Решение № 2-3665/2017 2-3665/2017~М-2763/2017 М-2763/2017 от 22 августа 2017 г. по делу № 2-3665/2017

№ 2-3665/2017


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

23 августа 2017 года г. Барнаул

Центральный районный суд г.Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Запаровой Я.Е.

при секретаре Денисенко М.В.

с участием прокурора Ефимовой О.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации, МО МВД «Алейский» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с требованиями к Министерству финансов Российской Федерации, МО МВД «Алейский» о компенсации морального вреда.

В обоснование требований указал, что с мая 2000 года по июнь 2001 года содержался в ИВС г.Алейска по адресу: <...>, в ненадлежащих условиях: не соблюдались требования к предельной наполняемости камер; не выполнялись требования по раздельному содержанию; не проводился первичный медицинский осмотр, вновь прибывшие инфекционные больные не помещались в карантин; отсутствовала камера для больных туберкулезом; отсутствовала принудительная вентиляция; в камере стоял полумрак, освещение обеспечивалось лампой накаливания мощностью 40 Вт, располагавшейся над дверью и не обеспечивавшей достаточное освещение, которое днем и ночью было одинаковым; стены камер были покрыты грубой штукатуркой с углублениями и выступами по всей площади поверхности с перепадами около 5 см, в этих углублениях гнездились клопы, комары, тараканы и бактерии туберкулеза; камеры не дезинфицировались много лет; постельное белье и принадлежности для сна не выдавались и не менялись; туалет представлял собой возвышающийся бетонный куб размером 60*60*60 кв.см с вдавленной в него уборной, представляющей из себя керамическую ванночку размер 50*20 кв.см с подставками для ног, в которой также стирали белье и мыли посуду, вода бежала из трубы с вентилем над ней; отсутствовала раковина для умывания; туалет не имел ограждения, приходилось справлять нужду на глазах у сокамерников, запах от туалета был частью условий жизни в камере; кормили один раз в день, в полдень выдавали хлеб и суп, полок, холодильника, стола не было; отсутствовал душ, вешалки для одежды, стулья в камере, радио. Ненадлежащие условия содержания в ИВС причинили не только моральный вред, но и повлекли за собой появление тяжких заболевания «туберкулез» и «стрептодермию». Заболевание «туберкулез» возникло в ИВС вследствие того, что заключенные, впервые поступавшие в ИВС не проходили флюроографию, питались из общей посуды, питание было плохим, в камерах была плохая вентиляция, сырость, в углубления стен бактерии туберкулеза жили долгосрочно, находился в стрессовом состоянии, также мог заразиться инфекцией в СИЗО-1, но там условия содержания были лучше и проводили флюроографию при поступлении в СИЗО-1. Наличие болезни «туберкулез» затратно, требует расходов на питание, проезд к месту лечения, на лекарства, переобучение, что привело к потере работы и инвалидности. Болезнь причинила нравственные страдания, вызванные боязнью смерти, постоянным стрессом от своей заразности, угрызениями совести из-за возможности заражения близких людей. В ИВС испытывал нравственные страдания от того, что пребывал в стыде и унижении при посещении туалета (нет ограждения), принимал пищу в смрадном воздухе в камере, задыхался от дыма сигарет, жары, сырости, газов человеческих выделений, страдал от голода, холода и жары, не мог читать и готовиться к судебным заседаниям, темнота и недостаток места приводили к атрофии мышц, не мылся, ходил грязный более 10 суток, ел на полу. Реальный ущерб от болезни составил расходы на проезд к месту 25 800 руб. Расходы на дополнительное питание также составляли значительные суммы, которые он (истец) в настоящее время подтвердить не может. Для поддержания здоровья использовал финансы от продажи недвижимости, принадлежащей ему на праве общей долевой собственности по адресу: ...., реализованной за 60 000 руб., что в настоящее время эквивалентно 600 000 руб. С 2004 по 2007 годы признан инвалидом второй группы, здоровье не позволяло работать как раньше, в связи с чем убытки нес в размере минимальной заработной платы, которая изменялась за эти годы, и размер которой он оценивает в 200 000 руб. В результате пришлось изменить профессиональную деятельность, обучался по специальности «гражданское и промышленное строительство», но после операции был вынужден бросить сферу строительства, прошел обучение по новой специальности, понес затраты 500 000 руб. на первое образование и 200 000 руб. на второе. Дополнительно ссылается на неприменение к нему амнистии по Постановлению Государственной Думы 2000 года. Моральный ущерб от болезни оценивает в 500 000 руб., от ненадлежащих условий содержания в ИВС – 365 000 руб. На основании установленных обстоятельств и ссылаясь на положения ст.ст. 14,21,59 Конституции Российской Федерации, ст.ст. 151,1064,1068, 1071,1085,1089 Гражданского кодекса Российской Федерации, просил взыскать в его пользу денежные средства в сумме 1 890 800 руб.

