Решение № 2-282/2018 2-282/2018~М-257/2018 М-257/2018 от 18 ноября 2018 г. по делу № 2-282/2018

Дело № 2-282/2018


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

19 ноября 2018 г. г. Болгар РТ

Спасский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Ф.Г. Батыршина,

при секретаре А.В. Корчагиной,

с участием истца ФИО1 и его представителя ФИО2, ответчика ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

у с т а н о в и л:

Первоначально ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, указывая, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 13 часов он управлял легковым автомобилем Опель Астра, регистрационный знак <***> в <адрес> в сторону центра. На данном участке автодороги имеется дорожный знак 3.24 "Ограничение максимальной скорости 40" Обгон транспортных средств разрешён. Он вёл машину со скоростью не более 40 км/час. Перед ним в попутном направлении следовали три легковых автомобиля, последний - четвертый был он. Убедившись, что встречная полоса движения свободна от транспортных средств на достаточном расстоянии для обгона, он включил указатель левого поворота и выехал на обгон. Обогнал первый и второй автомобили, когда сравнялся с третьим автомобилем Киа Сид, регистрационный знак <***>, водитель данного автомобиля ФИО3, не включив указатель левого поворота, резко совершила левый поворот из занимаемой исходной полосы движения для заезда к дому № по <адрес> образом, ФИО3 при совершении левого поворота, на встречной полосе движения совершила столкновение с его автомашиной. При такой дорожной ситуации, созданной действиями ФИО3, он не имел технической возможности предотвратить ДТП, хотя в соответствии с п.10.1 ПДД РФ он мгновенно нажал на тормозную педаль. От удара его автомашину повело влево, как указано на схеме, составленной должностным лицом ГИБДД. Автомобиль Киа Сид столкнулся (передним бампером) левой частью, левым блоком фар в правую переднюю дверь его автомашины и по скользящей заднюю дверь. Наличие технических повреждений на правой передней двери его автомашины, левой части автомашины Киа Сид, указанные в справке ГИБДД, локализация и механизм их образования на транспортных средствах, бесспорно подтверждают расположение автомобиля Киа Сид относительно к его автомашине на проезжей части в момент столкновения. Данные обстоятельства подтверждают совершение автомобилем Киа Сид левого маневра из занимаемой им полосы движения. Ширина проезжей части 6,7 м для каждой полосы движения по 3,35 м. После столкновения автомобиль Киа Сид остался в диагональном положении к проезжей части у заездной дороги к дому №, как указано на схеме, на расстоянии 1,3 м от левого бордюра по ходу движения, что также со всей очевидностью свидетельствует совершение левого поворота данным автомобилем для заезда к дому №. Он требования п.11.2 ПДД РФ не нарушал, что подтверждается тем, что он обогнал два автомобиля, с которыми ДТП не произошло. Это обстоятельство имеет значение для разрешения дела. ФИО3 нарушила п.11.3 ПДД. Кроме нарушения п.8.2 ПДД, указанного в постановлении по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ УИН 18№, ФИО3 своими иными действиями по причине неосмотрительности и несоблюдения ПДД внезапно для участников дорожного движения совершила маневр (левый поворот) для заезда к жилому дому №. При этом, в нарушение п.8.1 ПДД не включила заблаговременно указатели левого поворота, в нарушение п.8.5 ПДД заблаговременно не заняла соответствующее крайнее положение на проезжей части (положение ближе к осевой линии), предназначенной для движения в данном направлении, с учётом ширины проезжей части. Она должна была вести автомобиль ближе к осевой линии перед поворотом налево, а не совершать левый поворот с исходного положения проезжей части по ходу движения, что и привело к ДТП. ФИО3 в результате своих виновных действий причинила его автомобилю перечисленные в акте осмотра оценщика технические повреждения на сумму <данные изъяты>. ФИО3 управляла автомобилем Киа Сид ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов без страхования своей гражданской ответственности в нарушение п.2.1.1 ПДД РФ. После совершения ДТП она оформила полис ОСАГО в 16:25 час. ДД.ММ.ГГГГ. Вопрос о причинно-следственной связи между нарушением лицом ПДД и причинением материального ущерба, возникшего вследствие ДТП, разрешается в порядке гражданского судопроизводства. Решением Спасского районного суда РТ от ДД.ММ.ГГГГ постановление начальника ОГИБДД ОМВД России по <адрес> по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ в отношении него отменено, производство по делу прекращено. Суд установил, что должностное лицо ОГИБДД в отношении него не провело всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение всех обстоятельств по делу, существенно нарушило процессуальные требования. Эти обстоятельства свидетельствуют о его невиновности в ДТП. Просил взыскать с ФИО3 в возмещение ущерба <данные изъяты>, расходы, связанные с оплатой услуг оценщика, <данные изъяты>, расходы, связанные с составлением искового заявления, <данные изъяты> и с составлением жалобы на постановление ГИБДД <данные изъяты>, расходы, связанные с направлением телеграммы <данные изъяты> и с оплатой государственной пошлины <данные изъяты>

