Решение № 2-3233/2024 2-4214/2025 2-4214/2025(2-3233/2024;)~М-2205/2024 М-2205/2024 от 29 января 2025 г. по делу № 2-3233/2024

Дело № 2-4214/2025

39RS0010-01-2024-002938-93


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2025 года г. Гурьевск

Гурьевский районный суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Дашковского А.И.

при секретаре Грязновой Ю.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 третьи лица ФИО3, БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова, ПАО СК «Росгострах», о взыскании материального ущерба, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ

Истец обратилась в адрес суда с названным иском, в обосновании которого указала, что 22 марта 2024 года около 12 час. 00 мин. на территории Балтийского высшего военно-морского училища имени адмирала Ф.Ф. Ушакова по адресу: <...>, водитель ФИО2, управляя ТС марки <данные изъяты>, при проезде по территории не убедился в безопасности маневра и механическими частями кузова автомобиля зацепил кабель и конструкции ближайшего здания, в результате чего произошло обрушение бетонной части фасада на принадлежащее истцу ТС марки <данные изъяты>.

В результате указанных действий ответчика ТС истца причинен фактический ущерб, размер которого на дату подачи искового заявления компенсирован не были.

Учитывая изложенное, истец просила суд взыскать в свою пользу компенсацию вреда, причиненного ее имуществу в размере 248 185,80 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 682 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 руб.

В судебное заседание истец ФИО1, будучи надлежащим образом извещенной о месте и времени рассмотрения дела, не явилась, ходатайствовала о рассмотрении дела без ее участи в присутствии представителя ФИО4, который заявленные требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, настаивал на их удовлетворении.

Представитель полагал, что в ходе рассмотрения спора нашел свое подтверждение факт причинения вреда имуществу истца со стороны ответчика, который изначально фактически признал вину в содеянном, что подтверждается фактом перечисления денежных средств одному из офицеров учебного заведения. В дальнейшем ответчик начал уклоняться от обязанности компенсировать ущерб только после того, как узнал цену восстановительного ремонта. В ответ на вопросы суда представитель указал, что ТС в настоящее время восстановлено.

Ответчик ФИО2, будучи надлежащим образом извещенным о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явился. Ранее в ходе судебного заседания ответчик пояснил, что с требованиями истца не согласен, поскольку имеет значительный опыт управления, как обычными транспортными средствами, так и специализированными. При таких условиях он уверен, что погрузочный механизм в период его движения находился в опущенном состоянии.

Также в ответы на вопросы суда ответчик пояснил, что на момент происшествия его гражданская ответственность на управление ТС марки <данные изъяты>, в установленном законом порядке по договору ОСАГО застрахована не была. В момент происшествия он осуществлял трудовую деятельность, как частной лицо, нанятое для вывоза мусора с территории военного учебного заведения. Также просил учесть, что он не был уверен в своей вине, но подвергся давлению со стороны значительного количества военнослужащих, находившихся на территории, и фактически убедившего его в его же виновности. Не отрицал, что переводил денежные средства в размере 10 000 руб. в счет производства экспертизы размера причиненного ТС ущерба по звонку одного из сотрудников БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова. Также ему неоднократно указывали на наличие видеозаписи, которая в дальнейшем представлена не была.

Дополнительно пояснил, что кабелей на территории он не видел, а с экспертизой согласен не был. Также сообщил, что консультировался с инспекторами ГАИ, но ему пояснили, что это не ДТП, при этом доказательств совершения звонков или устной беседы не представил. В дальнейшем не отрицал, что сотрудников ГИБДД он не вызывал. В связи с притязаниями военнослужащих в обеспечение материальной ответственности осуществил выгрузку из своего ТС контейнера (кески), который оставил на территории учебного заведения.

Представители ответчика ФИО5 и ФИО6 с заявленными требованиями не согласились, просили в их удовлетворении отказать. Настаивали на том, что стороной ответчика причинно-следственная связь между действиями их доверителя и фактом причинения вреда доказана не была. Полагали необходимым учесть факт того, что после происшествия ФИО2 оказался под давлением значительного количества военнослужащих, вынужден был совершить действиям, которые стороны истца трактует в качестве признания вины. Вместе с тем стороной истца также не был доказано, что зафиксированные на фотоматериалах, часть из которых подготовила сторона истца, блоки могли причинить тот вред, на который ссылается сторона истца. Представители просили критично отнестись к доводам стороны истца. При этом не отрицали, что из благих побуждений ответчик предлагал сам отремонтировать ТС бывшими в употреблении деталями и заплатил за осмотр транспортного средства.