На основании ст.1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации в качестве соответчика по делу привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежаще по месту отбывания наказания.

Представитель ответчика МВД России, третьего лица ГУ МВД России по Алтайскому краю ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения требований возражала в связи с недоказанностью.

По тем же основаниям против удовлетворения исковых требований возражали представители ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю ФИО3 и представитель Куц И.М. Дополнительно ссылались на то, что Министерство финансов Российской Федерации не является надлежащим ответчиком по заявленным требованиям.

Представитель ответчика МО МВД России «Алейский» в судебное заседание не явился, извещен надлежаще.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд полагает возможным рассмотреть дело при указанной явке.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заслушав заключение прокурора, полагавшего отсутствующими основания для удовлетворения требований, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» указано на необходимость учитывать, что в соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания. Оценка указанного уровня осуществляется в зависимости от конкретных обстоятельств, в частности от продолжительности неправомерного обращения с человеком, характера физических и психических последствий такого обращения. В некоторых случаях принимаются во внимание пол, возраст и состояние здоровья лица, которое подверглось бесчеловечному или унижающему достоинство обращению.

В силу пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 4 Федерального закона № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно статье 7 Федерального закона № 103-ФЗ местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно - исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации; следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых Пограничных войск Российской Федерации.

В соответствии со статьей 13 Федерального закона №103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца. Основанием для такого перевода является постановление прокурора, следователя или лица, производящего дознание, либо решение суда.

В силу ст. 15 Федерального закона №103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

Главой II Федерального закона №103-ФЗ регулируются права подозреваемых и обвиняемых и их обеспечение во время содержания под стражей (статьи 17-31).

В статье 23 указано, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место, все камеры обеспечиваются по возможности вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

На момент указанного истцом периода содержания в ИВС (2000-2001гг.) действовали Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утв. Приказом МВД Российской Федерации от 26 января 1996 года N 41, согласно разделу 2 которых размещение подозреваемых и обвиняемых производится с учетом личности и психологической совместимости. Правилами предусмотрено раздельное содержание различных категорий лиц.

Разделом 3 Правил предусмотрено обеспечение подозреваемых и обвиняемых для индивидуального пользования выдаваемыми бесплатно во временное пользование на период содержания в ИВС спальным местом (при наличии соответствующих условий); постельными принадлежностями, постельным бельем; столовой посудой на время приема пищи.

Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них подозреваемых и обвиняемых выдаются: мыло (туалетное и хозяйственное), стиральный порошок; бумага для гигиенических целей; настольные игры (шашки, шахматы, домино); газеты; предметы для уборки камеры; швейные иглы, ножницы и другие используемые в быту колюще - режущие предметы выдаются подозреваемым и обвиняемым под контролем администрации ИВС.

Камеры ИВС оборудуются: столом; санитарным узлом; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком; урной для мусора.

Ежедневно по потребности в камеры выдается кипяченая вода для питья.

Не реже одного раза в неделю подозреваемому и обвиняемому предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут.

Бритвенные принадлежности выдаются подозреваемым и обвиняемым по их просьбе в установленное время не реже двух раз в неделю.

