Апелляционное постановление № 10-3/2021 от 11 марта 2021 г. по делу № 10-3/2021

дело №10-3/2021


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

пос. Адамовка

Резолютивная часть объявлена 12 марта 2021 года

Мотивированное постановление изготовлено 15 марта 2021 года

Адамовский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Абдулова М.К.,

при секретаре судебного заседания Супрун В.Е.,

с участием государственного обвинителя Панова А.Н.,

представителя потерпевшего ФИО7,

осужденного ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании в апелляционном порядке

уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного ФИО8.М.И. – адвоката Богатырева.М.Е. на приговор мирового судьи судебного участка № 2 Адамовского района Оренбургской области от 29 декабря 2020 года, которым

ФИО8.М.И., родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, владеющий русским языком, состоящий в зарегистрированном браке, имеющий на иждивении троих детей, имеющий основное общее образование, работающий скотником в СПК «Комсомольский», зарегистрированный и фактически проживающий по адресу: <адрес>, ранее не судимый,

признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 160 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 8000 рублей,

У С Т А Н О В И Л :

приговором мирового судьи судебного участка № 2 Адамовского района Оренбургской области от 29 декабря 2020 года ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 8000 рублей.

Не согласившись с указанным приговором, защитником осужденного ФИО8 – адвокатом Богатырёвым М.Е. подана апелляционная жалоба, в которой он считает вынесенный в отношении ФИО8 приговор незаконным и необоснованным, а выводы суда, изложенные в приговоре – немотивированными и несоответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела. Полагает, что суд необоснованно согласился с позицией государственного обвинителя, посчитав предложение о переквалификации действий ФИО8 с ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации смягчением обвинения, а также незаконно признал ФИО8 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с чем просил приговор в отношении ФИО8 отменить.

В дополнении к жалобе защитник осужденного ФИО8 – адвокат Богатырёв М.Е. указал, что переквалификация действий ФИО8 с ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации является не смягчением обвинения, а его ухудшением, поскольку санкция ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде штрафа предусматривает более строгое наказание по сравнению с соответствующей санкцией ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Кроме этого, считает, что в судебном заседании суда первой инстанции фактически сформулировано новое обвинение, отличающееся от предыдущего по субъекту преступления, в связи с этим просил приговор в отношении ФИО8 отменить и оправдать ФИО8 за отсутствием в его действиях состава преступления.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО8 апелляционную жалобу поддержал и просил её удовлетворить. Пояснил, что металлические кормушки он не похищал, умысла на их хищение у него не было.

Государственный обвинитель Панов А.Н. и представитель потерпевшего ФИО7 с доводами жалобы не согласились, просили в её удовлетворении отказать, а приговор мирового судьи судебного участка № 2 Адамовского района Оренбургской области от 29 декабря 2020 года оставить без изменения.

Выслушав стороны и изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Статья 389.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: 1) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; 2) существенное нарушение уголовно-процессуального закона; 3) неправильное применение уголовного закона; 4) несправедливость приговора; 5) выявление обстоятельств, указанных в части первой и пункте 1 части первой. 2 статьи 237 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Анализ материалов настоящего уголовного дела указывает, что приговор постановлен в соответствии с требованиями ст.ст. 303-304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, выводы суда о доказанности вины осужденного основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, надлежащим образом мотивированы.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии с положениями ст. 73 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции установлены верно.

Все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, мировым судьёй были выполнены.

Принимая решение о признании ФИО8 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, мировой судья правильно руководствовался нормами уголовно-процессуального законодательства и пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО8 состава указанного преступления и виновности ФИО8 в его совершении.

Рассматривая дело, мировой судья правильно установил фактические обстоятельства дела и дал им верную юридическую оценку.

