Решение № 2-549/2023 2-549/2023~М-253/2023 М-253/2023 от 14 июля 2023 г. по делу № 2-549/2023

61RS0017-01-2023-000471-58

Дело № 2-549/2023


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2023 года г. Красный ФИО2, Ростовской области

Красносулинский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Галагановой О.В.,

при секретаре Пухальской П.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО5, ФИО14, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО20 к ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО34 о взыскании ущерба, причиненного преступлением, суд,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в суд с вышеуказанным иском, в котором, с учетом уточнений в порядке ст.39 ГПК РФ, просили взыскать солидарно с ответчиков в пользу: ФИО3 512 476 руб., ФИО5 - 128 118 руб., ФИО14 -530 520 руб., ФИО16 – 1 050 213 руб., ФИО17-342 853 руб., ФИО18- 395 183 руб., ФИО20 – 2 676 060 руб.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что в производстве следственного отдела по <адрес> СУ СК России по <адрес> находилось уголовное дело №, возбуждённое по признакам преступлений, предусмотренных ч. 4 статьи 159 Уголовного кодекса РФ в отношении ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Уголовное дело было прекращено по нереабилитирующим основаниям, а именно по п. 4 ч. 1 статьи 24 УПК РФ, в связи со смертью ФИО4 и после поступления заявления сына ФИО22.

По мнению истцов, в ходе предварительного следствия установлено, что ФИО4 совершил приобретение права на чужое имущество путем обмана и злоупотребления доверием в особо крупном размере с 14.07.2006 по 12.02.2010 при следующих обстоятельствах.

26.02.1992 в <адрес> проведено общее собрание трудового коллектива колхоза имени Советской <адрес>, в ходе которого принято решение о реорганизации колхоза в народное предприятие – ТОО «<данные изъяты>», ФИО4 избран директором ТОО.

ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> провеяно общее собрание членов ТОО «<данные изъяты>», протокол № от ДД.ММ.ГГГГ в ходе которого на основании отчета организационной комиссии принято решение о реорганизации ТОО <данные изъяты>» в сельскохозяйственный производственный кооператив «<данные изъяты>» (сокращенное наименование СПК «<данные изъяты>»), утвержден устав, а также проведена государственная реорганизация товарищества и избрание председателем СПК «<данные изъяты>» ФИО4

В соответствии с п. 1.3, 2.1, 7.3,114.1, 14.2, 15.5 устава, утвержденного общего собрания членов СПК «<данные изъяты>», протокол № от 23.06.1999, зарегистрированного за № от 30.06.1999 в администрации <адрес> и <адрес>, кооператив учрежден на неограниченный срок путем реорганизации (преобразования) ТОО «<данные изъяты>» местонахождением в <адрес> с самостоятельной подачей заявления каждым из участников и является правопреемником последнего, являясь сельскохозяйственным производственным кооперативом - добровольным объединением сельскохозяйственных производителей на основе членства для совместной хозяйственной деятельности по производству и переработке сельскохозяйственной продукции, основанной на из личном трудовом участии и объединении имущественных паевых взносов, является юридическим лицом по законодательству РФ имеет в собственности обособленное имущество, учитываемое на его самостоятельном балансе, вправе осуществлять реорганизацию или ликвидацию кооператива, при преобразовании ТОО «<данные изъяты>» в кооператив члены и ассоциированные члены вносят в паевой фонд кооператива принадлежащие им имущественные и земельные паи в полном объеме, общее собрание членов кооператива является высшим органом управления. Все имущественные паи в виде объектов недвижимости, а также иное имущество были переведены в СПК «<данные изъяты>». Собственность СПК «<данные изъяты>» полученная в ходе реорганизации в форме преобразования, на основании ФЗ от 08.12.1995 « «193-ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации» дает право на имущественный пай каждого члена производственного кооператива и возможность воспользоваться правами, предусмотренными указанным федеральным законом.

20.06.2006 в <адрес> на основании учредительного договора учреждено общество с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>», принят устав, а также избран директор – ФИО4, который одновременно входил в состав учредителей общества. Инспекцией ФНС ООО «<данные изъяты>» было зарегистрировано 14.07.2006 ОГРН <данные изъяты>.