Для написания предложений, заявлений и жалоб подозреваемым и обвиняемым по их просьбе выдаются письменные принадлежности (бумага, шариковая ручка).

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере 4 кв.м.

Из ответа на судебный запрос УФСИН России по Алтайскому краю от 11 июля 2017 года следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., арестован 04 мая 2000 года, прибыл в СИЗО-1 из ИВС г. Алейска 27 мая 2000 года (дата помещения в ИВС не указана), содержался в ИВС г. Алейска с 07 июня 2000 года по 27 июня 2000 года, с 27 июля 2000 года по 08 августа 2000 года, 27 ноября 2000 года прибыл в СИЗО из ИВС г.Алейска (дата помещения в СИЗО не известна, арестован 18 октября 2000 года), с 07 декабря 2000 года по 17 декабря 2000 года, с 27 декабря 2000 года по 13 января 2001 года, с 27 января 2001 года по 07 февраля 2001 года, с 17 июня 2001 года по 27 июня 2001 года.

Таким образом, указанный в иске период содержания подтвердился частично.

В 2000-2001 гг. ИВС г. Алейска располагался по адресу: <...>.

Согласно акту обследования технической укрепленности ИВС ОВД г.Алейска от 08 сентября 2009 года (на дату наиболее близкую к периоду содержания истца в ИВС) здание ИВС оборудовано 9 камерами, в которых установлено 9 унитазов, 8 раковин, 36 кроватей, 8 столов, 2 стула, 8 полок для туалетных принадлежностей, 8 вешалок для одежды, 8 прикроватных тумбочек, имеется душевая комната. В 8 камерах покрытие полов деревянное, в 1 – бетонное. Окна камер укреплены металлической решеткой. Освещение в камерах обеспечено наружной проводкой с электролампой, располагающейся в стене над входной дверью, изолированной плафоном. В камерах имеется естественная и принудительная вентиляция. Количество спальных принадлежностей: матрацев -31, подушек – 31, одеял – 11, простыней – 20, наволочек – 20, полотенец – 20. Имеются радиоточка и библиотека.

Согласно санитарному паспорту ИВС МО МВД России «Алейский» по состоянию на январь 2011 года ИВС представляет собой здание 1992 года постройки с лимитом наполнения 21 человек, здание ИВС оборудовано: централизованным водоснабжением (холодная вода), центральным отоплением и канализацией, искусственным освещением, естественной и принудительной вентиляцией, санитарными узлами для содержащихся (9), раковинами в камерах (8), прогулочным двором, санпропускником, дезинфекционной камерой, комнатой для хранения личных вещей. В камерах ИВС покрытие полов бетонное в 1 камере, в 8 камерах – деревянное, стены и потолки оштукатурены и побелены. Камеры обеспечены кроватями (36), столами (8), полками (9), вешалками (18). Лица, поступающие в ИВС проходят первичный опрос и осмотр фельдшером ИВС; при выявлении больного инфекционными заболеваниями проводятся мероприятия по его изоляции от здоровых в медицинский изолятор или специально выделенную камеру с выделением отдельного белья, постельных принадлежностей и посуды; условия проведения дезинфекционной обработки и стирки постельных принадлежностей обеспечены. Капитальный ремонт в ИВС проводится выборочно. В здании ИВС ежедневно проводится текущая уборка, генеральная – ежемесячно.

