Решение № 2-1615/2018 2-1615/2018~М-1357/2018 М-1357/2018 от 18 сентября 2018 г. по делу № 2-1615/2018

Дело № 2-1615/18


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 сентября 2018 года г. Сарапул

Сарапульский городской суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Шадриной Е. В.,

при секретаре Лушниковой А.С.,

с участием истца ФИО2, представителя ответчика, ФИО5, действующей на основании доверенности № от 09.01.2018 года (со сроком действия до 31.12.2018 года),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонному) о признании отказа в назначении пенсии незаконным, признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости, о возложении обязанности по назначению и выплате пенсии с момента обращения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонному) о признании отказа в назначении пенсии незаконным, признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости, о возложении обязанности по назначению и выплате пенсии с момента обращения. Заявленные требования обосновывает тем, что 13.06.2018 года она обратилась в государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонное) с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости. Решением № от 22.06.2018 года ГУ УПФ в <адрес> (межрайонного) ей отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости. По подсчетам ответчика её стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности, составляет 23 года 09 месяца 16 дней. При подсчете её специального медицинского стажа ответчиком в него не включены периоды нахождения на курсах повышения квалификации, предоставляемые донорам дни отдыха, периоды нахождения в отпуске по уходу за ребенком. Просит признать решение ответчика незаконным; обязать зачесть в её специальный медицинский стаж периоды: нахождения на курсах повышения квалификации с 15.02.1999 года по 05.03.1999 года, с 21.10.2015 года по 18.11.2015 года; в предоставляемые донорам дней отдыха 22.03.2013 года, 15.05.2013 года, 30.10.2014 года, 24.02.2015 года; в отпуске по уходу за ребенком с 11.09.1987 года по 19.01.1989 года, с 16.12.1990 года по 16.12.1990 года в льготном исчислении как 1 год за 1 год и 3 месяца; обязать назначить ей досрочную страховую пенсию с даты возникновения права с 13.06.2018 года; взыскать с ответчика расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

В предварительном судебном заседании 28.08.2018 года истица уточнила исковые требования. Просит обязать зачесть в её специальный медицинский стаж периоды отпуска по уходу за ребенком с 11.09.1987 года по 19.01.1989 года, с 16.12.1990 года по 19.10.1993 года в льготном исчислении как 1 год за 1 год и 3 месяца.

Истец ФИО2 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требования с учетом их уточнения в полном объеме.

Представитель ответчика, ФИО5, исковые требования не признала, считает решение ГУ УПФ в <адрес> (межрайонное) законным, обоснованным и не подлежащим отмене. Поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях на исковое заявление, приобщенных к материалам дела.

Выслушав пояснения истца, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

13.06.2018 года ФИО2 обратилась в ГУ УПФ в <адрес> Республики (межрайонное) с заявлением о досрочном назначении ей страховой пенсии по старости на основании п. п. 20 п. 1 ст. 30 ФЗ от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением об отказе в установлении пенсии ГУ УПФ в <адрес> (межрайонное) за № от 22.06.2018 года ФИО2 отказано в назначении пенсии, так как на дату обращения, 13.06.2018 года, стаж работы, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением лечебной деятельности, составляет 23 года 09 месяцев 16 дней. В льготный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости ФИО2, не включены периоды: нахождения на курсах повышения квалификации с 15.02.1999 года по 05.03.1999 года, с 21.10.2015 года по 18.11.2015 года; предоставляемые донорам дни отдыха 22.03.2013 года, 15.05.2013 года, 30.10.2014 года, 24.02.2015 года; отпуска по уходу за ребенком с 11.09.1987 года по 19.01.1989 года, с 16.12.1990 года по 19.10.1993 года в льготном исчислении как 1 год за 1 год и 3 месяца.

Считая указанное решение незаконным, ФИО2 обратилась в суд за защитой нарушенных прав.

Согласно ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд рассматривает требования истца в рамках заявленного иска, то есть дает оценку лишь тем периодам его работы, на включение которых в льготный стаж он настаивает.

Часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантирует социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и иных случаях, установленных законом. Конституционное право на социальное обеспечение включает и право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

Федеральный закон «О страховых пенсиях» от 28.12.2013 года № 400-ФЗ (далее ФЗ «О страховых пенсиях») определяет основания возникновения и порядок реализации права граждан на страховые пенсии. В качестве условий назначения страховой пенсии по старости в ФЗ «О страховых пенсиях» закреплено достижение пенсионного возраста (60 лет для мужчин и 55 лет для женщин), наличие страхового стажа не менее пятнадцати лет (статья 8) и предусмотрено право отдельных категорий граждан на досрочное назначение страховой пенсии по старости (статьи 30).

Согласно п.1 ст.22 ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений части 7 статьи 21 настоящего Федерального закона (п. 2 ст. 22 ФЗ «О страховых пенсиях»).

Вследствие этого, обязательными условиями на досрочное назначение страховой пенсии по старости является подача заявления о назначении пенсии и наличие необходимой продолжительности соответствующей деятельности (специального трудового стажа), подтвержденного соответствующими документами.

Судом установлено и не оспаривается ответчиком, что с заявлением о назначении страховой пенсии по старости ранее достижения общего пенсионного возраста (55 лет), истец обратилась в орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, 13.06.2018 года.

Суд считает, что спорные периоды подлежат зачету в льготный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, по следующим основаниям.

В системе действующего правового регулирования пенсионного обеспечения установление для указанной категории лиц льготных условий назначения страховой пенсии по старости направлено, главным образом, на защиту от риска утраты профессиональной трудоспособности до достижения общеустановленного пенсионного возраста. Поэтому право на досрочное пенсионное обеспечение связывается не с любой работой в определенной профессиональной сфере, а лишь с такой, выполнение которой сопряжено с регулярным неблагоприятным воздействием различного рода факторов, повышенными психофизиологическими нагрузками, обусловленными исполняемыми функциональными обязанностями по занимаемой должности, спецификой и характером труда.

Исходя из этого законодатель выделил в особую категорию работников, т.е. лиц, состоящих в трудовых отношениях, чья лечебная и иная деятельность по охране здоровья населения протекала на протяжении длительного периода в учреждениях здравоохранения, организация труда в которых предполагает соблюдение специальных условий, режима работы и выполнение определенной нагрузки. Этой категории работников предоставлено право на льготное пенсионное обеспечение по старости.

В соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», страховая пенсия по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения не менее 25 лет в сельской местности и поселках городского типа и не менее 30 лет в городах, сельской местности и поселках городского типа либо только в городах, независимо от их возраста.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с частью 1 настоящей статьи, правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации.

Согласно Конституционным принципам о том, что новые нормы должны применяться в том объеме, в каком они не отменяют ранее предоставленных прав и льгот в пенсионном обеспечении, не ухудшают прав пенсионеров. А также, принимая во внимание статью 4 Гражданского кодекса Российской Федерации о действии закона во времени, для зачета предыдущей деятельности по охране здоровья граждан в лечебном учреждении должны применяться те нормы, которые действовали в период этой деятельности.

Согласно п. 14 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11.12.2012 года № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» При разрешении споров, связанных с установлением и выплатой трудовой пенсии по старости гражданам ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста, в интересах граждан и в целях недопущения ухудшения условий реализации права на пенсионное обеспечение, на которые они рассчитывали до введения в действие нового правового регулирования (независимо от того, выработан ими общий или специальный трудовой стаж полностью либо частично), стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, может исчисляться с учетом законодательства, действовавшего на период выполнения соответствующих работ и иной общественно полезной деятельности, позволявшего засчитывать такие периоды в стаж при назначении пенсий на льготных условиях (Закон ФИО3 от 14 июля 1956 года «О государственных пенсиях», Закон ФИО3 от 15 мая 1990 года «О пенсионном обеспечении граждан в ФИО3», Закон Российской Федерации от 20 ноября 1990 года № «О государственных пенсиях в Российской Федерации» и принятые в соответствии с ними подзаконные акты).