Также истцы ссылаются на то, что следственным органом установлено, что в период с 14.07.2006 по 13.03.2009 у ФИО4, возник преступный умысел, направленный на мошенничество, то есть приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребление доверием в особо крупном размере. Реализуя который, в данный период времени ФИО4, находясь на территории <адрес>, действуя из корыстных побуждений, 13.03.2009 провел общее собрание ООО «<данные изъяты>», на котором вынес в повестку дня вопросы по принятия решения о присоединении СПК «<данные изъяты> к ООО «»<данные изъяты>», приведение учредительных документов в соответствии с законодательством РФ в связи с присоединением СПК «<данные изъяты>» к ООО «<данные изъяты>», тем самым введя в заблуждение присутствовавших на собирании остальных участников общества о законности своих действий, поскольку в соответствии с ч. 2 статьи 122 ГК РФ и п. 8 ст. 41 ФЗ от 08.12.1995 № 193-ФЗ, производственный кооператив по единогласному решению его членов может преобразоваться в хозяйственное товарищество или общество, т.е. действующим законодательством предусмотрена возможность реорганизации кооператива в иное хозяйственное общество только в форме преобразования, но не присоединения.

После этого, ФИО24 продолжая реализацию своего преступного умысла, направленного на мошенничество в особо крупном размере, действуя из корыстных побуждений, 14.03.2009 провел отчетное собрание членов СПК «<данные изъяты>», зафиксированное в протоколе № в ходе которого вынес на голосование заведомо незаконное решение о реорганизации СПК «<данные изъяты>» в форме присоединения к ООО «<данные изъяты>», тем самым совершив обман и злоупотребление доверием присутствовавших на собрании остальных членов кооператива в части законности своих действий, поскольку в соответствии с ч. 2 ст. 112 ГК РФ и ФЗ №193-ФЗ от 08.12.1995 производственный кооператив по единогласному решению его членов может преобразоваться в хозяйственное товарищество или общество, то есть действующим законодательством предусмотрена возможность реорганизации кооператива в иное хозяйственное общество только в форме преобразования, но не присоединения, кроме того решение о реорганизации кооператива не имело юридической силы, поскольку принято без необходимого для принятия единогласного голосования членов кооператива.

Далее ФИО4, продолжая реализацию преступного умысла, направленного на мошенничество в особо крупном размере, действуя из корыстных побуждений, выступая в должности председателя СПК «<данные изъяты>», действуя на основании заведомо не имевшего юридической силы протокола № от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ подписал договор № о присоединении СПК «<данные изъяты>», состоящее из имущества его членов, незаконно было передано ООО «<данные изъяты>». Размер требований истцы обосновали списком сотрудников ТОО «<данные изъяты>», общая стоимость имущественных пае организации составила 3 477 279 руб. в ценах по состоянию на 26.02.1992, исходя из которой у ФИО3 9781 руб. (0,284% от стоимости имущественных паев), ФИО5 2459 руб. (0,071 % от стоимости имущественных паев), ФИО14 - 6626 руб. (0,191% от стоимости имущественных паев), ФИО16 4418 руб., (0,128% от стоимости имущественных паев), ФИО17 – 6637 руб. (0,190 % от стоимости имущественных паев), ФИО18 – 7620 руб. (0,219 % от стоимости имущественных паев), ФИО20 – 25126 руб. (0,723% от стоимости имущественных паев). Указанные лица 15.07.2022 признаны потерпевшими в рамках уголовного дела. Согласно справке № от 19.10.2018 об исследовании документов СПК «<данные изъяты>», имеющейся в материалах уголовного дела, общая сумма имущественных паев ТОО «<данные изъяты>» на май 2009 составляет 72 382 312,87 руб. С учетом инфляционных процессов с мая 2009 по февраль 2023 общая стоимость имущественных паёв на сегодняшний день составила бы 180 449 106 руб.

В судебном заседании 14.07.2023 принимали участие истцы ФИО17 и ФИО14, которые поддержали требования иска, просили их удовлетворить, доверив выразить позицию. По делу своему представителя адвокату Альтудову Б.Б.

Дело рассмотрено в отсутствие истцов ФИО3, ФИО5, ФИО16, ФИО18, ФИО20, извещенных о времени и месте рассмотрения дела, с участием их представителя адвоката Альтудова Б.Б., действующего на основании ордера и доверенности.