Иные участники процесса, извещенные надлежащим образом о месте и времени рассмотрения спора, в суд не явились, заявлений и ходатайств суду не представили.

Ранее в судебном заседании третье лицо ФИО3 пояснил, что транспортное средство марки <данные изъяты>, был оставлено им на служебной парковке места прохождения службы – БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова в связи с убытием в служебную командировку за пределы РФ. О факте ДТП он узнал только после возвращения из командировки от супруги, являющейся собственником ТС, и коллег. Ключи от ТС он оставил на хранение в дежурной части с целью периодического прогрева ТС без ее использования кем-то из сотрудников.

Также ранее третьим лицом БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова ранее суду были представлены материалы разбирательства по факту имевшего место происшествия. Одновременно с этим в ответе на запрос суда содержалось ходатайство о рассмотрении дела без участия представителя третьего лица.

Выслушав явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, а также дав оценку представленным доказательствам в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В силу требований п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно положениям п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Кроме того, положениям п. 1 ст. 1064 ГК установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба (ст. 1072 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что согласно представленной копии журнала КПП БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова ответчик ФИО2, управляя ТС марки <данные изъяты> (собственник ФИО2 согласно представленным материалам), прибыл на территории названного учебного заведения 22 марта 2024 года в период 10 час. 32 мин. и покинул его в 10 час. 40 мин.

В указанный период времени он проследовал к месту складирования отходов, расположенного на внутренней территории БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова, расположенного недалеко от парковки транспортных средств сотрудников учебного заведения, осуществил погрузку мусора, предпринял попытку покинуть территорию учебного заведения.

В дальнейшем ФИО2 был остановлен сотрудниками (военнослужащими), проходящими службу и трудоустроенными в БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова, которыми было указано на факт совершения ответчиком происшествия – а именно на факт того, что при движении на ТС марки <данные изъяты>, он установленной на указанное ТС специальной конструкцией, необходимой для захвата, выгрузки и загрузки контейнера (кески) с отходами задел трос и силовой кабель, закрепленные между двумя зданиями, в результате чего допустил обрыв троса с последующим падением на ТС марки <данные изъяты> (собственник ФИО1), бетонного блока – места крепления кабеля.

Согласно содержанию документа, поименованного «Разбирательство по факту повреждения транспортного средства, принадлежащего старшему преподавателю кафедры № 13 капитану 2 ранга ФИО3, представленного по запросу суда из БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова, указанное разбирательство проведено врио начальника кафедры № 13 по указанию начальника учебного заведения.

Из содержания документа следует, что 22 марта 2024 года ФИО2 в период времени с 09 час. 00 мин. по 10 час. 00 мин., управляя ТС марки <данные изъяты> (контейнеровоз) осуществляя вывоз строительного мусора с территории учебного заведения, при этом в районе поликлиники училища зацепил трос и силовой кабель между зданиями поликлиники и трансформаторной подстанции опорами погрузочного механизма ТС, что привело к падению бетонной плиты, находившейся на крыше трансформаторной подстанции. В ходе падения блока ТС марки <данные изъяты>.

В ходе инцидента обрыва силового кабеля не было допущено, при этом в документе дана ссылка на информацию патрульного ДПС, указавшего, что названное происшествие не является ДТП.

В документе сделан вывод о том, что ущерб учебному заведению не причинен, необходимость в подаче иска отсутствует. В рамках дополнительных пояснений, представленных суду, указано, что ремонт троса и установка блоков произведена силами личного состава ЦЖКУ ЖКС № 6.

Суд учитывает наличие противоречий в указанном документе в части периода нахождения ФИО2 на территории учебного заведения с содержанием журнала, но полагает их технической ошибкой, а в оставшейся части документ подлежащей оценки с учетом всей совокупности представленных доказательств.

Так судом ходе рассмотрения спора был допрошен ряд свидетелей, пояснивших следующие обстоятельства.

Свидетель ФИО16. сообщил, что 22 марта 2024 года выполнял функции дежурного по специальному отделению, расположенного рядом с местом происшествия, при этом заступил на смену в 17 час. 00 мин. 21 марта 2024 года, а в ходе обхода территории происшествий выявлено не было. Парковка ТС расположена с левой стороны от КПП, вдоль здания около мусорных баков. Иной проезд к месту расположения мусорных баков отсутствует. После утреннего построения свидетель убыл в свою лабораторию. Примерно через двадцать минут ему поступил звонок о происшествии, доклад осуществил старшекурсник иностранец ФИО15, в настоящее время окончивший обучение. Свидетель прибыл на место происшествия и обнаружил, что рядом с ТС марки <данные изъяты> находился мусоровоз ответчика, на земле лежал бетонный блок, ТС марки <данные изъяты> имела повреждения капота и стекла. Свидетель частично осуществил фотографирование место происшествий для передачи сведений стороне истца. Согласно пояснениям свидетеля кабель крепился к тросу, который в свою очередь был закреплен к бетонному блоку на крыше теплопункта.

