Решение № 2-09/2019 2-2955/2018 2-9/2019 2-9/2019(2-2955/2018;)~М-2207/2018 М-2207/2018 от 29 января 2019 г. по делу № 2-09/2019

№2-09/2019

29RS0023-01-2018-003077-14


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Северодвинск 30 января 2019 года

Северодвинский городской суд Архангельской области в составе:

председательствующего судьи Челпановой С.В.,

при секретаре Личутиной М.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску региональной общественной организации «Северное Общество Защиты Прав Потребителей» в интересах ФИО1 ФИО16, Крапивной ФИО17 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» о взыскании страхового возмещения и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

региональная общественная организация «Северное Общество Защиты Прав Потребителей» (далее – РОО «СОЗПП») обратилась в суд с иском в интересах ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» (далее – ООО «СК «Согласие») о взыскании страхового возмещения и компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что 24 января 2018 года в результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащему ФИО1 автомобилю ..... причинены механические повреждения.

Гражданская ответственность виновника ДТП застрахована в ООО «СК «Согласие», который получив полный комплект документов, необходимый для принятия решения о выплате страхового возмещения, в установленные законом сроки выплату не произвел, указав на несоответствие полученных автомобилем повреждений механизму ДТП.

Не согласившись с отказом страховщика, истец обратился в суд.

С аналогичными требованиями, заявленными к ООО «СК «Согласие» РОО «СОЗПП» обратилось также в интересах ФИО2, указав, что в ДТП от 24 января 2018 года принадлежащему ФИО2 автомобилю ..... причинены механические повреждения.

Не согласившись с отказом страховщика, истец обратился в суд.

Определением суда от 09 января 2019 года гражданские дела объединены в одно производство.

С учетом уточнённых требований, РОО «СОЗПП» просит взыскать с ООО «СК «Согласие»: в пользу ФИО1 страховое возмещение в размере 188 100 руб., расходы по досудебной оценки – 6 500 руб., компенсацию морального вреда – 1 000 руб., а также штраф (в пользу ФИО1 и РОО «СОЗПП») (Т3 л.д. 233-оборот); в пользу ФИО2 восстановительный ремонт в размере 317 600 руб., УТС – 11 351 руб. 86 коп., расходы на претензию – 3 000 руб., компенсацию морального вреда – 1 000 руб., расходы на оценку – 20 000 руб., штраф (в пользу ФИО2 и РОО «СОЗПП») (Т2 л.д. 30-оборот).

Истцы ФИО1, ФИО2, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились (л.д. Т3 л.д. 229, Т2 л.д. 53).

Представитель истцов ФИО3 в судебное заседание не явилась, о месте и времени судебного заседания извещена, надлежащим образом, в предварительном судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика ООО «СК «Согласие» ФИО4 с требованиями не согласилась.

Ссылаясь на результаты проведенной повторной судебной экспертизы, выполненной ООО «КримЭксперт», а также на результаты независимой экспертизы, выполненной по заявке страховщика ООО «Межрегиональный Экспертно-Технический Центр», заключивших о несоответствии полученных ТС истцов повреждений обстоятельствам ДТП, в удовлетворении исковых требований просила отказать.

Не согласилась с результатами судебной экспертизы, выполненной ООО «АрхПромЭкспертиза», поскольку экспертом, при исследовании ДТП, не учтены такие особенности автомобиля как автоматическая коробка передач, тогда как при проведении исследования эксперт исходил из наличия в автомобиле механической коробки переключения передач. В судебном заседании эксперт также не смог пояснить почему при составлении заключения им указано на наличие в автомобиле ФИО1 механической коробки передач.

Изложенное привело к неверному выводу относительно возможности выезда транспортного средства ФИО1 на дорогу вследствие удара от автомобиля Вольво, где произошло последующее столкновение с транспортным средством ФИО2, поскольку при наличии автоматической коробки передач, при незначительном ударе, выезд автомобиля на проезжую часть перекрёстка невозможен.

