Решение № 2-1339/2016 2-38/2017 2-38/2017(2-1339/2016;2-5734/2015;)~М-5178/2015 2-5734/2015 М-5178/2015 от 2 октября 2017 г. по делу № 2-1339/2016

Дело № 2-38/17

(публиковать)


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«03» октября 2017 года г. Ижевск

Первомайский районный суд города Ижевска Удмуртской Республики в составе: председательствующего судьи Фокиной Т.О., при секретаре судебного заседания Злобиной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО6 о признании права собственности на жилое помещение и встречному иску ФИО6 к ФИО1 о возложении обязанности привести жилой дом в первоначальное положение,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ФИО6, которым первоначально просила признать за ней право на 91/100 доли в праве собственности на домовладение по адресу: <адрес>, с учетом произведенных неотделимых улучшений.

В обоснование требований истец указала, что ФИО6 является собственником жилого дома общеполезной площадью 34,0 кв.м., находящегося на земельном участке по адресу: <адрес>. ФИО1 проживает в указанном доме с 1994 года и произвела в 2012-2014 г.г. за счет собственных средств неотделимые улучшения принадлежащего ФИО6 бревенчатого жилого дома с каркасно-засыпным пристроем, общеполезной площадью 34,0 кв.м., находящегося на земельном участке по адресу: <адрес> При этом первоначальный объект изменился, увеличилась общая площадь всего жилого дома, следовательно, изменился объект права собственности, который отличается от первоначального размерами, планировкой и площадью. При этом размер затрат ФИО1 на улучшение указанного жилого дома согласно расчету составил 780 645,07 руб. Согласно справке об оценке рыночная стоимость бревенчатого жилого дома с каркасно-засыпным пристроем, общеполезной площадью 34,0 кв.м., по адресу: пер. Красноармейский, 23 по состоянию на декабрь 2015г. составляет 80 000 рублей. Таким образом, ФИО1 увеличила стоимость дома на 780 645,07 руб., что соответствует 91/100 доле в праве собственности на дом по адресу: пер. Красноармейский, 23.

Определением суда от 19.05.2016 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самострельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО9 ФИО35.

Определением суда от <дата> принято увеличение размера исковых требований, которым истец окончательно просит признать за ней право на 99/100 доли в праве собственности на домовладение по адресу: <адрес>, с учетом произведенных неотделимых улучшений.

Определением суда от <дата> принято к производству встречное исковое заявление ФИО6 к ФИО1 о возложении обязанности привести жилой дом в первоначальное положение, которым истец по встречному иску просит обязать ФИО1 привести принадлежащий ему на праве собственности жилой дом по адресу: <адрес> в первоначальное положение и демонтировать произведенные ею неотделимые улучшения за свой счет.

В обоснование встречных требований ответчик указал, что является собственником жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> на основании свидетельства о праве на наследство, выданное государственным нотариусом Первой ижевской государственной нотариальной конторы ФИО36., зарегистрированного в реестре №, выданного <дата> В 1994 году передал указанный дом в безвозмездное пользование ФИО1, ФИО8 и ФИО12, которые поселились в его доме, так как их жилье сгорело. <дата> ФИО1 обратилась в Первомайский районный суд г. Ижевска с исковыми требованиями к нему, о признании права на долю 99/100 в праве собственности на домовладение, расположенное по адресу: <адрес>, с учетом произведенных ею с его согласия в период 2012-2014 г.г. за счет собственных средств, неотделимых улучшений. В ходе рассмотрения гражданского дела по первоначальному иску, судом назначена и проведена судебно-строительная экспертиза, в соответствии с которой в спорном домовладении установлены: частичная замена материала стен (части бревен заменено на брус в области оконного проема на главном фасаде), демонтаж крыльца, демонтаж стен помещений, демонтаж перегородок между помещениями, демонтаж печи, устройство новых участков фундамента под пристроенной вновь частью дома, монтаж стен пристроенной части из бруса, монтаж пола пристроенной части, монтаж перекрытия пристроенной части с утеплением, монтаж каркаса стен с утеплением второго этажа, монтаж конструкции крыши, монтаж кровли, замена окон, отделочные работы вновь устроенных помещений пристроенной части, заложение одного оконного проема, замена материала пола первого этажа жилого дома, монтаж теплого пола первого и второго этажей, облицовка фасадов дома сайдингом, монтаж систем водоснабжения, канализации, электроснабжения вновь устроенных помещений, монтаж фундамента жилого дома. Согласия ФИО1 на производство улучшений его домовладения он не давал. Полагает, что действиями ответчика ФИО1 существенно нарушены его права как собственника домовладения, расположенного по адресу: <адрес>, поскольку ответчик фактически производит реконструкцию жилого дома, увеличивает его площадь (в том числе и отапливаемую), его строительный объем, что вызывает за собой увеличение расходов на обслуживание дома и увеличение коммунальных платежей, а кроме того, влечет за собой необходимость получения разрешений на соответствие дома градостроительным требованиям, в связи с чем, считает необходимым обязать ответчика привести принадлежащее ему имущество в первоначальное положение в соответствии с указанными основаниями.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала. Дополнительно пояснила, что считает, что у нее возникло право собственности на 99/100 доли спорного жилого дома, потому что полностью перестроила его. ФИО6 этому не препятствовал, был согласен со строительством. В 2012 году он зарегистрировал ее в спорном жилом помещении, не ограничивал ее ни в чем, но потребовал платить арендную плату 10 000 руб. На строительство потратила около 1 000 000 руб. Располагала согласием ФИО6 на перестройку дома. В письменной форме не оформили согласие. Когда разговаривали в 2012 году, он отдавал ей книгу на прописку в 2012 году, ей была нужна замена паспорта. Когда пришел забрать книгу, увидел что завезено более 10 поддонов кирпича. Ее сын Женя ему объяснил, что их топит, жить невозможно. Он сказал, хорошо, нужно поднять, потому что жить невозможно. Женя сказал, что хочет поднять фундамент, достроить второй этаж. ФИО6 не возражал. В конце 2013-начале 2014 года второй этаж был не достроен, на первом этаже они уже жили, был теплый дом, окна были вставлены. ФИО6 пришел, попросил ключи. Он попросил ключи, держал их три дня, потом вернул, сказал, что не пригодилось. Никаких соглашений не заключали, все было на доверии, смету и характер работ не обговаривали. Женя ему сказал, что хочет поднять фундамент, что насыпную часть переделает, построит второй этаж, он не возражал.

В судебном заседании представитель истца ФИО13, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержала. Дополнительно пояснила, что между сторонами сложились отношения фактического пользования, истец пользовалась участком и домом с 1990 года. Имуществом они пользовались как своим. Все перестройки были вынужденной мерой т.к. дом пришел в аварийное, непригодное для проживания состояние, место дома низкое, поэтому их топило. Ответчик как собственник не обеспечивал надлежащее содержание жилого дома, ФИО6 делала все за свой счет. ФИО6 обо всем этом знал и на стадии завоза материалов, и потом следил за ходом строительства, не высказывал свое несогласие или возражения. Напротив, это все им поощрялось. По встречному иску ФИО6 не доказал обоснованность своих требований. Должны были доказать наличие технической возможности для приведения дома в первоначальное положение, заключение эксперта не может служить допустимым доказательством по делу, кроме того вывод эксперта противоречивый, из его толкования следует, что при приведении дома в первоначальное состояние он станет аварийным, следовательно, технической возможности для приведения дома в первоначальное положение не имеется. Не доказали, что согласия ФИО6 не перестройку не было, в действительности оно было, это подтверждается показаниями свидетелей. Истец осуществил неотделимые улучшения спорного жилого дома, которые привели к значительному удорожанию имущества. Судебная строительно-техническая и оценочная экспертиза говорит об этом. Следует отказать в удовлетворении встречного иска, т.к. согласие на выполнение работ фактически было получено, технической возможности для приведения дома в первоначальное положение не имеется.

