Апелляционное определение № 22-7/2026 22-937/2025 от 1 апреля 2026 г.

Судья: Атакуев Р.С. Дело №22-937/2025


А п е л л я ц и о н н о е о п р е д е л е н и е

г. Нальчик 02 апреля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

председательствующего – судьи Мамишева К.К.,

судей Хажнагоевой Ж.Х., Макоева Б.М.,

при секретарях судебного заседания – Емзаговой М.С., Улакове И.Ю.,

с участием:

прокуроров – Маргушева А.В., ФИО1,

осужденного – ФИО2 в режиме видеоконференц-связи,

адвоката – Локьяевой Ф.С. в его защиту,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного ФИО2 на приговор Майского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 25 августа 2025 года, которым

ФИО2, <данные изъяты> судимый: 04.07.2025 мировым судьёй судебного участка № 1 Майского судебного района по ч.1 ст.231 УК РФ к 1 году ограничения свободы, содержащегося под стражей с 21.05.2025,

осужден по ч. 5 ст. 110.1 УК РФ к наказанию в виде 6 лет лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений ФИО2 путём частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору мирового судьи судебного участка № 1 Майского судебного района КБР от 04.07.2025 назначено окончательное наказание 6 лет 2 месяца лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, засчитав в срок наказания время содержания ФИО2 под стражей с 21 мая 2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчёта, предусмотренного ч. 3.1 ст. 72 УК РФ: один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде заключения под стражу оставить ФИО2 оставлена без изменения.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

судом ФИО2 признан виновным в содействии совершению ФИО20, находящимся в беспомощном состоянии, самоубийства, предоставлением орудия совершения самоубийства, повлекшее самоубийство последнего.

Преступление совершено в мае 2025 года в г.Майский КБР при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО2, не соглашаясь с приговором, просит вынести в отношении него оправдательный приговор.

Жалоба мотивирована тем, что ч.5 ст. 110.1 УК РФ к нему не относится. Указывает, что методом запугивания и угроз был собран материал в отношении него, было сфабриковано уголовное дело. Написали, что он, якобы, лежал рядом с ножом, никакой крови он не вытирал. Нож ФИО20 не предоставлял, откуда тот взял нож, ему неизвестно. ФИО20 совершал порезы под воздействием лекарства фенобарбитола, который Свидетель №1 ему купил специально, чтобы отравить его. Когда ФИО20 наносил порезы, крови не было, поскольку она сразу сворачивалась. В ИВС ему, ФИО2, вызвали скорую помощь, от него пытались избавиться. Он никогда не желал смерти ФИО20 К смерти его склонял Свидетель №1. Предполагает, что дочь ФИО20 с Свидетель №1 договорились избавиться от ФИО20, а его подставить. Он сдружился с ФИО20 три года назад, ухаживал и помогал ему, а дочери он не был нужен. Полагает, что Свидетель №1 и оперативный работник ФИО3 являются заинтересованными лицами, поскольку последний присвоил 132 тысячи, принадлежащих ему денежных средств, 2 телефона и дом разграбили, а Свидетель №1 остались машина ФИО20, его инструменты и отстроенный дачный дом. 17 мая 2025 года его избил сотрудник полиции, в результате чего он получил сотрясение головного мозга, инфаркт миокарда, межреберную невралгию, варикозную болезнь, сломаны ключица правого плеча и лучевая кость левой руки, у него аритмия, стенокардия, шум в голове, судороги, онемение, разрыв ушной перепонки. Ему 63 года, он инвалид 4 группы, нуждается в постоянном лечении.

В возражении на апелляционную жалобу государственный обвинитель Бетуганов К.М. просит приговор оставить без изменения как законный и обоснованный, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, считая ее необоснованной и немотивированной. При вынесении судом приговора не допущены нарушения уголовно-процессуального законодательства.

В обоснование указывает, что в ходе судебного заседания о доводах, изложенных в своей апелляционной жалобе, ФИО2 не сообщал.