Поскольку выезд автомобиля ФИО1 на перекрёсток при заявленном механизме ДТП (силе удара от автомобиля Вольво, объема взаимных повреждений транспортных средств) невозможен, последующее столкновение автомобиля ФИО1 (Ауди) с автомобилем ФИО2 (Хендай) исключается.

Третьи лица ФИО5, ФИО6, извещенные о времени и месте судебного заседания, в суд не явились (Т3 л.д.240, Т3 л.д. 236).

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела в их совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 24 января 2018 года в результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) с участием автомобиля ....., (далее также ТС, Ауди), принадлежащий ФИО1...., (далее - Хендай), принадлежащий ФИО2, а также автомобиля ..... (далее - Вольво), автомобили истцов были повреждёны.

Как следует из административного материала, водитель автомобиля Вольво не учёл дистанцию до двигающегося впереди него автомобиля Ауди и допустил с ним столкновение, от чего автомобиль Ауди откинуло на проезжую часть, где произошло столкновение с автомобилем Хендай.

На момент ДТП гражданская ответственность причинителя вреда застрахована ООО «СК «Согласие», к которому истец ФИО1 и ФИО2 26 января 2018 г. и 29 января 2018г., соответственно, обратились с заявлениями о страховой выплате, с приложением всех необходимых документов (л.д. Т3 л.д. 52-53, Т1 л.д. 164-165).

Произведя осмотр транспортных средств 26 января и 30 января 2018 г. (Т3 л.д.55-56, Т1 л.д.166-167), соответственно, по заявке страховщика 20 февраля 2018 года составлены экспертные заключения, выполненные ООО «М-Групп», согласно которым повреждения транспортных средств истцов были образованы при иных обстоятельствах, отличающихся от заявленных обстоятельств столкновения и не могли быть получены в данном ДТП (Т3 л.д. 57-63, Т1 л.д. 170-183).

Письмом от 06 марта 2018 года (Т3 л.д.68) и 23 февраля 2018 года (Т.1 л.д. 168) страховщик отказал в страховом возмещении ФИО1 и ФИО2, соответственно, указав, что по результатам независимого экспертного транспортно-трассологического исследования, выполненного ООО «М-Групп» проведенной по заявке страховщика, все заявленные технические повреждения автомобилей истцов, не могли образоваться в результате ДТП от 24 января 2018 года, поскольку не соответствуют заявленному механизму ДТП.

Не согласившись с ответом страховщика, истцы обратились с претензиями, которые получены ответчиком 05 марта 2018г. (и 23 марта 2018 года.

Письмами от 12 марта 2018г. (Т3 л.д.27) и 26 марта 2018 г. (Т1 л.д.169) в удовлетворении претензии отказано по основаниям, аналогичным изложенным в первых письмах от 06 марта 2018 года и 23 февраля 2018 года.

Не согласившись с ответом страховщика, истцы обратились в суд.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

В соответствии с п. 12 ст. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 N 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховой случай - наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение (абзац одиннадцатый статьи 1 Закона об ОСАГО).

Согласно п. 3.1 «Положения о правилах обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (утв. Банком России 19.09.2014 N 431-П) дорожно-транспортное происшествие является страховым случаем, с наступлением которого связана обязанность страховщика, возместить потерпевшему лицу ущерб.

Согласно п. 1.2 Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (ред. от 04.12.2018) «О Правилах дорожного движения» «дорожно-транспортное происшествие» - событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.

Аналогичные положения изложены в ст. 2 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ (ред. от 27.12.2018) «О безопасности дорожного движения» (с изм. и доп., вступ. в силу с 30.12.2018)

По смыслу положений ст. 931 ГК РФ, ст.ст. 6,7 Закона об ОСАГО страховщик ответственности владельца транспортного средства при наступлении страхового случая возмещает потерпевшему причиненный вред в пределах страховой суммы 400 000 руб. – в части возмещения вреда имуществу одного потерпевшего.

