Решение № 2-579/2020 2-579/2020~М-530/2020 М-530/2020 от 20 сентября 2020 г. по делу № 2-579/2020

УИД №

Гражданское дело № 2-579/2020


Решение в окончательной форме

изготовлено 21 сентября 2020 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 сентября 2020 года г. Алейск

Алейский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи В.П. Долженко,

при секретаре Ю.А. Тюбиной,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел России «Алейский», Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства в Алтайском крае о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате ненадлежащих условий содержания в ИВС, указывая на то, что во время предварительного следствия по уголовному делу, в дни с 01 по 10 февраля 2004 года он содержался под стражей в ИВС МО МВД России «Алейский». В отношении него были нарушены нормы ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». В камере отсутствовали санитарный пропускник, душ для помывки не менее одного раза в неделю. Не соблюдались нормы санитарной площади в камерах ИВС на одного человека, не обеспечивались постельными принадлежностями, нарушались нормы питания, порядок проведения прогулок не менее 1 часа в сутки. Отсутствовало стандартное дневное освещение, горячая вода, пол был бетонным, туалет не огорожен. Считает, что ненадлежащими условиями содержания под стражей ему причинен моральный вред, который он оценивает в 10 тысяч рублей (по 1 000 рублей за каждый день, проведенный в бесчеловечных условиях), который просит взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации. В качестве доказательств обоснованности своих исковых требований сослался на обстоятельства, установленные вступившими в законную силу решениями Алейского городского суда Алтайского края по аналогичным искам ФИО4 (дело №) и иных лиц, с которыми истец в одно время содержался в ИВС ОВД по г. Алейску и Алейскому району Алтайского края в 2004 году.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства был извещен надлежащим образом. Представитель ответчика - Министерства внутренних дел Российской Федерации в судебное заседание, о месте и времени которого извещен надлежащим образом, не явился. В письменном отзыве на иск указал следующее. Истец обязан доказать доводы искового заявления, в чем конкретно выражается причиненный ему моральный вред, а также размер компенсации согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Однако им в нарушение приведенной правовой нормы никаких доказательств нарушения его прав не предоставлено, только голословное заявление, ничем не обоснованное. Обратившись в суд с настоящим иском спустя 16 лет, истец сам лишил себя права ссылаться на допустимые доказательства (журналы, списки, акты и т.д.), которые могли подтвердить обоснованность его требований. Максимальный срок хранения служебной документации ИВС, согласно требованиям п. 325 Приказа МВД России от 30.06.2012 № 655 «Об утверждении перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел Российской Федерации, с указанием сроков хранения» составляет 10 лет. Более того, исковое заявление не содержит сведений об обращении истца в период его содержания в ИВС в уполномоченные органы по поводу нарушения его законных прав и интересов. Доводы истца, указанные в исковом заявлении, не свидетельствуют о том, что ему причинены физические и нравственные страдания в той степени, которая являлась бы основанием для возмещения государством вреда. Непродолжительность нахождения истца в ИВС - 10 суток не позволяет констатировать, что условия его содержания достигли порога, позволяющего охарактеризовать обращение как бесчеловечное и унижающее его достоинство в значении ст.3 Конвенции. Исходя из принципа разумности и справедливости, учитывая степень страданий которые претерпел истец, период содержания истца в ИВС, отсутствие сведений об ухудшении состояния здоровья, личность истца, считают, что заявленная истцом сумма в размере 10000 рублей является необоснованно завышенной и несоразмерной степени его нравственных страданий. Фактически ФИО1 оспаривает действия должностных лиц ИВС по ненадлежащему содержанию его в учреждении с 01.02.2004 года по 10.02.2004 года, при этом иск в суд предъявлен в июле 2020 года, по истечении 16 лет с момента, когда истцу стало известно о нарушении его прав. Доказательств в подтверждение уважительности причин пропуска установленного срока для обращения в суд истцом не представлено. Пропуск срока на обращение в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. На основании изложенного, учитывая отсутствие доказательств физических или нравственных страданий, причинно-следственной связи, недоказанностью вины должностных лиц, кратковременный период содержания истца в ИВС, длительный период не обращения истца о защите нарушенного права, личности истца, просят в удовлетворении заявленных требований истцу отказать в полном объеме.

