Апелляционное определение № 11-4004/2026 от 15 апреля 2026 г.

судья Буланцова Н.В.

дело № 2-4346/2025

УИД № 74RS0017-01-2025-006160-61


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-4004/2026
16 апреля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаева А.А.,

судей Палеевой И.П., Челюк Д.Ю.,

с участием прокурора Томчик Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Одиночественной В.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 12 декабря 2025 года по иску ФИО3 к государственному бюджетному учреждению культуры Челябинской области «Златоустовский государственный драматический театр «Омнибус» о признании приказа незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Палеевой И.П. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО3, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО4, возражавшего против отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы, заключение прокурора Томчик Н.В., полагавшей решение суда первой инстанции законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО3 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению культуры Челябинской области «Златоустовский государственный драматический театр «Омнибус» (далее – ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус», театр), в котором с учетом уточнений просила признать незаконным приказ директора ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» № от 26.08.2025 года; восстановить ее на работе в должности <данные изъяты> в реквизиторский цех ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус»; взыскать заработок за время вынужденного прогула в размере 124 785 руб. 10 коп., компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

В обоснование исковых требований указала, что 05.10.2021 года между ней и ответчиком заключен трудовой договор, по условиям которого истец принята на работу на время отсутствия основного работника на должность <данные изъяты> в реквизиторский цех ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус». 21.10.2022 года переведена на постоянную ставку по занимаемой ею должности в связи с увольнением основного работника. С самого начала трудовой деятельности со стороны ФИО9 к истцу сложилось предвзятое отношение, на истца составляли докладные, была привлечена к дисциплинарной ответственности. Около года назад ее обвинили в зависимости, заставили проходить освидетельствование в наркологическом диспансере. На основании приказа ответчика истец уволена в соответствии с подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодека Российской Федерации, а именно за однократное грубое нарушение – прогул. С указанным приказом не согласна, поскольку не смогла приехать на работу из-за ремонтных работ дороги Куса-Златоуст, повлекших перекрытие дороги, о чем поставила в известность непосредственного руководителя. Данная причина отсутствия на рабочем месте является уважительной, поскольку нельзя иным способом добраться до рабочего места. Кроме того, не вышла на работу с согласия своего руководителя, умысла нарушать трудовую дисциплину не было. Считает данный приказ незаконным. Вменяемый истцу дисциплинарный проступок в виде прогула не повлек каких-либо негативных последствий для работодателя, является малозначительным. Примененное к истцу дисциплинарное взыскание не соответствует тяжести вменяемого проступка, а также связано с предвзятым отношением работодателя к истцу. С ответчика подлежит взысканию заработок за время вынужденного прогула за период с 26.08.2025 года по 03.12.2025 года в сумме 124 785 руб. 10 коп., компенсация морального вреда, поскольку незаконное увольнение, предвзятость повлекли за собой ухудшение состояния здоровья, истец вынуждена терпеть унижения в свой адрес, осталась без работы и источника средств к существованию.

Суд постановил решение, которым отказал в удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе истец просит решение суда отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме. Указывает, что не явилась на работу по уважительной причине. 23 августа 2025 года она направилась к месту своей работы по дороге «Магнитка-Златоуст». Именно в этот день в утреннее время суток на данной дороге проводились дорожные работы. Ссылается на показания свидетеля ФИО15, которая находилась рядом с истцом, ожидая окончания проведения дорожных работ, и также не смогла проехать по дороге «Златоуст-Магнитка». Отмечает, что суд первой инстанции не принял во внимание и не дал надлежащей оценки доводам истца о том, что она не вышла на работу исключительно с согласия своего непосредственного руководителя, которым на тот момент являлась ФИО2, и.о. заведующей постановочной частью, а также руководителем реквизиторского цеха. Полагает, что фотография с дорожным знаком «Проезд запрещен» не является допустимым доказательством. Выражает несогласие с мнением ответчика о том, что обязана была предупредить именно директора театра. Считает, что о невозможности явиться на работу предупредила надлежащим образом. Такая мера дисциплинарного взыскания как увольнение была применена без учета тяжести совершенного проступка. Считает, что незаконное увольнение, предвзятость со стороны сотрудников повлекли за собой ухудшение состояния ее здоровья, она вынуждена терпеть унижения в свой адрес, до сих пор переживает от потери любимой работы и источника средств к существованию.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО3 поддержала доводы апелляционной жалобы, представитель ответчика ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» – ФИО4 возражал против отмены решения по доводам апелляционной жалобы.

В заключении прокурор Томчик Н.В. полагала решение законным и обоснованным, оснований для удовлетворения требований истца об отмене приказа и восстановлении на работе не имеется.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив материалы дела, заслушав истца и представителя ответчика, заключение прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что 05.10.2021 года между ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» и ФИО3 заключен трудовой договор (эффективный контракт) № (л.д. 30-37 т. 1), по условиям которого истец принята на должность <данные изъяты> в реквизиторский цех на время отпуска по уходу за ребенком ФИО27 Начало работы – с 05.10.2021 года.

