Решение № 2-797/2020 2-797/2020(2-8491/2019;)~М-5182/2019 2-8491/2019 М-5182/2019 от 6 июля 2020 г. по делу № 2-797/2020

Дело № 2-797/2020 07 июля 2020 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Тумасян К.Л.,

при секретаре Шестаковой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» о взыскании страхового возмещения, неустойки, денежной компенсации морального вреда, штрафа, судебных издержек,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к АО «АльфаСтрахование» указав, что 25 декабря 2018 года между сторонами заключен договор страхования средств наземного транспорта № в отношении автомобиля Volkswagen Golf, 2015 года выпуска, идентификационный номер VIN №, со сроком действия с 25 декабря 2018 года по 24 декабря 2019 года.

11 марта 2019 года произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого застрахованному автомобилю причинены механические повреждения. Истец обратился к ответчику за выплатой страхового возмещения, однако в выплате страхового возмещения было отказано со ссылкой на то, что заявленное событие не является страховым случае.

Истец, не согласившись с данным отказом обратился за составлением автотехнического заключения, согласно выводам которого в действиях водителя автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. № не имелось нарушений ПДД и у него отсутствовала техническая возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие 25.12.2018. Истец также обратился в независимую оценочную компанию, согласно заключению которой стоимость восстановительного ремонта автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, составляет без учета износа 992 533 руб. 66 коп., с учетом износа – 786 972 руб. 31 коп., рыночная стоимость автомобиля – 1 028 500 руб., стоимость годных остатков – 256 600 руб.

07 июня 2019 года истец обратился к ответчику с претензией, в которой представив автехническое заключение и экспертное заключение о стоимости ущерба просил произвести выплату страхового возмещения.

Ответа на указанную претензию истца ответчик не предоставил.

Таким образом, уточнив заявленные исковые требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом выводов судебной экспертизы истец просил взыскать с ответчика страховое возмещение в размере 812 700 руб., неустойку в размере 9 950 руб., денежную компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., а также штраф, предусмотренный законодательством о защите прав потребителей.

Представитель истца в судебное заседание явился, заявленные исковые требования поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных исковых требований.

Представитель третьего лица ФИО11 в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения заявленных исковых требований.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы настоящего гражданского дела, обозрев материал проверки №, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Частью 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Судом установлено, что истец является собственником автомобиля Volkswagen Golf, 2015 года выпуска, идентификационный номер VIN №, г.р.з. № (л.д. 59, 138-139 том 1).

Из материалов дела следует, что 25 декабря 2018 года между сторонами заключен договор страхования средств наземного транспорта № в отношении автомобиля Volkswagen Golf, 2015 года выпуска, идентификационный номер VIN №, по страховым риска «Хищение» «Повреждение по установленных третьих лиц», со сроком действия с 25 декабря 2018 года по 24 декабря 2019 года, страховая сумма определена сторонами в размере 855 000 руб., безусловная франшиза не установлена (л.д. 7 том 1).

Согласно дополнительным условиям, определенным в договоре страхования средств наземного транспорта № в рамках настоящего договора под риском «Повреждение по вине установленных третьих лиц» понимается повреждение или гибель транспортного средства в результате ДТП, по которому установлено виновное в нанесении ущерба лицо, иное, чем лица управлявшие застрахованным транспортным средством.

Страховая премия установленная по договору в размере 9 950 руб. оплачена истцом в полном объеме, что подтверждается квитанцией серии АС № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 130 том 1).

Согласно постановлению от ДД.ММ.ГГГГ №, ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов 10 минут по адресу: <адрес>, пересечение проспекта Испытателей и <адрес>, в нарушение п.п. 1.5, 8.1, 13.4 ПДД РФ, водитель ФИО11, управляя транспортным средством Фольксваген Гольф, г.р.з. № двигаясь по проспекту Испытателей в направлении от проспекта Сизова, при повороте налево по зеленому сигналу светофора не уступила дорогу транспортному средству Фольксваген Гольф, г.р.з. №, под управлением водителя ФИО2, который осуществлял движение по проспекту Испытателей в направлении от Комендантской площади в сторону проспекта Сизова, со встречного направления прямо, то есть совершила правонарушение, ответственность за которое предусмотрено ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ (невыполнение требования ПДД уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестков), произошло дорожно-транспортное происшествие.