Истец в ходе судебного заседания уточнил исковые требования и от взыскания с ответчика стоимости составления жалобы на Постановление ГИБДД в Спасский районный суд РТ в размере <данные изъяты> отказался, а в остальной части исковые требования поддержал.

Ответчица ФИО3 исковые требования ФИО1 не признала и пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов на <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух автомобилей - Опель Астра, которым управлял ФИО1, и Киа Сид под её управлением. Она двигалась в прямом направлении по <адрес> в направлении <адрес>, за ней двигались другие транспортные средства. При подъезде к повороту у <адрес> она заблаговременно до начала маневра подала сигнал указателями поворота, на который отреагировали два транспортных средства, следовавшие за её автомашиной. Двигавшиеся за ней транспортные средства тормозили перед поворотом к дому №. На данном участке дороги действует ограничение скорости 40 км/ч. Считает, что водитель автомобиля Опель Астра двигался с нарушением п. 10.1 Правил дорожного движения. Увидев, что впереди идущие транспортные средства снижают скорость, он не убедился в безопасности своего маневра и выехал на полосу встречного движения, придавая ускорение своему автомобилю Опель. Водитель автомобиля Опель видел, что она совершает поворот налево, однако из-за скорости своего транспортного средства не смог предотвратить ДТП, совершил столкновение, после чего пробил колеса, отлетев на элементы проезжей части. Она убедилась в безопасности своего маневра, в отсутствии встречного транспорта, а также посмотрела в зеркало заднего вида на предмет отсутствия обгонявших транспортных средств. Столкновение транспортных средств произошло у края встречной полосы движения, что подтверждается схемой ДТП. Считает, что её вины в данном ДТП нет. В свою очередь водитель автомобиля Опель нарушил пункты 10.1, 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения, что и явилось причиной произошедшего ДТП. Утверждения истца о том, что она не подавала сигнал поворота не соответствуют действительности и ничем не подтверждаются. Вместе с тем, считает, что заявленные истцом убытки завышены. Просит в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объёме, признав его виновным в ДТП в 100% соотношении.

Выслушав стороны, представителя истца ФИО2, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 данного Кодекса, закрепляющей в статье 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающая правила возмещения вреда, причиненного источником повышенной опасности, каких-либо специальных положений, отступающих от общего принципа полного возмещения вреда, не содержит, упоминая лишь о возможности освобождения судом владельца источника повышенной опасности от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

В абзаце 1 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

При этом согласно абзацу 2 пункта 13 того же постановления, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 6-П/2017 "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункт 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу закрепленного в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п.

К реальному ущербу, возникшему в результате дорожно-транспортного происшествия, наряду со стоимостью ремонта и запасных частей относится также утраченная товарная стоимость, которая представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида транспортного средства и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта.

В соответствии с пунктом 6 статьи 4 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" владельцы транспортных средств, риск ответственности которых не застрахован в форме обязательного и (или) добровольного страхования, возмещают вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в соответствии с гражданским законодательством.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О судебном решении" на основании части 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по аналогии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. на <адрес> Республики Татарстан произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Опель Астра, государственный регистрационный знак <***> rus, под управлением ФИО1, и автомобиля Киа Сид, государственный регистрационный знак <***> rus, под управлением ФИО3, в результате которого транспортные средства получили механические повреждения.

Из материалов дела об административном правонарушении, возбужденного по факту ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что оба транспортных средства двигались по одной полосе в попутном направлении, их столкновение произошло на полосе встречного движения в тот момент, когда автомобиль марки Киа Сид, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО3 осуществлял поворот налево, а автомобиль марки Опель Астра, государственный регистрационный знак <***>, под управлением ФИО1 совершал его обгон.

