Решение № 2-4197/2025 2-4197/2025~М-2931/2025 М-2931/2025 от 24 августа 2025 г. по делу № 2-4197/2025

Дело № 2-4197/2025

УИД 05RS0031-01-2025-004886-16


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 августа 2025 г. г. Махачкала

Ленинский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан в составе:

председательствующего – судьи Онжолова М.Б.,

при секретаре – Ибрагимовой Э.Э.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 а к СПАО "Ингосстрах" о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к СПАО "Ингосстрах" о взыскании компенсации морального вреда, указав следующее. 24.02.2024 произошло ДТП, в котором он являлся виновником. Ответчик, СПАО «Ингосстрах», осуществил страховую выплату потерпевшему, после чего обратился в Ленинский районный суд г. Махачкалы с регрессным требованием к истцу о взыскании уплаченной суммы (дело № 2-6069/2024). Решением Ленинского районного суда г. Махачкалы от 24.02.2024 в удовлетворении исковых требований страховой компании было отказано в полном объеме, поскольку суд установил отсутствие законных оснований для регрессного взыскания. Считает, что предъявление к нему необоснованного регрессного иска со стороны ответчика является нарушением его прав как потребителя страховых услуг, что повлекло: нравственные страдания, вызванные необоснованным судебным иском, потерей времени, для подготовки своей позиции при рассмотрении спора, защиты своих прав, финансовые затраты на оплату услуг представителя.

Просит суд взыскать со СПАО «Ингосстрах» компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей, штраф в размере 50% от удовлетворенной судом суммы компенсации морального вреда, расходы на оплату услуг представителя в размере 40000 рублей.

СПАО «Ингосстрах» представило возражения на исковые требования, указав, что истец обосновывает свои требования ссылкой на ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей», утверждая, что предъявление к нему регрессного иска (дело N? 2-6069/2024 Ленинского районного суда г. Махачкалы) якобы нарушило его права как потребителя страховых услуг.

Данная позиция Истца является ошибочной и не соответствует действительности: а) предъявление регрессного иска являлось правомерным действием Страховой компании. В соответствии с п. 1 ст. 14 Федерального закона от 25.04.2002 N? 40-Ф3 «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО), а также ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Страховая компания, осуществившая страховую выплату потерпевшему, вправе предъявить регрессное требование к лицу, причинившему вред (виновнику ДГ), в размере произведенной выплаты. Истец в своем же иске указывает, что является виновником ДТП от 24.02.2024. Таким образом, обращение Страховой компании в суд с регрессным требованием было основано на прямом указании закона и преследовало цель восстановления нарушенного имущественного права Страховщика.

Отказ суда в удовлетворении регрессного иска (решение Ленинского районного суда г. Махачкалы от 24.02.2024) сам по себе не свидетельствует о неправомерности или недобросовестности действий Страховой компании. Суд первой инстанции, отказывая в иске, установил отсутствие оснований для регресса по конкретным обстоятельствам данного дела. Это означает лишь то, что суд не усмотрел в данном конкретном случае юридических оснований для удовлетворения регресса, но не то, что Страховая компания действовала незаконно или злоупотребила правом при обращении в суд. Судебная система предусматривает возможность различных толкований норм права и оценки доказательств сторонами и судом. Само по себе предъявление иска, основанного на законе и имеющейся у стороны правовой позиции, не может считаться нарушением прав другой стороны.

Действия Страховой компании не подпадают под сферу регулирования Закона РФ «О защите прав потребителей» в контексте предъявления регрессного требования. Отношения, связанные с реализацией Страховой компанией своего регрессного права, вытекающего из закона (ст. 14 Закона об ОСАГО, ст. 1081 ГК РФ), не являются отношениями по оказанию услуг истцу как потребителю. Регрессное требование направлено на возмещение убытков самого страховщика, понесенных им в связи с исполнением обязательства перед третьим лицом (потерпевшим).

Страховая компания действовала добросовестно, руководствуясь действующим законодательством и сложившейся судебной практикой по вопросам регресса по ОСАГО.

Отсутствие удовлетворения регрессного иска не является доказательством вины Страховщика в нарушении каких-либо прав Истца. Напротив, Страховая компания реализовывала свое законное право на судебную защиту (ст. 46 Конституции РФ, ст. 3 ГПК РФ). Предьявление иска, впоследствии не удовлетворенного судом, само по себе не образует состава правонарушения, влекущего ответственность за причинение морального вреда, данная позиция подтверждается Апелляционным определением Московского городского суда от 15.01.2020 по делу N? 33-1234/2020).