Адвокат Альтудов Б.Б., обосновывая требования каждого из истцов, пояснил:

ФИО3 - имел имущественный пай стоимостью 9781 руб. на 26.02.1992 (т.2 л.д.75 уголовного дела). Таким образом, в данный момент он является единственным из истцов - прямым пайщиком СПК «<данные изъяты>» имеющим право на получение своего имущественного пая. Сведений о получении им стоимости имущественного пая в денежном выражении в материалах уголовного или гражданского дела не имеется.

ФИО5 - согласно имеющейся записи в реестре пайщиков ТОО «<данные изъяты>» одним из пайщиков являлась ФИО6, имущественный пай оценен на 2459 руб. (т. 2 л.д. 80 уголовного дела). Она умерла ДД.ММ.ГГГГ, после чего её имущество в порядке универсального правопреемства унаследовал её сын - ФИО5. ФИО6, как и её сын стоимость имущественного пая не получали, иных сведений в материалах дела не имеется.

ФИО14 - согласно имеющейся записи в реестре пайщиков ТОО «<данные изъяты>», одним из пайщиков являлась ФИО6, имущественный пай оценен на 2459 руб. (т. 2 л.д. 80 уголовного дела). Она умерла ДД.ММ.ГГГГ, после чего её имущество в порядке универсального правопреемства унаследовал её сын - ФИО5. ФИО6, как и её сын стоимость имущественного пая не получали, иных сведений в материалах дела не имеется.

ФИО16 - одними из пайщиков ТОО «<данные изъяты>» являлись ФИО7 (имущественный пай - 4418 руб.) и ФИО8 (имущественный пай - 15834 руб.) (т. 2 л.д. 79 уголовного дела). ФИО7 умерла ДД.ММ.ГГГГ, а ФИО8 - ДД.ММ.ГГГГ. Решением Красносулинского районного суда Ростовской области от 09.11.2016 по делу № установлен факт принятия наследства ФИО16, оставшегося после смерти его родителей.

ФИО17 – в реестре пайщиков ТОО «<данные изъяты>» одним из пайщиков являлся ФИО9 (имущественный пай - 6637 руб.) (т. 2 л.д. 70 уголовного дела). ФИО9 умер ДД.ММ.ГГГГ. После него наследство по закону принял его сын - ФИО17

ФИО18 - одним из пайщиков согласно Реестра пайщиков ТОО «<данные изъяты>» являлась ФИО10 (имущественный пай - 7620 руб.) (т. 2 л.д. 80 уголовного дела). После смерти ФИО10 наследство от неё принял её сын - ФИО18

ФИО20 - согласно имеющейся записи в реестре пайщиков ТОО «<данные изъяты>» одними из пайщиков являлись ФИО11 (имущественный пай -25 126 руб.) и ФИО12 (имущественный пай - 26 440 руб.) (т. 2 л.д. 73 уголовного дела). После их смерти и смерти их сына ФИО13, их имущество унаследовала ФИО20

Сведений о получении вышеназванными лицами стоимости имущественного пая в денежном выражении в материалах уголовного или гражданского дела не имеется.

Адвокат Альтудов Б.Б. пояснил, что в материалах уголовного дела (т. 13 л.д. 23 уголовного дела) содержится заявление ФИО19 с просьбой прекратить уголовное дело по основаниям, предусмотренным пунктом 4 части 1 статьи 24 УПК РФ, а также указание на признание совершения вменяемого его отцу преступления. В ходе допроса ФИО24 подтвердил согласие с обвинением, которое было выдвинуто его отцу (т. 13, л.д. 25 уголовного дела). Отсутствие приговора, устанавливающего вину ФИО4 в хищении имущества СПК «<данные изъяты>», не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее его вину в незаконном приобретении имущества пайщиков. Более того, активные действия некоторых ответчиков, направленные на возмещение ущерба администрации района (как потерпевшей стороны), дополнительно подтверждают обоснованность искового заявления, предъявленного к наследникам ФИО4 в рамках настоящего дела.

