Апелляционное определение № 22-968/2025 от 1 декабря 2025 г.

Жигунов А.Х. Дело № 22-968/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нальчик 2 декабря 2025 года.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Кабардино-Балкарской Республики в составе:

председательствующего – судьи Мидова В.М.,

судей Макоева Б.М. и Чеченовой Ф.С.,

при секретаре судебного заседания Тешевой М.Б.,

с участием: прокурора Абазова Т.Р., ФИО2,

представителя потерпевшего – адвоката Тер-Вартановой Н.А. в режиме видеоконференц-связи,

осужденного ФИО3,

его защитника - адвоката Евгажукова Х.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора г. Нальчик Бегидовой З.В. и апелляционную жалобу представителя потерпевшего ФИО24 на приговор Нальчикского городского суда КБР от 23.09.2025, которым

ФИО3, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> КБАССР, гражданин РФ, с высшим образованием, не работающий, женатый, зарегистрированный и проживающий по адресу: КБР, <адрес>, не судимый,

оправдан по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления, на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную в отношении ФИО3, по вступлении приговора в законную силу постановлено отменить.

Судом постановлено признать за ФИО3 право на реабилитацию в соответствии со ст. ст. 133-137 УПК РФ, разъяснить ему права на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, предусмотренные ст. ст. 1070, 1100 ГК РФ.

В удовлетворении гражданского иска АО «<данные изъяты>» к ФИО3 о взыскании суммы материального ущерба, причиненного преступлением, в размере 6 723 362,18 рублей, постановлено отказать.

По вступлении приговора в законную силу, постановлено отменить меры, принятые по обеспечению исполнения наказания в виде штрафа, по обеспечению гражданского иска и возможной конфискации имущества, принятые по постановлению Нальчикского городского суда КБР от 10.06.2021, в виде наложения ареста на имущество ФИО3: жилое здание, площадью 55,6 кв.м., расположенное по адресу: КБР, <адрес>, кадастровый №; жилое здание, площадью 304,4 кв.м., расположенное по адресу: КБР, <адрес>, кадастровый №; земельный участок под индивидуальную жилую застройку, площадью 558 кв.м., расположенное по адресу: КБР, <адрес>, кадастровый №; автоприцеп «GODDEERIS», 1989 года выпуска, государственные регистрационные знаки №; на расходные операции по счетам ФИО3, открытым: в ООО «<данные изъяты>» №; в АО «<данные изъяты>» №; в АО «<данные изъяты>» №; в ООО «<данные изъяты>» №; в ПАО «<данные изъяты>» № и №; автомобиль марки «Лексус» модели «LX 570», 2008 года выпуска, государственные регистрационные знаки №, зарегистрированный на супругу ФИО3 - Свидетель №8

По делу решён вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Макоева Б.М., выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО3 приговором суда оправдан по предъявленному обвинению в присвоении, то есть хищении чужого имущества, вверенного виновному, совершенном группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Обвинение, предъявленное ФИО3, изложено в приговоре.

В судебном заседании ФИО3 не признал себя виновным в совершении инкриминируемого ему преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель – помощник прокурора г. Нальчик Бегидова З.В. просит приговор отменить, ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, в связи с неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора, уголовное дело направить на новое рассмотрение в тот же суд, в ином составе суда.

Ссылаясь на Постановление Пленума Верховного суда РФ от 29.11.2016 N 55 «О судебном приговоре», указывает, что выводы суда об отсутствии состава преступления в действиях ФИО3 основаны лишь на предположениях и показаниях самого подсудимого, при этом в приговоре объективной оценки не дано другим доказательствам, добытым как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного заседания. При вынесении приговора суд принял во внимание показания подсудимого, и отверг показания свидетелей, а также доказательства, представленные стороной обвинения.

