Приговор № 1-81/2018 от 3 сентября 2018 г. по делу № 1-81/2018

Дело № 1-81/2018


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Шумиха

04 сентября 2018 года

Шумихинский районный суд Курганской области в составе председательствующего судьи Пономарева Д.В.,

с участием государственного обвинителя Жилиной С.С.,

подсудимой ФИО1,

защитников подсудимой адвокатов Микрюкова А.А., Мотова Ю.В.,

при секретарях Грязновой Ю.В., Сибрининой В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Шумихе Шумихинского района Курганской области уголовное дело в отношении

ФИО1,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2, ч. 1 ст. 291.2, ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершила 3 (три) служебных подлога, то есть внесения должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из корыстной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 УК РФ), 3 (три) получения взятки лично в размере, не превышающем десяти тысяч рублей.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах.

ФИО1 на основании приказа главного врача МУЗ «Шумихинская ЦРБ» № 72-к от 02.06.2003 назначена на должность фельдшера поликлиники Шумихинской центральной районной больницы.

Согласно дополнительному соглашению к трудовому договору от 01.03.2015 ФИО1 в ГБУ «Шумихинская ЦРБ» осуществляет трудовую деятельность в должности фельдшера, выполняющего функции врача-терапевта участкового в соответствии с должностной инструкцией, являющейся приложением к дополнительному соглашению к трудовому договору.

Согласно должностной инструкции фельдшера, выполняющего функции врача-терапевта участкового ГБУ «Шумихинская ЦРБ», ФИО1 выполняет перечень работ и услуг для диагностики, лечения заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи; осуществляет экспертизу временной нетрудоспособности больных, представление на врачебную комиссию, направление пациентов с признаками стойкой утраты нетрудоспособности для освидетельствования на медико-социальную экспертизу; ведет учетно-отчетную документацию установленного образца.

В соответствии с ч. 2 ст. 59 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» от 21.11.2011 № 323-ФЗ, п. 2 Порядка выдачи листков нетрудоспособности, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 29.06.2011 № 624н «Об утверждении порядка выдачи листов нетрудоспособности», ФИО1 как фельдшер медицинской организации уполномочена на проведение экспертизы временной нетрудоспособности и выдачу гражданам листков нетрудоспособности сроком до десяти календарных дней включительно.

При выдаче листков нетрудоспособности ФИО1 обязана руководствоваться следующими нормативными актами, регламентирующими ее деятельность:

1. Федеральным законом от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», согласно которому:

- ч. 1 ст. 59 - экспертиза временной нетрудоспособности граждан в связи с заболеваниями проводится в целях определения способности работника осуществлять трудовую деятельность.

- ч. 2 ст. 59 - экспертиза временной нетрудоспособности проводится лечащим врачом, который единолично выдает гражданам листки нетрудоспособности сроком до пятнадцати календарных дней включительно;

- ч. 1 ст. 70 - лечащий врач назначается руководителем медицинской организации (подразделения медицинской организации) или выбирается пациентом с учетом согласия врача;

- ч. 2 ст. 70 - лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей;

- ч. 5 ст. 70 - лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента;

- ч. 1 ст. 73 - медицинские работники осуществляют свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации, руководствуясь принципами медицинской этики и деонтологии.

- п. 1 ч. 2 ст. 73 - медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями.

2. Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 29.06.2011 № 624н «Об утверждении Порядка выдачи листков нетрудоспособности», согласно которому:

- п. 1 - листок нетрудоспособности выдается застрахованным лицам, являющимся гражданами Российской Федерации, указанным в статье 2 Федерального закона от 29.12.2006 № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством»;

- п. 2 - выдача листков нетрудоспособности осуществляется лицами, имеющими в соответствии с законодательством Российской Федерации о лицензировании лицензию на медицинскую деятельность, включая работы (услуги) по экспертизе временной нетрудоспособности; листок нетрудоспособности выдают медицинские работники указанных лиц, в том числе лечащие врачи медицинских организаций;

- п. 4 - выдача листков нетрудоспособности осуществляется при предъявлении документа, удостоверяющего личность;

- п. 5 - выдача и продление листка нетрудоспособности осуществляется медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного (стационарного) больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы; бланки листков нетрудоспособности регистрируются в первичной медицинской документации с указанием их номера, даты выдачи и продления, выписки гражданина на работу, сведений о направлении гражданина в другую медицинскую организацию;

- п. 6 - листок нетрудоспособности выдается гражданину медицинской организацией по его желанию в день обращения либо в день закрытия листка нетрудоспособности;

- п. 9 - порядок обеспечения бланками листков нетрудоспособности, их учета и хранения осуществляется в соответствии с Приказом Фонда социального страхования Российской Федерации и Министерства здравоохранения Российской Федерации от 29.01.2004 № 18/29 «Об утверждении Инструкции о порядке обеспечения бланками листков нетрудоспособности, их учета и хранения» (зарегистрирован Минюстом России 19 февраля 2004 № 5573) с изменениями, внесенными Приказом Минздравсоцразвития России и Фонда социального страхования Российской Федерации от 23.07.2004 № 42/130 (зарегистрирован Минюстом России 03.08.2004 № 5956);

- п. 10 - проверка соблюдения установленного порядка выдачи, продления и оформления листков нетрудоспособности осуществляется Фондом социального страхования Российской Федерации в порядке, установленном уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

- п. 11 - при амбулаторном лечении заболеваний (травм), отравлений и иных состояний, связанных с временной потерей гражданами трудоспособности, лечащий врач единолично выдает гражданам листки нетрудоспособности сроком до 15 календарных дней включительно;

- п. 14 - при заболеваниях, когда лечение осуществляется в амбулаторно-поликлинических условиях, листок нетрудоспособности выдается в день установления временной нетрудоспособности на весь период временной нетрудоспособности, включая нерабочие праздничные и выходные дни.

Не допускается выдача и продление листка нетрудоспособности за прошедшие дни, когда гражданин не был освидетельствован медицинским работником.

Выдача и продление листка нетрудоспособности за прошедшее время может осуществляться в исключительных случаях по решению врачебной комиссии при обращении гражданина в медицинскую организацию или посещении его медицинским работником на дому;

- п. 15 - гражданам, обратившимся за медицинской помощью после окончания рабочего времени (смены), по их желанию, дата освобождения от работы в листке нетрудоспособности может быть указана со следующего календарного дня;

- п. 26 - листок нетрудоспособности не выдается гражданам, обратившимся за медицинской помощью в медицинскую организацию, если у них не выявлено признаков временной нетрудоспособности.

Таким образом, ФИО1 являлась должностным лицом учреждения здравоохранения, наделенным в установленном законом порядке организационно - распорядительными полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия.

19.06.2017 в период с 08 часов до 17 часов Л., работающий в должности заведующего фельдшерско-акушерским пунктом - фельдшером в с. Карандашово Шумихинского района Курганской области и по совместительству медицинским братом отделения приемного покоя ГБУ «Шумихинская ЦРБ», обратился к ранее знакомой ФИО1 с просьбой о выдаче за вознаграждение фиктивного листка нетрудоспособности на имя Т. сроком на 5 календарных дней, с 19.06.2017 по 23.06.2017, с целью удостоверения его временной нетрудоспособности и получения временного освобождения от работы.

ФИО1 приняла предложение Л., после чего 19.06.2017 в период с 08 часов до 17 часов, находясь в служебном кабинете поликлиники ГБУ «Шумихинская ЦРБ», расположенной по адресу: <...>, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, с целью незаконного получения вознаграждения в виде взятки за совершение заведомо незаконных действий, зная порядок выдачи листков нетрудоспособности, установленный Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 29.06.2011 № 624н «Об утверждении порядка выдачи листов нетрудоспособности», согласно п. 5 которого выдача и продление листка нетрудоспособности осуществляется медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы, исполняя свои должностные обязанности, направленные на оказание медицинской помощи гражданам, пользуясь тем, что оформление и выдача листков нетрудоспособности входит в ее служебные полномочия, в нарушение вышеуказанных нормативно-правовых актов и должностной инструкции, осознавая общественную опасность своих действий в виде нарушения нормального функционирования государственного учреждения, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий, желая их наступления, осознавая, что обязана провести медицинский осмотр Т. и осуществить запись данных его здоровья в медицинской карте амбулаторного больного, фактически не провела медицинский осмотр Т., экспертизу его временной нетрудоспособности, внесла заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения в медицинскую карту амбулаторного больного №6620 на имя Т., являющуюся официальным документом, указав, что у последнего диагностировано заболевание «***», препятствующее выполнению трудовой деятельности по месту работы.

