Решение № 2-1190/2020 2-1190/2020~М-1043/2020 М-1043/2020 от 1 ноября 2020 г. по делу № 2-1190/2020

УИД 26RS0024-01-2020-002159-09

№ 2 – 1190 / 2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Невинномысск 02 ноября 2020 года

Невинномысский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Душко Д.А.,

с участием представителя истца по первоначальному иску и ответчика по встречному иску ФИО1 в лице адвоката Назарян С.С., действующей на основании ордера № С 172705 от 02 июля 2020 года,

при секретаре судебного заседания Сергиенко С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, к ООО СК «ВТБ «Страхование» о взыскании страхового возмещения по договору личного страхования, по встречному исковому заявлению ООО СК «ВТБ Страхование» к ФИО1, о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании расходов по уплате государственной пошлины,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО СК «ВТБ «Страхование» о взыскании страхового возмещения по договору личного страхования.

В обоснование иска указано, что 07 сентября 2018 года между ФИО2 и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор № № на сумму <данные изъяты> рубля сроком до 08 сентября 2025 года с выплатой процентов в размере 15,406 %.

В этот же день, одновременно с заключением кредитного договора, между ФИО2 и ООО СК «ВТБ Страхование» на основании устного заявления ФИО2 и условий кредитного договора был заключен договор страхования (личного страхования) на условиях и в соответствии с особыми условиями страхования по страховому продукту «Финансовый резерв».

Денежная сумма в размере 146183 рубля перечислена банком из средств предоставленного кредита на счет ООО СК «ВТБ Страхование» согласно распоряжению.

Страховым случаем по договору личного страхования являются: травма, госпитализация в результате НС (несчастного случая) и Б (болезни), инвалидность в результате НС и Б, смерть в результате НС и Б.

Выгодоприобретателем по договору страхования является застрахованный, а в случае смерти – его наследники.

В период действия договора страхования 16 мая 2019 года наступил страховой случай – ФИО2 умер в результате болезни.

Причиной его смерти послужило заболевание: низкодифферинцированный рак легких, печени и средостения с участками некроза ткани, отеком и кровоизлияниями.

Она (как супруга умершего) является его наследником первой очереди. Других наследников после смерти ФИО2 первой очереди, принявших наследство, нет.

10 января 2020 года она обратилась в ООО СК «ВТБ Страхование» с заявлением о наступлении страхового случая.

Уведомлениями от 05 июня 2019 года и от 14 мая 2020 года страховщиком было отказано в выплате страхового возмещения со ссылкой на п. 4.5.9 Условий страхования в вязи с тем, что смерть ФИО2 не является страховым случаем, поскольку усматривается причинно – следственная связь между заболеваниями, имевшимися у ФИО2 до подключения программы страхования, и наступлением смерти (онкологическим заболеванием).

Считает, что страховщик необоснованно отказал ей в выплате страхового возмещения, поскольку на момент заключения договора страхования ФИО2 не страдал онкологическим заболеванием. Диагноз: низкодифференцированный рак легких был ему поставлен по истечении белее 6 месяцев после заключения договора страхования, а именно, 25 апреля 2019 года.

Действительно, при заключении договора страхования ФИО2 было заполнено заявление на страхование, которое предусматривает перечень заболеваний, о наличии которых страхователь обязан сообщить.

Как следует и медицинской документации (амбулаторной карты больного) на момент заключения договора страхования (07 сентября 2018 года) ФИО2 не страдал онкологическим заболеванием.

Действительно ФИО2 в июне 2018 года был поставлен предварительный диагноз: рак кожи шеи. Однако после проведения иссечения пораженного участка кожи шеи было проведено гистологическое исследование № № от 03 июля 2018 года, согласно которому диагноз рак кожи шеи не подтвердился, а было установлено, что у ФИО2 была кератоакантома кожи с папилломатозом, гиперкератозом, акантозом многослойного плоского эпителия. Впоследствии было проведена повторная гистология.

Таким образом, на момент заключения договора страхования ФИО2 страховщика в заблуждение не вводил и онкологическим заболеванием действительно не страдал.

ФИО3 своевременно выполнял условия кредитного договора от 07 сентября 2018 года, на дату обращения в суд задолженность составила 1079623,44 рублей.

