Решение № 2-1232/2017 2-1232/2017~М-820/2017 М-820/2017 от 9 мая 2017 г. по делу № 2-1232/2017

Дело № 2-1232/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ухтинский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Берниковой Е.Г.,

при секретаре Говязовой Е.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Ухте Республики Коми 10 мая 2017 года гражданское дело по иску ФИО1 к ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1» об отмене дисциплинарного взыскания, взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 (до перемены фамилии ФИО3) Д.Л. обратилась в суд с иском к ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1» об отмене дисциплинарного взыскания, наложенного на нее приказом № 143 от 20 февраля 2017 года в виде выговора, взыскании компенсации морального вреда 50000 рублей, в обоснование требований указала, что работает у ответчика с 12.09.2013 года "...", оспариваемым приказом была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде выговора за дефекты, допущенные при оказании медицинской помощи пациенту, с чем не согласна, поскольку дисциплинарного проступка не совершала. Осмотр пациента совершен и тактика лечения избрана совместно с М.А., который являлся ответственным "...", однако ему объявлено замечание, что свидетельствует о дискриминации, повторная ЛКК не проведена, с заключениями КИЛИ и ЛКК не ознакомлена, конкретные пункты должностной инструкции не указаны, факты нарушения порядка оказания медицинской помощи не описаны, объяснительная не оценена. Тяжесть проступка оценена неадекватно. Руководство ответчика желает избавиться от истца, что свидетельствует о дискриминации по признаку пола. От истца требуется написание объяснительных, истец была незаконно переведена на другую должность. Указанные обстоятельства влекут обязанность ответчика компенсировать истцу моральный вред.

В судебном заседании истец ФИО3 на иске настаивала, факт постановки пациенту ненадлежащего диагноза не оспаривала, на конкретные обстоятельства, препятствующие надлежащему исполнению трудовых обязанностей, а также свидетельствующие о допущенной дискриминации, не указала.

Представитель истца по доверенности ФИО4 доводы и требования истца поддержал, полагал срок привлечения к дисциплинарной ответственности пропущенным.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1» по доверенности ФИО5 возражала против удовлетворения иска, полагала факт совершения истцом дисциплинарного проступка доказанным, порядок привлечения к дисциплинарной ответственности соблюденным, дискриминацию истца по признаку пола отрицала.

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Как установлено вступившим в законную силу решением Ухтинского городского суда Республики Коми от 17 января 2017 года по гражданскому делу № 2 – 100/2017 по иску ФИО3 к ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1» о признании перевода незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время выполнения нижеоплачиваемой работы, компенсации морального вреда, и в силу ч.2 ст.61 ГПК РФ не подлежит доказыванию вновь, ФИО3 с 12 сентября 2013 года состоит в трудовых отношениях с ГБУЗ РК «УГБ № 1», работая с 16 июня 2014 года в должности "...".

Приказом № 1468 от 01 сентября 2016 года ФИО3 переведена на должность "...". На основании данного приказа работодателем подготовлено дополнительное соглашение № 784 от 01 сентября 2016 года к трудовому договору № 150 от 11 сентября 2013 года, заключенному между ГБУЗ РК «УГБ № 1» и ФИО3 Дополнительным соглашением внесены изменения в условия трудового договора, заключенного между сторонами, следующего содержания: с 01 сентября 2016 года истец выполняет работу по должности "..."; режим работы сменный: с 15 часов 30 минут до 08 часов, выходной по графику.

При этом штатное расписание учреждения не содержит должности "...", должностной инструкции, предусматривающей обязанности по данной должности не имеется. Фактически работодатель при выполнении истцом одной трудовой функции по должности "..." произвел с 01 сентября 2016 года изменение условий трудового договора, заключенного с истцом, в части изменения режима рабочего времени, установив истцу сменный график работы с 15 часов 30 минут до 08 часов и исключив работу истца в дневное время.

Приказом главного врача ответчика от 20.02.2017 года № 143 «О наложении дисциплинарных взысканий по случаю оказания медицинской помощи больному П. в январе 2017 года во 2 х.о. (ОАР)» к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде выговора за дефекты, допущенные при оказании медицинской помощи пациенту П. истцом.