В судебном заседании ответчик ФИО6 исковые требования не признал, встречные исковые требования поддержал. Пояснил, что был на участке весной 2012 года. Видел, что был привезен битый, вываренный кирпич. Сказали, что решили сделать фундамент. Про другие работы никаких разговоров не было, и про второй этаж тоже. С ремонтом фундамента был согласен, т.к. они жили 20 лет бесплатно, за жилье вообще не платили. В 2012 году был один раз весной, был разговор про фундамент. Потом был в конце лета 2014 года, это уже все было построено. Возмутился, спросил, почему они это сделали. Истец сказала, что сделали и сделали. Он им сказал, чтобы они платили за аренду дома. Поэтому пришлось подать в суд на их выписку. Не заинтересован в сохранении реконструкции, ему второй этаж не нужен, поскольку он мансардный. До 2014 года он работал, не чувствовалась нехватка денег, поскольку вышел на пенсию, поэтому решил брать с них аренду. После их выселения намерены использовать дом для проживания его сына с детьми.

Кроме того, ранее ответчиком был представлен письменный отзыв на исковое заявление, доводы которого ответчик в судебном заседании поддержал.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО25, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, поскольку заявленные основания не порождают право собственности. Каких-либо иных правовых оснований для признания права собственности у истца не имеется, законом такое право не предусмотрено. Доводы истца о том, что доверитель был в курсе происходящей реконструкции, не возражал, здесь должна идти речь о сделке граждан между собой, когда одна сторона вкладывает свои средства в улучшение домовладения другой стороны, следовательно, была заключена сделка. Сделки граждан между собой на сумму свыше 10 000 руб. требуют простой письменной формы. Следовательно, согласие собственника на произведенные улучшения сторона истца не доказала. В удовлетворении исковых требований необходимо отказать. Встречное исковое требование ФИО6 подлежит удовлетворению. Стоимость неотделимых улучшений, произведенных без согласия арендодателя, возмещению не подлежит. Поскольку площадь дома увеличилась, это влечет дополнительные расходы на обслуживание дома, необходимость получения разрешения на ввод в эксплуатацию. Об объеме работ он поставлен в известность ФИО6 не был, ничто не мешало ей приобрести другой дом, не вкладывать средства в чужое имущество, не реконструировать его. Наличие каких-либо родственных отношений не освобождает граждан от оформления определенных сделок, придания им процессуальной формы и правового режима. Встречные исковые требования ФИО6 подлежат удовлетворению с учетом заключения строительно-технической экспертизы, которая однозначно отвечает на вопрос о том, что приведение дома в первоначальное положение - возможно, что также было подтверждено в судебном заседании самим экспертом. К показаниям свидетелей нужно отнестись критически, поскольку эти события были для них малозначительными, но были воспроизведены ими по прошествии 5 лет. ФИО1 должна была вернуть ответчику дом в том состоянии, в котором он был ей передан. ФИО6 не виноват в том, что она решила улучшить его для себя, и был поставлен в такие условия, что вынужден доказывать, что он этого не хотел. Ничто не мешало ФИО1 избрать иной способ улучшения ее жилищных условий, но она решила пойти по пути улучшения чужого имущества, признав право собственности на него.

Третьи лица ФИО7, ФИО8, ФИО27 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела уведомлены надлежащим образом, причины неявки не сообщили. Руководствуясь ст. 167 ч. 3 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие третьих лиц.

Свидетель ФИО10 суду показал, что является соседом истца, живет по адресу: <адрес>, живет в этом <адрес> лет. Участки с истцом у них расположены недалеко друг от друга, наискосок через 2 дома. Участок истца с его участка просматривается. Сколько помнит по адресу: <адрес>, всегда жила истец, кто жил до этого, не помнит, был маленьким. Ответчика знает поверхностно, знает на лицо, не здоровается. Раньше приходил туда частенько, потом не стало, кем он является по отношению к спорному участку, не знает. Дом стали перестраивать примерно в 2012 году. Занималась этим истец с сыном. До перестройки дом был весь гнилой, вода кругом стояла во дворе. Дом был старый. Когда велось строительство дома, видел пару раз там ФИО6, ходил по участку, осматривал его. Ответчик был настроен нормально, разговаривал с сыном истца, претензий не предъявлял, все было спокойно. С истцом у него соседские отношения, общаются без конфликтов, в гости друг к другу не ходят, общается с сыновьями истца. Помощь друг-другу не оказывают. Видел ФИО6 на участке в 2012 году, это было весной-летом, приходил в разные дни. ФИО6 с сыном истца разговаривал во дворе дома, видел их, т.к. ворота были открыты, о чем разговаривали, не слышал, но разговаривали спокойно. То, что ФИО6 по участку ходил, видел со второго этажа своего дома. ФИО6 приходил пешком, машин не было.

Свидетель ФИО11 суду показал, что его жена является собственником жилого дома по адресу: <адрес> с апреля 2012 года, там не живет, купили имущество для своих целей, в доме бывает периодически, через день-два. Его участок является смежным по отношению к участку истца, с его участка участок истца просматривается. Обратил внимание, что нижние бревна в воде были, потом началось строительство. Дом начали поднимать, нижние бревна были гнилые, все это выбрасывалось. Был интересен процесс, т.к. пришлось поднимать целый дом, поэтому наблюдал за процессом стройки. Стройкой занимался Женя (сын истца) и Володя – специалист-строитель, гражданский муж истца. Там от старого дома осталось всего несколько бревен. Эта стройка происходила все лето до осени, т.к. начали еще делать второй этаж, второй этаж был каркасный, а вместо бревен меняли и вставляли брус, это все происходило на его глазах. Еще фундамент бетонировали. Ответчика не знает, но видел раза два, наверно. Ему с самого начал показалось, когда он с Женей разговаривал, подумал что это папа Жени. Это уже потом в 2015 году Женя ему встретился в переулке мрачный, сказал, что все строили, делали, но не получается договориться. Сказал, что дядя просит за аренду 10 000 руб. в месяц платить. Стройка шла в 2012 году, они делали все капитально, основательно. С его стороны показалось, что делали качественно. Видел ФИО6, он подъезжал, когда начали дом поднимать, тогда увидел его в первый раз. Всего видел его там раза два во время стройки. Там забора не было, он не заходил на участок, он разговаривал с Женей. Женя тогда не говорил кто это. Они стояли, нормально беседовали, стройка шла. Приезжал в середине лета, примерно в июле приблизительно 2012 года в дневное обеденное время. Во второй раз приезжал примерно в это же время того же месяца 2012 года. Ранее ответчика не знал. Женя в 2015 году сказал, что их прогоняют, и сказал, что это тот человек, с которым стояли тогда разговаривали, это дядя Влада. Видел ФИО6 с расстояния примерно 5-6 м.