Данная сумма не превышает размер страховой суммы по страховому случаю, произошедшему с ФИО2, она в полном размере подлежит выплате выгодоприобретателю – ей, как наследнику, путем перечисления Банку ВТБ (ПАО) в счет погашения задолженности ФИО2 по кредитному договору от 07 сентября 2018 года.

Просит взыскать с ООО СК «ВТБ Страхование» в пользу ФИО1 сумму страхового возмещения в соответствии со страховым полисом «Финансовый резерв» № № от 07 сентября 2018 года в размере <данные изъяты> рублей путем перечисления данной суммы в Банк ВТБ (ПАО) для погашения кредитной задолженности по кредитному договору № № от 07 сентября 2018 года, заключенному между ФИО2 и Банком ВТБ (ПАО).

ООО СК «ВТБ Страхование» обратилось в суд со встречным иском к ФИО1 о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании расходов по уплате государственной пошлины.

В обоснование встречного иска указано, что договор страхования подлежит признанию судом недействительным, так как подписывая договор страхования 07 сентября 2018 года ФИО2 подтвердил, что не страдает онкологическими заболеваниями, не находился в течение последних 6 месяцев на стационарном лечении по поводу вышеуказанных заболеваний.

Вместе с тем сведения, сообщенные страховщику при заключении договора страхования, не соответствуют действительности.

Согласно выписке из амбулаторной карты № № ГБУЗ СК «Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер» ФИО2 впервые обратился в указанное учреждение 29 мая 2018 года к врачу – онкологу дерматологу с жалобами на наличие на коже шеи опухолевидного образования.

14 июня 2018 года установлен диагноз: «рак кожи шеи Т1N0МО (ст. 1), кл. гр.2».

В период с 25 июня 2018 года по 04 июля 2018 года он находился на лечении в онкологическом отделении № 3 ГБУЗ СК «Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер», где 26 июня 2018 года проведено оперативное лечение, установлен заключительный диагноз «рак кожи шеи Т1N0М0, 1 стадия, состояние после оперативного лечения, кл. гр. 2».

Таким образом, до заключения договора страхования 07 сентября 2018 года у ФИО2 было диагностировано онкологическое заболевание, по поводу которого он проходил лечение в период, предшествовавший заключению договора страхования.

Заключая договор страхования, страховщик предполагал добросовестность поведения застрахованного и надлежащее исполнение им своей обязанности сообщить страховщику информацию, имеющую существенное значение для определения степени страхового риска.

ФИО2 не был ограничен в своем волеизъявлении и вправе был не принимать на себя обязательства по договору страхования. Собственноручная подпись страхователя свидетельствует о том, что он сознательно и добровольно принял на себя обязательства по договору страхования, а также подтвердил достоверность всех сведений, указанных в нем.

На момент подписания договора страхования ФИО2 знал о наличии у него онкологического заболевания, проходил лечение, однако в нарушение ст. 944 ГК РФ умолчал о данных фактах, лишив тем самым страховщика возможности адекватно оценить страховой риск и определить вероятность наступления страхового события.

При наличии данных сведений договор страхования по выбранной программе в отношении ФИО2 не был бы заключен, так как согласно п. 3.2.1 Условий страхования не принимаются на страхование по программе «Финансовый резерв Лайф +» лица, страдающие онкологическими заболеваниями, либо находившиеся в течение последних 6 месяцев на стационарном лечении по поводу вышеуказанных заболеваний.

Просит признать договор страхования № № от ДД.ММ.ГГГГ заключенный между ООО СК «ВТБ Страхование» и ФИО2, недействительным.

Просит применить последствия недействительности сделки.

Просит взыскать с ФИО1 в пользу ООО СК «ВТБ Страхование» расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.

В судебное заседание истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО1 не явилась, о дате, месте и времени судебного заседания надлежаще извещена, имеется заявление с просьбой рассмотреть гражданское дело в ее отсутствие.