Постановлением от 12 апреля 2019 года №ФИО12. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ.

Постановления от 12 апреля 2019 года №АУ3030-19 производство по делу об административном правонарушении в отношении ФИО2 прекращено, в связи с отсутствием состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ.

Из постановления от 12 апреля 2019 года №АУ3030-19 следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов 10 минут по адресу: <адрес>, пересечение проспекта Испытателей и <адрес>, имело место дорожно-транспортного происшествия с участием водителя ФИО2, управлявшего транспортным средством Фольксваген Гольф, г.р.з. №, выбрал скорость движения не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением, для выполнения требований ПДД и при возникновении опасности для движения, не применил возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, после чего совершил столкновение с транспортным средством Фольксваген Гольф, г.р.з. №, под управлением ФИО11

17 апреля 2019 года истец обратился к ответчику с заявлением о страховом событии, представив комплект документов, предусмотренный правилами страхования (л.д. 145 том 1).

19 апреля 2019 года письмом № ответчик уведомил истца об отказе в выплате страхового возмещения ссылаясь на то, что заявленное событие не попадает в перечень страховых рисков, покрываемых договором страхования средств наземного транспорта № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 156 том 1).

Не согласившись с данным отказом, истец обратился за составлением автотехнического заключения в ООО «Экспертный подход».

Согласно выводам заключения специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, в данной дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля марки Фольксваген, г.р.з. №, ФИО11, с технической точки зрения, должна была действовать в соответствии с требованиями п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 13.4 Правил дорожного движения; водитель автомобиля марки Фольксваген, г.р.з. Х999МХ47, ФИО2, с технической точки зрения, должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 ч. 2 Правил дорожного движения. Водитель автомобиля марки Фольксваген, г.р.з. №, ФИО11, имела объективную возможность предотвратить данное столкновение с автомобилем Фольксваген, г.р.з. №, своевременно и полностью выполнив требования п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 13.4 Правил дорожного движения; водитель автомобиля марки Фольксваген, г.р.з. № ФИО2, не имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем Фольксваген, г.р.з. М984ЕМ178, в данной дорожно-транспортной ситуации. Действия водителя автомобиля марки Фольксваген, г.р.з. №, ФИО11, не соответствоали требованиям п.п. 1.3, 1.5, 8.1, 13.4 Правил дорожного движения; с момент возникновения опасности для движения, действия водителя автомобиля марки Фольксваген, г.р.з. №, ФИО2, не противоречили требованиям Правил дорожного движения (л.д. 12-36 том 1).

Для установления размера причиненного ущерба истец обратился к ИП ФИО5, согласно выводам заключения № от ДД.ММ.ГГГГ которого стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Volkswagen Golf, идентификационный номер №, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет: без учета износа 992 533 руб. 66 коп., с учетом износа – 786 972 руб. 31 коп.; рыночная стоимость транспортного средства в доаварийном состоянии по состоянию на дату оценки 1 028 500 руб., годные остатки – 256 600 руб. (л.д. 37-109 том 1).

07 июня 2019 года истец обратился к ответчику с претензией, в которой представив автотехническое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ и экспертное заключение № от 24.05.2019, просил произвести выплату страхового возмещения (л.д. 8-10 том 1).

Ответа на указанную претензию истца ответчик не предоставил.

В ходе рассмотрения спора между сторонами возник спор относительно лица, виновного в дорожно-транспортном происшествии ДД.ММ.ГГГГ, а также относительно размера ущерба, причиненного в результате данного дорожно-транспортного происшествия автомобилю Volkswagen Golf, г.р.з. № для разрешения которого по делу по ходатайствам сторон проведены судебные экспертизы.

Как следует из объяснения водителя ФИО2, данных им 11 марта 2019 года в ходе административного расследования, 11 марта 2019 года управляя технически исправным автомобилем Volkswagen Golf, г.р.з. №, следовал по <адрес> от <адрес> в условиях дневного освещения, проезжая часть – гололед, со скоростью около 50-60 км/ч, в средней полосе движения, на зеленый сигнал светофора, маневров не совершал, внезапно на дорогу выехала женщина, которая должна была его пропустить, но не сделала этого, в результате чего произошло столкновение. Второго участника до столкновения видел, подал звуковой сигнал, применил торможение.