Считает, что суд подошел к оценке доказательств односторонне и не дал должной оценки показаниям свидетелей, данных ими в ходе предварительного следствия в совокупности с другими доказательствами, представленными стороной обвинения. Допрошенная дважды в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля Свидетель №1 в своих показаниях подробно изложила неопровержимые факты, изобличающие ФИО3 в совершении преступления. Однако суд должной оценки этим показаниям не дал, как не дал правильной оценки и остальным свидетельским показаниям. Давая им оценку, суд, приведя при этом показания свидетелей в приговоре в полном объеме, сослался лишь на отдельные, вырванные из контекста, фрагменты свидетельских показаний, несмотря на то, что в целом показания свидетелей полностью подтверждают виновность ФИО3 При этом, к показаниям свидетеля Свидетель №7, на которых основаны выводы суда, следовало отнестись критически, учитывая, что он является сыном подсудимого, а также тот факт, что по другому уголовному делу он также обвиняется в хищении имущества АО «<данные изъяты>». Показания свидетелей защиты ФИО11 и ФИО12 не имеют связи с описанными в приговоре обстоятельствами, которые суд посчитал установленными, с изложенными судом мотивами принятого решения.

Ряд доказательств, содержащихся в материалах дела, на которые ссылалась сторона обвинения, получили однобокую оценку суда, а именно: заключение почерковедческой судебной экспертизы № от 08.04.2021 (т. 8 л.д. 72-78); протокол осмотра места происшествия от 12.11.2020 с фототаблицей (т. 4 л.д. 214-221); протокол осмотра предметов с фототаблицей от 12.10.2020 (т. 4 л.д. 171-194); протокол осмотра предметов с фототаблицей от 21.10.2020 (т. 4 л.д. 199-210); протокол осмотра предметов с фототаблицей от 08.12.2020 (т. 5 л.д. 21-39); протокол осмотра предметов с фототаблицей от 14.12.2020 (т. 5 л.д. 229-250); протокол осмотра предметов от 16.12.2020 (т. 7 л.д. 1-4); протокол осмотра предметов от 27.05.2021 (т. 10 л.д. 1-11); протокол обыска в жилище обвиняемого ФИО3 от 11.06.2021 (т. 10 л.д. 29-33); протокол выемки от 07.10.2020 (т. 4 л.д. 103-105); протокол выемки с фототаблицей от 12.12.2020 (т. 5 л.д. 73-76); протокол выемки с фототаблицей от 16.12.2020 (т. 6 л.д. 23-25); протокол выемки от 26.05.2021 (т. 9 л.д. 116-120).

Суд дал оценку перечисленным доказательствам вне их связи друг с другом и свидетельскими показаниями, не принимая во внимание, что каждое из этих доказательств является частью совокупности доказательств. В результате, суд в обжалуемом приговоре пришел к необоснованному выводу о том, что эти доказательства не подтверждают виновность ФИО3 в хищении денежных средств путем присвоения и не доказывают его причастность к совершению преступления.

Давая оценку блокнотам, представленным Свидетель №1 следствию и изъятым у нее, суд посчитал, что достоверность содержания этих блокнотов никем и ничем не подтверждена, указав, что данные блокноты не соответствуют никаким формам бухгалтерской отчетности, Свидетель №1 заводила и заполняла их бесконтрольно, придумав собственную форму ведения бухгалтерской отчетности.

Не может согласиться с данными выводами суда, поскольку то обстоятельство, что эти блокноты не соответствуют установленным формам бухгалтерской отчетности, не уменьшает их доказательственного значения. При этом суд не дал оценки тому обстоятельству, что подписи ФИО3 и Свидетель №7 в этих блокнотах подтверждают получение ими денежных средств из кассы склада, а также тому обстоятельству, что содержание этих блокнотов прямо объясняет причины возникновения недостачи в кассе склада. Признав недостоверным содержание блокнотов, суд также необоснованно посчитал недостоверными ответы эксперта, основанные на содержании данных блокнотов.

Между тем, показаниями допрошенной в судебном заседании старшего эксперта отдела бухгалтерских и строительно-технических экспертиз и исследований ЭКЦ МВД по КБР ФИО13 были подтверждены соблюдение требований закона при производстве экспертизы и обоснованность выводов, содержащихся в заключении эксперта.