Постановлением начальника ОГИБДД ОМВД России по <адрес> ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 привлечена к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 12.14 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Из содержания данного постановления усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов в <адрес> ФИО3, управляя автомобилем марки Киа Сид, государственный регистрационный знак N <***>, нарушила пункт 8.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно при повороте налево не убедилась в безопасности маневра, совершила столкновение с транспортным средством, двигавшимся в попутном направлении, совершавшим обгон.

В протоколе об административном правонарушении ФИО3 указала, что с предъявленным нарушением она не согласна.

Вместе с тем, постановление о привлечении к административной ответственности ФИО3 не оспорено, вступило в законную силу.

Постановлением начальника ОГИБДД ОМВД России по <адрес> ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 привлечён к административной ответственности по части 1 статьи 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с нарушением пункта 11.2 Правил дорожного движения Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ в 13 час. в <адрес>.

Решением Спасского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ (в редакции определения от ДД.ММ.ГГГГ) названное выше постановление начальника ОГИБДД ОМВД России по <адрес> в отношении ФИО1 отменено в связи с существенным нарушением должностным лицом процессуальных требований, что являлось основанием для направления дела на новое рассмотрение для устранения нарушений закона, однако, в силу положений пункта 6 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях производство по делу прекращено в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

При этом решение судьи Спасского районного суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности не имеет преюдициального значения для настоящего дела.

Прекращение производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, не препятствует установлению юридически значимых по делу обстоятельств в ходе производства по делу о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, рассматриваемому в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с пунктом 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1090 (далее - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил дорожного движения, сигналов светофоров, знаков и разметки.

Согласно пункту 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу пунктов 8.1 и 8.2 Правил дорожного движения перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения. Подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

В соответствии с положениями п. 10.1 Правил дорожного движения водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения. Водителю запрещается выполнять обгон в случаях, если: транспортное средство, движущееся впереди, производит обгон или объезд препятствия; транспортное средство, движущееся впереди по той же полосе, подало сигнал поворота налево; следующее за ним транспортное средство начало обгон; по завершении обгона он не сможет, не создавая опасности для движения и помех обгоняемому транспортному средству, вернуться на ранее занимаемую полосу. Водителю обгоняемого транспортного средства запрещается препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями (пункты 11.1-11.3 Правил дорожного движения).

Из экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, составленного обществом с ограниченной ответственностью "Межрегиональный Центр Оценки "Тимерлан" по ходатайству ФИО3, следует, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, произошедшей ДД.ММ.ГГГГ, водителю автомобиля Опель Астра, государственный регистрационный знак <***> rus, следовало руководствоваться требованием пунктов 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения Российской Федерации. Несоответствие действий водителя автомобиля Киа Сид, государственный регистрационный знак <***> rus, с технической точки зрения, требованиям пунктов 8.1 и 8.2 Правил дорожного движения Российской Федерации не усматривается. Эксперт пришёл к выводу, что у водителя автомобиля Опель Астра, государственный регистрационный знак <***>, при смещении на полосу встречного движения препятствий для обнаружения с места водителя движущегося впереди автомобиля Киа Сид не имелось, поэтому он мог заранее обнаружить маневр поворота налево автомобиля Киа Сид, в том числе, сигнал левого поворота. При этом эксперт исходил из того, что водитель Опель Астра, двигаясь со скоростью 40 км/ч по проезжей части <адрес>, догонял попутно следующие автомобили, первым из которых двигался автомобиль Киа Сид, который приступил к выполнению маневра поворота налево - двигался по проезжей части, снижая скорость своего движения.

Вместе с тем, судом установлено, что между автомобилями Киа Сид и Опель Астра в попутном направлении двигались ещё два транспортных средства, что не учтено в экспертном исследовании, представленном ответчицей ФИО3.

В связи с наличием спора об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, в целях установления водителя, виновного в дорожно-транспортном происшествии, по делу была назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой было поручено обществу с ограниченной ответственностью "Коллегия Эксперт", согласно заключению которого водитель ФИО3, двигаясь по своей полосе выполняла поворот налево и должна была руководствоваться пунктом 8.1 Правил дорожного движения. Водитель ФИО1, выполняя обгон впереди движущихся транспортных средств, должен был руководствоваться пунктами 11.1 и 11.2 Правил дорожного движения. Учитывая, что ФИО3 в момент начала левого поворота не видела движущихся иных транспортных средств, которым она могла создать помеху, то в данном случае она не могла избежать дорожно-транспортного происшествия путём маневра. Исходя из того, что в материалах дела отсутствует информация о длине тормозного пути автомобиля Опель Астра, произвести расчёт начальной скорости данного автомобиля не представляется возможным. Двигаясь по своей полосе на автомобиле Опель Астра, водитель ФИО1, приближаясь к движущимся впереди автомобилям, начав обгон из своего ряда, мог не видеть включенный указатель поворота автомобиля Киа Сид под управлением ФИО3, в связи с чем у него не было возможности избежать столкновения, применив экстренное торможение. Водитель ФИО1 должен был управлять автомобилем с такой скоростью, при которой он мог среагировать на изменение дорожной ситуации.