В судебном заседании 01 ноября 2019 года ФИО2 пояснил, что ехал по пр. Испытателей от метро «Комендантский проспект» в сторону метро «Пионерская», со скоростью примерно 50-60 км/ч, во втором ряду (всего 3 ряда), на перекрестке с ул. Маршала Новикова горел четко зеленый сигнал светофора, впереди автомобилей не было, слева автомобили поворачивали налево, находился все время в движении, не останавливался. Неожиданно перед ним появился автомобиль Volkswagen, который не было видно из-за поворачивавшего налево автомобиля ГАЗ, автомобиль Volkswagen увидел примерно за 10-15 метров до столкновения. После удара его автомобиль откинуло в столб. Со схемой места дорожно-транспортного происшествия был согласен (л.д. 252 том 1).

Как следует из объяснения водителя ФИО11, данных ей 11 марта 2019 года в ходе административного расследования, 11 марта 2019 года, управляя технически исправным автомобилем Volkswagen Golf, г.р.з. №, следовала по пр.Испытателей от пр. Сизова, в условиях дневного освещения, проезжая часть – мокрая, со скоростью около 5-10 км/ч, в крайнем левом ряду, на зеленый сигнал светофора, убедилась в отсутствии транспортных средств, приостановилась на трамвайных путях, убедилась, что машины на светофоре стоят, хотела совершить поворот, и в это время в нее на скорости въехал автомобиль Volkswagen Golf, г.р.з. №, в результате чего ее автомобиль развернуло. Полагала себя невиновной, так водитель не дал ей завершить маневр.

В судебном заседании 01 ноября 2019 года ФИО11 пояснила, что ехала в крайнем левом ряду по пр. Испытателей, собиралась повернуть к торговому центру «Миллер». Было очень скользко, ехала аккуратно, горел мигающий зеленый сигнал светофора, стала поворачивать налево через середину. На проезжей части есть трамвайные пути, убедилась, что трамваев нет, и продолжила дальше катиться. Перед ней автомобилей не было, были ли автомобили после – не помнит, останавливалась ли перед тем, как пересечь проезжую часть – не помнит. Поняв, что два крайних ряда, стоящих прямо, ее пропускают (так как автомобили останавливались), продолжала движение, чтобы его завершить, уже почти горел красный сигнал светофора, было какое-то мгновение, произошел удар и ее начало разворачивать. Удар был сильный, дорога была скользкая. Указала, что точка, отмеченная ею в схеме места дорожно-транспортного происшествия – неверная, она находилась в стрессовом состоянии и могла что-то перепутать; расположение автомобилей, указанное в схеме места дорожно-транспортного происшествия, было примерно таким (л.д. 253-254 том 1).

Согласно выводам судебной экспертизы ЭЗ-920/2019 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 2-38 том 2), с технической точки зрения, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями пп. 10.1 и 10.2 Правил дорожного движения, его действия соответствовали требованиям ч. 2 п. 10.1 и не соответствовали п. 10.2 и ч. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения, у него отсутствовала техническая возможность предотвратить столкновение с автомобилем Volkswagen Golf, г.р.з. №, в том числе при движении с максимально разрешенной скоростью 60 км/ч.

С технической точки зрения, в исследуемой дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, ФИО11, должна была действовать в соответствии с требованиями п.п. 8.1 и 13.4 Правил дорожного движения, ее действия не соответствовали требованиям пп. 8.1 и 13.4 Правил дорожного движения, она имела возможность предотвратить дорожно-транспортное происшествие путем своевременного и полного выполнения требований пп. 8.1 и 13.4 Правил дорожного движения.

Версия водителя автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, ФИО2, согласуется с реальной обстановкой и обстоятельствами, имевшим место в расследуемом дорожно-транспортном происшествии, и является, таким образом, состоятельной с технической точки зрения.

С технической точки зрения, несоответствие действий водителя автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, ФИО11 требованиям п.п. 8.1 и 13.4 Правил дорожного движения, явилось причиной произошедшего 11 марта 2019 года дорожно-транспортного происшествия; действия водителя Volkswagen Golf, г.р.з. №, ФИО2, не соответствующие требованиям п. 10.2 и ч. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения, не находятся в причинно-следственной связи с рассматриваемым дорожно-транспортным происшествием.