Суд также дал неправильную и необоснованную оценку аудиозаписи разговора ФИО3 и Свидетель №1, имевшего место 24.01.2017, посчитав, что ее содержание не подтверждает причастность ФИО3 к хищению денежных средств из кассы склада. При этом суд не дал оценки тому обстоятельству, что на аудиозаписи ФИО3 подтверждает получение денежных средств из кассы.

Вопреки выводам суда, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, влекущие признание протокола осмотра и прослушивания фонограммы от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством, не были установлены в судебном заседании.

Участие подозреваемой Свидетель №1 в ходе осмотра и прослушивания фонограммы, которая как лицо, участвовавшее в содержащемся на аудиозаписи разговоре, была обоснованно приглашена следователем для пояснений, не противоречит процессуальному закону.

Раздельное участие подозреваемой Свидетель №1 и переводчика ФИО16 на протяжении проведения данного следственного действия также не является процессуальным нарушением, влекущим признание протокола недопустимым доказательством.

Полагает, что не допросив понятых ФИО14 и ФИО15 в судебном заседании, суд сделал преждевременный вывод о том, что фактическое присутствие понятых при проведении следственного действия не подтверждается, исходя из показаний Свидетель №1 и ФИО16, в то время как из показаний последних, отсутствие понятых при проведении данного следственного действия прямо не следует. Так, допрошенная в качестве свидетеля переводчик ФИО16 показала, что в кабинете, помимо следователя, присутствовали парни и девушки. То обстоятельство, что ФИО16 не поняла, что это понятые, не означает, что последние отсутствовали.

Необоснованным является также вывод суда о необъективном проведении предварительного следствия и участии Свидетель №1 в ведении предварительного расследования по уголовному делу наряду со следователем. Свидетель №1 заключила досудебное соглашение о сотрудничестве, и в связи с этим ее активное способствование предварительному расследованию было правомерным. Соответственно, обоснованным было ее участие в проведенном следователем прослушивании аудиозаписи и в составлении стенограммы, а также ее присутствие при производстве бухгалтерской экспертизы, тем более что Свидетель №1, как подозреваемая, на основании п. 5 ч. 1 ст. 198 УПК РФ имела право присутствовать с разрешения следователя при производстве судебной экспертизы, давать объяснения эксперту.

При таких обстоятельствах автор апелляционного представления не может согласиться с оправданием ФИО3 по ч. 4 ст. 160 УК РФ, и считает, что совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств вина осужденного в инкриминируемом ему преступлении доказана в полном объеме.

Судом не приведено убедительных мотивов, по которым он отверг доказательства стороны обвинения. Выводы суда носят односторонний характер и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем, такой приговор суда не может быть признан законным и обоснованным.

В апелляционной жалобе представитель потерпевшего ФИО24 просит оправдательный приговор в отношении ФИО3 отменить и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе суда.

С вынесенным судебным актом Акционерное общество «<данные изъяты>» не согласно, считает, что оправдательный приговор не соответствует требованиям законности, обоснованности и справедливости.

Считает, что судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, неправильно применен уголовный закон, выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Вопреки нормам уголовного закона суд не дал объективной оценки каждому доказательству, представленному стороной обвинения, не принял мер к их проверке путем сопоставления с другими доказательствами и не дал беспристрастной оценки всей совокупности доказательств.

ФИО3 в период с 01.07.2015 по 24.04.2020 состоял в трудовых отношениях с АО «<данные изъяты>» в должности директора обособленного подразделения - Склад № <адрес>, что также подтверждается трудовым договором от 18.10.2001 года и дополнительным соглашением от 30.12.2019 года.

Согласно свидетельским показания, полученным как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного заседания ФИО3 характеризуется, как очень жесткий руководитель; он держал коллектив в страхе; без его ведома никто не мог самостоятельно принять решение; в связи с не понимаем 1С Бухгалтерия, требовал предоставлять ему отчеты; создавал негативную атмосферу в коллективе; коллектив был поделен на две группы, первая группа - бухгалтерия и руководство склада в лице ФИО3, вторая группа - все остальные работники склада, ФИО3 запрещал работникам обращаться напрямую в головной офис в <адрес>.