На основании заведомо ложных сведений, внесенных в амбулаторную карту Т., ФИО1 19.06.2017 в период с 08 часов до 17 часов, находясь в служебном кабинете поликлиники ГБУ «Шумихинская ЦРБ», расположенной по адресу: <...>, используя свои должностные полномочия, умышленно внесла в листок нетрудоспособности №264 381 746 047 на имя Т., являющийся официальным документом (форма которого утверждена приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 26.04.2011 № 347н «Об утверждении формы бланка листка нетрудоспособности»), заведомо ложные сведения о причине нетрудоспособности (заболевание) Т., сроком на 5 календарных дней, с 19.06.2017 по 23.06.2017, удостоверив указанные в листке нетрудоспособности заведомо ложные сведения своей собственноручной подписью, придав ему статус официального документа, удостоверяющего юридически значимые факты и события.

27.06.2017 около 15 часов 29 минут ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью незаконного получения денежного вознаграждения и обогащения, за совершение незаконных действий, получила лично от Л. взятку в виде денег путем перевода с банковской карты, принадлежащей Л., на банковскую карту, принадлежащую ФИО1, денежных средств в сумме 1 000 рублей, из которых 500 рублей в качестве вознаграждения за совершение незаконных действий в интересах Т., а именно выдачу фиктивного листка нетрудоспособности на его имя.

Вышеуказанные умышленные незаконные действия ФИО1 явились основанием для незаконного освобождения Т. от работы на период с 19.06.2017 по 23.06.2017.

20.06.2017 в период с 08 часов до 17 часов Л., работающий в должности заведующего фельдшерско-акушерским пунктом - фельдшером в с. Карандашово Шумихинского района Курганской области и по совместительству медицинским братом отделения приемного покоя ГБУ «Шумихинская ЦРБ», обратился к ранее знакомой ФИО1 с просьбой о выдаче за вознаграждение фиктивного листка нетрудоспособности на имя П. сроком на 4 календарных дня, с 20.06.2017 по 23.06.2017, с целью удостоверения его временной нетрудоспособности и получения временного освобождения от работы.

ФИО1 приняла предложение Л., после чего 20.06.2017 в период с 08 часов до 17 часов, находясь в служебном кабинете поликлиники ГБУ «Шумихинская ЦРБ», расположенной по адресу: <...>, являясь должностным лицом, действуя умышленно, из корыстной заинтересованности, с целью незаконного получения вознаграждения в виде взятки за совершение заведомо незаконных действий, зная порядок выдачи листков нетрудоспособности, установленный Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 29.06.2011 № 624н «Об утверждении порядка выдачи листов нетрудоспособности», согласно п. 5 которого выдача и продление листка нетрудоспособности осуществляется медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы, исполняя свои должностные обязанности, направленные на оказание медицинской помощи гражданам, пользуясь тем, что оформление и выдача листков нетрудоспособности входит в ее служебные полномочия, в нарушение вышеуказанных нормативно-правовых актов и должностной инструкции, осознавая общественную опасность своих действий в виде нарушения нормального функционирования государственного учреждения, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий, желая их наступления, осознавая, что обязана провести медицинский осмотр П. и осуществить запись данных его здоровья в медицинской карте амбулаторного больного, фактически не провела медицинский осмотр П., экспертизу его временной нетрудоспособности, и внесла заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения в медицинскую карту амбулаторного больного №35743 на имя П., являющуюся официальным документом, указав, что у последнего диагностировано заболевание «***», препятствующее выполнению трудовой деятельности по месту работы.

На основании заведомо ложных сведений, внесенных в амбулаторную карту П., ФИО1 20.06.2017 в период с 08 часов до 17 часов, находясь в служебном кабинете поликлиники ГБУ «Шумихинская ЦРБ», расположенной по адресу: <...>, используя свои должностные полномочия, умышленно внесла в листок нетрудоспособности №264 381 762 794 на имя П., являющийся официальным документом (форма которого утверждена приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 26.04.2011 № 347н «Об утверждении формы бланка листка нетрудоспособности»), заведомо ложные сведения о причине нетрудоспособности (заболевание) П., сроком на 4 календарных дня, с 20.06.2017 по 23.06.2017, удостоверив указанные в листке нетрудоспособности заведомо ложные сведения своей собственноручной подписью, придав ему статус официального документа, удостоверяющего юридически значимые факты и события.

27.06.2017 около 15 часов 29 минут ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью незаконного получения денежного вознаграждения и обогащения, за совершение незаконных действий, получила лично от Л. взятку в виде денег путем перевода с банковской карты, принадлежащей Л., на банковскую карту, принадлежащую ФИО1, денежных средств в сумме 1 000 рублей, из которых 500 рублей в качестве вознаграждения за совершение незаконных действий в интересах П., а именно выдачу фиктивного листка нетрудоспособности на его имя.

Вышеуказанные умышленные незаконные действия ФИО1 явились основанием для незаконного освобождения П. от работы на период с 20.06.2017 по 23.06.2017.

10.07.2017 в период с 08 часов до 17 часов Л., работающий в должности заведующего фельдшерско-акушерским пунктом - фельдшером в с. Карандашово Шумихинского района Курганской области и по совместительству медицинским братом отделения приемного покоя ГБУ «Шумихинская ЦРБ», обратился к ранее знакомой ФИО1 с просьбой о выдаче за вознаграждение фиктивного листка нетрудоспособности на имя Р. сроком на 5 календарных дней, с 10.07.2017 по 14.07.2017, с целью удостоверения ее временной нетрудоспособности и получения временного освобождения от работы.

ФИО1 приняла предложение Л., после чего 10.07.2017 в период с 08 часов до 17 часов, находясь в служебном кабинете поликлиники ГБУ «Шумихинская ЦРБ», расположенной по адресу: <...>, являясь должностным лицом, действуя умышленно, из личной корыстной заинтересованности, с целью незаконного получения вознаграждения в виде взятки за совершение заведомо незаконных действий, зная порядок выдачи листков нетрудоспособности, установленный Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 29.06.2011 № 624н «Об утверждении порядка выдачи листов нетрудоспособности», согласно п. 5 которого выдача и продление листка нетрудоспособности осуществляется медицинским работником после осмотра гражданина и записи данных о состоянии его здоровья в медицинской карте амбулаторного больного, обосновывающей необходимость временного освобождения от работы, исполняя свои должностные обязанности, направленные на оказание медицинской помощи гражданам, пользуясь тем, что оформление и выдача листков нетрудоспособности входит в ее служебные полномочия, в нарушение вышеуказанных нормативно-правовых актов и должностной инструкции, осознавая общественную опасность своих действий в виде нарушения нормального функционирования государственного учреждения, предвидя возможность и неизбежность наступления общественно-опасных последствий, желая их наступления, осознавая, что обязана провести медицинский осмотр Р. и осуществить запись данных ее здоровья в медицинской карте амбулаторного больного, фактически не провела медицинский осмотр Р., экспертизу ее временной нетрудоспособности, и внесла заведомо ложные, не соответствующие действительности, сведения в медицинскую карту амбулаторного больного №35515 на имя Р., являющуюся официальным документом, указав, что у последней диагностировано заболевание «***», препятствующее выполнению трудовой деятельности по месту работы.

На основании заведомо ложных сведений, внесенных в амбулаторную карту Р., ФИО1 10.07.2017 в период с 08 часов до 17 часов, находясь в служебном кабинете поликлиники ГБУ «Шумихинская ЦРБ», расположенной по адресу: <...>, используя свои должностные полномочия, умышленно внесла в листок нетрудоспособности №264 381 959 987 на имя Р., являющийся официальным документом (форма которого утверждена приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 26.04.2011 № 347н «Об утверждении формы бланка листка нетрудоспособности»), заведомо ложные сведения о причине нетрудоспособности (заболевание) Р. сроком на 5 календарных дня, с 10.07.2017 по 14.07.2017, удостоверив указанные в листке нетрудоспособности заведомо ложные сведения своей собственноручной подписью, придав ему статус официального документа, удостоверяющего юридически значимые факты и события.

13.07.2017 около 16 часов 33 минут ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью незаконного получения денежного вознаграждения и обогащения, за совершение незаконных действий, получила лично от Л. взятку в виде денег путем перевода с банковской карты, принадлежащей Л., на банковскую карту, принадлежащую ФИО1, денежных средств в сумме 500 рублей в качестве вознаграждения за совершение незаконных действий в интересах Р., а именно выдачу фиктивного листка нетрудоспособности на ее имя.

Вышеуказанные умышленные незаконные действия ФИО1 явились основанием для незаконного освобождения Р. от работы на период с 10.07.2017 по 14.07.2017.

ФИО1 виновной себя в совершении инкриминируемых преступлений не признала и пояснила следующее.