Скорость автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, ФИО2, составляла около 81 км/ч.

В порядке, предусмотренном частью 1 статьи 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, экспертное заключение ЭЗ-920/2019 от ДД.ММ.ГГГГ исследовалось судом в судебном заседании; лицами, участвующими в деле, эксперту ФИО8 были заданы вопросы в целях разъяснения составленного последним заключения; каких-либо противоречий в ответах эксперта и его выводах, приведенных в экспертном заключении, судом не выявлено (л.д. 94-99 том 2).

Так эксперт пояснил, что согласно учебнику «Экспертиза дорожно-транспортных происшествий», под редакцией ФИО6, который им также использовался при проведении исследования (п. 5 руководящая законодательная и нормативно-техническая документация), для асфальтобетонного мокрого покрытия коэффициент сцепления (t3) составляет от 0,4 до 0,6, им применяется среднее значение, поскольку любое крайнее значение будет в пользу одной из сторон, далее согласно таблица замедления значения (Ja), и для значения коэффициента 0,5, замедление составляет 4,9 м/с2 при любой загрузке. Аналогичные значения указаны в методическом пособии «Судебная автотехническая экспертиза», под редакцией ФИО7 (п. 10 руководящая законодательная и нормативно-техническая документация) (л.д. 89, 90 том 2).

Также эксперт разъяснил, что значение реакции человека в 1 секунду – это среднее дифференцированное время реакции для водителя, соответственно, каждый водитель отличается своими психофизиологическими особенностями, своим водительским опытом и своей реакцией исходя из этого, время реакции для каждого водителя будет различным, в том числе может составлять 0,4 сек.

Отвечая на вопрос представителя третьего лица о необходимости изучения графиков и режима работы светофоров на участке дороги, где произошло столкновение, эксперт пояснил, что необходимости в истребовании и изучении график работы и режимов светофора при проведении экспертизы ему не требовалось, поскольку фактически светофоров на видеозаписи не видно, ни в одном направлении светофоров на видеозаписи нет, соответственно графики и режимы светофорного объекта в данном случае ни на что не влияют. При этом эксперт дополнил, что по видеозаписи видно, что после столкновения транспортные средства продолжают движение в том же направлении, в котором двигались транспортные средства до столкновения, в связи с чем он делает вывод о том, что столкновение произошло на разрешающий сигнал светофора.

Эксперт ФИО8 также указал, что им в ходе исследования произведен расчет остановочного пути автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, при скорости его движения 60 км/ч – 48,67 метров, а при скорости 80 км/ч – 79 метров. Таким образом, поскольку когда автомобиль Volkswagen Golf, г.р.з. № располагается в районе стойки светофора, автомобиль Volkswagen Golf, г.р.з. №, под управлением ФИО11 только въезжает на пересечение проезжий частей, при этом расстояние от светофора до точки столкновения, исходя из схемы ДТП, составляет 26,6 метра, а остановочный путь, судя по расчетам, даже при скорости 60 км/ч – 48 метров, следовательно, даже если бы ФИО2 при въезде на пересечение проезжих частей применил торможение, то он все равно бы не смог избежать столкновение ни при скорости 60 км/ч, ни при скорости 80 км/ч.

Также эксперт дал пояснения относительно невозможности расчета удаленности транспортного средства расчетным методом, поскольку для этого потребуется скорость движения одного и второго автомобиля, и расстояние, которое прошел автомобиль Volkswagen Golf, г.р.з. №, под управлением ФИО11, в момент возникновения опасности. Данное расстояние невозможно установить, так как невозможно доподлинно установить траекторию ее движения, а именно двигалась ли она перпендикулярно полосе или под каким-то углом, от этого длина пути будет меняться. Также относительно скорости движения автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, под управлением ФИО11 Так, водитель ФИО11 указывает, что она двигалась со скоростью 5-10 км/ч, однако, если взять максимальное расстояние, которое она может проехать, то есть 11,9 метров – это ширина разделительной полосы, и до места столкновения порядка 6 метров, и если посчитать ее скорость, то получится примерно 18 км/ч, таким образом, водитель ФИО11 двигалась быстрее, чем фактически указывает, соответственно, удаление расчетным методом посчитать также невозможно.