Свидетель ФИО10 сообщил, что ДД.ММ.ГГ он должен был заступать на дежурство, при этом время прибытия определялось в 15 час. 45 мин. Ключ от ТС марки KIA RIO находился на кафедре, по просьбе ФИО3 и в связи с его убтием в командировку периодически осуществлялся прогрев ТС без использования по прямому назначению. До это ТС свидетель видел в начале недели. После развода в 17 час. 30 мин. свидетелю доложили, что заезжал рабочий на мусоровозе, и не заметил стальной провод. В дальнейшем свидетель обнаружил поврежденное ТС марки <данные изъяты>, рядом с ним на земле находились два бетонных блока и оборванный торс. В понедельник 25 марта 2024 года свидетель связался с ответчиком, указал, что ТС будет отвезено на дефектовку и осмотр. Ответчик перечислил свидетелю 10 000 руб. в счет транспортировки и осмотра ТС. Согласно пояснениям свидетеля ответчик предлагал самостоятельно осуществить ремонт ТС бывшими в употреблении деталями, но свидетель сообщил, что должен согласовать с собственником.

Свидетель ФИО11 сообщил, что 22 марта 2024 года в момент происшествия он находился на совещании, о случившемся узнал от сотрудника учебного заведения. После прибытия на место происшествия он обнаружил поврежденное транспортное средство марки <данные изъяты>, принадлежащее истцу, на земле находились две или три бетонные конструкции, на которых находилось крепление троса и силового кабеля. Свидетель общался с ответчиком на месте, последний пояснил, что никуда не денется, в залог оставил контейнер (кеску).

Так при оценке характера события суд учитывает разъяснения, отраженные в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", согласно которому страховой случай - наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение (абзац одиннадцатый пункта 1 статьи 1 Закона об ОСАГО).

Под использованием транспортного средства следует понимать не только его передвижение в пространстве, но и все действия, связанные с этим движением и иной эксплуатацией транспортного средства как источника повышенной опасности.

Применительно к Закону об ОСАГО под использованием транспортного средства понимается его эксплуатация, связанная с движением в пределах дорог, на прилегающих к ним и предназначенных для движения транспортных средств территориях (во дворах, в жилых массивах, на стоянках транспортных средств, заправочных станциях, а также на любых других территориях, на которых имеется возможность перемещения (проезда) транспортного средства).

Вред, причиненный эксплуатацией оборудования, установленного на транспортном средстве, и непосредственно не связанный с участием транспортного средства в дорожном движении (например, опорно-поворотным устройством автокрана, бетономешалкой, разгрузочными механизмами, стрелой манипулятора, рекламной конструкцией на автомобиле), не относится к случаям причинения вреда собственно транспортным средством (абзац второй пункта 1 статьи 1 Закона об ОСАГО).

С учетом приведенных разъяснений и установленных обстоятельств по делу, суд приходит к выводу, что 22 марта 2024 года имевшее место в период с 10 час. 32 мин. по 11 час. 40 мин. происшествие, связанное с движением ТС марки <данные изъяты>, под управлением ответчика ФИО2, а также повреждением ТС марки <данные изъяты>, и конструкций здания БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова, являлось ДТП.

Более того, из показаний свидетелей следует, что повреждения ТС истца возникли после проезда ТС марки <данные изъяты>, под управлением ответчика ФИО2, после происшествия ответчик остановил транспортное средство, осматривал место происшествия, вступил в взаимодействия с сотрудниками учебного заведения, фактически признавал вину.

Положениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08.11.2022 N 31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" разъяснено, что при рассмотрении спора суд обязан установить степень вины лиц, признанных ответственными за причиненный вред, и взыскать страховое возмещение с учетом установленной судом степени вины лиц, гражданская ответственность которых застрахована. Обращение с самостоятельным заявлением об установлении степени вины законодательством не предусмотрено (абз. 2 п. 46).

В свою очередь положениями п. 1.3 ПДД, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5 ПДД).

