Решение № 2-472/2017 2-472/2017(2-6042/2016;)~М-6238/2016 2-6042/2016 М-6238/2016 от 10 января 2017 г. по делу № 2-472/2017

Дело № 2-472/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 января 2017 года

Советский районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Загуменновой Е.А.

при секретаре Наурзалиновой А.А.,

с участием прокурора Рыскиной О.Я.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Закрытому акционерному обществу «Челябинские строительно-дорожные машины», индивидуальному предпринимателю ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Закрытому акционерному обществу «Челябинские строительно-дорожные машины» (далее по тексту – ЗАО «ЧСДМ»), индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее по тексту – ИП ФИО3) о компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование иска указал на то, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал в ЗАО «ЧСДМ» во вредных условиях. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ работал у ИП ФИО3 В ДД.ММ.ГГГГ году в период работы в <данные изъяты>» ему был установлен диагноз «<данные изъяты>», составлен акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ года, непосредственной причиной возникновения заболевания послужило длительное многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период работы у ИП ФИО3 ему был установлен диагноз профессионального заболевания «Вибрационная болезнь», составлен акт о профзаболевании, в соответствии с которым лицом, допустившим нарушения санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов указан ИП ФИО3 В настоящее время ему установлена утрата профессиональной трудоспособности бессрочно на 40% и третья группа инвалидности по указанному профзаболеванию «<данные изъяты>» и 10% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Вибрационная болезнь». В связи с полученными заболеваниями вынужден постоянно обращаться ко врачам, принимать лекарственные препараты, пользоваться ингаляторами, не может вести нормальный активный образ жизни, испытывает ежедневные неудобства из-за необходимости постоянного приема лекарств и применения ингаляторов. С учетом всех обстоятельств, степени испытываемых им физических и нравственных переживаний, оценивает размер причиненного ему профзаболеваниями морального вреда в 150000 рублей, который и просит взыскать с ответчиков в свою пользу.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО4 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме, в дополнение суду пояснили, что в ДД.ММ.ГГГГ году истцу была установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «<данные изъяты>». В период работы в ЗАО «ЧСДМ» состояние его здоровья не ухудшалось. В период работы у ИП ФИО3 ему сразу было установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз» и вибрационная болезнь. У ИП ФИО3 он отработал 7 месяцев, после чего уволился. После увольнения состояние его здоровья ухудшалось, в результате в ДД.ММ.ГГГГ году ему было установлено 40% по <данные изъяты>, в ДД.ММ.ГГГГ группа инвалидности по <данные изъяты>, 10 % установили по вибрационной болезни.

Представитель ответчика ЗАО «ЧСДМ» ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признала, в обоснование своей позиции пояснила, что истец в ЗАО «ЧСДМ» пришел работать уже с установленным ему диагнозом «<данные изъяты>», при этом до работы в ЗАО «ЧСДМ» ему было установлено уже 10% утраты профессиональной трудоспособности. В период работы в ЗАО «ЧСДМ» на протяжении 4 лет, состояние здоровья истца не ухудшалось, поскольку также по <данные изъяты> сохранялось 10% утраты трудоспособности. Полагает, что вины ЗАО «ЧСДМ» в причинении вреда здоровью истца не имеется. Также просила обратить внимание суда на то, что до работы в ЗАО «ЧСДМ» ФИО1 длительное время работал во вредных условиях у иных работодателей.

Представитель ответчика ИП ФИО3 – ФИО6 в судебном заседании с исковыми требованиями также не согласился в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Согласно данным возражениям, просил учесть, что истец до работы у ИП ФИО7 и ЗАО «ЧСДМ» длительное время работал во вредных условиях у других работодателей, у ИП ФИО3 истец на момент установления ему профессионального заболевания «Вибрационная болезнь» и установления 30% по заболеванию «Силикоз» всего отработал пять месяцев. Полагал, что столь короткий период работы истца у ИП ФИО3 не мог привести к возникновению у истца 30% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз» и второго профессионального заболевания «Вибрационная болезнь».

