Апелляционное определение № 33-5411/2026 от 20 апреля 2026 г.

Дело № 33-5411/2026

Судья Иванова И.М. № 2-19/2026 (1 инстанция)

УИД 52RS0001-02-2025-000763-43


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Город Нижний Новгород 21 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Серова Д.В., судей Поваровой А.Е., Столбова Е.М.,

при секретаре судебного заседания С.,

с участием истца А.Н.,

рассмотрела в открытом судебном заседании по апелляционной жалобе А.Н. на решение Автозаводского районного суда г. Н. Новгород от 16 января 2026 г.

гражданское дело по иску А.Н. к ООО «ВИЖН» о взыскании невыплаченной заработной платы, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда и судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Серова Д.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

А.Н. обратился в суд с исковым заявлением к ООО «ВИЖН», указав, что с 01.03.2023 г. состоял с ответчиком в трудовых отношениях на основании трудового договора № 10, занимая должность специалиста управления безопасности. Согласно условиям договора и дополнительного соглашения от 29.12.2023 г. ему был установлен оклад сначала в размере 17000 руб., а затем 20500 руб. в месяц, пятидневная 40-часовая рабочая неделя с двумя выходными днями и ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней. Фактически же, как утверждал истец, ему был установлен ненормированный рабочий день и сменный график суточных дежурств, что приводило к систематическому привлечению к сверхурочной работе, которая не оплачивалась работодателем. Трудовые отношения прекращены 23.12.2024 г., однако полный расчёт при увольнении, включая компенсацию за неиспользованный отпуск, произведён не был. По утверждению истца, после его обращений в правоохранительные и надзорные органы ответчик частично перечислил ему 90000 руб., однако общий размер задолженности по оплате сверхурочной работы за 2023 и 2024 годы, а также по компенсации за неиспользованный отпуск составил 972226 руб. 14 коп.

Ссылаясь на нормы ст. 21, 22, 84.1, 116, 127, 129, 135, 136, 140, 142, 236, 237 Трудового кодекса РФ, истец просил суд взыскать с ООО «ВИЖН» невыплаченную заработную плату 882226 руб. 14 коп. (включающую задолженность по сверхурочным и компенсацию за неиспользованный отпуск), проценты за задержку выплаты заработной платы и отпускных в размере 29573 руб. 71 коп., компенсацию морального вреда 100000 руб., а также расходы на оплату юридических услуг в размере 62000 руб.

Ответчик иск не признал. В обоснование своей позиции ответчик указывал, что по условиям трудового договора [номер] от 01.03.2023 г. и дополнительного соглашения к нему от 29.12.2023 г. истцу была установлена 40-часовая рабочая неделя с пятидневным графиком и двумя выходными днями в субботу и воскресенье, что работодателем соблюдалось. Истец же, по мнению ответчика, не представил ни приказов, ни табелей учета рабочего времени, ни иных документов, которые подтверждали бы факт переработок. Представленный истцом самостоятельно составленный график работы ответчик расценил как ненадлежащее доказательство, поскольку истец не являлся лицом, уполномоченным вести учет рабочего времени. В противовес доказательствам истца ответчик представил табели учета рабочего времени и расчетные листки, которые подтверждают, что А.Н. работал в режиме 40-часовой пятидневной недели без привлечения к сверхурочным работам. Ответчик сослался и на ч. 2 ст. 392 Трудового кодекса РФ, согласно которой работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате заработной платы в течение одного года со дня установленного срока выплаты. Поскольку с иском А.Н. обратился в 2025 году, ответчик полагал, что требования за более ранний период не могут быть удовлетворены. Кроме того, ответчик указал, что работа истца в течение февраля 2023 г., то есть до заключения трудового договора, ничем не подтверждена. В последующих дополнениях к возражениям ответчик дополнительно подчеркнул, что в течение всего периода трудовых отношений истец не обращался к работодателю с заявлениями о привлечении его к сверхурочной работе или о неполной оплате труда, в том числе и при подписании дополнительного соглашения 29.12.2023 г., которым оклад был увеличен. Ответчик просил в удовлетворении иска отказать в полном объеме.

Истец А.Н. в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал, что в период действия трудового договора с 01.03.2023 г. по 23.12.2024 г. работодатель систематически задерживал выплату заработной платы и занижал ее, фактически установив ему ненормированный рабочий день и сменный график дежурств. Истец также пояснял, что до официального трудоустройства работал у ответчика в течение февраля 2023 года неофициально.