Эксперт ФИО26 суду показала, что работает в ООО «Оценочная компания имущество-плюс» в должности помощника оценщика и эксперта, по договору подряда работает в ООО «Экспертное бюро», стаж работы с 2012 года, до того как получила диплом, уже работала экспертом. Диплом бакалавра получила в 2012 году. Накануне получения диплома уже работала экспертом. Трудовая книжка у нее в ООО «Оценочная компания Имущество плюс», находящемся по адресу: <адрес>. Когда работала в УТП, была должность эксперта, в оценочной компании у нее должность - помощник оценщика. Ученой степени и ученого звания нет. Закончила обучение бакалавра, магистра, проходила курсы на судебного эксперта весной 2017 года дистанционно, есть свидетельство, подтверждающее повышение квалификации. Производство экспертизы поручило ей ООО «Экспертное бюро». С начальником непосредственно она не общается, только с юристом экспертного бюро. Экспертизу проводила по спорному адресу, там был проведен осмотр, а заключение делала в ООО «Экспертное бюро», находящемся по ул. Буммашевской. При производстве экспертизы использовала лазерный дальномер, фотоаппарат. Ссылалась на СНИП, свод Правил обследования строительных несущих и ограждающих конструкций, а так же анализировала материалы дела. ФИО1 ей пояснила, что они увеличили высоту цоколя, заменили фундамент, однако проверить это она не может. Для этого необходимо брать образцы фундамента, цоколя, это производится в лаборатории. Визуально определить, когда был уложен фундамент невозможно. Это необходимо выяснять в лаборатории строительных материалов, данный вопрос в ее компетенцию не входит, необходимо привлечь другого специалиста. В представленном техническом паспорте нет сведений о конструктиве дома, только размеры. Чтобы решить вопрос о возможности привести в первоначальное положение, необходимо более подробное исследование. Может устранить упущение в результате дополнительной экспертизы, для этого нужны дополнительные документы – проект на жилой дом, если его нет, то из объяснений участников процесса, договоры и квитанции по выполнению первоначальных работ, нужны сведения о том какие материалы были использованы, в каком они были состоянии до внесения изменений. Данное упущение повлияло на правильность ее выводов. Если рассматривать более конкретно, какие доски например, то это упущение, но на итоги это не повлияло, подтверждает свое заключение. Все что говорит сторона истца несущественно, это все дополнительные детали. Они заменили нижние бревна на новые, если привести в прежнее состояние, то несущая способность дома будет снижена. Аварийное состояние может появиться, а может и не появиться. При соблюдении правил выполнения ремонтных работ, последствия указанные в п. 1 выводов могут и не наступить.

Суд, выслушав объяснения сторон и их представителей, эксперта, показания свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, установил следующие обстоятельства.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права <адрес> от <дата> ФИО6 принадлежит на праве собственности земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: под строительство индивидуального жилого дома, общей площадью 343 кв.м., распложенный по адресу: <адрес>

Согласно справке ГУП «Удмурттехинвентаризация» от <дата> частным домовладением, находящимся по адресу: <адрес>, владеет ФИО6 (доля владения 1) на основании свидетельства о праве на наследство № от <дата> после смерти матери ФИО28, копия которого также имеется в материалах дела. Дата регистрации в Бюро технической инвентаризации г. Ижевска <дата> за № №.

Из содержания свидетельства о праве на наследство № от <дата> следует, что принятое ФИО6 в порядке наследования домовладение согласно справке Бюро технической инвентаризации г. Ижевска от <дата> № состоит из расположенных на земельном участке по адресу: <адрес> жилого дома с каркасно-засыпным пристроем общей площадью 34,0 кв.м., в том числе жилой площадью 26,5 кв.м., бани с предбанником, дровяника и гаража.

Согласно справке от <дата> №, составленной по поручению ФИО1 организацией ООО «Агентство оценки «КРОМ», средняя рыночная стоимость жилого дома общей площадью 34,0 кв.м., с постройками и земельным участком (разрешенное использование под индивидуальное жилищное строительство) общей площадью 343 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного по адресу: Удмуртская Республика, <адрес>, по состоянию на октябрь 2015 года составляет 500 000 рублей.

В соответствии со справкой <данные скрыты>» от <дата> средняя рыночная стоимость жилого дома, общей площадью 34,0 кв.м. с постройками, расположенного по адресу: <адрес>, по состоянию на декабрь 2015 года составляет 80 000 руб.

В соответствии с техническим паспортом от <дата> на домовладение по <адрес>, по состоянию на 1994 год принадлежащий ФИО6 жилой дом имел общую площадь 34 кв.м., состоял из помещений: жилой комнаты – 2,4 кв.м., прихожей – 3,1 кв.м., жилой комнаты – 18,4 кв.м., кухни – 4,4 кв.м., жилой комнаты – 5,7 кв.м. Жилая площадь строения составляла – 26,5 кв.м., вспомогательная площадь – 7,5 кв.м. Помимо жилого дома на земельном участке расположены следующие строения: пристрой – 7,4 кв.м., сени – 7,3 кв.м., веранда – 7,1 кв.м., баня – 7,7 кв.м., предбанник – 5,4 кв.м., дровяник – 19,0 кв.м., гараж – 36,4 кв.м., уборная – 1,0 кв.м., калитка – 2,1 кв.м.

Согласно домовой книге для регистрации граждан, проживающих по адресу: <адрес>, по указанному адресу зарегистрированы: ответчик ФИО6 с <дата>, малолетний ФИО37 с <дата>, истец ФИО5 с <дата>, ФИО3 с <дата>, ФИО4 с <дата>, ФИО2 с <дата>, все по настоящее время.

Из накладной № б/н от <дата> следует, что на основании договора отправителем ООО «Степ» получателю ФИО3 в адрес: <адрес>, доставлен следующий товар: брус 150х150 мм. 6 м. на общую сумму <данные скрыты> руб., брус 200х200 мм. 6 м. на общую сумму <данные скрыты> руб., доска 40х200 мм. на общую сумму <данные скрыты> руб., доска 25 мм. на общую сумму <данные скрыты> руб., итого товар общей стоимостью <данные скрыты> руб.

Актом выполненных работ подтверждается факт переключения исполнителем МУП г. Ижевска Ижевские электрические сети» абонента (при переносе группы учета) по адресу: <адрес>. Общая стоимость работ составила <данные скрыты> руб., в т.ч. НДС - 109,83 руб. Заказчиком указан ФИО8 Факт оплаты подтверждается приложенным чеком.

Товарным чеком № от <дата> подтверждается приобретение у продавца ИП ФИО14 двенадцати наименований электроприборов на сумму <данные скрыты> руб. Приобретатель в документе не указан.

<дата> между ООО «<данные скрыты>» (подрядчик) и ФИО8 (заказчик) заключен договор подряда № б/н по выполнению подрядчиком комплекса работ и услуг по доставке и установке натяжных потолков в жилом помещении по адресу: <адрес>. В соответствии с п. 6.1 договора подряда предоплата составила <данные скрыты> руб. Факт внесения предоплаты ФИО8 подтверждается квитанцией к приходном кассовому ордеру <данные скрыты> от <дата>.

На основании товарного чека № от <дата> у продавца ООО «Териз» покупателем приобретено пять наименований строительных материалов на сумму <данные скрыты> руб. Приобретатель не указан.

Согласно квитанции № <данные скрыты> от <дата> у продавца ИП ФИО15 покупателем приобретено восемнадцать наименований строительных материалов на сумму <данные скрыты> руб. Факт оплаты данных строительных материалов подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру № <данные скрыты> от <дата> на сумму <данные скрыты> руб., чеком на сумму <данные скрыты> руб. Приобретатель, плательщик в документах не указаны.

На основании товарного чека № от <дата> у продавца <данные скрыты>» покупателем приобретено пять наименований строительных материалов на сумму <данные скрыты> руб. Приобретатель не указан.

Согласно товарному чеку № от <дата> приобретена арматура у продавца ИП ФИО16 на сумму <данные скрыты> руб. Факт оплаты данного строительного материала подтверждается квитанцией от <дата>. Приобретатель, плательщик в документах не указаны.

Согласно товарной накладной <данные скрыты> от <дата> покупателем ФИО8 на основании договора у поставщика ООО «Керамика» приобретен товар: кирпич на сумму <данные скрыты> руб., поддоны на сумму <данные скрыты> руб.

Согласно товарной накладной <данные скрыты> от <дата> покупателем ФИО8 на основании договора у поставщика ООО «Керамика» приобретен товар: кирпич на сумму <данные скрыты> руб., поддоны на сумму <данные скрыты> руб.

В соответствии со счет-фактурой № от <дата> покупателем ФИО8 проведена оплата вышеуказанных товаров общей стоимостью <данные скрыты> руб. в пользу <данные скрыты>».