Место работы – ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус», расположенное по адресу: <...>.

В соответствии с дополнительным соглашением от 21.10.2022 года к трудовому договору № от 05.10.2021 года (л.д. 38-40 т. 1) трудовой договор с ФИО3 заключен на неопределенный срок.

Согласно пункту 5.2 дополнительного соглашения к трудовому договору № от 05.10.2021 года ФИО3 устанавливается шестидневная неделя с одним выходным днем – понедельник. Время начала работы 09.00 час., время окончания работы 17.00 час. В случае производственной необходимости администрация театра может принять решение о переносе дня отдыха (л.д. 40 т. 1).

В соответствии с графиком работы реквизиторского цеха 23.08.2025 года рабочий день ФИО3 был установлен с 10.00 до 15.00 час. (л.д. 122 т. 1), что истцом не оспорено.

Пунктом 2 трудового договора № от 05.10.2021 года предусмотрены обязанности работника: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него настоящим трудовым договором, и указанные в должностной инструкции; выполнять установленные нормы труда; требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, иные локальные нормативные акты работодателя, непосредственно связанные с трудовой деятельностью работника, с которыми работник был ознакомлен под роспись; соблюдать трудовую дисциплину и иные (л.д. 30-37 т. 1).

Должностной инструкцией <данные изъяты>, являющейся приложением к трудовому договору от 05.10.2021, установлено, что <данные изъяты> является рабочим и подчиняется непосредственно зав. художественно-постановочной частью. В течение рабочего дня <данные изъяты> осуществляет обслуживание спектаклей, концертов и репетиций мебелью, предметами реквизита и драпировками (л.д. 36-37 т. 1).

Как следует из искового заявления и пояснений ФИО3, 23.08.2025 года в 09.00 час. истец на автомобиле выехала на работу к 10.00 час. из пос. Магнитка Кусинского района Челябинской области, двигалась по автодороге «Магнитка-Златоуст». На расстоянии примерно 10-13 км. от поселка на указанной дороге проходили работы по ремонту дорожного покрытия, движение было перекрыто экскаватором, организовано реверсивное движение. ФИО5 по телефону предупредила своего непосредственного руководителя ФИО2, что не успеет приехать на работу к началу смены. Руководитель пояснила, что если выехать не получается, то нет смысла спешить и истец сможет написать на следующий день заявление о предоставлении дня без оплаты. В 10.23 час. истец направила ФИО2 СМС-сообщение, известив повторно. Истец не вышла на работу с согласия ФИО2, а также с ведома начальника отдела кадров ФИО6, которую истец также поставила в известность по телефону.

24.08.2025 года (воскресенье) для истца был выходным днем, на работу она вышла 25.08.2025 (копия табеля - л.д. 45-оборот т. 1).

Актом ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» № от 23.08.2025 года, составленным главным режиссером ФИО12, в присутствии помощника главного режиссера ФИО17, реквизитора ФИО20, установлено, что <данные изъяты> ФИО3 23.08.2025 года с 10.00 час. до 15.00 час. отсутствовала на рабочем месте без уважительной причины (л.д. 44 т. 1). С актом ФИО3 ознакомлена под роспись.

Согласно докладной и.о. заведующего постановочной частью ФИО2 на имя директора ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» от 25.08.2025 года, <данные изъяты> ФИО3 не явилась на работу 23.08.2025 года. ФИО3 не представлены доказательства уважительности причины отсутствия на работе (л.д. 42 т. 1).

По данному факту у работника отобрана объяснительная от 25.08.2025 года, в которой ФИО3 указала, что 23.08.2025 выехала на работу, но добраться не смогла в связи с аварийной ситуацией на дороге, отсутствием связи. Дозвонившись до своего непосредственного руководителя ФИО2, всё объяснила, устно пришли к договоренности о том, что если за полчаса ситуация не изменится, то в понедельник она напишет заявление о предоставлении дня без сохранения заработной платы (л.д. 43 т. 1).

Поскольку 23.08.2025 года истец отсутствовала на рабочем месте без уважительной причины в течение всего дня, приказом директора ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» № от 26.08.2025 года <данные изъяты> ФИО3 уволена 26.08.2025 года за однократное грубое нарушение трудовых обязанностей – прогул, подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 41 т. 1).

Приказ вынесен на основании акта № от 23.08.2025 года, докладной записки ФИО2 № от 25.08.2025 года, объяснительной записки реквизитора ФИО3 от 25.08.2025 года, о чем указано в приказе.

26.08.2025 года ФИО3 была приглашена к директору театра для подписания приказа, однако в 14.30 час. покинула театр, о чем составлен акт № от 26.08.2025 года.

Согласно пояснениям истца в ходе рассмотрения дела, 26.08.2025 года она ушла из театра в поликлинику по окончании рабочего дня, так как репетиция спектакля закончилась.

26.08.2025 года в 15.33 час. ФИО3 была на приеме у терапевта в ГБУЗ «Городская больница г. Златоуст» с диагнозом «<данные изъяты>», с 27.08.2025 года по 10.09.2025 года истцу был выдан электронный листок нетрудоспособности (л.д. 171-173 т. 1).

