Решение № 2-3001/2017 2-3001/2017~М-2541/2017 М-2541/2017 от 6 ноября 2017 г. по делу № 2-3001/2017

Отметка об исполнении дело № 2-3001/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 ноября 2017 года г.Волгодонск

Волгодонской районный суд Ростовской области в составе :

Председательствующего судьи Персидской И.Г.

При секретаре Деникиной А.А.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, кредитному потребительскому кооперативу « Союз Банковских служащих» о признании сделки купли-продажи квартиры недействительной сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании недействительным зарегистрированного права,

Установил :

Истец обратился в суд с иском к ФИО3, кредитному потребительскому кооперативу « Союз Банковских служащих» о признании сделки купли-продажи квартиры недействительной сделкой, применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании недействительным зарегистрированного права, указав следующее.

29 июля 2014 года между ФИО2 и ФИО3 была совершена сделка купли- продажи 2 комнатной квартиры по адресу: <адрес> площадью 47,5 м2. В результате сделки Петрухин получил денежные средства в сумме 585000 рублей, а ответчик приобрел указанную квартиру.

В ходе исполнения сделки истцу стало ясно, что ответчик при заключении сделки стремился заключаемой сделкой прикрыть другую сделку, но изменить ход событий не мог, так как денежные средства получил ранее по расписке и распорядился ими. Фактически истец ФИО2 обратился в КПК «СБС» к ФИО20. для получением займа, который распорядился выдать деньги с написанием расписки. Выдача займа предполагалась с обеспечением договора залога квартиры, принадлежащей истцу на праве личной собственности.

Денежные средства он получил в кабинете юриста КПК «СБС» от работника КПК «СБС», от ФИО3 никаких денежных средств он не получал.

29.07.2014 года ФИО2 приехал в КПК «СБС» для оформления договора займа и договора залога, но ему дали подписать договор купли-продажи квартиры, при этом руководитель КПК «СБС» ФИО5 пояснил, что иного способа он не видит, заверив истца, что как только деньги будут возвращены, то квартира будет переоформлена на имя истца.

24.03.2014 года истец возвратил КПК «СБС» денежные средства в сумме 585000 рублей, для чего брат истца ФИО4 отвез указанные денежные средства в указанной сумме в КПК. Истцу неизвестно почему денежные средства приняли в КПК от имени его матери Петрухиной Т.А. по договору №. ФИО2 был уверен что обязательства перед КПК «СБС» он выполнил.

ФИО2 остался проживать в квартире, квартиру ответчику не передавал. Почему именно ФИО3 выступил покупателем ему не известно, но ФИО3 является сотрудником КПК «СБС». ФИО3 обратился в суд с иском о выселении семьи ФИО2 из квартиры, иск был удовлетворен. 30.04.2017 решение суда исполнено и ФИО2 выселен с семьей из квартиры.

Истец обратился в суд с иском о признании сделки купли-продажи недействительной по основаниям ст. 166,167, 170 ГК РФ.

Просит признать сделку купли-продажи, расположенной по адресу : <адрес> площадью 47,5 м2 от 29 июля 2014 года, заключённой между ФИО2 и ФИО3 недействительной, обязать ответчика ФИО3 вернуть полученное по сделке имущество, признать недействительным зарегистрированное право собственности ФИО3 на спорное имущество, восстановить право собственности на указанную квартиру за ФИО2

Впоследствии представитель истца уточнил исковые требования, указав, что считает недействительным договор купли-продажи в связи с тем, что оспариваемая сделка является мнимой, притворной, а также сделкой, совершенной под влиянием заблуждения, сделкой совершенной под влиянием обмана, сделкой, совершенной на крайне невыгодных условиях.

Просит учесть, что договор займа не был заключен с ФИО2 по той причине, что у него имелся непогашенный долг, по которому велось исполнительное производство. В связи с чем председатель правления КПК «СБС» предложил переоформить квартиру на ответчика ФИО6 и только тогда истец получит необходимые деньги. После согласования всех условий истцу было выдано 35000 рублей для оплаты задолженности по коммунальным платежам. Общая сумма сделки с КПК «СБС» составила 585000 рублей : 35000 рублей + 550000 рублей, т.е. заем в сумме 585000 рублей был оформлен в виде стоимости переоформленной квартиры на ответчика, являющегося работником КПК «СБС». Средняя рыночная стоимость переоформленной квартиры на момент ее оформления составляла 1750000 рублей. При оформлении сделки ФИО2 денег от ФИО7 не получал. Сумма займа, оформленного в виде договора купли-продажи, была возвращена в полном объеме, 12 марта 2015 года было выплачено 585000 рублей, в период с 24 марта по 07.05.2015 года были выплачены проценты по договору займа в сумме 261252,11 рублей.