Как следует из содержания оспариваемого приказа, доводов сторон, документов – оснований к приказу, графика ответственных дежурных врачей по ГБУЗ РК «УГБ № 1» на январь 2017 года, и сторонами не оспаривается, истец 16.02.2017 года, исполняя обязанности дежурного "...", при принятии пациента П. неверно поставила предварительный диагноз «....», не выставив предварительный диагноз «...», в результате чего госпитализировала пациента не профилю, недооценила клинико – лабораторные данные, недообследовала пациента: не выполнены УЗИ ОБП, ФГДС, не поставлен вопрос о диагностической лапароскопии, отсутствовало диагностическое наблюдение за пациентом.

Согласно ст.192 Трудового кодекса РФ дисциплинарным проступком является неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, за что работодатель имеет право применить к работнику дисциплинарные взыскания, в том числе выговор. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

На основании ст.193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. При рассмотрении дела о законности применения дисциплинарного взыскания обязанность доказать наличие основания к его применению и соблюдение установленного порядка применения взыскания возлагается на работодателя.

Согласно сведениям из единого государственного реестра юридических лиц, главный врач является лицом, имеющим право действовать от имени юридического лица, и оспариваемое дисциплинарное взыскание применено уполномоченным лицом.

В соответствии с п.1 ч.2 ст.73 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями.

Должностной инструкцией на "...", утвержденной главным врачом ответчика 30.03.2007 года, с которой истец ознакомлена 11.09.2013 года, и которая, как следует из содержания указанного выше решения суда и доводов сторон, определяет должностные обязанности истца, установлено, что в обязанности "..." входит, в том числе, обеспечение надлежащего уровня обследования и лечения больных в соответствии с современными достижениями медицинской науки и техники (п.1 раздела 2 «Обязанности»).

Пунктом 2.2.1 Трудового договора № с истцом в редакции Дополнительного соглашения от 12.02.2016 года № 89, помимо указанной выше, на истца возложена обязанность по организации консилиума врачей – специалистов.

Как следует из показаний свидетеля М.А., объяснений представителя ответчика ФИО6, решений КИЛИ № 4 от 14.02.2017 года, ЛКК ГБУЗ РК «УГБ № 1» от 15.02.2017 года, и какими – либо доказательствами не опровергнуто, собранный истцом анамнез, в том числе ..., а также результаты биохимического анализа крови позволяли установить пациенту надлежащий предварительный диагноз «...». Истец же, указав в рекомендациях осмотр дежурного "..." в динамике и госпитализировав пациента на «...» отделения "...", фактически от дальнейшего исполнения обязанностей дежурного "..." по обеспечению надлежащего уровня обследования и лечения пациента уклонилась.

При этом само по себе отсутствие в оспариваемом приказе указания на конкретный пункт Должностной инструкции на "..." не свидетельствует об отсутствии в действиях истца состава дисциплинарного проступка, на что ошибочно ссылается истец.

Не исключает дисциплинарной ответственности истца и подтверждение неверно установленного истцом диагноза ответственным хирургом М.А., дежурным терапевтом Н.Б., поскольку, как следует из показаний указанных лиц, каждый из врачей принимал самостоятельное решение о постановке пациенту диагноза, консилиум (совещание нескольких врачей одной или нескольких специальностей, необходимое для установления состояния здоровья пациента, диагноза, определения прогноза и тактики медицинского обследования и лечения, как то предусмотрено ч.3 ст.48 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан») истцом созван не был.

Доводы истца о необходимости осуществлять и иные должностные обязанности, а также об отсутствии возможности провести пациенту необходимые диагностические исследования, поскольку состояние пациента не позволяло проведения лапароскопии, возможности проведения УЗИ ОБП, ФГДС в нерабочее время (выходной день) не имелось, также не свидетельствуют об отсутствии в деянии истца состава дисциплинарного проступка. Каких – либо доказательств чрезмерной загруженности истец не представила, а ответчик эти обстоятельства отрицает. Истцом не были назначены пациенту необходимые диагностические исследования, в связи с чем доказательства невозможности их проведения также отсутствуют.