27.08.2025 копия приказа № с уведомлением о расторжении трудового договора направлена театром ФИО3 по адресу регистрации, указанному истцом в трудовом договоре, дополнительном соглашении к трудовому договору от 01.07.2025 года и личной карточке работника: <адрес> (л.д. 30-35, 38-40 т. 1, л.д. 20-28, 38, 41-42 т. 2).

Отправление истцом не получено, возвращено в адрес отправителя по истечении срока хранения (л.д. 20-28 т. 2).

С оспариваемым приказом № от 26.08.2025 года ФИО3 ознакомлена под роспись 11.09.2025 года.

Не согласившись с приказом об увольнении, ФИО3 обратилась в Государственную инспекцию труда в Челябинской области. По факту обращения ФИО3 проведена проверка, в ходе которой нарушений порядка увольнения по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ со стороны ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» не выявлено (л.д. 7 т. 2).

ФИО3 указывает на незаконность увольнения в связи с тем, что не явилась на работу по согласованию с непосредственным руководителем и уважительностью причин отсутствия на рабочем месте, что не было учтено работодателем.

Проверяя уважительность причин отсутствия ФИО3 на рабочем месте 23.08.2025 года, тяжесть проступка, суд первой инстанции установил следующее.

Истец с 03.08.2022 года зарегистрирована и проживает в <адрес> (л.д. 15 т. 2).

23.08.2025 года истец на автомобиле выехала из указанного поселка в 09.00 час. по автодороге «Магнитка-Златоуст» на работу в ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус», расположенный в г. Златоусте Челябинской области. По причине выполнения дорожных работ на одном из участков указанной дороги движение транспортных средств было затруднено, организовано реверсивное движение.

В 10.03 час. 23.08.2025 года истец позвонила и.о. зав. постановочной части ФИО2 (телефон №), сообщив о ситуации на дороге (л.д. 13 т. 2).

В 10.23 час. в тот же день истец на телефон ФИО2 направила СМС-сообщения следующего содержания: «Стоим пока», «Нас вернули в поселок» (л.д. 10, 13 т. 2).

Согласно ответу Министерства дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области от 21.11.2025 года (л.д. 112 т. 1) на запрос суда о работах, выполняемых на автодороге 23.08.2025 года, работы по капитальному ремонту автомобильной дороги Златоуст-Магнитка выполняла подрядная организация ООО «Магистраль». В настоящее время вышеуказанные работы завершены.

24.09.2021 года между Министерством дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области (государственный заказчик) и ООО «Магистраль» (подрядчик) был заключён государственный контракт № на выполнение работ по капитальному ремонту автомобильной дороги Златоуст-Магнитка (п. 1.1). Сроки работ установлены п. 3 контракта, а именно: начало работ – с момента заключения контракта, окончание работ – 25.10.2022 года (л.д. 113-118 т. 2).

Согласно ответу ООО «Магистраль» № от 26.11.2025 года, ремонтные работы в рамках выполнения Государственного контракта на автодороге Златоуст-Магнитка ведутся субподрядчиком ООО «ЗДРСУ» в соответствии с договором субподряда № от 27.09.2021 года, заключенным между ООО «Магистраль» и ООО «ЗДРСУ» (л.д. 163 т. 1).

ООО «ЗДРСУ» в ответ на запрос суда в адрес ООО «Магистраль» об ограничении движения транспортных средств 23.08.2025 года (л.д. 159 т. 1) указало, что в период времени с 2021 года по 4 квартал 2025 года ООО «ЗДРСУ» осуществляло работы по капитальному ремонту автомобильной дороги Златоуст-Магнитка на основании договора субподряда №

В соответствии с п. 4.3.4 договора ООО «ЗДРСУ» разработан проект организации дорожного движения на период производства дорожных работ и согласован в соответствии с приказом Министерства дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области от 22.08.2019 года № (с изменениями пр. № от 19.11.2019 года) с ОГКУ «Челябинскавтодор» и Управлением ГИБДД ГУ МВД России по Челябинской области. Проект организации дорожного движения предусматривал на период проведения работ введение временных ограничений и прекращение движения транспортных средств до ввода в эксплуатацию автодороги, в соответствии с п. 42 главы 5 Приказа Министерства транспорта РФ от 30.07.2020 года № 274 «Об утверждении правил подготовки документации по организации дорожного движения».

Физическая возможность проезда транспортных средств на истребуемое время не ограничивалась (л.д. 166 т. 1).

Министерство дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области в ответе от 26.11.2025 (л.д. 162 т. 1) дополнительно сообщило, что 23.08.2025 на участке 7-12 км. (между Черной скалой и железнодорожным переездом) автомобильной дороги Златоуст-Магнитка, в рамках Государственного контракта от 19.08.2024 года № «На выполнение работ по содержанию автомобильных работ общего пользования регионального или межмуниципального значения Челябинской области на 2024-2027 годы (?? зона)», подрядной организацией ООО «Строймеханизация» выполнялись работы по профилировке автогрейдером щебёночного покрытия.