Исходя из предмета и основания иска, истцам надлежало доказать наступление страхового случая, как основания для возложения на ответчика обязанности по страховому возмещению ущерба, причинённого в результате указанного ими ДТП от 24 января 2018 года.

Как следует из представленных истцами экспертных заключений, приложенных к искам, выполненных ИП ФИО7 относительно автомобиля истца ФИО1 - Ауди и ИП ФИО8 относительно автомобиля ФИО2 - Хендай, исследование механизма ДТП экспертами не проводилось, выводы экспертиз содержат заключения только о стоимости восстановительного ремонта автомобилей истцов.

В рамках рассмотрения гражданского дела по иску ФИО2 (в последующем объединённым с гражданским делом по иску ФИО1) по ходатайству ответчика для определения соответствия повреждений транспортного средства обстоятельствам и характеру ДТП проведена судебная экспертиза ИП ФИО7 по заключению которого эксперт пришел к выводу о том, что механизм образования повреждения автомобиля Хендай соответствует характеру ДТП.

При этом, в исследовательской части заключения содержится изложение результатов тестов на фронтальный удар аналогичного автомобиля Хендай при скорости 35 км/ч о жесткий барьер, предоставленные американской организацией NHTSA на сайте https://wwwnrd.nhtsa с приведением фото-таблиц результатов краш-теста.

На основании представленных фотографий краш-теста эксперт указывает на идентичность процессов деформации, происходящих при фронтальном ударе серийно выпускающегося автомобиля (с учетом того, что скорость автомобиля краш-теста в 1,5 раза превышает скорость автомобиля истца при ДТП) из чего сделан вывод об идентичности повреждений автомобиля Хендай, зафиксированным на фотографиях, имеющихся в деле (Т1 л.д. 72-79).

Между тем порядок исследования обстоятельств и установления причин возникновения повреждений транспортных средств определен главой 2 «Положения о единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства» (утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П)

Согласно п. 2.1, 2.2, 2.3 Единой методике в рамках исследования устанавливается возможность или невозможность получения транспортным средством потерпевшего повреждений при обстоятельствах, указанных в заявлении о страховом случае, в документах, оформленных компетентными органами, и в иных документах, содержащих информацию относительно указанных обстоятельств.

Установление обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства основывается на: сопоставлении повреждений транспортного средства потерпевшего с повреждениями транспортных средств иных участников дорожно-транспортного происшествия; сопоставлении повреждений транспортного средства потерпевшего с иными объектами (при их наличии), с которыми оно контактировало после взаимодействия с транспортным средством страхователя в дорожно-транспортном происшествии; анализе сведений, зафиксированных в документах о дорожно-транспортном происшествии: справке установленной формы о дорожно-транспортном происшествии, извещении о страховом случае, протоколах, объяснениях участников дорожно-транспортного происшествия и так далее, их сравнении с повреждениями, зафиксированными при осмотре транспортного средства.

Проверка взаимосвязанности повреждений на транспортном средстве потерпевшего и на транспортном средстве страхователя проводится с использованием методов транспортной трасологии, основывающейся на анализе характера деформаций и направления действий сил, вызвавших повреждения частей, узлов, агрегатов и деталей транспортного средства, а также следов, имеющихся на транспортном средстве, проезжей части и объектах (предметах), с которыми транспортное средство взаимодействовало при дорожно-транспортном происшествии.

В случае невозможности натурного сопоставления строится графическая модель столкновения транспортных средств с использованием данных о транспортных средствах и их повреждениях из документов о дорожно-транспортном происшествии, имеющихся фотографий или чертежей транспортных средств либо их аналогов, в том числе с применением компьютерных графических программ.

В нарушение изложенного, исследование самого механизма ДТП, путём сопоставления имеющихся у транспортных средств – участников ДТП повреждений и следов в целях установления события ДТП в той последовательности, как об этом заявлено участниками ДТП, экспертом не проводилось.