19 июня 2017 года к ней во время ведения с 8 до 12 часов приема обратился Л., пояснил, что есть человек, который заболел, не может на данный момент подойти, что он им был осмотрен и установлен диагноз, попросил выписать больничный на 3-4 дня. Так как Л. фельдшер в его словах она не сомневалась. Так происходило по П. и по Т., по второму 20.06.2017. Также Л. пообещал, что эти люди запишутся на прием к неврологу, чтобы дальнейшее лечение было у данного специалиста, пояснив, что в этот день попасть к неврологу они не могут. Больше они ничего не обсуждали, о вознаграждении или какой-либо благодарности со стороны Л. речи не шло. Она внесла записи в принесенные Л. амбулаторные карты, при этом знала, что проведение осмотра является обязательным. В дальнейшем видела, что люди продолжали лечение у врача общей практики и закрыли больничные. О переводе в 1 000 рублей от Л. узнала на следствии, до этого внимание на это не обращала, Л. об этом не говорил, было ли указано, что денежные средства поступили от Л., не помнит. По Р. к ней также во время приема 10.07.2017 примерно в 10-11 часов обратился Л., объяснил, что женщина, которая ранее проживала в Шумихе, а сейчас проживает в Челябинске, обратилась к нему за помощью, что она не может обратиться в лечебное учреждение по месту жительства, что она действительно заболела и не успевает попасть на прием в их больницу, но обязательно придет как сможет. Л. также принес карточку Р.. Отблагодарить за это Л. также не обещал. При обращении Л. не понимала, что он желает выписать фиктивные листки нетрудоспособности. В больничные листы сама сведения не вносила, расписывалась ли в них, не помнит, свои подписи в листках нетрудоспособности П., Т. не узнает. Больничные листы должны были быть выписаны этими людьми лично, потому что они выписываются только при предъявлении паспорта, другого документа, удостоверяющего личность. Она выписывала также направления, которые выдаются пациенту для получения больничного листа. После этого с Л. не виделась.

Из оглашенных показаний подсудимой, данных в ходе предварительного следствия (том 1 л.д.199-202, 212-214, том 3 л.д.88-91), следует, что 19.06.2017 в дневное рабочее время она находилась в ГБУ «Шумихинская ЦРБ». В этот день к ней обратился фельдшер Карандышевского ФАП Л., работающий по совместительству медицинским братом приемного покоя ГБУ «Шумихинская ЦРБ». С Л. у нее рабочие отношения. Л. попросил ее внести ложные сведения в медицинскую карту амбулаторного больного и листок нетрудоспособности на имя Т. о том, что Т. был у нее на приеме и ему установлен диагноз: «***». Сумму вознаграждения они с Л. не обговаривали. Однако она понимала, что он отблагодарит ее за это. Она согласилась и внесла ложные сведения в амбулаторную карту Т. об установлении ему диагноза «***», пациент ею осмотрен не был. На основании записей в амбулаторной карте она выписала листок нетрудоспособности на имя Т., в котором ею было написано, что Т. освобождается от трудовой деятельности на 5 календарных дней, с 19.06.2017 по 23.06.2017 в связи с заболеванием. Записи в листке нетрудоспособности она удостоверила своей подписью. Медицинскую карту и листок нетрудоспособности она передала Л.

20.06.2017 в дневное время она находилась на рабочем месте в ГБУ «Шумихинская ЦРБ». К ней снова обратился Л., который попросил ее внести ложные сведения в медицинскую карту амбулаторного больного П. и выдать на имя последнего фиктивный больничный лист. Она согласилась, сумму вознаграждения с Л. не обговаривали, но также предполагалось, что Л. впоследствии отблагодарит ее. 20.06.2017 она внесла в медицинскую карточку П. не соответствующие действительности сведения о том, что последний был у нее на приеме и ему установлен диагноз «***». На основании записей в медицинской карте она выписала фиктивный листок нетрудоспособности на имя П., в котором было отражено, что последний освобождается от трудовой деятельности на 4 календарных дня, с 20.06.2017 по 23.06.2017 в связи с заболеванием. Правильность внесенных данных в листок нетрудоспособности она удостоверила личной подписью.

27.06.2017 Л. со своей личной банковской карты перевел на ее карту 1 000 рублей (по 500 рублей за каждый больничный). Данными денежными средствами она распорядилась по своему усмотрению.

10.07.2017 в дневное время она находилась на рабочем месте в ГБУ «Шумихинская ЦРБ». К ней на работе вновь обратился Л., который попросил ее выдать фиктивный листок нетрудоспособности на имя Р. Она снова согласилась и внесла в амбулаторную карту Р. ложные сведения о том, что Р. была у нее на приеме и ей установлен диагноз «***». На основании медицинской карты она выдала фиктивный листок нетрудоспособности на имя Р. За данные действия 13.07.2017 Л. со своей банковской карты перечислил на ее банковскую карту денежные средства в сумме 500 рублей.

Суд отмечает, что указанные выше показания даны подсудимой в полном соответствии с требованиями УПК РФ.

Оглашенные показания подсудимая не подтвердила, настаивая на показаниях, данных в судебном заседании, пояснив, что показания формировались следователем, она их читала бегло, подписи и рукописный текст выполнены ей.

Оценивая показания подсудимой, суд отмечает наличие в них существенных противоречий.

Учитывая, что подсудимой в ходе предварительного следствия показания давались в разное время, в присутствии защитника, в том числе после предъявления обвинения, являются последовательными и не противоречащими друг другу, а также иным представленным стороной обвинения доказательствам, в том числе показаниям свидетелей, показания подсудимой, данные в судебном заседании, в части противоречащей ее показаниям, данным входе предварительного следствия, суд признает недостоверными, расценивая их как позицию защиты, в части противоречий суд доверяет показаниям подсудимой, данным в ходе предварительного следствия, за исключением показаний, противоречащим признанным судом достоверными показаниям свидетеля Л. о том, что он говорил ФИО1 о том, что отблагодарит ее за незаконные действия, совершенные по его просьбе.

Показания подсудимой о даче ей признательных показаний в связи с непониманием ее прав, как и доводы стороны защиты о нарушении требований УПК РФ при производстве данных следственных действий, суд признает недостоверными и необоснованными, расценивая их как версию защиты, так как показания подписаны ФИО1 и ее защитником, в них имеется указание о том, что права перед допросом разъяснены, показания прочитаны, что замечаний и дополнений не имеется, в судебном заседании допрошены свидетели – следователь и дознаватель, производившие допросы, которые пояснили, что давления на подсудимую не оказывалось, показания давались ей самостоятельно и добровольно в присутствии защитника, с текстом показаний она и защитник знакомились и расписывались, оснований не доверять данным показаниям свидетелей не имеется.

Показания подсудимой, данные в судебном заседании, о том, что она не помнит, подписывались ли ей больничные листы на имя П., Т., что подписи в больничных листах не ее, суд признает недостоверными, обусловленными позицией защиты, так как суд не усматривает оснований не доверять показаниям самой подсудимой, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым записи в листках нетрудоспособности она удостоверяла своей подписью, а также показаниям свидетеля Л., данным в ходе предварительного следствия, согласно которым данные больничные листы были подписаны ФИО1 и переданы ему.

Показания подсудимой, данные в судебном заседании, о том, что о поступлении денежных средств от Л. она узнала только на следствии, суд признает недостоверными, обусловленными позицией защиты, так как суд не усматривает оснований не доверять показаниям самой подсудимой, данными в ходе предварительного следствия, согласно которым 27.06.2017 и 13.07.2017 она получила от Л. денежные средства за совершенные по его просьбе незаконные действия и распорядилась ими по своему усмотрению.

Показания подсудимой о том, что с Л. разговора о благодарности за совершенные по его просьбе незаконные действия не было, суд также признает недостоверными, обусловленными позицией защиты, так как из показаний свидетеля Л., данных в ходе предварительного следствия и подтвержденных в судебном заседании, следует, что он говорил ФИО1, что отблагодарит ее, оснований не доверять данным показаниям свидетеля суд не усматривает.

Вина подсудимой подтверждается следующими доказательствами, исследованными в суде.