На основании расходной накладной № от <дата> у продавца ООО «Уралпромснаб» покупателем приобретено одно наименование строительного материала (Эковер Стандарт 50 1000*600*50) на сумму <данные скрыты> руб.

На основании товарного чека от <дата> у продавца ИП «ФИО17» покупателем приобретено семь наименований строительных материалов на сумму <данные скрыты> руб., имеется отметка об оплате. Приобретатель, плательщик не указан.

На основании расходной накладной № от <дата> у продавца ИП ФИО18 покупателем ФИО1 приобретено пять наименований строительных материалов на сумму <данные скрыты> руб.

В соответствии с товарной накладной № от <дата> у продавца <данные скрыты> покупателем помимо бытовой техники приобретены строительные материалы: линолеум общей стоимостью <данные скрыты> руб., плинтус стоимостью <данные скрыты> руб., с учетом суммы скидки в размере <данные скрыты> руб. расходы на линолеум и плинтус составили <данные скрыты> руб., а также произведена оплата услуги доставки товара в размере <данные скрыты> руб. Факт оплаты данных строительных материалов и услуги доставки подтверждается квитанцией от <дата>. Приобретатель и плательщик в документах не указаны.

На основании товарного чека № б/н от <дата> у продавца ИП ФИО19 покупателем приобретено два наименования строительных материалов на сумму <данные скрыты> руб. с учетом предоставленной скидки. Факт оплаты данных строительных материалов подтверждается квитанцией от <дата>. Приобретатель и плательщик в документах не указаны.

На основании товарного чека № № от <дата> у продавца ИП ФИО20 (Центр Металлокровли) покупателем приобретено четыре наименования строительных материалов на сумму <данные скрыты> руб. Факт оплаты данных строительных материалов подтверждается квитанцией от <дата>. Приобретатель и плательщик в документах не указаны.

На основании товарного чека № от <дата> у продавца ООО <данные скрыты>» покупателем приобретен строительный материал: цемент <данные скрыты> (50кг.) на сумму <данные скрыты> руб. Приобретатель не указан.

<дата> между ФИО21 (исполнитель) и ФИО1 (заказчик) заключен договор оказания исполнителем услуг по проведению разведки наличия воды и бурению скважины на водоснабжение. Стоимость услуг по бурению составляет <данные скрыты> руб. за погонный метр с учетом стоимости обсадных труб и фильтра, авансовой платеж за бурение разведочной скважины составляет <данные скрыты> руб. (п.п. 3.1, 3.3 договора оказания услуг). Адрес выполения работ в договоре не указан, документ об оплате работ не представлен.

Кроме того, у продавца ЗАО «Стройдепо» покупатель приобрел следующие строительные материалы: ПН усиленный оцинк. 60, ПН усиленный оцинк. 28, гопсокортон 9.5 мм., ламинат Paraflor Norm по чеку на продажу № от <дата> в общей сумме <данные скрыты> руб.; гипсокартон 9,5 мм., плита OSD 1250X2500 по чеку № от <дата> в общей сумме <данные скрыты> руб.; гипсокартон 9,5 мм. по чеку на продажу № от <дата> в общей сумме <данные скрыты> руб. В указанных квитанциях на приобретение товара приобретатель, плательщик не указан. Оплата доставки указанного товара в адрес: <адрес> произведена ФИО8, что подтверждается чеком на продажу № от <дата> и заказ-нарядом от <дата> на сумму <данные скрыты> руб., чеком на продажу № от <дата> и заказ-нарядом от <дата> на сумму <данные скрыты> руб., чеком на продажу № от <дата> и заказ-нарядом от <дата> на сумму <данные скрыты> руб.

На основании товарного чека № б/н от <дата> у продавца ИП ФИО19 покупателем приобретено два наименования строительных материалов на сумму 7 185 руб. с учетом предоставленной скидки. Факт оплаты данных строительных материалов подтверждается товарным чеком от <дата>. Приобретатель и плательщик в документах не указаны.

На основании расходной накладной № от <дата> у продавца ООО «Белые окна» покупателем ФИО5 приобретено пять наименований строительных материалов (отливы белые и оконные блоки) на сумму <данные скрыты> руб. Оплата указанного товара подтверждена квитанцией № от <дата>.

Определением суда от <дата> на основании ходатайства истца по делу была назначена судебная комплексная строительно-техническая и оценочная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Общества с ограниченной ответственностью «Ижевское экспертное бюро» (Экспертное бюро г.Ижевска), перед экспертами поставлены следующие вопросы: 1. Какие виды неотделимых улучшений произведены в жилом доме по адресу: <адрес>, начиная с <дата> по настоящее время, увеличилась ли полезная площадь строений, производилась ли замена (установка) основных конструктивных элементов, влекущая значительное удорожание спорного объекта недвижимости в целом? 2. Какова стоимость неотделимых улучшений, произведенных в жилом доме по адресу: <адрес>, начиная с <дата> по настоящее время, на день проведения экспертизы? 3. Определить рыночную стоимость объекта недвижимости - жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, до начала проведения работ по его ремонту, т.е. на дату до <дата>г. на день проведения экспертизы? 4. Определить рыночную стоимость объекта недвижимости - жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, после проведения работ по его ремонту на день проведения экспертизы?

Согласно экспертному заключению № от <дата>, составленному экспертами Общества с ограниченной ответственностью «Ижевское экспертное бюро» (Экспертное бюро г.Ижевска) ФИО22, ФИО23, ФИО24, основываясь на общепринятом понимании термина «неотделимые улучшения», результатах осмотра установлено, что в жилом доме по адресу: <адрес>, произведены следующие улучшения:

частичная замена материала стен (части бревен заменены на брус в области оконного проема на главном фасаде): неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для укрепления существующих стен. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций.

демонтаж крыльца (лит.1): неотделимое улучшение.

демонтаж стен помещений (лит.5): неотделимое улучшение.

демонтаж перегородок между помещениями лит.1, 2, 4, 3: неотделимое улучшение.

демонтаж печи: неотделимое улучшение.

устройство новых участков фундамента под пристроенной вновь устроенной частью дома: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания новых помещений. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций.

монтаж стен пристроенной части из бруса: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания новых помещений. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений их конструкций.

монтаж пола пристроенной части: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания новых помещений. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений ограждающих конструкций и невозможности эксплуатации помещений.

монтаж перекрытия пристроенной части с утеплением: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания новых помещений. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций.

монтаж каркаса стен с утеплением второго этажа: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания новых помещений. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций.

монтаж конструкции крыши: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для защиты от атмосферных явлений всего дома в целом. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций и невозможности эксплуатации дома.

монтаж кровли: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для защиты от атмосферных явлений всего дома в целом. Их демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций и невозможности эксплуатации дома.

замена окон: неотделимое улучшение, поскольку отделение данного вида работ приведет к невозможности выполнения своего функционального предназначения отдельных составляющих помещений. Кроме того, отсутствие конструкций не позволит рассматриваемому помещению сохранять требуемые температурно-влажностные условия эксплуатации, а также приведет к значительному повреждению отделки;

отделочные работы вновь устроенных помещений пристроенной части: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания необходимых санитарно-эпидемиологических условий, созданию эстетического вида. Их демонтаж может привести к невозможности эксплуатации дома.

заложение одного оконного проема: неотделимое улучшение.

замена материала пола первого этажа жилого дома: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания соответствующего эстетического вида. Их демонтаж может привести к возникновению повреждений ограждающих конструкций и невозможности эксплуатации помещений.

монтаж теплого пола первого и второго этажа: неотделимое улучшение, поскольку отделение данного вида работ приведет к невозможности выполнения своего функционального предназначения отдельных составляющих помещений. Кроме того, отсутствие конструкций не позволит рассматриваемому помещению сохранять требуемые температурно-влажностные условия эксплуатации, а также приведет к значительному повреждению отделки;

облицовка фасадов дома сайдингом: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания необходимых санитарно- эпидемиологических условий, созданию эстетического вида. Их демонтаж может привести к невозможности эксплуатации дома.