Представитель ответчика МО МВД России «Алейский» в судебное заседание, о месте и времени которого был извещен надлежащим образом, не явился. В представленном отзыве на исковое заявление настаивал на отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 по следующим основаниям. Полагает, что приведенные истцом доводы не свидетельствуют о том, что ему были причинены физические и нравственные страдания той степени, которая являлась бы основанием для возмещения государством вреда. ФИО1 указывает в исковом заявлении, что ненадлежащие условия выразились лишь в том, что он содержался с 01 по 10.02.2004 года (10 дней) в изоляторе временного содержания в условиях повышенного уровня страданий. Иных доводов, подтверждающих ненадлежащие условия содержания под стражей, истец не приводит. Между тем, обязанность по доказыванию факта причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам возлагается на истца. Кроме того, истец не был лишен права и возможности направить жалобу в органы прокуратуры, а также в судебные органы в период, когда он находился в ИВС МО. В судебный орган за защитой своих прав истец обратился через 16 лет после событий, на которые ссылается как на основание своих требований, что свидетельствует о злоупотреблении своим правом. Заявленная сумма в размере 10 000 рублей является необоснованной.

Представитель ответчика - Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства в Алтайском крае в судебное заседание о месте и времени которого извещен надлежащим образом, не явился. В представленном отзыве на исковое заявление заявленные требования не признаны в полном объеме по следующим основаниям. В соответствии со статьей 1071 ГК РФ, в случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина. Согласно пункту 3 статьи 125 ГК РФ в случаях и порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ нормативными актами субъектов РФ и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане. В соответствии с пунктом 1 статьи 125 ГК РФ от имени Российской Федерации и субъектов РФ могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов. Согласно пункта 3 статье 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации в суде от имени казны Российской Федерации выступает главный распорядитель средств федерального бюджета в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности. Главный распорядитель средств федерального бюджета - орган государственной власти Российской Федерации, имеющий право распределять средства федерального бюджета по подведомственным распорядителям и получателям бюджетных средств, определенный ведомственной классификацией расходов федерального бюджета. Системный анализ вышеуказанных правовых норм позволяет прийти к выводу о том, что в настоящее время возможно привлечение иного отраслевого органа исполнительной власти в качестве ответчика по искам о возмещении вреда за счет казны, если соответствующие полномочия этого органа предусмотрены специальной правовой нормой в документе, определяющим статус этого органа и (или) в качестве специального поручения, в том числе и при наделении функциями главного распорядителя средств бюджета. Учитывая изложенное, Министерство финансов Российской Федерации, не может быть надлежащим ответчиком по делу, поскольку действующим законодательством эта обязанность возложена на другой орган. Кроме того, истцом не представлено доказательств, подтверждающих указанные в исковом заявлении доводы, а именно доказательств, подтверждающих факт нахождения истца в ИВС МО МВД России «Алейский» в указанные периоды, а также подтверждающих ненадлежащие условия содержания его под стражей (отсутствие постельных принадлежностей, нарушения норм питания, недостаточное освещение, отсутствие помещения для принятия душа и т.д.).

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса, по имеющимся материалам дела, руководствуясь ст. 167 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ).

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. и частью 2 статьи 21 Конституции Российской Федерации никто не должен подвергаться пыткам, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными, принятые проведенным в Женеве в 1955 г. первым Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями и одобренные Экономическим и социальным советом ООН в резолюциях N 663 C (XXIV) от 31 июля 1957 г. и N 2076 (LXII) от 13 мая 1977 г., предусматривают, в частности, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15 июля 1995 г. №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

В соответствии со статьей 4 указанного Федерального закона содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

В соответствии с требованиями статьи 23 Федерального закона от 15 июля 1995 г. №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности.

Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место.

Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин).

Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием.

Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В силу статьей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В Постановлении Пленума Верховного Суда от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что при рассмотрении исковых требований о компенсации морального вреда суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Для применения ответственности, предусмотренной статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, требующее возмещение убытков за счет государства, должно доказать противоправность действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) названных органов и возникшими убытками, а также размер причиненного вреда.

Судом установлено, что ФИО1 на момент подачи иска содержался под стражей по обвинению в совершение уголовного преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.163 УК РФ и находился в ФКУ-СИЗО1 УФСИН России по Алтайскому краю.

Из представленной копии приговора Алтайского краевого суда от 21 июля 2004 года по уголовному делу № 2-61/2004 следует, что ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.2 п.п. «д,ж,и» УК РФ, ему назначено наказание в виде девяти лет шести месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в воспитательной колонии; срок наказания ФИО1 исчислялся с 21 июля 2004 года, в силу ст.72 УК РФ в срок отбытого им наказания засчитан период его нахождения под стражей с 21 ноября 2003 года. Мера пресечения по приговору оставлена прежней – содержание под стражей.

