Решение № 2-1922/2019 2-1922/2019~М-1593/2019 М-1593/2019 от 5 ноября 2019 г. по делу № 2-1922/2019

Дело № 2-1922/2019


Р Е Ш Е Н И Е

И М Е Н Е М Р О С С И Й С К О Й Ф Е Д Е Р А Ц И И

06 ноября 2019 г. г. Белгород

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Кирилловой Е.И.,

при секретаре Гавдан А.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца - адвоката по ордеру Колесниковой В.Н.,

представителя ответчиков – адвоката по ордеру Щегорцевой Н.В.,

в отсутствие ответчиков ФИО2, ФИО3, представителя третьего лица Управления Росреестра по Белгородской области, третьих лиц ФИО4, ФИО5, ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка и жилого дома, признании недействительной государственной регистрации права собственности с применением последствий недействительности сделок и компенсации морального вреда,

установил:

04.07.2015 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи принадлежащего истцу земельного участка для индивидуального жилищного строительства, площадью 1500 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен).

14.08.2015 года ФИО2 зарегистрировано право собственности на земельный участок в Управлении Росреестра по Белгородской области, регистрационная запись (номер обезличен).

24.09.2015 года ФИО2 зарегистрировано право собственности на жилой дом, расположенный на указанном земельном участке, площадью 72 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), регистрационная запись (номер обезличен).

Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 27.02.2018 года, вступившим в законную силу 17.07.2018 года, в удовлетворении требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора купли-продажи недвижимости недействительным, аннулировании записи о государственной регистрации права собственности на объект недвижимости по признакам мнимой сделки, признании права собственности, отказано.

На основании договора купли-продажи от 20.04.2019 года земельный участок и жилой дом по адресу: (адрес обезличен), отчуждены ФИО2 новому собственнику ФИО3

Дело инициировано ФИО1, которая просит на основании п.2 ст.179 ГК РФ признать недействительным договор купли-продажи земельного участка площадью 1500 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен), заключенный 04.07.2015 года между ФИО1 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки;

признать недействительной регистрационную запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество по Белгородской области (номер обезличен) от 24.09.2015 года в отношении права ФИО2 на жилой дом, площадью 72 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), расположенный по адресу: (адрес обезличен);

признать недействительным договор купли-продажи земельного участка площадью 1500 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), и расположенного на нем жилого дома площадью 72 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), по адресу: (адрес обезличен), заключенный 20.04.2019 года между ФИО2 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки;

взыскать солидарно с ФИО2 и ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

ФИО1 в обоснование иска сослалась на то обстоятельство, что на момент заключения сделки на земельном участке имелся жилой дом, возведенный ею за счет средств семьи, право на который ею не было зарегистрировано. Для завершения строительства ФИО2 предоставлены заемные денежные средства в размере 100 000 руб., обязательство по возврату обеспечено залогом принадлежащего ей земельного участка. Соглашение оформлено в виде договора купли-продажи земельного участка, без указания на наличие жилого дама, под влиянием обмана со стороны ФИО2, который убедил ФИО1 в том, что земельный участок будет ей возвращен. В последующем ФИО2 отказался от возврата принадлежащего ей имущества, без ее ведома зарегистрировал на свое имя жилой дом, расположенный на спорном земельном участке, и 20.04.2019 года продал недвижимость третьему лицу ФИО3

В судебном заседании ФИО1 поддержала исковые требования по обстоятельствам, изложенным в иске. Указала, что не имела намерения продавать ни земельный участок, ни дом. Технический и кадастровый паспорт на здание были оформлены ею лично в 2013 году и ФИО2 не передавались. На протяжении всего времени она думала, что заключила договор займа с залогом земельного участка, поняла, что ФИО2 ее обманул только после того, как после возврата денег с процентами, он отказался возвращать земельный участок. При оформлении сделки она нотариальную доверенность на имя ответчика и сам договор купли-продажи не читала, в Управлении Росреестра по Белгородской области ей ничего не объяснили. Дом в договоре не был указан, так как ФИО2 пояснил, что так будет дешевле и проще оформить. О том, что дом он в последующем так же зарегистрировал на свое имя, ей стало известно только в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-205/2018 в начале 2018 года. Просила учесть, что неоднократно обращалась в правоохранительные органы с заявлениями относительно действий ФИО2, который постоянно угрожает ей и членам ее семьи, однако, результатов никаких нет. Просила суд возвратить ей потерянное вследствие обмана со стороны ФИО2 имущество и взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда, так как вследствие постоянного стресса и переживаний ухудшилось ее здоровье, что подтверждается представленной медицинской документацией.