По факту совершения преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, по документам в отношении Т.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Т. пояснил, что в июне 2017 года обращался к знакомому Л. по телефону по вопросу выдачи больничного листа без посещения врача. Л. затем отдал ему больничный лист. В ЦРБ он не приходил. ФИО1 не видел.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Л. пояснил, что работает фельдшером Карандышевского фельдшерского здравпункта, по совместительству мед. братом в отделении приемного покоя ГБУ «Шумихинская ЦРБ». Примерно весной 2017 года к нему обращались Т. и П. за предоставлением фиктивных листков нетрудоспособности. Он обращался с этим вопросом к ФИО1, она согласилась помочь, без осмотра пациентов сделала записи в медицинских картах, затем на основании записей в медицинских картах были выписаны больничные листы, кем, им или ФИО1, не помнит. Затем он отдал больничные листы Т., П.. Разговоров о вознаграждении с ФИО1 не было. В знак благодарности он со своей карты перевел на карту ФИО1 денежные средства в сумме 1 000 рублей. После этого с ФИО1 о данных денежных средствах не разговаривали. В тот же период с аналогичным вопросом к нему обращалась знакомая Р., а также Б. о выдаче больничного листа для Р.. Он также обратился к ФИО1, и она без осмотра пациента сделала запись в медицинской карте и был выписан больничный лист. Вознаграждения за это ФИО1 не обещал, переводил ли ей денежные средства за это, не помнит. Б. за это перевел ему 3 500 рублей.

Из оглашенных показаний свидетеля (том 1 л.д.194-196, том 3 л.д.190-193) следует, что в середине июня 2017 г. к нему обратился его знакомый Т. с просьбой о предоставлении ему фиктивного листка нетрудоспособности для предъявления по месту работы. Так как сам он не мог выписать больничный, поскольку Т. проживает не на территории обслуживания Карандышевского здравпункта, а в г. Шумихе, он 19.06.2017 в рабочее время попросил свою коллегу фельдшера поликлиники ФИО1 выписать на имя Т. больничный лист, в котором указать не соответствующие действительности сведения о том, что Т. был на приеме и ему установлен диагноз «***» с освобождением от работы. При этом он сказал ФИО1, что отблагодарит ее за это, как не говорил, но ФИО1 понимала, что выпишет листок нетрудоспособности не бесплатно. По его просьбе ФИО1 19.06.2017 в рабочее время выписала листок нетрудоспособности с освобождением от работы в период с 19.06.2017 по 23.06.2017 и передала его ему.

Примерно в это же время к нему обратился его знакомый П. с просьбой о предоставлении ему фиктивного листка нетрудоспособности для предъявления по месту работы. 20.06.2017 он вновь обратился к фельдшеру ФИО1 с просьбой выписать фиктивный листок нетрудоспособности на имя П., в котором указать не соответствующие действительности сведения о том, что П. был у нее на приеме и ему установлен диагноз «***» с освобождением от трудовой деятельности. При этом также сказал ФИО1, что отблагодарит ее за это, она поняла это. По его просьбе ФИО1 20.06.2017 в рабочее время выписала листок нетрудоспособности на имя П. с освобождением от работы в период с 20.06.2017 по 23.06.2017 и передала его ему.

27.06.2017 ему нужно было продлить задним числом (23.06.2017) листки нетрудоспособности на имя Т. и П. и в этот же день (27.06.2017) закрыть их, но фельдшера ФИО1 не было на месте, так как она была на вызовах. В связи с этим он обратился к врачу общей практики Я., чтобы она продлила и закрыла больничные листы на имя Т. и П. О том, что данные листки нетрудоспособности являются подложными, Я. не знала. Он сказал ей, что Т. и П. выздоровели и попросили его помочь им закрыть больничные листы, так как у них нет возможности сидеть в очередях. Я. продлила задним числом больничные листы и закрыла их. Какого-либо вознаграждения он ей не передавал.

В этот же день он передал полностью оформленные листки нетрудоспособности Т. и П.

В знак благодарности за выданные листки нетрудоспособности 27.06.2017 он перечислил со своей банковской карты на банковскую карту ФИО1 принадлежащие ему деньги в сумме 1 000 рублей, по 500 рублей за каждый больничный лист. После перечисления ФИО1 по поводу перевода денежных средств не обращалась, он понял, что она приняла их в знак благодарности.

Лично он какого-либо денежного вознаграждения от П. или Т. не получал.

В начале июля 2017 г. к нему обратился знакомый Б., который попросил его помочь с получением фиктивного листка нетрудоспособности для его знакомой Р., которая проживает в Челябинской области.

10.07.2017, находясь в помещении ГБУ «Шумихинская ЦРБ», он вновь обратился к ФИО1 с просьбой предоставить листок нетрудоспособности на имя Р., в котором нужно было указать не соответствующие действительности сведения о том, что Р. была у нее на приеме и ей установлен диагноз «***» с освобождением от работы, за вознаграждение с его стороны.

По его просьбе ФИО1 10.07.2017 в рабочее время в период с 08.00 до 16.00 часов выписала листок нетрудоспособности на имя Р. с освобождением от работы в период с 10.07.2017 по 13.07.2017 и передала его ему.

Получив листок нетрудоспособности, он 13.07.2017 перечислил денежные средства в сумме 500 рублей со своей карты на карту ФИО1 в знак благодарности за больничный лист. 13.07.2017 данный листок нетрудоспособности был у него изъят сотрудниками полиции в ходе осмотра места происшествия в помещении приемного покоя.

Оглашенные показания свидетель подтвердил, пояснив, что на момент допроса события помнил лучше, а также что долговых обязательств перед ФИО1 у него не было.

Оценивая показания свидетеля, суд отмечает наличие в них существенных противоречий. Учитывая, что показания свидетеля, данные в ходе предварительного следствия, подтверждены им, соответствуют показаниям подсудимой, данным в ходе предварительного следствия, признанным судом достоверными, за исключением показаний подсудимой о том, что Л. говорил о том, что отблагодарит ее за незаконные действия, совершенные по его просьбе, показаниям свидетелей, другим исследованным доказательствам, суд в части противоречий доверяет показаниям свидетеля, данным в ходе предварительного следствия.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Я. пояснила, что летом 2017 года по просьбе Л. она закрыла больничные листы Т. и П., без их осмотра, хотя для выдачи и закрытия больничных осмотр пациентов обязателен.

Допрошенная в судебном заседании свидетель О. пояснила, что работала мед. сестрой с ФИО1 В отсутствие ФИО1 к ним в кабинет приходил Л., пояснив, что нужно закрыть больничный Р..

Из оглашенных показаний свидетеля (том 3 л.д.200-203) следует, что фельдшер Л. часто приходил к ним в кабинет по рабочим вопросам. Также бывало, что он обращался к ФИО1 с просьбой выписать больничный лист его знакомым, так как в день его обращения записи на прием у ФИО1 не было. ФИО1 ему не отказывала и принимала пациентов по просьбе Л., после осмотра больного и по медицинским показаниям ФИО1 выписывала больничный лист. Примерно раза два было, что ФИО1 выписывала больничный лист незнакомому ей человеку по просьбе Л., не осматривая пациента, но, как ей казалось, больной находился в коридоре и ждал. Так как Л. сам был фельдшером и также мог поставить диагноз больному и выписать больничный лист, то она не придавала этому значения. При ней Л. никогда не говорил ФИО1 о вознаграждении за выписанные больничные листы. Один раз Л. зашел к ним в кабинет и что-то тихо сказал на ухо ФИО1 После этого Л. ушел из кабинета. В руках у Л. ничего не было. Это было примерно в июне – июле 2017 года. Т. и П. ей не знакомы, таких фамилий она не помнит, а вот Р. фамилия ей знакома, но она не помнит, чтобы она приходила на прием 10.07.2017. Она помнит, что 14.07.2017 в пятницу, в рабочее время к ним в кабинет пришел Л. и спросил у нее, во сколько у них прием. Она ему ответила, что ФИО1 сегодня нет, и она прием вести не будет. Тогда Л. спросил, что ему сейчас делать, ему нужна была медицинская карта Р., на что она ему ответила, что данная медицинская карта находится у них в кабинете. Он, ничего не сказав, ушел из кабинета и больше она его не видела. Впоследствии данная карта исчезла из кабинета. С какой целью он спрашивал медицинскую карту Р., она не знает, он не пояснил.

Оглашенные показания свидетель подтвердила частично, не подтвердив только то, что ФИО1 выписывала два раза по просьбе Л. больничные листы без осмотра пациентов, пояснив, что текст протокола не полностью прочитала.

Оценивая показания свидетеля, суд отмечает наличие в них существенных противоречий в части не подтвержденных показаний. Учитывая, что показания свидетеля, данные в ходе предварительного следствия, соответствуют показаниям подсудимой, данным в ходе предварительного следствия, признанным судом достоверными, показаниям свидетелей, другим исследованным доказательствам, суд в части противоречий доверяет показаниям свидетеля, данным в ходе предварительного следствия.