Так, мировой судья правильно установил, что ФИО8, работая животноводом в Ордена Ленина СПК «Комсомольский», являясь материально-ответственным лицом, будучи обязанным осуществлять сохранность вверенного имущества согласно договору о полной материальной ответственности от 1 сентября 2009 года, приняв от СПК «Комсомольский» кормушки для животных, которые ему были вверены во временное владение в силу исполнения трудовых обязанностей, установленных п.п. 2.3, 2.4, 2.9 должностных обязанностей животновода, утвержденных председателем СПК «Комсомольский» 14 марта 2016 года, 26 апреля 2019 года в период с 11 часов до 12 часов 15 минут, осуществляя трудовые обязанности, находясь на рабочем месте на территории отделения №5 СПК «Комсомольский», расположенного в 1,5 км западнее <адрес><адрес>, умышленно, с целью безвозмездного изъятия и обращения вверенного ему чужого имущества в свою пользу, из корыстных побуждений, путем присвоения похитил принадлежащие СПК «Комсомольский» кормушки для животных в количестве двух штук, погрузив их в гужевую телегу и перевезя похищенное имущество в хозяйственный двор своего дома по адресу: <адрес>, тем самым распорядился ими по своему усмотрению, где хранил их до момента изъятия сотрудниками ОМВД России по Адамовскому району 21 июня 2019 года. Своими преступными действиями ФИО8 причинил материальный ущерб СПК «Комсомольский» на общую сумму 3833 рубля.

Данные обстоятельства объективно подтверждаются показаниями представителя потерпевшего ФИО7, который при его допросе в судебном заседании показал, что кормушки для животных были выданы ФИО8 на период исполнения им своих трудовых обязанностей. В период летней пастьбы скота указанные кормушки по устному распоряжению специалиста ФИО1 сдаются скотниками для хранения на склад. После изъятия кормушек со двора ФИО8 они хранились на машдворе СПК «Комсомольский», откуда их впоследствии забрали на экспертизу, а затем вернули обратно.

Приведенные показания представителя потерпевшего ФИО7 полностью согласуются с показаниями свидетеля ФИО6, который при его допросе в судебном заседании показал, что в апреле 2019 года в <адрес> встретил по дороге скотника ФИО8, который ехал в телеге, запряженной лошадью. В телеге он увидел две металлические кормушки для кормления животных. На его вопрос ФИО8 пояснил, что везёт указанные кормушки домой. При этом он как председатель СПК разрешения на это ФИО8 не давал. Он сказал ФИО8, что вызовет участкового полиции. Позже в СПК «Комсомольский» была проведена инвентаризация по отделению №5, в ходе которой было выявлено отсутствие двух кормушек для кормления животных, после чего он сообщил об этом участковому полиции. Похищенные кормушки находятся на балансе СПК «Комсомольский» и отражены в бухгалтерском учете.

Факт совершения ФИО8 присвоения двух кормушек также подтверждается показаниями свидетелей ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, содержание которых подробно изложено в приговоре, и письменными доказательствами по делу.

Данные доказательства мировой судья в соответствии с требованиями ст.ст. 17, 87, 88 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации тщательно проверил, сопоставил между собой и дал им правильную оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности - достаточности для разрешения дела по существу и постановления обвинительного приговора.

Допустимость и достоверность доказательств, положенных судьей в основу обвинительного приговора, сомнений не вызывает, доказательства исследованы в судебном заседании с достаточной объективностью, на основе состязательности сторон, что позволило суду принять обоснованное и объективное решение по делу.

В соответствии с требованиями закона мировой судья раскрыл в приговоре содержание доказательств, изложил существо показаний обвиняемого, представителей потерпевшего, свидетелей и сведения, содержащиеся в письменных доказательствах.

Всем доказательствам, приведенным в приговоре, мировой судья дал правильную оценку, с приведением мотивов, по которым он принял в качестве достоверных одни и отверг другие. При этом каких-либо противоречий между приведенными в приговоре доказательствами, влияющих на выводы суда о виновности осужденного ФИО8, не имеется.

Таким образом, исходя из правильно установленных судом фактических обстоятельств уголовного дела, судом первой инстанции было верно установлено, что хищение имущества потерпевшего было совершено ФИО8, являющимся материально-ответственным лицом, принятым на работу скотником, в рабочее время, то есть когда имущество находилось в его правомерном владении и ведении в силу его должностных обязанностей.