По данным, представленным в материалы дела МО МВД России «Алейский», ИВС МО МВД России «Алейский» оснащен всеми необходимыми инженерными коммуникациями: общее количество индивидуальных спальных мест - 21; имеется санитарный пропускник: душевая и дез.камера, а также облучатель бактерицидный (стационарный и переносной). В камерах ИВС имеется централизованное отопление, водоснабжение и канализация, сан.узлы с соблюдением приватности. Светильники дневного и ночного освещения, естественная и искусственная вентиляция. Камеры оборудованы следующим образом: покрытие полов деревянное, отделка стен и потолков – гладкое оштукатуривание и покраска. В камерах ИВС имеются вешалки для одежды, столы, лавки, тумбочки для хранения личных вещей. Среднесуточная наполняемость ИВС при лимите 21 человек составляет от 9 до 14 человек. МО ежегодно заключает государственный контракт на потребление электроэнергии. Перебоев с освещением и теплоснабжением в ИВС не бывает. Экстренная медицинская помощь подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений оказывается бригадами скорой неотложной медицинской помощи МУП «Алейская ЦРБ», штатного медработника в ИВС нет. В ИВС имеется радиоточка в рабочем состоянии для вещания государственных радиоканалов. Площадь камер ИВС №1-4,6,7 составляет 9,54 кв.м., имеются оконные проемы площадью 0,3 кв.м., соответствующие требованиям технической укрепленности изоляторов временного содержания.

Служебная документация ИВС за период с мая 2000 года по июнь 2001 года уничтожена в связи истечением срока хранения на основании приказа МВД России №655 от 30 июня 2012 года (максимальный срок хранения документации ИВС составляет 10 лет), в связи с чем сведения о содержании в ИВС ФИО1 представить невозможно.

Документы, подтверждающие техническую укрепленность здания ИВС в 2000-2001гг., отсутствуют.

Таким образом, достоверные и достаточные доказательства указанных истцом в исковом заявлении нарушений отсутствуют.

Факт содержания истца в ИВС в отдельные дни из указанного им общего периода само по себе не означает констатацию указанных истцом нарушений.

Документы, имеющиеся на наиболее близкую к периоду содержания истца дату, опровергают доводы искового заявления.

Наличие санитарного узла в камере истец не оспаривал, ссылаясь на несоблюдение требований его приватности, однако при отсутствии данных о совместном содержании с истцом в камере иных подозреваемых и обвиняемых и при условии одиночного содержания истца отсутствие соответствующей приватности не может нарушать прав содержащегося в одиночной камере.

Доводы, связанные с обеспеченностью ИВС постельными принадлежностями, полками, столом, питанием, проведением дезинфекционных мероприятий невозможность проверить за давностью обращения истца в суд.

Отсутствии радиоточки, холодильника в камере не может влечь право истца на компенсацию морального вреда.

Ссылаясь в иске на несоблюдение требования о раздельном содержании разных категорий подозреваемых, обвиняемых, истец одновременно не указывает, какие категории подозреваемых, обвиняемых он имеет ввиду.

На основании установленных обстоятельств, учитывая обращение истца в суд за защитой своих прав по истечении около 16 лет, что привело к невозможности заинтересованным лицам представить все необходимые документы относительно доводов истца ввиду истечения срока хранения данных документов, суд полагает, что отсутствие таких документов само по себе не свидетельствует об обоснованности всех заявленных доводов истца и не может служить основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда в данной части.

Проверены и не нашли своего подтверждения доводы о заболевании истца туберкулезом в период нахождения в ИВС в связи с ненадлежащими условиями.

Какие – либо нарушения условий содержания не установлены.

Разделом 2 Правил 1996 года предусмотрено отдельное содержание больных инфекционными заболеваниями и иных нуждающихся в медицинском уходе лиц.

Из представленных УФСИН России по Алтайскому краю сведений следует, что в указанный истцом период с мая 2000 года по июнь 2001 года он, кроме ИВС ОВД г.Алейска, также содержался длительное время в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ СИЗО-5 УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ ИК-4 УФСИН России по Алтайскому краю.

Из письменных пояснений истца и представленных им медицинских документов установлено, что заболевание «туберкулез» впервые диагностировано у истца в УБ14/4 г.Рубцовска (ФКУ ИК-4УФСИН России по Алтайскому краю) в июне 2001 года.

В дополнениях к иску от 01 июля 2017 года ФИО1 также возникновение заболевания связывает с нахождением в ИВС в июне 2001 года при отсутствии необходимости.