Таким образом, из содержания приговора в отношении истца ФИО1 следует, что во временной промежуток с 21 ноября 2003 года до вынесения приговора 21 июля 2004 года он содержался под стражей.

Истец в обоснование своих исковых требований указывает на то, что в период с 01 по 10 февраля 2004 года он содержался в ИВС ОВД по г. Алейску, Алейскому району Алтайского края (ныне МО МВД России «Алейский»).

Вместе с тем, данные доводы истца не нашли полного подтверждения в судебном заседании.

Из постановления о переводе подозреваемого (обвиняемого) и следственного изолятора в изолятор временного содержания от 30 декабря 2003 года следователя по особо важным делам прокуратуры Алтайского края ФИО5, содержащегося в материалах уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного под. «д, ж, и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, следует, что ФИО1 содержится в учреждении ИЗ-22\3 и его необходимо перевести для проведения следственных действий в ИВС Алейского ГРОВД по месту совершения преступления, путем этапирования 03 января 2004 года.

Из справки следователя по особо важным делам прокуратуры Алтайского края ФИО5 от 05 января 2004 года усматривается, что этапирование ФИО1 в распоряжение ИВС ОВД состоялось 06 января 2004 года.

Согласно сообщению УФСИН России по Алтайскому краю № от 11.08.2020 года, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 06 января 2004 года убыл в ИВС МО МВД России «Алейский» по постановлению Алейской межрайонной прокуратуры и прибыл в ФКУ-СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю 03 февраля 2004 года по миновании надобности.

Вышеуказанные сведения о месте содержания подозреваемого (обвиняемого) ФИО1 указаны и в справке начальника отдела специального учета подполковника внутренней службы ФИО6, согласно которым ФИО1 06 января 2004 года убыл из ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю по запросу Алейской межрайонной прокуратуры, прибыл в СИЗО-1 03 февраля 2004 года, находился в СИЗО-1, 11 февраля 2004 года на один день убывал в распоряжение ИВС г. Барнаула, был возвращен в тот же день, в Алейский ИВС был этапирован только 03 марта 2004 года.

Нахождение истца в оспариваемый период в СИЗО-1 подтверждается и постановлением о переводе подозреваемого (обвиняемого) из следственного изолятора в изолятор временного содержания от 27 февраля 2004 года следователя по особо важным делам прокуратуры Алтайского края ФИО5, содержащегося в материалах уголовного дела по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного под. «д, ж, и» ч. 2 ст. 105 УК РФ, согласно которому ФИО1 содержится в учреждении ИЗ-22\3 и его необходимо перевести для проведения следственных действий по месту совершения преступления в ИВС Алейского ГРОВД, путем этапирования не позднее 03 марта 2004 года.

То есть, судом бесспорно установлено, что часть обозначенного истцом периода с 03 по 10 февраля 2004 года ФИО1 содержался в ФКУ-СИЗО-1 УФСИН России по Алтайскому краю, а не в ИВС Алейского ГРОВД в ненадлежащих условиях содержания, о чем утверждает истец.

Период с 01 по 02 февраля, частично 03 февраля 2004 года ФИО1 содержался в ИВС Алейского ГРОВД.

Из материалов дела следует, что требования истца ФИО1 основаны на нарушении требований ФЗ от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а именно: в камере отсутствовали санитарный пропускник, душ для помывки не менее одного раза в неделю, не соблюдались нормы санитарной площади в камерах ИВС на одного человека, не обеспечивались постельными принадлежностями, нарушались нормы питания, порядок проведения прогулок не менее 1 часа в сутки, отсутствовало стандартное дневное освещение, горячая вода, пол был бетонным, туалет не огорожен, - что не отвечало требованиям приведенного закона и повлекло причинение истцу нравственных страданий и переживаний.

Согласно ст. 17 ФЗ от 15 июля 1995 года №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемые и обвиняемые имеют право в том числе: на личную безопасность в местах содержания под стражей; получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа; пользоваться собственными постельными принадлежностями, а также другими вещами и предметами, перечень и количество которых определяются Правилами внутреннего распорядка.

На основании статьи 23 Закона (редакции действовавшей в спорный период) подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы. Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Аналогичные нормы установлены приказом Министерства внутренних дел Российской Федерации от 22 ноября 2005 года № 950, которым утверждены Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел

Пункт 42 Правил внутреннего распорядка предусматривает, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом.

Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ИВС, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации.

Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования спальным местом, постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование (пункт 43).

Положениями п. 45 установлено, что камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды.

Согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

По смыслу закона, истец должен доказать причинение ему вреда при определенных обстоятельствах и конкретным лицом, степень физических и нравственных страданий, претерпеваемых им, и в чем они выражаются, причинно-следственную связь между причинением вреда и наступившими физическими или нравственными страданиями, размер компенсации вреда.

Установленный действующим законодательством механизм защиты личных неимущественных прав (ст.ст.151, 1100, 1101 ГК РФ), предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ, истцом не было представлено каких-либо доказательств противоправности или незаконности действий (бездействий) должностных лиц ОВД г.Алейска, Алейского района (ныне МО МВД России «Алейский») по отношению к истцу. В период нахождения ФИО1 в ИВС, жалоб и обращений на ненадлежащие условия содержания под стражей от указанного лица не поступало.

Вместе с тем, по ходатайству истца судом были исследованы гражданские дела по аналогичным исковым требованиям осужденных, которые в различные периоды содержались в ИВС ОВД по г. Алейску и Алейскому району Алтайского края.

Решением Алейского городского суда от 28 мая 2007 года удовлетворены частично исковые требования осужденных ФИО7, ФИО8, ФИО9 к ОВД г.Алейска, ГУВД Алтайского края, Министерству финансов РФ, Управлению Федерального казначейства по Алтайскому краю, МВД РФ о компенсации морального вреда.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 29 августа 2007 года решение Алейского городского суда от 28 мая 2007 года оставлено без изменения.

Решением Алейского городского суда Алтайского края от 24 мая 2012 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 25 июля 2012 года, частично удовлетворены исковые требования ФИО4 к Министерству финансов Российской Федерации, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Алейский» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей.

Решением Алейского городского суда Алтайского края от 28 марта 2012 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 18 июля 2012 года частично удовлетворены исковые требования ФИО10 к Министерству финансов Российской Федерации, Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Алтайскому краю, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Алейский» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей.

Решением Алейского городского суда Алтайского края от 31 марта 2012 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Алтайского краевого суда от 09 июля 2012 года частично удовлетворены исковые требования ФИО10 к Министерству финансов Российской Федерации, Межмуниципальному отделу Министерства внутренних дел Российской Федерации «Алейский» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей.

Норма п.2 ст. 61 ГПК РФ гласит - обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Из содержания вышеуказанных решений следует, что ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 находились под стражей в ИВС ОВД по г.Алейску, Алейскому району Алтайского края, в том числе, и в периоды нахождения в ИВС ФИО1

Как усматривается из содержания указанных судебных актов, 09 августа 2006 года в адрес начальника ОВД по городу Алейску, Алейскому району Алтайского края было направлено представление и.о. Алейского межрайонного прокурора, согласно которому в ходе проведения проверки соблюдения прав и законных интересов лиц, содержащихся под стражей, выявлено, что в ИВС ОВД по городу Алейску, Алейскому району не соблюдаются нормы питания и материального обеспечения лиц, содержащихся под стражей, питание осуществляется в нарушении установленных минимальных норм питания. Нарушена норма санитарной площади на одного человека. Имеет место ограничение передач: устным распоряжением начальника ОВД по городу Алейску, Алейскому району Алтайского края прием передач для содержащихся в ИВС установлен по 7, 17 и 27 числам каждого месяца. Данное устное распоряжение нарушает права подозреваемых и обвиняемых, предусмотренные статьей 25 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», предусматривающей, что подозреваемым и обвиняемым разрешается получать без ограничения количества посылки, вес которых не должен превышать норм, предусмотренных почтовыми правилами, а также передачи, общим весом не более тридцати килограммов в месяц.

Таким образом, согласно описательных частей решений от 29 августа 2007 года, 24 мая 2012 года, 28 марта 2012 года, 31 марта 2012 года, безусловно установлен факт нарушения норм санитарной площади в камере на одного человека, не соблюдения нормы питания и материального обеспечения, порядка проведения прогулок.

Кроме этого, судом по собственной инициативе приобщены к материалам дела копии судебных актов по искам истца ФИО1 от 25 марта 2020 года, от 10 июня 2020 года, которыми подтверждается факт ненадлежащих условий содержания в ИВС с 21 ноября по 30 ноября 2003 года и с 01 по 15 января 2004 года. Определениями Алтайского краевого суда от 02 и 09 сентября 2020 года указанные решения Алейского городского суда Алтайского края при рассмотрении апелляционных жалоб участников процесса были оставлены без изменения.