Вина подсудимого установлена и доказана его показаниями в ходе судебного заседания и другими материалами уголовного дела, а именно показаниями свидетелей Свидетель №1, Потерпевший №1, Свидетель №2, письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, а именно: протоколом осмотра места происшествия от 11.05.2025, протокол осмотра места происшествия от 11.05.2025, протоколом осмотра предметов от 09.06.2025, протоколом личного досмотра от 11.05.2025, протоколом осмотра предметов от 22.05.2025, заключением судебно-медицинской экспертизы № 36 от 12.05.2025, заключением судебной экспертизы холодного и метательного оружия № 66 от 09.06.2025, заключением психолого-психиатрической судебной экспертизы № 842 от 03.06.2025, которые логически взаимосвязаны.

Судом при назначении наказания ФИО2 были учтены все обстоятельства дела, противоправное общественно-опасное деяние, а также материалы дела, в совокупности доказывающие виновность осужденного. Назначенное наказание является справедливым и соответствующим совершенному деянию.

Проверив материалы дела, выслушав участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Приговор Майского районного суда КБР соответствует требованиям главы 39 УПК РФ, не содержит неясностей и противоречий в установленных судом обстоятельствах дела, выводах суда и принятом решении.

Установленные судом первой инстанции по делу фактические обстоятельства содеянного, выводы суда о доказанности вины ФИО2 и квалификация действий осужденного, сомнений не вызывают.

Указанные выводы суда подтверждаются достаточной совокупностью исследованных и оцененных судом доказательств, как это предусмотрено ст.ст.85-89 и 307 УПК РФ.

Так виновность ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.5 ст.110.1 УК РФ, установлена следующими всесторонне, полно и объективно исследованными и оцененными в их совокупности доказательствами:

показаниями ФИО2 в судебном заседании, не отрицавшего, что в ночь на 11 мая 2025 года, находясь у ФИО20 на даче по адресу: <адрес>, на просьбу последнего, не способного передвигаться самостоятельно, переместил ФИО20 во двор, после чего пошел на кухню, взял там нож хозяйственно-бытового назначения и бросил его на землю рядом с ФИО20, чтобы тот мог им воспользоваться; наблюдал, как ФИО20 наносит себе ножевые ранения, фиксировал происходящее на камеру своего мобильного телефона; убедившись, что ФИО20 не выживет, ушёл домой, утром вернулся, обнаружил его труп и вызвал скорую помощь и полицию;

показаниями потерпевшей Потерпевший №1 о том, что её отец ФИО20 длительное время страдал тяжёлым заболеванием; о смерти отца ей сообщили утром 11 мая 2025 года, по приезде на дачу от сотрудников полиции стало известно, что отец покончил жизнь самоубийством, и в это время с ним находился ФИО2;

показаниями свидетеля Свидетель №1, который пояснил, что был знаком с ФИО20 более 10 лет, последний из-за болезни ног передвигался с трудом; примерно за год до указанных событий ФИО20 познакомился с ФИО2, который стал ему помогать; в конце апреля 2025 года ФИО20 госпитализировали; утром ДД.ММ.ГГГГ ему позвонил ФИО2 и сообщил о смерти ФИО20; по приезде на дачу он увидел во дворе труп ФИО20;

показаниями свидетеля Свидетель №2 – фельдшера отделения скорой медицинской помощи, выезжавшего по вызову ФИО2 к ФИО20, которому ввиду жалоб на сильные боли в ногах был сделан укол препарата «Кеторол», после чего бригада скорой помощи уехала, не найдя оснований для госпитализации; ранним утром того же дня при повторном выезде по тому же адресу была констатирована смерть ФИО20;

картами вызова скорой медицинской помощи, согласно которым 11 мая 2025 года было совершено два выезда к ФИО20 по вызову ФИО2; при втором осмотре констатирована смерть (т. 1 л. д. 101-104);

протоколом осмотра места происшествия от 11 мая 2025 года, согласно которому труп ФИО20 находился во дворе на расстоянии 3 метров от дома, без одежды, с резаными ранами на правой боковой поверхности шеи, на наружной поверхности левого предплечья и колотой раной на передней поверхности груди между 6 и 7 рёбрами; рядом с трупом обнаружен и изъят кухонный нож с черной рукоятью с пятнами бурого цвета на клинке, на траве рядом с трупом обнаружены пятна вещества бурого цвета, с которого произведён смыв (т. 1 л. д. 6-20);