Из синтезирующей части заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что транспортные средства Опель Астра и Киа Сид двигались по одной полосе, а потому каждый из водителей не мог видеть включенных сигналов поворотов, поскольку между ними двигалось ещё два транспортных средства. Начав одновременно выполнять поворот налево (Киа Сид) и обгон впереди идущих автомобилей (Опель Астра), который в свою очередь не снижал скорость при обгоне, о чём говорит его конечное положение от места столкновения на удалении 36 метров, ситуация оказалась внезапной для обоих водителей, в связи с этим возможности избежать столкновения у обоих водителей не было. Главным критерием описанной ситуации является скорость сближения транспортных средств, поскольку одной из составляющей определения тормозного пути является начальная скорость транспортного средства.

Данное экспертное заключение общества с ограниченной ответственностью "Коллегия Эксперт" составлено с соблюдением установленного порядка, лицом, имеющим соответствующее образование и квалификацию, стаж работы, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и признается судом допустимым доказательством.

Из объяснений ФИО1, данных непосредственно после дорожно-транспортного происшествия ДД.ММ.ГГГГ, видно, что он на автомобиле Опель Астра, <***>, ехал по <адрес> на работу. Впереди него ехали три автомашины, обгон которых он начал совершать. Обогнав первую машину, впереди идущая машина Киа, №, резко повернула налево, и он задел её правой стороной, после чего сразу не остановился, пробив левое заднее колесо.

Анализируя обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу о том, что оно произошло как по вине водителя ФИО3, которая в нарушение пункта 8.2 Правил дорожного движения не приняла меры предосторожности, а именно не убедилась в безопасности маневра, так и по вине водителя ФИО1, допустившего нарушение императивного предписания, изложенного в пунктах 10.1 и 11.2 Правил дорожного движения. Судом установлено, что перед поворотом ФИО3 снижала скорость движения, а ФИО1, которого не устраивала скорость движения впереди идущих транспортных средств, набирал скорость движения. О подаче ФИО3 сигнала поворота налево свидетельствуют её объяснения, данные в судебном заседании, а также её письменные объяснения, данные при проведении разбирательства по факту дорожно-транспортного происшествия, не доверять которым у суда оснований не имеется. Водитель автомобиля, двигавшегося непосредственно за ФИО3, в имевшейся дорожно-транспортной обстановке предпринял необходимые меры, снизил скорость и его автомобиль не пострадал.

Учитывая характер и степень общественной опасности нарушений Правил дорожного движения, допущенных водителями ФИО3 и ФИО1, суд признает обоих водителей виновными в дорожно-транспортном происшествии в соотношении вины 50 на 50 процентов, поскольку их обоюдно равные противоправные действия находились в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями.

Собственником транспортного средства марки - Опель Астра, государственный регистрационный знак <***> rus, является истец ФИО1, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю Опель Астра, государственный регистрационный знак <***> rus, принадлежащему ФИО1, причинены механические повреждения.

Для определения размера ущерба истец ФИО1 обратился к индивидуальному предпринимателю ФИО5, согласно заключению которого стоимость восстановительного ремонта автомобиля Опель Астра, государственный регистрационный знак <***> rus, с учетом износа составила <данные изъяты>, без учета износа - <данные изъяты>.

Ходатайство о назначении судебной экспертизы для установления стоимости восстановительного ремонта ответчицей не заявлялось, доказательств иного размера ущерба ею не предоставлено.

Названное выше экспертное заключение индивидуального предпринимателя ФИО5 составлено с соблюдением установленного порядка, лицом, имеющим соответствующее образование и квалификацию, стаж работы. Характер повреждений автомобиля соответствует повреждениям, указанным в сведениях о водителях и транспортных средствах, участвовавших в дорожно-транспортном происшествии. К представленному истцом экспертному заключению приложены акт осмотра транспортного средства и фототаблица к нему. Изложенные в заключении выводы мотивированны, основаны на непосредственном осмотре поврежденного автомобиля, принадлежащего истцу. Заключение эксперта соответствует предъявляемым к нему законом требованиям, каких-либо противоречий в выводах эксперта не установлено, в связи с чем указанное заключение принято судом как допустимое доказательство.