Из поступивших от ФИО1 возражений на встречное исковое заявление ООО СК «ВТБ Страхование» следует, что при заключении договора личного страхования ФИО2 не мог ввести ООО СК «ВТБ Страхование» в заблуждение относительно состояния своего здоровья, поскольку на тот момент (07 сентября 2018 года) он не страдал онкологическим заболеванием. В процессе его госпитализации и стационарного лечения предварительно поставленный диагноз: «рак кожи шеи Т1N0МО, 1 стадия», не нашел своего подтверждения. ФИО2 26 июня 2018 года была проведена операция: иссечение поражения кожи передней поверхности шеи, были взят материал на гистологию. Было проведено гистологическое исследование № 76496-502 от 03 июля 2018 года, согласно которому диагноз «рак кожи шеи» не подтвердился, а было установлено, что у ФИО2 была кератоакантома кожи с папиломатозом, гиперкератозом, акантозом многослойного плоского эпителия, что не является онкологическим заболеванием. Впоследствии проведена повторная гистология, где был установлен окончательный диагноз: «кератоакантома с дисплазией кожи передней поверхности шеи», что не является онкологическим заболеванием. Таким образом, на момент заключения договора страхования ФИО2 страховщика в заблуждение не вводил и онкологическим заболеванием действительно не страдал. Обстоятельство, о котором, как считает страховщик, якобы умолчал ФИО2, на момент заключения договора уже отпало. Гистологическое исследование опровергло первоначальный диагноз при поступлении ФИО2 на стационарное излечение. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали. На момент заключения договора страхования и, впоследствии, ФИО2 имел работу, требующую как умственных, так и физических знаний и навыков, полностью работал в должности ведущего специалиста филиала «Невинномысская ГРЭС» ПАО «Энел России» до 08 апреля 2019 года. Подписывая страховой полис и договор личного страхования, ФИО2 действительно считал, что он не страдает онкологическим заболеванием на момент заключения договора страхования, о чем ему было сообщено врачом на повторном приеме после проведенного повторного гистологического исследования, который состоялся до заключения договора страхования. На диспансерном учете по поводу онкологического заболевания, либо какого – либо иного заболевания с неблагоприятным клиническим прогнозом, требующими оказания медицинской помощи на регулярной основе, до заключения договора страхования ФИО2 не состоял. Также необходимо учесть и следующее, что между страховым случаем в результате заболевания, которое появилось у ФИО2 уже после заключения договора личного страхования, и заболеванием, которое было диагностировано у ФИО2 в июле 2018 года, причинно – следственной связи не имеется. Просит отказать в удовлетворении встречных исковых требований ООО СК «ВТБ Страхование» в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца по первоначальному иску и ответчика по встречному иску ФИО1 в лице адвоката Назарян С.С. поддержала исковые требования своего доверителя, просила их удовлетворить, а во встречных исковых требованиях просила отказать в полном объеме.

В судебное заседание представитель ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску ООО СК «ВТБ Страхование» не явился, о дате, месте и времени судебного заседания надлежаще извещен, имеется ходатайство с просьбой рассмотреть гражданское дело в его отсутствие.

