 и ФИО14 и освобождение судом в связи с этим ответчика по делу от солидарной ответственности перед истцами влекут за собой в силу положений пункта 1 статьи 325 и пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации прекращение солидарного обязательства и, соответственно, освобождение другого солидарного должника – ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» от исполнения кредитору (ФИО13 и ФИО14).

При таких обстоятельствах, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд не находит правовых оснований для взыскания в пользу истцов ФИО22 и ФИО14 с ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» компенсации морального вреда, причиненного смертью в результате несчастного случая на производстве при исполнении трудовых обязанностей.

Учитывая, что иск к ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1» оставлен без удовлетворения, соответственно и требования ФИО14 и ФИО22 к Министерству имущественных и земельных отношений Тверской области, выполняющего полномочия собственника имущества учреждения и подлежащего привлечению к субсидиарной ответственности в порядке и при наличии оснований, предусмотренных законодательством РФ, не подлежат удовлетворению.

Кроме того, учитывая положения норм Гражданского кодекса РФ, а также п. 1.3, 1.4 Устава ГКОУ «Бежецкая школа-интернат № 1», исходя из характера спорных правоотношений, исковые требования ФИО14 и ФИО22 к Правительству Тверской области и Министерству образования Тверской области подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования ФИО14, ФИО13 к ГКОУ «Бежецкая школа-интернат №1», Правительству Тверской области, Министерству образования Тверской области, Министерству имущественных и земельных отношений Тверской области о компенсации морального вреда, причиненного смертью в результате несчастного случая на производстве при исполнении трудовых обязанностей, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Тверской областной суд с подачей жалобы через Бежецкий городской суд.

Решение в окончательной форме принято 08 июня 2018 года.

Председательствующий