С учетом изложенного, у суда не имеется оснований не доверять экспертному заключению №ЭЗ-920/2019 от 17.01.2020, поскольку оно в полной мере отвечает требованиям статей 55, 59, 60, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела, сделанные в результате их исследования выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы; эксперт имеет высшее образование и квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.

Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы №ЭЗ-920/2019 от 17.01.2020 на предмет его полноты и ясности, отсутствия в нем противоречий, при отсутствии сомнений в его правильности и обоснованности, как на то указывается в ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом пояснений данных экспертом в судебном заседании 16 марта 2020 года, суд не находит оснований для удовлетворения ходатайства представителя третьего лица о назначения повторной или дополнительной судебной экспертизы.

Отказывая в удовлетворении ходатайства, суд также учитывает, что несогласие с заключением судебной экспертизы, в силу ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не может служить основанием для назначения по делу повторной или дополнительной экспертизы.

Кроме того, суд полагает подлежащими отклонению ссылки представителя третьего лица на заключение специалиста №224 от 07.02.2020 (рецензию на судебное заключение эксперта) (л.д. 55-70 том 2) с письменными разъяснениями специалиста №224/ДЗ от 26.06.2020 (л.д. 15-50 том 3), так как данное заключение специалиста и разъяснения специалиста не свидетельствует о недостоверности и незаконности заключения судебной экспертизы, составленной экспертом АНО «ЦНИЭ», поскольку мнение другого специалиста, отличное от заключения эксперта, является субъективным мнением этого специалиста, направленным на собственную оценку указанного заключения судебного эксперта; составлявшее заключение специалиста №224 лицо, не было предупреждено об уголовной ответственности, при этом заключение специалиста выполнена по заказу адвоката ФИО9, оказывающего юридическую помощь третьему лицу ФИО11

Следует также отметить, что в соответствии с положениями статьи 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации консультация специалиста, данная в том числе в письменной форме, доказательством по делу не является. Специалист, в силу положения ст. 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лишь оказывает суду содействие в собирании доказательств.

Ссылки представителя третьего лица на отсутствие в материалах дела подтверждения о наличии у эксперта ФИО8 требуемой для проведения исследования видеофайлов квалификация 7.3 – «Исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей», опровергается представленным к судебной экспертизе №ЭЗ-920/2019 от 17.01.2020 свидетельством № (л.д. 38 том 2), а также ответом Межрегиональной ассоциации учреждений и специалистов судебной экспертизы о прохождении ФИО8 в период с 01.05.2018 по 01.06.2018 обучения по данной специальности (л.д. 10 том 3).

В соответствии с п. 10.2 Правил дорожного движения в населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Согласно ч. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Пунктом 8.1 Правил дорожного движения при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 13.4 Правил дорожного движения при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо. Таким же правилом должны руководствоваться между собой водители трамваев.

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, в том числе выводы судебной экспертизы №ЭЗ-920/2019 от ДД.ММ.ГГГГ, объяснения лиц – участников дорожно-транспортного происшествия, схему места дорожно-транспортного происшествия, видеозапись дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу о том, что суд приходит к выводу о том, что в действиях водителя ФИО2, управлявшего автомобилем Volkswagen Golf, г.р.з. №, отсутствует вина в произошедшем ДД.ММ.ГГГГ дорожно-транспортном происшествии, напротив дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО11, управлявшей автомобилем Volkswagen Golf, г.р.з. № в действия которой согласно выводам судебной экспертизы, не соответствовали требованиям пп. 8.1 и 13.4 Правил дорожного движения, при своевременно и полном соблюдении которых у нее имелась возможность предотвратить столкновение автомобилем Volkswagen Golf, г.р.з. №.

С учетом приведенных в исследовательской части судебной экспертизы №ЭЗ-920/2019 от ДД.ММ.ГГГГ, расчетных данных в части остановочного пути транспортного средства Volkswagen Golf, г.р.з. № а именно: при скорости движения 81 км/ч – 79,05 метра, при скорости движения 60 км/ч – 48,67 метров, и принимая во внимание пояснения данные экспертом в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, исходя из пояснений, данных ФИО2 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ о том, что он увидел автомобиль Volkswagen Golf, г.р.з. №, за 10-15 метров до столкновения, суд полагает, что не соответствие действий ФИО2 требованиям п. 10.2 и ч. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения, не находятся в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием ДД.ММ.ГГГГ, поскольку даже в случае движения автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, с максимально допустимой скоростью – 60 км/ч, у ФИО2 отсутствовала техническая возможность предотвратить столкновение с автомобилем Volkswagen Golf, г.р.з. №, что подтверждается произведенными экспертом расчетами остановочного пути.