По ходатайству истца в судебном заседании в суде первой инстанции были допрошены свидетели ФИО13, ФИО14, ФИО15

Свидетель ФИО13 в судебном заседании пояснила, что ФИО3 – её подруга. Со слов истца известно, что она не могла доехать до работы в связи с проводимыми дорожными работами, предупредила непосредственного руководителя. Ей предложили в понедельник написать заявление на день без оплаты задним числом (л.д. 52 т. 2).

Свидетель ФИО14 (сын истца) суду пояснил, что его мать ездила на работу в театр в г. Златоуст из п. Магнитка. Для проезда в г. Златоуст существует две дороги (через Черную скалу и через Кусинское шоссе). В конце августа 2025 года ФИО3 не доехала до работы из-за ремонта дороги на участке от п. Магнитка до г. Златоуста через Черную скалу. Она выехала в 9.00 час., а в 11.00 час. вернулась в поселок, поскольку на дороге были ремонтные работы. ФИО3 сообщила, что позвонила на работу и взяла день без оплаты. Мать всегда жаловалась на предвзятое отношение со стороны руководства. Так, около года назад ФИО3 возили на освидетельствование, однако в наркологическом диспансере сказали, что необходима помощь врачей другой специализации. Ранее истцу предлагали уволиться по собственному желанию, но она отказалась (л.д. 52 об. - 53 т. 2).

Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснила, что проживает в п. Магнитка, ФИО1 – её знакомая. Из п. Магнитка в г. Златоуст возможно проехать по двум дорогам: одна протяженностью около 16 км (Магнитка-Златоуст), вторая – через г. Куса, протяженностью около 38 км. 23.08.2025 года в 9.30 час. свидетель выехала на своей машине из п. Магнитка в г. Златоуст, чтобы отметить день рождения дочери. Не доезжая до Черной скалы, увидела затор машин, так как стояли грейдер, КамАЗ, грузили большие камни с обочины. Она остановилась и вышла из автомобиля, увидела, что ФИО3 стояла рядом с машиной и разговаривала по телефону. Было слышно окончание её разговора, она сказала: «Спасибо», была расстроенной. Истец пояснила, что поехала на работу, но по дороге не проехать и не развернуться. Перед машиной ФИО3 и за ней стояли примерно 4-5 машин, автомобиль истца был третьим. Ремонтные работы периодически заканчивались и пропускали машины. После разговора с истцом свидетель развернулась и поехала в обратном направлении. В г. Златоуст свидетель приехали в 11.00 час. через г. Куса (л.д. 53 т. 2).

Согласно фотографии информационной таблицы, размещенной в пос. Магнитка (по состоянию на 05.11.2025 года), в связи с капитальным ремонтом автодороги Златоуст-Магнитка на км. 0+000 – км. 7+773 сквозной проезд по данному участку закрыт, рекомендовано выбирать пути объезда.

Ниже информационной таблицы размещена схема проезда из п. Магнитка в г. Златоуст, а именно через г. Кусу и п. Медведевка. На схеме также размещен дорожный знак 3.20 «Проезд запрещен» (л.д. 98 т. 1).

ФИО3 в ходе рассмотрения дела пояснила, что по состоянию на 23.08.2025 года ремонт указанной автодороги «Магнитка-Златоуст» велся на протяжении уже нескольких лет, о чем ей было известно. Однако для проезда к месту работы она всегда пользовалась указанной дорогой, поскольку она более короткая, чем дорога через г. Куса.

Представитель ответчика ФИО2 в ходе рассмотрения дела пояснила, что по состоянию на 23.08.2025 года она являлась непосредственным руководителем истца (занимает должность и.о. зав. постановочной частью). 23.08.2025 года истец должна была приехать на работу в 10.00 час. Около 09.55 час. ФИО3 позвонила по телефону и сообщила, что стоит в пробке. ФИО2 предложила истцу ехать на работу в объезд (через г. Куса), поскольку в данном случае она бы просто опоздала на работу. Истец пояснила, что это займет много времени. В течение часа ждала звонка от истца, так как ни о чем не договорились. До окончания рабочего дня неоднократно пыталась дозвониться до истца, но сигнал звонка ФИО3 не проходил. Около 14.50 час. перезвонила истец и спросила, с какой целью ФИО2 звонит, если они договорились обо всем. Однако с ФИО3 ни о чем не договорились, иначе она (ФИО2) не стала бы звонить истцу. В театре связь плохая, СМС-сообщение от истца увидела только вечером.

25.08.2025 года ФИО3 пришла в отдел кадров с заявлением о предоставлении ей 23.08.2025 дня без сохранения заработной платы, однако заявление у нее не приняли по причине отсутствия ее (ФИО2) резолюции как непосредственного руководителя. Заявления о предоставлении дня без сохранения заработной платы оформляются в театре заблаговременно, а не задним числом (л.д. 102 т. 1).

Детализацию своих исходящих звонков ФИО2 в материалы дела не представила, пояснив, что в детализации не отражены звонки на телефон истца, поскольку соединение не было установлено.