Представитель истца адвокат Колесникова В.Н. пояснила, что изначально ФИО1 обращалась в суд с иском о признании сделки недействительной по п.1 ст.170 ГК РФ. Решением Белгородского районного суда от 27.02.2018 года в удовлетворении ее требований отказано. Однако, будучи юридически необразованной, ФИО1 не понимала различия между мнимой сделкой и сделкой, совершенной вследствие обмана. На протяжении всего судебного разбирательства она говорила именно об обмане, но требований по п.2 ст.179 ГК РФ не заявляла, о чем было прямо указано в апелляционном определении Белгородского областного суда от 17.07.2018 года. В настоящем иске истец просит признать недействительными сделки по отчуждению принадлежащего ей имущества именно по основаниям п.2 ст.179 ГК РФ. Считала срок исковой давности по указанному требованию не пропущенным, в связи с чем, ходатайство о его восстановлении не заявлено.

Представитель ответчиков адвокат Щегорцева Н.В. заявленные требования не признала по обстоятельствам, изложенным в письменном отзыве на иск. Просила учесть, что ФИО1 повторно обращается в суд по основаниям, которые уже были установлены решением суда от 27.02.2018 года, просила применить срок исковой давности, о чем так же представила письменное ходатайство.

Ответчики ФИО2 и ФИО3 в судебное заседание не явились, представили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие.

Третьи лица ФИО4, ФИО5 и ФИО6, представитель Управления Росреестра по Белгородской области в судебное заседание не явились, извещались своевременно и надлежаще, заявлений и ходатайств не представили.

Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст.167 ГПК РФ.

Суд, выслушав пояснения участников процесса, свидетеля, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему выводу.

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

В ст. 421 ГК РФ закреплен один из основных принципов гражданско-правовых отношений - принцип свободы договора, согласно которому граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно ст. 209 ГК РФ, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

По правилам п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ч.1 ст.549 ГК РФ, по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

В соответствии о ст.550 ГК РФ, договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение формы договора влечет его недействительность.

Переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации (ст.551ГК РФ).

Согласно ст.166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ч.1 ст.168 ГК РФ).

В соответствии со ст.167 ГПК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего в силу п.2 сьт.179 ГК РФ.

При этом, согласно разъяснениям, содержащимся в п.99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела первого части первой ГК РФ», обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Бремя доказывания наличия оснований для признания сделки недействительной по указанным обстоятельствам отнесено на истца.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежал земельный участок для индивидуального жилищного строительства, площадью 1500 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), расположенный по адресу: (адрес обезличен).

На земельном участке истцом за средства семьи возведен жилой дом, площадью 72 кв.м. с кадастровым номером (номер обезличен).

Указанное обстоятельство подтверждено представленными истцом в материалы дела разрешением на строительство, договорами о техническом присоединении к инженерным и электрическим сетям, платежными документами за 2013–2014 годы на приобретение строительных и отделочных материалов, техническим паспортом строения по состоянию на 30.10.2013 года, а так же кадастровым паспортом, оформленным по заявлению ФИО1 22.05.2014 года.

Данные факты стороной ответчика не опровергнуты.

04.07.2015 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор купли-продажи принадлежащего истцу земельного участка для индивидуального жилищного строительства, площадью 1500 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен).

14.08.2015 года ФИО2 зарегистрировано право собственности на земельный участок в Управлении Росреестра по Белгородской области, регистрационная запись (номер обезличен).

Согласно содержанию договора, а так же материалам правоустанавливающих документов, представленных Управлением Росреестра по Белгородской области, в нем отсутствует указание о наличии на отчуждаемом земельном участке жилого дома.

Как пояснила ФИО1 в судебном заседании, на момент совершения сделки ее право на дом не было зарегистрировано, отчуждать строение она не намеревалась, в связи с чем, согласилась на уверения ФИО2 о том, что дом остается в ее собственности.

24.09.2015 года ФИО2 зарегистрировано право собственности на жилой дом, расположенный на указанном земельном участке, площадью 72 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), регистрационная запись (номер обезличен).

На основании договора купли-продажи от 20.04.2019 года земельный участок и жилой дом по адресу: (адрес обезличен), отчуждены ФИО2 новому собственнику ФИО3, что подтверждается материалами правоустанавливающих документов, представленными Управлением Росреестра по Белгородской области.