Выслушав мнение представителя истца и истца, представителей ответчиков, заслушав позицию прокурора, просившей о частичном удовлетворении исковых требований истца и о взыскании с ИП ФИО3 в пользу истца 60000 рублей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу статьи 37 Конституции РФ, каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Статьей 22 Трудового кодекса РФ предусмотрена обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Из положений статьи 237 Трудового кодекса РФ следует, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ" предусмотрено, что суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из материалов дела и установлено судом, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был принят на работу в цех № «Литейное производство» в ЗАО «ЧСДМ» выбивальщиком 3 разряда, ДД.ММ.ГГГГ уволен из ЗАО «ЧСДМ» переводом к ИП ФИО3 в цех № «Литейное производство» с ДД.ММ.ГГГГ по той же специальности, где осуществляя свою трудовую деятельность до ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13).

В период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время истец трудовую деятельность нигде не осуществляет (л.д. 13 ).

Установлено, что до трудоустройства истца в ЗАО «ЧСДМ», он осуществлял свою трудовую деятельность в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в ОАО «Сварочно-Литейный завод» в литейном цехе в качестве выбивальщика литья 3 разряда, в период работы на данном предприятии в мае 2000 года у него установлено наличие профессионального заболевания «Силикоз», о чем составлен соответствующий акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 16-17).

В соответствии с данным актом непосредственной причиной заболевания «Силикоз» является длительное многократное воздействие на организм истца вредных производственных факторов, а именно наличие в воздухе рабочей зоны кремнийсодержащей пыли (загазованность воздуха рабочей зоны), несовершенство технологических процессов и оборудования. Дополнительно установлены повышенные уровни шума и локальной вибрации. Лицом, ответственным за возникновение у истца профессионального заболевания «Силикоз» указано ОАО «Сварочно-литейный завод».

В период работы в ОАОм «Сварочно-литейный завод» во вредных условиях истцу было установлено 10% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз» сроком на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ.

Также установлено и следует из материалов гражданского дела, что в период работы в ЗАО «ЧСДМ» состояние здоровья истца ФИО1 не ухудшалось, а именно 10 % утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз», установленной истцу до трудоустройства к данному ответчику, сохранялось на протяжении всех 4 лет его работы в ЗАО «ЧСДМ» во вредных условиях. Так, согласно справкам МСЭ за период с ДД.ММ.ГГГГ истцу 10% по заболеванию «Силикоз» было подтверждено сроком на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ сроком на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ у истца было также подтверждено 10% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз».

Установлено, что по истечении пяти месяцев после перевода истца с ЗАО «ЧСДМ» к ИП ФИО3, у ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ было установлено уже 30% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз», также в период работы у ИП ФИО3 по истечении 6 месяцев с момента перевода с ЗАО «ЧСДМ» было установлено второе профессиональное заболевание «Вибрационная болезнь», что следует из акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 10).

В соответствии с указанным выше актом № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что стаж работы истца во вредных условиях по специальности выбивальщик отливок в Литейном производстве на момент составления данного акта составляет 23 года и 11 месяцев, при этом, включает в себя работу и у других работодателей, перечисленных в акте. Также согласно акту установлено, что профессиональное заболевание истца «Вибрационная болезнь» возникла в результате выполнения истцом работы по выбивке оливок на инерционных выбивных решетках, из-за специфики технологического процесса и несовершенства технологического оборудования, длительного (80% рабочего времени) воздействия на его организм локальной вибрации (л.д. 10 оборот). Причиной возникновения указанного профессионального заболевания является воздействие на организм истца повышенных уровней локальной вибрации, класс вредности 3.3, лицом, допустившим нарушение санитарно-эпидемиологических правил и норм указан ИП ФИО3

После увольнения истца от ИП ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ), с ДД.ММ.ГГГГ истцу было подтверждено 30% утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз» сроком на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ и установлено 10% утраты по заболеванию «Вибрационная болезнь» также сроком на 1 год до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ подтверждено 30% по заболеванию «<данные изъяты> и 10% по «Вибрационной болезни» сроком на 2 года до ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ 30% по «<данные изъяты> и 10% по «Вибрационной болезни» установлено истцу бессрочно. ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено по заболеванию «Силикоз» 40% бессрочно и ДД.ММ.ГГГГ по данному заболеванию установлена 3 группа инвалидности также бессрочно.

Истцу разработаны индивидуальные программы реабилитации, согласно которым он нуждается в санаторно-курортном лечении, лекарственных средствах.