В рамках п. 2.5 ПДД установлено, что при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию. При нахождении на проезжей части водитель обязан соблюдать меры предосторожности.

Согласно п. 2.6.1 ПДД, если в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только имуществу, водитель, причастный к нему, обязан освободить проезжую часть, если движению других транспортных средств создается препятствие, предварительно зафиксировав любыми возможными способами, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и повреждения транспортных средств.

Водители, причастные к такому дорожно-транспортному происшествию, не обязаны сообщать о случившемся в полицию и могут оставить место дорожно-транспортного происшествия, если в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств оформление документов о дорожно-транспортном происшествии может осуществляться без участия уполномоченных на то сотрудников полиции.

Если в соответствии с законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств документы о дорожно-транспортном происшествии не могут быть оформлены без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, водитель, причастный к нему, обязан записать фамилии и адреса очевидцев и сообщить о случившемся в полицию для получения указаний сотрудника полиции о месте оформления дорожно-транспортного происшествия.

На момент указанного ДТП гражданская ответственность ответчика на управление ТС марки <данные изъяты>, застрахована не была, что фактически предопределило необходимость вызова сотрудников полиции на место происшествия.

Указанные действия со стороны ответчика совершены не были, при этом суд критично относится к его доводам в части того, что в ходе консультации сотрудники ГИБДД указали, что происшествие не является ДТП.

Так сотрудники полиции фактически на место ДТП не вызывались, объективных препятствий к этому не имелось. В свою очередь законодателем такая обязанность на иных лиц, не являющихся участниками ДТП, которыми фактически являлись сотрудники учебного заведения, не возлагается.

Доводы о том, что на ответчика было оказано значительное психологическое давление со стороны военнослужащих суд также подвергает сомнению, поскольку ответчик не был лишен возможности осуществить свою защиту от такого давления путем обращения в органы военной прокуратуры или военно-следственные органы (дежурным офицерам), а также иные правоохранительные органы с соответствующими сообщениями, при этом такой возможностью не воспользовался.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Из разъяснений пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Учитывая, что факт повреждения ТС истца объективно подтверждается не только показаниями свидетелей, но представленными суду фотоматериалами, и наъодится в причинно-следственной связи с фактом проезда по территории учебного заведения мимо поврежденного автомобиля ТС марки <данные изъяты>, под управлением ФИО2, суд полагает, что ответчиком фактически первоначально предпринимались действия по сокрытию обстоятельств имевшего место ДТП с целью скорейшего разрешения спорной ситуации при отсутствии у него действующего полиса ОСАГО на управление принадлежащему ему ТС.

Более такой характер действий ответчик повлек за собой невозможности в полной мере надлежащим образом зафиксировать все обстоятельства ДТП, а также разрешить вопросы о наличии или отсутствии в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного положениями действующего процессуального закона.

При таких условиях суд оценивает действия ответчика как явно недобросовестные, и в совокупности с иными обстоятельствами, установленным в ходе рассмотрения спора по существу, в том числе о месте и времени возникновения повреждений ТС истца, а также обстоятельствами, имевшими место после ДТП в части предложений ответчика осуществить ремонт поврежденного ТС самостоятельно и предоставления денежных средств в счет производства технического осмотра поврежденного ТС, приходит к выводу, что повреждения ТС истца возникли в результате действий ответчика при управлении ТС марки <данные изъяты>, выразившимися в повреждении при движении инфраструктуры учебного заведения, а именно троса, закрепленного на зданиях к бетонным блокам манипулятором погрузчика, с последующим частичным обрушением элемента поврежденной инфраструктуры - бетонных блоков (в результате давления на трос и его натяжения с разрывом) на ТС марки <данные изъяты>.

Изложенное в своей совокупности свидетельствует о том, что именно с ответчика, как владельца источника повышенной опасности ТС марки <данные изъяты>, на дату ДТП, подлежит взысканию компенсацию ущерба в пользу стороны истца.

Иные доводы стороны ответчика, суд полагает фактически направленными на сокрытие обстоятельств ДТП, и, как следствие, уклонение от возможности наступления материальной ответственности, при этом противоречащими фактическим обстоятельствам спора.

Оценивая размер заявленных требований судом во внимание приняты документы, подтверждающие фактически понесенные затраты на ремонт ТС марки <данные изъяты>, в размере 258 185,80 руб.

Так указанный размер повреждений подтвержден заказ-нарядом № АС-24-000476 от 26 марта 2024 года, подготовленным ООО «Автосервис на Московском» (согласно открытым источникам информации официальный автосервис бренда KIA на территории Калининградской области) спустя 4 дня после ДТП, а также представленной суду кавитацией об оплате и актом выполненных работ № АС-24-000476 от 27 мая 2024 года.