монтаж системы водоснабжения, канализации, электроснабжения вновь устроенных помещений: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания необходимых санитарно-эпидемиологических условий.

монтаж фундамента жилого дома: неотделимое улучшение, поскольку данный вид работ служит для создания опоры жилого дома. Его демонтаж может привести к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций.

В результате осмотра и проведенных измерений установлено, что в жилом доме по адресу: <адрес>, проведены следующие работы, приведшие к увеличению площади данного жилого дома, а именно:

демонтаж перегородок между помещениями лит. 1, 2, 4, 3, демонтаж печи. В результате проведенной работы общая площадь объединенного помещения составила 30,25 кв.м. (площадь отдельных помещений составляла 28,3 кв.м.);

устройство помещения кухни (вместо помещения лит. 5) размерами 2,78м*2,72м, площадью 7,56 кв.м. (площадь помещения лит. 5 составляла 5,72 кв.м.);

устройство помещения прихожей (вместо помещения крыльца) размерами 2,52м*2,73м, площадью 6,88 кв.м. (площадь помещения составляла 6,48 кв.м.);

устройство мансардного этажа общей площадью помещений 45,63 кв.м.

Таким образом, общая площадь жилого дома по адресу: <адрес>, в результате работ по реконструкции увеличилась на 49,82 кв.м., общая площадь составила 83,82 кв.м.

В результате сопоставления представленных материалов дела, в том числе фотоматериала, с результатами осмотра, полученными, в том числе, путем частичного вскрытия конструкций, установлено, что в рассматриваемом жилом доме производилась частичная замена стен (на брус), полная замена фундамента. Кроме того, вновь устроен мансардный этаж, а также примыкающие помещения, примыкающие к основному жилому помещения на первом этаже рассматриваемого дома.

Стоимость неотделимых улучшений, произведенных в жилом доме по адресу: <адрес>, начиная с <дата>г. по настоящее время, на день проведения экспертизы, составляет: 515 165,00 + 562 787,00 = 1 077 952,00 руб.

Рыночная стоимость объекта недвижимости - жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, до начала проведения работ по его ремонту, то есть на дату <дата>, на день проведения экспертизы, составляла <данные скрыты> руб.

Рыночная стоимость объекта недвижимости - жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, после проведения работ по его ремонту на момент проведения осмотра, то есть на <дата>, составляет <данные скрыты> руб.

Определением суда от <дата> на основании ходатайства ответчика по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Общества с ограниченной ответственностью «Ижевское экспертное бюро», перед экспертами поставлены следующие вопросы: 1. Имеется ли техническая возможность приведения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в положение, существовавшее до внесения в него истцом неотделимых улучшений, то есть в положение, указанное в техническом паспорте на домовладение (л.д. 87-90)? 2. Какие строительные работы необходимо произвести для приведения дома, расположенного по адресу: <адрес>, в первоначальное состояние в соответствии с техническим паспортом на домовладение (л.д. 87-90)?

Согласно экспертному заключению № от <дата>, составленному экспертом ФИО26 по поручению Общества с ограниченной ответственностью «Экспертное бюро г. Ижевска», с технической точки зрения приведение жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, в положение, существовавшее до внесения в него ответчиком неотделимых улучшений, то есть в положение, указанное в техническом паспорте на домовладение, возможно, но при этом будет нанесен значительный ущерб имуществу и функциональному назначению объекта, а также могут появиться недопустимые дефекты и повреждения несущих ограждающих конструкций, способствующие развитию аварийного технического состояния строительных конструкций объекта в целом. Для приведения дома, расположенного по адресу: <адрес>, в первоначальное состояние в соответствии с техническим паспортом на домовладение и данных визуального осмотра необходимо проведение следующих строительных работ:

Восстановление конструкций демонтированного крыльца (лит.1): стены щитовые дощатые (согласно данных ответчика), дверные заполнения - однопольные деревянные двери, оконные заполнения - деревянные рамы с одинарным остеклением, кровля из хризотилцементных волновых листов по сплошной деревянной обрешетке.

Демонтаж вновь устроенных перегородок из ГКЛ. Восстановление демонтированных дощатых перегородок между помещениями лит. 1, 2, 3, 4 и стен Ф лит.5.

Демонтаж отопительного оборудования (теплые полы), восстановление печного отопления.

Выполнить замену отдельных участков стен из бруса на бревенчатые на участках, определенных в вопросе № на материалы бывшие в употреблении со средними сроками службы (согласно данных материала дела л.д. 209).

Выполнить замену заполнения оконных проемов из ПВХ-профиля на деревянные рамы с двойным переплетом из материалов бывших в употреблении со средними сроками службы.

Восстановить площади и назначение помещений жилого дома в соответствии с техническим паспортом.

Восстановление отделки помещения в исходное состояние согласно данных ответчика.

Демонтаж конструкций вновь выполненного пристроя (ленточный бетонный фундамент, стены из бруса, полы, деревянное перекрытие с утеплением, стропильная крыша, кровля из окрашенных профилированных листов, отделочные покрытия, входные металлические двери, оконные заполнения из ПВХ-профилей, электропроводка).

Демонтаж конструкций мансарды (2 этажа): утепленные наружные стены по деревянному каркасу, вновь устроенные перегородки из ГКЛ, дощатые перекрытия по балкам с минераловатным утеплителем, стропильная крыша, кровля из окрашенных профилированных листов, отделочные покрытия, межкомнатные двери, оконные заполнения из ПВХ-профилей, электропроводка).

Над первым этажом выполнить восстановление деревянной стропильной крыши и кровли из хризотилцементных волновых листов из материалов бывших в употреблении со средними сроками службы.

Восстановление зашитого оконного проема с соответствующим заполнением (деревянные рамы с двойным переплетом).

Согласно содержанию заключения Обществом с ограниченной ответственностью «Экспертное бюро г. Ижевска» эксперту ФИО29 было поручено проведение оценочной экспертизы, проведение экспертизы начато экспертом <дата> и окончено <дата>, об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ она предупреждена <дата>.

Согласно ответу Главного управления архитектуры и градостроительства Администрации г. Ижевска № от <дата> ФИО1, ФИО6 не обращались с заявлениями о выдаче разрешения на реконструкцию жилого дома, а так же за выдачей разрешения на ввод в эксплуатацию реконструированного жилого дома по адресу: <адрес>, пер. Красноармейский, 23.

Установив изложенные выше обстоятельства, суд приходит к следующим выводам.

Требования истца по первоначальному иску к ответчику о признании права собственности на 99/100 доли жилого дома основаны на том, что истец, проживая в данном жилом доме, принадлежащем ответчику, произвела с согласия ответчика за счет собственных средств неотделимые улучшения указанного жилого дома, стоимость которых соответствует 99/100 доли стоимости всего дома. Со своей стороны ответчиком ФИО6 заявлены встречные требования о возложении на истца обязанности привести жилой дом в первоначальное состояние, которые основаны на том, что он не давал истцу согласия на производство улучшений своего дома и не заинтересован в их сохранении.

Разрешая гражданское дело, суд руководствуется положениями ст.ст. 12, 56 ГПК РФ, согласно которым правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Проанализировав установленные обстоятельства и представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1, равно как и встречные исковые требования ФИО6 удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 30 ч. 1 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим Кодексом.

Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом (ч. 2 ст. 30 ЖК РФ).

Согласно п. п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со ст. 288 ГК РФ, собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Судом установлено, что ФИО6, являясь собственником жилого дома общей площадью 34,0 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> в 1994 году предоставил его в пользование истцу ФИО1 для цели проживания в нем ее самой и членов ее семьи без условия о внесении истцом платы за пользование указанным имуществом и ограничения срока пользования им.