В материалах уголовного дела содержится также платёжное поручение от 19.07.2021 о выплате ФИО21 4 750 000, 00 руб. в пользу администрации <адрес> с назначением платежа «погашение материального ущерба ФИО22, причиненным администрации <адрес> по уголовному делу №» (т.13 л.д.31 уголовного дела), что в свою очередь дополнительно подтверждает согласие близких родственников с мотивами и основаниями уголовного преследования ФИО4

Ни ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации», ни в Уставе СПК <данные изъяты>» (т. 4 л.д. 231 уголовного дела) не говорится о пресекательном сроке, после которого наследники не могут обратиться за выплатой стоимости имущественного пая.

Адвокат Альтудов Б.Б. ходатайствовал о назначении судебной оценочной экспертизы, производство которой просил поручить ФБУ <данные изъяты>, на разрешение эксперта поставить вопрос: «Какова общая рыночная стоимость имущества, переданного СПК «<данные изъяты>» в пользу ООО «<данные изъяты> на основании договора № о присоединении от 25.05.2009 на момент экспертизы ( 2023) ?».

Протокольным определением суд отказал в назначении указанной экспертизы, поскольку представляемое истцовой стороной доказательство не позволяет установить обстоятельства, имеющие юридическое значение для разрешения возникшего спора.

Ответчики в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и мете рассмотрения дела.

Представитель ответчиков ФИО24, ФИО23, ФИО36 адвокат Мухамадеев Р.Р., действующий на основании ордера, а также представитель ответчика ФИО35. адвокат Енгибарян А.А., действующий на основании ордера, исковые требования не признали, просили отказать в их удовлетворении, применить исковую давность.

Заслушав участников процесса, исследовав представленные доказательства, оценив их по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

Юридически значимыми по делам о возмещении вреда являются следующие обстоятельства: совершение противоправных действий конкретным лицом, размер заявленных убытков и причинно-следственная связь между противоправными действиями и наступившим вредом (Обзор судебной практики Верховного суда РФ № 4 (2018) утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.12.2018). Ответчик должен предоставить доказательства отсутствия вины в наступлении неблагоприятных последствий.

По смыслу пункта 1 статьи 15 и статьи 1064 ГК РФ обязательства по возмещению вреда обусловлены причинной связью между противоправным деянием и наступившим вредом. Иное означало бы безосновательное и несправедливое привлечение к ответственности в нарушение конституционных прав человека и гражданина, прежде всего, права частной собственности. Необходимым условием возложения на лицо обязанности возместить вред, причиненный потерпевшему, является причинная связь, которая и определяет причинителя вреда в деликтном правоотношении. При этом наступление вреда непосредственно вслед за определенными деяниями не означает непременно обусловленность вреда предшествующими деяниями. Отсутствие причинной связи между ними может быть обусловлено тем, что наступление вреда было связано с иными обстоятельствами, которые были его причиной (Постановление Конституционного Суда РФ от 02.07.2020 № 32-П).

В силу ч. 3 ст. 1175 ГК РФ, кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к исполнителю завещания или к наследственному имуществу. В последнем случае суд приостанавливает рассмотрение дела до принятия наследства наследниками или перехода выморочного имущества в соответствии со статьей 1151 названного Кодекса к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию.

В соответствии с п. 1 ст. 1175 ГК РФ наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Согласно пункту 2 статьи 1152 ГК РФ принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации (пункт 4 данной статьи).

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в п. 49 Постановления от 29 мая 2012 г. N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», неполучение свидетельства о праве на наследство не освобождает наследников, приобретших наследство, в том числе при наследовании выморочного имущества, от возникших в связи с этим обязанностей (выплаты долгов наследодателя, исполнения завещательного отказа, возложения и т.п.).

В силу положений ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

На день открытия наследства имущественная обязанность по возмещению причиненного ущерба не устанавливалась судебным актом, а ущерб, о котором указывают истцы, не является долговым обязательством наследодателя и не включен в наследственную массу.

В соответствии с п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В п. 1 ст. 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу статей 15 и 1064 ГК РФ, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума от 19.12.2003 года N 264 «О судебном решении» следует, что принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос о размере возмещения.

Статья 46 (часть 1) Конституции РФ гарантируя каждому право на судебную защиту его прав и свобод, непосредственно не устанавливает какой-либо определенный порядок реализации данного права и не предполагает возможность для гражданина по собственному усмотрению выбирать способ и процедуру судебного оспаривания. В соответствии со статьей 71 (пункт "о") Конституции Российской Федерации они определяются федеральными законами, к числу которых относится Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации.