После погашения займа квартира не была переоформлена на истца.

В судебном заседании представители истца, действующие на основании доверенности, Петрухина Т.А., ФИО8 на иске настаивают, дав пояснения аналогичные содержанию иска и уточненным исковым требованиям.

Представитель ответчика КПК «СБС» действующая на основании доверенности ФИО9, в судебном заседании пояснила, что считает исковые требования необоснованными, поскольку истцом не представлено доказательств недействительности сделки, полагает, что истец привлек КПК «СБС» к участию в деле в качестве ответчика необоснованно, т.к. к оспариваемой сделке КПК «СБС» отношения не имеет, стороной сделки не является. Кроме того, истец ФИО2 членом КПК «СБС» никогда не являлся, договоры займа между КПК «СБС» и ФИО2 не заключались, деньги истцу КПК «СБС» не выдавал.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснив, что согласно договору купли-продажи, заключенному между ним и ФИО2, он передал ФИО2 денежные средства в счет покупки квартиры в сумме 585000 рублей, а ФИО2 продал ему квартиру. Стороны оценили квартиру в 585000 рублей, эта цена была реальной, поскольку в квартире была проведена незаконная перепланировка, квартира была соединена с другой квартирой, не имела входа, из кухни и туалета была сделана ванная комната. В связи с чем ему, как покупателю, необходимо было выполнить за свой счет ремонтные работы по обособлению квартиры и сделать ее пригодной для проживания. Он действительно является работником КПК «СБС», но ему не известно о каких –либо заемных обязательствах между КПК «СБС» и ФИО2 Считает, что оснований для удовлетворения иска не имеется, поскольку истцом не представлено каких-либо доказательств в обоснование иска.

Свидетель ФИО4, допрошенный в судебном заседании по ходатайству представителей истца суду пояснил, что Петрухина Т.А. является его матерью и истца ФИО2 В июле 2014 года понадобились денежные средства для оплаты услуг адвоката Петрухиной Т.А., в связи с чем, он приехал к председателю кооператива КПК «СБС» ФИО5, с которым у его семьи были хорошие и доверительные отношения, и договорился о получении денежных средств в сумме 550000 рублей в долг. В связи с тем, что он уже являлся должником по исполнительным производствам, договор займа должен оформлен был на его брата ФИО2

Переговоры о займе велись ФИО2, ФИО4, а также при разговоре с ФИО5 присутствовал ФИО3, который является работником КПК «СБС» и юрист КПК «СБС». Деньги по договору займа ФИО2 выдавались деньги в офисе КПК « СБС» кассиром этой организации. Впоследствии деньги в полном объеме были возвращены КПК «СБС», возврат денег по этому договору займа, где заемщиком выступил ФИО2, производил он, ФИО4 Он предполагал, что договор займа с ФИО2 будет оформлен как договор купли-продажи.

Выслушав пояснения сторон, свидетеля, изучив материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска по следующим основаниям.

В силу принципа диспозитивности гражданского судопроизводства, истец самостоятельно определяет предмет и основание иска.

Из содержания искового заявления, уточненных исковых требований и пояснений представителей истца в судебных заседаниях следует, что ФИО2 ссылается на притворность договора купли –продажи, мнимость договора, на заключение договора купли-продажи под влиянием заблуждения, под влиянием обмана, а также указывает, что сделка купли-продажи совершена на крайне невыгодных условиях, утверждая, что в действительности стороны имели ввиду правоотношения займа между заемщиком ФИО2 и заимодателем КПК «СБС» с обеспечением в виде залога квартиры.

На основании заявления представителя истца о привлечении КПК «СБС» в качестве ответчика ( л.д. 30), КПК «СБС» привлечен к участию в деле в качестве ответчика определением суда от 04.09.2017 года, однако, до рассмотрения дела судом исковые требования ФИО2 к КПК «СБС» не предъявил.

Судом установлено, что ФИО2 являлся собственником <адрес> в <адрес>, на основании договора купли- продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

29 июля 2014 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор купли-продажи квартиры, согласно которому ФИО2 продал ФИО3 спорную квартиру. По соглашению сторон стоимость квартиры определена в сумме 585000 рублей. Согласно п.3 договора расчет между сторонами произведен полностью во время подписания договора. Из п.6 договора следует, что покупатель ознакомлен с состоянием недвижимости путем осмотра, произведённого перед подписанием договора, передача и прием недвижимости осуществляется до подписания договора, стороны признали данный пункт договора передаточным актом. ( л.д.6).

ФИО2. лично, а не через представителя, принимал участие в заключении договора купли-продажи.