Показания свидетелей подтверждаются письменными материалами дела, а именно:

Том 1:

- копией справки-меморандума по результатам проведения ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», согласно которой с 23.06.2017 по 27.06.2017 зафиксированы телефонные переговоры Л. и И. по вопросу выдачи И. фиктивного листка нетрудоспособности, а также Л. и ФИО1 (л.д.88-92);

- копией протокола осмотра предметов, согласно которому 23.06.2017 в 13.30 Л. поступил входящий телефонный звонок от Т. В ходе разговора Т. попросил Л. закрыть ему больничный 27 числом, чтобы 28 выйти на работу. Л. спрашивает у Т. на сколько дней тому нужен больничный. 26.06.2017 в 19.00 входящий звонок от Т. к Л. В ходе разговора Л. сообщает, что находится дома, что он еще не закрывал больничные листы, так как они могут передумать. В ответ Т. просит закрыть завтрашним числом. 27.06.2017 в 08.57. входящий вызов от Т. Т. напоминает о себе Л. Л. говорит о том, что еще не был в поликлинике. 27.06.2017 в 11.12. входящий вызов от Т. Л. сообщает, что еще не готово, будет только после обеда, часа в 2 ориентировочно, что ее нет сейчас, она ездит на вызовах, а он не может ее выловить, она не заезжает в больницу. Т. говорит, что ему до 2-х нужно заверить больничный в своей больнице. 27.06.2017 в 11.17 исходящий вызов Л. на сотовый телефон ФИО1 В ходе разговора Л. спрашивает у ФИО1 появится ли она до обеда в больнице. ФИО1 отвечает, что будет только к часу. Л. отвечает, что тогда к часу подойдет. 27.06.2017 в 11.55 исходящий вызов Л. на сотовый телефон Т. В ходе разговора Л. говорит о том, что можно приехать забрать, договариваются встретиться через пять минут (л.д.95-98);

- копией протокола осмотра места происшествия от 23.11.2017, согласно которому в помещении ОАО «РЖД» обнаружены и изъяты листки нетрудоспособности на имя Т. и П. (л.д.115-118);

- копией протокола осмотра документов, согласно которому осмотрена медицинская карта амбулаторного больного № 6620 на имя Т. и листок нетрудоспособности от 19.06.2017 на имя Т. Последние имеющиеся записи в медицинской карте, датированные 19.06.2017, 23.06.2017 и 27.06.2017, в том числе: «***». Листок нетрудоспособности от 19.06.2017 на имя Т. В графах листка нетрудоспособности указан следующий текст: «ГБУ «Шумихинская ЦРБ Советская, 125, дата выдачи 19.06.2017. ФИО Т. <Дата>. Причина нетрудоспособности 01. Освобождение от работы с 19.06.2017 по 23.06.2017 фельдшер ФИО1 На листке нетрудоспособности имеются два оттиска круглой печати «Для листков нетрудоспособности» с реквизитами Шумихинской ЦРБ и оттиск круглой печати «отдел управления персоналом» с реквизитами Южно-Уральской дирекции тяги г. Челябинск (л.д.120-128);

- выпиской по счетам и картам ПАО Сбербанк на имя Л. от 10.11.2017, согласно которой 27.06.2017 в 13.29 с банковской карты Л. на банковскую карту ФИО1 произведен перевод денежных средств в сумме 1 000 рублей (л.д.131-136);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому вышеуказанная выписка осмотрена (л.д.149-152);

- копией заключения эксперта, согласно которому рукописные записи, расположенные в медицинской карте амбулаторного больного № 6620 на имя Т., датированные 19.06.2017, выполнены ФИО1 (л.д. 164-168).

По факту совершения преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, по документам в отношении П.

Допрошенный в судебном заседании свидетель П. пояснил, что летом 2017 года брал больничный лист, не обращаясь на прием в больницу. Для этого по телефону обращался к Л., а затем забрал больничный лист у него. В больничном была, в том числе, подпись ФИО1, которую он никогда не видел.

Показания свидетелей Л., Я., О. изложены судом выше.

Показания свидетелей подтверждаются письменными материалами дела, а именно:

Том 1:

- копией справки-меморандума по результатам проведения ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», согласно которой с 23.06.2017 по 27.06.2017 зафиксированы телефонные переговоры Л. и И. по вопросу выдачи И. и П. фиктивного листка нетрудоспособности, Л. и П. по вопросу выдачи П. фиктивного листка нетрудоспособности от терапевта, а также Л. и ФИО1 (л.д.88-92);

- копией протокола осмотра предметов, согласно которому 23.06.2017 в 14.20 Л. совершил исходящий телефонный звонок П. В ходе разговора Л. сообщает П., что не сможет написать от невролога, напишет от терапевта, диагноз будет ***. Л. спрашивает, до какого числа делать, договариваются на неделю, до 27. Л. сообщает, что Т. (имеется в виду Т.) тоже заказал себе до 27, 28 он на работу. 26.06.2017 в 21.42 входящий звонок с телефона П. на телефон Л. В ходе разговора П. спрашивает, во сколько подъехать удобнее, чтобы закрыть. Л. отвечает, чтобы они завтра с утра ему набрали и он им все закроет и скажет, когда, во сколько, он не сам там делает, там человек когда будет, закроет, он позвонит им. Сообщает, что Т. ему уже звонил. 27.06.2017 в 11.17 исходящий вызов Л. на сотовый телефон ФИО1 В ходе разговора Л. спрашивает у ФИО1 появится ли она до обеда в больнице. ФИО1 отвечает, что будет только к часу. Л. отвечает, что тогда к часу подойдет. 27.06.2017 в 11.55 исходящий вызов Л. на сотовый телефон Т. В ходе разговора Л. говорит о том, что можно приехать забрать, договариваются встретиться через пять минут (л.д.95-98);

- копией протокола осмотра места происшествия от 23.11.2017, согласно которому в помещении ОАО «РЖД» обнаружены и изъяты листки нетрудоспособности на имя Т. и П. (л.д.115-118);

- копией протокола осмотра документов, согласно которому осмотрена медицинская карта амбулаторного больного №35743 на имя П. и листок нетрудоспособности от 20.06.2017 на имя П. Последние имеющиеся записи в книге, датированные 20.06.2017, 23.06.2017 и 27.06.2017. ***. Подпись врача. Листок нетрудоспособности от 20.06.2017 на имя П. В графах листка нетрудоспособности указан следующий текст: «ГБУ «Шумихинская ЦРБ Советская 125 дата выдачи 20.06.2017. ФИО П. <Дата>, ОАО РЖД ЮУР Т ТЧЭ Курган. Причина нетрудоспособности 01. Освобождение от работы с 20.06.2017 по 23.06.2017 фельдшер ФИО1 На листке нетрудоспособности имеются два оттиска круглой печати «Для листков нетрудоспособности» с реквизитами Шумихинской ЦРБ и оттиск круглой печати «отдел управления персоналом» с реквизитами Южно-Уральской дирекции тяги г. Челябинск (л.д.120-128);

- выпиской по счетам и картам ПАО Сбербанк на имя Л. от 10.11.2017, согласно которой 27.06.2017 в 13.29 с банковской карты Л. на банковскую карту ФИО1 произведен перевод денежных средств в сумме 1 000 рублей (л.д.131-136);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому вышеуказанная выписка осмотрена (л.д.149-152);

- копией заключения эксперта, согласно которому рукописные записи, расположенные в медицинской карте амбулаторного больного № 35743 на имя П., датированные 20.06.2017, выполнены ФИО1 (л.д. 156-160).

По факту совершения преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, по документам в отношении Р.

Показания свидетелей Л. О. изложены судом выше.

Допрошенный в судебном заседании свидетель С. пояснил, что работает врачом в Шумихинской ЦРБ. В 2017 году к нему обращалась Р., пояснив, что у нее забрали больничный, а ей нужно на работу. Он сказал, что дубликаты больничных листов выписывают с разрешения врачебной комиссии М. С разрешения начальника врачебной комиссии он выдал дубликат больничного листа и закрыл его.

Из оглашенных показаний свидетеля Р. (том 1 л.д.100-102) следует, что в середине июля 2017 года она обращалась на прием к фельдшеру ФИО1, которая установила у нее диагноз ***.