Разрешая исковые требовании истца в рамках настоящего дела, суд полагает, что поскольку указанные события, установленные вступившими в законную силу судебными актами, имели место с 12 августа 2006 году, т.е. сразу после проведения прокурорской проверки 09 августа 2006 года, постольку в заявленный истцом ФИО1 период эти условия были аналогичными.

При этом, доводы истца ФИО1 о нарушении его прав, в связи с отсутствие в камере горячей воды судом отклоняются, поскольку наличие в камере горячего водоснабжения не предусмотрено действующим в спорный период законодательством, в том числе п.45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных Приказом МВД РФ от 22 ноября 2005 года №950, которым предусмотрено, что камеры должны быть оборудованы краном с водопроводной водой и бачком для питьевой воды, указаний на наличие горячей воды отсутствует.

При указанных обстоятельствах истцу ФИО1 пришлось в течение вышеуказанного периода содержания в ИВС ОВД г.Алейска, Алейского района (ныне МО МВД России «Алейский») - с 01 по 02 февраля, частично 03 февраля 2004 года находиться в условиях, исключающих соблюдение требований нормального освещения, предметов гигиены, прогулок, а также при не обеспечении условий приватности при использовании туалета. Указанная обстановка, по мнению суда, сама по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания или переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, и вызвать у истца чувство страдания и унижения, которые могли оскорбить и унизить его.

Доводы ответчиков, что истцом не доказан факт претерпевания физических и нравственных страданий и наличия причинно-следственной связи между незаконными действиями должностных лиц органов МВД России и перенесенными физическими и нравственными страданиями истца обоснованными не являются, поскольку судом установлены обстоятельства, которые объективно не могут не обусловливать физические и нравственные страдания человека, находящегося в условиях ограничения свободы.

Доводы ответчиков о том, что с момента возникновения оснований для предъявления иска прошло более 16 лет, что является основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, судом отклоняются, поскольку законодатель не определяет в качестве критерия определения степени физических и нравственных страданий период, прошедший со времени претерпевания страданий, предусмотрев при этом, что к требованиям о возмещении морального вреда срок исковой давности не применяется.

Таким образом, доводы истца, изложенные в исковом заявлении, о том, что условия содержания в ИВС не соответствовали требованиям, установленным законодательством, нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Определяя надлежащего ответчика в рамках рассматриваемого спора, суд приходит к следующему.

В силу подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации, применительно к рассматриваемому спору, главный распорядитель средств федерального бюджета выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Подпункт 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации предусматривает, что главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Подпунктом 100 пункта 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21 декабря 2016 года № 699, установлено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Поскольку нарушение прав истца допущено в период пребывания в учреждении, относящемся к системе органов внутренних дел, суд приходит к выводу, что надлежащим ответчиком по предъявленным требованиям является МВД России, как главный распорядитель средств федерального бюджета в указанной части.

Следовательно, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ответчикам МО МВД России «Алейский», а также к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Алтайскому краю, ГУ МВД по АК не имеется.

Презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда жизни, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Именно на стороне ответчика лежит обязанность представления доказательств того, что истец находился в условиях, соответствующих предъявляемым требованиям. Таких доказательств, в нарушение ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, суду представлено не было.

Исходя из изложенного, суд считает, что условия содержания под стражей причинили ФИО1 страдания и лишения, которые не могут быть компенсированы самим фактом установления нарушения.

Согласно ст.151 ГК РФ под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, которые гражданин претерпевает в результате нарушения его личных неимущественных прав либо посягающие на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в рассматриваемом случае, в результате незаконных действий государственных органов. Размер компенсации морального вреда определяется судом.

В соответствии со статьей 1101 ГК РФ характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Проанализировав указанные обстоятельства каждое в отдельности, а также в их совокупности, суд, руководствуясь приведенными нормативными актами, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований истца, с учетом периода его содержания – 3 неполнях дня, фактических условий его содержания в указанном периоде.

Вместе с тем, суд учитывает и отсутствие объективных доказательств ухудшения состояния его здоровья, отсутствие сведений об обращении истца за защитой своих прав в уполномоченные органы в период его содержания под стражей. В связи с чем, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости, суд определяет ко взысканию с надлежащего ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к МО МВД России «Алейский», МВД РФ, ГУ МВД России по Алтайскому краю, Министерству финансов РФ в лице Управления федерального казначейства по Алтайскому краю о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через отдел судопроизводства Алейского городского суда Алтайского края в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья В.П. Долженко