Часть четвертая статьи 61 ГПК РФ устанавливает, что для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда по уголовному делу, вступивший приговор является обязательным применительно к вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В соответствии со ст. 49 Конституции РФ, каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Согласно позиции Конституционного суда РФ, изложенной в постановлении от 28.10.1996 года N 18-П, решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции РФ.

Конституционный суд РФ в постановлении от 14.07.2011 года N 16-П, соблюдение фундаментальных процессуальных гарантий прав личности, включая презумпцию невиновности, должно обеспечиваться и при разрешении вопроса о прекращении уголовного дела по не реабилитирующему основанию. Принимая решение об отказе в возбуждении или о прекращении уголовного дела на досудебных стадиях уголовного процесса, компетентные государственные органы должны исходить из того, что лица, в отношении которых прекращено уголовное преследование, виновными в совершении преступления либо (что равнозначно) в деянии, содержащем все признаки состава преступления, не признаны, а значит, и не могут быть названы таковыми - в конституционно-правовом смысле эти лица могут считаться лишь привлекавшимися к участию в уголовном судопроизводстве на соответствующей стадии ввиду выдвижения против них подозрения или обвинения.

Между тем, при прекращении уголовного дела в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) прекращается и дальнейшее доказывание его виновности, но при этом подозрение или обвинение в совершении преступления с него не снимается, - напротив, по существу, констатируется совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, конкретным лицом, от уголовного преследования которого государство отказывается по причине его смерти. Таким образом, в случае прекращения в отношении умершего подозреваемого (обвиняемого) уголовного дела по нереабилитирующему основанию сохраняется неопределенность его правового статуса.

Оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения причиненного преступлением вреда не может ограничиваться выводами осуществлявших уголовное судопроизводство органов, изложенных в постановлении о прекращении уголовного дела (Постановление Конституционного Суда РФ от 08.12.2017 № 39-П).

Согласно постановлению о прекращении уголовного дела и уголовного преследования от 21.08.2022, а также согласно постановлениям о признании потерпевшими истцов ФИО4 произвел незаконное приобретение права на чужое имущество, а именно на земельные участки пайщиков СПК «<данные изъяты>», завысив площадь подлежащего выделению ему на праве собственности земельного участка на 1 190 743,5 кв.м., причинив своими действиями материальный ущерб пайщикам СПК «Русь», на общую сумму 5 120 197 руб.

Выводов о причинении ущерба незаконным приобретением имущественных паев процессуальные документы не содержат.

ООО «<данные изъяты>» является действующей организацией, сведения о правопредшественнике СПК «<данные изъяты>» указаны в ЕГРЮЛ под записью № от ДД.ММ.ГГГГ. (т.5 л.д.212-213 уголовного дела, л.д.104-105 т.4 гражданского дела )

Согласно исследованным учредительным документам ООО «<данные изъяты>» учредителями организации являлись ФИО25, ФИО26, ФИО27, ФИО28, ФИО29, ФИО30 (Устав ООО «<данные изъяты> т.5 л.д.188-201 уголовного дела, Учредительный договор от ДД.ММ.ГГГГ т.5 л.д. 202-208, л.д.209, т.5. л.д.212 уголовного дела, т. 4 л.д.355-381 ).

На момент реорганизации СПК «<данные изъяты>», кооператив состоял из 12 человек, что следует из протокола № от 21.02.2009 (т.10 л.д.68-83 уголовного дела, т.4 л.д.130-145 гражданского дела).

СПК «Русь» реорганизовано в ООО «<данные изъяты>» на основании протокола № от 21.02.2009 (т.10 л.д.68-83 уголовного дела, т.4 л.д.130-145 гражданского дела), договора присоединения от 20.05.2009, передаточного акта (т.5 л.д.5-7, 8-9 уголовного дела, т.1 л.д. 8-10 гражданского дела), о чем в ЕГРЮЛ имеется запись.

В соответствии с п. 4.5 Устава СПК «<данные изъяты>» (т.4, л.д. 231-252 уголовного дела, т. Л.д.53-74 гражданского дела) члену кооператива выдавалась членская книжка (т.4, л.д. 236 уголовного дела, т.4 л.д.58 гражданского дела).