Действия ФИО8 были обоснованно квалифицированы мировым судьёй по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку ФИО8 безвозмездно, с корыстной целью, противоправно обратил вверенное ему имущество в свою пользу против воли собственника. При этом присвоение, совершенное ФИО8, считается оконченным с момента, когда он должен был вернуть вверенные ему кормушки, то есть 26 апреля 2019 года.

Об умысле ФИО8 на хищение свидетельствует то обстоятельство, что представитель собственника ФИО6 видел, как ФИО8 везет кормушки себе домой, при этом ФИО6 сделал ФИО8 замечание, предложив ему добровольно вернуть кормушки. Также ФИО6 предупредил ФИО8 о том, что поставит в известность правоохранительные органы в том случае, если он не вернет кормушки, но ФИО8 отказался возвращать кормушки, требование ФИО6 проигнорировал.

Также об умысле ФИО8 на хищение свидетельствует и длительность нахождения кормушек у него во владении (почти два месяца).

ФИО8 не имел права оставлять кормушки себе, поскольку указанное имущество не является его собственностью, собственник не разрешал ему брать и пользоваться данным имуществом.

Не имеет правового значения то обстоятельство, что кто-то из скотников брал кормушки без ведома начальства, поскольку в настоящем деле речь идёт именно о ФИО8, а не о других скотниках, и ФИО8 собственник не разрешал брать кормушки.

Доводы, приведенные в апелляционной жалобе об изменении объема обвинения в отношении ФИО8 и, в связи с этим, ухудшения его положения, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, противоречащими материалам дела, требованиям уголовно-процессуального закона.

Мировым судьёй требования ст. 252 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при переквалификации действий ФИО8 с ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации на ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации не нарушены, судебное разбирательство по делу проведено с соблюдением принципов состязательности сторон и презумпции невиновности. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, из материалов дела не усматривается. Приговор соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании. Нарушения права на защиту не допущено.

Так, ФИО8 изначально обвинялся органами предварительного расследования по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Приговором мирового судьи судебного участка №1 Адамовского района Оренбургской области от 22 мая 2020 года ФИО8 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 7000 рублей. Не согласившись с указанным приговором, ФИО8 подана апелляционная жалоба, в которой он, среди прочего, вынесенный в отношении него приговор посчитал незаконным и необоснованным, поскольку судом при постановлении приговора не учтен тот факт, что он согласно договору о полной материальной ответственности несёт материальную ответственность за вверенное ему имущество, в том числе и для кормушек для скота, в связи с чем кормушки для скота находились в его распоряжении на законных основаниях, поскольку были вверены ему для осуществления соответствующей деятельности.

Апелляционным постановлением Адамовского районного суда Оренбургской области от 11 августа 2020 года апелляционная жалоба ФИО8 на приговор мирового судьи судебного участка № 1 Адамовского района Оренбургской области от 22 мая 2020 года удовлетворена частично. Приговор мирового судьи судебного участка № 1 Адамовского района Оренбургской области от 22 мая 2020 года отменен, дело направлено на новое рассмотрение мировому судье судебного участка №2 Адамовского района Оренбургской области для рассмотрения по существу. Суд апелляционной инстанции дал указание мировому судье, в соответствии с которым при новом рассмотрении дела надлежит дать оценку доводам ФИО8, представителю потерпевшего ФИО7, свидетелей ФИО1, ФИО3, ФИО2 и других лиц, а также договору о полной материальной ответственности о возможном наличии в действиях ФИО8 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации (присвоение).

Из материалов дела следует, что при новом рассмотрении дела ФИО8 также обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Согласно протоколу судебного заседания 28 декабря 2020 года государственный обвинитель в судебном заседании уточнил предъявленное ФИО8 обвинение, просил квалифицировать его действия по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации. Судом был объявлен перерыв в судебном заседании, стороне защиты предоставлено время для подготовки к защите с учетом уточнения обвинения, копия уточнения обвинения вручена государственным обвинителем подсудимому ФИО8 Сторона защиты после перерыва не возражала против рассмотрения дела в данном судебном заседании.