Представитель ответчика ООО «ВИЖН» исковые требования не признал и просил в их удовлетворении отказать, указывая, что истец состоял в трудовых отношениях с обществом в период с 01.03.2023 г. по 23.12.2024 г. в должности специалиста управления безопасности. По условиям заключенного на неопределенный срок трудового договора и дополнительного соглашения к нему истцу была установлена 40-часовая рабочая неделя с пятидневным графиком работы и двумя выходными днями в субботу и воскресенье. Представитель ответчика настаивал, что истец не представил допустимых и достаточных доказательств привлечения его к сверхурочной работе, а составленный самим истцом график таким доказательством служить не может. Кроме того, он ссылался на пропуск истцом годичного срока обращения в суд.

Решением Автозаводского районного суда г. Н. Новгород от 16 января 2026 г. в удовлетворении исковых требований А.Н. к ООО «ВИЖН» о взыскании невыплаченной заработной платы, денежной компенсации за задержку выплаты заработной платы, компенсации морального вреда и судебных расходов, отказано.

В апелляционной жалобе на решение истец А.Н. полагает, что решение суда является необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального и процессуального права, и подлежит отмене. В обоснование своей жалобы А.Н. указывает, что суд не установил, был ли истец ознакомлен с Правилами внутреннего трудового распорядка, вручались ли ему расчетные листки и расписывался ли он в табелях учета рабочего времени, поскольку в представленных ответчиком документах подпись истца отсутствует. Истец также указывает, что представленные в дело фото- и видеоматериалы подтверждают, что фактически он осуществлял сменную охрану частного коттеджа по указанному им адресу, а не находился на территории ООО «ВИЖН» в г. Кстово. При этом даты и время на этих доказательствах противоречат табелям учета рабочего времени. Истец указывает, что изменение его рабочего графика и фактического места работы произошло в нарушение ст. 74 Трудового кодекса РФ. Кроме того, по мнению А.Н., суд не дал надлежащей оценки его неоднократным обращениям в прокуратуру и Следственный комитет по фактам нарушения трудового законодательства и неполно исследовал всю совокупность доказательств по делу.

В заседании суда апелляционной инстанции истец доводы и требования апелляционной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, либо их представители, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, об уважительных причинах неявки суд не уведомили, в связи с чем судебная коллегия в соответствии со ст. 167, 327 ГПК РФ сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл. 39 ГПК РФ, с учетом ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, в рамках требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на апелляционную жалобу судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене или изменению обжалуемого решения.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался нормами Трудового кодекса РФ, а именно ст. 21 и 22, закрепляющими право работника на своевременную и полную выплату заработной платы и корреспондирующую этому праву обязанность работодателя; ст. 129, определяющей состав заработной платы как вознаграждения за труд и компенсационных выплат; ст. 135 и 139, регулирующими установление заработной платы трудовым договором и порядок исчисления среднего заработка. Суд также применил положения ст. 57, 99, 113, 149, 152 и 153 Трудового кодекса РФ, регламентирующих содержание трудового договора, понятие и порядок привлечения к сверхурочной работе, запрет на работу в выходные и праздничные дни без письменного распоряжения работодателя, а также повышенную оплату труда в условиях, отклоняющихся от нормальных.

В основу решения суд заложил ряд юридически значимых обстоятельств, которые счел установленными на основании исследованных доказательств.

Так, суд определил, что между А.Н. и ООО «ВИЖН» 01.03.2023 г. был заключен трудовой договор, по условиям которого истец принят на должность специалиста в подразделение Управления безопасности, ему установлена пятидневная 40-часовая рабочая неделя с двумя выходными днями в субботу и воскресенье, а дополнительным соглашением от 29.12.2023 г. определен оклад в размере 20500 руб.

Проанализировав представленные ответчиком табели учета рабочего времени и расчетные листки за весь период работы, суд установил, что продолжительность рабочего времени истца не превышала нормальную, установленную договором, и его заработная плата начислялась и выплачивалась в соответствии с этими документами.

Истец в обоснование факта сверхурочной работы представил только самостоятельно составленные графики, которые не содержали подписей и/или печатей уполномоченных должностных лиц работодателя. Применив правило о допустимости доказательств, суд не принял эти графики в качестве надлежащего подтверждения привлечения к сверхурочной работе.

Суд также учел, что на протяжении всего периода трудовых отношений и вплоть до увольнения истец не обращался к работодателю с заявлениями о привлечении его к работе за пределами нормальной продолжительности рабочего времени или об оплате такой работы, а работодатель, в свою очередь, не издавал приказов о привлечении истца к сверхурочной работе или об установлении ему индивидуального режима рабочего времени. Проведенная прокуратурой проверка хотя и выявила факты несвоевременной выплаты заработной платы, однако не подтвердила ни наличия сверхурочной работы, ни ее неоплаты.