протоколом личного досмотра ФИО2 от 11 мая 2025 года, в ходе которого изъят мобильный телефон «Techno Spark» (т. 1 л. д. 118);

протоколами осмотра предметов, в том числе мобильного телефона ФИО2, при осмотре которого с участием самого ФИО2 в приложении «Галерея» обнаружены четыре видеозаписи, произведённые 11 мая 2025 года в период с 02 часов 08 минут до 06 часов 43 минут, где запечатлены момент нанесения ФИО20 себе резаного ранения в области левого предплечья, затем – лежащий без одежды ФИО20 с резаной раной на левом предплечье, который произносит фразу «В моей смерти не винить никого»; зафиксированы слова ФИО2: «Прощай, Петруха! Чем смог, тем помог»; на четвёртой записи, произведённой в светлое время суток, видно, что ФИО20 лежит без признаков жизни, рядом с ним нож со следами бурого цвета, ФИО2 произносит: «Вот, приехал сюда, а он лежит» (т. 1 л. д. 209-216; т. 2 л. <...>);

заключением судебно-медицинской экспертизы № 36 от 12 мая 2025 года согласно которому при исследовании трупа ФИО20 установлены следующие телесные повреждения: одно проникающее колото-резаное ранение на грудной клетке слева в проекции 4-го ребра по окологрудинной линии с ранением верхней доли левого легкого; резаные раны, царапины левом предплечье с повреждением подлежащих мышц: лучевого сгибателя запястья и удерживателя сгибателей, подлежащих вен, нервов, а также лучевой артерии; поверхностные резаные раны, царапины на правой боковой поверхности шеи; ссадины на лице, правом надплечье, плече, предплечье, на правом подреберье, на обоих коленных суставах. Все повреждения причинены прижизненно, за короткий промежуток времени до наступления смерти. Проникающее колото-резаное ранение на грудной клетке слева причинено от одного ударного воздействия колюще-режущим предметом, возможно ножом с односторонней заточкой клинка и противоположным обухом, с максимальной шириной клинка не менее 11 мм. Резаные раны на левом предплечье, а также поверхностные раны на боковой поверхности шеи причинены от действия режущего предмета. Царапины на передней поверхности левого предплечья, на правой боковой поверхности шеи причинены от действия твердого предмета с острыми режущими краями. Ссадины на лице, правом надплечье, плече, предплечье, на правом подреберье, на обоих коленных суставах причинены от действия твердых, тупых предметов, либо при ударе о таковые и могли быть получены при падении из вертикального либо близкого к нему положения тела. Проникающее колото-резаное ранение на грудной клетке слева с ранением левого легкого квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти. Резаные раны на левом предплечье с повреждением подлежащих мышц, вен, нервов и лучевой артерии квалифицируются как легкий вред здоровью с утратой трудоспособности в пределах трех недель и в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоят. Царапины на левом предплечье, поверхностные резаные раны, царапины на левом предплечье, поверхностные резаные раны, царапины на правой боковой поверхности шеи, ссадины на лице, правом надплечье, на правом подреберье, на обоих коленных суставах не повлекли за собой расстройства здоровья и. утрату трудоспособности и в причинной связи с наступлением смерти не состоят. Линейные параллельные надрезы и царапины на концах ран на левом предплечье, на правой боковой поверхности шеи указывают на следы «примеривания» и на то, что данные повреждения могли быть причинены собственной рукой ФИО20 Направление раневого канала - спереди назад, справа налево, снизу вверх от колото-резаной раны на грудной клетке слева указывает на то, что данное повреждение могло быть получено от удара собственной рукой ФИО20, при условии, что ФИО20 правша. Смерть ФИО20 наступила от проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева с повреждением левого легкого с развитием левостороннего гемопневмоторакса, коллабирования (спадение ткани легкого), с развитием острой легочной недостаточности, отека легких (т. 1 л. д. 28-58);