Полагает, что ФИО3, будучи директором склада и наделенным правами и обязанностями, в 2015 году, но не позднее 01.07.2015, точные дата и время следствием не установлены, на территории склада № АО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: КБР, <адрес>, вступил в предварительный преступный сговор с бухгалтером склада Свидетель №1, предложив ей выдавать ему наличные денежные средства из кассы склада, без отражения в учетной системе 1С Бухгалтерия и без составления расходных кассовых ордеров, на что последняя, согласилась на предложение ФИО3, и тем самым вступила с ним в предварительный сговор на совместное совершение данного преступления. ФИО3, реализуя совместный с Свидетель №1, единый, продолжаемый преступный умысел, в период не позднее 01.07.2015 по 24.04.2020, находясь в <адрес>, КБР, более точные места следствием не установлены, действуя согласованно с последней, частично получая с торговой точки (павильона) №, расположенной на территории рынка общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» в <адрес>, КБР, наличные денежные средства в счет оплаты за поставку складом продукции, производимой АО «<данные изъяты>», используя свое служебное положение, не внося их в кассу склада, похищал путем присвоения и распоряжался ими по своему усмотрению, а Свидетель №1, в свою очередь, выполняя отведенную ей в преступлении роль, в указанный период, находясь на арендуемых складом территориях, используя свое служебное положение, частями передала ФИО3 из кассы склада вверенные ей АО «<данные изъяты>» наличные денежные средства, вырученные от реализации продукции, производимой АО «<данные изъяты>», которыми ФИО3 и Свидетель №1 распорядились по своему усмотрению, тем самым, вышеуказанными способами похитив путем присвоения принадлежащие данному обществу денежные средства в особо крупном размере, всего на общую сумму 6 723 362,18 руб., согласно заключениям бухгалтерской судебной экспертизы № от 19.03.2021 и № от 19.04.2021.

При этом, в указанный период, с целью сокрытия от руководителей головного предприятия АО «<данные изъяты>» недостачи вверенных наличных денежных средств, Свидетель №1, используя свое служебное положение и выполняя отведённую ей в преступлении роль, искажала учетные данные в программе 1С Бухгалтерия, корректируя приходные кассовые ордеры, оформленные на поступившие от покупателей склада наличные денежные средства за реализованную продукцию, используя терминал ФИО3 в учетной системе, к которому ей последним был предоставлен доступ, снимала ограничения по отгрузке продукции, установленные для покупателей, имеющих просрочку платежей, отражала полученные от одних покупателей денежные средства на расчетах с другими покупателями, меняла данные приходных кассовых ордеров, а ФИО3, в свою очередь, при проведении плановых и внеплановых инвентаризаций наличных денежных средств в кассе склада, в момент инвентаризации, предоставлял членам комиссии свои личные денежные средства под видом остатка в кассе, после чего забирал их обратно, таким образом, скрывая факт образовавшейся недостачи в результате преступных действий, совершаемых по предварительному сговору с Свидетель №1

Данные обстоятельства также подтверждаются и показаниями Свидетель №1, об обстоятельствах хищения путем присвоения денежных средств по предварительному сговору с ФИО3 в сумме 6 723 362,18 руб., принадлежащих АО «<данные изъяты>» и показаниями представителя потерпевшего ФИО24, свидетелей Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5 Свидетель №6, Свидетель №11, Свидетель №4 Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №15, Свидетель №16, ФИО17, Свидетель №17, Свидетель №13, оглашенными показаниями Свидетель №14, Свидетель №12.

Считает, что вина подсудимого подтверждается собранными предварительным следствием и изученными в судебном заседании материалами уголовного дела, а именно: заключением бухгалтерской судебной экспертизы № от 19.03.2021, заключением дополнительной бухгалтерской судебной экспертизы № от 19.04.2021, заключением почерковедческой судебной экспертизы № от 08.04.2021, протоколом осмотра места происшествия от 12.11.2020 с фототаблицей, протоколом осмотра предметов с фототаблицей от 12.10.2020, протоколом осмотра предметов с фототаблицей от 21.10.2020, протоколом осмотра предметов с фототаблицей от 08.12.2020, протоколом осмотра предметов с фототаблицей от 14.12.2020, протоколом осмотра предметов от 16.12.2020, протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 01.03.2021, протоколом выемки от 07.10.2020, протоколом выемки с фототаблицей от 12.12.2020, протоколом выемки с фототаблицей от 16.12.2020, протоколом выемки от 26.05.2021, протоколом обыска в жилище обвиняемого ФИО3 от 11.06.2021.