Вместе с тем, доводы ФИО2 о том, что в течение дня она неоднократно звонила ФИО3, но не дозвонилась, после чего истец сама перезвонила ФИО2, истцом не опровергнуты, подтверждаются детализацией телефонных звонков истца (л.д. 13-14 т. 2), согласно которой 23.08.2025 года в 15.02 час. и в 15.35 час. истец действительно звонила ФИО2 с телефона № на телефон №.

Представитель ответчика ФИО6 в ходе рассмотрения дела пояснила, что является начальником отдела кадров театра. 23.08.2025 года у нее был выходной день, с истцом по телефону не разговаривала. В 19.00 час. увидела пропущенный входящий вызов по телефону от ФИО3, которая звонила в 15.45 час. 25.08.2025 года истец пришла с заявлением о предоставлении ей дня без оплаты на 23.08.2025, сославшись на договоренность с непосредственным руководителем. Данное заявление ФИО6 не приняла, так как отсутствовала резолюция ФИО2 После чего к ФИО6 пришли ФИО3 с ФИО2, последняя пояснила, что договоренности о предоставлении истцу дня без сохранения заработной платы не было. ФИО3 пояснила, что отсутствовала на работе в связи с проведением ремонтных работ. Однако ФИО6 известно, что из пос. Магнитка до г. Златоуста истец могла быстрее доехать через г. Кусу (дорога по данному маршруту лучше) (л.д. 102 оборот т. 1).

По ходатайству представителя ответчика в качестве свидетелей в ходе рассмотрения дела были допрошены свидетели ФИО16, ФИО17

Свидетель ФИО17 в судебном заседании пояснила, что работает в театре помощником главного режиссера. 23.08.2025 годабыла репетиция спектакля, но в связи с отсутствием ФИО3 исполнять её обязанности пришлось второму реквизитору. 26.08.2025 года ФИО17 присутствовала при общении представителя театра с ФИО3, а именно ФИО2 пришла к ФИО3 и пригласила её к директору на подписание приказа. После этого разговора истец сбежала со своего рабочего места, а затем из театра. Для оформления дня без оплаты в театре необходимо написать заявление на имя директора через непосредственного руководителя, далее директор принимает решение. В период работы истец халатно относилась к исполнению обязанностей <данные изъяты>. Перед началом спектакля <данные изъяты> должен проверить реквизит, правильно его разложить, реквизиторы приглашаются и во время спектакля. Истец могла не разложить реквизит либо разложить его неправильно. Были случаи, когда приглашали <данные изъяты> ФИО3 во время спектакля, но она не приходила, отсутствовала на рабочем месте. ФИО3 не выполняла свои трудовые обязанности, не вникала в рабочий процесс, с ней было тяжело работать, так как она не находилась на своем рабочем месте, часто за неё выполнял работу другой реквизитор.

Свидетель ФИО16 (пожарный ПСО) суду пояснил, что в театре работает на вахте первого поста, в том числе фиксирует время прихода и ухода сотрудников театра. 26.08.2025 года ему позвонила ФИО2 и попросила предупредить на выходе ФИО3 о необходимости подойти к директору. На тот момент ФИО3 уже вышла из театра, и он не смог её догнать. Сразу позвонил на личный телефон истца и предупредил о том, что её ждет директор. ФИО3 сказала, что ей необходимо на прием к врачу, у неё талон. Ранее ФИО2 ему часто звонила, разыскивая ФИО3 С весны 2025 года в отношении истца был введен график её работы. В связи с чем был введен график работы истца, свидетелю не объясняли, в отношении второго реквизитора такие меры не принимались (л.д. 54 т. 2).

Из представленных работодателем документов судом установлено, что за время работы в театре ФИО3 неоднократно совершала дисциплинарные проступки, повлекшие наложение дисциплинарных взысканий.

Приказом директора театра № от 27.10.2022 года <данные изъяты> ФИО3 объявлено замечание за нарушение трудовой дисциплины. Так, 21.10.2022 на спектакле реквизитор не подала актеру исходящий реквизит, на начало второго акта ее не было на рабочем месте, не был подан необходимый реквизит, что повлекло задержку второго действия спектакля. 23.10.2022 года не был подготовлен реквизит на спектакль (л.д. 89 т. 1).

Приказом ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» № от 02.04.2024 года <данные изъяты> ФИО3 вновь было объявлено замечание за нарушение трудовой дисциплины, поскольку 22.03.2024 года ФИО3 опоздала на 15 минут на раскладку реквизита к спектаклю, далее забыла приготовить рюкзаки актерам. Данные факты отрицательно сказались на качестве спектакля (л.д. 87 т. 1).

Приказом ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» № от 27.09.2024 года <данные изъяты> ФИО3 объявлен выговор, поскольку <данные изъяты> грубо нарушена трудовая дисциплина. Так, 21.09.2024 года ФИО3 отсутствовала на рабочем месте без уважительной причины, 24.09.2024 года – без уважительной причины опоздала на работу на 45 минут. Указанным приказом день 21.09.2024 года считается прогулом (л.д. 88 т. 1).