На основании совокупности этих обстоятельств суд пришел к выводу о недоказанности самого факта выполнения истцом работы в условиях, отклоняющихся от нормальных, и, как следствие, об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Судебная коллегия считает выводы суда обоснованными, соответствующими установленным по данному делу обстоятельствам, сделанными при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон, судом верно определены юридически значимые обстоятельства, представленные доказательства являлись предметом исследования и оценки.

В судебном постановлении исчерпывающе приведены нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, и результаты оценки доказательств по правилам ст. 67 ГПК РФ.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не установил факт ознакомления истца с Правилами внутреннего трудового распорядка, режимом рабочего времени, графиком работы и составными частями заработной платы, не может быть признан состоятельным и подлежит отклонению.

Из протоколов судебных заседаний усматривается, что истец лично подтвердил факт подписания трудового договора № 10 от 01.03.2023 г. и дополнительного соглашения к нему от 29.12.2023 г., в которых прямо зафиксированы условия о пятидневной 40-часовой рабочей неделе с двумя выходными днями и размере оклада. В заседании 02.06.2025 г. А.Н. пояснил, что трудовой договор он читал, хотя и не помнит точной даты его получения. Там же истец указал, что оклад составлял 17000 руб., а фактически он получал 47000 – 48000 руб., что свидетельствует о его осведомленности о структуре выплат и понимании того, что разница формируется за счет премиальных начислений. Данное обстоятельство подтверждается и позицией самого истца, который в ходе процесса не отрицал, что регулярно получал смс-уведомления о поступлении денежных средств, позволявшие ему контролировать размер и своевременность выплат.

Вопреки доводам жалобы, суд исследовал вопрос об ознакомлении работника с локальными актами работодателя. Представитель ответчика последовательно ссылался на табели учета рабочего времени и расчетные листки, которые были приобщены к материалам дела и содержат сведения о начисленных и выплаченных суммах, включая премии. Истец расчетные листки не оспаривал, а его представитель в заседании 15.01.2026 г. прямо ссылалась на них, анализируя состав ежемесячных выплат. Отсутствие подписи работника в табелях учета рабочего времени, на что обращается внимание в жалобе, не опровергает факта доведения до истца режима труда, поскольку табель не требует обязательного удостоверения работником. Более того, истец подтвердил, что знал о содержании договора и его устраивал порядок дежурств и размер вознаграждения.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что А.Н. был информирован об условиях оплаты и режиме рабочего времени, установленных трудовым договором. Указание в жалобе на невыясненность вопроса об ознакомлении с Правилами внутреннего трудового распорядка не влияет на правильность выводов суда об отсутствии оснований для взыскания оплаты за сверхурочную работу, поскольку сам истец неоднократно пояснял, что до момента возникновения задолженности по текущей зарплате требований о доплате за переработку не предъявлял.

Судебная коллегия не может согласиться и с утверждением истца о том, что представленные им фото- и видеоматериалы достоверно подтверждают осуществление трудовой функции по иному адресу и в ином режиме, нежели это зафиксировано в письменных доказательствах, принятых судом.

В трудовом договоре [номер] от 01.03.2023 г. конкретное рабочее место А.Н. в виде точного адреса не определено, а указано лишь структурное подразделение – Управление безопасности ООО «ВИЖН». При таких обстоятельствах в соответствии со ст. 57, 209 Трудового кодекса РФ и разъяснениями, содержащимися в постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. [номер], местом работы истца признается место нахождения самого юридического лица, зарегистрированного по адресу: [адрес]А. То обстоятельство, что истец фактически мог находиться на ином объекте, в том числе на территории коттеджа по [адрес], само по себе не изменяет согласованных сторонами условий трудового договора и не порождает у работодателя обязанности по оплате труда исходя из того режима, который был согласован истцом с указанными им лицами в частном порядке.

Из протоколов судебных заседаний с очевидностью следует, что связь между ООО «ВИЖН» и объектом охраны носила неподтвержденный характер, а показания самого истца давали суду основания полагать, что его нахождение на территории коттеджа могло являться следствием личных договоренностей с А.Р. и его окружением в свободное от исполнения обязанностей перед ООО «ВИЖН» время.

А.Н. последовательно пояснял, что о возможности поработать на объекте ему сообщил Н.А., который «работает у И.», именно А.Р. спрашивал, останется ли он, а из руководителей ООО «ВИЖН» никто истца к И. не направлял. Более того, истец указывал, что ранее уже работал «у И.» до февраля 2023 г. и рассчитывался, после чего вновь вышел на тот же объект, но уже будучи оформленным в ООО «ВИЖН».