Полагает, что органами предварительного следствия действия ФИО3 верно квалифицированы по ч. 4 ст. 160 УК РФ (в редакции Федерального закона от 07.03.2011 № 26-ФЗ) как присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

Не признание вины в судебном заседании ФИО3 лишь свидетельствует о циничности поведения и уверенности в своей безнаказанности, но никоим образом не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления.

Суд не отнёсся критически к показаниям ФИО3, Свидетель №7, Свидетель №8, ФИО18, поскольку они не согласуются с остальными показаниями и письменными доказательствами по делу.

Суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы, в том числе о виновности или невиновности оправданного (п. 2 ст. 389.16 УПК РФ).

Считает, что вина ФИО3 в ходе судебного заседания доказана, как показаниями свидетелей, так и совокупностью собранных материалов уголовного дела и действиям его дана правильная юридическая оценка.

Принимая во внимание несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, с учетом существенных нарушений уголовно-процессуального закона, допущенных судом, оспариваемый приговор нельзя признать законным и обоснованным, он подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но иным составом суда.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к выводу об отмене приговора суда в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, поскольку выводы суда содержат существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о невиновности оправданного.

В соответствии со ст. ст. 389.15, 389.16, 389.17 УПК РФ основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения, а также несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, в том числе, если выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Кроме того, как следует из положений п. 4 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

Согласно ч. 2 ст. 389.24 УПК РФ оправдательный приговор может быть отменен судом апелляционной инстанции с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего на незаконность и необоснованность оправдания подсудимого.

В соответствии с положениями ч. 2 ст. 305 УПК РФ не допускается включение в оправдательный приговор формулировок, ставящих под сомнение невиновность оправданного.

Согласно требованиям ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, который признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что данные требования уголовно-процессуального закона выполнены судом первой инстанции не в полной мере, поскольку, перечислив в приговоре доказательства, представленные стороной обвинения, суд в нарушение п. 4 ч. 1 ст. 305 УПК РФ, суд не дал им надлежащей оценки как каждому в отдельности, так и в их совокупности, посчитав их недостаточными для подтверждения обвинения, а некоторые из них признав недопустимыми.

Органами предварительного расследования ФИО3 обвиняется в том, что будучи директором Склада № АО «<данные изъяты>» (далее - Склад), располагавшегося с 01.01.2011 по 08.06.2016 по адресу: КБР, <адрес>, с 08.06.2016 по 25.12.2017 - по адресу: КБР, <адрес>, а с 25.12.2017 расположенном по адресу: КБР, <адрес>, осуществляющего деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации, нормативно-правовыми актами органов государственной власти Российской Федерации и субъекта Российской Федерации, уставом АО «<данные изъяты>», Положением об обособленном подразделении – Склад № АО «<данные изъяты>», решениями, указаниями и иными нормативно-распорядительными документами, решениями полномочных органов управления АО «<данные изъяты>» и заключенными договорами, которые создают для обособленных подразделений соответствующие и непосредственные права и обязанности, в 2015 году, но не позднее 01.07.2015, точные дата и время следствием не установлены, на территории Склада № АО «<данные изъяты>», расположенной по адресу: КБР, <адрес>, из корыстных побуждений, осознавая противоправность своих действий, в целях незаконного обогащения, решил похитить с использованием своего служебного положения, путем присвоения, вверенные ему АО «<данные изъяты>» денежные средства в особо крупном размере, для чего вступил в предварительный преступный сговор с бухгалтером Склада Свидетель №1, предложив ей выдавать ему наличные денежные средства из кассы Склада, без отражения в учетной системе 1С Бухгалтерия и без составления расходных кассовых ордеров, на что последняя, из корыстных побуждений, осознавая противоправность своих действий, будучи материально ответственным лицом и достоверно зная, что в соответствии с Федеральным законом «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ, каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом, в нарушение требования Указания Центрального Банка России от 11.03.2014 №-У «О порядке ведения кассовых операций юридическими лицами в упрощенном порядке ведения кассовых операций, индивидуальными предпринимателями и субъектами малого предпринимательства», согласно которому выдача наличных денег должна проводиться по расходным кассовым ордерам, согласилась на предложение ФИО3, и тем самым вступила с ним в предварительный сговор на совместное совершение данного преступления.