На основании изложенного, учитывая дополнительные условия, изложенные договоре страхования средств наземного транспорта № от ДД.ММ.ГГГГ, и принимая во внимание, что ущерб застрахованному транспортному средству, причинен третьим лицом – ФИО11, то есть иным чем лицо, управлявшее застрахованным транспортным средством, суд приходит к выводу о том, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается наступление страхового случая.

Оценивая правомерность отказа ответчика в выплате истцу страхового возмещения суд приходит к следующему.

Согласно п. 11.5.1.3 правил страхования страхователь (выгодоприобретатель) вправе предоставить любые иные документы, подтверждающие его право на получение страхового возмещения и не указанные в настоящих Правилах и Договоре страхования.

07 июня 2019 года истцом ответчику представлено автотехническое заключение специалиста №41/2-06/19 от 05.06.2019, из которого следовало отсутствие технической возможности у ФИО2, управлявшего застрахованным транспортным средством, предотвратить столкновение.

Таким образом, с учетом всех представленных истцом документов, в том числе представленного 07 июня 2019 года истцом автотехнического заключения специалиста №41/2-06/19 от 05.06.2019, ответчик имел возможность установить наступление страхового случая и произвести страховое возмещение.

При этом суд принимая во внимание, что указание в постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ на нарушение ФИО2 п. 10.1 ПДД само по себе не свидетельствует о причинении им ущерба застрахованному транспортному средству.

Согласно выводам судебной экспертизы ЭЗ-195/2020 от 15.06.2020 (л.д. 107-199 том 2), стоимость восстановительного ремонта Volkswagen Golf, г.р.з. №, от повреждений полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 11 марта 2019 года на дату дорожно-транспортного происшествия в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19.09.2014 года №432-П, составила без учета износа 812 700 руб., с учетом износа – 653 600 руб.

Рыночная стоимость восстановительного ремонта Volkswagen Golf, г.р.з. №, от повреждений полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 11 марта 2019 года без учета износа исходя из среднерыночных цен на дату дорожно-транспортного происшествия составляет 1 301 300 руб., при этом значение износа принимается равным нулю для составных частей КТС, срок эксплуатации которых не превышает 5 лет.

Рыночная стоимость автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, на дату дорожно-транспортного происшествия 11 марта 2019 года составляет 894 400 руб., стоимость годных остатков – 187 800 руб.

В соответствии с п. 10.9.1 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования, заключенного между сторонами, в случае повреждения транспортного средства и/или установленного на нем дополнительного оборудования, а также хищения отдельных частей, деталей, узлов, агрегатов транспортного средства и/или дополнительного оборудования, величина ущерба признается равной стоимости выполнения ремонтно-восстановительных работ, проводимых в отношении поврежденного транспортного средства и/или установленного на нем дополнительного оборудования, обеспечивающих устранение повреждений, возникших в результате наступления страхового случая. Если иное не предусмотрено Договором страхования выплата страхового возмещения осуществляется путем организации и оплаты Страховщиком ремонта поврежденного транспортного средства и/или установленного на нем дополнительного оборудования на СТОА указанном в п.10.9.2 настоящих Правил. После выплаты страхового возмещения Страхователь отказывается от своих прав на все замененные запасные части (детали, агрегаты и т.п.) в пользу Страховщика.

В стоимость выполнения ремонтно-восстановительных работ включается:

- стоимость приобретения запасных частей;

- стоимость расходных материалов;

- стоимость выполнения ремонтных работ.

Согласно п. 10.9.2 Правил по соглашению сторон или в случае отсутствия в разумной близости СТОА, имеющих договорные отношения со Страховщиком, страховое возмещение выплачивается на основании калькуляции стоимости ремонтно-восстановительных работ, составленной экспертами Страховщика или независимым экспертным бюро, по направлению Страховщика.