Эти обстоятельства в совокупности с тем, что истец в течение длительного времени не предъявлял претензий относительно сверхурочной работы, получая устраивавшее его вознаграждение, позволили суду первой инстанции критически оценить версию о том, что весь зафиксированный на видео период дежурств на коттедже являлся выполнением трудовой функции именно по заданию и в интересах ООО «ВИЖН». Суд обоснованно исходил из того, что время присутствия на объекте могло относиться к периодам, когда истец не должен был исполнять обязанности по трудовому договору с ответчиком, а его отношения с А.Р. могли носить самостоятельный характер, не связанный с трудовой функцией в ООО «ВИЖН».

Что касается непосредственно фото- и видеозаписей, то они, как верно отмечено судом первой инстанции, фиксируют нахождение истца в определенных местах в определенное время, однако не содержат сведений о волеизъявлении работодателя на привлечение А.Н. к сверхурочной работе или к работе в сменном режиме, не подтверждают факт издания соответствующих приказов или распоряжений, а также не опровергают данные табелей учета рабочего времени, которые в силу ст. 91 Трудового кодекса РФ являются основным документом, фиксирующим отработанное время. Суд обоснованно отдал предпочтение именно письменным доказательствам, представленным работодателем, поскольку они составлены уполномоченными лицами в рамках установленного документооборота, в то время как видеозаписи изготовлены самим истцом, причем часть из них, как следовало из его пояснений, была перенесена с одного телефона на другой, что не позволяет с достоверностью судить о неизменности содержащейся в них информации.

Материалами дела подтверждается и не оспаривается сторонами, что А.Н. действительно обращался в прокуратуру и в следственные органы. Вместе с тем из пояснений самого истца и его представителей в судебных заседаниях следует, что поводом для таких обращений послужила исключительно задержка выплаты заработной платы, а не привлечение к сверхурочной работе и не ее неоплата. Так, представитель истца в заседании 18.06.2025 г. прямо пояснила, что в сентябре 2024 г. при обращении в прокуратуру вопрос о сверхурочной работе истца не ставился, речь шла только о задолженности по текущей заработной плате. Сам А.Н. неоднократно указывал, что до момента возникновения задержек по выплатам он претензий к работодателю относительно режима работы не имел, его все устраивало, и требований о доплате за переработку он не заявлял.

В ответах прокуратуры и Следственного комитета, приобщенных к материалам дела, действительно зафиксирован факт несвоевременной выплаты ООО «ВИЖН» заработной платы А.Н., что и явилось основанием для принятия мер реагирования и последующей выплаты ответчиком задолженности в размере 204000 руб. Однако ни один из этих документов не содержит подтверждения выполнения истцом сверхурочных работ, о несоблюдении работодателем порядка привлечения к таким работам или об их систематической неоплате. Более того, как прямо отмечено в решении суда первой инстанции, проверкой, проведенной прокуратурой, факт сверхурочной работы А.Н. за проработанный период, а также факт неоплаты указанной работы работодателем не установлен.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что обращения истца в надзорные и правоохранительные органы и полученные на них ответы подтверждают лишь имевшую место задержку текущей заработной платы, которая впоследствии была погашена ответчиком, но не свидетельствуют о доказанности самого факта выполнения истцом сверхурочной работы и наличия у ООО «ВИЖН» обязанности по ее оплате в повышенном размере. Следовательно, утверждение автора жалобы, что данным документам не дано надлежащей оценки, является несостоятельным, а вывод суда о недоказанности юридически значимых для дела обстоятельств основан на верной оценке всей совокупности собранных по делу доказательств.

Доводы апелляционной жалобы выражают несогласие с выводами суда первой инстанции и оценкой доказательств, не опровергают установленные факты, не указывают на новые обстоятельства и не подтверждают неправильное применение норм права. Новых доказательств, ставящих под сомнение законность решения, не представлено.

Юридически значимые обстоятельства судом определены правильно, представленным доказательствам дана оценка, применены верные нормы материального права. Нарушений процессуального права, являющихся основанием для отмены решения, не допущено.

Решение является мотивированным, соответствует обстоятельствам дела и подтверждено доказательствами. Таким образом, предусмотренные ст. 330 ГПК РФ основания для отмены (изменения) решения отсутствуют.

Руководствуясь ст. 328 - 329 ГПК Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Автозаводского районного суда г. Н. Новгород от 16 января 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу А.Н. – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено

в окончательной форме 23 апреля 2026 г.