показаниями судебно-медицинского эксперта Свидетель №3;

заключением судебно-биологической экспертизы № 40 от 30 мая 2025 года (т. 1 л. д. 170-174);

заключением криминалистической экспертизы № 66 от 9 июня 2025 года(т. 1 л. д. 185-190);

Принятые судом в качестве доказательств виновности осужденного показания потерпевшей Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2 являются относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они последовательны, согласуются между собой и с иными доказательствами, дополняют друг друга, не содержат объективных противоречий, содержат указание на конкретные обстоятельства, очевидцами которых они были, либо на источник своей осведомлённости. Каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре осужденного указанными лицами, об их заинтересованности в исходе дела, в материалах не имеется и судом не установлено.

Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, даны квалифицированными специалистами, имеющими достаточный стаж работы по специальности, в пределах их компетенции, надлежащим образом мотивированы и научно обоснованы, согласуются с иными доказательствами, в связи с чем, правомерно положены в основу приговора.

Анализ положенных в основу приговора доказательств, а равно их оценка подробно изложены судом первой инстанции в приговоре. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 6 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», суд первой инстанции дал оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого, не ограничился их перечислением, а раскрыл их основное содержание, привёл мотивы, по которым принял одни доказательства и отверг другие.

Оценка доказательств произведена судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ – каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – с точки зрения их достаточности для разрешения уголовного дела, что позволило суду правильно установить фактические обстоятельства дела, сделать верный вывод о доказанности виновности ФИО2 и правильно квалифицировать по ч. 5 ст. 110.1 УК РФ как содействие совершению самоубийства предоставлением орудия совершения самоубийства, повлёкшее самоубийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

Судом установлено, что ФИО20 в силу имевшегося у него тяжёлого хронического заболевания, сопровождавшегося сильными болями в нижних конечностях, и фактической неспособности самостоятельно передвигаться находился в беспомощном состоянии и не имел возможности самостоятельно завладеть орудием самоубийства; такое орудие – кухонный нож хозяйственно-бытового назначения ему предоставил ФИО2, взяв нож на кухне дома и бросив его на землю в непосредственной близости от ФИО20

О беспомощном состоянии ФИО20 для ФИО2 было заведомо известно: они длительное время поддерживали близкие отношения, осужденный осуществлял уход за потерпевшим, был осведомлён об ухудшении его состояния, накануне вызывал ему скорую медицинскую помощь, переместил его во двор, поскольку тот не мог двигаться самостоятельно, и осознавал, что без передачи ножа ФИО20 не сможет реализовать своё намерение.

О прямом умысле ФИО2 на содействие совершению самоубийства свидетельствуют его последовательные действия: целенаправленный приход на кухню за ножом и его передача потерпевшему, последующее наблюдение за процессом причинения ФИО20 себе ранений, фиксация этих действий на камеру мобильного телефона с целью, как пояснил сам осужденный, обеспечить себе доказательство непричастности при возможном его обвинении в убийстве.

С учётом изложенного судебная коллегия не усматривает оснований для иной квалификации содеянного ФИО2

Суд первой инстанции рассмотрел все заявленные сторонами по делу в ходе судебного разбирательства ходатайства и принял по ним обоснованные и мотивированные решения в порядке ст.271 УПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы и дополнений к ней о невиновности осужденного, недоказанности его вины и о необходимости вынесения оправдательного приговора судебная коллегия находит несостоятельными.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в приговоре отражается отношение подсудимого к предъявленному обвинению и даётся оценка доводам, приведённым им в свою защиту. Указанное требование судом первой инстанции выполнено в полном объёме.

Утверждения ФИО2 о том, что инкриминирование ему преступления по ч.5 ст. 110.1 УК РФ необоснованно, опровергается совокупностью приведённых выше доказательств, на основании которых судом установлены все признаки состава указанного преступления. Сам ФИО2 в ходе судебного разбирательства подтвердил, что по просьбе ФИО20 взял нож на кухне и предоставил его ФИО20, находившемуся в беспомощном состоянии, осознавая его намерение покончить с собой.