При этом калькуляция стоимости ремонтно-восстановительных работ рассчитывается согласно Положения Банка России от 19 сентября 2014 г. №432-П «О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» и на основании среднерыночных цен на агрегаты, узлы, запасные части, детали, расходные материалы. Среднерыночные цены на агрегаты, узлы, запасные части, детали, расходные материалы определяются как среднерыночные цены, установленные Российским Союзом Автостраховщиков на дату страхового случая.

Согласно подп. «о» п. 1.7 Правил страхования, являющихся неотъемлемой частью договора страхования, заключенного между сторонами, «Полная гибель» - повреждение транспортного средства и/или установленного на нем дополнительного оборудования в случаях, когда по заключению экспертов Страховщика проведение ремонтно-восстановительных работ нецелесообразно.

Принимая во внимание, что ни договором страхования средств наземного транспорта № от 25.12.2018, ни правилами страхования, не предусмотрены условия наступления полной гибели застрахованного транспортного средства при наступлении страхового случая по рискам «Повреждение» (пп. 10.9-10.9.6 Правил страхования), суд полагает возможным по аналогии в настоящем случае применить положения Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» и положения единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 19.09.2014 №432-П.

Согласно подпункту «а» прутка 18 ст. 12 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» размер подлежащих возмещению страховщиком убытков при причинении вреда имуществу потерпевшего определяется в случае полной гибели имущества потерпевшего - в размере действительной стоимости имущества на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков. Под полной гибелью понимаются случаи, при которых ремонт поврежденного имущества невозможен либо стоимость ремонта поврежденного имущества равна стоимости имущества на дату наступления страхового случая или превышает указанную стоимость.

В соответствии с п. 6.1 Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденного Банком России 19.09.2014 №432-П при принятии решения об экономической целесообразности восстановительного ремонта, о гибели и величине стоимости транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия необходимо принимать величину стоимости транспортного средства на момент дорожно-транспортного происшествия равной средней стоимости аналога на указанную дату по данным имеющихся информационно-справочных материалов, содержащих сведения о средней стоимости транспортного средства, прямая адресная ссылка на которые должна присутствовать в экспертном заключении. Сравнению подлежат стоимость восстановительного ремонта, рассчитанная без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), подлежащих замене, и средняя стоимость аналога транспортного средства. Проведение восстановительного ремонта признается нецелесообразным, если предполагаемые затраты на него равны или превышают стоимость транспортного средства до дорожно-транспортного происшествия (стоимость аналога).

Таким образом, принимая во внимание, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля Volkswagen Golf, г.р.з. №, без учета износа (812 700 руб.) не превышает рыночную стоимость автомобиля в доаварийном состоянии (894 400 руб.), суд приходит к выводу о том, что полная гибель застрахованного транспортного средства в настоящем случае не наступила.

При этом суд полагает необходимым отметить, что представленное в материалы дела ответчиком экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, также не содержит выводов о наступлении полной гибели застрахованного транспортного средства Volkswagen Golf, г.р.з. № (л.д. 158-178 том 1).

Также суд обращает внимание на то, что предусмотренные п. 10.11.2.1 правил страхования условия для наступления полной гибели, относятся к порядку расчета страхового возмещения при наступлении страхового случая по риску «гражданская ответственность владельцев транспортных средств» в связи с чем данные условия не могут быть применены в настоящем случае.

При таких обстоятельствах, учитывая, что полная гибель застрахованного транспортного средства в настоящем случае не наступила, и принимая во внимание положения п. 10.9.2 правил страхования, с уд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований в части взыскания страхового возмещения в связи с чем полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца страховое возмещение в размере 812 700 руб.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика неустойки, суд приходит к следующему.

Принимая во внимание, положения п. 11.3 правил страхования, согласно которым выплата страхового возмещения по рискам «повреждение» производится в течение 30 рабочих дней после получения от страхователя всех запрошенных страховщиком документов, с учетом представлении истцом автотехнического заключения специалиста № 07 июня 2019 года, выплата страхового возмещения должна была быть осуществлена не позднее 22 июля 2019 года.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан», отношения по добровольному страхованию имущества граждан регулируются нормами главы 48 «Страхование» Гражданского кодекса Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» и Законом о защите прав потребителей в части, не урегулированной специальными законами.