Материалами дела установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия гражданско-правовая ответственность ответчицы ФИО3 не была застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности.

Соответственно, ответственность по возмещению вреда должна быть возложена непосредственно на причинителя вреда.

При таких обстоятельствах с учетом того, что фактические затраты на восстановление транспортного средства Опель Астра составляют <данные изъяты>, исходя из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, с учётом обоюдной вины сторон в совершении указанного дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к выводу, что с ответчицы ФИО3, как с непосредственного причинителя вреда, подлежит взысканию сумма ущерба в размере <данные изъяты>

В соответствии с ч.1 ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч.2 ст.96 этого же Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судом установлено, что истцом понесены расходы, связанные с оплатой услуг по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в размере <данные изъяты>, что подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме этого, истцом ДД.ММ.ГГГГ в адрес ответчицы ФИО3 была направлена телеграмма о проведении осмотра повреждённого транспортного средства, в связи с чем истец понёс расходы в сумме <данные изъяты>, что подтверждается квитанцией от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные расходы суд признает необходимыми, направленными на восстановление нарушенного права и подлежащими взысканию с ответчицы пропорционально удовлетворённой части исковых требований, что составляет <данные изъяты> и <данные изъяты> соответственно.

При подаче искового заявления истцом была уплачена государственная пошлина в размере <данные изъяты>.

Учитывая, что исковые требования истца удовлетворяются частично, расходы по оплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчицы пропорционально удовлетворённой части исковых требований, то есть в сумме <данные изъяты>.

Согласно соглашению на оказание юридической услуги от ДД.ММ.ГГГГ, заключённому ФИО1 и адвокатом Р.В. Нурсафиным, последний принял на себя обязательства оказать истцу юридические услуги по составлению искового заявления к ФИО3 о взыскании <данные изъяты>, заявления об обеспечении исполнения решения суда, ходатайства в порядке части 1 статьи 428 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также сформировать квитанцию об оплате государственной пошлины с определением её размера от суммы иска. Размер вознаграждения за оказание юридических услуг сторонами установлен <данные изъяты>.

Квитанция серии НР № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждает, что ФИО1 за оказание юридических услуг уплатил адвокату Р.В. Нурсафину <данные изъяты>.

Установлено, что во исполнение соглашения на оказание юридических услуг адвокатом Р.В. Нурсафиным были составлены исковое заявление, ходатайство об обеспечении иска и ходатайство о направлении исполнительного листа в службу судебных приставов, а также сформирована квитанция на оплату государственной пошлины.

Исходя из объема оказанной истцу Р.В. Нурсафиным правовой помощи в рамках заключенного ДД.ММ.ГГГГ соглашения, с учетом категории и сложности дела, затраченного адвокатом времени, количества представленных доказательств и объема подготовленных материалов с учетом частичного удовлетворения заявленных требований суд полагает необходимым в силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение судебных расходов, связанных с оплатой юридических услуг, <данные изъяты>, что по мнению суда является разумным. Оснований для взыскания расходов в большем размере не имеется.

В процессе рассмотрения дела судом была назначена судебная экспертиза, расходы по проведению которой на момент принятия решения экспертной организации не возмещены.

Из представленного обществом с ограниченной ответственностью "Коллегия Эксперт" счета № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что расходы по проведению судебной экспертизы составили <данные изъяты>, которые в силу положений статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с истца ФИО1 и ответчицы ФИО3 в равных долях.

Руководствуясь статьями 12, 14, 56, 68, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 в возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, <данные изъяты>, расходы, связанные с оплатой услуг по определению стоимости восстановительного ремонта и утраты товарной стоимости, в размере <данные изъяты>, расходы на оплату телеграммы в сумме <данные изъяты>, расходы, связанные с оплатой юридических услуг, в размере <данные изъяты>, расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Коллегия Эксперт" расходы, связанные с проведением судебной экспертизы по гражданскому делу №, в размере <данные изъяты>.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Коллегия Эксперт" расходы, связанные с проведением судебной экспертизы по гражданскому делу №, в размере <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, через Спасский районный суд Республики Татарстан.

Председательствующий

судья Ф.Г. Батыршин

Копия верна: судья Ф.Г. Батыршин