ФИО3, реализуя совместный с Свидетель №1, единый, продолжаемый преступный умысел, в период не позднее с 01.07.2015 по 24.04.2020, находясь в <адрес>, КБР, более точные места следствием не установлены, действуя согласованно с Свидетель №1, частично получая с торговой точки (павильона) №, расположенной на территории рынка Общества с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» в <адрес>, КБР, наличные денежные средства в счет оплаты за поставку Складом продукции, производимой АО «<данные изъяты>», используя свое служебное положение, не внося их в кассу Склада, похищал путем присвоения и распоряжался ими по своему усмотрению, а Свидетель №1, в свою очередь, выполняя отведенную ей в преступлении роль, в указанный период, находясь на арендуемых Складом территориях, располагавшихся с 01.01.2011 по 08.06.2016 по адресу: КБР, <адрес>, с 08.06.2016 по 25.12.2017 - по адресу: КБР, <адрес>, ул. <адрес>, 13 и с ДД.ММ.ГГГГ - по адресу: КБР, <адрес>, используя свое служебное положение, частями передала ФИО3 из кассы Склада вверенные ей АО «<данные изъяты>» наличные денежные средства, вырученные от реализации продукции, производимой АО «<данные изъяты>», которыми ФИО3 и Свидетель №1 распорядились по своему усмотрению, тем самым, вышеуказанными способами похитив путем присвоения принадлежащие данному обществу денежные средства в особо крупном размере, всего на общую сумму 6 723 362,18 руб. (согласно заключению бухгалтерской судебной экспертизы № от 19.03.2021 и заключению бухгалтерской судебной экспертизы № от 19.04.2021).

При этом, в указанный период, с целью сокрытия от руководителей головного предприятия АО «<данные изъяты>» недостачи вверенных наличных денежных средств и обеспечения для себя возможности совершения их хищения, Свидетель №1, используя свое служебное положение и выполняя отведенную ей в преступлении роль, искажала учетные данные в программе 1С Бухгалтерия, корректируя приходные кассовые ордеры, оформленные на поступившие от покупателей Склада наличные денежные средства за реализованную продукцию, используя терминал ФИО3 в учетной системе, к которому ей последним был предоставлен доступ, снимала ограничения по отгрузке продукции, установленные для покупателей, имеющих просрочку платежей, отражала полученные от одних покупателей денежные средства на расчетах с другими покупателями, меняла данные приходных кассовых ордеров, а ФИО3, в свою очередь, при проведении плановых и внеплановых инвентаризаций наличных денежных средств в кассе Склада, в момент инвентаризации, предоставлял членам комиссии свои личные денежные средства под видом остатка в кассе, после чего забирал их обратно, таким образом, скрывая факт образовавшейся недостачи в результате преступных действий, совершаемых по предварительному сговору с Свидетель №1

Таким образом, ФИО3 и Свидетель №1, по предварительному сговору, в <адрес>, КБР, в период не позднее с 01.07.2015 по 24.04.2020, более точные даты и время следствием не установлены, с использованием своего служебного положения, путем присвоения похитили вверенные им денежные средства, принадлежащие АО «<данные изъяты>» в особо крупном размере, на общую сумму 6 723 362,18 руб., которыми распорядились по своему усмотрению, причинив данному обществу ущерб на указанную сумму.

Описанные действия ФИО1 органом предварительного следствия квалифицированы по ч. 4 ст. 160 УК РФ (в редакции Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 26-ФЗ), по признакам: «Присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере».

По приговору суда, как указано в его описательной части, ФИО3 оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, за отсутствием в его действиях состава указанного преступления (абзац 1 на листе 6 приговора).