На договоры добровольного страхования имущества граждан Закон о защите прав потребителей распространяется в случаях, когда страхование осуществляется исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

Пунктом 5 статьи 28 Закона о защите прав потребителей предусмотрена ответственность за нарушение сроков оказания услуги потребителю в виде уплаты неустойки, начисляемой за каждый день просрочки в размере 3 процентов цены оказания услуги, а если цена оказания услуги договором об оказании услуг не определена - общей цены заказа.

Цена страховой услуги определяется размером страховой премии (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан»).

Нарушение сроков выплаты страхового возмещения в пределах страховой суммы представляет собой нарушение исполнения страховщиком денежного обязательства перед страхователем.

Таким образом, в тех случаях, когда страхователь заявляет требование о взыскании неустойки, предусмотренной статьей 28 Закона о защите прав потребителей, такое требование подлежит удовлетворению, а неустойка - исчислению в зависимости от цены оказания услуги, то есть от размера страховой премии.

В настоящем случае в ходе рассмотрения дела установлено, что ответчик ненадлежащим образом исполнил свои обязательство по договору имущественного страхования «каско», в связи с чем с него подлежит взысканию неустойка за просрочку исполнения обязательств по указанному договору.

Как усматривается из договора страхования средств наземного транспорта № размер страховой премии составляет 9 950 руб. (л.д. 7 том 1)

При таких обстоятельствах, с учетом фактически заявленного истцом периода просрочки с 22 июля 2019 года по 30 июня 2020 года, размер неустойки составляет 102 982 руб. 50 коп., исходя из следующего расчета: 9 950 руб. (страховая премия) * 3 % * 345 дн. (количество дней просрочки).

При этом, учитывая, что сумма взысканной неустойки не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги), истец самостоятельно ограничил размере подлежащей взысканию неустойки размером страховой премии – 9 950 руб.

При этом, поскольку неустойка по своей природе носит компенсационный характер, является способом обеспечения исполнения обязательства страховщика и не должен служить средством обогащения страхователя, но при этом направлен на восстановление прав страхователя, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства, а потому должен соответствовать последствиям нарушения, суд полагает, что сумма неустойки в размере 9 950 руб. в полной мере будет способствовать восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.

Разрешая требования истца в части взыскания с ответчика денежной компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей», моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Оценивая степень нравственных и физических страданий с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевших, а также степени нарушения прав истцов ответчиком, с учетом принципов разумности и справедливости суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

В пункте 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что с ответчика подлежат взысканию денежные средства в сумме 832 650 руб., с ответчика так же подлежит взысканию штраф в размере 50 % от указанной суммы.

Ответчик просил снизить штрафную неустойку в порядке ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ссылаясь на её явную несоразмерность последствиям нарушения обязательств по договору страхования.

Согласно ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

В соответствии с п. 85 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.12.2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» применение ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации об уменьшении судом неустойки возможно лишь в исключительных случаях, когда подлежащие уплате неустойка, финансовая санкция и штраф явно несоразмерны последствиям нарушенного обязательства. Уменьшение неустойки, финансовой санкции и штрафа допускается только по заявлению ответчика.

В п. 2 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 года №-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО10 на нарушение его конституционных прав ч. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации содержат не право, а обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба. Также в названном определении указано на то, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки.

Право суда уменьшить размер подлежащей взысканию неустойки, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, по существу, предписывает суду устанавливать баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и размером действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения, что согласуется с положением ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которым осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Учитывая, что степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, то только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

В данном случае в целях сохранения баланса интересов истца и ответчика, принимая во внимание компенсационный характер штрафа в гражданско-правовых отношениях, соотношение размера штрафа размеру основного обязательства, с учетом принципа соразмерности взыскиваемой суммы объему и характеру правонарушения, суд полагает возможным применить положения ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снизить размер штрафа до 200 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 56, 67, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» удовлетворить частично.

Взыскать с АО «АльфаСтрахование» в пользу ФИО2 страховое возмещение в размере 812 700 рублей, неустойку в размере 9 950 рублей, денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 200 000 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к АО «АльфаСтрахование» в остальной части отказать.

Взыскать с АО «АльфаСтрахование» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 11 726 рублей 50 копеек.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение принято ДД.ММ.ГГГГ

Судья