Приказом директора ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» № от 30.09.2024 года в связи с неоднократными нарушениями трудовой дисциплины <данные изъяты> ФИО3 и для усиления контроля за исполнением Правил внутреннего трудового распорядка, на заведующего художественно-постановочной частью театра ФИО18 возложено составлять еженедельно график работы реквизиторского цеха с 01.10.2024 года с вручением его <данные изъяты> ФИО3 под подпись (л.д. 156 т. 1).

В служебной записке от 28.10.2024 года на имя директора театра заведующий постановочной частью ФИО18 указал, что <данные изъяты> ФИО3 допускает неоднократные нарушения трудовой дисциплины, систематические опоздания на работу и прогул. Игнорирует график работы реквизиторского цеха, который ей был предоставлен под подпись согласно приказу директора. Также ФИО3 не выполняются требования руководящего состава и допускается халатное отношение к своим должностным обязанностям. Всё это влияет на творческое состояние проводимых спектаклей и работу театра в целом. ФИО3 потеряла доверие коллектива и коллег по цеху, которые не желают с ней больше работать. Служебная записка подписана также главным режиссёром, заведующей труппой, реквизитором ФИО7, двумя помощниками главного режиссера (всего 6 человек) (л.д. 90 т. 1).

06.11.2024 года заведующий постановочной частью ФИО18 обратился к директору театра с докладной запиской, в которой указал, что <данные изъяты> ФИО3 25.10.2024 года должна была приступить к работе в 15:00 час., пришла на работу в 15:07 час. в хорошем настроении. На вахте ей передали просьбу явиться в отдел кадров к ФИО6 К ней она не подошла, реквизиторский цех был закрыт, местонахождение ФИО3 было неизвестно. На её поиски подключился весь коллектив. Через продолжительное время, выйдя на улицу обнаружили свет в реквизиторском цехе, предположили, что ФИО3 там. Взяли запасной ключ, но попасть в помещение не смогли, так как изнутри в замочной скважине был ключ. При этом на телефонные звонки ФИО3 не отвечала. Стали предполагать, что <данные изъяты> возможно стало плохо, нуждается в помощи, самостоятельно дверь открыть не может. Высверлили личинку замка, но дверь открыть не смогли. Вызвали сотрудников МЧС и полиции. Перед приездом спасателей ФИО3 ответила на телефонный звонок и сообщила, что поставила укол и у неё отнялись ноги, при этом она упала и не может открыть дверь. Спасатели вскрывали дверь около 40 минут. Первыми в помещение зашли сотрудники скорой медицинской помощи и полиции. Сотрудники театра не заходили пока они её не осмотрели. Со слов сотрудников скорой медицинской помощи состояние <данные изъяты> было удовлетворительное, отвечала адекватно, госпитализация не требовалась. Сотрудник полиции шприцов и ампул не обнаружила. ФИО3 направлена на освидетельствование на наличие наркотических средств (л.д. 91-92 т. 1).

В докладной от 19.12.2024 года заведующий постановочной частью ФИО18 указал, что <данные изъяты> ФИО3 хранит в реквизиторском цехе личные вещи в большом количестве, производит стирку личных вещей, пользуется стиральной машинкой и моющимися средствами театра, после стрики сушит вещи, занимая практически всё пространство цеха, гладит их и складирует в шкафу и на полках, предназначенных для реквизита. Использует холодильники, находящиеся в разных цехах театра, для хранения просроченных продуктов для своих собак, которые источают неприятный запах (л.д. 93 т.1).

Приказом № от 19.12.2024 года «О нарушении трудовой дисциплины» <данные изъяты> ФИО3 объявлено замечание, поскольку 24.10.2024 года <данные изъяты> опоздала на работу на 50 минут, ушла с работы на 25 минут раньше окончания работы (л.д. 94 т. 1).

Приказом № от 18.02.2025 «О нарушении трудовой дисциплины» реквизитору ФИО3 объявлено замечание, так как 01.02.2025 года перед спектаклем до первого звонка <данные изъяты> не зажгла свечи на сцене. На вызов помощника главного режиссера не пришла на сцену. 06.02.2025 года в 10.00 час. <данные изъяты> не оказалось на рабочем месте, с предыдущей репетиции не был убран театральный реквизит, машинисты сцены были вынуждены убирать реквизит. Данные факты отрицательно сказываются на работе театра (л.д.95 т.1).

Приказом № от 24.04.2025 «О нарушении трудовой дисциплины» <данные изъяты> ФИО3 объявлен выговор, поскольку 29.03.2025 года не убрала на место рапиры (были обнаружены 02.04.2025 в кармане кулис), при этом ФИО3 расписалась в журнале передвижения реквизита. 02.04.2025 не убрала на место из коридора реквизит (сундук и парус). 05.04.20225 на спектакль не был подготовлен реквизит (л.д.96 т.1).