Из поступивших письменных возражений от ООО СК «ВТБ Страхование» на исковое заявление ФИО1 следует, что 07 сентября 2018 года между ООО СК «ВТБ Страхование» и ФИО2 заключен договор личного страхования. Согласно медицинскому свидетельству о смерти ФИО2 умер 16 мая 2019 года в результате заболевания – раковой интоксикации. Названное событие не может быть признано в качестве страхового, так как п. 4.2.1 Условий страхования определено, что страховыми рисками, на случай наступления которых проводится страхование, в частности, являются: смерть застрахованного в результате несчастного случая или болезни. Согласно разд. 2 Условий страхования под болезнью понимается установленный медицинским учреждением диагноз на основании определении существа и особенностей отклонения состояния здоровья застрахованного от нормального после проведения его всестороннего исследования, впервые диагностированный врачом после вступления страхования в силу. Иными словами, исходя из указанного, факт смерти застрахованного лица в результате болезни будет являться страховым случаем только тогда, когда заболевание, послужившее его причиной, было впервые диагностировано врачом после вступления договора страхования в силу. Указанное положение Условий страхования согласуется со ст. 9 Закона РФ № 5014-1 от 27 ноября 1992 года «Об организации страхового дела в Российской Федерации», согласно которой страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Таким образом, если причиной смерти застрахованного лица послужило заболевание, диагностированное до заключения договора страхования, данное событие не может рассматриваться в качестве страхового как не обладающее необходимыми признаками вероятности и случайности его наступления. Согласно выписке из амбулаторной карты № 415424-А ГБУЗ СК «Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер» ФИО2 впервые обратился в указанное учреждение 29 мая 2018 года к врачу – онкологу дерматологу с жалобами на наличие на коже шеи опухолевидного образования. 14 июня 2018 года установлен диагноз: «рак кожи шеи Т1N0МО (ст. 1), кл. гр.2». В период с 25 июня 2018 года по 04 июля 2018 года он находился на лечении в онкологическом отделении № 3 ГБУЗ СК «Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер», где 26 июня 2018 года проведено оперативное лечение, установлен заключительный диагноз «рак кожи шеи Т1N0МО, 1 стадия, состояние после оперативного лечения, кл. гр. 2». Таким образом, до заключения договора страхования 07 сентября 2018 года у ФИО2 было диагностировано онкологическое заболевание, по поводу которого он проходил лечение в период, предшествовавший заключению договора страхования. Подписывая договор страхования 07 сентября 2018 года ФИО2 сведения об имевшем место онкологическом заболевании скрыл, подтвердив, что не страдает онкологическими заболеваниями; не находился в течение последних 6 месяцев на стационарном лечении по поводу вышеуказанных заболеваний. Согласно п. 4.5.9 Условий страхования события не признаются страховыми, если они произошли в результате лечения заболеваний или последствий несчастных случаев, имевших место до даты подключения к программе страхования. Кроме того, в соответствии с п. 4.10 Условий страхования заявленное событие в виде смерти застрахованного лица в результате болезни не является страховым если на дату вступления в силу договора страхования застрахованный страдал онкологическими заболеваниями, либо находился в течение последних 6 месяцев на стационарном лечении по поводу вышеуказанных заболеваний. В связи с вышеуказанным, правовые основания для признания заявленного события в качестве страхового отсутствуют. Просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

В судебное заседание представитель третьего лица Банка ВТБ (ПАО) не явился, о дате, месте и времени судебного заседания надлежаще извещен, имеется ходатайство с просьбой рассмотреть гражданское дело без его участия.

Из поступившего отзыва от Банка ВТБ (ПАО) на исковое заявление ФИО1 следует, 07 сентября 2018 года между ФИО2 и Банком ВТБ (ПАО) заключен кредитный договор, согласно которому банк предоставил кредит в размере 1160183 рубля. Также по устному заявлению застрахованного лица ООО «ВТБ Страхование» выдан полис по страховому продукту «Финансовый резерв» по программе «Лайф +». Согласно полису страхования заемщик выразил свое согласие на назначение выгодоприобретателем застрахованного, а в случае его смерти – наследников. По состоянию на 23 июля 2020 года размер задолженности заемщика по кредитному договору составляет <данные изъяты> рублей. Предмет спора связан с защитой прав и законных интересов выгодоприобретателя, в связи с чем не возражают против удовлетворения исковых требований ФИО1

При таких обстоятельствах, суд полагает возможным с учетом требований ч. 5 ст. 167 ГПК РФ рассмотреть гражданское дело в отсутствии не явившихся участников процесса.

В судебном заседании свидетель ФИО4, предупрежденная об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснила, что она имеет высшее медицинское образование и сертификат специалиста об осуществлении медицинской или фармацевтической деятельности по специальности онкология. В настоящее время она работает в Невинномысском филиале Ставропольского клинического диагностического центра врачом – онкологом. Она помнит ФИО2, он был на приеме 2 раза, обращался с жалобами, проводилось обследование и в связи с результатами обследования был направлен на дальнейшее дообследование и лечение в Ставропольский онкодиспансер. Впервые ФИО2 обратился 12 апреля 2019 года, повторная консультация была 26 апреля этого же года. Он обращался с подозрениями на центральный рак правого легкого с множественными метастазами. С этим диагнозом он был направлен в онкодиспансер. После гистологического исследования ранее выставленный диагноз: рак шеи кожи не подтвердился. Кератоакантома с дисплазией кожи передней поверхности шеи является доброкачественной опухолью. Считает, что кератоакантома с дисплазией кожи передней поверхности шеи не может вызвать рак легких. Считает, что не имеется причинно – следственной связи между кератоакантомой с дисплазией кожи передней поверхности шеи, удаленной в результате радиального спирального иссечения 26 июня 2018 года, и обнаруженного в апреле 2019 года низкодифференцированного рака правого легкого, так как это разные процессы. Причина смерти у него была от второго злокачественного процесса легкого. Диагноз, который указан в выписном эпикризе, предварительный. Окончательный диагноз устанавливается после гистологического исследования. На 07 сентября 2018 года у ФИО2 было доброкачественное образование, которое было удалено.