При этом, членами одной семьи стороны не являются, доводов о том, что истец с семьей были вселены в дом в качестве членов семьи ответчика стороны не приводили, из чего следует, что между сторонами фактически сложились отношения, характерные для договора безвозмездного пользования (договора ссуды), заключенного на неопределенный срок.

В соответствии со ст. 689 п. 1, 2 ГК РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

К договору безвозмездного пользования соответственно применяются правила, предусмотренные ст. 607, п. 1 и абз. 1 п. 2 ст. 610, п.п. 1, 3 ст. 615, п. 2 ст. 621, п.п. 1, 3 ст. 623 ГК РФ.

В силу ст. 615 п. 1 ГК РФ арендатор обязан пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды, а если такие условия в договоре не определены, в соответствии с назначением имущества.

Согласно ст. 695 ГК РФ ссудополучатель обязан поддерживать вещь, полученную в безвозмездное пользование, в исправном состоянии, включая осуществление текущего и капитального ремонта, и нести все расходы на ее содержание, если иное не предусмотрено договором безвозмездного пользования.

Таким образом, при учете, что конкретный порядок пользования спорным жилым домом сторонами определен не был, истец как ссудополучатель была вправе пользоваться принадлежащим ответчику жилым домом в соответствии с его назначением, то есть для проживания в нем, и при этом была обязана нести расходы на его содержание и поддерживать его в исправном состоянии, в том числе, осуществлять его текущий и капитальный ремонт.

При отсутствии иных соглашений с ответчиком как собственником спорного жилого дома, истец не обладала правами на совершение каких-либо других действий в отношении данного имущества.

Тем не менее, как следует из представленных доказательств, в период нахождения жилого дома в пользовании ФИО1, данный жилой дом был реконструирован.

Пунктом 14 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ установлено, что под реконструкцией понимается изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

Реконструкция принадлежащего ответчику дома выразилась в выполнении строительных работ, перечень которых установлен заключением комплексной судебной строительно-технической и оценочной экспертизы №-ПС-16 от <дата>, в результате которых были демонтированы крыльцо и печь, стены отдельных помещений и перегородки между помещениями, частично заменен материал стен, увеличена площадь первого этажа за счет пристраивания дополнительных помещений, надстроен второй этаж, смонтирована новая крыша, на которую уложена новая кровля, произведена замена деревянных окон на пластиковые, заложен один оконный проем, заменены полы, выполнены отделочные работы вновь устроенных помещений, смонтирована система водоснабжения, канализации, электроснабжения, смонтирован фундамент дома, произведена облицовка дома сайдингом, что привело к увеличению площади данного жилого дома на 49,82 кв.м., таким образом, общая площадь составила 83,82 кв.м.

Выполнение указанных строительных работ повлекло внесение в жилой дом соответствующих улучшений, каждое из которых признано экспертами неотделимым, поскольку их демонтаж может привести к невозможности эксплуатации дома или к возникновению недопустимых повреждений несущих конструкций. Стоимость неотделимых улучшений, произведенных в жилом доме, составляет <данные скрыты> руб. Рыночная стоимость жилого дома после проведения указанных работ составляет <данные скрыты> руб.

Оценивая экспертное заключение № от <дата>, суд принимает его в качестве надлежащего доказательства с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности.

По мнению суда, данное заключение экспертов соответствуют требованиям, предъявляемым к доказательствам, так как содержит подробные описания проведенных экспертами исследований, постановленные в результате этих исследований выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Анализируемое заключение не противоречит материалам дела.

Сомнений в достоверности выводов заключения экспертов у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена лицами, обладающими специальными познаниями для разрешения поставленных перед ними вопросов. Экспертиза проведена полно, объективно, достаточно ясно, выводы экспертов мотивированы, ответы даны четко на поставленные судом вопросы; эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Истец настаивает на том, что указанные выше неотделимые улучшения дома были произведены ее силами и за ее счет, а также на том, что, поскольку стоимость этих улучшений составляет 99/100 доли стоимости всего дома (1077952,00 руб. / 1082000,00 руб.), то она вправе претендовать на признание за ней права собственности на соразмерную стоимости внесенных улучшений долю в праве общей долевой собственности на спорный жилой дом.

Оценивая указанные доводы истца, суд отмечает, что надлежащих доказательств, в достаточной мере свидетельствующих о том, что строительные работы в отношении спорного жилого дома, приведшие к возникновению неотделимых улучшений, были произведены за счет истца, суду не представлены.

Так, в подтверждение данных доводов истец ссылалась на имеющиеся в материалах дела платежные документы о приобретении строительных и отделочных материалов, а также на договоры подряда о выполнении работ по установке натяжных потолков и на бурение скважины и акт выполненных работ по переносу группы учета электроэнергии.

Относительно платежных документов суд отмечает, что большая часть из них (за исключением двух расходных накладных № от <дата> и № от <дата>) не содержит сведений о приобретателе строительных и отделочных материалов, либо содержит сведения о том, что они были приобретены и оплачены ФИО3 Не содержится в них сведений и о том, что именно те строительные и отделочные материалы, которые значатся в этих платежных документах, были в последующем направлены на выполнение строительных работ, приведших к установленным в заключении экспертов №-ПС-16 от <дата> неотделимым улучшениям.

То есть ничего иного, кроме того, что неким физическим лицом и ФИО3 в период времени с 2012 по 2014 год были приобретены различные строительные и отделочные материалы, указанные платежные документы не подтверждают, и, соответственно, о том, что указанные материалы были приобретены за счет ФИО5, претендующей на признание ее лицом, произведшим неотделимые улучшения спорного дома, а равно, что указанные материалы были использованы при выполнении соответствующих строительных работ в отношении спорного дома, эти платежные документы не свидетельствуют.

Аналогично суд относится и к двум оставшимся платежным документам – расходной накладной № от <дата> о приобретении пяти наименований строительных материалов на сумму 9 515 руб. и расходной накладной № от <дата> о приобретении пяти наименований строительных материалов (отливы белые и оконные блоки) на сумму 35 416,44 руб., в которых, хотя и содержится указание на то, что приобретателем этих материалов является ФИО1, но которые, тем не менее, также не подтверждают факт использования их ею при реконструкции спорного жилого дома.

Относительно двух договоров подряда, на которые ссылалась истец, суд отмечает, что один из них – договор на выполнение работ по установке натяжных потолков, формально возможно соотнести с установленными судом улучшениями спорного дома, поскольку в нем указан адрес выполнения соответствующих работ, а дата его заключения соответствует периоду выполнения реконструкции спорного дома. Тем не менее, заказчиком в нем указан ФИО8, а не истец, и акт выполненных работ к нему не представлен, из чего следует, что указанный договор не подтверждает ни тот факт, что указанные в данном договоре работы были фактически выполнены, ни тот факт, что эти работы были выполнены за счет истца.

Аналогично суд относится и к договору на выполнение работ по бурению скважины, который, хотя и был заключен от имени ФИО1, но при этом не содержит указания на то, где должны были быть выполнены оговоренные в нем работы, к нему не составлен акт выполненных работ, по нему отсутствует документ об оплате подлежащих выполнению работ.

Все изложенное касается и акта выполненных работ по переносу группы учета электроэнергии, в котором заказчиком также указан ФИО8, и не содержится сведений о том, в отношении какой группы учета выполнены работы, поскольку адрес: <адрес>, пер. Красноармейский, 23 фигурирует в данном акте исключительно как место жительства заказчика, а не как объект выполнения работ.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что представленные истцом платежные документы, договоры подряда и акт не могут служить доказательством того, что неотделимые улучшения, перечень которых установлен заключением экспертов № от <дата>, были выполнены силами истца и за ее счет, поскольку достаточных в подтверждение этих обстоятельств сведений они не содержат.