С учетом того, что о возможной квалификации действий ФИО8 по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации изначально заявлял сам ФИО8 в апелляционной жалобе на приговор от 22 мая 2020 года, в судебном заседании 28 декабря 2020 года государственным обвинителем уточнено предъявленное ФИО8 обвинение в порядке ч. 8 ст. 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ФИО8 предлагалось отложить судебное разбирательство на более поздний срок для подготовки своей защиты с учетом уточнения обвинения, но он от этого отказался, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что право ФИО8 на защиту мировым судьей нарушено не было.

Относительно доводов подателя апелляционной жалобы о том, что предъявленное обвинение по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации существенно отличается от обвинения по ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2016 года № 55 "О судебном приговоре" всякое изменение обвинения в суде должно быть обосновано в описательно-мотивировочной части приговора.

Суд вправе изменить обвинение и квалифицировать действия (бездействие) подсудимого по другой статье уголовного закона, по которой подсудимому не было предъявлено обвинение, лишь при условии, если действия (бездействие) подсудимого, квалифицируемые по новой статье закона, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным (частным) обвинителем обвинения, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимого и не нарушает его права на защиту.

Судам следует исходить из того, что более тяжким считается обвинение, когда:

а) применяется другая норма уголовного закона (статья, часть статьи или пункт), санкция которой предусматривает более строгое наказание;

б) в обвинение включаются дополнительные, не вмененные обвиняемому факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, либо увеличивающие фактический объем обвинения, хотя и не изменяющие юридической оценки содеянного.

Существенно отличающимся обвинением от первоначального по фактическим обстоятельствам следует считать всякое иное изменение формулировки обвинения (вменение других деяний вместо ранее предъявленных или преступления, отличающегося от предъявленного по объекту посягательства, форме вины и т.д.), если при этом нарушается право подсудимого на защиту.

Изначально предъявленное ФИО8 обвинение (т. 2 л.д. 89) содержит в себе те же признаки, что и новое обвинение (т. 4 л.д. 12-13), за исключением признака материальной ответственности ФИО8 Признак материальной ответственности работника является необходимым элементом субъекта преступления, предусмотренного ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, а потому его вменение ФИО8 не может расцениваться как нарушающее его права на защиту.

Действия ФИО8, квалифицируемые по новому обвинению, вменялись ему в вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не отличаются по фактическим обстоятельствам от поддержанного государственным обвинителем обвинения, изменение обвинения не ухудшает его положения и не нарушает его права на защиту.

Вновь предъявленное обвинение несущественно отличается от первоначального обвинения по фактическим обстоятельствам (только в части признака материальной ответственности), вменение другого деяния вместо ранее предъявленного не имело место быть, объект посягательства, форма вины остались прежними.

Что касается доводов апеллянта о том, что санкция ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации является более суровой по сравнению с санкцией ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции отмечает, что все виды санкций, предусмотренные ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, более строгие, чем соответствующие санкции ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, за исключением штрафа. Относительно штрафа, санкция по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации более сурова, чем санкция ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, и ч. 1 ст. 158 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации относятся к преступлениям небольшой тяжести, а потому переквалификация обвинения ФИО8 не является более тяжкой, поскольку общая санкция нового обвинения не предусматривает более строгое наказание.

Также ФИО8 в новое обвинение не были включены дополнительные, не вмененные ранее факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления на закон, предусматривающий более строгое наказание, либо увеличивающие фактический объем обвинения, хотя и не изменяющие юридической оценки содеянного.

Таким образом, изменением обвинения право ФИО8 на защиту нарушено не было.

Наказание ФИО8 назначено с соблюдением требований ст.ст. 6 и 60 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Назначенное осужденному наказание соответствует требованиям закона, в том числе требованиям справедливости, и чрезмерно суровым не является.

Выводы суда о виде и размере назначенного ФИО8 наказания в приговоре надлежащим образом мотивированы.

Нарушений уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора мирового судьи по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, по делу не установлено.

С учетом изложенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что приговор мирового судьи подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба защитника Богатырёва М.Е. – без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

приговор мирового судьи судебного участка № 2 Адамовского района Оренбургской области от 29 декабря 2020 года оставить без изменения, а жалобу защитника Богатырева.М.Е. – без удовлетворения.

Постановление суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в порядке, установленном главами 47.1 и 48.1 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий: М.К. Абдулов