Пунктом 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 16.07.2014 года № «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение», вступившим в силу с 1 января 2015 года, были утверждены список должностей и учреждений, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 29 октября 2002 года № «О списках работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», и об утверждении правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьей 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно трудовой книжке истца, ФИО2 с 17.03.1986 года принята в Каракулинскую СЭС помощником санитарного врача. С 01.1991 года Каракулинская санэпидстанция переименована в Каракулинский центр Государственного санитарно-эпидемиологического надзора. С 10.04.1995 года переведена на должность помощника эпидемиолога. 16.12.1999 года Каракулинский центр Государственного санитарно-эпидемиологического надзора переименован в Центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора в Каракулинском районе УР. 24.12.1999 года переведена на должность помощника враче эпидемиолога. 27.05.2002 года уволена по собственному желанию. 17.01.2013 года принята на должность помощника врача эпидемиолога МБУЗ «Каракулинская центральная районная больница». 18.12.2013 года МБУЗ «Каракулинская центральная районная больница» переименована в БУЗ УР «Каракулинская районная больница МЗ УР», работает по настоящее время.

При этом основной период работы истца в качестве помощника врача эпидемиолога зачтен ответчиком в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение на основании п. п. 20 п. 1 ст. 30 ФЗ от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

С учетом положений ст. ст. 6 (ч. 2), 15 (ч. 4), 17 (ч. 1), 18, 19 и 55 (ч. 1) Конституции РФ, предполагающих правовую определенность и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения, необходимые для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в том, что приобретенное ими на основе действующего законодательства право будет уважаться властями и будет реализовано, спорные периоды нахождения истца на курсах повышения квалификации подлежат включению в стаж работы по специальности при досрочном назначении пенсии по старости независимо от времени его обращения за назначением пенсии и времени возникновения у него права на досрочное назначение пенсии по старости.

Пунктом 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 22 сентября 1999 года № «Об утверждении Списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения», вступившим в силу с 1 ноября 1999 года, были утверждены Список должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения, и Правила исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с лечебной и иной работой по охране здоровья населения.

В соответствии со Списком должностей, работа в которых засчитывается в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществляющим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждениях здравоохранения, в соответствии с подпунктом 20 п.1 ст. 27 ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ», утвержденным Постановлением Правительства РФ от 29.10.2002 года №, право на пенсию за выслугу лет имели врачи-специалисты и средний медицинский персонал независимо от наименования должности лечебно-профилактических и санитарно-эпидемиологических учреждений, занимающиеся лечебной и иной работой по охране здоровья.

На курсах повышения квалификации истец находилась в период работы в должностях и учреждениях, которые дают право на досрочное назначение страховой пенсии по старости. До направления на курсы повышения квалификации и по возвращении из них истец работала полный рабочий день.

В соответствии с требованиями ст. 54 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 года №, приказа Минздрава РФ от 09 августа 2001 года № «О порядке получения квалификационных категорий», повышение квалификации для медицинского работника является обязательным требованием соблюдения условий трудового договора.

Согласно ст. 187 Трудового кодекса Российской Федерации в случае направления работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата.

Поэтому период нахождения на курсах повышения квалификации является периодом работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Кроме того, для отдельных категорий работников в силу специальных нормативных актов повышение квалификации является обязательным условием выполнения работы. Из изложенного следует, что период нахождения на курсах повышения квалификации подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное пенсионное обеспечение.

Карточкой-справкой, справками, уточняющими характер работы (л. д. 11-12) подтверждается, что ФИО2 находилась на курсах повышения квалификации с 15.02.1999 года по 05.03.1999 года, с 21.10.2015 года по 18.11.2015 года.

Анализируя представленные сторонами доказательства, применяя декларированный Конституцией РФ принцип равенства, гарантирующий защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, суд приходит к выводу о том, что спорные периоды с 15.02.1999 года по 05.03.1999 года, с 2110.2015 года по 18.11.2015 года - время нахождения ФИО2 на курсах повышения квалификации подлежит включению в специальный стаж истца, поскольку для прохождения указанных курсов она была направлена именно работодателем с соблюдением норм действующего трудового законодательства и указанный период был сопряжен с осуществляемой медицинской деятельностью.

Согласно ст. 165 ТК РФ, помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных настоящим Кодексом (гарантии при приеме на работу, переводе на другую работу, по оплате труда и другие), работникам предоставляются гарантии и компенсации при исполнении государственных или общественных обязанностей.