Оправдывая ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, суд указал, что в судебном заседании установлено, что в период времени, начиная с неустановленной даты по 24.04.2020 Свидетель №1, занимая должность бухгалтера Склада № АО «<данные изъяты>», фактически исполняя также обязанности кассира Склада, находясь в <адрес> на территории, занимаемой указанным Складом, принимая с торговой точки (павильона) №, расположенной на территории рынка «<данные изъяты>» в <адрес> КБР, наличные денежные средства в счет оплаты за поставку Складом продукции, производимой АО «<данные изъяты>», используя свое служебное положение, не внося указанные денежные средства в полном объеме в кассу Склада, изымала их из кассы и распоряжалась ими по своему усмотрению, тем самым, вышеуказанными способами похищала путем присвоения вверенные наличные денежные средства, вырученные от реализации продукции, производимой АО «<данные изъяты>».

При этом, в указанный период, с целью сокрытия от руководителей Склада № и головного предприятия АО «<данные изъяты>» недостачи вверенных наличных денежных средств и обеспечения для себя возможности совершения их хищения, Свидетель №1, используя свое служебное положение, без ведома директора Склада № АО «<данные изъяты>» ФИО3, искажала учетные данные в программе 1С:Бухгалтерия, корректируя приходные кассовые ордеры, оформленные на поступившие от покупателей Склада наличные денежные средства за реализованную продукцию, используя терминал ФИО3 в учетной системе, снимала ограничения по отгрузке продукции, установленные для покупателей, имеющих просрочку платежей, отражала полученные от одних покупателей денежные средства на расчетах с другими покупателями, меняла данные приходных кассовых ордеров, скрывая тем самым факт образовавшейся недостачи.

Установив изложенные обстоятельства, суд пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, то есть по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Вместе с тем, в резолютивной части приговора указывается об оправдании ФИО3 по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления, на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, то есть по иному основанию, предусмотренному уголовно-процессуальным законодательством, вследствие чего, приговор содержит противоречие в выводах суда.

Согласно требованиям ст. 307 УПК РФ, выводы суда, изложенные в приговоре, не должны содержать противоречий, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, а так же на правильность применения уголовного закона.

Как следует из положений ч. 1 ст. 88 УПК РФ, каждое доказательство подлежит оценке судом с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

Исходя из указанных требований закона, в приговоре должен быть приведен всесторонний анализ доказательств, которыми суд обосновал свои выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого.

При рассмотрении дела в отношении ФИО3 указанные положения закона судом в полной мере не выполнены.

Так, органы предварительного следствия в обоснование предъявленного ФИО3 сослались на ряд доказательств, которые приведены в обвинительном заключении.

Выводы суда об отсутствии состава преступления в действиях ФИО3 и его непричастности к преступлению, основаны на предположениях и показаниях самого ФИО3, при этом в приговоре объективной оценки не дано другим доказательствам, исследованным в ходе судебного разбирательства. Суд не дал должной оценки и отверг доказательства, представленные стороной обвинения, в том числе: показания представителя потерпевшего ФИО24; показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №5 Свидетель №6, Свидетель №11, Свидетель №9, Свидетель №10, Свидетель №15, Свидетель №16, ФИО17, Свидетель №17, Свидетель №13, оглашенные показании Свидетель №14, Свидетель №12; показания эксперта ФИО13; заключение почерковедческой судебной экспертизы № от 08.04.2021; протокол осмотра места происшествия от 12.11.2020 с фототаблицей; протокол осмотра предметов с фототаблицей от 12.10.2020; протокол осмотра предметов с фототаблицей от 21.10.2020; протокол осмотра предметов с фототаблицей от 08.12.2020; протокол осмотра предметов с фототаблицей от 14.12.2020; протокол осмотра предметов от 16.12.2020; протокол осмотра предметов от 27.05.2021; протокол обыска в жилище обвиняемого ФИО3 от 11.06.2021; протокол выемки от 07.10.2020; протокол выемки с фототаблицей от 12.12.2020; протокол выемки с фототаблицей от 16.12.2020; протокол выемки от 26.05.2021.