Согласно п.1.4 Устава СПК <данные изъяты>», список членов кооператива, утвердивших настоящий Устав, с указанием их фамилии, имени, отчества, даты рождения, места жительства, серии и номера паспорта или заменяющих их документов с их подписями приведены в Приложении № к настоящему уставу.

Вместе с тем, материалы уголовного дела данное Приложение № не содержат.

Материалы истребованного уголовного дела не содержат сведений, являлись ли истцы членами СПК «<данные изъяты>» на момент реорганизации, с учетом того, что закон императивно не устанавливает безусловное получение членства в кооперативе наследником пая в случае вступления его в наследство.

Список работников ТОО «<данные изъяты>», представленный Управлением Росреестра по <адрес> по состоянию на 26.02.1992 (т.2 л.д.69-92 уголовного дела, т.1 л.д.37-43 гражданского дела), не может подтверждать членство истцов в СПК «<данные изъяты>» в период инкриминируемого умершему ФИО4 противоправных деяний в период с 14.07.2006 по 12.02.2010, как указано в постановлении о прекращении уголовного делу от 21.08.2022г.

Истец ФИО3, 17.07.2020 признан потерпевшим по уголовному делу (т.1 л.д.69-70 гражданского дела) действительно являлся членом СПК «<данные изъяты>», но был исключен из членов кооператива (л.д.155 т.10 уголовного дела, л.д.148 т.4 гражданского дела) в соответствии с протоколом № общего собрания членов кооператива «<данные изъяты>» <адрес> от 23.02.2001 (т. 10, л.д. 153-160 уголовного дела, т.4 л.д.146-156).

Таким образом, истец ФИО3 не являлся членом СПК «<данные изъяты>» на момент реорганизации СПК «<данные изъяты>» в форме присоединения к ООО «<данные изъяты>», а также в период инкриминируемого умершему ФИО4 уголовно наказуемого деяния.

В силу п.8 ст.17 Федерального закон от 08.12.1995 N 193-ФЗ (ред. от 18.02.1999, действовавшей по состоянию на 23.02.2001) "О сельскохозяйственной кооперации", исключенный из членов кооператива имеет право на получение пая в порядке, определенном статьей 18 настоящего Федерального закона.

Согласно п.1 ст.18 ФЗ «О сельскохозяйственной кооперации" в той же редакции, выходящему члену кооператива должна быть выплачена стоимость его паевого взноса или должно быть выдано имущество, соответствующее его паевому взносу, а также произведены другие причитающиеся ему выплаты в размерах, в сроки и на условиях, которые предусмотрены уставом кооператива.

В силу пунктов 9.1 – 9.5 Устава СПК «<данные изъяты>» определен порядок выплаты стоимости паевого взноса исключенному члену кооператива или выдачи имущества, соответствующее его паевому взносу.

Статья 8 Устава СПК «<данные изъяты>» предусматривает, что при смерти члена кооператива членство прекращается.

Срок выплаты стоимости пая производится равными долями в течение 5 лет после утверждения годового бухгалтерского баланса кооператива (п. 9.4 Устава СПК «<данные изъяты>») (т.5 л.д.171 уголовного дела, т.4 л.д.91 гражданского дела, Устав СПК «<данные изъяты>» т.5 л.д.161-182 уголовного дела, т.4 л.д.81-102).

Истец ФИО5 является наследником умершей ДД.ММ.ГГГГ ФИО6. Согласно представленному Свидетельству о праве на наследство по закону (т.1 л.д.235 гражданского дела) ФИО1 является собственником 4/1073 долей в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты>.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 8 декабря 1995 г. N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" (в редакции на 22.07.2014), членство в сельскохозяйственном потребительском кооперативе прекращается, в частности, в случае смерти члена кооператива. Наследникам умершего члена кооператива, не принятым в состав кооператива, выплачивается стоимость паевого взноса умершего члена кооператива (пункт 9 статьи 18 Закона).

Истец ФИО5, принимая участие в судебном заседании 05.06.2023 года, пояснил, что не обращался к нотариусу за получением свидетельства о праве на имущественный пай. Иных доказательств, что истец ФИО5 является собственником имущественного пая в порядке наследования после умершей ФИО6, суду не представлено.

ООО «<данные изъяты>» является правопреемником СПК «<данные изъяты>», что следует из выписок ЕГРЮЛ, истец ФИО1 в судебном заседании 05.06.2023 прояснил, что не обращался за получением имущественного пая после смерти наследодателя.