Таким образом, выводы эксперта ИП ФИО7, основанные на результатах краш-теста аналогичного транспортного средства, без проведения расчетов и исследования механизма ДТП, являются предположительными, не основанными на результатах объективного трассологического исследования в применением соответствующих расчетов, в связи с чем не могут быть приняты во внимание судом.

Возражая против заявленных требований, в подтверждение обоснованности отказа в страховом возмещении ответчиком представлено заключение специалиста, выполненное по заявке страховщика ООО «М-Групп», согласно которому, исходя из массы транспортных средств, наличия и характера повреждений автомобиля), силы первичного удара автомобиля Вольво в автомобиль Ауди, (который, по словам участников ДТП, от удара проехал вперед на проезжую часть дороги, где произошло столкновение с автомобилем Хендай) недостаточно для перемещения автомобиля Ауди, поскольку масса Ауди без нагрузки превышает массу въехавшего в него автомобиля Вольво.

Исследовав характер, объем и локализацию повреждений, специалист приходит к выводу о несоответствии повреждений автомобиля Хендай обстоятельствам, указанным в административном материале. Повреждения передней части автомобиля Хендай не могли образоваться в данной дорожной обстановке, а были образованы в результате контакта в другом месте с объектом, имеющим иное пространственно-формообразующее положение и иную морфологию (Т1 л.д. 170-183).

Аналогичные выводы содержатся в заключении того же специалиста, составленного в отношении автомобиля Ауди, принадлежащим ФИО1, согласно которому повреждения автомобиля Ауди были образованы при иных обстоятельствах, отличающихся от заявленных обстоятельств столкновения и не могли быть получены в данном ДТП (Т.3 л.д.57-63).

Выводы эксперта основаны на реконструкции механизма ДТП, с учетом углов расположения транспортных средств в момент их столкновения, направления их движения, с применением соответствующих расчетов, а также скорости движения транспортных средств, объема и характера зафиксированных повреждений.

В рамках рассмотрения гражданского дела по иску ФИО1 (в последующем объединённым с гражданским делом по иску ФИО2) по ходатайству ответчика для определения соответствия повреждений транспортного средства обстоятельствам и характеру ДТП проведена судебная экспертиза, а также (в связи с неполнотой проведенной по делу по иску ФИО2 судебной экспертизы ИП ФИО7) повторная экспертиза, которые выполнены ООО «АрхПромЭкспертиза».

Согласно данным заключениям полученные повреждения транспортных средств частично соответствуют обстоятельствам ДТП. Причина ДТП экспертом определена как наезд автомобиля Вольво на автомобиль Ауди и последовавшее выкатывание последнего на полосу движения автомобиля Хендай, где произошло столкновение с ним (Т.3 л.д. 94-127, Т1 л.д. 232-250-Т2 – л.д. 10).

Между тем отвечая на вопрос относительно обстоятельств ДТП, эксперт ФИО11, выполнявший заключение, исследовал место положения транспортных средств и их повреждения, путем сопоставления мест локализации взаимных повреждений при помощи масштабного сопоставления автомобилей без исследования самого механизма ДТП.

Фактически экспертом проведено исследование имеющегося объема повреждений транспортных средств без соотнесения их с механизмом ДТП.

Сопоставив повреждения двух автомобилей (Ауди и Хендай) и заключив о соответствии их мест локализации (взаимного расположения при контакте в момент ДТП) эксперт не ответил на вопрос суда о возможности получения таких повреждений при заявленном событии ДТП в той последовательности, как об этом изложено водителями транспортных средств.

Так, исследования о возможности получения заявленных повреждений с учётом направления движения (анализа вектора направления ударной силы), характера взаимного сближения и характера взаимодействия, включая повреждения динамического характера, которые должны были присутствовать при заявленном участниками ДТП ударе и их сопоставление с фактическими, экспертом не проведены.