Не могут быть приняты в подтверждение этих обстоятельств и показания свидетелей ФИО10 и ФИО11, поскольку названным свидетелям как соседям истца по спорному дому известен лишь сам факт того, что на протяжении определенного времени, начиная с 2012 года, была произведена капитальная реконструкция спорного дома, повлекшая его улучшение. Сведениями о том, за чей счет была произведена такая реконструкция, об объеме и характере всех выполненных работ свидетели не владеют.

Иных доказательств, которые могли бы быть приняты судом в подтверждение данных доводов истца, суду не представлено.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о недоказанности доводов истца о выполнении ее силами и за ее счет неотделимых улучшений спорного жилого дома.

Относительно доводов истца о наличии оснований для признания за ней права собственности на спорный жилой дом, суд отмечает, что первоначально в обоснование искового заявления истцом были изложены положения ст. 245 п. 3 ГК РФ, согласно которым участник долевой собственности, осуществивший за свой счет с соблюдением установленного порядка использования общего имущества неотделимые улучшения этого имущества, имеет право на соответствующее увеличение своей доли в праве на общее имущество.

Однако, при учете, что спорный дом не является объектом долевой собственности, а истец не является участником долевой собственности в отношении него, к сложившимся между сторонами фактическим отношениям безвозмездного пользования имуществом положения п. 3 ст. 245 ГК РФ не применимы.

Анализируя доводы истца, изложенные в обоснование иска, суд пришел к выводу, что фактически истец претендует на признание за ней права собственности в отношении спорного жилого дома как на вновь возведенный в результате реконструкции (неотделимых улучшений) объект недвижимости, и учитывает при этом то обстоятельство, что размер ее вложений в строительство, как она полагает, составил 99/100 доли, исходя из которых она определила размер своей доли в праве на это имущество.

В соответствии с п. 1 ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Судом установлено, что вновь созданный спорный объект недвижимости – двухэтажный жилой дом площадью 83,82 кв.м., расположенный на земельном участке по адресу: <адрес>, стал результатом реконструкции ранее находившегося на том же земельном участке одноэтажного жилого дома площадью 34,0 кв.м., принадлежащего ответчику.

При этом выполненная в отношении принадлежащего ответчику жилого дома реконструкция является самовольной.

Согласно п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект, распространяются положения статьи 222 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

В силу п. 2 указанной нормы права, лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных п. 3 настоящей статьи.

Конституционным Судом Российской Федерации в п. 2 определения от 03.07.2007 г. № 595-О-П, разъяснено, что, вводя правовое регулирование самовольной постройки, законодатель закрепил в п. 1 ст. 222 ГК РФ три признака самовольной постройки, а именно: постройка должна быть возведена либо на земельном участке, не отведенном для этих целей в установленном законом порядке, либо без получения необходимых разрешений, либо с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил (причем для определения ее таковой достаточно наличия хотя бы одного из этих признаков), и установил в п. 2 той же статьи последствия, то есть в виде сноса самовольной постройки осуществившим ее лицом либо за его счет.

Согласно ч. 2 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

Согласно ч. 9 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ в целях строительства, реконструкции объекта индивидуального жилищного строительства застройщик направляет заявление о выдаче разрешения на строительство в уполномоченные на выдачу разрешений на строительство в соответствии с частями 4 - 6 настоящей статьи федеральный орган исполнительной власти, орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления непосредственно либо через многофункциональный центр.

Из процитированных норм следует, что для реконструкции индивидуального жилого дома является обязательным получение соответствующего разрешения уполномоченного органа местного самоуправления, каковым в отношении муниципального образования «город Ижевск» является Главное Управление архитектуры и градостроительства Администрации г. Ижевска, из ответа которого следует, что ни истец, ни ответчик за получением такого разрешения не обращались.

В силу пункта 6 части 7 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации реконструкция объекта капитального строительства возможна при наличии согласия всех правообладателей данного объекта.

В судебном заседании истец наставала на том, что реконструкция жилого дома была произведена с согласия собственника (ответчика), однако неоспоримых доказательств того суду не представила.

Показания свидетелей ФИО10 и ФИО11 достаточным доказательством этому обстоятельству не являются, поскольку названным свидетелям, как соседям истца по спорному дому, известно лишь то, что летом 2012 года, когда реконструкция спорного дома находилась на начальном этапе, ответчик был на своем участке и в спокойном тоне разговаривал с сыном истца. Однако при разговорах ответчика и сына истца свидетели не присутствовали, в связи с чем не могут знать о том, доводились ли в ходе этих разговоров до ответчика сведения о планируемых улучшениях дома и его реконструкции, объеме и стоимости этих работ, выражал ли при этом ответчик согласие на выполнение таких работ. Сам факт присутствия ответчика на участке на начальном этапе строительства и его уравновешенное поведение при этом не могут свидетельствовать о выражении им согласия на выполнение всего комплекса работ в отношении принадлежащего ему дома, в результате которого он был реконструирован.

Сам ответчик факт согласования им реконструкции принадлежащего ему дома опроверг, ссылаясь на то, что ни характер, ни объем, ни стоимость работ по улучшению дома с ним не согласовывались, равно как и не обсуждался вопрос возможной реконструкции дома с пристройкой помещений и надстройкой второго этажа, кроме того, пояснил, что в сохранении таких улучшений он не заинтересован.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что работы по улучшению спорного жилого дома были выполнены без согласия его собственника, результат выполненных работ к приемке собственнику не предъявлялся и им не принят. Доказательств обратного истцом не представлено.

Таким образом, из представленных доказательств судом установлено, что реконструкция принадлежащего ответчику жилого дома, фактически приведшая к созданию нового объекта недвижимости, о признании права собственности на который заявляет истец, произведена в отношении не принадлежащего ей имущества, расположенного на не принадлежащем ей земельном участке, без получения согласия собственника данного имущества и соответствующего разрешения на реконструкцию в соответствии с ч. 2 ст. 51 Градостроительного кодекса РФ, то есть в силу ст. 222 п. 1 ГК РФ отвечает признакам самовольной.

В соответствии с п. 3 ст. 222 ГК РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует параметрам, установленным документацией по планировке территории, правилами землепользования и застройки или обязательными требованиями к параметрам постройки, содержащимися в иных документах; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в случае, если лицо, обратившееся в суд, по какой-либо независящей от него причине было лишено возможности получить правоустанавливающие документы на вновь созданный или реконструированный объект недвижимости в порядке, установленном нормативными правовыми актами, регулирующими отношения, связанные с градостроительной деятельностью, и отношения по использованию земель.

Такой иск не может быть использован для упрощения регистрации прав на вновь созданный объект недвижимости с целью обхода норм специального законодательства, предусматривающего разрешительный порядок создания и ввода в гражданский оборот новых недвижимых вещей.

Таким образом, при учете, что спорный объект в существующем на сегодняшний день виде представляет собой самовольную постройку, право собственности на него может быть признано только в порядке п. 3 ст. 222 ГК РФ с соблюдением установленных им условий.

Однако истец в обход процедуры легализации самовольной постройки, требует признания за ней права собственности на самовольно созданный спорный объект недвижимости, ссылаясь на общие положения о приобретении прав на вновь созданные объекты.

Однако по смыслу ст.ст. 128, 129 п. 1, 222 п.п. 2, 3 ГК РФ до признания судом права собственности на самовольную постройку, она не может являться объектом вещных прав и не может быть введена в гражданский оборот, с ней нельзя совершать какие-либо гражданско-правовые сделки, право на нее не может быть установлено и зарегистрировано.

Таким образом, при учете, что вновь созданный двухэтажный жилой дом площадью 83,82 кв.м. в эксплуатацию не принят, на кадастровый учет не поставлен, право собственности на вновь возведенное строение с новыми характеристиками не зарегистрировано, судом не признавалось, соответственно, при отсутствии сведений о легализации данной постройки в порядке п. 3 ст. 222 ГК РФ данный жилой дом не может быть предметом раздела и определения долей в праве на него.