Выслушав участника процесса, допросив свидетеля, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Как следует из положений ст. 927 ГК РФ, страхование осуществляется на основании договоров имущественного или личного страхования, заключаемых гражданином или юридическим лицом (страхователем) со страховой организацией (страховщиком).

Договор личного страхования является публичным договором (ст. 426 ГК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 942 ГК РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

На основании п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

В силу п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Согласно ст. 9 Закона РФ от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Таким образом, по смыслу указанной нормы права, событие, на случай которого осуществляется рисковое страхование, обуславливается вероятностью и случайностью наступления, а также независимостью его наступления от воли участников страхового правоотношения.

Согласно п. 1 ст. 963 ГК РФ страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя, выгодоприобретателя или застрахованного лица, за исключением случаев, предусмотренных п.п. 2 и 3 указанной статьи.

Как указано в п. 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», поскольку смерть должника не влечет прекращения обязательств по заключенному им договору, наследник, принявший наследство, становится должником и несет обязанности по их исполнению со дня открытия наследства (например, в случае, если наследодателем был заключен кредитный договор, обязанности по возврату денежной суммы, полученной наследодателем, и уплате процентов на нее).

Как следует из материалов гражданского дела, 07 сентября 2018 года между ФИО2 и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор № № на сумму 1160183 рубля сроком до 08 сентября 2025 года с выплатой процентов в размере 15,406 %.

07 сентября 2018 года между ФИО2 и ООО СК «ВТБ Страхование» был заключен договор личного страхования № 129577-62500550447890». Срок действия договора страхования с 08 сентября 2018 года по 07 сентября 2025 года.

Полис был выдан на основании устного заявления страхователя, что подтверждает заключение договора страхования на условиях и в соответствии с особыми условиями страхования по программе «Финансовый резерв Лайф +», являющимися неотъемлемой частью полиса.

Страховая премия по договору страхования составила сумму в размере 146183 рубля, которая была перечислена Банком ВТБ (ПАО) из средств предоставленного кредита на счет ООО СК «ВТБ Страхование».

Выгодоприобретателями в случае наступления страховых случаев является застрахованный, а в случае его смерти – его наследники.

Согласно свидетельству о смерти ОЗАГС УЗАГС СК по Кочубеевскому району от 17 мая 2019 года ФИО2 умер 16 мая 2019 года.

Из наследственного дела № 178/2019 ФИО2, умершего 16 мая 2019 года, следует, что он завещал все движимое и недвижимое имущество своей супруге ФИО1

Согласно свидетельствам о праве на наследство по завещанию от 05 декабря 2019 года ФИО1 является наследницей имущества ФИО2, других наследников, принявших наследство, нет.

Страховыми случаями по договору страхования являются: травма, госпитализация в результате НС (несчастного случая) и Б (болезни), инвалидность в результате НС и Б, смерть в результате НС и Б.

Письмом ООО СК «ВТБ Страхование» от 17 апреля 2020 года ФИО1 было отказано в выплате страхового возмещения, так как согласно п. 4.5.9 Условий страхования события не признаются страховыми, если они произошли в результате лечения заболеваний или последствий несчастных случаев, имевших место до начала или после окончания периода действия договора страхования, о которых страховщик не был поставлен в известность заранее.

Подписывая заявление на участие в программе коллективного страхования «Финансовый резерв», страхователь ФИО2 подтвердил, что:

- не страдает онкологическими заболеваниями, сахарным диабетом, заболеваниями вызванными воздействием радиации, сердечно – сосудистыми заболеваниями, а именно, перенесенные в прошлом (до даты заключения договора страхования): инфаркт миокарды, инсульт – острое нарушение мозгового кровообращения, инфаркт головного мозга, атеросклероз сосудов головного мозга;

- не находился в течение последних 6 месяцев на стационарном лечении по поводу вышеуказанных заболеваний.