Однако суд не соглашается с доводами ответчика о соблюдении процедуры привлечения истца к дисциплинарной ответственности по следующим основаниям.

Из представленных ответчиком копий решений КИЛИ № 4 от 14.02.2017 года, ЛКК ГБУЗ РК «УГБ № 1» от 15.02.2017 года (медицинская документация больного суду не представлена ввиду временного отсутствия ее у ответчика), доводов сторон следует, что впервые пациенту предварительный диагноз « ...» был выставлен консилиумом 17.01.2017 года в 11 часов 30 минут. В состав консилиума входил и "..." В.Т., который в силу п.4 раздела 1 «Общая часть» Должностной инструкции на "..." является непосредственным руководителем истца.

Днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, предусмотренного ст.193 Трудового кодекса РФ считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий, и поскольку о ненадлежаще установленном пациенту предварительном диагнозе, неверной госпитализации на «...», в результате чего пациенту не было предоставлено необходимого обследования и лечения, непосредственному руководителю истца стало известно 17.01.2017 года. Следовательно, последним днем месячного срока (в отсутствие периодов отпуска, временной нетрудоспособности истца, необходимости учитывать мнение представительного органа работников) явилось 16.02.2017 года.

В соответствии со ст.90 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» организациями государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения осуществляется внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности в порядке, установленном руководителями указанных органов, организаций. Для этого, в том числе, в медицинской организации создаются и действуют врачебные комиссии в порядке, предусмотренном Порядком создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации, утвержденным приказом Минздравсоцразвития России от 05.05.2012 N 502н. В функции врачебной комиссии входит, в том числе, изучение каждого случая смерти пациента в целях выявления причины смерти, а также выработки мероприятий по устранению нарушений в деятельности медицинской организации и медицинских работников в случае, если такие нарушения привели к смерти пациента, организация и проведение внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности (п.4.11 Порядка).

Разрешение вопроса о наличии в действиях медицинских работников состава дисциплинарного проступка в полномочия таких комиссий не входит, и доводы ответчика о том, что о совершенном истцом дисциплинарном проступке работодателю стало известно только из решений КИЛИ № 4 от 14.02.2017 года, ЛКК ГБУЗ РК «УГБ № 1» от 15.02.2017 года, не основаны на положениях нормативных актов, фактических обстоятельствах дела и не принимаются судом.

Применение же к истцу дисциплинарного взыскания за пределами установленного месячного срока является незаконным.

В соответствии со ст.237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Таким образом, требования истца о компенсации морального вреда, основанные на факте незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности, подлежат удовлетворению, и с учетом всех обстоятельств дела, характера и объема причиненных истцу нравственных страданий, оснований к отмене оспариваемого приказа, длительности нарушения трудовых прав работника суд полагает разумной денежную компенсацию в размере 5000 рублей.

В соответствии со ст.3 Трудового кодекса РФ каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Доводы же истца о допущенной в отношении нее дискриминации какими – либо доказательствами не подтверждены, а ответчик эти обстоятельства отрицает. Реализация полномочий работодателя по обеспечению надлежащей дисциплины труда, в том числе по определению меры дисциплинарного взыскания, истребованию от работника объяснений, на что ссылается истец, к дискриминации отнесена быть не может. Решением Ухтинского городского суда Республики Коми от 17 января 2017 года по гражданскому делу № 2 – 100/2017 компенсация морального вреда за незаконный перевод истца на должность дежурного "..." решением суда определена и с ответчика взыскана. Таким образом, оснований для взыскания с работодателя компенсации морального вреда по мотивам дискриминации истца по признакам пола не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Отменить дисциплинарное взыскание в виде выговора, наложенное на ФИО3 приказом главного врача ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1» от 20 февраля 2017 года № 143.

Взыскать с ГБУЗ РК «Ухтинская городская больница № 1» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 5000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми путем подачи апелляционной жалобы через Ухтинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня составления мотивированного решения 15 мая 2017 года.

Судья Ухтинского городского суда РК Е.Г.Берникова