При предоставлении гарантий и компенсаций соответствующие выплаты производятся за счет средств работодателя. Органы и организации, в интересах которых работник исполняет государственные или общественные обязанности (доноры, члены избирательных комиссий и другие), производят работнику выплаты в порядке и на условиях, которые предусмотрены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. В указанных случаях работодатель освобождает работника от основной работы на период исполнения государственных или общественных обязанностей.

В соответствии со ст. 186 ТК РФ в день сдачи крови и ее компонентов, а также в день связанного с этим медицинского обследования работник освобождается от работы.

При сдаче крови и ее компонентов работодатель сохраняет за работником его средний заработок за дни сдачи и предоставленные в связи с этим дни отдыха.

Доводы ответчика о том, что дни сдачи крови не подлежат зачету в специальный стаж дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, (уплата страховых взносов в ПФ РФ за эти периоды не производились, в указанные периоды также сохраняются только трудовые отношения, лечебная и иная деятельность по охране здоровья населения не осуществляется), подлежат отклонению, поскольку из смысла действующего законодательства следует, что дни отдыха за сдачу крови представляют собой периоды иной деятельности, включаемые в страховой стаж.

Согласно разъяснениям, содержащихся в письме Пенсионного фонда РФ от 07 декабря 1998 года № «О порядке зачета в специальный трудовой стаж донорских дней», согласно которым работникам, являющимся донорами, день сдачи крови, а также последующий день отдыха, засчитывается в специальный трудовой стаж, дающий право на пенсию в связи с особыми условиями труда (в том числе по Списку № и 2), поскольку в эти дни за работниками сохраняется средний заработок, а в табеле учета рабочего времени указывается полный рабочий день.

Следовательно, предоставленные как донору дни отдыха 22.03.2013 года, 15.05.2013 года, 30.10.2014 года, 24.02.2015 года подлежат включению в специальный стаж истца.

Ранее действующей статьей 167 Кодекса законов о труде РСФСР (в редакции, действующей до вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года № «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации») предусматривалось включение периода нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком (дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет) в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

При этом постановлением ЦК КПСС и ФИО1 от 22 января 1981 года «О мерах по усилению государственной помощи семьям, имеющим детей» были установлены частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста одного года и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет.

В соответствии с пунктом 2 постановления ФИО1 и ВЦСПС от 22 августа 1989 года № «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 года повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком была увеличена до достижения им возраста трех лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Пунктом 7 Постановления Госкомтруда ФИО3, Секретариата ВЦСПС от 29 ноября 1989 года № "О утверждении разъяснения «О порядке предоставления женщинам частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет2 закреплено, что время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет засчитывается как в общий, так и в непрерывный стаж работы и в стаж работы по специальности, в том числе, при назначении пособий по государственному социальному страхованию, при назначении государственных пенсий.

Время отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет засчитывается также в стаж, дающий право на пенсию на льготных условиях и в льготных размерах.

Во всех случаях исчисления общего непрерывного стажа работы и стажа по специальности время частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет учитывается в том же порядке, как работа или соответственно учеба, в период которой предоставлены указанные отпуска.

Впоследствии право женщин, имеющих малолетних детей, оформить отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет было предусмотрено Законом ФИО3 от 22 мая 1990 года №-I «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты ФИО3 по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», которым внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде, утвержденные Законом ФИО3 от 15 июля 1970 года. При этом статья 71 Основ изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

С принятием Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года №-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде РСФСР» (вступил в силу 6 октября 1992 года) период нахождения женщины в отпуске по уходу за ребенком перестал включаться в стаж работы по специальности в случае назначения пенсии на льготных условиях.

Согласно статье 167 Кодекса законов о труде РСФСР в новой редакции по желанию женщин им предоставляется частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет с выплатой за этот период пособия по государственному социальному страхованию.

Кроме указанного отпуска женщине, по ее заявлению, предоставляется дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет с выплатой за период такого отпуска компенсации в соответствии с действующим законодательством.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснено, что при разрешении споров, возникших в связи с включением женщинам в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, периода нахождения их в отпуске по уходу за ребенком, судам следует исходить из того, что если указанный период имел место до 06 октября 1992 года (времени вступления в силу Закона Российской Федерации от 25 сентября 1992 года №-I «О внесении изменений и дополнений в Кодекс законов о труде Российской Федерации», с принятием которого период нахождения в отпуске по уходу за ребенком не включается в специальный стаж работы в случае назначения пенсии на льготных условиях), то он подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости.