Таким образом, требования Единой методики, предъявляемой к проведению транспортной трасологии (в части анализа характера деформаций и направления действий сил, вызвавших повреждения частей, узлов, агрегатов и деталей транспортного средства, а также следов, имеющихся на транспортном средстве, проезжей части и объектах (предметах), с которыми транспортное средство взаимодействовало при дорожно-транспортном происшествии), в целях установления обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства и, следовательно, возможности или невозможности получения транспортными средствами повреждений при заявленных обстоятельствах не соблюдены.

Моделирование повреждений транспортных средств, которые должны были быть зафиксированы при данном ДТП с учётом развития события ДТП, как о нём заявлено их участниками, а также с учетом технических особенностей транспортных средств и их сопоставление с фактически установленными, в нарушение требований Единой методики, экспертом также не проведено.

Кроме того, довод ответчика относительно неправильного определения технических данных автомобиля Ауди в части автоматической коробки переключения передач, которая в экспертном заключении указана как механическая, суд находит заслуживающим внимание.

Согласно сведениям идентификационного номера автомобиля, транспортное средство Ауди имеет автоматическую 6-ти ступенчатую коробку переключения передач.

В судебном заседании эксперт ФИО12, выполнявший экспертизу ООО «АрхПромЭкспертиза» не смог пояснить по какой причине при исследовании обстоятельств ДТП им была указана механическая коробка переключения передач автомобиля Ауди, при наличии в нём автоматической.

В связи с выявленными в заключениях эксперта недостатками, по ходатайству ответчика по делу по иску ФИО1 проведена повторная судебная экспертиза, выполненная ООО «КримЭксперт».

При этом, механизм происшествия ДТП определен экспертом как процесс, при котором двигающийся автомобиль Вольво произвел удар в заднюю часть находившегося (стоящего) спереди в попутном направлении автомобиля Ауди, после которого он сместился вперед на значительное расстояние до места столкновения с автомобилем Хендай.

Со слов участников, ДТП развивалось в следующей последовательности событий: автомобиль Вольво, двигаясь по дороге внутридворовой территории со скоростью 40 км/ч, не обеспечив безопасную дистанцию до стоящего впереди него в попутном направлении транспортного средства и допустил наезд на автомобиль Ауди, который отбросило (осуществил выезд) на полосу движения автомобилей, двигающихся по главной дороге, то есть осуществил перемещение со второстепенной дороги в границах Т-образного перекрёстка и перегородил полосу движений, по которой справа, в поперечном направлении, прямолинейно со скоростью 40км/ч двигался автомобиль Хендай, в результате чего произошло их столкновение.

Из чего рассматриваемое ДТП представляет собой два столкновения: автомобилей Вольво и Ауди и последующее столкновение автомобилей Ауди и Хендай.

На основании изучения и оценки рассматриваемого ДТП эксперт пришел к выводу, что поскольку автомобиль Вольво произвел удар в правую часть заднего бампера автомобиля Ауди, при котором вектор, складываемый из действия продольных и поперечных сил (ударных нагрузок), должен был быть направлен от места контакта у автомобиля Ауди в сторону его переднего правого угла, что должно было привести к смещению задка этого автомобиля вдоль продольной его оси, его отбрасыванию вперёд с разворотом корпуса против часовой стрелки на угол, зависящий от величины удара. Между тем как следует из фотоснимков с места ДТП смещения задка автомобиля Ауди, либо разворота его корпуса, после его взаимодействия с автомобилем Вольво не происходило.

Кроме того, изучив материалы дела, эксперт указал на отсутствие на месте ДТП неметаллических фрагментов деталей, узлов и агрегатов, которые должны были присутствовать при заявленном развитии ДТП с учетом массы транспортных средств, а также пониженной температуры окружающей среды, при которой эти разрушения отягощаются.

Экспертом установлено, что следы «юза» автомобиля Ауди (от удара ТС Вольво от места столкновения его столкновения с ТС Хендай) отсутствуют, что объясняется тем, что автомобиль перемещался в момент столкновения с ТС Хендай без блокировки колёс. Исходя из положений колёс, в момент столкновения с Хендай, автомобиль Ауди осуществлял поворот налево, что при ударе в его корпус, должно сопровождаться «юзом» передних колёс, либо «ступенчатостью» следовой дорожки протектора его передних, либо задних колёс, чего на фото с места ДТП также не имеется.