Ссылаясь на обман со стороны ФИО2, истец указывает на то обстоятельство, что фактически сторонами заключался договор займа с залогом земельного участка, в связи с чем, в договоре не было указания на жилой дом. ФИО2, введя ее в заблуждение, без ведома и волеизъявления собственника, оформил право собственности не только на земельный участок, но и на дом.

В обоснование указанных доводов стороной истца представлены копии протоколов допросов ФИО2 в качестве свидетеля от 03.10.2017 года и 12.12.2017 года в рамках уголовного дела в отношении ФИО6 по ч.3 ст.159 и ч.2 ст.159 УК РФ, в которых ответчик указывает на заем сыну истицы денежных средств под залог спорного земельного участка.

Из пояснений свидетеля ФИО7 в судебном заседании установлено, что она знакома с семьей Г-вых с 2017 года. В феврале 2017 года была очевидцем встречи ФИО6 и ФИО2, который угрожал сыну истицы и требовал возврата денег. В последующем, в конце 2017 года из разговора с ФИО1 ей стало известно, что у семьи был земельный участок и дом, которые теперь принадлежат другому человеку.

Возражая по заявленным требованиям, стороной ответчика заявлено ходатайство о применении срока исковой давности в соответствии с положениями ст.181 ГК РФ по тем основаниям, что начиная с 04.07.2015 года ФИО1 было известно о состоявшейся сделке по отчуждению ФИО2 принадлежащего ей недвижимого имущества.

В опровержение доводов истца об отсутствии фактического намерения на продажу земельного участка и дома представитель ответчиков Щегорцева Н.В. сослалась на состоявшиеся ранее решения судов, и приговор Октябрьского районного суда г.Белгорода от 20.09.2019 года по уголовному делу в отношении ФИО6

Как следует из материалов гражданского дела № 2-205/2018 по иску ФИО1 к ФИО2, предметом рассмотрения судом являлись требования о признании договора купли-продажи от 04.07.2015 года земельного участка с кадастровым номером (номер обезличен) и жилого дома с кадастровым номером (номер обезличен) расположенных по адресу: (адрес обезличен), недействительным на основании ст.170 ГК РФ, аннулировании записи о государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок и признании права собственности на спорные объекты недвижимости за ФИО1

Решением Белгородского Районного суда Белгородской области от 27.02.2018 года в удовлетворении заявленных требований ФИО1 отказано в полном объеме.

Апелляционным определением Белгородского областного суда от 17.07.2018 года решение оставлено без изменения.

Данным судебным постановлением была дана оценка утверждениям ФИО1 относительно предмета и существа состоявшейся 04.07.2015 года с ФИО2 сделки. Судом установлено, что воля сторон договора была направлена именно на возникновение правоотношений по купле-продаже, а не займу. Имущество по сделке передано ФИО2, который принял его и зарегистрировал за собой право собственности в соответствии со ст.551 ГК РФ, расчет между сторонами произведен. Довод ФИО1 о заключении иной сделки – договора займа с залогом земельного участка, не нашел своего подтверждения в ходе судебного разбирательства и был признан судом несостоятельным, как и довод об отсутствии фактического намерения отчуждать земельный участок и жилой дом. При этом, судом первой инстанции принято во внимание ранее состоявшееся решение Белгородского районного суда Белгородской области от 02.03.2016 года по иску ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12 к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда и судебных расходов, которым установлено, что 20.09.2015 года между ФИО1, ФИО9 и Л-ными был заключен предварительный договор купли-продажи жилого дома и земельного участка по вышеуказанному адресу с уплатой задатка в размере 230 000 руб.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается ФИО1 в обоснование вновь заявленного иска, уже были предметом судебного разбирательства, им дана соответствующая правовая оценка. Решение Белгородского районного суда Белгородской области от 27.02.2018 года вступило в законную силу, не отменено и не изменено.

В силу п.2 ст.61 ГПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Кроме того, судом принимается во внимание утверждение стороны ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по требованию о признании недействительной сделки, совершенной под влиянием обмана.

Согласно ст. 1955 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты нарушенного права.

В соответствии с п.2 ст.199 ГК РФ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п.1 ст.200 ГК РФ).

В силу п.2 ст.181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Таким образом, исходя из указанных правовых норм, срок исковой давности по требованию ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от 04.07.2015 года на основании п.2 ст.179 ГК РФ, а следовательно и признании недействительной государственной регистрации права ФИО2 на жилой дом, расположенный на данном земельном участке, от 24.09.2015 года, составляет один год с того момента как истец узнала или должна была узнать о ее обмане со стороны ответчика.