Доводы ФИО2 о фабрикации уголовного дела, подделке подписей и собирании материалов методом запугивания и угроз объективными данными не подтверждёны. Все следственные и процессуальные действия проведены в соответствии с требованиями УПК РФ, протоколы составлены уполномоченными должностными лицами; доказательств, полученных с нарушением закона, в основу приговора не положено; ходатайств о признании каких-либо доказательств недопустимыми сторона защиты в установленном порядке не заявляла. Оснований для признания доказательств недопустимыми по правилам ст. 75 УПК РФ судами первой и апелляционной инстанций не усмотрено.

Изменение позиции осужденного о том, что нож ФИО20 он не предоставлял и ему неизвестно, откуда нож появился у потерпевшего, противоречит показаниям самого ФИО2 в судебном заседании, его действиям, зафиксированным на видеозаписях с его же мобильного телефона. Указанные изменения позиции осужденного судебная коллегия расценивает как избранный им способ защиты.

Доводы о том, что ФИО20 наносил себе порезы под воздействием препарата фенобарбитала, который, якобы, был приобретён Свидетель №1 с целью отравить осужденного, судебной коллегией признаны несостоятельными ввиду отсутствия этому каких-либо доказательств. Из показаний свидетеля Свидетель №2 и карт вызова скорой медицинской помощи следует, что ФИО20 в ночь на 11 мая 2025 года был введён обезболивающий препарат «Кеторол», но не указанный осужденным препарат. Каких-либо данных о наличии в организме ФИО20 фенобарбитала или иных психоактивных веществ, повлиявших на его поведение, материалы дела не содержат. При этом, даже при наличии подобных обстоятельств, они не исключали бы уголовной ответственности самого ФИО2, поскольку именно его умышленные действия по предоставлению ножа создали возможность для совершения самоубийства.

Утверждения ФИО2 о том, что когда ФИО20 наносил себе порезы, кровь не выступала, опровергается протоколом осмотра места происшествия, заключением судебно-биологической экспертизы № 40 от 30 мая 2025 года, а также заключением судебно-медицинской экспертизы трупа № 36 от 12 мая 2025 года, установившим прижизненный характер всех повреждений, в том числе повреждение лучевой артерии при ранениях левого предплечья.

Заинтересованность свидетеля Свидетель №1 в смерти ФИО20 какими-либо объективными данными не подтверждена. Заявление осужденного о присвоении сотрудником полиции принадлежащих ему денежных средств является самостоятельным предметом проверки в порядке ст. ст. 144, 145 УПК РФ и на законность и обоснованность приговора не влияет. Как следует из приговора, материалы по изъятию при осмотре домовладения и личном досмотре ФИО2 денежных средств выделены в отдельное производство для соответствующей проверки, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении оперуполномоченного ОМВД России по Майскому району КБР ФИО12 в связи с отсутствие в его действиях состава преступления, предусмотренного ст. 286 УК РФ.

Довод о том, что дочь ФИО20 и Свидетель №1 договорились избавиться от ФИО20 возложив всю ответственность на осужденного, носит характер предположения и какими-либо доказательствами не подтверждён. Довод осужденного о том, что 17 мая 2025 года он был избит сотрудником полиции и в связи с этим имеет ряд заболеваний, относится к событиям, имевшим место после совершения инкриминируемого деяния, на доказанность вины ФИО2 и квалификацию его действий не влияет. Заявление о применении к осужденному недозволенных методов является самостоятельным предметом проверки в установленном законом порядке.

Судом при назначении наказания учтено, что во время совершения преступления у ФИО2 судимостей не было; участковым уполномоченным полиции он характеризуется удовлетворительно; в браке не состоит, малолетних детей не имеет; на учёте у психиатра не состоит; с 14 мая 2025 года поставлен на профилактический учёт нарколога с диагнозом «Употребление с вредными последствиями каннабиноидов»; основного места работы не имеет.

Обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание ФИО2, судом не установлено.

Суд первой инстанции обоснованно не нашёл оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, а также для применения положений ст. 73 УК РФ, мотивировав свои выводы в приговоре. Соглашаясь с этими выводами, судебная коллегия отмечает, что характер и степень общественной опасности содеянного, повлёкшего смерть человека, не позволяют признать возможным исправление осужденного без изоляции от общества.