Указанный размер вреда стороной ответчика фактически оспорен не был, ходатайство о назначении судебной экспертизы стороной ответчика в установленном процессуальном законом порядке не заявлено, иных доказательств в опровержение обоснованности понесенных расходов не представлялось, а позиция фактически сводилась лишь к недоказанности причинения указанного вреда истцу ответчиком.

Оснований для назначения производства такой экспертизы по инициативе суда, с учетом положений действующего процессуального закона, установлено не было, в том числе с учетом требований ст. 56 ГПК РФ.

При этом во внимание судом принята позиция истца, полагавшего необходимым предъявить к ответчику требования в размере 248 185,80 руб., т.е. за вычетом ранее переданных денежных средств в размере 10 000 руб.

Учитывая изложенное суд приходит к выводу о том, что в пользу истца в ответчика подлежит взысканию компенсация фактически понесенных расходов на восстановительный ремонт ТС в размере 248 185,80 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу положении ст. 94 ГПК РФ к таким расходам относятся, в том числе, почтовые расходы, а также иные, связанные с делом.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При названном правовом регулировании в пользу истца с ответчика подлежат взысканию расходы, понесенные на оплату государственной пошлины в размере 5 682 руб.

Разрешая требования истца в оставшейся части, суд учитывает, что в силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из содержания материалов дела следует, что 16 апреля 2024 года между ИП ФИО4 (исполнитель) и ФИО1 (заказчик) заключен договор № 24/1б возмездного оказания (юридических услуг), по условиям которого исполнитель обязался оказать заказчику следующие юридические услуги: юридическую помощь по ДТП: 22 марта 2024 года около 12 часов на территории БВМИ им. адмирала Ф.Ф. Ушакова с участием ТС марки <данные изъяты>, и ТС марки <данные изъяты>, принадлежащего ФИО1; проведение юридического анализа документов и консультации клиента; досудебного порядка урегулирования спора, проведенных встреч и переговоров; сборов и подготовки необходимых документов; организации осмотра и оценки поврежденного ТС; подготовка и подача искового заявления в суд; направление материалов всем заинтересованным сторонам по гражданскому делу; участие в судебных заседаниях в суде первой инстанции; участие в судебных заседаниях в суде апелляционной инстанции; осуществление иных действий и мероприятий (п. 1.1 договора).

Стоимость оплаты услуг сторонами согласована в размере согласно прейскуранту цен (п. 3.1 договора).

Факт исполнения обязательств сторонами подтверждается материалами дела, а также актом сдачи-приемки услуг от 05 августа 2024 года с перечисленным объемом работ в рамках производства по гражданскому делу в суде первой инстанции, а также определением цены работ в размере 40 000 руб. и квитанцией об оплате в указанном размере от 29 июля 2024 года № 24/16.

Вместе с тем разрешая требования истца о взыскании судебных расходов, суд учитывает, что в соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Пунктом 13 этого же постановления разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя. Критерии оценки разумности расходов на оплату услуг представителя определены в разъяснениях названного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Следовательно, суду в целях реализации одной из основных задач гражданского судопроизводства по справедливому судебному разбирательству, а также обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон при решении вопроса о возмещении стороной судебных расходов на оплату услуг представителя необходимо учитывать, что если сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов, то суд не вправе уменьшать их произвольно, а обязан вынести мотивированное решение, если признает, что заявленная к взысканию сумма издержек носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Принимая во внимание указанные критерии, проанализировав материалы гражданского дела, свидетельствующие об объеме и характере выполненной работы и оказанной юридической помощи представителем ФИО4 (с том числе на стадии досудебной подготовки спора), учитывая характер спорных правоотношений, сложность и конкретные обстоятельства дела, требования закона об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле, суд считает, что рассматриваемые требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в заявленном размере (40 000 руб.) не соответствует критерию разумности и соразмерности и уменьшает его до 35 000 руб., что в свою очередь отвечает требованиям разумности и сложившейся гонорарной практике.

Руководствуясь ст. ст. 98, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО1 (паспорт №) с ФИО2 (паспорт №) компенсацию ущерба в размере 248 185,80 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 5 682 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 35 000 руб., а всего в размере 288 867 (двести восемьдесят восемь тысяч восемьсот шестьдесят семь) руб. 80 коп.

В удовлетворении остальной части требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Гурьевский районный суд Калининградской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 17 февраля 2025 года.

Судья