Судом установлено, что сведения, сообщенные ФИО2 ООО СК «ВТБ Страхование» при заключении договора личного страхования, не соответствуют действительности.

Согласно выписке из амбулаторной карты № № ГБУЗ СК «Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер» ФИО2 впервые обратился в указанное учреждение 29 мая 2018 года к врачу – онкологу дерматологу с жалобами на наличие на коже шеи опухолевидного образования.

04 июня 2018 года было проведено гистологическое исследование № А 1868-70, которое показало участок кожи с комплексами высоко дифференцированного плоскоклеточного рака.

14 июня 2018 года на повторном приеме врача – онколога дерматолога установлен диагноз: «рак кожи Т1N0М0, 1 стадия, кл. гр. 2».

В период с 25 июня 2018 года по 04 июля 2018 года ФИО2 находился на лечении в онкологическом отделении № 3 ГБУЗ СК «Ставропольский краевой клинический онкологический диспансер», где 26 июня 2018 года было проведено оперативное лечение: иссечение поражения кожи передней поверхности шеи.

Заключительный клинический диагноз: «рак кожи шеи Т1N0М0, 1 стадия, состояние после оперативного лечения, кл. гр. 2».

03 июля 2018 года было проведено гистологическое исследование № 76496-502, которое показало: кератоакантома кожи с папиломатозом, гиперкератозом, акантозом многослойного плоского эпителия, с анастомозированием в дерме акантотических тяжей, с очаговой дискомплексацией клеток в базальном слое. В подлежащей дерме отмечается обильная лимфоидно – плазмоцитарная инфильтрация. Кроме того, в дерме определяется рост доброкачественной опухоли типа ангиолейомиомы. В краях резекции кожи отмечается очаговая лимфоидная инфильтрация вокруг сосудов и придатков кожи.

26 июля 2018 года ФИО2 был на повторном приеме у врача – онколога дерматолога. Диагноз: «кератоакантома с дисплазией кожи передней поверхности шеи, состояние после радикального широкого иссечения 26 июня 2018 года, кл. гр. 1 Б. Рекомендовано наблюдение у онколога по месту жительства.

Таким образом, до заключения договора страхования 07 сентября 2018 года у ФИО2 было диагностировано онкологическое заболевание, по поводу которого он проходил лечение в период, предшествовавший заключению договора страхования.

Суд отвергает доводы стороны ФИО1 о том, что диагноз носил предварительный характер, так как указанный диагноз был установлен по итогам гистологического исследования от 04 июня 2018 года и решением консультативного бюро было рекомендовано оперативное лечение в онкологическом хирургическом отделении.

Как указала допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО4, кератоакантома с дисплазией кожи передней поверхности шеи является доброкачественной опухолью.

Тогда как онкология – это наука, которая изучает причины возникновения и процессы образования опухолей, как злокачественных, так и доброкачественных, то есть ФИО2 в последние 6 месяцев до заключения договора личного страхования страдал онкологическим заболеванием (доброкачественным).

Утверждение стороны ФИО1 о том, что при повторном гистологическом исследовании № 76496-502 от 03 июля 2018 года диагноз «рак кожи шеи» не подтвердился и на момент заключения договора личного страхования ФИО2 не страдал онкологическим заболеванием, для определения наступления страхового риска не имеет существенного значения, поскольку при подписании договора страхования ФИО2 сведения о лечении онкологической болезни скрыл, что нашло свое подтверждение в соответствии с медицинской документацией, приобщенной к настоящему гражданскому делу.

Страховщик, запрашивая у страхователя сведения о состоянии здоровья, при оценке страхового риска исходил из представленной страхователем информации, и предполагал, что страхователь представляет достоверные сведения. ФИО2 на момент заключения договора страхования знал о наличии у него онкологического заболевания в течение предшествующих 6 месяцев. Однако, при заключении договора страхования представил заведомо ложные сведения о себе, как о застрахованном лице, подтвердив, что не имеет ни одного из перечисленных заболеваний, оговоренных страхователем при заключении договора.