В п. 12 договора купли-продажи указано, что стороны утверждают, что обстоятельства, вынуждающие совершить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях, отсутствуют.

При заключении договора сторонам разъяснялись положения ст. ст. 161, 209, 223, 288, 450, 549 ГК РФ, также в договоре отражено, что стороны не лишены дееспособности, не страдают заболеваниями препятствующими осознать суть договора.

Перед подписями сторон на договоре указано, что ФИО2 деньги в сумме 585000 рублей получены, кроме того, согласно распискам, выполненным ФИО2, 24.07.2014 года им получены от ФИО3 денежные средства в сумме 35000 рублей в качестве задатка по договору купли-продажи квартиры в <адрес>, 29.07.2014 года о получении ФИО2 от ФИО3 550000 рублей по договору купли- продажи спорной квартиры, расчет произведен полностью, претензии отсутствуют ( л.д. 39-40).

В соответствии с ч. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку, в том числе на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 71 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных ст.170 Гражданского кодекса РФ, лежит на истце.

Согласно положениям ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии со ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу положения ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи на основании ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно пункту 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

Проверив доводы истца о мнимом характере договора купли-продажи, суд находит их несостоятельными, поскольку им не было представлено доказательств, подтверждающих наличие юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию в качестве оснований, предусмотренных ст. 170 ГК РФ, в связи с чем, приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Из материалов дела усматривается, что существующие, по утверждению истца ФИО2, правоотношения сторон по договору займа ФИО2 и КПК «СБС» не облечены в письменную форму, предусмотренную положениями ст. 808 ГК РФ, а по договору залога – письменным договором с последующей регистрацией, доказательств иному в материалы дела не представлено.

Несоблюдение указанных правил о формах договора займа и договора залога влечет недействительность договора займа и договора залога.

Ответчики факт передачи квартиры в качестве залога по договору займа, как и заключение договора займа с ФИО2, отрицали, указывая на то, что между ФИО2 и КПК «СБС» отношения по договору займа не возникали. Доказательств обратного, которые можно счесть допустимыми и надлежащими, в материалах дела не имеется.

Представители ФИО2 поясняли суду, что письменные доказательства получения денег в долг истцом отсутствуют, какие-либо расписки не выдавались.

В подтверждение факта возврата, полученных истцом ФИО2 от КПК «СБС» денежных средств, представлена копия квитанции к приходному кассовому ордеру от 12.03.2015 года выданная КПК «СБС» о принятии от Петрухиной Т.А. через ФИО4 в погашение займа по договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ 585000 рублей. ( л.д. 9).

Между тем, данная квитанция не может служить допустимым и относимым доказательств существования долговых обязательств ФИО2, поскольку свидетельствует о погашении долга иными лицами, не являющимися сторонами оспариваемого договора купли-продажи, а наличие заемных обязательств перед КПК «СБС» матери истца – Петрухиной Т.А. не свидетельствуют о наличии долговых обязательств ФИО1 перед КПК «СБС».

Как следует из материалов дела ( л.д. 77-90) между Петрухиной Т.А., являющейся матерью истца и представителем истца по настоящему делу, и КПК «СБС» ДД.ММ.ГГГГ года заключен договор займа № согласно которому пайщику КПК «СБС» передано в долг 800000 рублей. Согласно договору поручительства от 02.02.2012 года ( л.д.85) поручителем по данному договору займа являлся ФИО4 Как следует из истории займа 12.03.2015 года возвращен заем в сумме 585000 рублей ( л.д.90).

Доводы представителей истца о том, что ФИО2 проживал в спорной квартире до 2017 года, оплачивая при этом коммунальные услуги, что свидетельствует о мнимости и притворности сделки, поскольку ФИО3 полномочия собственника не осуществляет, являются необоснованными, поскольку опровергаются материалами дела.

Так, решением Волгодонского районного суда от 07.11.2016 года по гражданскому делу № 2-4678/2016 по иску ФИО3 к ФИО2, ФИО10, ФИО11 о прекращении права пользования жилым помещением и выселении, установлено, что ФИО2 проживал в спорной квартире, не имея в ней регистрации. ФИО3 после перехода к нему права собственности принимал меры к вселению в принадлежащую ему квартиру, в том числе направлял ФИО2 претензию о выселении. ( л.д. 25-27 т.2). Кроме того, как следует из решения суда, ответчик ФИО2 в судебном заседании пояснил, что признает отсутствие у него законных оснований для проживания в <адрес> несогласие с иском обосновал тем, что в <адрес>, которая объединена в результате перепланировки с квартирой № отсутствует ванная комната, при этом доводов о недействительности сделки купли-продажи квартиры по тем или иным основаниям не высказывал.