Необходимо учитывать, что если отпуск по уходу за ребенком начался до 06 октября 1992 года, то период нахождения в данном отпуске подлежит включению в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, независимо от момента его окончания (до или после этой даты).

Как следует из приведенных выше норм права, частично оплачиваемый отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительный отпуск без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет являются двумя самостоятельными отпусками по уходу за ребенком, каждый из которых предоставляется работодателем по соответствующему заявлению женщины.

С учетом изложенных разъяснений Верховного Суда РФ в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, подлежит включению тот отпуск по уходу за ребенком, независимо от момента его окончания, который начался до 06 октября 1992 года.

Из материалов пенсионного дела истца следует, что работа ФИО2 в должности помощника врача-эпидемиолога включена органом пенсионного обеспечения в ее специальный стаж в льготном исчислении как один год работы за один год и три месяца.

В силу изложенного, поскольку отпуск ФИО2 по уходу за ребенком приходился на период работы истца в должности помощника врача-эпидемиолога, при этом, отпуск по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет начался 11.09.1987 года и 16.12.1990 года, то есть до 06.10.1992 года, указанные отпуска подлежат включению в специальный стаж истца в льготном исчислении.

Пленум Верховного Суда РФ в пункте 26 постановления от 11 декабря 2012 года № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии» разъяснил, что в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

С учетом того, что во время нахождения женщины на больничном в послеродовой период ей выплачивается пособие по государственному социальному страхованию на основании листка нетрудоспособности, выданного по случаю временной нетрудоспособности, период с 11.09.1987 года по 19.01.1989 года, с 16.12.1990 года по 19.10.1993 года также подлежит включению в стаж истца, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в льготном исчислении.

При включении спорных периодов в льготный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, он составит более 25 лет, что позволяет принять решение о досрочном назначении истцу страховой пенсии по старости с 13.06.2018 года.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что решение ГУ УПФ в <адрес> (межрайонного) № от 22.06.2018 года об отказе ФИО2 в установлении досрочной страховой пенсии по старости является незаконным и подлежит отмене. Исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению в полном объеме.

Из статьи 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 19 (часть 1), закрепляющей равенство всех перед законом и судом, следует, что конституционное право на судебную защиту предполагает не только право на обращение в суд, но и возможность получения реальной судебной защиты в форме эффективного восстановления нарушенных прав и свобод в соответствии с законодательно закрепленными критериями.

В целях создания механизма эффективного восстановления нарушенных прав и с учетом принципа максимальной защиты имущественных интересов заявляющего обоснованные требования лица, правам и свободам которого причинен вред, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации предусматривает порядок распределения между сторонами судебных расходов. Согласно части первой статьи 98 и статье 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, включая расходы на оплату услуг представителя.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Расходы истца по уплате 300 рублей государственной пошлины подтверждены кассовым чеком от 27.07.2018 года. Следовательно, с ответчика подлежат взысканию 300 рублей в возмещение понесенных судебных расходов истца.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонному) о признании отказа в назначении пенсии незаконным, признании права на досрочное назначение страховой пенсии по старости, о возложении обязанности по назначению и выплате пенсии с момента обращения удовлетворить.

Признать решение государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонного) № от 22.06.2018 года об отказе ФИО2 в установлении пенсии незаконным и отменить.

Обязать государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонное) включить ФИО2 периоды: нахождения на курсах повышения квалификации с 15.02.1999 года по 05.03.1999 года, с 21.10.2015 года по 18.11.2015 года; предоставляемые донорам дни отдыха 22.03.2013 года, 15.05.2013 года, 30.10.2014 года, 24.02.2015 года; отпуска по уходу за ребенком с 11.09.1987 года по 19.01.1989 года, с 16.12.1990 года по 19.10.1993 года в льготном исчислении как 1 год за 1 год и 3 месяца.

Обязать государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонное) назначить досрочно ФИО2 страховую пенсию по старости с 13.06.2018 года на основании подпункта 20 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Взыскать с государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в <адрес> Республики (межрайонного) в пользу ФИО2 300 рублей в возмещение понесенных судебных расходов.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия судом решения через Сарапульский городской суд УР.

Судья Е. В. Шадрина