Истец ФИО14 является наследником ФИО15, умершей ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается Свидетельством о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ на имущественный пай в СПК «<данные изъяты>» в натуральном выражении в виде оборотных средств на сумму 6626 руб., согласно справке № от 01.02.2008, выданной председателем СПК «<данные изъяты>» ФИО4 (т. 1 л.д.238 гражданского дела).

ФИО15 исключена из ассоциированных членов кооператива, в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ (т.10, л.д.55 уголовного дела, т.4 л.д.117 гражданского дела).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 16 Федерального закона от 8 декабря 1995 г. N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" ( в редакции на 19.06.2007), членство в сельскохозяйственном потребительском кооперативе прекращается, в частности, в случае смерти члена кооператива. Наследникам умершего члена кооператива, не принятым в состав кооператива, выплачивается стоимость паевого взноса умершего члена кооператива (пункт 9 статьи 18 Закона).

Истец ФИО14, принимая участие в судебном заседании 14.07.2023, не смог ответить на вопрос обращался ли он в СПК «<данные изъяты>», как наследник, за выплатой имущественного пая.

Представителем ФИО14 адвокатом Альтудовым Б.Б. представлены на обозрение суда и участников процесса оригиналы, и к материалам дела приобщены копия свидетельства о праве на наследство по закону, зарегистрированное в реестре нотариуса ФИО31 под номером <данные изъяты>, выданное ФИО15 как наследнице имущественного пая в размере 3584 руб. после смерти ФИО32 Вместе с тем, данный документ не подтверждает возникновение у истца ФИО14 права собственности в порядке наследования после умершей ФИО15 на имущественный пай в размере 3584 руб.

Истец ФИО16 является наследником ФИО7, умершей ДД.ММ.ГГГГ, которая при жизни унаследовала земельную долю супруга ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО7 принадлежал имущественный пай – 4418 руб., ФИО8 – имущественный пай 15 834 руб., что следует из списка членов ТОО «<данные изъяты>» на 1ДД.ММ.ГГГГ (т.2 л.д.79 уголовного дела, т.4 л.д.36 гражданского дела).

Решением Красносулинского районного суда от 09.11.2016 установлен факт принятия ФИО16 наследства, открывшегося к имуществу умершей ДД.ММ.ГГГГ его матери ФИО7 (т.1 л.д.190-191 гражданского дела).

На основании Свидетельств о праве на наследство по закону <адрес>5 и <адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО16 является собственником в порядке наследования двух земельных долей.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что истец ФИО16 является собственником в порядке наследования имущественного пая СПК «<данные изъяты>», так же, как и доказательства, подтверждающие обращение истца за получением имущественного пая, и за оформлением наследства в виде имущественного пая.

Истец ФИО17 является наследником умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, имущественный пай которого на ДД.ММ.ГГГГ составлял 6637 руб. согласно списку членов ТОО «<данные изъяты>» на 25.02.1992) (т.2,л.д.70 уголовного дела, т.4 л.д.28 гражданского дела). Из содержания Свидетельства о праве на наследство по закону <адрес>9 от 02.08.2013 истцу ФИО17 принадлежит право собственности в порядке наследования по закону на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес>. (т.3 л.д.233 гражданского дела).

Доказательств того, что истец ФИО17 является собственником имущественного пая в порядке наследования, материалы ни гражданского, ни уголовного дел не содержат.

Истец ФИО18 является наследником ФИО10 (имущественный пай - 7620 руб. согласно Списку работников ТОО «<данные изъяты>» на 26.02.1992) (т.2,л.д.80 уголовного дела, т.1л.д.37-43). В качестве доказательств причинения ему имущественного вреда в результате противоправных действий умершего ФИО4 предоставил Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.234 гражданского дела), согласно которому ФИО10 подарила ему 4/1073 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок <данные изъяты>. Согласно сведениям, представленным администрацией <адрес> ФИО10 умерла ДД.ММ.ГГГГ (т.3, л.д.215-216 уголовного дела, (порядковый №), (т. 4 л.д.48 гражданского дела)

В протоколе допроса в качестве свидетеля 09.09.2019 ФИО37 сообщил, что является наследником имущественного и земельного пая своей матери – ФИО10. Он вступил в наследство в начале 2000-х годов, и тем самым стал пайщиком СПК «<данные изъяты>» (т.9 л.д.32-34 уголовного дела, л.д.106-107 т.4 гражданского дела).