Таким образом, установлено, что впервые профессиональное заболевание <данные изъяты>» и 10% утраты профессиональной трудоспособности у истца по данному заболеванию было диагностировано и установлено до трудоустройства в ЗАО «ЧСДМ» и ИП ФИО3, в период работы в ЗАО «ЧСДМ» состояние здоровья истца не ухудшалось, в период работы у ИП ФИО3 по истечении 5 месяцев работы процент утраты трудоспособности истца по заболеванию «Силикоз» увеличился до 30%, то есть на 20%, и впервые установлено второе профессиональное заболевание «Вибрационная болезнь», что явно свидетельствует о том, что состояние здоровья истца резко ухудшилось в период работы именно у ИП ФИО3, при этом по истечении всего лишь 5 месяцев работы у данного работодателя.

Исходя из части 1 статьи 212 Трудового кодекса РФ, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя, он считается виновным в получении работником профессионального заболевания в процессе трудовой деятельности, если не докажет иное. Работодатель может быть освобожден от выплаты компенсации работнику морального вреда при предоставлении доказательств того, что физические и (или) нравственные страдания были причинены вследствие действия непреодолимой силы либо умысла самого работника.

Таким образом, проанализировав обстоятельства дела, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для возложения ответственности за причиненный истцу вред здоровью на ЗАО «ЧСДМ», поскольку доказательств того, что работа истца у данного работодателя способствовала возникновению или развитию у истца профессионального заболевания, суду не представлено, не установлено наличие причинно-следственной связи между заболеваниями у истца и трудовой деятельностью у данного ответчика, акт о случае профессионального заболевания «Силикоз» составлен до поступления истца на работу в ЗАО «ЧСДМ», акт по «Вибрационной болезни» после увольнения истца с ЗАО «ЧСДМ», ухудшения состояния здоровья истца в период работы в ЗАО «ЧСДМ» не подтверждено.

Вместе с тем, возникновение у истца второго профессионального заболевания «Вибрационная болезнь» и ухудшение состояния его здоровья по установленному ранее профессиональному заболеванию «Силикоз», находятся в прямой причинно-следственной связи с воздействием вредных производственных факторов в процессе выполнения последним своих трудовых обязанностей у ИП ФИО3

При разрешении вопроса о вине ИП ФИО3 в причинении вреда здоровью истца, суд считает необходимым учесть доводы ответчиков о том, что до трудоустройства в ЗАО «ЧСДМ», ИП ФИО3 истец работал у иных работодателей также во вредных условиях труда длительное время.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указано в разъяснениях, содержащихся в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20 декабря 1994 года "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", размер компенсации зависит от характера и объема, причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 1 от 26 января 2010 года "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО1 с ИП ФИО3, суд учитывает степень нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, которому причинен вред и иные, заслуживающие внимания, обстоятельства дела.

В частности суд учитывает, что в связи с полученными профессиональными заболеваниями качество жизни истца снизилось, его жизнедеятельность ограничена, он постоянно испытывает физические и нравственные страдания, которые выражаются в том, что он не может вести прежний образ жизни, получать физические нагрузки, вынужден постоянно проходить осмотры у врачей, принимать лекарственные препараты, пользоваться ингалятором, кроме того, в результате полученных заболеваний у него постоянные отдышки при ходьбе, сильный кашель. Факт его обращений ко врачам и нуждаемость в постоянном приеме лекарственных препаратов и ингаляторов, его жалобы и анамнезы в период протекания указанных выше заболеваний подтверждаются выкопировками из его медицинской карты.

При этом, суд также учитывает и иные обстоятельства, а именно то, что впервые профессиональное заболевание «Вибрационная болезнь» у истца было диагностировано в период работы у ответчика ИП ФИО3, в период работы у этого же ответчика было отмечалось ухудшение состояние здоровья истца, выразившееся в увеличении процента утраты профессиональной трудоспособности по заболеванию «Силикоз» сразу на 20%, а также то, что увеличение процента по заболеванию «Силикоз» и установление впервые второго профессионального заболевании было установлено спустя 5 месяцев от начала работы у ИП ФИО3 При определении размера компенсации морального вреда суд также учитывает и стаж истца во вредных условиях у других работодателей, а также последствия полученных профессиональных заболеваний.

При таких обстоятельствах, суд полагает возможным определить компенсацию морального вреда, причиненного истцу ответчиком ИП ФИО3 в результате полученного истцом профессионального заболевания «Вибрационная болезнь» и ухудшением состояния его здоровья, в размере 60000 рублей.

Также с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 300 рублей, поскольку в силу ст. 103 ГПК РФ истец по данной категории дел освобожден от уплаты госпошлины при обращении в суд с настоящим иском.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО8 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, в том числе и к ЗАО «ЧСДМ» – отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО8 в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Судья: Е.А. Загуменнова