Учитывая, что ФИО2 находился в течение последних 6 месяцев до заключения договора личного страхования на стационарном лечении по поводу онкологического заболевания, при этом застрахованный сообщил страховщику недостоверные сведения относительно состояния своего здоровья, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

Рассматривая встречные исковые требования ООО СК «ВТБ Страхование», суд приходит к следующему.

В силу п. 3 ст. 944 ГК РФ если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК РФ.

Под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Федеральным законом от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ с 01 сентября 2013 года ст. 179 ГК РФ изложена в новой редакции, в которой последствия недействительности сделки предусмотрены п. 4 ст. 179 ГК РФ.

При разрешении споров данной категории обязательным условием для применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

Таким образом, обязательным условием применения нормы о недействительности сделки является наличие умысла страхователя, направленного на сокрытие обстоятельств или предоставление ложных сведений, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

При этом, обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике, обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

Из анализа указанных выше норм права следует, что предметом доказывания по заявленным ООО СК «ВТБ Страхование» встречным исковым требованиям о признании договора страхования недействительным является факт предоставления страхователем (застрахованным лицом) при заключении договора заведомо ложных сведений, влияющих на оценку страховщиком страхового риска и возможных убытков, а, следовательно, на определение суммы страховой премии.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Обстоятельства, исследованные в судебном заседании, в совокупности подтверждают, что на момент заключения договора личного страхования при присоединении к программе страхования ФИО2 знал о наличии у него онкологического заболевания в течение предшествующих 6 месяцев.

Действующим законодательством на ФИО2 была возложена обязанность сообщить страховщику все известные обстоятельства, имеющие значение для определения вероятности наступления страхового случая и определения размера страховой премии.

Анализ медицинских документов объективно подтверждает факт наличия у ФИО2 онкологического заболевания в предшествующие 6 месяцев до заключения договора страхования.

Сообщение заведомо недостоверных сведений о состоянии здоровья застрахованного при заключении договора добровольного личного страхования является основанием для отказа в выплате страхового возмещения, а также для признания такого договора недействительным.

Не сообщив ООО СК «ВТБ Страхование» о наличии онкологического заболевания, ФИО2 нарушил положения ст. 944 ГК РФ, обязывающей страхователя сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику.

С учетом положений ст. ст. 179, 944 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что заключенный сторонами договор страхования подлежит признанию недействительным, поскольку при его заключении ФИО2 не сообщил ООО СК «ВТБ Страхование» имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая сведения, а также сообщил недостоверную информацию относительно отсутствия онкологического заболевания в предшествующие 6 месяцев.

Из материалов гражданского дела следует, что страховая премия, оплаченная ФИО2 при заключении договора страхования, составила 146183 рубля.

Поскольку договор страхования является недействительным, то подлежит применению последствия недействительности сделки в виде возложения на ООО СК «ВТБ Страхование» обязанности возвратить выгодоприобратателю – наследнику, то есть ФИО1, страховую премию.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по гражданскому делу судебные расходы.

При подаче встречного иска ООО СК «ВТБ Страхование» оплачена государственная пошлина в размере 6 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 93656 от 13 августа 2020 года.

С учетом отказа в удовлетворении первоначальных исковых требований и удовлетворенных встречных исковых требований с ФИО1 в пользу ООО СК «ВТБ Страхование» подлежит взысканию 6000 рублей в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 – 199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1, к ООО СК «ВТБ «Страхование» о взыскании страхового возмещения по договору личного страхования отказать.

Встречные исковые требования ООО СК «ВТБ Страхование» к ФИО1, о признании договора страхования недействительным, применении последствий недействительности сделки, взыскании расходов по уплате государственной пошлины удовлетворить.

Признать договор страхования № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ООО СК «ВТБ Страхование» и ФИО2, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки путем взыскания с ООО СК «ВТБ Страхование» в пользу ФИО1, уплаченной страховой премии в размере 146183 рубля.

Взыскать с ФИО1, в пользу ООО СК «ВТБ Страхование» расходы по оплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд через Невинномысский городской суд Ставропольского края в течение месяца.

Мотивированное решение по гражданскому делу изготовлено 10 ноября 2020 года.

Судья Д.А. Душко