Как следует из акта о выселении истец выселен из спорного жилого помещения 24.05.2017 ( л.д. 38).

Согласно представленным ФИО3 квитанциям, с июня 2017 года коммунальные услуги оплачиваются ответчиком ФИО3 ( л.д. 41 -47).

При таких обстоятельствах, факт несения ФИО2 бремени по оплате коммунальных платежей за спорное жилое помещение, в котором он проживал без законных оснований и пользовался коммунальными услугами, не свидетельствует о мнимости или притворности оспариваемой истом сделки.

В данном случае, правовые последствия, которые в силу ст. 454 ГК РФ влечет договор купли-продажи, наступили. Стороной истца в соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств того, что продавец и покупатель квартиры осуществили для вида формальное исполнение сделки.

Таким образом, оснований для вывода о том, что продажа квартиры ФИО2 явилось средством обеспечения возврата истцом займа, полученного, по его утверждению, у КПК «СБС», не имеется, поскольку доказательств того, что волеизъявление ФИО2 и ФИО3, выраженное в договоре купли-продажи, не соответствовало их действительным намерениям, не представлено.

Рассматривая требования истца о признании сделки недействительной по основаниям ст. 178, ч.2 ст.179 ГК РФ суд также приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом, причем представляемые доказательства должны соответствовать требованию допустимости, т.е. должны быть подтверждены определенными в законе средствами доказывания, и не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Как следует из материалов дела, спорная квартира перешла в собственность покупателя, соответствующие изменения внесены и зарегистрированы в установленном законом порядке, при этом, до 28.07.2017 года продавец ФИО2 сделку не оспаривал, его проживание в квартире было обусловлено отказом выполнить требование покупателя о выселении и освобождении приобретенного ФИО3 жилого помещения.

Согласно ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В соответствии с п.2 ст. 178 ГК РФ при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

В силу п.3 ст. 178 ГК РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

В пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В силу закона такие сделки являются оспоримыми, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177, ст. 178 Гражданского кодекса РФ согласно положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки.

Таким образом, исходя из требований ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 177, ст. 178, ст. 179 Гражданского кодекса РФ, лежит на истце.

Проверив доводы истца о заключении договора купли-продажи под влиянием обмана или существенного заблуждения, суд находит их несостоятельными, поскольку ФИО2 не было представлено доказательств, подтверждающих наличие юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию в качестве оснований, предусмотренных ст. ст. 178, 179 ГК РФ, в связи с чем приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска.

Доводы ФИО2 о кабальности сделки суд также отклоняет по следующим основаниям.

Так, в соответствии с ч. 3 ст. 179 ГК РФ к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится во - первых, заключение сделки потерпевшим лицом на крайне невыгодных для себя условиях, во-вторых, совершение ее вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона в сделке воспользовалась.

Таким образом, для признания сделки кабальной, истцу необходимо было доказать наличие крайне невыгодных условий сделки, а также то обстоятельство, что покупатель был осведомлен о стечении у продавца тяжелых обстоятельств, в связи с которыми он согласен заключить договор на кабальных условиях и сознательно использовало эти обстоятельства. Только при наличии в совокупности указанных признаков сделка может быть признана недействительной по мотиву ее кабальности; самостоятельно каждый из признаков не является основанием для признания сделки недействительной по указанному мотиву.

Как следует из материалов дела, условие о стоимости спорной квартиры, установленное договором купли-продажи, было согласовано с продавцом, договор был им подписан, деньги получены в полном объеме, следовательно, предусмотренная договором цена была признана продавцом обоснованной, не является безусловным основанием для признания указанного условия договора крайне невыгодными для продавца ФИО2 и не свидетельствует о злоупотреблении свободой договора со стороны покупателя.

В связи с изложенным, оснований полагать, что истец на момент совершения сделки находился в тяжелой жизненной ситуации, чем воспользовался ответчик, склонив его к совершению сделки, не имеется. Невыгодность совершенной сделки не свидетельствует о ее кабальности, и она не может быть оспорена по этому основанию.

При этих обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что договор купли-продажи не может быть признан недействительным, следовательно, не могут быть удовлетворены требования о применении последствий недействительности сделки, поскольку эти требования производны от требований о признании недействительным договора купли- продажи квартиры.

руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3, КПК « СБС» о признании сделки купли-продажи <адрес> в <адрес>, заключенной 29.07.2014 года между ФИО2 и ФИО3, недействительной сделкой и применении последствий недействительности ничтожной сделки, признании недействительным зарегистрированного права, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Волгодонской районный суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 13 ноября 2017 года.

судья :