Из оглашенных показаний свидетеля Р. (том 1 л.д.103-104) следует, что она решила дать правдивые показания. В конце июня 2017 г. у нее заболела спина, в связи с чем она решила уйти на больничный. Так как она не прикреплена к поликлинике по месту регистрации в Сосновском районе Челябинской области, она позвонила своему знакомому Б., которого спросила, может ли он сделать больничный лист в Шумихинской районной больнице без посещения ею медицинского учреждения. Он ответил утвердительно. Примерно через неделю после этого разговора Б. перезвонил, сказал, что договорился насчет больничного, продиктовал номер телефона и сказал, чтобы она скинула через приложение «Вайбер» на указанный им номер фотографию своего паспорта, страхового полиса и еще каких-то документов. Она скинула все эти документы, а также временную прописку. Когда скидывала эти документы, контакт в «Вайбере» определился как Л., она знала лично, но близко с ним не общалась. На тот момент она не знала, что Л. работает в больнице. Диагноз, который должны были указать в ее больничном листе, она с Б. не обсуждала. О том, чтобы заплатить деньги за больничный лист кому-либо из врачей, также не было разговора. 07.07.2017 Б. перезвонил ей и сообщил, что со следующего понедельника, то есть с 10.07.2017, ей откроют больничный лист. Она сказала, что больничный лист нужен на неделю, до пятницы. Она планировала приехать в пятницу, 14.07.2017, и забрать его. Все это время она находилась в г. Челябинске, в г. Шумиху не приезжала, на прием к врачу Шумихинской ЦРБ не обращалась. В понедельник, 10.07.2017 она не вышла на работу, коллегам сообщила, что заболела. В это время лечилась самостоятельно, в какие-либо медицинские учреждения не обращалась. Она спросила у Б., что должна за больничный, он ответил, что ничего. 14.07.2017 рано утром ей позвонил Б. и сообщил, что ее больничный лист, который находился у Л., был изъят сотрудниками ОБЭП. В этот же день она приехала в г. Шумиху, обратилась к сотрудникам ОБЭП, которым пояснила, что действительно была на приеме и оставила листок нетрудоспособности у Л., чтобы не возить его с собой. Она попросила копию изъятого больничного листа, после чего обратилась с ним в ГБУ «Шумихинская ЦРБ» к заведующему терапевтическим отделением С., которому сообщила, что утратила больничный лист. О том, что больничный лист был фиктивным, она ему не говорила. С. назначил ей на понедельник, на 17.07.2017, мотивируя тем, что дубликат больничного листа может быть выписан только через медицинскую комиссию. 17.07.2017 она обратилась на прием к С., тот продлил ей больничный до среды, завел вкладыш к медицинской карте, так как сама карта также была изъята. Полученный дубликат больничного листа она предъявила на работе, 20.07.2017 вышла на работу.

Оценивая показания свидетеля, с учетом показаний самой Р. о даче первоначально недостоверных показаний, других исследованных доказательств, первоначальные показания свидетеля (том 1 л.д.100-102) суд признает недостоверными.

Из оглашенных показаний свидетеля Б. (том 1 л.д.105-106) следует, что в интересах Р. по телефону обратился к Л. для оформления фиктивного листка нетрудоспособности, так как был знаком с ним. Он просил Л. выдать листок нетрудоспособности на ее имя. За выдачу фиктивного больничного листа он перечислил на счет Л. свои личные деньги в сумме 2 500 рублей. Денежные средства Р. ему не передавала, не просила заплатить за больничный. Это решение он принял сам, там как с Р. находится в дружеских отношениях. Каких-либо денег у Р. он не просил. Кто именно заполнял и от чьего имени был выдан больничный лист, не знает. Зачем Р. нужен был больничный, болела ли она, ему не известно. После того как он перевел деньги Л. больничный у него не забирал, дальше с ним общалась Р.

Из оглашенных показаний свидетеля Ч. (том 1 л.д.176-178) следует, что она работает в должности регистратора стола справок ГБУ «Шумихинская ЦРБ». Порядок выдачи больничных листов следующий. По мере необходимости она получает у старшей мед. сестры по 100 бланков строгой отчетности листков нетрудоспособности. Больничный лист выдается пациенту если он обращается к ней с направлением от врача, в котором указываются данные пациента, дата начала заболевания, подпись врача и прочие данные, необходимые для заполнения больничного листа. Как правило, листок нетрудоспособности заполняется ей на компьютере и распечатывается на принтере, после чего выдается пациенту. Тот с ним обращается к лечащему врачу и последний заполняет необходимые графы. После заполнения всех граф и проставления подписи лечащего врача она ставит штампы и печати на больничный лист. Самостоятельно больничные листы заполняются только фельдшерами в ФАП. Фельдшера получают бланки больничных в кассе бухгалтерии, обращаются к ней, она проставляет им печати и штампы ЦРБ. Сельские фельдшеры сами ведут учет выдачи больничных. Л. обращался к ней по вопросу выдачи больничного листа, передав направление от ФИО1, на основании этого направления она выписывала больничный лист, который передавала Л.

Из оглашенных показаний свидетеля М. (том 1 л.д.191-193, том 3 л.д.29-31) следует, что она работает в должности заместителя главного врача по клинико-экспертной работе, является председателем подкомиссии по экспертизе временной нетрудоспособности. Об обстоятельствах выдачи дубликата нетрудоспособности на имя Р. пояснить ничего не смогла, так как через заседания врачебной комиссии проходит большое количество листков нетрудоспособности. О том, что первоначально выданный листок нетрудоспособности являлся фиктивным, не знала. При возложении на фельдшера обязанностей участкового терапевта фельдшер имеет право назначать лечение, выписывать больничные листы, использует весь функционал врача-терапевта.

Показания свидетелей подтверждаются письменными материалами дела, а именно:

Том 1:

- копией протокола осмотра места происшествия, согласно которому в приемном отделении ГБУ «Шумихинская ЦРБ», помимо прочих документов обнаружены и изъяты медицинская карта амбулаторного больного № 35515 на имя Р., а также листок нетрудоспособности от 10.07.2017 на имя Р. (л.д.45-57);

- копией справки-меморандума по результатам проведения ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», согласно которой были зафиксированы разговоры Л. с Б. в период с 28.06.2017 по 13.07.2017, из содержания которых следует, что Б. перевел Л. денежные средства в размере 250 рублей за один день, 2 500 рублей за 10 дней, за содействие в оформлении фиктивного листка нетрудоспособности на имя Р. с указанием подложного диагноза «***» (л.д.68-72);

- копией протокола осмотра предметов, согласно которому 28.06.2017 в 09.30 Л. поступил входящий телефонный звонок от Б. В ходе состоявшегося разговора Б. спросил у Л. можно ли получить бюллетень для девушки с Челябинской пропиской. Л. отвечает утвердительно. В ходе разговора договариваются, что Л. посредством приложений «Вацап» или «Вайбер» скинут копии паспорта, полиса, снилс. Договариваются позже созвониться. 07.07.2017 в 10.29 входящий звонок от Б. к Л. В ходе разговора обсуждают возможный диагноз для девушки, Л. предлагает *** либо ***. Определяются с диагнозом «***», договариваются больничный лист оформлять с понедельника, 10.07.2017. На вопрос Б. Л. озвучивает сумму в 250 рублей за один день больничного, за 10 дней – 2500 рублей. 07.07.2017 в 15.03. входящий вызов от Б. к Л. Б. говорит, что девушка скинула Л. фотографии, а также временную регистрацию, так как купила квартиру. Договариваются созвониться 10.07.2017 в 09.00. 10.07.2017 в 09.06. входящий вызов от Б. к Л. Л. говорит о том, что все уже сделал. Б. предлагает скинуть деньги Л. через мобильный банк на банковскую карту, привязанную к номеру телефона. Л. озвучивает последние цифры своей карты. Л. говорит, что за прописку нужно будет позже доплатить около 500 рублей. 10.07.2017 в 09.20 входящий вызов от Б. к Л. Б. сообщает, что перевел 2 500 рублей Л. Л. подтверждает поступление денежных средств. Б. обещает позже доплатить за прописку. Договариваются закрыть больничный к концу недели следующей средой (л.д.75-80);

- копией протокола осмотра документов, согласно которому осмотрены медицинская карта амбулаторного больного № 35515 на имя Р. и листок нетрудоспособности от 10.07.2017 на имя Р. Последние имеющиеся записи в медицинской карте, датированные 10.07.2017: «***. Подпись врача. В листке нетрудоспособности указан следующий текст: «ГБУ «Шумихинская ЦРБ Советская 125 дата выдачи 10.07.2017. ФИО «Р. <Дата>р. Причина нетрудоспособности 01. Освобождение от работы с 10.07.2017 по 14.07.2017 фельдшер ФИО1 На листке нетрудоспособности имеются два оттиска круглой печати «Для листков нетрудоспособности» с реквизитами Шумихинской ЦРБ (л.д.120-128);

- выпиской по счетам и картам ПАО Сбербанк на имя Л., согласно которой 10.07.2017 в 07:19:48 с банковской карты Б. осуществлен денежный перевод в сумме 2 500 рублей на банковскую карту Л. 13.07.2017 в 14:33:45 с банковской карты Л. на банковскую карту ФИО1 произведен перевод денежных средств в сумме 500 рублей. Время транзакции указано московское (л.д.138-148);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому вышеуказанная выписка осмотрена (л.д.149-152);

- копией заключения эксперта, согласно которому рукописные записи, расположенные в медицинской карте амбулаторного больного № 35515 на имя Р., датированные 10.07.2017, выполнены ФИО1 Подпись, расположенная в листке нетрудоспособности на имя Р. в графе «освобождение от работы с 10.07.2017 по 14.07.2017 фельдшер ФИО1», выполнена ФИО1 (л.д.172-174).