Кроме того, суд отмечает, что во всяком случае совершение неотделимых улучшений жилого дома, принадлежащего ФИО6, даже если бы истцом было доказано, что они выполнены ее силами и за ее счет, не является основанием для прекращения права собственности ответчика на 99/100 доли, пропорциональной рыночной стоимости таких улучшений, равно как и не является основанием для признания права собственности ФИО1 на 99/100 доли данного жилого дома. Такого основания возникновения прав главой 14 ГК РФ, регулирующей вопросы приобретения права собственности, не предусмотрено.

Оценивая изложенные истцом доводы, суд исходит из того, что защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 ГК РФ способами, не исключая возможности применения иных способов, предусмотренных в законе.

При этом избираемый способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

Нарушение прав истца, исходя из доводов иска, состоит в том, что за счет истца (как она на том настаивает, но что не было подтверждено достаточными доказательствами в рамках настоящего дела) была увеличена стоимость принадлежащего ответчику имущества, то есть фактически истец заявляет о возникновении на ее стороне убытков, равных стоимости неотделимых улучшений. Из изложенного следует, что признание права собственности за истцом на улучшенное имущество не приведет к восстановлению ее нарушенных прав, поскольку действительный интерес истца состоит в разрешении спора относительно возмещения стоимости внесенных неотделимых улучшений, а, значит, истцом был избран ненадлежащий способ защиты, не отвечающий реальным потребностям в защите прав истца и не создающий возможность восстановления этих прав.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что требования истца о признании за ней права на 99/100 доли в праве общей собственности на жилой дом по адресу: <адрес> являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.

Разрешая встречные исковые требования ответчика о возложении на истца обязанности привести жилой дом в первоначальное положение и демонтировать произведенные неотделимые улучшения за счет истца, суд отмечает, что согласно разъяснениям, содержащимся в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд обязывает лицо к сносу самовольно реконструированного недвижимого имущества лишь в том случае, если будет установлено, что объект не может быть приведен в состояние, существовавшее до проведения таких работ.

Учитывая, что ответчик не требовал снести вновь созданный объект недвижимости, а только привести его в первоначальное положение, судом на ответчика было возложено бремя доказывания наличия технической возможности для такого приведения.

С указанной целью по ходатайству ответчика была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, по результатам проведения которой в суд представлено заключение эксперта № 26-ПС-17 от 04.09.2017 года.

Проанализировав указанное заключение, суд подвергает его сомнению и отвергает как недопустимое доказательство, поскольку оно не соответствуют требованиям нормативно-правовых актов, действующих в сфере судебно-экспертной деятельности, а именно нормам Гражданского процессуального кодекса РФ и нормам Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В частности, из определения от 19.06.2017 года о назначении судебной строительно-технической экспертизы следует, что ее проведение было поручено экспертам ООО «Ижевское экспертное бюро». В материалах заключения содержится распоряжение генерального директора ООО «Ижевское экспертное бюро» о поручении проведения экспертизы эксперту ФИО26, которая, будучи допрошенной в судебном заседании, пояснила, что в штате ООО «Ижевское экспертное бюро» она не состоит, а трудоустроена в другом экспертном учреждении ООО «Оценочная компания имущество-плюс» в должности помощника оценщика. В соответствии с ч. 3 ст. 85 ГПК РФ эксперт вправе привлечь к проведению экспертизы других экспертов, заявив об этом в суд соответствующее ходатайство, однако ходатайств о необходимости привлечения эксперта другого экспертного учреждения в связи с отсутствием штатных экспертов соответствующего профиля от ООО «Ижевское экспертное бюро» не поступало, кандидатура эксперта другого экспертного учреждения в связи с этим со сторонами не согласовывалась, в связи с чем законных оснований для привлечения к проведению экспертизы эксперта ФИО26 не имелось.

Кроме того, как следует из того же распоряжения руководителя ООО «Ижевское экспертное бюро» эксперту ФИО26 им было поручено проведение по настоящему делу оценочной экспертизы, вопреки указаниям определения суда от <дата> о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы.

Тем же определением суда от <дата> разъяснена необходимость отобрания у эксперта подписки о предупреждении его об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта, предусмотренной ст. 307 УК РФ. Из содержания представленного заключения следует, что проведение экспертизы было начато экспертом <дата>, и в тот же день эксперт произвела осмотр спорного жилого помещения. При этом об уголовной ответственности эксперт была предупреждена уже после проведения экспертизы, о чем свидетельствует соответствующая подписка, содержащаяся в заключении, датированная <дата>.

Как установлено заключением № от <дата> эксперт ФИО26 имеет высшее специальное образование по специальности промышленное гражданское строительство, проходила обучение и повышение квалификации по данному направлению, однако фактически, как она сама пояснила, работает в ООО «Оценочная компания имущество-плюс» по направлению оценочной деятельности в должности помощника оценщика и имеет стаж четыре года именно в этой области. Таким образом, назначенная судебная строительно-техническая экспертиза фактически была проведена экспертом, осуществляющим свою деятельность по направлению оценки, а не строительства.

Изложенные процессуальные нарушения, допущенные при проведении назначенной по делу судебной экспертизы, являются существенными и неустранимыми, в связи с чем влекут недопустимость представленного по результатам ее проведения заключения.

Помимо выявленных в заключении № от <дата> процессуальных нарушений, судом также установлено, что и по существу выводы эксперта не могли быть приняты в качестве достоверного доказательства, поскольку являются противоречивыми, в связи с чем вызывают сомнения в их обоснованности. Так, в ответе на первый вопрос эксперт указала, что приведение жилого дома в первоначальное положение с технической точки зрения возможно, но при этом будет нанесен значительный ущерб имуществу и функциональному назначению объекта, а также могут появиться недопустимые дефекты и повреждения несущих ограждающих конструкций, способствующих развитию аварийного технического состояния строительных конструкций объекта в целом.

По мнению суда, вывод о возможности приведения объекта в первоначальное положение допустимо постановить лишь тогда, когда в результате такого приведения сохранится возможность использования данного объекта по его прямому назначению, то есть в случае с жилым домом – для проживания в нем граждан. Однако эксперт, однозначно утверждая о наличии технической возможности приведения спорного жилого дома в первоначальное положение, одновременно с этим фактически констатирует тот факт, что его невозможно будет использовать по назначению, поскольку при этом ему будет нанесен значительный ущерб, способствующий развитию аварийного состояния.

Объяснениями эксперта, проводившего судебную экспертизу, которые были даны ею в судебном заседании, указанные противоречия не устранены. Более того, в судебном заседании эксперт пояснила, что для дачи обоснованного ответа на поставленный судом вопрос о наличии технической возможности приведения жилого дома в первоначальное состояние требовались дополнительные исследования, для выполнения которых она не обладает необходимыми познаниями.

С учетом изложенного, данное заключение судебной строительно-технической экспертизы не принято в качестве надлежащего, допустимого и достоверного доказательства по делу.

В связи с этим ответчику судом было разъяснено право ходатайствовать о назначении по делу повторной строительно-технической экспертизы, предусмотренное ст. 87 ч. 2 ГПК РФ, однако соответствующего ходатайства от ответчика не поступило, он согласился на вынесение решения по имеющимся доказательствам.

Иных доказательств, которые бы с достоверностью свидетельствовали о наличии технической возможности для приведения спорного объекта недвижимости в первоначальное положение ответчиком не представлено.

Недоказанность тех обстоятельств, на которые ссылался ответчик в обоснование встречных исковых требований, является основанием к отказу в их удовлетворении.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО6 о признании права собственности на жилое помещение – оставить без удовлетворения.

Встречные исковые требования ФИО6 к ФИО1 о возложении обязанности привести жилой дом в первоначальное положение – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики (через Первомайский суд г. Ижевска) в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение суда принято «31» октября 2017 года.

Судья: Т.О. Фокина