21.08.2025 года главный режиссер ФИО12, заведующая труппой ФИО9, и.о. зав. постановочной частью ФИО2, помощник главного режиссера ФИО17, помощник главного режиссера ФИО19, реквизитор ФИО20 обратились к директору театра с докладной запиской, в которой указали, что ФИО3 продолжает допускать систематические опоздания на работу без уважительных причин. ФИО3 неоднократно нарушает Правила внутреннего трудового распорядка, не выполняет свои должностные обязанности, во время рабочей смены не находится на своём рабочем месте. Работники вынуждены ее искать по всему зданию театра. Все это влияет на творческое состояние спектаклей и работу театра в целом (л.д. 97 т. 1).

С указанными выше приказами ФИО3 была ознакомлена лично, указала на несогласие с приказами. При этом приказы истцом не оспорены, незаконными не признаны.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 21, 22, 81, 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что факт отсутствия ФИО3 23 августа 2023 года на рабочем месте в рабочее время без уважительных причин подтвержден относимыми, допустимыми доказательствами, при этом порядок и процедура увольнения ответчиком соблюдена, в связи с чем пришел к выводу о том, что у работодателя имелись законные основания для увольнения истца по основанию, предусмотренному подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют требованиям закона, обстоятельствам дела и представленным сторонами доказательствам, которым дана надлежащая правовая оценка в их совокупности в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, на основе всестороннего, полного, объективного и непосредственного исследования доказательств.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия отклоняет, как несостоятельные и не влекущие отмену обжалуемого решения суда.

В соответствии с ч. 1 ст. 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

Исходя из положений ст.ст. 2, 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации защите в суде подлежат нарушенные либо оспариваемые права, свободы или законные интересы.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит, в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии с ч. 1 ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации определены основные обязанности работника. Так, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда (абзацы 2, 3, 4, 5 части 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Основные права и обязанности работодателя предусмотрены в ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации. Работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы 5 и 6 части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

За совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям (часть 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Подпунктом «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт (ч.ч. 1-6 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации).

Неистребование объяснений от работника до применения к нему дисциплинарного взыскания, равно как и издание приказа о применении взыскания до истечения двухдневного срока, который предоставляется работнику для дачи объяснений в силу ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, является грубым нарушением установленного законом порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, влекущим незаконность соответствующего приказа работодателя.

В силу разъяснений, содержащихся в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Согласно п. 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2, если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено: за невыход на работу без уважительных причин, т.е. отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены); за нахождение работника без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня вне пределов рабочего места; за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный).

В соответствии с ч. 6 ст. 209 Трудового кодекса Российской Федерации рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находиться под контролем работодателя.

В силу ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации под рабочим временем понимается время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, требования добросовестно исполнять свои трудовые обязанности и соблюдать трудовую дисциплину (абзацы второй и четвертый ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации) предъявляются ко всем работникам. Их виновное неисполнение, в частности совершение прогула, может повлечь расторжение работодателем трудового договора в соответствии с подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, что является одним из способов защиты нарушенного права. Оценка причин, по которым работник отсутствовал на рабочем месте, осуществляется работодателем при принятии решения о привлечении работника к дисциплинарной ответственности. Решение об увольнении работника за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь оспариваемой нормой Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность обстоятельств конкретного дела, в том числе обстоятельства и причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 1243-О, от 23 июля 2020 года № 1829-О, от 29 сентября 2020 года № 2076-О, от 28 декабря 2021 года № 2745-О, от 31 октября 2023 года № 2765-О и др.)

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 27 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года № 2, при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников. При установлении судом факта злоупотребления работником правом суд может отказать в удовлетворении его иска о восстановлении на работе.

Работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (ч. 5 ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду (п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Из изложенных нормативных положений, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что работодатель вправе требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации. Этому праву работодателя корреспондирует обязанность каждого работника добросовестно исполнять свои трудовые обязанности и соблюдать трудовую дисциплину. Время отсутствия работника на работе без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также время отсутствия работника на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены) является прогулом.

При рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника за прогул на основании подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации обязательным для правильного разрешения спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте, при этом обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. Исходя из общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В силу п. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

Согласно п. 1 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Приведенное правовое регулирование о правах и обязанностях сторон трудового договора, о порядке применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения за прогул при рассмотрении исковых требований ФИО3 судом первой инстанций применено правильно.

Разрешая спор по существу, суд правомерно исходил из того, что материалы дела не содержат доказательств уважительности причин отсутствия истца на работе 23 августа 2025 года.

Обращаясь в суд с исковыми требованиями о признании незаконным приказа об увольнении с работы, истец ссылалась на то, что отсутствие ФИО3 на рабочем месте 23 августа 2025 года было обусловлено уважительной причиной. В подтверждение уважительности отсутствия на работе истец ссылается на ремонт дорожного покрытия по пути следования к месту работы, а также устные договоренности с непосредственным руководителем ФИО2, и.о. заведующей постановочной частью и руководителем реквизиторского цеха.