Перечисленным доказательствам не дано надлежащей оценки путём сопоставления их как между собой, так и с остальной совокупностью доказательств, представленных сторонами и исследованными в судебном заседании, среди которых, также содержатся: заключение бухгалтерской судебной экспертизы № от 19.03.2021; заключение дополнительной бухгалтерской судебной экспертизы № от 19.04.2021; протокол осмотра предметов от 16.12.2020; протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 01.03.2021; протокол выемки от 07.10.2020; протокол выемки с фототаблицей от 12.12.2020; протокол выемки с фототаблицей от 16.12.2020; протокол выемки от 26.05.2021; протокол обыска в жилище обвиняемого ФИО3 от 11.06.2021.

Отвергая как доказательства, блокноты, представленные Свидетель №1 органам следствия, суд указал, что они не соответствуют никаким формам бухгалтерской отчетности, Свидетель №1 заводила и вела их бесконтрольно, придумав собственную форму ведения бухгалтерской отчетности. Вместе с тем, судом не учтено их доказательственное значение, обстоятельства, изложенные в этих блокнотах, не проанализированы надлежащим образом и должной оценки не получили, как и ответы эксперта, основанные на содержании данных блокнотов.

Аудиозапись разговора ФИО3 с Свидетель №1, имевшего место 24.01.2017, из которой следует, что ФИО3 подтверждает получение денежных средств из кассы Склада, как и протокол осмотра и прослушивания фонограммы от 01.03.2021, также не получили должной оценки. Существенных нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих признание указанных доказательств недопустимыми, судом не установлено в судебном заседании.

Без допроса понятых ФИО19 и ФИО15 в судебном заседании, суд сделал преждевременный вывод о том, что фактическое присутствие понятых при проведении следственного действия не подтверждается.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционных представления и жалобы о несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре фактическим обстоятельствам дела, неправильном применении уголовного закона и несправедливости приговора, являются обоснованными.

Исходя из изложенного, суд апелляционной инстанции находит, что выводы суда первой инстанции об отсутствии в действиях ФИО3 состава инкриминируемого ему преступления и его не причастности к совершению преступления, при обстоятельствах, изложенных в обвинительном заключении, содержат существенные противоречия, в том числе противоречат исследованным судом первой инстанции доказательствам, не признанным недостоверными и недопустимыми.

Учитывая, что судом первой инстанции при постановлении приговора об оправдании ФИО3 по ч. 4 ст. 160 УК РФ были допущены существенные противоречия, которые повлияли на решение вопроса о его невиновности, не были учтены все обстоятельства, которые могли существенно повлиять на оценку обоснованности предъявленного подсудимому обвинения, суд приходит к выводу о необходимости отмены состоявшегося судебного решения.

В силу положений ч. 3 ст. 50 Конституции Российской Федерации, согласно которым каждый осужденный за преступление имеет право на пересмотр приговора вышестоящим судом в порядке, установленном федеральным законом, а также по смыслу ч. 2 ст. 389.24 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не вправе отменить оправдательный приговор и постановить обвинительный приговор.

Таким образом, выявленные нарушения уголовно-процессуального законодательства и неправильное применение уголовного закона не могут быть устранены в суде апелляционной инстанции, так как нарушены фундаментальные основы уголовного судопроизводства.

Приговор суда не соответствует положениям ст. 297 УПК РФ, и подлежит отмене по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 3, 4 ст. 389.15 УПК РФ, с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе, в соответствии с ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ.

В ходе нового судебного разбирательства необходимо устранить допущенные судом первой инстанции противоречия, дать всестороннюю оценку доказательствам, представленным как стороной защиты, так и обвинения, на основании которой принять законное и обоснованное решение, правильно применив уголовный закон.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Приговор Нальчикского городского суда КБР от 23.09.2025 в отношении ФИО3 отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе, со стадии судебного разбирательства.

Апелляционные представление и жалобу удовлетворить.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО3 оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл.45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подается непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ.

При этом ФИО3 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий В.М. Мидов

Судьи: Б.М. Макоев

Ф.С. Чеченова