Вид исправительного учреждения – исправительная колония строгого режима – определён судом в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ верно.

Окончательное наказание по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения с наказанием по приговору мирового судьи судебного участка № 1 Майского судебного района КБР от 4 июля 2025 года назначено правильно. Зачёт времени содержания под стражей произведён в соответствии с ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на исход дела, и которые являлись бы основаниями для отмены приговора, в том числе и по доводам апелляционной жалобы, не имеется.

Наряду с изложенным, имеются основания для изменения приговора.

По смыслу п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ совершение преступления по мотиву сострадания признаётся обстоятельством, смягчающим наказание. Согласно правовым позициям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в пункте 1 постановления от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», обстоятельства, смягчающие или отягчающие наказание и относящиеся к совершенному преступлению, в том числе совершение преступления по мотиву сострадания, учитываются и при определении степени общественной опасности преступления. Из совокупности исследованных доказательств – показаний самого ФИО2, свидетелей Свидетель №1 и Свидетель №2, показаний эксперта Свидетель №3 о тяжёлом хроническом заболевании потерпевшего, причинявшем ему сильные боли, видеозаписей из мобильного телефона осужденного, на которых ФИО20 высказывал желание уйти из жизни, следует, что действия ФИО2, непосредственным поводом к которым послужили неоднократные настойчивые просьбы тяжело страдавшего и беспомощного потерпевшего, были обусловлены, в том числе, стремлением осужденного облегчить мучения близкого ему человека. При таких обстоятельствах судебная коллегия признаёт совершение ФИО2 преступления по мотиву сострадания обстоятельством, смягчающим его наказание, на основании п. «д» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Помимо этого, согласно представленным ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по КБР» Минтруда России в суд апелляционной инстанции сведениям, ФИО2 является инвалидом III группы. Данное обстоятельство на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ судебная коллегия признает в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства.

Признание данных обстоятельств смягчающими наказание, как не учтённых судом первой инстанции, в силу ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ влечёт изменение приговора со снижением назначенного наказания.

Согласно ст. 64 УК РФ при наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части УК РФ. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», суд вправе признать исключительными обстоятельствами, дающими основание для применения статьи 64 УК РФ, как отдельные смягчающие обстоятельства, так и их совокупность, указав в приговоре основания принятого решения.

Принимая во внимание совокупность установленных по делу смягчающих обстоятельств – совершение преступления по мотиву сострадания, наличие у ФИО2 инвалидности III группы, а также конкретные обстоятельства содеянного, в том числе то, что непосредственным поводом к действиям осужденного послужили настойчивые просьбы тяжелобольного потерпевшего, страдавшего от сильных физических болей, длительный характер дружеских и доверительных отношений между ФИО2 и ФИО20, оказание ФИО2 потерпевшему помощи в быту в течение длительного времени, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу о наличии исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого преступления, и признаёт возможным применение положений ст.64 УК РФ, что влечёт назначение наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией ч. 5 ст. 110.1 УК РФ.

С учётом изложенного, подлежит снижению наказание, назначенное ФИО2 по ч. 5 ст. 110.1 УК РФ, а также наказание, назначенное на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ.

В остальной части приговор является законным и обоснованным, иных оснований для его отмены либо изменения, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судебной коллегией не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

приговор Майского районного суда Кабардино-Балкарской Республики от 25 августа 2025 года в отношении ФИО2 изменить.

На основании п. «д» ч.1 ст.61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2 совершение преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 110.1 УК РФ по мотиву сострадания.

На основании ч.2 ст.61 УК РФ признать обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2 наличие у него инвалидности третьей группы.

С применением ст.64 УК РФ смягчить наказание, назначенное ФИО2 по ч. 5 ст. 110.1 УК РФ до 3 лет лишения свободы, а назначенное на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ наказание смягчить до 3 лет 2 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

При этом, осужденный ФИО2 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий К.К. Мамишев

Судьи Б.М. Макоев

Ж.Х. Хажнагоева