Истец ФИО20, является наследником умершей ДД.ММ.ГГГГ ФИО11 наследником умершего ДД.ММ.ГГГГ ФИО12. Согласно списку членов ТОО «<данные изъяты>» по состоянию на 25.02.1992 имущественный пай в размере 25126 руб. принадлежал ФИО11, имущественный пай в размере 26440 р. принадлежал ФИО12 (т.2 л.д.73 уголовного дела, т.4 л.д.31 гражданского дела).

Из содержания представленных свидетельства о праве на наследство по закону <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО20 унаследовала после умершей ФИО11 земельную долю площадью 12,57 га (704,5 б/га) кадастровый участок <данные изъяты>, находящуюся на землях <адрес>, СПК «<данные изъяты>». ( т.1 л.д.230 гражданского дела).

На основании свидетельства о праве на наследство по закону <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 унаследовала после смерти ФИО12 4/1073 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> (т.1 л.д.231 гражданского дела).

ФИО20 представлено также свидетельство о праве на наследство по закону <адрес>7 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому она стала собственником в порядке наследования 4/3219 долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> после умершего ДД.ММ.ГГГГ брата ФИО13 (т.1 л.д.231 гражданского дела).

Материалы дела не содержат сведений о том, что истец на момент совершения инкриминируемого деяния ФИО4 являлась собственником имущественных паев после умерших ФИО11 и ФИО12 Являлся ли умерший ФИО13 собственником имущественного пая на момент смерти материалы ни уголовного, ни гражданского дел не содержат.

Ни в постановлениях о признании истцов потерпевшими (т.1 л.д.63-76 гражданского дела), ни в постановлении о прекращении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют сведения о совершении ФИО4 противоправных деяний, повлекших причинение ущерба, в результате незаконного приобретения имущественных паев членов СПК «<данные изъяты>».

Установленные судом обстоятельства, свидетельствуют об отсутствии причинно-следственной связи между противоправным поведением наследодателя ФИО4 и причинением ущерба истцам.

Таким образом, отсутствует совокупность элементов, предусмотренных статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В связи с чем, у суда отсутствуют основания для возложения на ответчиков (наследников ФИО4) обязанности по возмещению в солидарном порядке имущественного вреда в пределах стоимости наследственного имущества.

Тот факт, что ответчик ФИО24 подтвердил согласие с обвинением, которое было выдвинуто его отцу (т. 13, л.д. 25 уголовного дела, т.4 л.д.198-202 гражданского дела), а также возмещение имущественного вреда <адрес>, не может служить безусловным основанием для удовлетворения требований истцов.

Разрешая ходатайство ответчиков о пропуске истцами срока исковой давности, суд приходит к следующим выводам.

Статьей 195 Гражданского кодекса РФ закреплено, что исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса РФ установлен общий срок исковой давности, который составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ о том, что, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Принимая во внимание положения статей 196 и 200 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", суд приходит к выводу о том, что о нарушении своего права истцам стало известно после вынесенного постановления о прекращении уголовного дела, постановленного 21 августа 2022 года, тогда как в суд с настоящим иском истцы обратились 05.03.2023 (л.д.46 т.1), что подтверждает квитанция об отправке иска в электронном виде, то есть в пределах срока исковой давности. Поэтому ходатайство ответчиков о применении срока исковой давности удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 (паспорт <данные изъяты>), ФИО5 (паспорт <данные изъяты>), ФИО14 (паспорт <данные изъяты>), ФИО16 (<данные изъяты>), ФИО17 (паспорт <данные изъяты>), ФИО18 (<данные изъяты>), ФИО20 (паспорт <данные изъяты> по <адрес> в <адрес>, <данные изъяты>) к ФИО21 (паспорт <данные изъяты>), ФИО22 ( паспорт <данные изъяты>), ФИО23 (<данные изъяты>), ФИО33 (паспорт <данные изъяты>) о взыскании ущерба, причиненного преступлением, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ростовского областного суда через Красносулинский райсуд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья О.В. Галаганова

Решение в окончательной форме принято 20.07.2023г.