Кроме того, вина ФИО1 по всем преступлениям подтверждается следующими доказательствами.

Допрошенные в судебном заседании свидетели Ю., Д. пояснили, что по данному уголовному делу в присутствии защитника допрашивали подсудимую. При этом давление на нее не оказывалось, ей разъяснялись права, показания давались добровольно, она знакомилась с текстами протоколов, замечаний, дополнений не было.

Том 1:

- копией приказа главного врача МУЗ «Шумихинская ЦРБ» № 72-к от 02.06.2003, согласно которому ФИО1 принята фельдшером поликлиники с 02.06.2003 (л.д.227);

- копия трудового договора № 38 от 30.12.2005, согласно которому ФИО1 принята на работу в качестве фельдшера в поликлинику на 1,0 ст. (врачебная ставка). Договор заключен на неопределенный срок, на период вакансии врача-терапевта (л.д.228);

- копией дополнительного соглашения от 01.03.2015, согласно которому ФИО1 выполняет работу в должности фельдшера, выполняющего функции врача-терапевта участкового (л.д.230-235);

- копией приказа главного врача ГБУ «Шумихинская ЦРБ» № 01 от 09.01.2017, согласно которому за ФИО1 закреплен территориальный терапевтический участок № 4 (л.д.241-242);

- копией должностной инструкции фельдшера, выполняющего функции врача-терапевта участкового ГБУ «Шумихинская ЦРБ» от 01.03.2015, согласно которой ФИО1 выполняет перечень работ и услуг для диагностики, лечения заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартом медицинской помощи; осуществляет экспертизу временной нетрудоспособности больных, представление на врачебную комиссию, направление пациентов с признаками стойкой утраты нетрудоспособности для освидетельствования на медико-социальную экспертизу; ведет учетно-отчетную документацию установленного образца (л.д.236-238).

Оценив всю совокупность добытых и исследованных доказательств, суд приходит к выводу о доказанности виновности подсудимой в совершении инкриминируемых преступлений.

Приведенные выше доказательства дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства преступления.

Суд признает недопустимым доказательством протокол явки ФИО1 с повинной от 25.10.2017 (том 1 л.д.12-13) по следующим основаниям.

Согласно ст. 142 УПК РФ заявление о явке с повинной есть добровольное сообщение лица о совершенном преступлении.

В силу ст. 74 УПК РФ явка с повинной относится к числу доказательств, которые допускаются для установления наличия или отсутствия обстоятельств, указанных в статье 73 настоящего Кодекса, при этом как и другие доказательства в соответствии со ст. 88 УПК РФ подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Поскольку в протоколе явки с повинной содержатся сведения, сообщенные подсудимой о совершенных ей преступлениях, к нему должны применяться те же требования оценки с точки зрения допустимости, что и к показаниям подозреваемого либо обвиняемого.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Согласно п. 3 ч. 4 ст. 46, пп. 2 - 5 ч. 3 ст. 49 УПК РФ каждый подозреваемый имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента возбуждения в отношении него уголовного дела, с момента фактического задержания, а также с момента начала осуществления иных мер процессуального принуждения или иных процессуальных действий, в том числе, написания явки с повинной, затрагивающих права и свободы лица, подозреваемого в совершении преступления.

При нарушении этого конституционного права все объяснения лица, а также показания подозреваемого, обвиняемого и результаты следственных и иных процессуальных действий, произведенных с их участием, являются доказательствами, полученными с нарушением закона.

Согласно ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ лицам, участвующим в производстве процессуальных действий при проверке сообщения о преступлении, разъясняются их права и обязанности, предусмотренные настоящим Кодексом, и обеспечивается возможность осуществления этих прав в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы, в том числе права не свидетельствовать против самого себя, своего супруга (своей супруги) и других близких родственников, пользоваться услугами адвоката, а также приносить жалобы на действия (бездействие) и решения следователя, руководителя следственного органа в порядке, установленном главой 16 настоящего Кодекса.

Как следует из материалов дела, явка с повинной отобрана у ФИО1 до возбуждения уголовного дела следователем в отсутствие защитника. Сведения о возможности осуществления права воспользоваться услугами адвоката, иных предусмотренных ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ прав в материалах дела отсутствуют. Сведения, сообщенные в явке с повинной, подсудимая в судебном заседании не подтвердила.

При таких обстоятельствах данное доказательство не может быть признано допустимым в силу ст. 75 УПК РФ.

Суд не нашел оснований к исключению иных доказательств из числа допустимых, поскольку не установил нарушений уголовно-процессуального закона при осуществлении их сбора.

У суда нет оснований не доверять признанным судом достоверными показаниям свидетелей, так как они согласуются между собой и подтверждены другими доказательствами.

Оценивая результаты оперативно-розыскной деятельности по настоящему уголовному делу, суд признает их допустимыми доказательствами, полученными в соответствии с требованиями Федерального закона Российской Федерации от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности", совместного Приказа МВД России, ФСБ России, ФСИН России, ФСКН России и др. от 17 апреля 2007 г. "Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд". Суд не установил нарушений требований закона о порядке проведения и оформления оперативно-розыскных мероприятий. Оперативно-розыскные мероприятия проведены законно и обоснованно.

Вопреки доводам стороны защиты оперативно-розыскные мероприятия проводились в связи с тем, что Л. подозревался в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ, то есть в совершении тяжкого преступления.

Давая юридическую оценку действиям подсудимой, суд приходит к следующему.

Суд полагает необходимым изменить предъявленное подсудимой обвинение, исключить из него указание о том, что ФИО1 наделена полномочиями в отношении лиц, не находящихся от нее в служебной зависимости, и правом принимать решения, обязательные для исполнения гражданами, организациями, учреждениями независимо от их ведомственной принадлежности и форм собственности, характерными для полномочий представителей власти, так как она обладала организационно – распорядительными полномочиями в силу того, что обладала полномочиями по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия.

Суд полагает необходимым исключить из обвинения по всем преступлениям указание о том, что вознаграждение, о котором договаривались Л. и ФИО1, являлось именно денежным, так как из показаний Л. следует, что он говорил ФИО1 лишь о благодарности и вознаграждении, не конкретизируя каком именно. Изменение обвинения в данной части не влияет на квалификацию действий подсудимой, так как договоренность о вознаграждение за совершение незаконных действий в любом случае свидетельствовала о корыстном умысле ФИО1, в дальнейшем ей были получены от Л. за совершенные по его просьбе незаконные действия денежные средства, которыми она распорядилась по своему усмотрению.

Суд полагает необходимым исключить из обвинения по всем преступлениям указание о том, что ФИО1 достоверно знала о том, что П., Т., Р. здоровы, так как соответствующих доказательств стороной обвинения не представлено. Вместе с тем изменение обвинения в данной части также на квалификацию действий подсудимой не влияет, так как внесение записей в медицинскую книжку и на основании их в лист временной нетрудоспособности без осмотра пациента в любом случае является нарушением установленного соответствующего порядка.

Также суд полагает необходимым исключить из обвинения по всем преступлениям указание о том, что ФИО1 сама выписала листки нетрудоспособности, оставив указание о внесении ФИО1 сведений в листки нетрудоспособности и подписании их. Изменение обвинения в данной части также не влияет на квалификацию действий подсудимой, так как в судебном заседании установлено, что фактическое заполнение листков нетрудоспособности осуществлялось техническим сотрудником, вместе с тем записи делались им исключительно на основании собственноручных записей ФИО1 и в дальнейшем удостоверялись ее подписью.

Суд отмечает, что измененное обвинение существенно не отличается по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело принято к производству суда, а изменение обвинения не ухудшает положения подсудимой и не нарушает ее права на защиту.

В соответствии с примечанием к ст. 285 УК РФ должностными лицами в статьях настоящей главы признаются, в том числе, лица, выполняющие организационно-распорядительные функции в государственных учреждениях.

В соответствии с п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.10.2009 N 19 "О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий" к организационно-распорядительным функциям относятся полномочия лиц по принятию решений, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, например, по выдаче медицинским работником листка временной нетрудоспособности.