Вместе с тем, относимых и допустимых доказательств того, что ФИО3 23 августа 2025 года отсутствовала на рабочем месте по уважительной причине, с согласия и ведома работодателя, материалы дела не содержат. Как обоснованно отметил суд первой инстанции, истцом не подтверждена уважительность отсутствия на рабочем месте в течение всего рабочего дня 23 августа 2025 года по причине ремонта дорожного покрытия на участке дороги Златоуст-Магнитка.

Само по себе утверждение истца о том, что ее отсутствие на рабочем месте было согласовано с непосредственным руководителем в устном порядке по телефону, не свидетельствует об уважительности причин невыхода на работу. В силу императивных норм трудового законодательства отсутствие работника на рабочем месте в течение рабочего дня, смены возможно исключительно по основаниям, предусмотренным Трудовым кодексом Российской Федерации и трудовым договором. В свою очередь, Правилами внутреннего трудового распорядка ГБУКЧО «ЗГДТ «Омнибус» (л.д. 124-154 т. 1) обязательным условием для использования работником отпуска (дня) без сохранения заработной платы является согласование работодателем заявления на отпуск путем издания соответствующего приказа. Из материалов дела и позиции стороны ответчика следует, что такой приказ в отношении ФИО3 издан не был. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что причины отсутствия на работе зависели от ФИО3 и не являлись уважительными, в связи с чем у работодателя имелись основания для увольнения истца по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (за прогул).

Предусмотренный ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядок применения дисциплинарного взыскания работодателем соблюден.

С момента отсутствия истца на рабочем месте работодателем был составлен акт об отсутствии истца на работе (л.д. 44 том 1), отобрано объяснение 25 августа 2025 года (л.д. 42 том 1), представлена докладная записка ФИО2 № от 25 августа 2025 года (л.д. 43 том 1). 27 августа 2025 года копия приказа № с уведомлением о расторжении трудового договора почтовым отправлением направлена ответчиком ФИО3 по адресу регистрации, указанному истцом в трудовом договоре, дополнительном соглашении к трудовому договору от 01 июля 2025 года и личной карточке работника: <адрес> (л.д. 30-35, 38-40 том 1, л.д. 20-28, 38, 41-42 том 2), которое вернулось отправителю из-за истечения срока хранения (л.д. 20-28 том 2).

Факт нарушения трудовой дисциплины ФИО3 установлен, доказательств обратного вопреки ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороной истца ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено. Избранная мера ответственности в виде увольнения истца по подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации соразмерна допущенному нарушению, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что правовых оснований для признания увольнения истца незаконным не имеется, отмечая, что работодатель, применяя дисциплинарное взыскание в виде увольнения, учел предшествующее поведение работника, которая за все время работы в театре неоднократно привлекалась к дисциплинарной ответственности в виде замечаний и выговоров, в том числе на момент совершения прогула имела неснятые дисциплинарные взыскания.

Кроме того, порядок и процедура наложения дисциплинарного взыскания работодателем на работника, как верно установлено судом первой инстанции, соблюдены, в том числе и по истребованию объяснений от работника. Ссылки истца на нарушение ст. ст. 192-193 Трудового кодекса Российской Федерации судебная коллегия признает несостоятельными и не влекущими отмену обжалуемого постановления суда.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, у работодателя имелись основания для увольнения истца по основаниям, предусмотренным подп. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, а доводы об обратном основаны на неверном толковании норм и установленных по делу обстоятельствах.

Доводы жалобы о том, что причина отсутствия истца на рабочем месте связана с форс-мажорными обстоятельствами, не принимается судебной коллегией. Уважительными причинами отсутствия работника на рабочем месте могут быть признаны обстоятельства, объективно препятствовавшие явке на работу и не зависящие от волеизъявления работника (например, болезнь, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи, стихийные бедствия и иные обстоятельства непреодолимой силы). В данном же случае, если исходить из пояснений истца, она не присутствовала на рабочем месте 23 августа 2025 года по причине капитального ремонта дороги, по которому она ежедневно добиралась к месту работы, при этом, знала, что работы ведутся в течение нескольких лет и имеется альтернативный путь, что также подтверждается показаниями ФИО15, тем не менее приняла решение, что на работу не выйдет. Такое поведение истца нельзя признать разумным и добросовестным, а потому негативные последствия этого поведения не могут быть расценены в качестве уважительных причин неявки на работу.

Доводы истца о предвзятом отношении со стороны администрации театра не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами по делу и не имеют непосредственного отношения к факту отсутствия работника на рабочем месте 23 августа 2025 года, поскольку, даже при наличии разногласий между работником и работодателем, работник обязан соблюдать трудовую дисциплину и являться на работу.

В целом доводов, опровергающих выводы суда, апелляционная жалоба истца не содержит. Их содержание по существу повторяет позицию апеллянта в суде первой инстанции, которой судом дана соответствующая оценка, что основанием для отмены либо изменения решения суда явиться не может. Оснований для иной оценки установленных обстоятельств и представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судебная коллегия по материалам дела не усматривает.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Златоустовского городского суда Челябинской области от 12 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 30 апреля 2026 года.