Истцом не представлены доказательства, подтверждающие факт причинения ему морального вреда и его размера.

Заявленный Истцом размер компенсации морального вреда в 150 000 рублей является явно несоразмерным и необоснованным. Он не соответствует характеру заявленных страданий, принципам разумности и справедливости (ст. 1101 ГК РФ). Заявленный размер не имеет никакого объективного обоснования.

В судебное заседание стороны, извещенные надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своих представителей не направили.

От истца ФИО1 и его представителя ФИО2 в суд поступило заявление, в котором они просят рассмотреть дело без их участия, исковые требования поддерживают полностью и просят удовлетворить.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 24 февраля 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки Hyundai Solaris, за государственным регистрационным знаком №, находившегося под управлением ФИО1, и автомобиля марки JAC J7, за государственным регистрационным знаком <***>, которому причинены механические повреждения.

Дорожно-транспортное происшествие было оформлено водителями без участия уполномоченных на это сотрудников полиции, посредством заполнения сторонами извещения о дорожно-транспортном происшествии.

На момент ДТП гражданская ответственность владельца автомобиля под управлением ФИО1 была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору №

ПАО «Группа Ренессанс Страхование» выплатило собственнику транспортного средства по данному страховому случаю страховое возмещение в размере 100000 рублей. СПАО «Ингосстрах» по данному страховому случаю возместило страховой компании потерпевшего выплаченное страховое возмещение в размере 100000 рублей.

11 марта 2024 года СПАО «Ингосстрах» в адрес ФИО1 направлено требование о предоставлении транспортного средства – автомобиля марки Hyundai Solaris, за государственным регистрационным знаком №, на осмотр в течение пяти дней со дня получения извещения. В установленный срок транспортное средство на осмотр представлено не было, что послужило основанием обращения СПАО "Ингосстрах" в суд с иском о взыскании выплаченной суммы страхового возмещения с ФИО1 в порядке регресса.

Решением Ленинского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 25 октября 2024 года в иске СПАО «Ингосстрах» отказано по тем основаниям, что СПАО "Ингосстрах" не представлены доказательства нарушения его прав в результате непредставления ответчиком транспортного средства для осмотра страховщику при установлении обстоятельств достаточности представленных документов для признания страховщиками факта наступления страхового случая.

По мнению истца, обращение СПАО "Ингосстрах" нарушило его права как потребителя, что причинило ему моральный вред. Указанные доводы суд находит несостоятельными, так как никакие права истца, предусмотренные Законом РФ «О защите прав потребителей», в рамках правоотношений с ответчиком не нарушались. Более того, применительно к вышеуказанному ДТП между истцом и ответчиком не возникло правоотношений, урегулированных данным законом.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно п.п. 1,2 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков.

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из указанных норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что применительно к настоящему спору бремя представления доказательств отсутствия вины возлагается на ответчика, при этом на истца возлагается бремя представления доказательств, подтверждающих факт причинения вреда и его размер, противоправность поведения ответчика и причинно-следственную связь между действиями (бездействием) ответчика и наступившими последствиями.

Между тем, истцом доказательства неправомерности действий ответчика по обращению в суд с вышеуказанным иском не представлены, вышеуказанным решением Ленинского районного суда г. Махачкалы РД от 25.10.2024 не установлено, что обращение СПАО «Ингосстрах» носило заведомо необоснованный и недобросовестный характер.

Согласно статье 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 ГК РФ).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (п. 2 ст. 151 ГК РФ).

Моральный вред, в частности, может заключаться нравственных или физических страданиях, причиненных действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Факт нарушения личных неимущественных прав истца или посягательства на принадлежащие истцу нематериальные блага со стороны ответчика истцом не доказан, как не представлены доказательства перенесения истцом физических и/или нравственных страданий.

В связи с изложенным исковые требования ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» подлежат отклонению в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к СПАО «Ингосстрах» о взыскании компенсации морального вреда в размере 150 000 рублей, штрафа в размере 50% от удовлетворенной судом суммы компенсации морального вреда, расходов на оплату услуг представителя в размере 40000 рублей - отказать.

Резолютивная часть решения объявлена 11 августа 2025 года.

Мотивированное решение в окончательной форме составлено 25 августа 2025 года.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Дагестан в течение одного месяца принятия через суд первой инстанции.

Председательствующий М.Б. Онжолов

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>