ФИО1 являлась лицом, выполняющим организационно-распорядительные функции в государственном учреждении, так как обладала полномочиями по принятию решений по выдаче листка временной нетрудоспособности, имеющих юридическое значение и влекущих определенные юридические последствия, то есть должностным лицом.

Доводы стороны защиты, несмотря на ссылку на п. 4 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, являются явно не обоснованными, выдача листков нетрудоспособности отнесено к полномочиям ФИО1, именно она удостоверила информацию в листках нетрудоспособности своей подписью, именно она несет ответственность за достоверность сведений, отраженных как в медицинских картах, так и в листках нетрудоспособности.

При совершении всех преступлений подсудимая действовала из корыстной заинтересованности, так как из показаний свидетеля Л., данных в ходе предварительного следствия и признанных судом достоверными, следует, что он говорил ФИО1 о том, что отблагодарит ее за совершенные ей по его просьбе незаконные действия, а незаконные действия по Р. вообще осуществлялись ФИО1 уже после получения взятки от Л. за совершение аналогичных действий по П., Т. Кроме того, из показаний самой подсудимой, данных в ходе предварительного следствия и признанных судом достоверными, следует, что она понимала, что Л. отблагодарит ее за совершенные ей незаконные действия. Из вышеуказанных показаний ФИО1 и Л. следует, что перечисленные Л. ФИО1 денежные средства ей приняты, при обращении Л. 10.07.2017 вопрос о перечисленных 27.06.2017 денежных средств не обсуждался.

По факту совершения преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 291.2 УК РФ.

Взятки получены подсудимой за совершение в пользу представляемых взяткодателем лиц, действий, входящих в ее служебные полномочия как должностного лица, которые она имела права совершать в пределах своей служебной компетенции.

Совершенные с использованием служебных полномочий действия, за которые подсудимая получила взятку, совершены незаконно, так как они совершены в отсутствие предусмотренных законом оснований, за принятие незаконного решения на основании заведомо подложных документов, внесения в документы сведений, не соответствующих действительности.

Взятка получена подсудимой лично, так как денежные средства за совершение ей незаконных действий были перечислены на ее банковский счет.

Вопреки доводам стороны защиты согласно пп. 8, 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях" ответственность за получение взятки наступает независимо от времени получения должностным лицом взятки - до или после совершения им действий (бездействия) по службе в пользу взяткодателя или представляемых им лиц, а также независимо от того, были ли указанные действия (бездействие) заранее обусловлены взяткой или договоренностью с должностным лицом о передаче за их совершение взятки. Получение взятки считается оконченным с момента принятия должностным лицом хотя бы части передаваемых ему ценностей.

По факту совершения преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292 УК РФ.

Листы временной нетрудоспособности, медицинские карты являются официальными документами, так как они удостоверяют факты, влекущие юридические последствия в виде предоставления или лишения прав, возложения или освобождения от обязанностей, изменения объема прав и обязанностей.

Вопреки доводам стороны защиты отнесение вышеуказанных документов к официальным документам прямо предусмотрено п. 35 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.07.2013 N 24 "О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях", медицинские карты удостоверяют факт заболевания, на основании записей в медицинской карте, удостоверенных врачом, выдается лист нетрудоспособности, медицинская карта является документом государственного учреждения.

Подсудимой в официальные документы внесены заведомо ложные сведения, так как в них отражены заведомо не соответствующие действительности факты о производствах осмотров и их результатах.

Вопреки доводам стороны защиты ФИО1 знала, что внесение записей в медицинскую книжку о результатах осмотра пациента, выдача на основании этого осмотра листка временной нетрудоспособности возможны только после фактического осмотра пациента, что подтверждено самой подсудимой. Таким образом, внося вышеуказанные сведения без осмотра пациентов, ФИО1 понимала, что данные сведения являются ложными.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по

ч. 1 ст. 292 УК РФ – служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из корыстной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 УК РФ),

ч. 1 ст. 292 УК РФ – служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из корыстной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 УК РФ),

ч. 1 ст. 292 УК РФ – служебный подлог, то есть внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений, если эти деяния совершены из корыстной заинтересованности (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного частью первой статьи 292.1 УК РФ),

ч. 1 ст. 291.2 УК РФ - получение взятки лично в размере, не превышающем десяти тысяч рублей,

ч. 1 ст. 291.2 УК РФ - получение взятки лично в размере, не превышающем десяти тысяч рублей,

ч. 1 ст. 291.2 УК РФ - получение взятки лично в размере, не превышающем десяти тысяч рублей.

При назначении наказания подсудимой суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновной, обстоятельства смягчающие ее наказание, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимой и условия жизни ее семьи.

Суд также руководствуется положениями ч. 2 ст. 43 УК РФ, согласно которым наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений.

При назначении наказания суд учитывает сведения о личности подсудимой, изложенные в характеристиках, о ее семейном и имущественном положении, состоянии здоровья, поведении в быту.

Согласно характеристикам по месту жительства и работы подсудимая характеризуется положительно (том 1 л.д.225, том 3 л.д.99, 100, 101).

На учете у врача-психиатра и врача-нарколога подсудимая не состоит (том 1 л.д.222, том 3 л.д.105), в судебном заседании ведет себя адекватно, у суда не возникло сомнений в ее вменяемости как в момент совершения преступлений, так и в настоящее время.

Смягчающими наказание подсудимой обстоятельствами согласно пп. «г», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признает наличие малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений.

Учитывая признание протокола явки с повинной недопустимым доказательством, оснований для признания его смягчающим наказание обстоятельством не имеется.

Смягчающие наказание подсудимой обстоятельства существенно не уменьшают степень общественной опасности совершенных ей преступлений, поэтому суд не находит оснований для применения к ней ст. 64 УК РФ.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность подсудимой, ее имущественное и семейное положение, имущественное положение ее семьи, возможность получения ей заработной платы или иного дохода, суд приходит к выводу о назначении ей наказания за совершенные преступления в виде штрафа.

Окончательное наказание по совокупности преступлений, по мнению суда, подлежит назначению в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Мера пресечения в отношении подсудимой не избиралась.

Вещественных доказательств нет.

При решении вопроса о процессуальных издержках суд руководствуется ст. 131, 132 УПК РФ.

Процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных защитнику за оказание юридической помощи подсудимой по назначению следователя и суда, подлежат взысканию в доход федерального бюджета с подсудимой.

С подсудимой подлежат взысканию процессуальные издержки в сумме 3 381 рубль за 3 дня участия защитника в ходе предварительного следствия, из расчета 1 127 рублей в день, 1 265 рублей за 2 дня участия защитника в ходе предварительного следствия, из расчета 632 рубля 50 копеек в день, 3 381 рубль за 3 дня участия защитника по назначению суда в судебном заседании, из расчета 1 127 рублей в день.

Оснований для освобождения подсудимой от уплаты процессуальных издержек суд не усматривает, так как не усматривает ее имущественной не состоятельности.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2, ч. 1 ст. 291.2, ч. 1 ст. 292, ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, и назначить ей наказание

за каждое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 292 УК РФ, в виде штрафа в размере 20 000 рублей,

за каждое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, в виде штрафа в размере 30 000 рублей.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначить ФИО1 окончательно наказание в виде штрафа в размере 100 000 рублей.

Реквизиты для уплаты административного штрафа:

Наименование получателя платежа: Управление федерального казначейства по Курганской области (СУ СК России по Курганской области л/с <***>) ОКАТО 37401000000 ОКТМО 37701000 ИНН/КПП <***>/450101001 р/с <***> Отделение Курган г. Курган БИК 043735001 КБК 41711621010016000140.

Взыскать с ФИО1 процессуальные издержки по оплате труда адвоката в качестве защитника по назначению в размере 8 027 (восемь тысяч двадцать семь) рублей в доход федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Курганского областного суда в течение 10 суток со дня провозглашения путем подачи жалобы через Шумихинский районный суд Курганской области.

В соответствии с ч. 3 ст. 389.6 УПК РФ в случае подачи апелляционной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Желание принять непосредственное участие в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, равно как и отсутствие такового, а также свое отношение к участию защитника, либо отказ от защитника при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, должны быть выражены осужденной в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление в течение 10 суток со дня вручения копии приговора либо копии жалобы или представления.

Председательствующий Д.В. Пономарев

Апелляционным постановлением Курганского областного суда от 01.11.2018 года приговор Шумихинского районного суда Курганской области от 04.09.2018 года в отношении ФИО1 изменен.

Снизить размер процессуальных издержек, подлежащих взысканию с осужденной ФИО1 в федеральный бюджет, до 4646 (четыре тысячи шестьсот сорок шесть) руб.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья Д.В. Пономарев