Как установлено в ходе рассмотрения дела на основании представленных материалов и пояснений сторон, ФИО1 знала о состоявшейся сделке купли-продажи земельного участка с момента подписания договора 04.07.2015 года. Кроме того, о факте регистрации ФИО2 права собственности на жилой дом с кадастровым номером (номер обезличен) по адресу: (адрес обезличен), истцу достоверно стало известно в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-205/2018 по иску ФИО1 к ФИО2

Согласно материалам данного дела, 27.12.2017 года ФИО1 заявлено ходатайство о принятии обеспечительных мер относительно спорного жилого дома. 09.01.2018 года ФИО1 увеличены исковые требования, заявлено о признании недействительным договора купли-продажи, как земельного участка, так и расположенного на нем жилого дома.

Таким образом, даже исходя из указанных дат, не принимая во внимание обстоятельства, установленные в ходе судебного заседания и свидетельствующие о более ранних сроках осведомленности истца о нарушенном по ее мнению праве, срок исковой давности следует исчислять с 27.12.2017 года.

Рассматриваемое дело инициировано 08.07.2019 года, за пределами установленного п.2 ст.181 ГК РФ годичного срока давности.

Ссылка стороны истца о том, что срок исковой давности не пропущен, так как бездействия со стороны ФИО1 не было, изначально обращение в суд ошибочно основано на положениях ст.170 ГК РФ по инициативе представителя, что привело к необходимости повторной подачи иска по п.2 ст.179 ГК РФ, направлены заявления и жалобы в правоохранительные органы с требованием о проведении проверки в отношении незаконных действий ФИО2, признается судом не состоятельной и основанной на неверном толковании норм действующего законодательства.

В силу п.1 ст.204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется защита нарушенного права.

Согласно разъяснениям п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», срок давности не течет в том числе в случаях, когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы права, чем те, на которые ссылается истец, а так же при изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на которых он основывает свои требования. При этом, срок давности приостанавливается в отношении конкретного дела, исходя из предмета и основания иска, и не может распространяться на иные иски, которые могут быть заявлены самостоятельно в суд в будущем с учетом выбранного истцом способа защиты нарушенного права.

Таким образом, предъявление ФИО1 самостоятельного иска по иным основаниям (п.2 ст.179 ГК РФ) после принятия судом решения относительно требований, основанных на положениях ст.170 ГК РФ, не означает возможность применения положений ст.204 ГК РФ о приостановлении течения срока исковой давности.

Согласно ст.12 ГК РФ, истец самостоятельно выбирает способ защиты нарушенного права, что и было сделано ФИО1 и ее представителем при первоначальном обращении в суд в 2017 году. В ходе рассмотрения гражданского дела № 2-205/2018 она не лишена была возможности воспользоваться правом изменения основания иска в порядке ст.39 ГПК РФ

Суд признает заявление представителя ответчиков обоснованным, а срок исковой давности при обращении ФИО1 в суд пропущенным. Ходатайство о его восстановлении истцом в соответствии со ст.205 ГК РФ не заявлено, доказательств уважительности причин пропуска срока исковой давности так же не представлено.

В силу правовой позиции, изложенной в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела, поскольку в соответствии с п.2 ст.199 ГК РФ истечение срока давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного, суд отказывает в удовлетворении требований ФИО1 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка площадью 1500 кв.м., с кадастровым номером (номер обезличен), расположенного по адресу: (адрес обезличен), заключенного 04.07.2015 года с ФИО2 на основании п.2 ст.179 ГК РФ, применив срок исковой давности.

Поскольку требования о признании недействительной регистрационной записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество по Белгородской области (номер обезличен) от 24.09.2015 года в отношении права ФИО2 на жилой дом; признании недействительным договора купли-продажи земельного участка и расположенного на нем жилого дома, заключенного 20.04.2019 года между ФИО2 и ФИО3; взыскании компенсации морального вреда, являются производными от требования о признании сделки от 04.07.2015 года недействительной, оснований для их удовлетворения так же не имеется.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении иска ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании недействительными договоров купли-продажи земельного участка и жилого дома, признании недействительной государственной регистрации права собственности с применением последствий недействительности сделок и компенсации морального вреда, отказать, применив срок исковой давности.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья ФИО18

ФИО18

ФИО18

Мотивированный текс решения изготовлен 12 ноября 2019 года.