Для проверки доводов истца о совместном содержании с ним в ИВС больных туберкулезом ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, Черкасских Д. судом был направлен запрос о периодах нахождения указанных лиц в ИВС г. Алейска, а также запрос о наличии у указанных лиц соответствующего заболевания.

Ни одно из указанных истцом лиц не содержалось со ФИО1 в июне 2001 года, с которым истец связывает возникновение заболевания. ФИО4 содержался в ИВС в периоды с 08 июля 2000 года по 13 сентября 2000 года (совпадает с периодом содержания истца 12 дней), с 17 января 2001 года по 13 апреля 2001 года (совпадает с периодом содержания истца 11 дней); ФИО5 содержался в ИВС в периоды с 27 апреля 2000 года по 12 мая 2000 года (совпадает с периодом содержания истца 9 дней), с 27 мая 2000 года по 07 июля 2000 года (совпадает с периодом содержания истца 20 дней), с 27 июля 2000 года по 17 августа 2000 года (совпадает с периодом содержания истца 12 дней), с 17 ноября 2000 года по 23 ноября 2000 года (совпадает с периодом содержания истца 7 дней); ФИО6 содержался в ИВС в периоды с 27 декабря 2000 года по 13 января 2001 года (совпадает с периодом содержания истца 17 дней), с 27 января 2001 года по 06 февраля 2001 года (совпадает с периодом содержания истца 10 дней).

Судом также истребована в ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю информации о наличии у ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, Черкасских Д. заболевания «туберкулез».

ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Алтайскому краю, ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Алтайскому краю представлена информация об отсутствии таких сведений.

Частичное совпадение периодов содержания в ИВС г.Алейска истца и указанных лиц не презюмирует их совместное содержание в одной камере, тогда как о вине должностных лиц изолятора временного содержания может служить не сам факт совместного нахождения лиц в одном изоляторе в один и тот же период, а лишь обстоятельство совместного содержания больных и здоровых лиц, что установить не представилось возможным в ходе рассмотрения дела.

В целях оказания содействия истцу в сборе доказательств удовлетворено его ходатайство о допросе в качестве свидетелей ФИО8, ФИО9, однако на направленные извещения указанные лица в суд не явились.

При таких обстоятельствах исковые требования в данной части о компенсации морального вреда и производные от него о возмещении убытков, связанных с приобретением заболевания (расходов к месту лечения, расходов на лечение, расходов на получение образования, утраченного заработка) также не подлежат удовлетворению.

Постановлением Государственной Думы Российской Федерации от 26 мая 2000 года N 398-III ГД в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941 - 1945 годов объявлена амнистия.

Согласно пункту 8 Постановления амнистия распространена на уголовные дела, находящиеся в производстве органов дознания, органов предварительного следствия и судов, о преступлениях, совершенных до вступления в силу настоящего Постановления, в отношении несовершеннолетних, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, за которые предусмотрено максимальное наказание, не превышающее пяти лет лишения свободы, и ранее не отбывавших наказания в воспитательно - трудовых колониях или воспитательных колониях, которые (дела) подлежали прекращению.

Пункт 3 Постановления предусматривал освобождение от наказания несовершеннолетних, осужденных к лишению свободы на срок до пяти лет включительно и ранее не отбывавших наказания в воспитательно - трудовых колониях или воспитательных колониях.

Согласно приговору от 08 августа 2000 года ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., ранее не судимый, признан виновным по пп. «а,б,в,г» ч.2 ст.158 Уголовного кодекса Российской Федерации с назначением наказания в виде двух лет лишения свободы без штрафа и в соответствии с пунктом 8 Постановления об амнистии освобожден от наказания.

Таким образом, вопреки доводам истца амнистия применена к нему.

Освобождение от наказания в связи с актом амнистии, а равно прекращение уголовного дела является нереабилитирующим основанием, в связи с чем не влечет право на компенсацию морального вреда. Приговор не обжалован ФИО1 в установленном порядке со ссылкой на неверное применение норм об амнистии.

На основании изложенного оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Центральный районный суд г.Барнаула в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Я.Е. Запарова

.
.

.