Кроме того, поскольку автомобиль Ауди оснащён 6-ти ступенчатой автоматической коробкой переключения передач в момент остановки транспортного средства все колёса автомобиля затормаживаются. И только после прекращения нагрузки на педаль тормоза, на передние колёса передается крутящий момент, следовательно, откат автомобиля Ауди вперед от незначительного удара сзади технически невозможен; перемещение остановившегося автомобиля Ауди вперёд на длину своего корпуса с заторможенными колёсами (то есть с включённой тормозной системой) во время остановки возможен только при крайне сильном ударе сзади, который сопровождается значительными деформациями каркаса кузова и разрушениями навесного и наружного и внутреннего оборудования (деталей), а также с наличием следов юза на дорожном покрытии ото всех заторможенных колёс, что на месте происшествия отсутствует.

Согласно заключению данной экспертизы выезд автомобиля Ауди на главную дорогу с технической точки зрения с наибольшей степенью вероятности произошел не вследствие его взаимодействия (контакта) с автомобилем Вольво, а произошел по каким-то иным причинам.

Таким образом, согласно заключению ООО «КримЭксперт» заявленное событие ДТП от 24 января 2018 года его участниками, не соответствует зафиксированным повреждениям на транспортных средствах, а также следам с места ДТП с учетом технических характеристик транспортных средств.

Изложенный вывод эксперта также подтверждается заключением независимой трассологической экспертизы, составленной ООО «Межрегиональный Экспертно-Технический Центр» по заказу страховщика в ходе рассмотрения дела в суде (Т1 л.д.184-202).

Согласно данному заключению заявленный механизм столкновения транспортных средств (Вольво, Ауди и Хендай), изложенный в административном материале, не соответствует обстоятельствам столкновения заявленного события от 24 января 2018г.

Представленное заключение выполнено на основании построения графической модели столкновения транспортных средств с использованием данных о транспортных средствах, с учетом их технических характеристик и их повреждениях из документов о дорожно-транспортном происшествии и имеющихся фотографий, с применением компьютерных графических программ: CYBID V-SIM - позволяющей выстроить графическую модель исследуемого ДТП (используется для анализа динамики движения автомобиля и реконструкции ДТП), а также Cybord Idea V-SIM - дает возможность моделировать в кинематике (анимации) движение объектов.

Как следует из графической модели ДТП, выстроенной при помощи указанных программ (представленной в экспертном заключении в виде распечатанных схем, а также на СД диске к заключению – видео-записи анимации смоделированного ДТП), при заявленном механизме сближения, с учетом дорожных условий и вывернутой влево передней оси автомобиля Ауди столкновение между автомобилями Хендай не будет носить блокирующий перпендикулярный характер столкновения (как об этом заявлено участниками ДТП), то есть в результате их взаимного контакта передняя часть автомобиля Ауди будет передана инерция со стороны автомобиля Хендай.

Конечное положение автомобилей Хендай и Ауди противоречит зафиксированному на схеме ДТП и фотоснимках с места ДТП. (Т1 лд.194-197).

Таким образом, заявленный участниками ДТП и зафиксированный сотрудниками ГИБДД механизм сближения, столкновения, разъезда и полной остановки автомобилей противоречит проведенному моделированию развития рассматриваемой дорожной ситуации с учетом законов физики и динамики ТС.

Выполненное ООО «КримЭксперт» заключение в рамках повторной судебной экспертизы, отвечает требованиям, установленным Федеральным законом от 29 июля 1998 года №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», а также Федеральным законом от 31 мая 2011 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», в связи с чем суд принимает его за основу при определении обстоятельств ДТП и, следовательно, страхового случая.

Представленные ответчиком заключения ООО «Межрегиональный Экспертно-Технический Центр» и ООО «М-Групп» также отвечают требованиям Единой методики, определяющей порядок проведения транспортной трасологии, основывающейся на анализе характера деформаций и направления действий сил, вызвавших повреждения частей, узлов, агрегатов и деталей транспортного средства, а также следов, имеющихся на транспортном средстве, проезжей части и объектах (предметах), с которыми транспортное средство взаимодействовало при дорожно-транспортном происшествии в том числе с применением графической модели столкновения транспортных средств.

Таким образом, при определении механизма и обстоятельств ДТП от 24 января 2018 года суд руководствуется данными экспертными заключениями, согласно выводам которых, наступление ДТП при заявленных его участниками событиях не соответствует фактическому механизму ДТП, а также повреждениям транспортных средств, в связи с чем выезд автомобиля Ауди на главную дорогу произошел не вследствие его взаимодействия с автомобилем Вольво, и, следовательно, зафиксированные повреждения транспортных средств были образованы при иных обстоятельствах, отличающихся от заявленных обстоятельств столкновения. Ввиду отсутствия события взаимодействия автомобиля Вольво с Ауди, последующее столкновение автомобиля Ауди и Хендай при заявленных истцами обстоятельствах, исключается.

При таких обстоятельствах, на основании оценки представленных в материалы дела доказательствах, руководствуясь изложенными нормами закона, суд приходит к выводу об отсутствии доказательств наступления страхового случая - дорожно-транспортного происшествия от 24 января 2018 года, в связи с чем обязанность страховщика возместить причинённый истцу ущерб, у ответчика не наступила.

Поскольку нарушения прав истцов в ходе рассмотрения дела не установлено, а требования о взыскании компенсации морального вреда, штрафа, а также расходов на оценку, являются производными от основного, в удовлетворении иска в данной части суд отказывает.

По делу были назначены и проведены судебные и повторные судебные экспертизы: в рамках дела (до объединения дел) по иску ФИО1 20 000 руб. - ООО «АрхПромЭкспертиза» (Т3 л.д. 92) и 22 000 руб. - ООО «КримЭксперт» (Т3 л.д.176); в рамках дела по иску ФИО2 20 000 руб. - ИП ФИО7 (Т1 л.д.71) и 25 000 руб. – ООО «АрхПромЭкспертиза» (Т1 л.д. 230).

Как следует из материалов дела, экспертизы назначены судом для проверки обоснованности заявленных истцами требований.

Учитывая, что правомерность требований истцов о взыскании страхового возмещения не нашла своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, с учетом положений ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, расходы по оплате судебных экспертиз должны быть возложены на истцов.

Между тем, расходы по оплате экспертизы, выполненной ООО «КримЭксперт» в размере 22 000 руб. оплачена ответчиком в полном объеме (Т3 л.д. 237), в связи с чем данные расходы подлежат взысканию с ФИО1 пользу ответчика в полном объеме.

Таким образом, с истцов подлежат взысканию расходы по проведению экспертизы в следующем порядке: с ФИО1 в пользу ООО «АрхПромЭкспертиза» в размере 20 000 руб.; с ФИО2 в пользу ИП ФИО7 в размере 20 000 руб., в пользу ООО «АрхПромЭкспертиза» в размере 25 000 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

в удовлетворении исковых требований региональной общественной организации «Северное Общество Защиты Прав Потребителей» в интересах ФИО1 ФИО18 Крапивной ФИО19 к обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» о взыскании страхового возмещения и компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с ФИО1 ФИО20 в пользу общества с ограниченной ответственностью «АрхПромЭкспертиза» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 20 000 руб.

Взыскать с Крапивной ФИО21 в пользу индивидуального предпринимателя ФИО7 расходы по проведению судебной экспертизы в размере 20 000 руб.

Взыскать с ФИО1 ФИО22 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 22 000 руб.

Взыскать с Крапивной ФИО23 в пользу общества с ограниченной ответственностью «АрхПромЭкспертиза» расходы по проведению судебной экспертизы в размере 25 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде через Северодвинский городской суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий С.В. Челпанова

.....